судья Санджиева С.А. дело № 22-448/2024 

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

10 октября 2024 года город Элиста

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Республики Калмыкия в составе: 

председательствующего – Нусхаева С.Н.,

при

секретаре – ФИО1,

с участием

прокурора – Басанговой Г.В.,

осуждённого – ФИО2,

защитника – Горипова М.В.,

рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении ФИО2 по апелляционному представлению государственного обвинителя Горского А.С. и апелляционной жалобе осуждённого ФИО2 на приговор Юстинского районного суда Республики Калмыкия от 21 августа 2024 года, которым

ФИО2, родившийся 

<

…>, несудимый,

осуждён по части 1 статьи 2581 УК РФ к наказанию в виде обязательных работ на срок 400 часов; мера процессуального принуждения в виде обязательства о явке оставлена без изменения; исковое заявление прокурора Юстинского района Республики Калмыкия о взыскании с ФИО2 в пользу государства в лице администрации Юстинского районного муниципального образования Республики Калмыкия ущерба, причинённого преступлением, оставлено без рассмотрения; разрешён вопрос о вещественных доказательствах. 

Выслушав стороны, проверив уголовное дело, судебная коллегия 

у с т а н о в и л а :

обжалуемым приговором ФИО2 признан виновным в незаконной добыче и хранении особо ценного дикого животного, принадлежащего к видам, занесённым в Красную книгу Российской Федерации, а именно, особи мужского пола парнокопытного млекопитающего – сайгака, совершённых 15 января 2024 года вблизи п. *** Республики Калмыкия при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В апелляционном представлении государственный обвинитель Горский А.С., не оспаривая фактические обстоятельства уголовного дела, установленные судом первой инстанции, просит внести в описательно-мотивировочную часть приговора указание о последствиях преступления – кому и в каком размере причинён ущерб, поскольку в соответствии с п. 1 ст. 307 УПК РФ описание преступного деяния должно содержать указание о месте, времени, способе его совершения, форме вины, мотивах, целях и последствиях преступления. Кроме того автор представления не согласен с основанием оставления искового заявления без рассмотрения – истцом не представлено обоснования принадлежности особо охраняемой территории Юстинскому районному муниципальному образованию, за счёт которого осуществляются расходы, связанные с охраной и использованием такой территории, где причинён ущерб окружающей среде, так как из материалов уголовного дела следует, что сайгак является особо ценным млекопитающим животным и занесён в Красную книгу Российской Федерации, в связи с чем ущерб причинён Российской Федерации. По мнению государственного обвинителя, суд ошибочно признал обстоятельством, смягчающим наказание, наличие не малолетних, а несовершеннолетних детей, поскольку согласно п. «г» ст. 61 УК РФ обстоятельством, смягчающим наказание, является наличие малолетних детей у виновного. Из материалов уголовного дела усматривается, что ФИО2 имеет на иждивении малолетних детей.

В апелляционной жалобе осуждённый ФИО2 просит приговор отменить и его оправдать. В обоснование указывает, что предъявленное обвинение не подтверждается доказательствами. Свидетель К.В.Н. – очевидец произошедшего, а также свидетель Г.Н.Е. не подтвердили обвинение в добыче сайгака, а, напротив, опровергли его; другие свидетели – заинтересованные в исходе дела оперуполномоченный А., участковый Н. и адвокат Л. не могут быть свидетелями по делу. В судебном заседании в нарушение требований статей 276 и 281 УПК РФ были оглашены протоколы очных ставок свидетелей А. и Н. с ФИО2, а затем приведены в приговоре в качестве доказательств. Из просмотренной видеозаписи от 15.01.2024 в 11 час. 36 мин. усматривается, что ФИО2 держит правой рукой за левый рог сайгака и тащит его, а согласно приговору 15.01.2024 в 10 час. 15 мин. ФИО2 уже добыл сайгака и перерезал его горло, тогда как на видеозаписи сайгак ещё живой. Представленная стороной обвинения явка с повинной не отвечает предъявляемым требованиям, поскольку ему не были разъяснены его права, не была предоставлена возможность пригласить адвоката, и она была принята под психологическим воздействием сотрудников органов внутренних дел, когда он уже находился в здании РОВД более трёх часов без оформления процессуальных документов, фактически задержанным. Кроме того автор жалобы указывает на отсутствие признаков незаконной добычи в предъявленном ему деянии, поскольку отсутствуют признаки поиска, выслеживания, преследования, первичной обработки и транспортировки животного. По мнению автора жалобы, стороной обвинения не представлено доказательств миграции сайгака в Юстинском районе, в связи с чем не определён потерпевший по делу.

