Дело № 2-165/19 

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

26 марта 2019 года 

Ленинский районный суд г.Перми в составе:

председательствующего судьи Дульцевой Л.Ю.,

при секретаре Бессоновой К.А.,

с участием представителя ответчиков ФСИН России и ГУФСИН России по Пермскому краю – ФИО1

представителя ответчика ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Пермскому краю – ФИО2,

представителя ответчика прокуратуры Пермского края – ФИО3,

представителя ответчиков – Министерства финансов РФ, Управления федерального казначейства по Пермскому краю – ФИО4,

представителя ответчика – УМВД России по г.Перми – ФИО5,

рассмотрев в открытом судебном заседании в г.Перми гражданское дело по иску ФИО6 к ФСИН России, ГУФСИН России по Пермскому краю, ФКУ СИЗО-1, ГУФСИН России по Пермскому краю, прокуратуре Пермского края, Министерству финансов РФ, Управлению федерального казначейства по Пермскому краю, УМВД России по г.Перми о взыскании компенсации морального вреда,

установил:

ФИО6 обратился в суд с иском к ответчикам, просит о взыскании компенсации морального вреда в размере 700 000 руб.

В обоснование своих требований указал, что постановлением Кировского районного суда г.Перми задержан по подозрению в совершении преступлений. В период с ДД.ММ.ГГГГ. по ДД.ММ.ГГГГ. находился в бесчеловечных и невыносимых условиях содержания, которые вызвали ухудшение здоровья, доставили страдания, сильно расшатали психику и нарушили права гарантированные Федеральным законом «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» от 15.07.1995г. № 103-ФЗ. С карантинной камеры 168 был помещен в камеры 182 корпуса № СИЗО-1. Обстановка в камере 182: освещением в камере служивала лампа на 40-60 ват, туалетом служила дыра на ступеньке в углу камеры на высоте 80 см., роль ширмы играло кирпичное с одной стороны ограждение высотой 30 см. и из-за отсутствия туалетной кабины запах по камере разлетался мгновенно. Из-за отсутствия деревянного пола в камере стояла влажность всегда, тем более, что вентиляция включалась редко. В зимний период крайне редко получалось выходить на прогулку, так как в морозные дни подследственные из соседних камер отказывались от прогулки из-за отсутствия теплых вещей, а те камеры, которые несмотря на холод все же шли на прогулку, зачем то удерживались сотрудниками СИЗО не на 1 час., а на более 2 часов. За время пребывания в СИЗО-1 горячая вода в камеры ни разу не предоставлялась и если в камере отсутствовал кипятильник, приходилось пить холодную сырую воду, а также холодной водой стирать, помывка в душевой длилась 15-20 минут. В камере все курили, в то время камер для курящих не было и на жалобы о том, чтобы сформировать отдельную камеры для курящих, администрация никак не реагировала. Все жалобы были оставлены без рассмотрения администрацией СИЗО. Появление лица вместе с администрацией на обходе называющего себя прокурором раз два в два месяца, так же никак не меняло ситуацию в лучшую сторону. Камеры были переполнены, при площади камеры в 12-13 метров, в ней всегда было 9 человек, что создавало напряженную атмосферу, выливающуюся в частые конфликты, драки, а порой и новые преступления. Последняя камера перед этапированием в ИК-37, была переполнена. Камера II корпуса № (в подвале) рассчитана на 20 человек, содержалось более 40 человек. Из-за этого ДД.ММ.ГГГГ. или ДД.ММ.ГГГГ. двое подозреваемых ночью сошли с ума, а третий потерял сознание. В районе 12 часов ночи, всех вывели в коридор подвала на 1 час, чтобы камера немного проветрилась, было влажно, лужи не высыхали. Стоявшую жару невозможно было измерить, термометр сотрудники СИЗО не давали, а прокурор в камерах подвала не появлялся. В период пребывания в разных камерах СИЗО-1 с ДД.ММ.ГГГГ. по ДД.ММ.ГГГГ. перенес бесчеловечные и невыносимые условия содержания, вызвавшие пытки, унижения и страдания, обострение заболевания легких (появилась отдышка после нагрузки), а зимой ДД.ММ.ГГГГ. при трудоустройстве на работу был диагностирован туберкулез легкого, в связи с чем пришлось лечиться, в последующем присвоена II группа инвалидности. Также ухудшилось зрение, а из-за частых простуд появились резкие боли в спине. Моральный вред оценивает в 

