дело №2-20/2017

ПРИГОВОР

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Нижний Новгород 8 сентября 2017 года 

Нижегородский областной суд в составе председательствующего судьи Печерицы Ю.А., с участием: 

- государственного обвинителя – прокурора отдела государственных обвинителей прокуратуры Нижегородской области, советника юстиции ФИО1;

- подсудимого ФИО2, 

- защитника – адвоката областной адвокатской конторы Нижегородской коллегии адвокатов Прониной О.В., удостоверение №, ордер №, участвующей по назначению; 

- потерпевших М.О.Н., Г.Т.В., 

при секретарях судебного заседания Бочарове И.М., Разумовой М.В., 

рассмотрев в открытом судебном заседании в соответствии с Постановлением Конституционного Суда Российской Федерации от 16 марта 2017 года №7-П уголовное дело в отношении 

ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ,

уроженца 

<

адрес>,

гражданина Российской Федерации, проживающего 

<

адрес>

<

адрес>

<

адрес>, 

<

данные изъяты>, образование 

<

данные изъяты>, не

судимого, содержащегося под стражей с 25 февраля 2017 года,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного пунктами «а, д» части 2 статьи 105 УК РФ, 

УСТАНОВИЛ:

Подсудимый ФИО2 совершил в городе 

<

адрес> убийство двух лиц при следующих обстоятельствах.

25 февраля 2017 года в период с 19 до 20 часов потерпевший М.И.А. распивал спиртное с потерпевшим Г.Г.А. и Ю.Л.Р. в своём доме 

<

адрес>, где находился подсудимый ФИО2

Между потерпевшим М.И.А. и подсудимым ФИО2 на почве внезапно возникшей личной неприязни произошла ссора, в ходе которой потерпевший М.И.А. нанёс удар рукой по лицу подсудимого ФИО2

После 20 часов подсудимый ФИО2, находясь в состоянии алкогольного опьянения, на почве внезапно возникшей личной неприязни, вызванной противоправным поведением потерпевшего М.И.А., решил совершить убийство М.И.А. и Г.Г.А. 

Реализуя свой преступный умысел, подсудимый ФИО2 вооружился ножом, и с целью умышленного причинения смерти двум лицам, нанёс ножом множественные (семь) удары, в область туловища потерпевшего М.И.А. и два удара ножом в область туловища потерпевшего Г.Г.А. 

Кроме того, подсудимый ФИО2 нанёс потерпевшему М.И.А. множественные (не менее пяти) удары руками в область лица и верхних конечностей. 

В результате преступных действий подсудимого ФИО2 потерпевшему Г.Г.А. были причинены:

- проникающее колото-резаное ранение передней поверхности грудной клетки слева с повреждением сердца, сопровождавшееся массивным кровотечением, повлекшее за собой причинение тяжкого вреда здоровью по признаку опасности для жизни, и наступление смерти потерпевшего на месте происшествия 25 февраля 2017 года;

- непроникающее колото-резаное ранение передней поверхности грудной клетки слева с повреждением мягких тканей и передней поверхности грудины, влекущее причинение лёгкого вреда здоровью.

Потерпевшему М.И.А. преступными действиями подсудимого ФИО2 были причинены:

- три проникающие колото-резаные ранения грудной клетки с повреждением органов и сосудов грудной полости, сопровождавшиеся выраженным наружным и внутренним кровотечением, повлекшие причинение тяжкого вреда здоровью по признаку опасности для жизни и наступление смерти потерпевшего на месте происшествия 25 февраля 2017 года;

- четыре колото-резаные раны в передней поверхности туловища, левой подмышечной области и левой надлопаточной области с повреждением мягких тканей, влекущие причинение лёгкого вреда здоровью;

- очаговые ссадины конечностей, травматическая экстракция 1-го зуба на верхней челюсти справа и ушиб нижней губы, не влекущие вреда здоровью.

Подсудимый ФИО2 не признал себя виновным, заявив, что не совершал данное преступление, что убийство совершил Ю.Л..

Он показал о том, что вечером 25 февраля 2017 года 

<

данные изъяты> на кухне выпивал с тремя приятелями, он к ним не заходил. Он уснул в своей комнате, а проснувшись от стука, вышел из комнаты и увидел убитого Г., лежащего на животе рядом с его комнатой, ударенного в грудь. На кухне никого не было. В окно он увидел, как Ю. уехал на такси. С ним на улице стояла М.О.Н.. Он увидел 

<

данные изъяты> в зале, стоявшего на коленях, облокотившись на кровать. 

<

данные изъяты> уже был убит, не дышал. Он со зла ударил 

<

данные изъяты> своим складным ножом, взятым из комнаты, нанеся контрольный удар в область правой лопатки, чтобы отомстить, т.к. 

<

данные изъяты> ранее обижал 

<

данные изъяты>, начал их душить, его бил 3 раза и изуродовал, когда он заступался за 

<

данные изъяты>. 

После этого он зашёл в свою комнату, выбросил нож через форточку, выпил 70 грамм водки и лёг спать. 

Потом приехали сотрудники полиции, раздели его, сняв штаны с подштанниками и рубашку, бросили его одежду на труп Г., чтобы испачкать кровью, и увезли в одних трусах в отдел полиции, а утром отдали одежду. До того, как его увезли, следователь нашёл его нож в том месте, куда он его выбросил. Ему показали нож, на нём была кровь 

<

данные изъяты> и Г.. Он следователю сказал, что Г. не убивал, а про 

<

данные изъяты> другое дело. Г. он не трогал, значит, его нож испачкали о кровь Г., как и его одежду. На нём не было ни крови, ни царапин. Кровь из носа у него идёт, когда поднимается давление. Когда его увозили сотрудники полиции, вернулся Ю.. 

Он предполагает, что 

<

данные изъяты> устроил скандал на кухне, а всё сделал Ю. и уехал на такси, а потом они 

<

данные изъяты> всё свалили на него. По ранам на трупах Г. и 

<

данные изъяты> он определил, что они были нанесены кухонным ножом. Один нож из набора у них исчез. Он предполагает, что М. запугали следователь и Ю.. 

При допросе эксперта в суде подсудимый ФИО2 сообщил следующее. До прихода в дом 

<

данные изъяты> с Г. и Ю. он видел на столе в кухне кухонный нож. После осмотра фотографий, на которых изображены раны на трупах Г. и 

<

данные изъяты>, он сделал для себя вывод, что эти раны причинены кухонным ножом, ширина лезвия которого была узкой, уже ширины лезвия его складного ножа. Этот нож в деле не фигурирует и из дома исчез. Он предполагает, что следователь измазал его складной нож о кровь Г.. Когда он увидел труп Г., на улице в этот момент он увидел Ю. и М.О.. Ю. уехал на такси, поэтому он предполагает, что тот уехал, чтобы скрыть улики. 

Из показаний подсудимого ФИО2, данных в ходе предварительного расследования в присутствии защитника, оглашённых в соответствии с п.1 ч.1 ст.276 УПК РФ, суд установил следующее.

При допросе подозреваемого ФИО2 пояснил, что выпил 70 грамм водки во время просмотра телевизора в своей комнате. М.О.Н. вечером в доме не видел. Дальнейших событий не помнит, потому что уснул. 

Испытываемую при допросе боль в области лица он объяснил тем, что его кто-то мог ударить. Происхождение пятен крови на своей одежде объяснить не смог, допустив, что мог нанести удары ножом М.И.А. в ответ на нанесение ему 

<

данные изъяты> ударов, однако, не помнит, наносил ли удары ножом (том 1 л.д.136-143).

После предъявления обвинения обвиняемый ФИО2 подтвердил ранее данные показания, дополнив их следующим. 

Проснувшись от хлопнувшей двери, он вышел из комнаты и увидел на полу кухни лежащего на груди мужчину, на теле которого увидел пятна бурого цвета. На кухне никого не было, и он прошёл в зал, где увидел 

<

данные изъяты>, облокотившегося на кровать. Крови у 

<

данные изъяты> он не видел, и подумал, что 

<

данные изъяты> пьян и спит (том 1 л.д.150-155). 

Подсудимый ФИО2 в судебном заседании заявил, что давал добровольно правдивые показания на предварительном следствии, и утверждал, что тело Г. лежало на кухне, а голова в коридоре в шаге от его двери.

Виновность подсудимого ФИО2 в совершении преступления, кроме его показаний о нанесении своим складным ножом, выброшенным в форточку, одного удара в область лопатки М.И.А., подтверждается показаниями потерпевших и свидетелей, протоколами следственных действий, заключениями экспертов.

Так, из показаний потерпевшей М.О.Н., данных в суде и в ходе предварительного расследования (том 1 л.д.71-81,65-68,156-165), оглашённых в соответствии с ч.3 ст.281 УПК РФ, суд установил следующее.

В состоянии опьянения подсудимый ФИО2 ранее конфликтовал с 

<

данные изъяты>, являясь инициатором конфликта, и И. иногда мог поднять руку на 

<

данные изъяты>. Она никогда не обращалась в полицию по поводу их конфликтов, т.к. они запрещали ей это делать.

