Судья Попова Е.Л.

Дело № 22-401-2026

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Пермь 10 февраля 2026 года

Судебная коллегия по уголовным делам Пермского краевого суда в составе: председательствующего Симбиревой О.В.,

судей Доденкиной Н.Н., Клементьевой О.Л.,

при секретаре судебного заседания Чечкине А.С.,

с участием прокурора Овчинниковой Д.Д.,

защитника – адвоката Журавлевой И.В.,

осужденного ФИО1

рассмотрела в открытом судебном заседании с использованием систем видео-конференц-связи уголовное дело по апелляционной жалобе адвоката Бабарыкиной О.Ю. на приговор Мотовилихинского районного суда г. Перми от 8 декабря 2025 года, которым

ФИО1, родившийся дата в ****, несудимый,

осужден по ч. 1 ст. 105 УК РФ к 9 годам лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима, с исчислением срока наказания со дня вступления приговора в законную силу.

На основании п. «а» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ зачтено в срок лишения свободы время содержания под стражей с 8 июля 2025 года до вступления приговора в законную силу из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

Разрешены вопросы о гражданском иске, вещественных доказательствах.

Заслушав доклад судьи Симбиревой О.В., изложившей содержание приговора, существо апелляционной жалобы и возражений, выступления адвоката и осужденного, поддержавших доводы апелляционной жалобы, прокурора об оставлении приговора без изменения, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

ФИО1 признан виновным в умышленном причинении смерти своему сыну А., совершенном в г. Перми в период времени и при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

В апелляционной жалобе адвокат Бабарыкина О.Ю. выражает несогласие с приговором, обращает внимание, что ФИО1 не судим, характеризуется положительно по месту жительства и работы. В обоснование своих доводов указывает, что при назначении наказания не в полной мере учтены вид умысла, мотивы и цель, способ, обстановка и стадия совершения преступления, а также личность подзащитного, его отношение к содеянному, смягчающие и отягчающие обстоятельства, личность потерпевшего и его взаимоотношения с осужденным, а также поведение, предшествующее убийству. Считает, что следует учитывать, что подзащитному было известно, что ранее от действий потерпевшего погиб человек, он пытался избежать конфликта, который провоцировал А., анализ взаимоотношений осужденного и потерпевшего до совершения преступления, неоднократные конфликты между ними позволяет сделать вывод о том, что инициатором конфликтов всегда был погибший, поэтому действия подзащитного были направлены на защиту своей жизни, а потому он подлежит оправданию.

В возражении государственный обвинитель Кулинич А.С. находит доводы апелляционной жалобы не подлежащими удовлетворению, просит оставить приговор без изменения, считая его законным, обоснованным и справедливым.

Проверив материалы дела, доводы апелляционной жалобы и возражений, выслушав участников процесса, судебная коллегия приходит к следующему.

В судебном заседании суда первой инстанции ФИО1 вину признал частично и показал, что в ходе распития спиртных напитков между ним и сыном А. произошла ссора, в ходе которой последний угрожал убийством и наносил ему удары по телу, а затем сбросил с дивана на пол, испугавшись дальнейших действий, он взял со стола нож и стал наносить им удары по телу сына, обороняясь таким образом от его действий.

Несмотря на занятую ФИО1 позицию, вывод суда о его виновности в совершении преступления, за которое он осужден, соответствует фактическим обстоятельствам, установленным судом, подтверждается совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств, в том числе показаниями:

потерпевшей Н., согласно которым 8 июля 2025 года от сотрудников полиции ей стало известно о смерти сына, который любил отца, конфликтов между ними не было;

