Дело № 1-42/2021

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

г. Новороссийск 16 июня 2021 г.

Приморский районный суд г. Новороссийска Краснодарского края в составе председательствующего судьи Савина М. Е.,

с участием: 

гос. обвинителя – ст. помощника прокурора г. Новороссийска Пономарева А.Ю.,

подсудимого ФИО1 и его защитника – адвоката Селюкова Е.В., представившего ордер № 640216 от 05.11.2020 года, 

подсудимой ФИО2 и ее защитника – адвоката Зинченко В.А., представившего ордер № 457520 от 06.11.2020 года, 

подсудимого ФИО3 и его защитника – адвоката Веклич Н.Г., представившей ордер № 044548 от 16.10.2020 года, 

подсудимой ФИО4 и ее защитника – адвоката Мишенко М.П., представившей ордер № 394223 от 18.11.2020 года, 

подсудимого ФИО5 и его защитника – адвоката Кораблевой С.В., представившей ордер № 607964 от 19.05.2021 года, 

подсудимого ФИО6 и его защитника – адвоката Плохотнюка С.Н., представившего ордер № 496737 от 21.01.2021 года, 

подсудимого ФИО7 и его защитника адвоката Мирошникова А.В., представившего ордер № 278468 от 06.11.2020 года, 

подсудимого ФИО8 и его защитника адвоката Мараховского Л.А., представившего ордер № 179750 от 20.11.2020 года, 

подсудимого ФИО9 и его защитника адвоката Кротенко С.О., представившей ордер № 351744 от 20.04.2021 года, 

при ведении протокола судебного заседания секретарем Парфеновой Т. Н., 

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела в отношении:

ФИО1, обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных п.п. «а, б» ч. 2 ст. 172, ч. 2 ст. 187, ч. 1 ст. 303, ч. 1 ст. 303, ч. 1 ст. 303, ч. 1 ст. 303, ч. 1 ст. 303, ч. 1 ст. 303, ч. 1 ст. 303 Уголовного кодекса РФ, 

ФИО2, обвиняемой в совершении преступлений, предусмотренных п.п. «а, б» ч. 2 ст. 172, ч. 2 ст. 187, ч. 1 ст. 303, ч. 1 ст. 303, ч. 1 ст. 303, ч. 1 ст. 303, ч. 1 ст. 303, ч. 1 ст. 303, ч. 1 ст. 303 Уголовного кодекса РФ, 

ФИО3, обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных п.п. «а, б» ч. 2 ст. 172, ч. 2 ст. 187 Уголовного кодекса РФ, 

ФИО4, обвиняемой в совершении преступления, предусмотренного п.п. «а, б» ч. 2 ст. 172 Уголовного кодекса РФ, 

ФИО5, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного п.п. «а, б» ч. 2 ст. 172 Уголовного кодекса РФ, 

ФИО6, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного п.п. «а, б» ч. 2 ст. 172 Уголовного кодекса РФ, 

ФИО7, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного п.п. «а, б» ч. 2 ст. 172 Уголовного кодекса РФ, 

ФИО8, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного п.п. «а, б» ч. 2 ст. 172 Уголовного кодекса РФ, 

ФИО9, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного п.п. «а, б» ч. 2 ст. 172 Уголовного кодекса РФ, 

установил:

Органами предварительного следствия ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9 обвиняются в совершении вышеуказанных преступлений, совершенных при обстоятельствах, изложенных в обвинительном заключении. 

В судебном заседании адвокатом Селюковым Е.В. в интересах подсудимого ФИО1 заявлено ходатайство о возвращении уголовного дела прокурору Прикубанского административного округа г. Краснодара по основанию, предусмотренному п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ.

В обоснование ходатайства защитника указано, что в ходе предварительного следствия не установлено место совершения преступлений, предусмотренных п.п. «а, б» ч. 2 ст. 172, ч. 2 ст. 187 УК РФ, поскольку обвинительное заключение не содержит адресов кредитных организаций ООО «ОРИОН» и ООО «ПРОМЕТЕЙ», которые не располагались на территории Прикубанского округа г. Краснодара и свою деятельность не осуществляли. Поэтому возбуждение уголовного дела и производство предварительного следствия следователем следственного отдела по Прикубанскому округу г. Краснодара следственного управления Следственного комитета Российской Федерации, является незаконным по принципу нарушения территориальной подследственного уголовного дела. Кроме того, уголовное дело возбуждено в отсутствие повода и основания для его возбуждения, поскольку на момент возбуждения уголовного дела у следователя отсутствовали данные о том, что подсудимые по уголовному делу каким-то образом связаны с организациями ООО «ОРИОН» и ООО «ПРОМЕТЕЙ». 