25 февраля 2017 года в седьмом часу вечера М.И. привёл домой Г. и Ю., и стал распивать с ними водку на кухне. К их приходу подсудимый ФИО2 находился в доме в состоянии алкогольного опьянения. После того, как М.И. зашёл в комнату с Ю., подсудимый ФИО2 возмутился, и у него с 

<

данные изъяты> произошла драка. И. ударил 

<

данные изъяты> кулаком по лицу, а тот в ответ ударил И. кулаком. Она сделала замечание 

<

данные изъяты>, а ФИО2 ушёл в свою комнату. Потом ФИО2 пришёл на кухню и стал разговаривать с компанией. И. крикнул из кухни, чтобы она забрала 

<

данные изъяты>, и она увела его в комнату.

После 20 часов Л.Ю. попросил вызвать ему такси. До отъезда Ю. она увидела на кухне Г., лежащим на полу поперёк кухни. На его одежде следов крови не было. Уезжая, Ю. попросил 

<

данные изъяты> позвонить ему, когда Г. проснётся, чтобы отвезти того домой. До уезда Ю. звуков борьбы на кухне она не слышала. 

Минут через 15 после уезда Ю., когда М.И. решил продолжить распивать спиртное, подсудимый ФИО2 спросил её, кто на кухне лежит. Она ему объяснила, что это спит И. приятель, выспится и уйдёт домой, а ФИО2 сказал, что сейчас и тому и другому горло отрежет или перережет. И. из коридора позвал 

<

данные изъяты>, выкрикивая: «Иди сюда, я тебя сейчас убью!», выглядел злым. 

Между ними в коридоре опять произошла драка на кулаках, они били друг друга по лицу, переместившись в кухню. Она, увидев, что в руках у ФИО2 блестящий предмет треугольной формы, похожий на нож, предупредила И.. В ходе обоюдной драки на кухне она увидела, как ФИО2 нанёс 

<

данные изъяты> удар предметом, похожим на нож в область лопатки. В момент удара И. был обращён лицом к ней и подсудимому ФИО2. Г. во время этой драки лежал на кухне в стороне от них. 

Она не просила 

<

данные изъяты> остановиться, подумала, что после нанесения удара 

<

данные изъяты> ножом всё закончится, и они сразу разойдутся по комнатам. В момент нанесения удара у неё не было мысли о том, что 

<

данные изъяты> убивают. Она выбежала на улицу, чтобы вызвать скорую помощь, но не вызвала, т.к. растерялась, подумав, что всё обойдётся, была в шоковом состоянии, не осознала, что удар был действительно сильным. Полицию она не стала вызывать, т.к. побоялась, потому что ранее 

<

данные изъяты> и подсудимый ФИО2 в ходе своих перепалок запрещали ей вызывать полицию. 

Вернувшись в дом, она увидела, как на кухне И. и ФИО3 боролись друг с другом, лёжа на Г.. Сверху на Г. лежал подсудимый ФИО2, а на нём лежал И.. 

<

данные изъяты> держал ФИО2 за руку, в которой она видела предмет, похожий на нож. Она попыталась забрать нож, но у неё не получилось. Они боролись минут 5. Когда они поднялись, она увидела у 

<

данные изъяты> порванную на животе футболку. И. направился в комнату со словами: «Я истекаю кровью, сейчас сдохну!», и она с улицы вызвала скорую помощь. 

Когда она вернулась в дом, в зале на кровати лежал И., а рядом с ним сидел ФИО2, которого И. схватил зубами за рубашку. Она переложила И. на пол, чтобы он не задохнулся в луже собственной крови. Футболка его была в крови. Она спросила ФИО2: «Что ты наделал? 

<

данные изъяты>», а тот ответил: «Ему давно туда пора!». Потом приехала бригада скорой помощи, и сразу обратили внимание на Г., констатировав его смерть. Когда врач снял рубашку с тела Г., она увидела пятно в области его груди слева. Она была в шоке, т.к. уверяла врачей, что он спит. Врачи констатировали и смерть И.. 

После этого приехали сотрудники полиции и скрутили руки ФИО2, а тот говорил, что ничего не совершал. Он был одет в клетчатую тёплую рубашку, на рукавах которой она видела следы крови, и в штаны. Сотрудники полиции со следователем осмотрели дом. Ей известно, что нож нашли на улице. Когда приехала полиция, по их просьбе она с телефона 

<

данные изъяты> позвонила Ю. и сказала, что ФИО3 зарезал И. и Г. мёртв, и Ю. вскоре приехал. 

Из протокола проверки показаний потерпевшей М.О.Н. на месте и просмотренной видеозаписи данного следственного действия суд установил следующее.

Потерпевшая М.О.Н., подтвердив свои первоначальные показания, показала в своём доме 

<

адрес>, место на кухне, где увидела лежащего вдоль рабочих столов Г., когда уехал Ю.. Затем она показала место в коридоре, где произошла первая драка между подсудимым ФИО2 и И.. После чего она показала место, где между ними произошла вторая драка после угрозы, высказанной подсудимым ФИО2: «Я ему сейчас горло перережу, и тому тоже!» и ответной угрозы потерпевшего М.И.А. в адрес подсудимого: «Иди сюда, я тебя сейчас убью!». 

Кроме того, она продемонстрировала, как подсудимый ФИО2 нанёс И. один удар предметом, похожим на нож, в область лопатки, и место, с которого она видела этот удар (сзади и сбоку от подсудимого ФИО2, стоявшего лицом к М.И.). 

Кроме того, М.О.Н. пояснила следователю, что, когда 

<

данные изъяты> истекал кровью в комнате, на её вопрос ФИО2: «Ты что наделал?», тот ответил: «Ему туда дорога, ему давно туда пора!» (том 1 л.д. 84-97, диск с видеозаписью на л.д.98).

Согласно протоколу очной ставки между обвиняемым ФИО2 и потерпевшей М.О.Н. от 17 мая 2017 года, потерпевшая М.О.Н. подтвердила свои предыдущие показания. Она обвинила ФИО2 в высказывании угрозы перерезать горло мужчине, лежащему на полу кухни, и в нанесении ножом удара М.И. в область лопатки (том 1 л.д. 156-165).

Показания потерпевшей М.О.Н. согласуются с показаниями свидетеля Ю.Л.Р. о том, что со своим другом Г. и сослуживцем М.И. 25 февраля 2017 года около семи часов вечера они пришли для распития бутылки водки в дом М., где расположились на кухне. Пока сидели на кухне, подсудимый ФИО2 раза три заходил к ним, он был пьян. И. и О. отправляли его в свою комнату, а тот сначала уходил, а потом возвращался. Никаких конфликтов между ними не было. На столе в кухне, где распивали спиртное, ножей не было. Когда к ним на кухню заходил подсудимый, крови на рукавах и телесных повреждений у него не было. 

Г.Г. изрядно опьянел и уснул на стуле, а потом сполз на пол и лёг на спину головой к выходу, продолжая спать. Ему позвонил К., и он уехал на такси, которое вызвала О.М.. Перед уездом он предложил И.М. позвонить, когда проснётся Г., чтобы забрать его и отвезти домой, и в начале девятого часа вечера уехал. 

Когда они с К. сходили в магазин и пришли к тому домой, ему позвонил с телефона И.М. мужской голос и сообщил о трупе мужчины, описав его. По описанию он ответил, что это Г., бросил трубку и попросил К. перезвонить. К. позвонил с его телефона, ему ответила М. и сказала, что убили И.. Они с К. на такси приехали в дом М.. Перед домом стояла полицейская машина, в которой находился подсудимый. Он представился сотрудникам полиции, его провели до кухни, где лежал на полу Г. без рубашки. В области груди у него была рана примерно 2-3 см. После этого в отделе полиции он встретил мать Г. и рассказал ей о событиях того вечера. 

Показания свидетеля Ю.Л.Р. согласуются с показаниями свидетеля К.К.С. о следующем. 

Ю.Л.Р. приехал к нему выпивший после его звонка в девятом часу вечера, и рассказал, что сидел вместе с Г. в гостях у И.М., выпивали, всё было спокойно. Ю. хотел с собой забрать уснувшего Г., но тот лёг спать и он не смог его разбудить, чтобы дотащить до такси. Как только они собрались пить пиво, Ю. позвонил какой-то мужчина, после чего Ю. сказал, что кого-то убили, и попросил его перезвонить. Когда он перезвонил, ему ответила 

<

данные изъяты>, сообщив, что И. зарезали. Они с Ю. на такси приехали к дому М.. Сотрудники полиции завели Ю. в дом, чтобы опознать тело Г.. В это время он увидел подсудимого ФИО2 в машине полиции, тот буянил, стучал и долбился. Когда сотрудники полиции открыли дверь машины, чтобы успокоить ФИО2, он увидел что у того лицо и руки были в крови. Когда Ю. вернулся, сказал, что Г. и И. зарезали, что Г. лежал в том же положении, в котором спал на кухне. 

Потерпевшая Г.Т.В. показала о том, что 

<

данные изъяты> 30 лет дружил с Ю.Л., работал совместно с ним и М.И.. О смерти 

<

данные изъяты> она узнала вечером 25 февраля 2017 года по телефону от 

<

данные изъяты> Ю.Л.. После этого вместе с ней приехала в отдел полиции, где увидела подсудимого ФИО2. На рукавах его рубашки она видела следы крови. В отделе полиции находился Ю.Л., он был выпивший. Он сообщил ей, что И.М. пригласил его и 

<

данные изъяты> к себе в гости, они выпили, потом Л. позвонил друг, и он уехал, а через 15 минут произошло убийство.

