Мотивированное 

определение

 изготовлено 15 июня 2017 года

Судья Аленкин И.О. Дело № 33-866/2017

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

08 июня 2017 года г. Псков

Судебная коллегия по гражданским делам

Псковского областного суда

в составе:

председательствующего судьи Панова И.М.,

судей Лебедева А.А., Овчинникова А.Г.,

при секретаре Шиловой И.А.,

рассмотрела в открытом судебном заседании дело по апелляционной жалобе ФИО1 на решение Себежского районного суда Псковской области от 27 марта 2017 года, которым постановлено:

иск ФИО2 удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО1 в пользу ФИО2 компенсацию морального вреда за физические и нравственные страдания, причиненные совершенным ответчиком ДТП, в сумме 30000 (тридцать тысяч) рублей, а также 7000 (семь тысяч) рублей в возмещение понесенных судебных расходов по оплате юридических услуг представителя. 

В удовлетворении остальной части иска ФИО3 отказать.

Выслушав доклад судьи Псковского областного суда Игошина В.Е., судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

ФИО2 обратилась в суд с исковым заявлением, уточненным в порядке ст. 39 ГПК РФ, о взыскании с ФИО1 компенсации морального вреда, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, а также судебных расходов.

В обоснование иска указано, что 08 июля 2016 года ФИО1, управляя автомобилем 

<

данные изъяты>, двигаясь задним ходом, совершила на неё наезд, от чего были получены 

<

данные изъяты>. Считает, что ей был причинен моральный вред, который она оценивает в 150000 рублей, а также просит взыскать судебные расходы в размере 7000 рублей.

Ответчик ФИО1 и её представитель ФИО4 исковые требования не признали, полагая, что размер компенсации чрезмерно завышен исходя из последствий ДТП. 

Судом постановлено указанное выше решение.

В апелляционной жалобе ФИО1 ставится вопрос об отмене судебного решения, поскольку выводы суда не соответствуют фактическим обстоятельствам делаоскольку выводы суда не соответствуют фактическим ское экспертное. 

Из представленных суду материалов следует, что в результате дорожно-транспортного происшествия истицей получены 

<

данные изъяты>. Соответственно, длительное амбулаторное лечение истицы связано не с ДТП, а с имеющимися у неё хроническими заболеваниями. Причинно-следственная связь между телесными повреждениями истицы и дорожно-транспортным происшествием однозначно не установлена. 

Кроме того, указывает на процессуальные нарушения, допущенные судом первой инстанции при допросе в качестве специалиста врача-невролога А. Н.В. Доказательств, подтверждающих, что она является врачом-неврологом Себежской районной больницы, представлено не было.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы и возражения на неё, судебная коллегия изменяет решение в части, в связи с тем, что выводы суда не соответствуют обстоятельствам дела (п. 3 ч. 1 ст. 330 ГПК РФ).

Судом установлено и подтверждается материалами дела, что 08 июля 2016 года в 10 часов 25 минут на 

<

****>, ФИО1, управляя автомобилем ВАЗ 

<

данные изъяты>, при движении задним ходом совершила наезд на ФИО2

В результате данного дорожно-транспортного происшествия (ДТП), согласно заключению судебно-медицинской экспертизы № (****) от 20 декабря 2016 года, ФИО2 были причинены телесные повреждения 

<

данные изъяты>.

Применив положения ст.ст. 1099-1101, 150, 151 ГК РФ, суд первой инстанции пришел к выводу об удовлетворении исковых требований частично, взыскав в пользу ФИО2 компенсацию морального вреда в размере 30000 рублей и судебные расходы в размере 7000 рублей.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд первой инстанции исходил из того, что истица и по настоящее время продолжает лечение от последствий травмы ДТП, что было подтверждено специалистом, допрошенным в судебном заседании. Фактически суд сделал вывод о том, что длительное лечение ФИО2 находится в причинно-следственной связи с ДТП, является его следствием.

Судебная коллегия находит выводы суда неправильными, не основанными на допустимых доказательствах.

Учитывая, что в результате дорожно-транспортного происшествия истцу ФИО2 причинен вред здоровью, что свидетельствует о перенесенных ею физических страданиях, суд обоснованно возложил на причинителя вреда, являющегося владельцем источника повышенной опасности и виновником ДТП, обязанность компенсации морального вреда, причиненного потерпевшему.