Просит суд также признать незаконными рапорт оперуполномоченного по ОВД УЭБиПК ГУ МВД России по Краснодарскому краю ФИО10 А.№ 25975 от 20.08.2019 года об обнаружении признаков преступления и постановление о возбуждении уголовного дела № 11902030004000205 от 30.08.2019 года, вынесенное следователем ФИО11 

Подсудимые ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9 при поддержке своих защитников, поддержали заявленное ходатайство, просили его удовлетворить. 

Государственный обвинитель возражал против удовлетворения ходатайства стороны защиты, поскольку оснований, предусмотренных законом для возвращения уголовного дела прокурору не имеется, а те доводы, на которые ссылается защитник в своем ходатайстве, фактически направлены на оценку доказательств, исследованных в судебном заседании, которым должна быть дана оценка при принятии итогового решения по делу. 

Выслушав мнение участников процесса, исследовав материалы уголовного дела, суд приходит к следующим выводам.

Согласно п. 3 ч. 1, ч. 2 ст. 140 УПК РФ, поводом для возбуждения уголовного дела служит сообщение о совершенном или готовящемся преступлении, полученное из иных источников. Основанием для возбуждения уголовного дела является наличие достаточных данных, указывающих на признаки преступления.

Исходя из положений ст. 143 УПК РФ сообщение о совершенном или готовящемся преступлении, полученное из иных источников, принимается лицом, получившим данное сообщение, о чем составляется рапорт об обнаружении признаков преступления, проводится проверка и принимается решение о возбуждении уголовного дела или об отказе в его возбуждении.

Как видно из постановления о возбуждении уголовного дела вынесенного ст. следователем следственного отдела по Прикубанскому округу г. Краснодара СУ СК Российской Федерации ФИО11 от 30.08.2019 года, уголовное дело возбуждено по признакам преступления, предусмотренного п.п. «а, б» ч. 2 ст. 172, ч. 2 ст. 187 УК РФ на основании рапорта того же следователя, зарегистрированного в книге регистрации сообщений о преступлениях за № 1240пр-19 от 26.08.2019 г. об обнаружении признаков состава преступления, и в соответствии с требованиями УПК РФ (том 1 л.д. 1-4, 7).

Основанием для возбуждения уголовного дела явилось наличие достаточных данных, добытых в ходе проверки, указывающих на наличие признаков указанных преступлений.

Таким образом, из указанного постановления следователя видно, что уголовное дело возбуждено при наличии повода и основания для его возбуждения, что полностью соответствует требованиям ст. ст. 140, 146 УПК РФ. 

Кроме того, вопреки доводам защитника описательно-мотивировочная часть постановления о возбуждении уголовного дела содержит достаточно данных, подтверждающих причастность ФИО1 и других фигурантов уголовного дела к ООО «Орион» и ООО «Прометей», на банковские счета которых осуществлялись переводы денежных средств. 

Доводы ходатайства защитника о возбуждении уголовного дела в нарушение требований ч. 2 ст. 140 УПК РФ, то есть без достаточных на то оснований, суд считает несостоятельными, поскольку они не основаны на уголовно-процессуальном законе, в котором отсутствует требование об обязательности выяснения уже на стадии возбуждения уголовного дела всех обстоятельств происшедшего события, содержащего признаки преступления.

Выяснение же конкретных обстоятельств преступления и лиц, виновных в его совершении, возможно после возбуждения уголовного дела в ходе предварительного расследования (п. 35 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3, утв. Президиумом Верховного Суда РФ 12.07.2017 г.).

Показания допрошенных в судебном заседании свидетелей, в том числе ФИО12 и ФИО13, согласно которым с ФИО1 и другими подсудимыми они не знакомы, по своей сути не свидетельствуют о незаконности вынесенного постановления о возбуждении уголовного дела. 

При указанных обстоятельствах, суд приходит к выводу, что постановление ст. следователя ФИО11 от 30.08.2019 года о возбуждении уголовного дела вынесено в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, в связи с чем, оснований для признания его не законным, не имеется.

Вместе с тем, доводы защитника о несоответствии обвинительного заключения требованиям уголовного-процессуального закона, заслуживают внимания, что заключается в следующем. 

Согласно п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ суд по ходатайству стороны или по собственной инициативе возвращает уголовное дело прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом в случае, если обвинительное заключение составлено с нарушением требований УПК РФ, что исключает возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе данного заключения.