Свидетель Г.А.А. показал о том, что 25 февраля 2017 года после 20 часов, получив вызов по поводу ножевого ранении по 

<

адрес>, он в составе реанимационной бригады прибыл в указанное место. Их встретила потерпевшая М. и показала, где находится 

<

данные изъяты>. Войдя в дом, на кухне он увидел лежащее на спине тело мужчины. М. на его вопрос ответила, что он спит пьяный, однако, по внешним признакам он определил, что мужчина мёртв. Задрав на мужчине рубашку чёрного цвета, пропитанную кровью, он увидел у него в области сердца на передней поверхности грудной клетки колото-резаную рану. Проверив мужчину дефибриллятором, он убедился в том, что тот мёртв. Его кожные покровы были холодными, зрачки широкими, имелись все признаки биологической смерти, и он констатировал смерть этого мужчины. 

В зале на полу лежал 

<

данные изъяты>. Возле него было много крови. Начав проводить реанимационные мероприятия, из ран на груди мужчины стала вытекать кровь. Раны были примерно такого же плана, как и у первого мужчины. На передней поверхности мужчины было 2 или 3 раны, точное количество ран было трудно определить из-за большого количества вытекающей крови. Примерно 5 минут они занимались реанимационными действиями, но человек уже был мёртв, и он констатировал его смерть. 

Подсудимого он видел в доме, одетого в светлую с зелёным клетчатую рубашку и тёмные брюки, тот был пьян и говорил: «Вот пьют, меня хотят лишить всего хозяйства, дома». На его ладонях что-то было, похожее на кровь. На его вопрос, кто нанёс ранения ножом, подсудимый ничего не ответил. Потерпевшая М. по поводу обнаруженных ножевых ранений у обоих мужчин однозначно говорила, что их нанёс 

<

данные изъяты>, что он ходил с ножом, и была драка.

Потом прибыла полиция, и начали проводить опрос и следственные действия. Сотрудники полиции вывели в наручниках подсудимого ФИО2 из дома одетого, но без верхней одежды, и поместили в УАЗ. Он с потерпевшей М. пытался позвонить тому человеку, который уехал, но связь была плохая, и в итоге дозвониться удалось с улицы полицейскому. 

Чтобы определить время наступления смерти Г., необходимо быть судебным медиком-экспертом. Он может пояснить, что прошло около 30 минут, потому что, глаза были прикрыты веками и когда он разомкнул веки, склера глаз была сухая. Он может сказать, что мужчины умерли в разное время, первый мужчина умер раньше второго примерно на 30 минут. По времени смерти он затрудняется дать ответ, но по большому количеству вытекшей крови у второго мужчины, он сделал вывод, что его смерть наступила за 10-15 минут до осмотра. 

Показания свидетеля Г.А.А. подтверждаются картами вызова скорой медицинской помощи №, № от 25 февраля 2017 года, из которых суд установил следующее. 

Реанимационная бригада прибыла в дом М. по адресу: 

<

адрес>, в 20 часов 39 минут после принятия вызова в 20 часов 27 минут о ножевом ранении в бок и спину М.И.. 

Врач Г.А.А. в 21 час констатировал насильственную смерть находившихся в доме Г.Г.А. - от колото-резаной раны на грудной клетке спереди слева и М.И.А. – от колото-резаных ранений на грудной клетки слева и справа (том 2 л.д. 4-5). 

Из показаний свидетеля М.В.С. следует, что, когда он в составе экипажа ППС приехал к месту преступления с водителем А., там уже находились врачи скорой помощи. Зная о двух трупах в доме, они задержали подсудимого ФИО2, стоявшего у двери в комнату, путём загиба руки за спину, и вывели в служебный автомобиль. Подсудимый был одет в рубашку в клетку, на рукаве которой он видел следы крови. На лице либо на руках у него была кровь. Водитель остался в машине с подсудимым, а он вернулся в дом и обнаружил труп мужчины на кухне с голым торсом и ножевым ранением в области грудной клетки. В зале он обнаружил труп М.И., он был весь в крови. От потерпевшей М. он узнал, что 

<

данные изъяты> привёл домой двух мужчин, один из которых лежит на кухне, а второй по фамилии Ю. уехал до того, как в доме произошёл скандал между подсудимым ФИО2 и М.И.. 

После вызова мужчина, который уехал, вернулся, и его встретила следственная группа. Они доставили подсудимого ФИО2, который был пьян, в отдел, откуда свозили к наркологу на освидетельствование, после чего передали подсудимого ФИО2 дежурному в одежде. 

Показания свидетеля М.В.С. согласуются в целом с показаниями свидетеля А.Д.Л., дополнившего следующее. 

Подсудимый ФИО2 был одет в момент задержания в рубашку в клетку с длинным рукавом и штаны. На вопрос о том, кто причинил ножевые ранения двум мужчинам, потерпевшая М. указала им на подсудимого ФИО2, сказав, что это он зарезал. Когда следователь открыл дверь служебной машины, чтобы посмотреть на задержанного ФИО2, он увидел следы крови на его рубашке. Следователь это тоже увидел и сказал закрыть машину. В доме подсудимый ФИО2 вёл себя спокойно, а в машине начал буянить, стучать ногами и раскачивать машину, говорил, что 

<

данные изъяты>, ничего не сделал, и не понимал, за что его задержали. 

Показания допрошенных потерпевших и свидетелей подтверждаются протоколом осмотра места происшествия и протоколом задержания подозреваемого.

Так, из протокола осмотра места происшествия суд установил следующее.

При осмотре с участием понятых дома М. 

<

адрес>, начатом в 21 час 30 минут, на пороге кухни обнаружены капли бурого цвета. На холодильнике зафиксировано пятно бурого цвета. Посередине кухни лежал труп Г.Г.А. На передней поверхности грудной клетки с левой стороны у него имелась рана веретенообразной формы с влажным дном, аналогичная рана обнаружена в проекции тела грудины. Под трупом зафиксировано пятно буро-красного цвета. В комнате № (зале) на полу на спине лицом вверх лежал труп М.И.А. с повреждениями на передней поверхности грудной клетки с правой стороны в виде ран веретенообразной формы с влажным дном. Три аналогичные раны обнаружены на передней поверхности грудной клетки с левой стороны.

При осмотре территории двора дома, под окном комнаты № на снегу был обнаружен складной нож с пятнами бурого цвета на клинке, изъятый с места происшествия.

При осмотре места происшествия использовалась фотосъёмка. Приобщённые к протоколу фотографии наряду со сведениями, содержащимися в протоколе, указывают на то, что на кухонном столе отсутствовали какие-либо ножи (том 1 л.д.32-40, 41-52).

Сведения об отсутствии ножей на столе в кухне, указанные в протоколе осмотра места происшествия, согласуются с показаниями свидетеля Ю.Л.Р. и опровергают показания подсудимого ФИО2 о том, что на столе в кухне он видел кухонный нож. 

Согласно протоколу задержания от 26 февраля 2017 года, при личном обыске подозреваемого ФИО2 в 2 часа 8 минут ночи изъяты рубашка в клетку, двое штанов, пара тапочек, тельняшка (том 1 л.д.129-132). Эти сведения опровергают показания подсудимого ФИО2 о том, что его в доме раздели сотрудники полиции и бросили его одежду на труп Г.. 

Показания допрошенных потерпевших и свидетелей о том, что они видели следы крови на рукавах рубашки ФИО2, подтверждаются протоколом осмотра предметов, из которого суд установил следующее.

Трикотажная рубашка ФИО2 в клетку тёмно-светлого цвета с длинным рукавом была опачкана веществом буро-красного цвета. На его штанах тёмного цвета имелись следы бурого цвета, похожие на кровь. Его штаны светлого цвета были опачканы веществом бурого цвета, похожего на кровь. На тельняшке отмечены следы бурого цвета, похожие на кровь. На тапочках имелись следы бурого цвета, похожие на кровь. 

Размеры складного ножа, изъятого в ходе осмотра места происшествия, зафиксированы в протоколе следующие: длина ножа около 20 см, длина клинка около 8 см, длина рукоятки около 12 см. На клинке ножа имелись буроватые прокрашивания (том 1 л.д. 209-211).

Показания потерпевших и свидетелей о том, что подсудимый ФИО2 находился в состоянии алкогольного опьянения как в момент совершения преступления, так и сразу после преступления, подтверждаются актом медицинского освидетельствования на состояние опьянения. Согласно данному акту, 25 февраля 2017 года с 22 часов 55 минут до 23 часов 15 минут ФИО2 был освидетельствован врачом-наркологом, установившим состояние опьянения (том 2 л.д.2).

Из протокола дополнительного осмотра предмета (ножа, изъятого с места происшествия) с участием специалиста, следует, что длина клинка составляет 79 мм, ширина клинка в средней части 23,6 мм, толщина клинка в средней части 2,8 мм. На клинке расположен фиксатор цилиндрической формы. 

Из пояснений участвующего в осмотре специалиста следует, что данный нож не относится к холодному оружию, а относится к хозяйственно-бытовому назначению (том 1 л.д.213-214).