Однако судебная коллегия не соглашается с выводами суда в части размера компенсации морального вреда. 

В соответствии с п. 3 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19.12.2003 № 23 "О судебном решении" решение является обоснованным тогда, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости (статьи 55, 59 - 61, 67 ГПК РФ), а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов.

Статья 60 ГПК РФ, определяя принцип допустимости доказательств, устанавливает, что обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами.

Предметом данного спора является установление характера телесных повреждений, полученных потерпевшей при ДТП, степень их тяжести в зависимости от последствий для здоровья, причинная связь между полученными травмами и последующим процессом лечения. 

В соответствии с ч. 1 ст. 58 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» медицинской экспертизой является проводимое в установленном порядке исследование, направленное на установление причинно-следственной связи между воздействием каких-либо событий, факторов и состоянием здоровья гражданина.

Судебно-медицинская экспертиза проводится в целях установления обстоятельств, подлежащих доказыванию по конкретному делу, в медицинских организациях экспертами в соответствии с законодательством Российской Федерации о государственной судебно-экспертной деятельности ч. 1 ст. 62 Закона).

Порядок проведения судебно-медицинской экспертизы и порядок определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, устанавливаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

Согласно п. 9 Правил определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 17.08.2007 № 522 (далее Правила) при проведении судебно-медицинской экспертизы в отношении живого лица, имеющего какое-либо предшествующее травме заболевание либо повреждение части тела с полностью или частично ранее утраченной функцией, учитывается только вред, причиненный здоровью человека, вызванный травмой и причинно с ней связанный.

Пунктом 4 Правил определено, что квалифицирующими признаками тяжести вреда, причиненного здоровью человека являются длительность или кратковременность расстройства здоровья, который определяется только врачом, судебно-медицинским экспертом (п. 6 Правил).

Таким образом, установление причинно-следственной связи между произошедшим ДТП и состоянием здоровья потерпевшего является исключительно компетенцией врача - судебно-медицинского эксперта и возможно только путем проведения судебно-медицинской экспертизы. Суд, не обладающий специальными познаниями в области медицины, не вправе самостоятельно опровергать выводы эксперта, не имея другого допустимого доказательства, которым может быть только иное заключение судебно-медицинской экспертизы.

В данном случае судебно-медицинским экспертом установлено, что в результате ДТП потерпевшая ФИО2 получила только телесные повреждения 

<

данные изъяты>, которые квалифицируются как повреждения, не причинившие вреда здоровью человека. Длительность нахождения на амбулаторном лечении и тяжесть состояния можно объяснить наличием у нее длительно протекающего заболевания 

<

данные изъяты>.

При этом из заключения эксперта видно, что им проанализированы медицинские документы, относящиеся к состоянию здоровья потерпевшей до ДТП, начиная с 2014 года. Из них следует, что все симптомы, о которых потерпевшая заявляла как о последствиях ДТП: 

<

данные изъяты> - имелись у нее ранее ДТП, являлись следствием хронических заболеваний.

Таким образом, суд бездоказательно сделал вывод о причинной связи ДТП и последующего лечения потерпевшей.

В этой ситуации суд необоснованно в качестве доказательства причинной связи длительного лечения потерпевшей с травмами сослался на показания лечащего врача А. Н.В. о том, что травма усугубила состояние здоровья ФИО2 Суд не дал никакой оценки тому, что указанные врачом симптомы последствий ДТП: 

<

данные изъяты>, полностью совпадают с имевшимися у нее до ДТП.

Таким образом, денежной компенсации подлежал только моральный вред, связанный с физической болью от 

<

данные изъяты>, полученных потерпевшей в момент ДТП.

С учетом изложенного, судебная коллегия изменяет решение суда в части размера компенсации морального вреда и снижает его до 5000 рублей. 

На основании изложенного и руководствуясь п.2 ст.328 ГПК РФ, судебная коллегия 

О П Р Е Д Е Л И Л А:

решение Себежского районного суда Псковской области от 27 марта 2017 года изменить в части, уменьшив размер взысканной компенсации морального вреда в пользу ФИО2 до 5000 рублей.

В остальной части решение оставить без изменения.

Председательствующий: И.М. Панов

Судьи: А.Г. Овчинников

А.А. Лебедев