свидетеля Л., согласно которым она видела, как между Стрелковыми О.Ю. и А. произошел конфликт, в ходе которого последний нанес один удар рукой в живот ФИО1 и обхватил его за шею и как будто начал душить, а тот схватил А. за футболку и порвал ее, а также нанес один удар рукой в область правого глаза. На этом драка закончилась, но продолжался словесный конфликт, она забинтовала потерпевшему глаз. Ночью ФИО1 пытался выйти из комнаты, но потерпевший не дал ему это сделать, швырнув в сторону батареи, после чего ФИО1 вновь попытался выйти, А. сказал ему ползти, что тот и сделал. Находясь у стола, он взял кухонный нож и замахнулся на А., тот безуспешно пытался выхватить нож, а ФИО1 нанес ему удар в область груди. Угроз убийством участники конфликта друг другу не высказывали. В этот момент она выбежала из комнаты, а когда вернулась, потерпевший лежал на полу, не подавая признаков жизни. ФИО1 в это время сидел на диване с ножом и нанес еще один удар в живот погибшему. ФИО1 по телефону сообщил нескольким людям о том, что убил сына;

свои показания свидетель подтвердила в ходе очных ставок с П., ФИО1 и в ходе проверки показаний на месте;

свидетель П. пояснил о том, что между Стрелковыми О.Ю. и А. произошел конфликт, в ходе которого ФИО1 рукой нанес А. удар в глаз, а также порвал футболку, когда драка закончилась Л. забинтовала А. глаз. Спустя какое-то время А. начал говорить ФИО1 о том, что тот его изуродовал и откинул ФИО1 в сторону батареи, при этом ФИО1 об нее не ударился. Через какое-то время он выразил желание выйти, на что А. сказал ему ползти, что тот и сделал. Проползая около стола, ФИО1 взял со стола нож и замахнулся в сторону А., тот попытался выхватить нож, но у него не получилось. Когда они оба стояли рядом с диваном, ФИО1 нанес А. несколько ударов ножом в область груди и живота, последний упал на пол, а ФИО1 нанес ему еще один удар ножом в область живота. Через 10-15 минут приехали сотрудники скорой медицинской помощи и констатировали смерть А. Угроз убийством осужденный и потерпевший друг другу не высказывали;

свои показания свидетель подтвердил в ходе очных ставок с Л., ФИО1 и в ходе проверки показаний на месте;

свидетеля В1. о том, что погибший выпивал и становился агрессивным, провоцировал конфликты, вступал в драки. Со слов соседа ФИО1 П. узнал, что погибший сильно выпил и избил осужденного, а тот в какой-то момент не выдержал и ударил его несколько раз кухонным ножом;

свидетеля М., которая охарактеризовала ФИО1, как жестокого человека, ее дочь – его бывшая жена, приходила к ней несколько раз в синяках;

свидетеля Б. – сотрудника полиции, оглашенные в судебном заседании, о том, что они с К. по сообщению дежурной части о ножевом ранении прибыли на место, войдя в квартиру, обнаружили на полу труп А. с колото-резаными ранами. В квартире также находился его отец ФИО1 и двое соседей, которые были очевидцами произошедшего;

свидетеля В2., оглашенные в судебном заседании, который пояснил, что в составе бригады «Скорой помощи» прибыл на место происшествия, где обнаружил лежащим на полу мужчину с колото-резаными ранами на теле, констатировав смерть, они вызвали сотрудников полиции. В квартире были женщина и двое мужчин, один из которых сообщил, что на почве конфликта он нанес сыну несколько ножевых ранений, после чего сын скончался.

Вина осужденного подтверждается письменными доказательствами, исследованными в судебном заседании, подробное содержание которых приведено в приговоре суда:

протоколом осмотра места происшествия от 08 июля 2025, согласно которому объектом осмотра является квартира по адресу: ****. Зафиксирован вход в подъезд, затем в квартиру, обстановка в ней, расположение трупа А. относительно находящейся в комнате мебели, одежда на трупе, колото-резаные ранения на нем, а также наличие бурой жидкости в непосредственной близости от трупа. В ходе осмотра изъяты мобильные телефоны «realme», 2 сотовых телефона марки «Redmi». На электроплите в кухне обнаружен нож с бирюзовой рукояткой с веществом бурого цвета, который изъят и упакован, а в дальнейшем осмотрен;

протоколами выемки от 08, 15 июля 2025, согласно которому произведена выемка одежды ФИО1, А., которые были впоследствии осмотрены;