Согласно заключению эксперта по результатам судебно-медицинского исследования трупа Г.Г.А., его смерть наступила от проникающего колото-резаного ранения передней поверхности грудной клетки слева с повреждением по ходу раневого канала, направленного сверху вниз, слева направо и несколько спереди назад, сердечной сорочки, правого желудочка сердца, сопровождавшегося массивным внутригрудным и наружным кровотечением, приведшим к развитию геморрагического шока и обескровливанию организма. 

При судебно-медицинском исследовании трупа Г.Г.А. были выявлены две колото-резаные раны: 

- проникающее колото-резаное ранение передней поверхности грудной клетки слева с повреждением мягких тканей, 4-го межреберья, переднего листка сердечной сорочки, передней и задней стенок правого желудочка сердца, повлекшее причинение тяжкого вреда здоровью по признаку опасности для жизни;

- непроникающее колото-резаное ранение передней поверхности грудной клетки слева с повреждением мягких тканей и передней поверхности грудины, которое при не осложнённом течении сопровождается причинением лёгкого вреда здоровью.

Оба повреждения носят прижизненный характер, причинены в течение относительно короткого промежутка времени незадолго до наступления смерти потерпевшего колюще-режущим предметом, возможно ножом, имеющим острие, лезвие и обух. Проникающее ранение могло быть причинено ножом с шириной клинка на протяжении погрузившейся части не более 2,7 см и длиной клинка не менее 6 см без учёта податливости и смещаемости повреждённых тканей, а не проникающее, - с шириной клинка не более 1 см и длиной клинка не менее 1,5 см. 

Между полученным проникающим колото-резаным ранением грудной клетки с повреждением сердца и наступлением смерти Г.Г.А. имеется прямая причинная связь. Принимая во внимание степень выраженности посмертных изменений, отмеченных при осмотре трупа Г.Г.А. на месте происшествия в 22 часа 23 минуты 25.02.2017 года, можно предположить, что его смерть могла наступить ориентировочно за 2-4 часа до осмотра трупа на месте происшествия. 

При судебно-химической экспертизе в крови и моче от трупа Г.Г.А. обнаружен этиловый спирт в высокой концентрации, соответственно, 5,73 %о и 4,85 %о, что свидетельствует о том, что он незадолго до наступления смерти употреблял спиртные напитки и находился в состоянии алкогольного опьянения (том 2 л.д. 13-20).

Сведения о высокой концентрации этилового спирта в крови от трупа потерпевшего Г.Г.А. подтверждают показания потерпевшей М.О.Н. и свидетеля Ю.Л.Р. о том, что Г. уснул в состоянии сильного алкогольного опьянения на полу кухни до совершения преступления.

Из заключения эксперта по результатам судебно-медицинской экспертизы трупа М.И.А. следует, что его смерть наступила от множественных проникающих колото-резаных ранений передней поверхности грудной клетки с повреждением правой подключичной артерии и сопровождающей её вены, правого и левого лёгкого, клетчатки средостения, сердечной сорочки и правого желудочка сердца, которые сопровождались выраженным наружным и внутренним кровотечением, приведшим к развитию геморрагического шока и тампонады сердца (т.е. сдавление сердца кровью). 

При судебно-медицинском исследовании трупа М.И.А. были выявлены телесные повреждения следующего характера: 

- проникающее колото-резаное ранение грудной клетки в правой подключичной области с повреждением по ходу раневого канала, направленного снизу вверх и спереди назад, мягких тканей, правой подключичной артерии и сопровождающей ее вены, верхней доли правого легкого; 

- проникающее колото-резаное ранение правой переднебоковой поверхности грудной клетки с повреждением по ходу раневого канала, направленного справа налево, снизу вверх, мягких тканей, 5-го межреберья, нижнего края вышележащего ребра по переднеподмышечной линии, средней доли правого легкого и клетчатки средостения;

- проникающее колото-резаное ранение передней поверхности грудной клетки слева с повреждением по ходу раневого канала, направленного снизу вверх и слева направо, мягких тканей, 6-го межреберья на уровне костно-хрящевой части ребер, внутреннего края верхней доли левого легкого, сердечной сорочки и правого желудочка сердца. 

Эти повреждения носят прижизненный характер, причинены в течение относительно короткого промежутка времени незадолго до наступления смерти потерпевшего колюще-режущим предметом, возможно, ножом, имеющим острие, лезвие и обух, с шириной клинка на протяжении погрузившейся части не более 3,2 см и длиной клинка не менее 9 см (без учёта податливости и смещаемости повреждённых тканей). По отдельности и в своей совокупности они повлекли за собой причинение тяжкого вреда здоровью по признаку опасности для жизни.

Между полученными проникающими колото-резаными ранениями грудной клетки с повреждением органов и сосудов грудной полости и наступлением смерти М.И.А. прослеживается прямая причинная связь. 

Кроме того, при исследовании трупа экспертом выявлены:

- две колото-резаные раны передней поверхности туловища вблизи мечевидного отростка слева с повреждением мягких тканей по ходу раневых каналов, направленных снизу вверх и слева направо;

- колото-резаное ранение левой подмышечной области с повреждением мягких тканей по ходу раневого канала, направленного сверху вниз и слева направо;

- колото-резаная рана левой надлопаточной области с повреждением мягких тканей по ходу раневого канала, направленного снизу вверх, слева направо и сзади наперед. 

Эти повреждения носят прижизненный характер, причинены в течение относительно короткого промежутка времени незадолго до наступления смерти колюще-режущим предметом, возможно, ножом, имеющим острие, лезвие и обух, с шириной клинка на протяжении погрузившейся части не более 3 см и длиной клинка не менее 8 см. При не осложнённом течении они влекут причинение лёгкого вреда здоровью.

Помимо указанных колото-резаных ран эксперт выявил очаговые ссадины наружнозадней поверхности области левого локтевого сустава, нижней трети левого предплечья, левого запястья и внутренней поверхности нижней трети левого предплечья, травматическую экстракцию 1-го зуба на верхней челюсти справа, ушиб нижней губы, не влекущие причинение вреда здоровью. Эти повреждения возникли незадолго до наступления смерти потерпевшего, и могли образоваться как при ударах тупыми твёрдыми предметами, так и при падениях и ушибах тела о тупые предметы.

С учётом степени выраженности посмертных изменений, отмеченных при осмотре трупа М.И.А. на месте происшествия в 22 часа 48 минут 25.02.2017 года, его смерть могла наступить ориентировочно за 2-4 часа до осмотра трупа на месте происшествия. 

В крови от трупа обнаружен этиловый спирт в концентрации 2,02 %о, в моче 3,02 %о, что свидетельствует о нахождении в состоянии алкогольного опьянения незадолго до наступления смерти (том 2 л.д.29-39).

Согласно дополнительному заключению судебно-медицинского эксперта Б.Х.Ж., для дополнительного исследования эксперту были представлены нож, изъятый с места происшествия, и протокол проверки показаний свидетеля М.О.Н. от 26.02.2017 года. Эксперт установил длину клинка ножа 8 см, обух толщиной 0,2 см, и измерил ширину клинка ножа на различных расстояниях от острия – от 0,8 см до 3 см. Проведя необходимые исследования, эксперт пришёл к следующим выводам.

1. Принимая во внимание локализацию колото-резаных ран, обнаруженных на трупе М.И.А., направление раневых каналов, а также учитывая обстоятельства, указанные свидетелем М.О.Н. в ходе проверки показаний, при этих обстоятельствах М.И.А. могла быть причинена колото-резаная рана левой подмышечной области.

2. Принимая во внимание размерные данные и морфологические особенности колото-резаных ранений, обнаруженных при исследовании трупов М.И.А. и Г.Г.А., а также учитывая глубину раневых каналов, не исключается возможность причинения потерпевшим колото-резаных ранений ножом, представленным на экспертизу.

3. При судебно-медицинском исследовании трупа М.И.А. выявлено 12 мест приложения травмирующих воздействий: 5 колото-резаных ранений передней поверхности грудной клетки; 2 колото-резаных ранения левой лопаточной области; 4 ссадины левого предплечья, кровоизлияние в слизистую нижней губы. При судебно-медицинском исследовании трупа Г.Г.А. выявлено 2 места приложения травмирующих воздействий – две колото-резаные раны передней поверхности грудной клетки слева (том 2 л.д.101-105).

Допрошенный в судебном заседании эксперт Б.Х.Ж. разъяснил свои заключения, изложенные выше, и дополнил их следующим. 

При проведении исследования из просмотренной видеозаписи проверки показаний свидетеля М. он увидел, что она показала как нападавший и потерпевший стояли в момент нанесения удара напротив друг друга. Нападавший наносил удар ножом правой рукой. По демонстрации нанесения удара ножом, он пришёл к выводу о невозможности нанесения удара в область правой лопатки, т.к. для этого нападавший должен был обхватить потерпевшего за шею и плотно к нему прижаться. Поэтому в своём выводе он указал о возможности причинения колото-резаной раны левой подмышечной области при обстоятельствах, указанных свидетелем М.О.Н. 

