Уникальный идентификатор дела: 66RS0044-01-2019-004299-49

КОПИЯ

Дело 2-3408/2019 

Мотивированное 

решение

 изготовлено 23 декабря 2019 года.

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

19 декабря 2019 года город Первоуральск Свердловской области

Первоуральский городской суд Свердловской области в составе:

председательствующего судьи Антропова И.В.,

с участием истца ФИО1,

представителя истца Чусина С.Г.,

представителя ответчика ФИО2,

помощника прокурора города Первоуральска Свердловской области Иванова А.Ю.,

при секретаре судебного заседания Рябковой А.Н.,

рассмотрев в судебном заседании гражданское дело № 2-3408/2019 по исковому заявлению ФИО1 к акционерному обществу «Первоуральский новотрубный завод» о взыскании компенсации морального вреда, причиненного в результате несчастного случая на производстве, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с вышеуказанным иском к АО «Первоуральский новотрубный завод», в обоснование требований указала, что с 23.11.1981 осуществляла трудовую деятельность в АО «Первоуральский новотрубный завод» по профессии резчиком холодных труб, с 26.09.1994 – резчиком труб и заготовок. ДД.ММ.ГГГГ, находясь на рабочем месте при исполнении трудовых обязанностей, получила производственную травму, следствием которой стали телесные повреждения 

<

данные изъяты>. На больничном листе находилась длительное время – более 4 месяцев, на руке проведено 2 хирургических операции, установлено 20% утраты профессиональной трудоспособности, через год – 10 процентов, в 2005 году – сняли по причине того, что продолжала работать по профессии «резчик труб и заготовок». После излечения работала по той же профессии по 28.06.2019. Лицом, виновным в произошедшем несчастном случае, признано должностное лицо АО «Первоуральский новотрубный завод» - старший мастер участка, допустивший нарушение требований охраны труда. В результате повреждения здоровья от несчастного случая на производстве истцу причинен моральный вред, выразившийся в физических и душевных страданиях, в связи с чем просила суд взыскать с АО «Первоуральский новотрубный завод» в её пользу компенсацию морального вреда в размере 300 000 руб.

Истец ФИО1 в судебном заседании доводы, изложенные в исковом заявлении, поддержала в полном объеме, настаивала на удовлетворении заявленных требований.

Представитель истца Чусин С.Г., действующий на основании ордера адвоката от 27 ноября 2019 года № 395, доводы истца, изложенные в исковом заявлении, поддержал в полном объеме. Размер компенсации морального вреда, заявленный к взысканию, считает разумным и справедливым. Так как истец не обладает юридическими знаниями, та была вынужден обратиться за юридической помощью, истцом понесены расходы в размере 5 000 рублей за составление искового заявления и 10 000 рублей за участие представителя при рассмотрении дела в суде, которые надлежит взыскать с ответчика.

Представитель ответчика АО «Первоуральский новотрубный завод» ФИО2, действующая на основании доверенности от 07 ноября 2017 года № сроком по 31 декабря 2020 года, в судебном заседании представила отзыв на исковое заявление, дала пояснения согласно отзыву, в котором указано, что размер компенсации морального вреда в предъявленной истцом сумме 300 000 руб. является несоразмерным характеру физических и нравственных страданий, указанных в исковом заявлении. Указывает, что в связи с тем, что травма полученная истцом, согласно медицинскому заключению и акту о несчастном случае, отнесена к категории «легкая», в результате которой не наступили последствия в виде установления группы инвалидности, в течение длительного времени у истца отсутствует утрата профессиональной трудоспособности, разумным является размер компенсации в пределах 150 000 руб. Фактическими обстоятельствами, при которых был причинен вред истцу, было не только несовершенство технологического процесса, но и нарушение самим истцом требований охраны труда. Кроме того, требование о взыскании компенсации морального вреда заявлено истцом спустя более восемнадцати лет со дня несчастного случая на производстве. Таким образом, учитывая указанные обстоятельства, просит суд определить сумму компенсации морального вреда в размере 150 000 руб., считая данную сумму соразмерной моральному вреду, причиненному истцу в результате несчастного случая на производстве. Полагая заявленную истцом сумму расходов на оплату услуг по составлению искового заявления и на оплату услуг представителя необоснованно завышенной и чрезмерной, непредставление стороной истца доказательств несения судебных расходов, просит отказать в удовлетворении исковых требований в указанной части.

