Дело № 2-180/2017

Заочное 

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

28 марта 2017 года Березовский районный суд Красноярского края в составе: 

председательствующего судьи – Золотухиной А.Б.,

с участием помощника прокурора 

Березовского района Красноярского края – ФИО1, 

при секретаре – Майер Е.А., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к ФИО3 о признании договора дарения недействительным, 

у с т а н о в и л:

ФИО2 обратилась в суд с иском к ФИО3 о признании договора дарения недействительным. Требования мотивировала тем, что 

<

дата> она подарила внуку ФИО3 жилой дом и земельный участок с кадастровым номером № расположенные по адресу: 

<

адрес>. При регистрации указанной сделки в управлении федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Красноярскому краю, она, находясь в преклонном возрасте (на дату подписания договора – 79 лет), из-за плохого зрения не читала договор дарения, полностью полагалась на внука, которому доверяла. Намерения дарить ФИО3 спорное имущество она не имела, хотела что бы оно перешло на праве собственности к ответчику только после ее смерти, в свою очередь ФИО3 обещал ухаживать за ней, помогать материально. Свидетельство о государственной регистрации права собственности получал ФИО3. Она полагала, что дом и земельный участок по прежнему принадлежат ей. Несмотря на указание в договоре дарения о передачи жилого дома и земельного участка от нее к внуку, и отсутствие указания о сохранении за ней права пользования жилым домом, дом и земельный участок фактически ФИО3 не передавались, последний в спорном доме не проживал, в нем до настоящего времени живет она с дочерью ФИО7, они зарегистрированы по месту пребывания сроком до 

<

дата>. Она по настоящее время несет расходы по содержанию и ремонту жилого дома, оплачивает коммунальные услуги, в 2014-2015 годах за свой счет произвела перекладку печи, восстановила сени. Ответчик ФИО3 до февраля 2016 года никаких действий, свидетельствующих о том, что он принял в дар жилой дом и земельный участок не совершал. С февраля 2016 года стал выгонять ее из дома, указывая на то, что он принадлежит ему. В этой связи просит суд признать недействительным договор дарения жилого дома и земельного участка, расположенных по адресу: 

<

адрес>, так как данная сделка являлась мнимой, совершена под влиянием заблуждения.

В судебном заседании истец ФИО2, ее представитель ФИО4, действующая на основании доверенности от 

<

дата>, исковые требования поддержали в полном объеме. 

Ответчик ФИО3, третье лицо ФИО5, представитель третьего лица управления федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Красноярскому краю Березовский отдел, в судебное заседание не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещены своевременно и надлежащим образом.

В соответствии со ст. 233 ГПК РФ суд полагает возможным рассмотреть дело в порядке заочного производства в отсутствие ответчика.

Заслушав доводы истца и его представителя, исследовав материалы дела, выслушав мнение помощника прокурора, полагавшего исковые требования ФИО2 подлежащими удовлетворению, суд находит исковые требования обоснованными и подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии со ст. 8 ГК РФ гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности. В соответствии с этим гражданские права и обязанности возникают, в том числе, из договоров и иных сделок.

В силу ст. 153 ГК РФ сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

Согласно п. 1 ст. 166 ГК РФ (в редакции, действовавшей на момент возникновения спорных правоотношений) сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В соответствии со ст. 170 ГК РФ (в редакции, действовавшей на момент возникновения спорных правоотношений) мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна. Притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа сделки, применяются относящиеся к ней правила.

На основании п. 1 ст. 178 ГК РФ (в редакции, действовавшей на момент возникновения спорных правоотношений) сделка, совершенная под влиянием заблуждения, имеющего существенное значение, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения. Существенное значение имеет заблуждение относительно природы сделки либо тождества или таких качеств ее предмета, которые значительно снижают возможности его использования по назначению. Заблуждение относительно мотивов сделки не имеет существенного значения.

При этом по смыслу указанной нормы, заблуждение должно иметь место на момент совершения сделки и быть существенным. Неправильное представление о любых других обстоятельствах, помимо перечисленных в законе, не может быть признано заблуждением и не может служить основанием для признания сделки недействительной.

Характер заблуждения в случае спора оценивает суд с учетом всех обстоятельств дела.

Судом установлено, что ФИО2 на праве собственности принадлежали жилой дом и земельный участок, расположенные по адресу: 

<

адрес> (л.д. 9-10, 12-13). 

<

дата> ФИО2 и ФИО3 заключен договор дарения, по условиям которого ФИО2 дарит, а ФИО3 принимает в дар жилой дом, общей площадью 35,7 кв.м., расположенный по адресу: 

<

адрес>, и земельный участок, общей площадью 1200 кв.м., с кадастровым номером №, категории земель – земли населенных пунктов, разрешенного использования – для ведения личного подсобного хозяйства, расположенный по адресу: 

<

адрес>. В соответствии с п. 5 указанного договора, жилой дом и земельный участок приняты одаряемым от дарителя безоговорочно к моменту подписания настоящего договора, в силу чего настоящий договор имеет силу и значение передаточного акта. В соответствии с заявлением сторон в указанном доме временно прописаны ФИО2 и ФИО10 (пункт 6 настоящего договора) (л.д. 44). 

Согласно выписке из домовой книге на регистрационном учете по адресу: 

<

адрес> состоят: ФИО11 с 

<

дата> по 

<

дата> (зарегистрирована по месту пребывания); ФИО7 с 

<

дата> по 

<

дата> (зарегистрирована по месту пребывания); ФИО5 с 

<

дата> по 

<

дата> (зарегистрирован по месту пребывания) (л.д. 95).