В судебном заседании прокурор Басангова Г.В. апелляционное представление поддержала по доводам, изложенным в нём, с апелляционной жалобой не согласилась.

Осуждённый ФИО2 и защитник Горипов М.В. апелляционную жалобу поддержали в полном объёме, с апелляционным представлением не согласились.

Выслушав стороны, проверив уголовное дело, обсудив доводы апелляционных представления и жалобы, судебная коллегия находит приговор подлежащим изменению по следующим основаниям.

Анализ приведённых в приговоре доказательств свидетельствует о правильном установлении судом первой инстанции фактических обстоятельств дела.

Судебное следствие по делу проведено в соответствии с требованиями статей 273-291 УПК РФ. Не установлено каких-либо данных о том, что со стороны председательствующего по делу проявлялись предвзятость, необъективность или иная заинтересованность в исходе дела.

Данных об обвинительном уклоне, необъективности суда протокол судебного заседания не содержит.

Председательствующим по делу были созданы необходимые условия для выполнения сторонами их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав.

Нарушений принципа состязательности сторон, ограничения защиты на представление доказательств судом не допущено.

В судебном заседании были непосредственно исследованы все собранные по делу допустимые доказательства, при этом стороны обвинения и защиты были равноправными перед судом.

В постановленном судом приговоре отражены обстоятельства, подлежащие доказыванию в соответствии со статьёй 73 УПК РФ, проанализированы подтверждающие их доказательства, получившие надлежащую оценку с приведением её мотивов, аргументированы выводы, относящиеся к вопросу квалификации преступления, разрешены иные вопросы, имеющие отношение к делу, из числа предусмотренных статьёй 299 УПК РФ.

Всесторонне, полно и объективно исследовав обстоятельства дела, проверив доказательства, представленные как стороной обвинения, так и стороной защиты, сопоставив их друг с другом, оценив собранные доказательства в их совокупности, суд пришёл к обоснованному выводу о достаточности доказательств для разрешения дела, признав ФИО2 виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 2581 УК РФ.

Судом достоверно установлено, что ФИО2 незаконно добыл и хранил особо ценное дикое животное – сайгака, принадлежащего к видам, занесённым в Красную книгу Российской Федерации. 

При установлении вины осуждённого ФИО2 в инкриминируемом преступлении суд первой инстанции обоснованно исходил из его показаний, данных в качестве подозреваемого и оглашённых в порядке ст. 276 УПК РФ, согласно которым 15 января 2024 года примерно в 10 часов он, находясь в *** км в восточном направлении от района извоза «***», расположенного на расстоянии около *** м в северном направлении п. *** Юстинского района Республики Калмыкия, обнаружил сайгака, которого за левый рог перетащил в яму и снял все происходящее на видео с помощью принадлежавшего ему мобильного телефона марки «***». Затем в 10 часов 15 минут, находясь на расстоянии примерно в *** км северо-восточнее от левого берега р. Волги, расположенного напротив «***», складным ножом перерезал сайгаку горло. Лежащую тушу сфотографировал на мобильный телефон и закидал снегом, чтобы в дальнейшем забрать и употребить в пищу, однако, вернувшись в 19 часов, обнаружил её непригодность, поэтому оставил на том же месте. 

Обстоятельства незаконной добычи сайгака осуждённый ФИО2 подтвердил при проверке показаний на месте *** года, в ходе которой в указанном им месте была обнаружена и изъята шерсть животного белого цвета, которая согласно заключению биологической судебной экспертизы № *** от *** является волосами животного и происходит из волосяного покрова животного отряда парнокопытные, семейства полорогие, рода сайгаки.