Заслушав лиц, участвующих в деле, заключение прокурора, полагавшего подлежащими удовлетворению требования в части компенсации морального вреда с учетом принципов справедливости и разумности, исследовав материалы дела, суд находит исковые требования подлежащими частичному удовлетворению.

В соответствии со ст. 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судопроизводство по гражданским делам в Российской Федерации осуществляется на основе принципа состязательности и равноправия сторон, при этом, в соответствии с ч. 1 ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается в обоснование своих требований и возражений.

Согласно ч. 1 ст. 46 Конституции Российской Федерации каждому гарантируется судебная защита его прав и свобод.

Как следует из материалов дела и установлено в судебном заседании, ФИО1 с 23.11.1981 по 28.06.2019 осуществляла трудовую деятельность в АО «Первоуральский новотрубный завод».

08.02.2001 на рабочем месте с истцом произошел несчастный случай при следующих обстоятельствах: при обрезке концов труб на трубообрезном станке № 18 в автоматическом режиме, не выключив станок, ФИО1 производила уборку обрези левой рукой. В это время в станок по рольгангу была задана очередная труба, которой ударило по кисти правой руки истца, которую она держала около упора.

Согласно акту № 12 о несчастном случае на производстве от 09.02.2001 установлено, что несчастный случай на производстве произошел в результате несовершенства технологического процесса, выразившееся в отсутствии механизации по уборке обрези от станка. В нарушение п. 2.1.1 ГОСТ 12.3.602.75 «Процессы производственные», не предусмотрено устранение непосредственного контакта с исходными материалами, готовой продукцией и отходами производства, оказывающими опасное воздействие. Установлено лицо, допустившее нарушения: старший мастер участка отделки и сдачи котельных труб трубоволочильного цеха № 9 ОАО «ПНТЗ» ФИО3

В соответствии с медицинским заключением ФИО1 установлен диагноз: 

<

данные изъяты> по результатам прохождения лечения установлен диагноз: 

<

данные изъяты>

22.05.2001 ФИО1 была направлена в МУ «Центральная городская больница № 24» в Центр хирургии кисти, 25.05.2001 её было рекомендовано оперативное лечение.

19.02.2004 было рекомендовано оперативное вмешательство ввиду 

<

данные изъяты> фиксация аппаратом в отделении микрохирургии кисти.

Материалами дела подтверждается, что ФИО1 в периоды с 08.02.2001 по 01.06.2001, с 05.07.2004 по 19.07.2004, с 30.08.2004 по 06.09.2004, с 02.12.2004 по 05.01.2005, с 07.02.2005 по 29.04.2005, с 06.09.2005 по 19.09.2005 находилась на больничном листе.

Согласно заключению бюро МСЭ от 20.06.2001 ФИО1 установлено 20 процентов утраты профессиональной трудоспособсности, через год – 10 процентов, в 2005 – проценты сняты по причине того, что она продолжала работать по профессии «резчик труб и заготовок».

В соответствии с санитарно-гигиенической характеристикой условий труда работника при подозрении у него профессионального заболевания (отравления) от 22.05.2002 № 47, в цехе № 9 ОАО «ПНТЗ» резчик осуществляет резку труб и заготовок на трубообрезном станке с подачей труб вручную, заточку 15-20 резцов за смену на заточном станке, снятие фаски с концов труб. За смену резчик обрабатывает напильником до 300-620 концов труб. Показатели тяжести трудового процесса в части статической нагрузки при удержании груза одной рукой – 2027 кгс*с (доп. параметр 22000кгс*с); условия труда вредные (3.4 и 3.2 классы).

Исходя из Программы реабилитации пострадавшего в результате несчастного случая на производстве и профессионального заболевания от 19.02.2004, незначительно-выраженные нарушения функции правой кисти привели к тому, что пострадавшая сможет работать в своей профессии, но с уменьшением объема работ на 1/10 часть прежней загрузки, а также нуждается в реконструкционной операции и установлена рекомендация о противопоказанных и доступных видах труда: сможет работать в своей профессии, но с уменьшением объема работ на 1/10 прежней загрузки.