<

данные изъяты>

В дополнении к исковому заявлению истец указал, что в камерах СИЗО-1 отсутствовала циркуляция воздуха, соответственно, не было притока свежего воздуха из-за щелей железных жалюзей, которые были установлены перед оконной решеткой. Приток воздуха проверяли поднесением зажженной спички к жалюзям, ее пламя даже не колыхалось, что наблюдалось и при включенной вентиляции. Из-за постоянной влажности и жары покрывались водяными волдырями и более половины камеры 60 имели нагноения кожных покровов. Язвы в дальнейшем не заживали. В качестве медицинской помощи выдавали только зеленку, от которой пользы не было никакой. Метраж камеры 60 примерно 3х7 метров на 10-12 человек, но летом и осенью в ней обычно находилось 35-40 человек, что и способствовало тому, что 1-2 человека в месяц сходили с ума. Камеры 60 как и многие камеры СИЗО-1 в большом изобилии населяли клопы и вывести их не приставлялось возможным, так как они жили под досками настилов, на которых спали. Обращения и жалобы на это сотрудникам СИЗО не имели никаких результатов, а жалобы в прокуратуру вероятно уничтожали или же прокуратуры бездействовала. Номера исходящих номеров корреспонденции жалоб и ходатайств на содержание в СИЗО, администрация не предоставляла, а отправить корреспонденцию через адвокатов не представлялось возможным, так как при выходе из камеры ручки, бумагу и текстовые сообщения изымались постовыми и исходя из того, что условия содержания никак не улучшались вероятно, на тот момент времени существовали какие-то объективные основания для вышеуказанного беззакония, либо проводился какой-то эксперимент. Бесчеловечное отношение со стороны сотрудников СИЗО-1 проявлялось в следующем: в зимний период времени прогулки длились оп 2,5 часа, в камеры не предоставлялась горячая вода для стирки, питья, в связи с чем приходилось пить холодную сырую воду (л.д. 73-77). 

Определением суда от 20.11.2018г. к участию в деле в качестве соответчика привлечено Управление МВД России по г.Перми (л.д. 56-57).

Определением суда от 20.01.2019г. к участию в деле в качестве третьего лица привлечено ГУ МВД России по Пермскому краю (л.д. 113-115).

Истец о месте и времени рассмотрения дела извещен судом надлежащим образом (л.д.129), отбывает наказание в местах лишения свободы.

Представитель ответчиков ФСИН России, ГУФСИН России по Пермскому краю в судебном заседании исковые требования не признала, поддержала доводы, изложенные в письменных возражениях (л.д. 24-26,27-29).

Представитель ответчика ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Пермскому краю в судебном заседании исковые требования не признала, поддержала доводы, изложенные в письменных возражениях (л.д. 30-35).

Представитель ответчика прокуратуры Пермского края в судебном заседании исковые требования не признал, поддержал доводы, изложенные в письменных возражениях (л.д. 49-50).

Представитель ответчика Министерства финансов РФ, Управления федерального казначейства по Пермскому краю в судебном заседании исковые требования не признала, поддержала доводы, изложенные в письменных возражениях (л.д. 46-48).

Представитель ответчика Управления МВД России по г.Перми в судебном заседании исковые требования не признала, поддержала доводы, изложенные в письменных возражениях (л.д. 112).

Третье лицо ГУ МВД России по Пермскому краю о месте и времени рассмотрения дела извещено судом, представитель в судебное заседание не явился, просит рассмотреть в их отсутствие (л.д. 132).