При исследовании трупа М.И.А. он обнаружил только одну рану, проникающую в правую подключичную область, глубина раневого канала которой была около 9 см. Длина наружной части этой раны составляет 3,2 см. Глубина всех остальных колото-резаных ран была от 5 до 8 см. При нанесении удара ножом происходит смещение клетчатки, сплющивание мягких тканей грудной клетки, если толщина жирового слоя 2 см. Когда он измерял длину раневого канала, он его не сплющивал. Кроме того, длина раневого канала зависит от нанесения удара при вдохе или выдохе потерпевшего. 

Он измерил ширину и длину клинка складного ножа, представленного на исследование. Ширина клинка составила от 0,8 до 3 см, а длина клинка 8 см. Г. нанесли ранения ножом, у которого ширина лезвия была не более 2,7 см, а у М. смертельные ранения нанесены ножом, у которого ширина лезвия не более 3,2 см. Поэтому он пришёл к выводу, что этим ножом могли быть нанесены повреждения, как Г., так и М.. При исследовании он принял во внимание размерные данные ран и морфологические свойства, включающие в себя, сведения о том, что края всех ран были ровные, одни края ран были закруглены со стороны обуха, а другие остроугольные со стороны стенки лезвия клинка. 

Учитывая научные сведения о том, что длина ран может быть больше ширины клинка ножа, и допускается превышение глубины раневого канала над длиной клинка до 1-2 см, он сделал вывод о том, что не исключается возможность причинения потерпевшим колото-резаных ранений ножом, представленным на экспертизу. 

Направление раневых каналов на трупе Г. с 10 до 4 и с 10 до 3 циферблата часов сверху вниз, слева направо, указывает на то, что менялось положение ножа в руке у нападавшего, и не менялось положение потерпевшего в момент нанесения ударов. По направлению раневых каналов с наибольшей вероятностью при нанесении ударов потерпевший Г. и нападавший были обращены лицом друг к другу в пол оборота. При этом потерпевший мог, как лежать, так и сидеть.

Раневые каналы на трупе М.И.А. имеют разные направления, что свидетельствует о том, что положение нападавшего и потерпевшего менялось в момент нанесения ударов.

Показания эксперта Б.Х.Ж. о том, что при проведении дополнительной экспертизы он просмотрел видеозапись проверки показаний свидетеля М.О.Н., подтверждаются сведениями о направлении следователем эксперту для исследования видеозаписи этого следственного действия (том 2 л.д.96-97).

Из заключения судебно-медицинского эксперта по результатам освидетельствования обвиняемого ФИО2 следует, что у него имелись кровоподтёки в области носогубного треугольника слева, задней поверхности области правого локтевого сустава, ссадины тыльной поверхности правой кисти, задней поверхности области правого локтевого сустава. Все повреждения не влекут за собой кратковременного расстройства здоровья или незначительной стойкой утраты общей трудоспособности, и расцениваются как не причинившие вред здоровью человека (том 2 л.д.47).

Это заключение эксперта подтверждает показания потерпевшей М.О.Н. о том, что до нанесения подсудимым ФИО2 удара ножом в область лопатки М.И., очевидцем которого она являлась, между ними произошла драка, которую начал М.И.. В ходе драки они наносили друг другу удары кулаками по лицу.

Из заключения эксперта по результатам молекулярно-генетической судебной экспертизы №, следует, что на представленном для исследования ноже (объекты №) обнаружена кровь человека, пот, эпителиальные клетки. Биологические следы (в которых выявлена кровь человека, пот, эпителиальные клетки, клеточные фрагменты) на клинке ножа (объект №), на накладной рукоятке ножа (объекты №), на металлической части рукоятки ножа (объект №) могли произойти в результате смешения биологического материала М.И.А. и ФИО2 

Биологические следы, в которых выявлены кровь человека, пот, эпителиальные клетки, клеточные фрагменты, на клинке ножа (объект №) могли произойти в результате смешения биологического материала М.И.А. и Г.Г.А. (том 2 л.д.57-67).

Согласно заключению эксперта по результатам судебной молекулярно-генетической судебной экспертизы № вещественных доказательств, на предметах одежды ФИО2, а именно, рубашке в клетку (объекты №), штанах светлого цвета (объекты №), тельняшке (объект №), штанах тёмного цвета (объекты №), паре тапочек (объекты №), - обнаружены кровь человека, эпителиальные клетки, клеточные фрагменты. 

Биологические следы, в которых выявлены кровь человека, эпителиальные клетки, клеточные фрагменты, на рубашке в клетку (объекты №), штанах светлого цвета (объекты №), штанах тёмного цвета (объект №), тельняшке (объект №), паре тапочек (объекты №), могли произойти в результате смешения биологического материала М.И.А. и ФИО2 

Биологические следы, в которых выявлены кровь человека, эпителиальные клетки, клеточные фрагменты, на штанах светлого цвета (объект №), штанах тёмного цвета (объект №), могли произойти в результате смешения биологического материала ФИО2 и Г.. Вырез № сделан экспертом в средней трети левой половины штанов светлого цвета, а вырез № – в нижней трети левой половины штанов тёмного цвета. 

Биологические следы, в которых выявлены кровь человека, эпителиальные клетки, клеточные фрагменты, на штанах тёмного цвета (объект №) произошли от М.И.А. (том 2 л.д. 77-92).

Согласно заключениям эксперта по результатам судебных криминалистических экспертиз исследования вещественных доказательств №, на поверхности штанов тёмного цвета обвиняемого ФИО2 имеются единичные наслоения волокон хлопка тёмно-синего цвета общей групповой принадлежности с соответствующими волокнами хлопка в составе ткани джинсовых брюк М.И.А. 

На поверхности футболки М.И.А. имеются единичные наслоения полиэфирных волокон общей групповой принадлежности с соответствующими полиэфирными волокнами в составе трикотажа рубашки обвиняемого ФИО2 

На поверхности джинсовых брюк М.И.А. имеются единичные наслоения волокон шерсти синевато-серого цвета общей родовой принадлежности с волокнами шерсти в составе ткани штанов тёмного цвета обвиняемого ФИО2

На поверхности рубашки Г.Г.А. имеются единичные наслоения полиэфирных волокон общей групповой принадлежности с соответствующими полиэфирными волокнами в составе трикотажа рубашки обвиняемого ФИО2 и единичные наслоения волокон шерсти синевато-серого цвета общей родовой принадлежности с волокнами шерсти в составе ткани штанов тёмного цвета обвиняемого ФИО2 (том 2 л.д. л.д.114-122, 131-139).

Указанные заключения экспертов подтверждают показания потерпевшей М.О.Н. о борьбе подсудимого ФИО2 с М.И. на кухне, лёжа на Г.. 

Суд доверяет показаниям потерпевших и свидетелей об обстоятельствах преступления, поскольку они являются постоянными, согласуются между собой и подтверждаются совокупностью иных доказательств.

Показания очевидца преступлений потерпевшей М.О.Н. являются неизменными об обстоятельствах преступления. В ходе досудебного производства она подтвердила свои показания при их проверке на месте преступления, дополнив и уточнив отдельные детали, имеющие значение для дела. В судебном заседании она также внесла отдельные дополнения в свои показания. Её показания о драке между подсудимым ФИО2 и потерпевшим М.И., инициированной потерпевшим, которая предшествовала преступлению, подтверждаются заключением эксперта по результатам освидетельствования подозреваемого ФИО2 о наличии у него кровоподтёка на лице и ссадин на кистях рук (том 2 л.д.47). 

Показания потерпевшей М.О.Н. о нанесении подсудимым одного удара предметом, похожим на нож, в область лопатки М.И., подтверждаются заключениями эксперта об обнаружении колото-резаного ранения левой надлопаточной области при исследовании трупа М.И.А. (том 2 л.д.34), и о возможности причинения этого повреждения при обстоятельствах, указанных М.О.Н. (том 2 л.д. 105). 

Заявление подсудимого ФИО2 о том, что потерпевшая М.О.Н. давала показания в досудебном производстве и в суде, находясь под давлением со стороны свидетеля Ю.Л.Р. и следователя, является голословным, не подтверждено конкретными данными, и основано исключительно на предположении подсудимого. В судебном заседании потерпевшая М.О.Н. отрицала наличие какого-либо давления на неё со стороны указанных лиц.

Суд доверяет протоколам следственных действий и иным документам, собранным в ходе предварительного расследования, изложенным в приговоре в качестве доказательств, поскольку они изготовлены и собраны в соответствии с требованиями статей 83,84 УПК РФ. Сведения об обнаружении складного ножа под окном комнаты ФИО2, изложенные в протоколе осмотра места происшествия, подтвердил в суде подсудимый ФИО2, и не оспорила потерпевшая М.О.Н.

Суд доверяет заключениям экспертов, поскольку в ходе досудебного производства порядок назначения судебных экспертиз, предусмотренный главой 27 УПК РФ, был соблюдён. Все заключения экспертов отвечают требованиям части 1 статьи 80 УПК РФ, предъявляемым к доказательствам, и даны на основе объективных исследований с применением научных познаний и в соответствии с требованиями части 1 статьи 204 настоящего Кодекса. 

Выводы эксперта Б.Х.Ж. о характеристиках орудия преступления и о не исключении возможности причинения колото-резаных ранений потерпевшим ножом, представленным на экспертизу, не являются противоречивыми. Эти выводы, как и другие, эксперт подробно разъяснил и дополнил при допросе в суде, ссылаясь на научные познания и результаты проведённого исследования.

