Дело № 2-1225/19

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

26 августа 2019 года г. Солнечногорск 

Солнечногорский городской суд Московской области в составе:

председательствующего судьи Байчорова Р.А.,

при секретаре Коротковой А.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО3 о признании договора дарения земельного участка с долей жилого дома недействительным, признании недействительным распоряжения об отказе от завещания, признании действительным завещания, признании права собственности на квартиру, 

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 обратился в суд к ФИО3 с исковыми требованиями, объединенными в одно производство, о признании договора дарения земельного участка с долей жилого дома недействительным, признании недействительным распоряжения об отказе от завещания, признании действительным завещания, признании права собственности на квартиру.

В обоснование заявленных требований указал, что ДД.ММ.ГГГГ умерла его мать – ФИО2, которой при жизни принадлежал земельный участок и расположенный на нем жилой дом, по адресу: 

<

адрес>, а также квартира, расположенная по адресу: 

<

адрес> 19 мая 2011 года ФИО2 составлено завещание, в котором все имущество после своей смерти она завещала истцу. После смерти матери истец обратился к нотариусу за оформлением своих наследственных прав, в результате чего ему стало известно, что завещание отменено, земельный участок с долей жилого дома подарен на основании договора дарения от 28 февраля 2004 года ФИО3, являющейся дочерью наследодателя. По мнению истца, ФИО2 с 2012 года до своей смерти страдала заболеваниями, которые не позволяли осознавать характера совершаемых ею действий, оспариваемый договор дарения заключен под влиянием психологического давления со стороны ответчика, в связи с чем истец вынужден обратиться в суд с иском, в котором просит суд призать недействительным договор дарения земельного участка с долей жилого дома от 28 февраля 2004 года и применить последствия недействительности сделок; прекратить регистрационные записи в ЕГРН за ФИО3; признать недействительным распоряжение ФИО2 от 29 мая 2014 года, удостоверенное нотариусом Солнечногорского нотариального округа ФИО6, об отмене завещания, удостоверенного нотариусом Солнечногорского нотариального округа Московской области ФИО7 19 мая 2011 года по реестру № 2-1638; признать действительным завещание ФИО2 в пользу ФИО1, удостоверенное нотариусом Солнечногорского нотариального округа Московской области ФИО7 19 мая 2011 года по реестру № 2-1638; признать за ФИО1 право собственности на квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес>

В судебном заседании представитель истца по доверенности – ФИО4 исковые требования поддержала, пояснив их по существу.

Ответчик ФИО3 и ее представитель по доверенности – Булавка О.В. протв удовлетворения исковых требований возражали.

Представитель третьего лица – Управления Росреестра по Московской области в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом.

В судебном заседании по ходатайству истца в качестве свидетелей допрошены:

- ФИО10, показавшая суду, что являлась знакомой ФИО2, проживали с ней в одном поселке, вместе работали. ФИО2 жаловалась на дочь. После того как она упала и сломала ногу, ФИО2 плохо себя чувствовала, иногда теряла сознание, передвигалась, после того как упала примерно в 2013 году, только с ходунками, одна на улицу не выходила. Также она принимала препараты от давления. Ухудшение состояния ее здоровья началось приблизительно с осени 2013 года, ранее она чувствовала себя нормально. Летом она проживала в д. Радумля, зимой там иногда оставалась. Также свидетель пояснила, что знакома с ФИО3 Общалась она с ФИО3 нормально, но бабушка обижалась на шумные компании, с которыми она приезжала. Их отношения можно назвать конфликтными. В д. Радумля она проживала одна, самостоятельно обслуживала себя, питание привозил ФИО1, в Радумлю я приезжала только летом до 2011 года. В г.

