Дело № 2 – 1258 / 2023

УИД 76RS0024-01-2023-000140-14

Принято в окончательной форме 06.02.2024

РЕШЕНИЕ

 

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

14 декабря 2023 г. г. Ярославль

Фрунзенский районный суд г. Ярославля в составе судьи Тарасовой Е.В., при секретаре Климовой А.А., с участием

истца ФИО1, представителя истца ФИО2 по доверенности,

представителей ответчика ФИО3, ФИО4, ФИО5 по доверенностям, 

помощника прокурора Малякиной А.Н.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Обществу с ограниченной ответственностью «ЭКО» о возмещении морального вреда,

установил:

ФИО1 обратился в суд с иском к ООО «ЭКО» о компенсации морального вреда в размере 5000000 руб.

В обоснование иска указано, что ФИО1 работал в ООО «ЭКО» в должности оператора линии упаковки 5 разряда. 14.04.2022 в производственном здании (цех силикатных материалов) с ФИО1 произошел несчастный случай: при подбивке выступающих плит из пачки в результате произвольного срабатывания и автоматического движения грейфера ФИО1 был зажат между щекой грейфера перестановки и пачкой силикатных перегородочных плит (защемление между неподвижными и движущимися частями машин), в результате чего потерял сознание. Прибывшая на место происшествия бригада скорой помощи доставила ФИО1 в ГАУЗ ЯО «Клиническая больница скорой медицинской помощи имени Н.В. Соловьева», где он был госпитализирован. В результате несчастного случая ФИО1 получил травму груди: переломы 1, 2, 4, 5, 6 ребер слева, рукоятки, грудины, правосторонний пульмонит, посттравматический пневмоторакс справа, ссадины грудной клетки. Данные травмы в соответствии со Схемой определения степени тяжести повреждения здоровья при несчастных случаях на производстве относятся к категории тяжелых. Причиной несчастного случая послужило ненадлежащее функционирование системы, неисправность оборудования. По факту несчастного случая работодателем проводилась проверка, в результате которой был составлен акт, также проверку проводила Государственная инспекция труда. В связи с невозможностью осуществлять трудовую деятельность по состоянию здоровья ФИО1 был уволен из ООО «ЭКО». Моральный вред, причиненный повреждением здоровья, истец оценивает в 5000000 руб. ФИО1 до настоящего времени испытывает последствия полученной травмы, продолжает лечение. Кроме того, увольнение с работы лишило истца средств достатка.

Истец ФИО1 и его представитель ФИО2 в судебном заседании иск поддержали. Истец дополнительно пояснил, что до сих пор испытывает физические и нравственные страдания, здоровье сильно пострадало, пострадал связочный аппарат, беспокоят постоянная одышка, боли, не может спать, не может трудоустроиться, т.к. функциональность не восстановлена, ограничен в быту, не может носить ребенка на руках. Находился на больничном с 14.04.2022 по 21.10.2022. Своей вины в получении травмы не усматривает. Истец знал о переводе оборудования в ручной режим, но ключ перевода был заменен и срабатывал через раз. Истец видел, что поддон завис, убедился, что сработала кнопка «пауза», рассчитывал, что работа линии остановится и пошел поправлять продукцию вручную с помощью киянки, как это обычно делали операторы. 

Представители ответчика ФИО3, ФИО4, ФИО5 в судебном заседании исковые требования признали частично, полагали достаточной компенсацию морального вреда в размере 350000 руб., поддержали позицию, изложенную в отзыве. Согласно отзыву истцом нарушены требований техники безопасности, требований охраны труда при эксплуатации атематической линии упаковки, выразившееся в нахождении истца в опасной зоне действия грейферного захвата автоматической линии упаковки во время ее работы. Согласно должностной инструкции для оператора линии упаковки установлено осуществление проверки правильности установки поддонов на линии, контроль соблюдений схем укладки продукции на поддоны, контроль работы всех машин и механизмов, закрепленных на участке. Подбивка выступающих плит из пачки не являлось должностной обязанностью истца. Истец прошел проверку требований охраны труда. Согласно п. 1.17 Инструкции по охране труда, утвержденной директором ООО «ЭКО», оператору линии упаковки запрещено находиться в опасных зонах действий грузоподъемных машин и других механизмов во время их работы. Оборудование, на котором работал истец, было исправно, отметок о неисправности оборудования на дату происшествия истцом не сделано, непосредственному руководителю не сообщено. Истец был уволен в связи с отсутствием у ответчика вакансий, соответствующих состоянию здоровья истца. Переломы 1, 2, 4, 5, 6 ребер не имеют отношения к полученной производственной травме и могли быть получены истцом в результате иных причин в период временной нетрудоспособности. За материальной помощью истец к ответчику не обращался (т. 1 л.д. 52-57). В письменных пояснениях ответчиком указано, что в журнале приема/сдачи смен за период с 11.02.2022 по 14.04.2022 истцом каких-либо отметок о неисправности оборудования не сделано. Истцом допущено движение в сторону грейферного захвата во время работы линии в автоматическом режиме (т. 1 л.д. 158).