Выслушав стороны, изучив материалы дела, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении заявленных исковых требований ФИО6 в силу следующего.

В соответствии со ст.53 Конституции Российской Федерации, каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц. 

Согласно ч.1 ст.17 Конституции Российской Федерации, в Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с настоящей Конституцией.

В соответствии со ст.151 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее по тексту ГК РФ), если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Сами по себе нарушения личных неимущественных прав потерпевшего или посягательство на нематериальные блага не являются безусловными основаниями для удовлетворения требований о компенсации морального вреда. Обязательным условием удовлетворения названных требований является факт причинения потерпевшему физических и нравственных страданий.

Пунктом 1 статьи 1064 ГК РФ установлено, что вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

Согласно статье 1069 ГК РФ, вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

В соответствии с п.1 ст.1070 ГК РФ вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

Согласно ст. 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ.

Следовательно, при определении размера компенсации морального вреда, причиненного нарушением названных условий, суду следует принимать во внимание степень вины причинителя вреда, то есть принятие соответствующим органом (учреждением) всех возможных и зависящих от него мер по соблюдению надлежащих условий содержания, в данном случае в следственном изоляторе.

В соответствии со ст.1 ГК РФ, при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно (п. 3).

Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (п. 4).

Как предусмотрено ч.1 ст.35 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, лица, участвующие в деле, должны добросовестно пользоваться всеми принадлежащими им процессуальными правами.

Согласно разъяснению, содержащемуся в п. 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если стороны на них не ссылались (ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Из приведенных правовых норм и акта их толкования следует, что в случае очевидного отклонения действий участников гражданского оборота от добросовестного поведения, в том числе путем предъявления надуманных исковых требований, суд обязан дать надлежащую правовую оценку таким действиям и при необходимости вынести этот вопрос на обсуждение сторон.

Согласно ст. 1; ст. 4; ст. 7; ст. 23 Федерального закона от 15.07.1995 № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», настоящий Федеральный закон регулирует порядок и определяет условия содержания под стражей, гарантии прав и законных интересов лиц, которые в соответствии с Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации задержаны по подозрению в совершении преступления, а также лиц, подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений, в отношении которых в соответствии с Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации избрана мера пресечения в виде заключения под стражу (ст.1).

Содержание под стражей осуществляется в соответствии с принципами законности, справедливости, презумпции невиновности, равенства всех граждан перед законом, гуманизма, уважения человеческого достоинства, в соответствии с Конституцией Российской Федерации, принципами и нормами международного права, а также международными договорами Российской Федерации и не должно сопровождаться пытками, иными действиями, имеющими целью причинение физических или нравственных страданий подозреваемым и обвиняемым в совершении преступлений, содержащимся под стражей (далее - подозреваемые и обвиняемые) (ст.4).

Подозреваемым и обвиняемым создаются бытовые условия, отвечающие требованиям гигиены, санитарии и пожарной безопасности. Подозреваемым и обвиняемым предоставляется индивидуальное спальное место. Подозреваемым и обвиняемым бесплатно выдаются постельные принадлежности, посуда и столовые приборы, туалетная бумага, а также по их просьбе в случае отсутствия на их лицевых счетах необходимых средств индивидуальные средства гигиены (как минимум мыло, зубная щетка, зубная паста (зубной порошок), одноразовая бритва (для мужчин), средства личной гигиены (для женщин). Все камеры обеспечиваются средствами радиовещания, а по возможности телевизорами, холодильниками и вентиляционным оборудованием. По заявлению подозреваемых и обвиняемых радиовещание в камере может быть приостановлено либо установлен график прослушивания радиопередач. В камеры выдаются литература и издания периодической печати из библиотеки места содержания под стражей либо приобретенные через администрацию места содержания под стражей в торговой сети, а также настольные игры. Норма санитарной площади в камере на одного человека устанавливается в размере четырех квадратных метров (ст. 23).