В судебном заседании истец ФИО2 пояснила, что она совместно с дочерью ФИО7, являющейся инвалидом с рождения (ДЦП), и сыном ФИО5, который злоупотребляет спиртными напитками, проживает по адресу: 

<

адрес>. За дочерью ФИО7 требуется постоянный уход, она самостоятельно передвигаться не может. ФИО3 приходится ей внуком, который обещал, что будет ухаживать за ней и ее дочерью ФИО7, помогать ей по хозяйству, так как в силу своего преклонного возраста ей тяжело одной следить за домом, носить в дом воду, дрова, топить печь, возделывать огород. Именно на таких условиях она составила завещание на имя ФИО3, полагая, что дом и земельный участок достанутся ему после ее смерти. Однако после составления завещания ответчик в доме не проживал, по хозяйству ей не помогал, тогда как ей в 86 лет тяжело следить за домом и ухаживать за дочерью-инвалидом. Более того, в феврале 2016 года ФИО3 стал выгонять ее из дома, говоря, что дом принадлежит ему. Только после этого ей стало известно о том, что вместо завещания, ею был составлен договор дарения. 

Оценивая представленные по делу доказательства, суд исходит из того, что совершенная сторонами сделка не соответствует признакам договора дарения, предусмотренным в статье 572 ГК РФ, поскольку предусматривала встречные обязательства одаряемого ФИО3 по предоставлению дарителю ФИО2 возможности пожизненного проживания в подаренной квартире, а также по предоставлению дарителю пожизненной бытовой и материальной помощи.

Данные обстоятельства также были подтверждены в судебном заседании свидетелями ФИО12, ФИО13, ФИО15, ФИО14 указывающими на то, что ФИО2 составила завещания на имя внука ФИО3, взамен последний должен был ухаживать за ней, ее дочерью инвалидом, помогать по хозяйству, так как истец в силу своего преклонного возраста нуждается в помощи. 

По смыслу статьи 170 ГК РФ критерием квалификации сделки как притворной является ее направленность - притворная сделка не направлена на возникновение вытекающих из нее правовых последствий и прикрывает иную волю участников сделки.

В данном случае имела место притворная сделка, связанная с договором дарения жилого дома и земельного участка. Данная сделка фактически прикрывала собой договор пожизненного содержания с иждивением.

Пункт 1 статьи 583 ГК РФ закрепляет, по договору ренты одна сторона (получатель ренты) передает другой стороне (плательщику ренты) в собственность имущество, а плательщик ренты обязуется в обмен на полученное имущество периодически выплачивать получателю ренту в виде определенной денежной суммы либо предоставления средств на его содержание в иной форме.

Об отсутствии намерений сторон в момент заключения договора дарения создать наступление вытекающих из его содержания последствий свидетельствует то обстоятельство, что после заключения договора дарения ФИО3 в дом не вселялся, истец продолжала им пользоваться, нести бремя содержания жилья.

При этом указание истца ФИО2, свидетелей ФИО12, ФИО13, ФИО15, ФИО14 о составлении завещания в отношении спорных объектов недвижимости на имя ФИО3 также свидетельствует о намерении последней сохранить за собой право собственности до своей смерти, а не о волеизъявлении истца на передачу жилого дома и земельного участка ответчику и понимании последствий совершаемой сделки.

Доказательств того, что ФИО3 после заключения договора дарения вступил во владение жилым домом и земельным участком, исполнял обязанности собственника объектов недвижимости, в соответствии со ст. 56 ГПК РФ ответчиком не представлено.

ФИО2 при подписании договора дарения жилого дома и земельного участка заблуждалась относительно природы совершаемой сделки. В судебном заседании истец указывала на то, что предполагала, что составляет завещание. Вместе с тем, исходя из фактических обстоятельств дела, заключенная истцом сделка фактически соответствует договору пожизненного содержания с иждивением. 

Также из договора дарения не следует, что при его заключении истцу разъяснялись все правовые последствия, в том числе утрата юридического права проживания в спорном доме. 

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу о наличии оснований для признания в соответствии со статьей 178 ГК РФ недействительной сделки дарения жилого дома и земельного участка, как сделки, совершенной под влиянием заблуждения, имеющего существенное значение. Данное заблуждение нарушило побуждение истца на установление с ответчиком правоотношений, соответствующих ее истинной воле.

С учетом изложенного, суд полагает необходимым удовлетворить исковые требования ФИО2, признать недействительным договор дарения жилого дома и земельного участка, расположенных по адресу: 

<

адрес>, заключенный 

<

дата> между ФИО2 и ФИО3 

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 233-237 ГПК РФ, суд 

р е ш и л:

исковые требования ФИО2 к ФИО3 о признании договора дарения недействительным, удовлетворить.

Признать недействительным договор дарения жилого дома, общей площадью 35,7 кв.м., расположенного по адресу: 

<

адрес> и земельного участка, общей площадью 1200 кв.м., с кадастровым номером №, категории земель – земли населенных пунктов, разрешенного использования – для ведения личного подсобного хозяйства, расположенный по адресу: 

<

адрес> заключенный 

<

дата> ФИО2 и ФИО3. 

Решение является основанием для внесения записи в Единый государственный реестр недвижимости о прекращении (аннулировании) права собственности ФИО3 на жилой дом и земельный участок, расположенные по адресу: 

<

адрес>, и регистрации права собственности на указанные объекты за ФИО2.

Ответчик вправе подать в суд, вынесший заочное решение, заявление об отмене этого решения в течение семи дней со дня вручения ему копии этого решения.

Заочное решение может быть обжаловано в Красноярский краевой суд через Березовский районный суд Красноярского края в течение месяца со дня истечения срока подачи ответчиком заявления об отмене заочного решения, в случае, если такое заявление подано – в течение месяца со дня вынесения определения суда об отказе в удовлетворении этого заявления.

Председательствующий А.Б. Золотухина