Возвращение уголовного дела прокурору производится с целью устранения нарушений уголовно-процессуального закона, допущенных на стадиях, предшествующих судебному разбирательству, и повлекших лишение гарантированных законом прав участников уголовного судопроизводства, исключающих возможность постановления законного, обоснованного и справедливого приговора, если только это не связано с необходимостью восполнения неполноты дознания или предварительного следствия.

По смыслу уголовного закона, отраженному в п. 14 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22 декабря 2009 года N 28 "О применении судами норм уголовно-процессуального законодательства, регулирующих подготовку уголовного дела к судебному разбирательству", при решении вопроса о возвращении уголовного дела прокурору по основаниям, указанным в статье 237 УПК РФ, под допущенными при составлении обвинительного заключения нарушениями требований уголовно-процессуального закона следует понимать такие нарушения изложенных в статье 220 УПК РФ положений, которые служат препятствием для рассмотрения судом уголовного дела по существу и принятия законного, обоснованного и справедливого решения.

Согласно правовой позиции, отраженной в п. 19 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19 декабря 2017 года N 51 "О практике применения законодательства при рассмотрении уголовных дел в суде первой инстанции (общий порядок судопроизводства)", если в ходе судебного разбирательства выявлены существенные нарушения закона, указанные в п. п. 1 - 6 ч. 1 ст. 237 УПК РФ, допущенные в досудебном производстве по уголовному делу и являющиеся препятствием к постановлению судом приговора или вынесения иного итогового решения, не устранимые судом, то суд по ходатайству стороны или по своей инициативе возвращает дело прокурору при условии, что их устранение не будет связано с восполнением неполноты произведенного предварительного следствия.

Таким образом, в соответствии с вышеуказанными положениями уголовно-процессуального закона, если в ходе судебного разбирательства выявлены существенные нарушения закона, допущенные при составлении обвинительного заключения, и эти нарушения препятствуют постановлению судом приговора или вынесения иного итогового решения, суд обязан, в том числе при отсутствии соответствующих ходатайств сторон - по собственной инициативе, возвратить уголовное дело прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом.

Согласно п. п. 4, 5 ч. 2 ст. 171 УПК РФ, в постановлении о привлечении лица в качестве обвиняемого должны быть указаны не только пункт, часть, статья Уголовного кодекса РФ, предусматривающие ответственность за преступное деяние, но и описание преступления с указанием времени, места его совершения, а также иных обстоятельств, подлежащих доказыванию в соответствии с п. п. 1 - 4 ч. 1 ст. 73 УПК РФ.

Определяя требования, которым должно отвечать обвинительное заключение, законодатель в п.п. 3 и 4 ч. 1 ст. 220 УПК РФ установил, что в этом процессуальном акте, следователь, в числе прочего, обязан указать существо обвинения, место и время совершения преступления, его способы, мотивы, цели, последствия и другие обстоятельства, имеющие значение для уголовного дела и подлежащие доказыванию.

По смыслу закона, предъявленное лицу обвинение может быть признано соответствующим требованиям ст. ст. 47, 171 УПК РФ, в том числе, если оно содержит достаточно полное изложение фактических обстоятельств содеянного, а также является конкретным и составлено в понятных выражениях с целью соблюдения права обвиняемого на защиту от конкретного обвинения.

Вместе с тем, составленное по настоящему уголовному делу обвинительное заключение не может быть признано соответствующим указанным требованиям уголовно-процессуального закона.

Согласно диспозиции ч. 1 ст. 172 УК РФ уголовно наказуемым является осуществление банковской деятельности (банковских операций) без регистрации или без специального разрешения (лицензии) в случаях, когда такое разрешение (лицензия) обязательно, если это деяние причинило крупный ущерб гражданам, организациям или государству либо сопряжено с извлечением дохода в крупном размере.

Пунктами «а, б» ч. 2 ст. 172 УК РФ, предусмотрена уголовная ответственность за то же деяние, совершенное организованной группой, сопряженное с извлечением дохода в особо крупном размере.

То есть объективная сторона преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 172 УК РФ характеризуется двумя альтернативными последствиями: причинение крупного ущерба гражданам, организациям или государству либо сопряжено с извлечением дохода в крупном размере.

Согласно обвинительного заключения ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9 обвиняются в совершении вышеуказанного преступления, предусмотренного пунктами «а, б» ч. 2 ст. 172 УК РФ, то есть осуществление банковской деятельности (банковских операций) без регистрации или без специального разрешения (лицензии) в случаях, когда такое разрешение (лицензия) обязательно, если это деяние причинило крупный ущерб государству, совершенном организованной группой, сопряженным с извлечением дохода в особо крупном размере. 