Согласно ч.1 ст.212 Трудового кодекса Российской Федерации, обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.

В соответствии со ст.237 Трудового кодекса Российской Федерации, моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

По правилам части 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Установив указанные выше обстоятельства, проанализировав приведенные нормы закона, суд приходит к выводу о том, что обязанность по возмещению морального вреда истцу должна быть возложена на ответчика, поскольку причиной, вызвавшей несчастный случай, явилось нарушение правил охраны труда работником ответчика, при этом организация обучения правилам по охране труда и организация контроля за их соблюдением в силу положений трудового законодательства возложена именно на работодателя. Вины истца в наступившем несчастном случае на производстве не установлено.

Доводы представителя ответчика на нарушение самой ФИО1 правил безопасности при производстве работ опровергаются актом формы Н-1 от 09.02.2001, утвержденным самим ответчиком

Суд учитывает, что здоровье человека относится к числу наиболее значимых человеческих ценностей, его защита должна быть приоритетной (статья 3 Всеобщей декларации прав человека и статья 11 Международного пакта об экономических, социальных и культурных правах), а право гражданина на возмещение вреда, причиненного здоровью, относится к числу общепризнанных основных неотчуждаемых прав и свобод человека, поскольку является непосредственно производным от прав на охрану здоровья, прямо закрепленных в Конституции Российской Федерации. В результате травмы нарушено право истца на здоровье.

Факт причинения морального вреда ФИО1 доказан, помимо письменных материалов дела, подтверждается данными в судебном заседании показаниями свидетеля ФИО7, поскольку в результате действий ответчика истцу были причинены травма и физическая боль, а также нравственные переживания в связи с их получением и по поводу негативных последствий как во время причинения травмы, так и в настоящее время. 

Таким образом, требования истца о компенсации морального вреда подлежат удовлетворению, поскольку она испытала и продолжает испытывать нравственные страдания, вызванные травмой. Суд также учитывает, что размер компенсации морального вреда не поддается точному денежному подсчету и взыскивается с целью смягчения эмоционально-психологического состояния лица, которому он причинен.

Как указано выше, в соответствии с п. 3 ст. 8 Федерального закона от 24.07.1998 № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» возмещение морального вреда в связи с несчастным случаем на производстве осуществляется причинителем вреда. То есть, именно работодатель несет ответственность по компенсации морального вреда, причиненного истцу, получившему травму на производстве.

При определении размера компенсации суд, принимая во внимание, что потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, учитывая характер и степень физических и нравственных страданий истца, наступившие для его здоровья последствия, выразившиеся в длительности нахождения на стационарном и амбулаторном лечении, перенесении нескольких операций именно в результате обстоятельств, произошедших при несчастном случае на производстве, что не оспорено самим ответчиком, утрате профессиональной трудоспособности на протяжении длительного времени (с 2001 по 2005 годы), установлении ограничения по труду в виде уменьшения объема работ, необходимости в прохождении длительной реабилитации, испытании сильной физической боли истцом в момент причинения вреда, ограничения жизнедеятельности (полная функциональность пальца не восстановлена, имеют место частые судороги, отсутствует функция полного захвата при сжимании предмета, невозможность длительного письма) и отсутствие доказательств восстановления здоровья в полном объеме, возраст истца как на момент события несчастного случая (41 год), так и на момент рассмотрения данного гражданского дела (60 лет), которая является пенсионером по возрасту, недостаточное обеспечение ответчиком безопасных условий труда, послуживших причиной несчастного случая на производстве, предъявление истцом требований о компенсации морального вреда спустя длительный промежуток времени, а также требования разумности и справедливости относительно размера морального вреда, подлежащего возмещению, что предусмотрено п. 2 ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяет размер компенсации морального вреда в сумме 200 000 руб.

Каких-либо надлежащих доказательств достижения между сторонами досудебного соглашения о компенсации истцу морального вреда в определенной сумме не представлено.