картой вызова скорой медицинской помощи № 1479 от 08 июля 2025 года, согласно которой вызов принят 08 июля 2025 года в 02:50 час., бригада скорой помощи прибыла на место в 02:58 по адресу: ****. Пациент – А. Поставлен диагноз: множественные раны грудной клетки слева и справа, колото-резаные раны передней брюшной стенки. В 02:59 констатирована биологическая смерть;

протоколом осмотра предметов от 27 августа 2025, согласно которому осмотрены два фрагмента ковра, обильно загрязненные веществом бурого цвета, отмечаются пята различных форм, размеров и характеристик;

заключением эксперта от 8 июля 2025 года № 3949, согласно которому установлено количество, характер, локализация, механизм и время образования телесных повреждений у потерпевшего А., а также причина его смерти;

заключением эксперта № 1260 от 08.07.2025 – 09.07.2025 и № 803доп./1260 от 14.08.2025, согласно которой у ФИО1 зафиксировано наличие повреждений, не причинивших вреда здоровью, их количество, характер, локализация, механизм и время образования;

заключением эксперта № 385 от 28.07.2025 (трасологическая экспертиза), согласно которому след подошвы обуви изъятый в ходе осмотра места происшествия оставлен подошвой кроссовка на правую ногу подозреваемым А.;

заключением эксперта № 1096 от 17.07.2025 – 30.07.2025 (генетическая экспертиза), согласно которому на ноже (клинке и рукоятке) обнаружены следы крови, принадлежащие потерпевшему А. с вероятностью более 99,99%. Исключается их происхождение от подозреваемого ФИО1 Присутствие на рукоятке контактных следов иного лица (например, подозреваемого ФИО1) могло быть не выявлено из-за обильного загрязнения рукоятки ножа кровью потерпевшего А.;

заключением эксперта № 256 мко от 04.08.2025 (судебная медико-криминалистическая экспертиза), согласно которому колото-резаные раны №№ 3, 4 на макропрепарате кожных покровов с «передней поверхности груди слева» от трупа А., дата г.р., могли быть причинены в результате воздействий клинком представленного кухонного ножа либо иным орудием, обладающим сходными следообразующими свойствами, иными доказательствами, приведенными в приговоре.

Предварительное и судебное следствие по делу проведены полно и объективно, с соблюдением принципов уголовного судопроизводства. Суд принял предусмотренные законом меры для всестороннего, полного и объективного исследования обстоятельств дела. Судебное следствие проведено в соответствии с требованиями ст.ст. 273-291 УПК РФ, с предоставлением возможности сторонам в равной степени реализовать свои процессуальные права. Все представленные сторонами доказательства судом были исследованы, им дана надлежащая оценка в приговоре, при этом приведены мотивы, по которым одни доказательства признаны достоверными, а другие отвергнуты.

Переоценка доказательств, положенных судом в основу приговора, со стороны защиты, выявление несущественных и незначительных противоречий, не отражающихся на полноте восстановленной картины произошедшего в целом обусловлены необходимостью опорочить эти доказательства, являются способом защиты, а потому не могут быть признаны обоснованными.

Правильность оценки доказательств, данной судом, сомнения не вызывает, при рассмотрении дела установлены все подлежащие доказыванию обстоятельства, предусмотренные ст. 73 УПК РФ. Противоречий между обстоятельствами дела, как они установлены судом, и доказательствами, положенными судом в основу приговора, не имеется. Фактические обстоятельства дела судом установлены правильно и изложены в приговоре полно.

Показания свидетелей, которые положены в основу приговора, являются последовательными, логичными, согласуются с исследованными по делу другими доказательствами и существенных противоречий, влияющих на правильность установления фактических обстоятельств дела, не содержат. Оснований не доверять этим показаниям у суда не имелось. Чьей-либо заинтересованности в искусственном создании доказательств обвинения, как и причин для оговора осужденного не выявлено.

Судом тщательно, посредством анализа фактических обстоятельств и представленных сторонами доказательств, проверялись доводы защиты о совершении преступления в условиях необходимой обороны или превышения ее пределов, которые своего объективного подтверждения по материалам дела не нашли и мотивированно отвергнуты как несостоятельные.