Однако, вопреки положений ст.ст. 171, 220 УПК РФ в обвинительном заключении не содержится сведений о сумме (крупного) ущерба, причиненного государству, и в чем это выражено, то есть не указаны последствия. 

При таких обстоятельствах предъявленное обвинение в указанной части является неконкретным и противоречивым, поскольку из обвинения не ясно, почему орган следствия считает, что действиями подсудимых причинен крупный ущерб государству, однако не указано в каком размере и в результате каких действий он возник. 

Кроме того, согласно фабулы обвинения, преступление совершено подсудимыми в период времени с 01.01.2017 года по 30.08.2019 года в составе организованной преступной группы, созданной ФИО1, который распределил преступные роли всех ее участников. 

Из обвинительного заключения следует, что участники организованной преступной группы организовали изготовление и сдачу уставных документов в территориальные подразделения ИФНС России, на основании которых в Единый государственный реестр юридических лиц внесены не соответствующие действительности записи.

После произведенной фиктивной регистрации юридических лиц, участники организованной преступной группы действуя согласованно, обеспечили регистрацию и открытие расчетных счетов в кредитных организациях, получив идентификаторы (логины), электронные ключи, пароли и шифры, для работы с системой, которые в дальнейшем использовали для осуществления незаконной банковской деятельности. 

Данные юридические лица финансово-хозяйственной деятельности не вели, а их расчетные счета и реквизиты использовались членами организованной преступной группы только для перевода денежных средств «клиентов» из безналичной формы в наличную (обналичивания). 

Согласно фабулы обвинения в период времени с 01.01.2017 года по 30.08.2019 года на банковские счета подконтрольных членам организованной преступной группы юридических лиц, от заказчиков услуг незаконной банковской деятельности поступили денежные средства в сумме не менее 1231615070,73 рублей, которые подлежали обналичиванию и передаче «клиентам» за вычетом комиссии за свои услуги в размере не менее 8% от поступившей суммы, то есть не менее 98529205,66 рублей, что является доходом, полученным членами преступного сообщества от осуществления незаконной банковской деятельности (банковских операций) и относится к особо крупному размеру. 

При изложении следователем существа предъявленного обвинения, судом установлено наличие правовой неопределенности, поскольку фабула обвинения содержит сведения о том, что подсудимые действовали как в составе организованной преступной группы, так и осуществляли незаконные операции, в том числе с расчетными счетами подконтрольных им фиктивных организаций и получили доход как члены преступного сообщества. 

Уголовно-правовое значение преступного сообщества (преступной организации) состоит в том, что оно выступает в качестве конститутивного признака преступления, предусмотренного ст. 210 УК РФ, и не образует квалифицированных признаков преступлений, как, например, другие виды групповых образований. Признаки преступного сообщества изложены в Федеральном законе от 3 ноября 2009 г. N 245-ФЗ, а также в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 10 июня 2010 г. N 12 "О судебной практике рассмотрения уголовных дел об организации преступного сообщества (преступной организации) или участии в нем (ней)".

В пункте 2 вышеназванного Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 10 июня 2010 г. N 12 разъяснено, что исходя из положений части 4 статьи 35 УК РФ преступное сообщество (преступная организация) отличается от иных видов преступных групп, в том числе от организованной группы, более сложной внутренней структурой. 

Вместе с тем, в материалах уголовного дела имеется постановление ст. следователя ФИО11 от 08.09.2020 г., которым прекращено уголовное преследование по ст. 210 УК РФ в отношении ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9 в связи с отсутствием состава указанного преступления в их действиях (том 43 л.д. 206-210). 

Таким образом, квалифицирующий признак, предусмотренный п. «а» ч. 2 ст. 172 УК РФ «совершенное организованной группой», не конкретизирован в обвинении и является противоречивым. 

Предъявленное таким образом обвинение, изложенное в обвинительном заключении, является не понятным в вопросе о том, совершено ли преступление подсудимыми в составе организованной преступной группы, либо они являлись членами преступного сообщества.

В силу статьи 15 УПК РФ, суд не является органом уголовного преследования, не выступает на стороне защиты или обвинения, в связи с чем, он не наделен полномочиями по формулировке и конкретизации обвинения. 

В силу п. 1 ч. 4 ст. 47 УПК РФ, обвиняемый вправе знать, в чем он обвиняется.

Как указал Верховный Суд Российской Федерации в своем определении от 07.11.2007 N 66-О07-54, рассматривая аналогичные нарушения закона: «Суд не должен предполагать, что имел в виду следователь при составлении обвинительного заключения: допустил "техническую ошибку", или сделал это по другим соображениям - это не задача суда первой инстанции. Обвинительное заключение - это итоговый документ органов предварительного следствия. Он должен быть безупречным с точки зрения соблюдения уголовно-процессуального закона при его составлении».