<

адрес> она тоже проживала одна, к ней один раз в месяц приезжала свидетель, и ФИО11 часто там бывал;

- ФИО12, показавшая суду, что знакома со сторонами, истца ФИО2 знает с детства. С ФИО2 они были соседями и подругами, часто общались. ФИО2 принимала лекарства от давления. Состояние ее здоровья было нормальным, но она периодически жаловалась на головокружение. После травмы ФИО2 перестала узнавать свидетеля, когда она к ней заходила. Состояние ее здоровья после травмы ухудшилось. Когда ей было плохо, она всегда звонила ФИО1, говорила, что завещает все ему, поскольку только он о ней заботился. Иногда вместе с истцом приезжала ФИО3 ФИО2 передвигалась на ходунках после того как упала, сама из квартиры не выходила, у нее болели ноги. Сын приезжал к ней в автомобиле. Были моменты, когда она просто не узнавала соседей. Когда свидетель ей звонила, она ее не узнавала, спрашивала: «Кто это?». Здоровье ухудшилось после того как она упала, примерно 4-5 лет назад.

Также в судебном заседании по ходатайству ответчика в качестве свидетеля допрошена ФИО13, показавшая суду, что с 2004 года является участковым врачом терапевтом в Менделеевской больнице. ФИО2 была постоянной пациенткой, поскольку у нее был сахарный диабет, артериальная гипертензия, и как вдова ветерана войны она стояла на диспансерном учете. Проходила лечение в 2004 году. Свидетель часто ее осматривала, каждый месяц, выписывала препараты. Ближе к смерти она не приходила за выписыванием препаратов, свидетель ее регулярно посещала на дому, так как ФИО2 вызывала ее самостоятельно. У нее не было никаких особенностей психики, она была абсолютно адекватна и с памятью у нее все в порядке. Последний раз свидетель видела ее, когда она сломала шейку бедра, она приходила к ней на дом, ФИО2 была в очень тяжелом состоянии. Она осматривалась у врача 2 раза, остальное время свидетель ей просто выписывала лекарства. Терапевт не имеет право устанавливать психологическое здоровье. Если бы она посчитала, что ФИО2 нужно психологическое обследование, ее бы направили к психотерапевту, но она в нем не нуждалась. Давление, которое у нее было, нарушение памяти и тревожность, не говорят о риске психических расстройств. Медицинские препараты не могут привести к психическим нарушениям, и их назначает только психиатр, а ей они не были назначены. В моменты визита врача, ФИО2 лежала в кровати. По квартире она перемещалась. У нее был телефон, через который с ней связывались. Она могла пользоваться телефоном, он стоят радом с кроватью.

Изучив материалы дела, выслушав доводы участников процесса, исследовав представленные по делу доказательства, суд приходит к следующему.

В соответствии со статьей 1111 Гражданского кодекса Российской Федерации наследование осуществляется по завещанию и по закону.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1118 Гражданского кодекса Российской Федерации распорядиться имуществом на случай смерти можно только путем совершения завещания.

Согласно пунктам 1 и 2 статьи 1131 этого же Кодекса при нарушении положений данного Кодекса, влекущих за собой недействительность завещания, в зависимости от основания недействительности, завещание является недействительным в силу признания его таковым судом (оспоримое завещание) или независимо от такого признания (ничтожное завещание). Завещание может быть признано судом недействительным по иску лица, права или законные интересы которого нарушены этим завещанием.

Как разъяснено в пункте 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2012 г. № 9 «О судебной практике по делам о наследовании», сделки, направленные на установление, изменение или прекращение прав и обязанностей при наследовании (в частности, завещание, отказ от наследства, отказ от завещательного отказа), могут быть признаны судом недействительными в соответствии с общими положениями о недействительности сделок (§ 2 главы 9 Гражданского кодекса Российской Федерации) и специальными правилами раздела V Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии с пунктом 1 статьи 177 ГК РФ сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

В силу положений ст.ст. 167, 171 ГК РФ при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке.