Разрешая требования истца о возмещении судебных издержек в виде расходов на оплату юридических услуг в размере 5000 рублей, оплату услуг представителя в размере 10000 рублей, суд приходит к следующим выводам.

Согласно ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы. 

Согласно ст. 88 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

В соответствии со статьей 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах. Ответчик возражения в части взыскания затрат на оплату услуг представителя в судебное заседание не представил. 

По общему правилу, условия договора определяются по усмотрению сторон (пункт 4 статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации). К их числу относятся и те условия, которыми устанавливаются размер и порядок оплаты услуг представителя.

Обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя, и тем самым - на реализацию требования части 3 статьи 17 Конституции Российской Федерации, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

В материалы дела представлены квитанции «Адвокатский кабинет адвоката Чусина С.Г.» от 12.11.2019 № на сумму 5 000 руб., 27.11.2019 № на сумму 10 000 руб., принятыми от ФИО1 В объем услуг включены работы, связанные с составлением искового заявления, представительство в суде первой инстанции, что установлено в судебном заседании и подтверждено самим истцом. Полномочия представителя истца Чусина С.Г. на участие в судебном заседании подтверждены ордером адвоката от 27 ноября 2019 года №, а участие его в судебном заседании 19.12.2019 подтверждено протоколом судебного заседания.

При этом изложенная в отзыве на исковое заявление ссылка представителя ответчика о стоимости услуг по составлению искового заявления в размере, не превышающем 2 000 руб., согласно сложившейся практике и расценкам юридических компаний города Первоуральска и Свердловской области, в данном конкретном случае не может быть признана достаточно обоснованной, поскольку не отражает объем юридических услуг в рамках гражданского судопроизводства с учетом конкретных обстоятельств настоящего правового спора.

Доводы представителя ответчика о том, что истцом не доказан факт производства ею оплаты услуг представителя надлежащими доказательствами, несостоятельны и не основаны на материалах дела. Факт оплаты ФИО1 услуг представителя Чусина С.Г. подтверждается квитанциями от 12.11.2019 № на сумму 5 000 руб., 27.11.2019 № на сумму 10 000 руб., согласно которым ФИО1 внесла в кассу адвокатского кабинета «Адвокатский кабинет адвоката Чусина С.Г.» денежные средства в общей сумме 15 000 руб. Данные квитанции в соответствии со ст. 71 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации являются допустимыми письменными доказательствами.

Суд считает возможным данное заявление удовлетворить полностью, исходя из требований разумности и справедливости, и определяет размер расходов на оплату юридических услуг по составлению искового заявления в сумме 5 000 руб., на оплату услуг представителя в сумме 10 000 руб., и в итоге взыскать с АО «ПНТЗ» в пользу ФИО1 в счет возмещения судебных издержек в общей сумме 15 000 руб.

В соответствии со ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации с ответчика АО «Первоуральский новотрубный завод» подлежит взысканию в доход государства государственная пошлина в размере 300 руб., от уплаты которой в силу закона был освобожден истец при обращении в суд с данным иском. 

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 12, 56, 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

исковые требования ФИО1 к акционерному обществу «Первоуральский новотрубный завод» о взыскании компенсации морального вреда, причиненного в результате несчастного случая на производстве, - удовлетворить частично.

Взыскать с акционерного общества «Первоуральский новотрубный завод» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда, причиненного повреждением здоровья в результате производственной травмы, в размере 200 000 рублей 00 копеек, расходы по оплате юридических услуг за составление искового заявления в размере 5 000 рублей 00 копеек, расходы по оплате услуг представителя в размере 10 000 рублей 00 копеек, всего взыскать 215 000 (Двести пятнадцать тысяч) рублей 00 копеек. 

В остальной части исковые требования оставить без удовлетворения.

Взыскать с акционерного общества «Первоуральский новотрубный завод» в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 300 (Триста) рублей 00 копеек.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Свердловском областном суде путем подачи жалобы через Первоуральский городской суд Свердловской области в течение месяца с момента изготовления мотивированного решения.

Председательствующий: подпись. И.В. Антропов