Представитель третьего лица ОСФР по Ярославской области в судебное заседание не явился, о времени и месте его проведения извещался надлежаще. В письменном отзыве на исковое заявление оставил решение на усмотрение суда (т. 1 л.д. 136-138).

Представитель третьего лица Государственной инспекции труда в Ярославской области в судебное заседание не явился, о времени и месте его проведения извещался надлежаще. 

Помощник прокурора Малякина А.Н. в судебном заседании дала заключение об удовлетворении иска, взыскании с ответчика в пользу истца компенсации морального вреда в размере, отвечающим требованиям разумности и справедливости.

Судом определено рассмотреть дело при имеющейся явке.

Выслушав участвующих в деле лиц, исследовав письменные доказательства, видеозапись, экспертное заключение, суд приходит к выводу, что иск подлежит частичному удовлетворению, исходя из следующего.

Из записей в трудовой книжке истца судом установлено, что ФИО1 с 23.03.2020 работал в ООО «ЭКО» в должности оператора линии упаковки 5 разряда в цехе силикатных материалов. 21.10.2022 трудовые отношения сторон прекращены в связи с отсутствием у работодателя соответствующей работы, необходимой работнику в соответствии с медицинским заключением, по п. 8 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации (ТК РФ) (т. 1 л.д. 208-214).

14.04.2022 в 17 час. 57 мин. с ФИО1 произошел несчастный случай на производстве, о чем ООО «ЭКО» составлен акт № 1 о несчастном случае на производстве от 13.05.2022. 

Из данного акта следует, что 14.04.2022 оператор линии упаковки ФИО1 пришел на работу в соответствии с графиком. Его смена планировалась с 14:30 до 23:00 часов. На предсменном наряде в соответствии со своей должностной инструкцией он получил задание от старшего мастера смены ЦСМ ФИО10 по разбраковке и упаковке продукции, выходящей из автоклава. С начала смены в штатном режиме проходил процесс разбраковки плиты силикатной перегородочной размером 498*70*248. Старший оператор линии упаковки ФИО11 находился за устройством вертикальной обвязки со слесарем-ремонтником ФИО12, выполняя ремонт 2-ой головки обвязки. Линия упаковки готовой продукции находилась в выключенном режиме. После окончания разбраковки ФИО1 приступил к упаковке готовой продукции. Для этого ФИО1 подошел к пульту управления линией упаковки MASA, запустил процесс упаковки, переключив оборудование в «Автоматический режим», в результате которого началась транспортировка силикатной плиты с 3 пресса по пластинчатому транспортеру в сторону грейферного захвата разгрузки и загрузки № 2 готовой продукции для дальнейшей установки пачки на поддон. Примерно в 17 час. 57 мин. при перестановке грейфером разгрузки и загрузки № 2 очередной пачки плит силикатных перегородочных размером 498*70*248 с пластинчатого транспортера на поддон, установленный на цепном транспортере, ФИО1 заметил, что одна плита выступает из пачки. Не отключив линию упаковки MASA (со слов ФИО1, он поставил режим «пауза» на пульте управления линией), ФИО1 направился к пачке, установленной на поддон на цепном транспортере. Для того, чтобы киянкой подбить выступающую плиту из пачки, ФИО1 прошел в пространство между пластинчатым транспортером с пачками плит и грейфером перестановки, начал забивные движения молотком. В это время грейфер перестановки, завершая свой цикл (до момента начала следующего цикла, где машина встает на «паузу»), начал движение влево к пачке плит, стоявшей на пластинчатом транспортере. В момент движения грейфера ФИО1 развернуло спиной к пачке плит и зажало между щеткой грейфера перестановки и пачкой плит, стоявшей на пластинчатом транспортере. Увидев, что ФИО1 зажало, стоявший рядом инженер АСУТП Свидетель №1 бросился к пульту управления, нажал стоповую кнопку и позвал старшего оператора линии упаковки ФИО11 Старший оператор линии упаковки ФИО11 перевел линию в «ручной режим», чтобы отогнать грейфер перестановки в исходное положение и освободить ФИО1 из зажатого состояния. В момент отвода грейфера ФИО1 был без сознания, а рядом находившийся ФИО6 уложил ФИО1 на пол и стал оказывать первую помощь пострадавшему: убедившись, что открытых ран, открытых переломов и кровотечений нет, начал приводить в чувства криком и разговорами. Со слов Свидетель №1, пострадавший пришел в сознание менее чем через 1 мин. ФИО11 вызвал скорую медицинскую помощь. Прибывшая через 20 мин. бригада скорой помощи увезла ФИО1 в ГАУЗ ЯО «Клиническая больница скорой медицинской помощи им. Н.В. Соловьева», где ФИО1 был госпитализирован. В результате случившегося истец получил закрытую травму груди: правосторонний пульмонит, посттравматический пневмоторакс справа, ссадины грудной клетки. Травма отнесена к категории тяжелых.