Из материалов дела следует, что ФИО2 при жизни принадлежала квартира, расположенная по адресу: 

<

адрес>, а также жилой дом (1/2 доля в праве) и земельный участок с кадастровым номером № расположенные по адресу: 

<

адрес>

ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 умерла. Ее наследниками являются стороны по делу: сын – ФИО1 и дочь – ФИО3

19 мая 2011 года ФИО2 составлено завещание (№ по реестру 2-1638), удостоверенное нотариусом Солнечногорского нотариального округа ФИО14, согласно которому все ее имущество ко дню ее смерти окажется ей принадлежащим, в том числе квартиру, расположенную по вышеуказанному адресу, она завещала ФИО2

29 мая 2014 года нотариусом ФИО6 удостоверено Распоряжение (зарегистрировано в реестре за № 1-567), согласно которому ФИО2 отменила завещание от 19 мая 2011 года. 

Также из материалов дела следует, что 28 февраля 2004 года ФИО2 на основании договора дарения земельного участка с долей жилого дома, подарила принадлежащую ей долю в спорном жилом доме, а также земельный участок, расположенный по вышеуказанному адресу, ФИО3, за которой зарегистрировано право собственности на указанные объекты недвижимости. 

В обоснование заявленных требований истец ссылался на то, что в юридически значимый период времени, в момент составления распоряжения от 29 мая 2014 года об отмене завещания, а такде заключения договора дарения от 28 февраля 2004 года, ФИО2 страдала рядом хронических заболеваний, стала проявлять признаки психического расстройства, в силу чего не была способна понимать значение своих действий или руководить ими.

С целью проверки доводов истца, определением суда по делу назначена посмертная судебная психиатрическая экспертиза, производство которой поручено экспертам ООО «Экспертно-Правовой центр».

Согласно выводам экспертного заключения ООО «Экспертно-Правовой центр» от 08 августа 2019 года, ФИО2 до 2012 года каким-либо психическим заболеванием или иным расстройством психической деятельности не страдала. В период премени, относящийся к 08 февраля 2004 года, на момент оформления договора дарения земельного участка с долей жилого дома ФИО2 психическим заболеванием или иным расстройством психической деятельности не страдала. Она была способная понимать значение своих действий и руководить ими. Ее физическое состояние было обусловлено имеющимися соматическими заболеваниями. Об этом свидетельствуют данные медицинской документации и материалы гражданского дела. ФИО2 страдала многочисленными соматическими заболеваниями. С возраста 38 лет ФИО2 страдала артериальной гипертензией 1-2 стадии с кризами. После 40 лет ей выставлялся диагноз вегетососудистая дистония. С 2004 года (67 лет) ей выносится диагноз ИБС, стенокардия напряженная. В 2005 году (68 лет) евролог диагностирует у ФИО2 дисциркуляторную энцефалопатию, астено-невротический синдром без указания стадии. В 2006 году у нее выявляется сахарный диабет 2 типа. С годами соматические заболевания прогрессируют, и к 2013 году у ФИО2 диагностируется церебральный атеросклероз, а после перенесенного нарушения мозгового кровообращения в сентябре 2014 года у нее выявляются мнестические расстройства (расстройства памяти), которые стали выражены столь значительно (присоединилось нарушение высших корковых функций: ориентировки, понимания, суждений, расстройство письма, социального поведения, нарушение повседневной деятельности), что она нуждалась в постоянном присмотре. К концу жизни, в апреле 2018 года у нее диагностируется органическое расстройство сосудистого генеза на фоне ишемии головного мозга с транзиторными когнитивными нарушениями, сопровождающиеся конгитивными расстройствами (нарушением памяти, внимания, активности, сужение круга интересов). Это подтверждается и показаниями свидетелей ФИО15 и ФИО12 К характерным эмоционально-волевым реакциям, свойственным для личности в позднем онтогенезе относят: упадок духа, пессимизм, удрученность, обеспокоенность и страх перед булущим. Такое состояние расценивается как психологический кризис пожилого возраста и ведет к снижению самооценки, неуверенности в себе, растерянности, затруднению в определении линии и мотивов своего поведения, недостаточной ориентации на будущее, снижение возможности активного осмысленного обобщения и оценки происходящих событий, их реалистического прогноза.