Процесс содержания лица под стражей или отбывания им наказания законодательно урегулирован, осуществляется на основании нормативно-правовых актов и соответствующих актов Министерства юстиции Российской Федерации, которыми регламентированы условия содержания, права и обязанности лиц, содержащихся под стражей или отбывающих наказание, а также права и обязанности лиц, ответственных за их содержание.

Содержание на законных основаниях лица под стражей или отбывание им наказания в местах, соответствующих установленным государством нормативам, заведомо не может причинить физические и нравственные страдания, поскольку такие нормативы создавались именно с целью обеспечить не только содержание в местах лишения свободы или под стражей, но и обеспечить при этом соблюдение прав лиц, оказавшихся в них вследствие реализации механизма государственного принуждения.

При таких обстоятельствах само по себе содержание лица под стражей или отбывание им наказания в местах лишения свободы, осуществляемые на законных основаниях, не порождают у него право на компенсацию морального вреда.

Согласно ч.2 ст.10 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации (далее УИК РФ), при исполнении наказаний осужденным гарантируются права и свободы граждан Российской Федерации с изъятиями и ограничениями, установленными уголовным, уголовно-исполнительным и иным законодательством Российской Федерации.

Согласно ст.99 УИК РФ, норма жилой площади в расчете на одного осужденного к лишению свободы в исправительных колониях не может быть менее двух квадратных метров, в тюрьмах - двух с половиной квадратных метров, в колониях, предназначенных для отбывания наказания осужденными женщинами, - трех квадратных метров, в воспитательных колониях - трех с половиной квадратных метров, в лечебных исправительных учреждениях - трех квадратных метров, в лечебно-профилактических учреждениях уголовно-исполнительной системы - пяти квадратных метров. Осужденным предоставляются индивидуальные спальные места и постельные принадлежности. Они обеспечиваются одеждой по сезону с учетом пола и климатических условий, индивидуальными средствами гигиены (как минимум мылом, зубной щеткой, зубной пастой (зубным порошком), туалетной бумагой, одноразовыми бритвами (для мужчин), средствами личной гигиены (для женщин)).

К обстоятельствам, с которыми суд связывает наличие или отсутствие физических и нравственных страданий, а также при оценке их характера и степени, суд учитывает индивидуальные особенности потерпевшего, в частности это длительность пребывания потерпевшего в местах лишения свободы или в местах содержания под стражей, однократность/неоднократность такого пребывания; половая принадлежность лиц, присутствующих при осуществлении потерпевшим санитарно-гигиенических процедур в отсутствии приватности; возможность самостоятельного принятия потерпевшим или совместно отбывающими с ним наказание лицами мер по обеспечению приватности санитарно-гигиенических процедур; состояние здоровья и возраст потерпевшего; иные обстоятельства.

Судом установлены следующие обстоятельства по делу.

В соответствии с ФИО6 в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, а также в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ содержался под стражей в ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Пермского краю (л.д.42).

Из карточки спецучета следует, что в указанный период ФИО6 находился в камерах №, № (л.д.41-42).

Согласно справке от ДД.ММ.ГГГГ. камера 182 – 11,3 кв.м., камера 176 – 10,6 кв.м., камера 161 -13 кв.м., камера 202 – 8,3 кв.м., камера 184 – 11,4 кв.м. информации по количеству содержащихся в камерах на момент содержания ФИО6 представить невозможно в соответствии с Приказом МВД РФ от 19.11.1996 № 615 книги количественной проверки лиц, содержащихся в ФКУ СИЗО-1 уничтожена по истечении срока давности, что подтверждается актами об уничтожении (л.д. 42, 84-96)

Информацию о жалобах и обращениях ФИО6, камерную карточку ФИО6, планы покамерного размещения спецконтингента, журналы учета сигналов и происшествий, журналы учета нарушений по СИЗО, книги дежурств также невозможно представить, в связи с уничтожением журналов регистрации по истечению срока хранения, что подтверждается актами об уничтожении.