Суд доверяет показаниям эксперта Б.Х.Ж., поскольку они основаны на научных познаниях и результатах проведённых исследований. 

Суд оценивает показания подсудимого ФИО2 о непричастности к убийству Г.Г.А. и М.И. как надуманные, вызванные стремлением избежать уголовной ответственности за совершённое преступление, поскольку они опровергаются совокупностью собранных и исследованных доказательств.

Так, в судебном заседании подсудимый ФИО2 показал о нанесении одного удара своим складным ножом в область лопатки 

<

данные изъяты>, после чего он выбросил нож через форточку в то место, где его нашёл следователь.

Согласно протоколу осмотра места происшествия под окном комнаты ФИО2 был обнаружен складной нож с пятнами бурого цвета (том 1 л.д.38,40,фотографии на л.д. 42, обратная сторона).

Из заключений эксперта-биолога следует, что на рукоятке складного ножа, обнаруженного на месте происшествия, имеются биологические следы подсудимого ФИО2, а на лезвии клинка этого ножа обнаружены следы крови потерпевших М.И.А. и Г.Г.А. (том 2 л.д.61-62).

Кроме того, из другого заключения этого эксперта следует, что на одежде подсудимого ФИО2 обнаружены следы крови потерпевших М.И.А. и Г.Г.А. (том 2 л.д.86).

Из показаний потерпевшей М.О.Н. следует, что она видела нанесение подсудимым ФИО2 одного удара предметом, похожим на нож, изъятый с места происшествия, в область лопатки М.И.. 

Согласно заключению эксперта Б.Х.Ж. и его показаниям, не исключается возможность причинения потерпевшим М.И.А. и Г.Г.А. колото-резаных ранений ножом, изъятым с места происшествия, представленным на экспертизу.

Из показаний эксперта Б.Х.Ж. следует, что различное направление раневых каналов на трупе М.И.А. указывает о том, что колото-резаные ранения причинены в различных положениях нападавшего и потерпевшего. Схожесть направления раневых каналов указывает на неизменность положения потерпевшего Г.Г.А. в момент причинения двух колото-резаных ранений. Наиболее вероятно, что потерпевший Г. и нападавший в момент причинения повреждений были обращены лицом друг к другу, в пол оборота. При этом потерпевший мог, как лежать, так и сидеть.

Эти сведения подтверждают показания потерпевшей М.О.Н. и свидетеля Ю.Л.Р. о неизменности положения потерпевшего Г.Г.А. на полу кухни до преступления и в момент фиксации его смерти, - лёжа на спине.

Их показания о том, что Г.Г.А. до преступления уснул на полу кухни в состоянии сильного алкогольного опьянения, подтверждаются заключением эксперта о высокой концентрации этилового спирта в крови и моче от трупа Г.Г.А. (том 2 л.д.17), и протоколом осмотра места происшествия, указывающим на обнаружение трупа Г.Г.А. на полу кухни (том 1 л.д.40,43-44). 

Показания эксперта Б.Х.Ж. о различных положениях потерпевшего М.И.А. и нападавшего в момент причинения колото-резаных ран, согласуются с показаниями потерпевшей М.О.Н. о том, что в момент нанесения подсудимым ФИО2 удара ножом в область лопатки 

<

данные изъяты>, те стояли лицом друг к другу. Через какое-то время она видела, как они боролись на кухне, лежа друг на друге, когда М.И. пытался выхватить нож из рук подсудимого ФИО2.

Показания подсудимого ФИО2 о том, что он нанёс один удар ножом в область лопатки уже убитого 

<

данные изъяты>, опровергаются показаниями потерпевшей М.О.Н., свидетеля Г.А.А. – врача реанимационной бригады, прибывшего на место преступления по вызову потерпевшей, и заключением эксперта. 

Так, потерпевшая М.О.Н. показала о том, что видела, как подсудимый ФИО2 нанёс удар предметом, похожим на нож, в область лопатки М.И. в ходе драки. 

Свидетель Г.А.А. показал о том, что по количеству вытекшей крови из тела М.И.А. он установил, что его смерть наступила за 10-15 минут до момента фиксации его смерти.

Из заключения эксперта следует, что обе колото-резаные раны на задней поверхности тела, в левой подмышечной области и в левой надлопаточной области, носят прижизненный характер и причинены в течение относительно короткого промежутка времени незадолго до наступления смерти (том 2 л.д.34).

Суд оценивает как надуманные показания подсудимого ФИО2 о том, что его раздели в доме сотрудники полиции и бросили одежду на труп Г., чтобы испачкать кровью, следователь, найдя нож в том месте, куда он его выбросил, испачкал нож о кровь Г., а убийство Г. и М.И. совершил Ю.. 

Данные показания основаны исключительно на предположениях подсудимого ФИО2 и опровергаются совокупностью собранных доказательств. 

Так, свидетели Г.А.А., М.В.С.., А.Д.Л. и потерпевшая М.О.Н. показали о том, что подсудимого ФИО2 задержали в доме и вывели из дома в служебный автомобиль полиции в одежде – рубашке в клетку с длинными рукавами и тёмных штанах. На рукавах рубашки они видели следы крови. 

Свидетель К.К.С. видел подсудимого ФИО2 одетым в полицейской машине. 

Потерпевшая Г.Т.Н. показала о том, что видела подсудимого ФИО2 в отделе полиции в одежде, на рукавах его рубашки видела следы крови.

Согласно протоколу задержания подозреваемого ФИО2, 26 февраля 2017 года в 2 часа 8 минут в отделе полиции 

<

данные изъяты> следователь в присутствии понятых изъял при личном обыске подозреваемого его одежду: рубашку в клетку, двое штанов, тельняшку, и пару тапочек (том 1 л.д.130-132).

Из заключения эксперта-биолога следует, что биологические следы, в которых в т.ч. выявлена кровь человека, и которые могли произойти в результате смешения биологического материала ФИО2 и Г., обнаружены в двух вырезах одежды подсудимого ФИО2, сделанных экспертом. На штанах светлого цвета (подштанниках) - в средней трети левой половины. На штанах тёмного цвета – в нижней трети левой половины. Эти сведения указывают на схожесть мест расположения пятен крови на обоих штанах подсудимого, в которых были обнаружены экспертом биологические следы Г.Г.А., что свидетельствует о том, что эти пятна образовались, когда двое штанов были надеты на подсудимом ФИО2 (том 2 л.д.79,80,86).

Эта информация опровергает показания подсудимого ФИО2 о том, что сотрудники полиции бросили его одежду на Г..

Кроме того, на надуманность этих показаний подсудимого ФИО2 указывает следующее обстоятельство. В судебном заседании он сообщил о том, что не видел, кто из сотрудников полиции и как бросал его одежду на тело Г., и как следователь измазал обнаруженный под окном его складной нож о кровь Г.. Он предположил это, поскольку на его одежде не могло быть крови Г., и удары ножом он ему не наносил. 

Показания подсудимого ФИО2 о причинении колото-резаных ран потерпевшим кухонным ножом с узким лезвием и о причастности к преступлению Ю.Л.Р., основаны исключительно на предположении подсудимого и не подтверждаются ни одним из собранных по уголовному делу доказательств.

Оценив все собранные доказательства в совокупности с точки зрения относимости, допустимости, достоверности и достаточности для разрешения данного уголовного дела, суд пришёл к следующему выводу. 

Между находившимися в состоянии алкогольного опьянения подсудимым ФИО2 М.И.А. произошла ссора, переросшая по инициативе потерпевшего М.И.А. в драку. Противоправное поведение потерпевшего М.И.А., ударившего 

<

данные изъяты> кулаком по лицу, явилось поводом для преступления. После драки у подсудимого ФИО2, испытывавшего личную неприязнь к 

<

данные изъяты> и к его приятелю Г.Г.А., которого он увидел спящим пьяным на полу кухни, возник умысел на их убийство с использованием своего складного ножа. 

Данный вывод суда основан на показаниях потерпевшей М.О.Н. о том, что М.И.А. в ходе распития спиртного с приятелями Г. и Ю. начал ссору с 

<

данные изъяты> – подсудимым ФИО2, находившемся в состоянии алкогольного опьянения, ударив 

<

данные изъяты> кулаком по лицу. После ухода Ю., подсудимый ФИО2, узнав от неё о том, что на кухне спит пьяный Г., высказал угрозу отрезать горло и тому, и другому. После того, как М.И. высказал 

<

данные изъяты> угрозу убийством, между ними началась драка. И. вновь первым ударил 

<

данные изъяты> кулаком по лицу.

Реализуя свой преступный умысел, подсудимый ФИО2 вооружился своим складным ножом и нанёс им два удара в переднюю поверхность грудной клетки слева Г.Г.А., причинив проникающее колото-резаное ранение с повреждением сердца, сопровождавшееся массивным кровотечением, и семь ударов в переднюю и заднюю поверхность грудной клетки М.И.А., причинив три проникающих ранения с повреждением органов и сосудов грудной полости, сопровождавшихся выраженным наружным и внутренним кровотечением, которые повлекли за собой наступление смерти потерпевших на месте происшествия. 