На основании вышеизложенного, эксперт пришел к выводу о том, что в период времени, относящийся к 29 мая 2014 года, ФИО2 страдала хронической ишемией головного мозгас дисмнестическим синдромом на фоне тяжелых соматических расстройств (гипертоническая болезнь 2 ст., степень АГ 2 (достигнутая 1). РССО 4. Стенокардия напряженная 2 ФК, ХСН ЗФК, НК 2Б. ДЭП 2 степени, дисмнестический синдром. Церебросклероз. Последствия перенесенного ОНМК (острое нарушение мозгового кровообращения). Сахарный диабет 2 тип, целевой уровень гликированного гемоглобина менее 8.0. Неполная катаракта правого глаза, артифакия левого глаза. Консолидированный перелом нижней ветви правой лобковой кости. Консолидация малого вертела правой бедренной кости. Деформирующий артроз 1-ых плюсне-фаланговых суставов стоп. Пяточные шпоры). Степень имеющихся расстройств была такова, что лишала ФИО2 способности понимать значение своих действий или руководить ими. 

Доводы ответчика о том, что заключение судебной экспертизы имеет недостатки, сводятся фактически к несогласию с результатом проведенной экспертизы, тогда как оснований сомневаться в выводах экспертного исследования у суда не имеется. Заключение отвечает требованиям статьи 86 ГПК РФ, поскольку содержит подробное описание произведенных исследований, сделанный в результате их вывод и научно обоснованные ответы на поставленные вопросы, указано на применение методов исследований, его образовании, стаже работы, выводы эксперта обоснованы документами, представленными в материалы дела. Кроме того, эксперт предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний. При таком положении, оснований не доверять указанном экспертному заключению у суда не имеется. Данных, подвергающих сомнению правильность или обоснованность выводов экспертов, сторонами представлено не было.

Дав оценку указанным выше фактическим обстоятельствам дела, суд приходит к выводу о наличии оснований для удовлетворения исковых требований ФИО2 о признании недействительным распоряжения ФИО2 от 29 мая 2014 года об отмене завещания, удостоверенного нотариусом Солнечногорского нотариального округа Московской области ФИО7 19 мая 2011 года по реестру № 2-1638, поскольку ФИО2 по своему состоянию здоровья в момент подписания распоряжения не могла понимать значение своих действий и руководить ими.

При таких данных, требования истца о признании действительным завещания ФИО2 от 19 мая 2011 года в пользу ФИО1 и признании за истцом права собственности на квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес> порядке наследования по завещанию, являются обоснованными и подлежащими удовлетворению.

Вместе с тем, суд не усматривает оснований для удовлетворения исковых требований о признании договора дарения земельного участка с долей жилого дома недействительным, поскольку истцом не представлено достоверных и допустимых доказательств того, что ФИО2 в момент подписания указанного договора дарения 28 февраля 2018 года не понимала значение своих действий и не могла руководить ими, в то время как из заключения судебной экспертизы следует, что в период премени, относящийся к заключению указанного договора дарения ФИО2 психическим заболеванием или иным расстройством психической деятельности не страдала. Таким образом, доводы истца о недействительности оспариваемой сделки дарения не нашли своего подтверждения в процессе рассмотрения дела.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-198 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО1 – удовлетворить частично.

Признать недействительным распоряжение ФИО2 от 29 мая 2014 года, удостоверенное нотариусом Солнечногорского нотариального округа ФИО6, об отмене завещания, удостоверенного нотариусом Солнечногорского нотариального округа Московской области ФИО7 19 мая 2011 года по реестру № 2-1638. 

Признать действительным завещание ФИО2 в пользу ФИО1, удостоверенное нотариусом Солнечногорского нотариального округа Московской области ФИО7 19 мая 2011 года по реестру № 2-1638.

Признать за ФИО1 право собственности на квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес>

В удовлетворении иска ФИО1 к ФИО3 о признании договора дарения земельного участка с долей жилого дома недействительным – отказать.

Решение может быть обжаловано в Московский областной суд через Солнечногорский городской суд в апелляционном порядке в течение месяца со дня изготовления в окончательной форме 03 сентября 2019 года.

Судья Байчоров Р.А.