Согласно акту основными причинами несчастного случая на производстве явились:

- нарушение требований охраны труда пострадавшим при эксплуатации автоматической линии упаковки, что выразилось в нахождении пострадавшего в опасной зоне действия грейферного захвата автоматической линии упаковки во время ее работы;

- эксплуатация оборудования (автоматической линии упаковки марки «MASA»), не соответствующего требованиям безопасности, а именно: без установки защитного сетчатого ограждения линии упаковки готовой продукции; ввиду необеспечения работы системы управления автоматической линии упаковки таким образом, чтобы движущиеся части не могли быть приведены в действие, пока они находятся в зоне досягаемости оператора, либо персонал не мог находиться в пределах досягаемости движущихся частей машин и (или) оборудования при приведении их в действие; в нарушение требований п. 44 Приложения № 1 ТР ТС 010/2011 к Техническому регламенты Таможенного союза «О безопасности машин и оборудования», утв. Решением Комиссии Таможенного союза от 18.10.2011 № 823, п. 27 Правил по охране труда при размещении, монтаже, техническом обслуживании и ремонте технологического оборудования, утв. Приказом Министерства труда и социальной защиты Российской Федерации от 27.11.2020 № 833н, подп.1 п. 5 Правил по охране труда при производстве строительных материалов, утв. Приказом Министерства труда и социальной защиты Российской Федерации от 15.12.2020 № 901н, ст.ст. 22, 214 ТК РФ.

Сопутствующими причинами стали:

- недостаточный контроль со стороны должностных лиц организации за соблюдением требований безопасности пострадавшим, в нарушение требований подп. 3 п. 5 Правил по охране труда при размещении, монтаже, техническом обслуживании и ремонте технологического оборудования, утв. Приказом Министерства труда и социальной защиты Российской Федерации от 27.11.2020 № 833н, подп. 1 п. 5 Правил по охране труда при производстве строительных материалов, утв. Приказом Министерства труда и социальной защиты Российской Федерации от 15.12.2020 № 901н, ст.ст. 22, 214 ТК РФ;

- ненадлежащее функционирование системы управления охраной труда, выразившееся в необеспечении реализации предусмотренных мер по снижению или исключению профессиональных рисков на рабочем месте оператора линии упаковки, в нарушении требований п. 18, подп. «ж», «з» п. 47 Примерного положения о системе управления охраной труда, утв. Приказом Министерства труда и социальной защиты Российской Федерации от 29.10.2021 № 776н, ст.ст. 22, 214, 217, 218 ТК РФ. 

К лицам, допустившим нарушение требований охраны труда, отнесены ФИО1, ФИО13 (технический директор), ФИО14 (начальник отдела АСУТП), ФИО11 (старший оператор линии установки), ФИО15 (начальник цеха силикатных материалов).

О несогласии с содержанием акта истец в установленном порядке (ст. 231 ТК РФ) не заявлял. Вместе с тем, в ходе судебного разбирательства факт допущения со своей стороны нарушений требований охраны труда ФИО1 оспаривал.

Оценив доводы сторон в указанной части, суд полагает установленным, что основной причиной несчастного случая является ненадлежащая организация работодателем работы операторов линии упаковки, при которой допускалось нахождение работников в опасной зоне производственного оборудования. Часть ограждения линии, которое исключало попадание работника в рабочую зону работающего оборудования, на момент несчастного случая отсутствовала, ее демонтаж произведен работодателем с 2018 г., что следует из объяснений представителей ответчика в судебном заседании. При этом работодателю было известно, что операторы вручную с помощью киянки (деревянного молотка) поправляют блоки продукции на линии. Достоверная информация о том, в каком положении должно находиться оборудование по окончании рабочего цикла при нажатии кнопки «пауза», до истца доведена не была, что повлекло неверную оценку им опасности ситуации.