Эти выводы суда подтверждаются:

- показаниями потерпевшей М.О.Н. о нанесение подсудимым ФИО2 одного удара ножом в область лопатки М.И.;

- результатом осмотра места происшествия в части обнаружения трупов потерпевших с колото-резаными ранениями и складного ножа, принадлежащего подсудимому;

- показаниями подсудимого ФИО2 об одном ударе складным ножом в область лопатки М.И.;

- заключениями экспертов об обнаружении на клинке ножа, изъятого с места происшествия, крови потерпевших М.И.А. и Г.Г.А., а на рукоятке биологических следов подсудимого ФИО2 (том 2 л.д.61-62), об обнаружении на одежде подсудимого ФИО2 крови потерпевших (том 2 л.д.86), и о возможности причинения потерпевшим колото-резаных ранений этим ножом (том 2 л.д.105).

- показаниями свидетелей К.К.С., М.В.С., А.Д.Л. и потерпевшей Г.Т.В. о том, что сразу после преступления они видели кровь на лице, руках и одежде подсудимого ФИО2

- заключением эксперта по результатам освидетельствования обвиняемого ФИО2 о том, что у него имелись кровоподтёки в области носогубного треугольника, задней поверхности области правого локтевого сустава и ссадины тыльной поверхности правой кисти и задней поверхности области правого локтевого сустава (том 2 л.д.47).

Об умысле подсудимого ФИО2 на убийство указывают выбранное им орудие преступления – нож, локализация и характер причинённых проникающих колото-резаных ранений в жизненно важные органы человека, с повреждением сердца у Г.Г.А. и внутренних органов грудины, включая сердце, у М.И.. Эти повреждения вызвали массивную кровопотерю, повлекшую смерть в сравнительно небольшой промежуток времени после их причинения. 

Мотивом совершения убийства явилась личная неприязнь подсудимого ФИО2 к 

<

данные изъяты> - потерпевшему М.И.А., вызванная его противоправным поведением, и личная неприязнь к его приятелю Г.Г.А., которого подсудимый увидел спящим пьяным в своём доме на полу кухни.

Суд исключает из предложенной стороной обвинения квалификации совершённого ФИО2 деяния квалифицирующий признак преступления - с особой жестокостью, считая его излишне вменённым и не доказанным собранными доказательствами. 

По версии стороны обвинения, подсудимый ФИО2 совершил убийство М.И.А., осознавая, что М.О.Н. видит его действия, направленные на убийство 

<

данные изъяты>, и, осознавая, что он своими действиями причинит ей особые страдания.

Однако, данное утверждение стороны обвинения основано на предположении, поскольку не подтверждается представленными суду доказательствами. 

В показаниях подсудимого ФИО2 такой информации не содержится. 

Как следует из показаний потерпевшей М.О.Н., она видела только один удар, нанесённый подсудимым ФИО2 предметом, похожим на нож, в область лопатки М.И., после которого выбежала из дома, чтобы вызвать скорую помощь. Но она не сделала этого, подумав, что после нанесения удара 

<

данные изъяты> ножом всё закончится, и они сразу разойдутся по комнатам. В момент нанесения удара у неё не было мысли о том, что 

<

данные изъяты> убивают, она подумала, что всё обойдётся, не осознала, что удар был действительно сильным.

Показания потерпевшей М.О.Н. указывают на то, что она не осознавала того, что в её присутствии подсудимый ФИО2 совершает убийство М.И.. Поэтому, она не испытывала особых страданий, наблюдая, как подсудимый ФИО2 нанёс один удар предметом, похожим на складной нож, в область лопатки М.И.. Наблюдая дальнейшую борьбу между ними на кухне, когда М.И. пытался отобрать у подсудимого ФИО2 предмет, похожий на нож, потерпевшая М.О.Н. также не осознавала, что происходит убийство 

<

данные изъяты>. Этот вывод суда подтверждается показаниями потерпевшей М.О.Н. о том, что она бросилась на улицу вызывать скорую помощь лишь после того, как 

<

данные изъяты> сообщил о том, что истекает кровью и может умереть.

В соответствии с частью 3 статьи 14 УПК РФ все сомнения в виновности обвиняемого, которые не могут быть устранены в порядке, установленном настоящим Кодексом, толкуются в пользу обвиняемого.

Поэтому суд квалифицирует деяние, совершённое ФИО2, по пункту «а» части 2 статьи 105 УК РФ, как убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку, совершённое в отношении двух лиц. 

Подсудимый ФИО2 на учёте у психиатра и нарколога не состоит. 

Согласно заключению экспертов по результатам комплексной судебной психолого-психиатрической экспертизы, ФИО2 обнаруживает признаки психического расстройства 

<

данные изъяты> Выявившиеся нарушения 

<

данные изъяты> не лишают его способности в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. В период совершения инкриминируемого ему деяния он не обнаруживал признаков временного психического расстройства, а был в состоянии простого алкогольного опьянения, мог в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. В настоящее время ФИО2 также может осознавать фактический характер своих действий и руководить ими, правильно воспринимать обстоятельства имеющие значение для дела и давать о них показания, может принимать участие в следствии и суде, осуществлять свои процессуальные права. В применении принудительных мер медицинского характера не нуждается. В проведении стационарной судебно-психиатрической экспертизы не нуждается. 

В момент совершения инкриминируемого деяния ФИО2 не находился в состоянии аффекта или иного эмоционального состояния, оказывающего существенное влияние на сознание и поведение. У ФИО2 выявляются следующие индивидуально-психологические особенности: трудности межличностных отношений, сензитивность к критическим замечаниям со стороны окружающих, недоверчивость, повышенная обидчивость, подозрительность, обострённое чувство справедливости, стремление настоять на своём, потребность в признании своего авторитета в глазах окружающих. Он имеет установку превосходства над другими людьми, склонность к открытому агрессивному поведению (том 2 л.д.148-150). 

Суд доверяет указанному заключению экспертов, поскольку оно дано квалифицированными специалистами в области психиатрии и психологии на основе объективных данных амбулаторного обследования обвиняемого, с применением научных познаний. 

С учётом приведённого заключения экспертов суд признаёт подсудимого ФИО2 в момент совершения преступления и в настоящее время вменяемым и подлежащим уголовной ответственности за совершение преступления.

При назначении наказания суд руководствуется принципом справедливости, учитывая характер и степень общественной опасности преступления, данные о личности подсудимого, обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание, влияние назначенного наказания на исправление осуждённого, на условия жизни его семьи. Кроме того, суд применяет наказание в целях восстановления социальной справедливости, а также в целях исправления осуждённого и предупреждения совершения новых преступлений.

Совершённое подсудимым ФИО2 умышленное преступление против жизни имеет высокую степень общественной опасности и относится к особо тяжким преступлениям. Устанавливая степень общественной опасности преступления, суд принимает во внимание конкретные обстоятельства содеянного, способ совершения преступления, наличие прямого умысла у подсудимого на совершение преступления.

Подсудимый ФИО2 совершил преступление впервые

<

данные изъяты>. По месту жительства характеризуется удовлетворительно, жалоб на него не поступало (том 3 л.д.52). Он имеет ряд заболеваний, по поводу которых получал необходимое лечение в условиях содержания под стражей, однако, тяжёлыми заболеваниями, препятствующими отбывать наказание в виде лишения свободы, ФИО2 не страдает. 

Обстоятельствами, смягчающими наказание, суд в соответствии с правилами статьи 61 УК РФ признаёт:

- противоправность поведения потерпевшего М.И.А., явившегося поводом для преступления (пункт «з» части 1);

- совершение преступления впервые

<

данные изъяты>, состояние физического и психического здоровья, удовлетворительная характеристика по месту жительства (часть 2).

Суд не считает необходимым признавать, как отдельное смягчающее наказание обстоятельство, так и их совокупность, исключительными, существенно уменьшающими степень общественной опасности совершённого преступления. Суд не находит оснований для назначения наказания по правилам части первой статьи 64 УК РФ, поскольку обстоятельства, смягчающие наказание, не связаны с целью преступления, поведением виновного во время и после совершения преступления. 

Из показаний допрошенных потерпевших и свидетелей, акта медицинского освидетельствования на состояние опьянения, и заключения комиссии экспертов по результатам комплексной психолого-психиатрической экспертизы, суд установил, что в момент совершения преступления подсудимый ФИО2 находился в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя. Это состояние повлияло на поведение подсудимого в момент совершения преступления, с учётом выявленного у него экспертами признаков психического расстройства. На этот вывод указывает то обстоятельство, что после ссоры и драки 

<

данные изъяты>, находясь в состоянии алкогольного опьянения, он вооружился в своей комнате ножом, после чего совершил с применением ножа насильственные действия, направленные на лишение жизни двух лиц.

С учётом характера и степени общественной опасности преступления, обстоятельств его совершения, суд считает возможным признать отягчающим наказание обстоятельством, - совершение преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, в соответствии с частью 1.1 статьи 63 УК РФ. 

Наказание виновному за совершение умышленного особо тяжкого преступления суд назначает в виде лишения свободы на определённый срок, с дополнительным наказанием в виде ограничения свободы, установленное санкцией части второй статьи 105 УК РФ, применяя положение части второй статьи 57 настоящего Кодекса. 