Установленные судом фактические обстоятельства дела, поведение осужденного до и после совершения преступления, способ, локализация, характер примененного насилия и причиненных потерпевшему повреждений, применение ножа со всей очевидностью свидетельствуют об умышленном характере его действий и осознании им возможности причинения смерти А.

Суд правомерно пришел к выводу о том, что позицию осужденного об отсутствии у него умысла на убийство потерпевшего, следует расценивать критически, поскольку совокупностью доказательств достоверно установлено, что ФИО1, неоднократно нанесший А. удары ножом, с достаточной силой, в область грудной клетки и живота, причинив последнему телесные повреждения, от которых через непродолжительное время на месте совершения преступления наступила его смерть, довел до конца умысел, направленный именно на причинение смерти потерпевшему.

По убеждению судебной коллегии, произвольная оценка ФИО1 собственных действий как правомерных, обусловленных, по его мнению, необходимостью осуществлять защиту от агрессивного поведения потерпевшего, не может служить основанием для вывода о необходимости отмены или изменения приговора, поскольку обстоятельства происшедшего, установленные судом на основании всей совокупности доказательств, указывают на то, что действия ФИО1, который взял нож и нанес им несколько ударов А., носили целенаправленный характер и не были связаны с необходимостью осуществлять защиту от безоружного потерпевшего, который в момент происшедшего не совершал в отношении него действий, представляющих угрозу для жизни и здоровья.

Судебная коллегия находит правомерными мотивированные выводы суда об опровержении доводов осужденного, поскольку каких-либо убедительных данных, свидетельствующих о безусловной необходимости нанесения им неоднократных ударов ножом потерпевшему, не имеется.

Более того, из показаний самого ФИО1, принятых судом, усматривается, что нож он взял, когда сын лежал на диване, ударил, попав по рукам, так как тот закрылся от удара, последующие удары потерпевшему ножом были нанесены, когда сын пытался освободиться от него, они упали на пол, при этом он сел на сына сверху и наносил удары по телу.

Из показаний очевидцев-свидетелей Л. и П. следует, что угроз убийством А. в адрес ФИО1 не высказывал, а после конфликта между ними прошел продолжительный промежуток времени, то есть со стороны погибшего не осуществлялось каких-либо действий в отношении осужденного, влекущих необходимость обороняться от него.

Наличие конфликта между Стрелковыми О.Ю. и А. до совершения преступления, телесных повреждений, зафиксированных у осужденного, не обуславливает необходимость оценки его последующих действий по нанесению неоднократных ударов ножом в область грудной клетки и живота потерпевшего, как исключительно оборонительных и не опровергает установленных судом обстоятельств целенаправленного, внезапного нанесения осужденным колото-резаных ранений потерпевшему.

Суд пришел к обоснованному выводу об отсутствии у ФИО1 оснований для принятия мер к защите, который надлежаще мотивирован в приговоре.

При этом, признание в качестве обстоятельства, смягчающего наказание, противоправного поведения потерпевшего, явившегося поводом для совершения преступления, само по себе не свидетельствует о безусловной необходимости оценки действий осужденного, как совершенных в состоянии необходимой обороны или при превышении ее пределов, а наличие телесных повреждений, зафиксированных у ФИО1 свидетельствует лишь о наличии конфликта между ним и А., который был завершен до того, как осужденный стал наносить удары ножом потерпевшему.

При таких обстоятельствах суд верно установил фактические обстоятельства дела и квалифицировал действия ФИО1 по ч. 1 ст. 105 УК РФ, как умышленное причинение смерти другому человеку.

При решении вопроса о наказании, определении его вида и размера судом первой инстанции в полной мере соблюдены требования ст. 6, 60 УК РФ, в должной степени учтены характер и степень общественной опасности совершенного осужденным преступления, отнесенного к категории особо тяжких; данные о личности ФИО1; отсутствие отягчающих и наличие смягчающих наказание обстоятельств – активное способствование в расследовании преступления, выраженное в написании явки в повинной, а также в участие в проверке показаний на месте; противоправное поведение потерпевшего, явившегося поводом для совершения преступления, раскаяние в содеянном, частичное признание вины, состояние здоровья осужденного.