Показания осуждённого об обстоятельствах преступления соотносятся с протоколом осмотра места происшествия от ***, где в служебном кабинете № *** здания органа внутренних дел, расположенного по адресу: 

<

…>, изъяты, в том числе, камуфлированные комбинезон и куртка с пятнами бурого цвета, на которых заключением судебно-биологической экспертизы № *** от *** установлено присутствие крови животного, вид – мелкий рогатый скот; мобильный телефон «***», в памяти которого согласно заключению судебной компьютерной экспертизы № *** от *** имеются графические файлы, относящиеся к обстоятельствам материалов уголовного дела, которые скопированы на оптический диск.

Согласно заключению видеотехнической судебной экспертизы № *** от *** на представленной фотографии и видеозаписи зафиксировано копытное животное – сайгак, являющееся парнокопытным млекопитающим подсемейства антилоп.

В подтверждение вины осуждённого суд привёл в приговоре и другие, подробно изложенные доказательства: показания потерпевшего М.Б.С., свидетеля Г.Н.Е., протоколы явки с повинной, осмотра предметов. 

Суд правильно установил имеющие значение для дела существенные обстоятельства, составляющие предмет доказывания по инкриминированному ФИО2 преступлению, с достаточной полнотой и всесторонностью в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона исследовал и проанализировал собранные доказательства, сопоставил их между собой и дал им надлежащую оценку с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, а в совокупности – достаточности для разрешения уголовного дела и постановления обвинительного приговора. 

При этом, как видно из приговора, суд не ограничился только указанием на доказательства, но и дал им надлежащую оценку, мотивировав свои выводы о предпочтении одних перед другими.

Доводы осуждённого ФИО2 о невиновности были проверены судом первой инстанции и признаны несостоятельными, поскольку опровергаются исследованными в судебном заседании доказательствами.

Несогласие стороны защиты с оценкой доказательств, данной судом, не является основанием для отмены постановленного приговора.

В частности, у суда не имелось оснований сомневаться в достоверности показаний осуждённого ФИО2, данных им в статусе подозреваемого в ходе предварительного следствия, в которых он изобличал себя в незаконной добыче и хранении сайгака с сообщением деталей преступления. 

Оснований для исключения из числа доказательств указанных показаний осуждённого ФИО2 не имеется, поскольку они даны в присутствии защитника в условиях, исключающих оказание на ФИО2 давления, и после разъяснения ему положений ст. 46 УПК РФ и ст. 51 Конституции РФ, не содержат каких-либо замечаний со стороны ФИО2 и его защитника. Оснований полагать наличие самооговора не имеется, а изменение позиции в дальнейшем свидетельствует о желании умалить свою вину.

Кроме того утверждения осуждённого о невиновности в инкриминируемом ему преступлении полностью опровергаются протоколом осмотра предметов от ***, согласно которому при воспроизведении видеозаписи и фотографии на CD-R установлено, что ФИО2, одетый в камуфлированную куртку, камуфлированный комбинезон и резиновые сапоги, держит правой рукой за левый рог сайгака и тащит его по земле, занесённой снегом. При визуальном осмотре сайгака каких-либо повреждений либо крови на нём не обнаружено, следов от укусов животных, а также следов крови на земле и снегу не обнаружено. При открытии фотографии появилось изображение мёртвого сайгака, который лежит на земле, занесённой снегом. На животе, 4 конечностях сайгака имеются следы крови, также небольшие следы крови в области головы и на снегу (т. *** л.д. ***-***).

Довод стороны защиты о недопустимости как доказательства явки с повинной ФИО2 судебной коллегией отвергается, поскольку из содержания протокола явствует, что Карсаеву были разъяснены права, предусмотренные ст. 46 УПК РФ, в том числе пользоваться услугами защитника и не свидетельствовать против себя самого. Каких-либо заявлений от него об обеспечении защитником протокол не содержит. Протокол с его слов записан верно, о чём он удостоверил своей подписью, в том числе им удостоверено отсутствие какого-либо психического или физического воздействия со стороны сотрудников органов внутренних дел. Тот факт, что явка с повинной получена по истечении трёх часов с момента доставления ФИО2 в здание органа внутренних дел, не умаляет её законность, поскольку сроки её получения уголовно-процессуальным законодательством не ограничены.