При определении размера лишения свободы, помимо смягчающих и отягчающих наказание обстоятельств, суд принимает во внимание 

<

данные изъяты> осуждённого.

В срок лишения свободы необходимо зачесть время содержания ФИО2 под стражей до судебного разбирательства и постановления приговора в соответствии с правилом части 3 статьи 72 УК РФ. 

Оснований для изменения категории преступления, при наличии отягчающего наказание обстоятельства, не имеется.

Исправление осуждённого невозможно без реального отбывания наказания в виде лишения свободы, учитывая высокую степень общественной опасности совершённого преступления. 

Вид исправительного учреждения необходимо назначить по правилу пункта «в» части 1 статьи 58 УК РФ. 

В ходе судебного разбирательства потерпевшая Г.Т.В. предъявила требования о возмещении имущественного вреда, причинённого преступлением, в виде затрат на погребение 

<

данные изъяты> в размере 24570 рублей, и о компенсации морального вреда, причинённого ей преступлением в виде физических и нравственных страданий, в размере 500 тысяч рублей. 

Размер требуемой компенсации морального вреда гражданский ответчик Г.Т.В. обосновала тем, что, являясь 

<

данные изъяты>, после убийства 

<

данные изъяты> осталась одна, лишившись его помощи.

В обоснование размера материального ущерба она представила:

- копию квитанции к приходному кассовому ордеру от 27 февраля 2017 года, подтверждающую расходы на ритуальные услуги в сумме 6 тысяч рублей;

- копию квитанции к приходному кассовому ордеру от 27 февраля 2017 года, подтверждающую расходы на ритуальный обед в сумме 5850 рублей;

-копию квитанцию № Московского патриархата Нижегородской епархии от 28 февраля 2017 года, подтверждающую расходы на совершение поминального обряда в сумме 1800 рублей;

- копию товарного чека на изготовление ограды на сумму 6500 рублей;

- копию квитанции к приходному кассовому ордеру от 3 апреля 2017 года, подтверждающие расходы на ритуальный обед в размере 4420 рублей.

Указанные документы подтверждают понесённые гражданским истцом расходы на погребение в общей сумме 24 тысячи 570 рублей.

Гражданский ответчик подсудимый ФИО2 не признал исковые требования, заявив о непричастности к преступлению.

Суд считает необходимым, исковые требования Г.Т.В. удовлетворить частично.

Суд установил, что имущественный ущерб и моральный вред причинён потерпевшей Г.Т.В. преступлением против жизни 

<

данные изъяты>, совершённым подсудимым ФИО2 

Основания для возмещения вреда, вызванного смертью потерпевшего Г.Г.А., установлены статьёй 1094 ГК РФ. Размер искового требования о возмещении имущественного вреда подтверждается представленными гражданским истцом документами.

Исковое требование о компенсации морального вреда основано на положениях статей 15, 151, 1100 ГК РФ. 

Размер компенсации морального вреда в сумме 500 тысяч рублей, заявленный гражданским истцом, по мнению суда, не отвечает требованиям разумности с учётом 

<

данные изъяты> осуждённого и наличия у него единственного источника дохода 

<

данные изъяты> размером 13800 рублей. Кроме того, принимая во внимание показания гражданского истца Г.Т.В. о том, что 

<

данные изъяты>, имея постоянный доход, не помогал ей материально, суд пришёл к выводу, что заявленный размер компенсации морального вреда не отвечает характеру причинённых потерпевшей и нравственных страданий, а также требованиям справедливости.

Суд полагает, что размер компенсации морального вреда в 200 тысяч рублей будет отвечать характеру причинённых потерпевшей физических и нравственных страданий, а также требованиям разумности и справедливости. 

Решая вопрос о вещественных доказательствах, суд в соответствии с правилами части 3 статьи 81 УПК РФ считает необходимым, орудие преступления, предметы, не представляющие ценности, и вещи, не истребованные сторонами, уничтожить. Документы, являющиеся вещественными доказательствами, необходимо оставить при уголовном деле в течение всего срока хранения последнего. 

В ходе предварительного расследования на основании постановления следователя адвокату Курач С.Ю., участвовавшему в уголовном судопроизводстве по назначению следователя, постановлено выплатить вознаграждение в размере 10800 рублей, которое относится к процессуальным издержкам (том 3 л.д.107). 

В судебном разбирательстве защиту подсудимого ФИО2 осуществляла по назначению суда адвокат Пронина О.В., которой на основании постановления суда, вынесенного одновременно с приговором, подлежит выплатить вознаграждение в размере 8400 рублей.

Подсудимый ФИО2 не оспорил размер вознаграждения адвокатов, но возразил против взыскания с него процессуальных издержек, в виде суммы, выплачиваемой адвокату Курач С.Ю., сославшись на то, что его 

<

данные изъяты> составляет всего 13800 рублей, и не возразил против взыскания с него суммы вознаграждения, подлежащей выплате адвокату Прониной О.В.

Суд считает необходимым, процессуальные издержки в виде суммы, подлежащей выплате адвокату Прониной О.В. (8400 рублей), взыскать с осуждённого ФИО2, а в остальной части процессуальные издержки возместить за счёт средств федерального бюджета в соответствии с правилами статьи 132 УПК РФ. Суд принимает во внимание, что в судебном производстве оба защитника участвовали по назначению следователя и суда, и ФИО2 от помощи защитников не отказался. Однако, у осуждённого ФИО2 имеется только единственный источник дохода 

<

данные изъяты> размером 13800 рублей. Поэтому взыскание с него процессуальных издержек в полном объёме может существенно отразиться на материальном положении осуждённого.

В целях обеспечения исполнения приговора меру пресечения в виде заключения под стражей необходимо оставить без изменения.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 304, 307-309 УПК РФ, суд

П Р И Г О В О Р И Л:

Признать ФИО2 виновным в совершении преступления, предусмотренного пунктом «а» части второй статьи 105 УК РФ, и назначить ему наказание в виде лишения свободы на срок двенадцать лет с отбыванием наказания в исправительной колонии строго режима, с ограничением свободы на срок один год.

В соответствии с частью 1 статьи 53 УК РФ после отбытия наказания в виде лишения свободы установить осуждённому ФИО2 следующие ограничения:

1) не уходить из места выбранного постоянного проживания (пребывания) в период с 22 и до 7 часов;

2) не посещать в месте выбранного постоянного проживания (пребывания) общественные места распития спиртных напитков (рестораны, кафе, бары и т.п.), места проведения культурно-зрелищных мероприятий (фестивали, концерты, профессиональные праздники, народные гуляния и т.п.), и не участвовать в указанных мероприятиях;

3) не изменять место жительства или пребывания без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осуждёнными наказания в виде ограничения свободы, в случаях, предусмотренных законодательством Российской Федерации.

Обязать ФИО2 являться в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием осуждёнными этого вида наказания, два раза в месяц для регистрации.

Срок наказания осуждённому ФИО2 исчислять с 8 сентября 2017 года. Зачесть в срок лишения свободы время предварительного содержания под стражей до постановления приговора с 25 февраля по 7 сентября 2017 года.

Меру пресечения в виде заключения под стражу в отношении осуждённого ФИО2 до вступления приговора в законную силу не изменять.

Гражданский иск Г.Т.В. удовлетворить частично. 

Взыскать с осуждённого ФИО2 в пользу потерпевшей Г.Т.В., проживающей по адресу: 

<

адрес>, в счёт возмещения имущественного вреда 24570 (двадцать четыре тысячи пятьсот семьдесят) рублей, в счёт компенсации морального вреда 200000 (двести тысяч) рублей. 

После вступления настоящего приговора в законную силу вещественные доказательства, хранящиеся в комнате для хранения вещественных доказательств следственного отдела 

<

данные изъяты> следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Нижегородской области:

- складной нож, вещи осуждённого ФИО2 (рубашку в клетку, штаны светлого цвета, штаны тёмного цвета, пару тапочек, тельняшку), вещи погибшего Г.Г.А. (рубашку в полоску бело-чёрного цвета, чёрные брюки с поясным ремнем, тёмное спортивное трико, трусы синего цвета, носки чёрного цвета), вещи погибшего М.И.А. (серую майка с коротким рукавом с надписью «БОСС», синие джинсовые брюки с поясным ремнем, серые трусы, тёмные носки), образцы крови, волос, ногтей, - уничтожить.

Документы, хранящиеся при уголовном деле, - оставить при уголовном деле в течение всего срока хранения последнего. 

Процессуальные издержки в сумме 8400 рублей взыскать с осуждённого ФИО2 в доход федерального бюджета. В остальной сумме 10800 рублей процессуальные издержки возместить за счёт государства. 

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке, в Судебную коллегию по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации через Нижегородский областной суд в течение 10 суток со дня постановления приговора, а осуждённым, в тот же срок со дня вручения ему копии приговора. 

В части меры пресечения приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Судебную коллегию по уголовным делам Нижегородского областного суда в течение 3 суток со дня постановления приговора, а осуждённым в тот же срок, со дня вручения ему копии приговора. 

В случае подачи апелляционной жалобы, осуждённый вправе ходатайствовать о своём участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции. 

Судья: (подпись) Ю.А. Печерица