Каких-либо новых данных, которые не были учтены судом первой инстанции, либо которые в силу требований закона могли бы являться безусловным основанием для смягчения назначенного наказания, судебной коллегии не представлено.

Суд первой инстанции, учитывая все сведения по делу в совокупности, исходя из установленных ст. 43 УК РФ целей наказания – восстановление социальной справедливости, исправление осужденного и предупреждение совершения им новых преступлений, с приведением мотивов пришел к выводу о необходимости назначения ФИО1 наказания в виде лишения свободы, в пределах, предусмотренных ч. 1 ст. 62 УК РФ, не усмотрев оснований для применения положений ст.ст. 64, 73 УК РФ, ч. 6 ст. 15 УК РФ.

Вид исправительного учреждения, в котором осужденному надлежит отбывать наказание, определен правильно, в соответствии с требованиями п. «в» ч. 1 ст. 58 УК РФ.

По своему виду и размеру назначенное осужденному наказание за преступление соответствует требованиям ст.ст. 6, 43, 60 УК РФ, определено с учетом всех обстоятельств, установленных судом в ходе судебного разбирательства, и имеющих существенное значение, является соразмерным содеянному и справедливым.

Вопросы о гражданском иске и вещественных доказательствах разрешены в соответствии с законом.

Между тем, приговор подлежит изменению по следующим основаниям.

Обосновывая свой вывод о виновности осужденного, суд в приговоре сослался в качестве доказательства на показания свидетеля Б., в том числе в части содержания пояснений, данных ФИО1 в ходе досудебного производства.

Между тем, по смыслу уголовно-процессуального законодательства суд не вправе допрашивать дознавателя и следователя, равно как и сотрудника, осуществляющего оперативное сопровождение дела, о содержании показаний, данных в ходе досудебного производства подозреваемым или обвиняемым, в том числе в целях восстановления содержания этих показаний, что является одной из важных гарантий права каждого не быть обязанным свидетельствовать против самого себя (ч. 1 ст. 51 Конституции РФ) (Определение Конституционного Суда РФ от 18 июля 2017 года N 1548-О).

При указанных обстоятельствах показания свидетеля Б. подлежат исключению из приговора в той части, в которой они воспроизводят содержание пояснений, данных ФИО1

Судебная коллегия отмечает, что исключение из числа доказательств показаний этого свидетеля в указанной части не свидетельствует о недопустимости его показаний в целом и не влияет на правильные выводы суда о виновности ФИО1 в совершении преступления, поскольку подтверждается достаточной совокупностью приведенных в приговоре доказательств, оцененных судом в соответствии с требованиями ст. ст. 87, 88, 89 УПК РФ.

Иных нарушений уголовно-процессуального и уголовного закона, влекущих отмену или изменение приговора, при производстве по делу не допущено.

Руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.15, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

приговор Мотовилихинского районного суда г. Перми от 8 декабря 2025 года в отношении ФИО1 изменить:

исключить из приговора ссылку на показания свидетеля ФИО2 – сотрудника полиции в части воспроизведения им сведений, сообщенных ФИО1 о совершении им преступления, как на доказательства его вины.

В остальном приговор оставить без изменения, апелляционную жалобу адвоката – без удовлетворения.

Апелляционное определение может быть обжаловано в кассационном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции путем подачи кассационной жалобы, представления через суд первой инстанции в течение 6 месяцев со дня вступления приговора в законную силу, а для осужденного, содержащегося под стражей, – в тот же срок со дня вручения ему копии такого судебного решения, вступившего в законную силу, с соблюдением требований ст. 401.4 УПК РФ.

В случае пропуска срока кассационного обжалования или отказа в его восстановлении кассационные жалоба, представление подаются непосредственно в суд кассационной инстанции и рассматриваются в порядке, предусмотренном ст.ст. 401.10 – 401.12 УПК РФ.

В случае подачи кассационной жалобы, представления лица, участвующие в деле, вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий подпись

Судьи подписи