Судебной коллегией отвергается утверждение стороны защиты о необоснованности обвинения в связи с расхождением времени совершения преступления в 10 часов 15 минут со временем на видеозаписи в телефоне осуждённого – согласно видеозаписи в 11 часов 36 минут сайгак подаёт признаки жизни.

Так, каких-либо данных о достоверности указанного в видеозаписи времени в деле не имеется. Кроме того преступление совершено на приграничной территории двух часовых поясов с разницей в один час, что могло отразиться на показаниях времени на телефоне.

Доводы стороны защиты об отсутствии признаков незаконной добычи в предъявленном ФИО2 деянии ввиду отсутствия признаков поиска, выслеживания, преследования, первичной обработки и транспортировки животного были предметом рассмотрения суда первой инстанции и обоснованно признаны несостоятельными.

В соответствии с установленными судом первой инстанции и предъявленным обвинением обстоятельствами, ФИО2 обнаружил в степи сайгака, умертвил его и хранил. Его действия квалифицированы по ч. 1 ст. 2581 УК РФ как незаконные добыча и хранение особо ценного животного, принадлежащего к видам, занесённым в Красную книгу Российской Федерации.

По смыслу закона, под незаконной добычей особо ценного животного понимаются действия, направленные на его изъятие из среды обитания, возможное (изъятие), в том числе и охотой, включающей в себя поиск, выслеживание, преследование.

В результате преступных действий ФИО2 одна особь сайгака безвозвратно изъята из среды его обитания, что образует состав инкриминированного преступления, а его доводы об отсутствии признаков незаконной охоты не могут быть приняты во внимание, поскольку такие действия ему не вменялись. 

При таких обстоятельствах, судебная коллегия признаёт несостоятельными доводы осуждённого, сводящиеся к утверждению о неверной оценке судом доказательств по делу, положенных в основу обвинительного приговора, и недоказанности виновности осуждённого.

Иная оценка доказательств, положенных в основу приговора, приведённая в жалобе, является неубедительной и основанной на собственной субъективной оценке осуждённым ФИО2 отдельных доказательств и фактов по уголовному делу без связи и в отрыве от совокупности иных добытых и исследованных доказательств, что противоречит положениям ст. 88 УПК РФ.

Не обоснован довод защитника Горипова М.В. о недопустимости обвинительного акта вследствие составления его по истечении срока дознания, так как, по мнению защитника, постановление о продлении срока дознания от *** составлено не уполномоченным на то лицом.

Так, в соответствии с ч. 3 ст. 223 УПК РФ срок дознания может быть продлён прокурором.

Как следует из постановления о возбуждении ходатайства о продлении срока дознания от *** (т. *** л.д. ***) срок дознания по настоящему уголовному делу продлён на 30 суток, до 14 июля 2024 года исполняющим обязанности прокурора Юстинского района Республики Калмыкия, а обвинительный акт составлен не позднее 6 июля 2024 года. Возбуждение ходатайства перед прокурором о продлении срока дознания начальником группы дознания, по мнению судебной коллегии, не выходит за пределы его полномочий, предоставленных ст. 401 УПК РФ.

Вместе с тем суд первой инстанции необоснованно сослался на показания сотрудников полиции в части воспроизведения объяснений ФИО2 по факту добычи сайгака. 

Обосновывая вывод о виновности ФИО2 в незаконной добычи дикого животного, занесённого в Красную книгу Российской Федерации, суд первой инстанции сослался на показания свидетелей А.Б.С. и Н.Б.В. о том, что им стало известно со слов ФИО2 о добыче сайгака. 

Как следует из материалов дела, сотрудник полиции А.Б.С. находился при исполнении служебных обязанностей и задержал в степи с мешком ФИО2 и К.В.Н., выявив признаки преступления, к совершению которого мог быть причастен ФИО2

Осуждённый ФИО2 в суде не подтвердил, что сообщил сотруднику полиции о добыче сайгака.