При таких обстоятельствах предъявленное всем подсудимым обвинение в совершении преступления, предусмотренного п.п. «а, б» ч. 2 ст. 172consultantplus://offline/ref=60C15315CF3829F8211940A6B0597DD53FB1011B2F1A591A35B61B6CBC45A8F88D80B587A1E2E271BFDE98469079E3FE40CF32F6E4D9F8AABB5FQ УК РФ, не может быть признано соответствующим требованиям уголовно-процессуального закона, в том числе предусмотренным ст. ст. 47, 171 УПК РФ, поскольку оно не содержит полного изложения фактических обстоятельств дела, является противоречивым в отношении квалификации действий подсудимых, а также неконкретно и непонятно в части изложения обстоятельств, относящихся к обязательным признакам преступного деяния.

В связи с этим, предъявленное по делу обвинение по данному эпизоду преступления не обеспечивает соблюдение гарантированного права всех подсудимых на защиту от конкретного обвинения, а также не позволяет суду определить пределы судебного разбирательства в соответствии со ст. 252 УПК РФ и подлежащие доказыванию фактические обстоятельства, образующие состав инкриминированного преступления.

При вынесении решения о возвращении уголовного дела прокурору суду надлежит исходить из того, что нарушение в досудебной стадии гарантированных Конституцией Российской Федерации права обвиняемого на судебную защиту исключает возможность постановления законного и обоснованного приговора (п. 14 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 5 марта 2004 года N 1 «О применении судами норм Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации»).

В данном случае выявленное судом противоречие в фабуле предъявленного обвинения, прямо указывает на допущенное органами предварительного следствия нарушение закона, которое является существенным и лишает суд возможности постановить приговор или вынести иное решение на основе данного обвинительного заключения. 

Это обстоятельство является основанием для возвращения уголовного дела прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом в соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ, вне зависимости от мнения сторон и заявленных ходатайств. 

В соответствии с частью 3 статьи 237 УПК РФ при возвращении уголовного дела прокурору судья решая вопрос о мере пресечения вправе продлить срок содержания обвиняемого под домашним арестом с учетом сроков, установленных ст. 109 УПК РФ.

Постановлением Приморского районного суда г. Новороссийска от 15 апреля 2021 года срок содержания под домашним арестом в отношении ФИО6 и ФИО3 продлен по 17 июля 2021 года включительно.

Проанализировав все значимые обстоятельства по делу, а именно личность подсудимых ФИО6 и ФИО3, с учетом тяжести преступлений, в которых каждый из них обвиняется, суд считает, что сохранение ранее избранной меры пресечения в виде домашнего ареста необходимо для устранения недостатков, указанных судом, в связи с чем, необходимо продлить срок данной меры пресечения для производства необходимых следственных и процессуальных действий с учетом сроков, установленных ст. 109 УПК РФ.

Руководствуясь ст. ст. 237, 256, 107, 109 УПК РФ, суд

постановил:

Ходатайство адвоката Селюкова Е.В. удовлетворить частично. 

Уголовное дело в отношении ФИО1, ФИО2 обвиняемых в совершении преступлений, предусмотренных п.п. «а, б» ч. 2 ст. 172, ч. 2 ст. 187, ч. 1 ст. 303, ч. 1 ст. 303, ч. 1 ст. 303, ч. 1 ст. 303, ч. 1 ст. 303, ч. 1 ст. 303, ч. 1 ст. 303 Уголовного кодекса РФ, ФИО3, обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных п.п. «а, б» ч. 2 ст. 172, ч. 2 ст. 187 Уголовного кодекса РФ, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9, обвиняемых в совершении преступления, предусмотренного п.п. «а, б» ч. 2 ст. 172 Уголовного кодекса РФ, возвратить прокурору Прикубанского административного округа г. Краснодара по основанию, предусмотренному п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ.

В удовлетворении остальной части ходатайства адвоката Селюкова Е.В. – отказать. 

Меру пресечения в отношении ФИО3 и ФИО6 в виде домашнего ареста оставить без изменения. 

Продлить срок домашнего ареста ФИО3 и ФИО6 на 2 месяца, то есть до 16 августа 2021 года включительно.

Меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении в отношении ФИО1, ФИО2, ФИО4, ФИО5, ФИО7, ФИО8, ФИО9 оставить без изменения.

Настоящее постановление может быть обжаловано в апелляционном порядке в Краснодарский краевой суд через Приморский районный суд г. Новороссийска в течении 10 суток со дня его вынесения. 

Председательствующий 

судья М.Е. Савин