Прокуратурой Пермского края также представлены акты об уничтожении надзорных производств и иных документов за исследуемый период (л.д.92-105)

Истцом сведений, указывающих на то, что он обращался в администрацию учреждения, либо в другие надзорные органы, указывая на вышеуказанные нарушения, суду не представлено, каких-либо доказательств ненадлежащих условий содержания в ФКУ СИЗО-1 в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ г.г. также не представлено.

По общему правилу п.5 ст.10 ГК РФ, добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное. Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если стороны на них не ссылались.

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (п.2 ст.10 ГК РФ).

Вместе с тем исковое заявление ФИО6 по-настоящему делу, датированное ДД.ММ.ГГГГ поступило в суд ДД.ММ.ГГГГ, т.е. по истечении срока более чем 20 лет после последнего дня, когда, как указывает сам истец, он содержался в следственном изоляторе, т.е. по истечении длительного времени по прошествии событий, с которыми истец связывает причинение ему нравственных страданий, влекущих взыскание компенсации морального вреда. 

Обращение в суд с иском по истечении значительного промежутка времени после событий, которые по мнению истца имели место, без указания периода когда указанный факт нарушения именно имел место, с учетом того, что истец содержался в следственном изоляторе неоднократно, свидетельствует о злоупотреблении истцом своими процессуальными правами, поскольку ответчики в силу того, что прошёл значительный промежуток времени, не могут предоставить соответствующие документы, с учётом наличия сроков хранения документации, относительно доводов изложенных в исковом заявлении.

Коме того, обращение истца в суд спустя значительное количество лет (более 20 лет) после событий, с которыми истец связывает нарушение своих прав, суд расценивает как злоупотребление процессуальным правом, поскольку рассмотрение иска по истечении значительного срока, заведомо крайне затрудняет предоставление ответчиками доказательств в подтверждение своих возражений, лишает их возможности представить письменные доказательства, которые уничтожены в связи с истечением нормативного срока хранения.

В соответствии со статьей 10 ГК РФ, не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах.

В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 статьи 10 ГК РФ, суд, арбитражный суд или третейский суд может отказать лицу в защите принадлежащего ему права.

При этом, суд, установив факт злоупотребления правом, может применить последствия, предусмотренные частью 2 статьи 10 ГК РФ.

С учётом того, что судом установлено злоупотребление правами со стороны истца, суд находит доводы истца о содержании его в следственном изоляторе в ненадлежащих условиях, несостоятельными.

Оценив представленные сторонами доказательства в совокупности по правилам, установленным ст. 67 ГПК РФ, суд приходит к выводу о том, что истцом не представлено, и в судебном заседании не установлено каких-либо доказательств (ст.56 ГПК РФ), которые бы бесспорно свидетельствовали о том, что в отношении истца по вине должностных лиц ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Пермскому краю было допущено нарушение условий содержания лиц, осужденных к лишению свободы и содержащихся в данном учреждении, повлекшее за собой, причинение ФИО6 нравственных и физических страданий.

С учетом изложенного, суд не находит оснований для удовлетворения исковых требований ФИО6 о взыскании компенсации морального вреда, в связи с нарушением условий содержания истца в ФКУ «Следственный изолятор № 1» ГУФСИН России по Пермскому краю.

Руководствуясь ст.194-199 ГПК РФ суд

РЕШИЛ:

в удовлетворении исковых требований ФИО6 к ФСИН России, ГУФСИН России по Пермскому краю, ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Пермскому краю, прокуратуре Пермского края, Министерству финансов РФ, Управлению федерального казначейства по Пермскому краю, УМВД России по г.Перми о взыскании компенсации морального вреда – отказать.

Решение может быть обжаловано в Пермский краевой суд через Ленинский районный суд г. Перми в течение месяца с момента изготовления мотивированного решения.

Председательствующий – подпись (Л.Ю. Дульцева) 

<

данные изъяты>