Кроме того, суд принимает во внимание, что хотя ФИО1 и значится в акте о несчастном случае на производстве в качестве лица, допустившего нарушение требований охраны труда, тем не менее его вина в процентах не указана. 

После травмы истец был временно нетрудоспособен, находился на лечении и реабилитации в период с 14.04.2022 по 01.07.2022, с 19.07.2022 по 30.07.2022, с 01.08.2022 по 19.08.2022, с 08.06.2023 по 23.06.2023, в санатории с 14.08.2023 по 03.08.2023 (т. 1 л.д. 12, 15-17, 19-20, 218, т. 2 л.д. 79, 80).

В связи с профессиональным заболеванием ФИО1 установлена утрата профессиональной трудоспособности в размере 10 % на срок с 03.10.2022 до 01.11.2023 с последующим переосвидетельствованием (т. 1 л.д. 21). На момент рассмотрения дела истец, как видно из его объяснений, переосвидетельствование не проходил.

Согласно заключению судебно-медицинской экспертизы от 29.082023-01.11.2023 № 26п, выполненной ГУЗ ЯО «Ярославское областное бюро судебно-медицинской экспертизы», 14.04.2022 у истца имелась закрытая травма груди без нарушений каркасности грудной клетки: кровоподтеки нижних отделов грудины спереди в 2х сторон, ссадины в области груди справа; множественные переломы ребер с обеих сторон (II правого ребра по околопозвоночной линии, без суще6ственного смещения отломков; IV, V и VI левых ребер по задней подмышечной линии без смещения отломков; I левого ребра по окологрудинной линии с переходом на хрящевую часть ребра, без смещения отломков; I правого ребра по окологрудинной линии с переходом на хрящевую часть со смещением отломков по ширине и вдавленностью хрящевой порции); полный косо-поперечный перелом рукоятки грудины с небольшим смещением отломков по ширине кпереди; повреждение (разрыв) правого легкого с пневмогидротораксом малого объема (наличие воздуха и жидкости в плевральной полости небольшого объема); пульмонит (ушиб) правого легкого. Травма, включающая в себя повреждение (разрыв) легкого относится к тяжелым несчастным случаям на производстве. Вред, причиненный здоровью ФИО1, относится к тяжкому. Полученная ФИО1 закрытая травма груди не повлекла за собой стойкой утраты общей трудоспособности. На период до 6 недель после травмы ограничена тяжелая физическая нагрузка (т. 2 л.д. 137-175).

Из содержания ст.ст. 212, 219 ТК РФ следует, что каждый работник имеет право на рабочее место, соответствующее требованиям охраны труда. Обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.

Установленные судом обстоятельства дела свидетельствуют о том, что обязанность по обеспечению истцу безопасных для здоровья условий труда работодателем надлежащим образом выполнена не была. 

Ущерб, причиненный работнику в результате виновного противоправного поведения (действий или бездействия) работодателя, в том числе путем компенсации морального вреда, подлежит возмещению на основании ст.ст. 12, 150-152, 1099-1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, ст.ст. 232, 233, 237 ТК РФ. При этом компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба. Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости. Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий (п. 63 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», п.п. 27-28 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).

При определении размера компенсации морального вреда суд учитывает, что моральный вред истцу причинен повреждением такого нематериального блага как здоровье, полученная ФИО1 травма повлекла утрату профессиональной трудоспособности в размере 10 %, безусловно, снизила качество жизни истца и ограничивает возможность его трудоустройства и получения дохода.

Принимая во внимание степень вины работодателя, индивидуальные особенности потерпевшего (пол, возраст на момент травмы – 32 года), суд полагает разумным и справедливым взыскать в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 850000 руб. 

На основании п. 1 ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (ГПК РФ) с ответчика в бюджет подлежит взысканию государственная пошлина в сумме 300 руб., от уплаты которой истец был освобожден.

Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

Исковые требования ФИО1 (паспорт гражданина Российской Федерации НОМЕР) к Обществу с ограниченной ответственностью «ЭКО» (ОГРН 

<

***>) удовлетворить частично:

Взыскать в пользу ФИО1 с Общества с ограниченной ответственностью «ЭКО» компенсацию морального вреда в размере 850000 рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «ЭКО» в бюджет государственную пошлину в сумме 300 рублей.

Решение может быть обжаловано в Ярославский областной суд через Фрунзенский районный суд г. Ярославля в течение месяца со дня принятия его в окончательной форме.

Судья Е.В. Тарасова