Воспроизведение устного объяснения ФИО2 представителем власти при исполнении служебных полномочий по проведению неотложных процессуальных действий по вновь выявленному преступлению не отвечает требованиям, предъявляемым к доказательствам и закреплённым в статье 74 УПК РФ.

В соответствии с правовой позицией Конституционного Суда РФ, изложенной в Определении от 6.02.2004 № 44-О, недопустимо воспроизведение в ходе судебного разбирательства содержания показаний подозреваемого, обвиняемого, данных в ходе досудебного производства по уголовному делу в отсутствие защитника и не подтверждённых им в суде, путём допроса в качестве свидетеля дознавателя или следователя, производивших дознание или предварительное следствие.

Тем самым закон исключает возможность любого прямого или опосредованного использования содержащихся в таких показаниях сведений.

В данном случае суд был не вправе допрашивать сотрудников полиции о содержании объяснений ФИО2, данных им в ходе досудебного производства по уголовному делу в отсутствие защитника и не подтверждённых в суде, и ссылаться на эти показания как на доказательство вины осуждённого; показания сотрудников полиции в этой части относятся к недопустимым доказательствам. 

В связи с изложенным, показания свидетелей А.Б.С. и Н.Б.В. относительно сведений о добыче сайгака ФИО2, которые им стали известны из его объяснений, впоследствии не подтверждённые осуждённым в судебном заседании, не могут быть использованы в качестве доказательства виновности ФИО2, а потому судебной коллегией показания названных свидетелей в этой части исключаются из числа доказательств, подлежащих оценке.

Кроме того довод апелляционной жалобы осуждённого о необоснованном оглашении в судебном заседании показаний свидетелей и осуждённого на очных ставках заслуживает внимания.

В соответствии со статьями 276 и 281 УПК РФ оглашение показаний подсудимого, потерпевшего и свидетелей возможно только при определённых условиях. В частности, при наличии существенных противоречий между показаниями, данными в ходе предварительного следствия и в суде, отказа от дачи показаний подсудимым, в случае неявки свидетеля или потерпевшего, в том числе при согласии сторон.

Как разъяснил Пленум Верховного Суда РФ в п. 8 Постановления от 19.12.2017 № 51 «О практике применения законодательства при рассмотрении уголовных дел в суде первой инстанции (общий порядок судопроизводства)», исследование ранее данных при производстве предварительного расследования или в суде показаний подсудимого, потерпевшего, свидетелей, в том числе данных ими в ходе очной ставки, путём оглашения этих показаний в судебном заседании возможно лишь при наличии обстоятельств, указанных соответственно в статьях 276 и 281 УПК РФ, перечень которых является исчерпывающим.

Как следует из протокола судебного заседания, государственный обвинитель заявил ходатайство об оглашении показаний свидетелей и подсудимого на очных ставках, ссылаясь на п. 3 ст. 276 УПК РФ – в связи с отказом подсудимого от дачи показаний. Председательствующим при несогласии стороны защиты дано разрешение на их оглашение (ч. 2 ст. 271 УПК РФ), и государственный обвинитель огласил протоколы очных ставок от *** года: свидетеля А.Б.С. и подозреваемого ФИО2 (т. *** л.д. ***-***), свидетеля Н.Б.В. и подозреваемого ФИО2 (т. *** л.д. ***-***).

Каких-либо сведений о наличии противоречий в показаниях этих свидетелей на очной ставке и в суде либо об их неявке в судебное заседание не имелось, в связи с чем показания этих свидетелей на очных ставках были оглашены вопреки требованиям уголовно-процессуального закона и необоснованно использованы в качестве доказательств.

Помимо этого согласно ч. 1 и 7 ст. 49 УПК РФ защитником является лицо, осуществляющее в установленном уголовно-процессуальным законодательством порядке защиту прав и интересов подозреваемых и обвиняемых и оказывающее им юридическую помощь при производстве по уголовному делу. При этом адвокат не вправе отказаться от принятой на себя защиты подозреваемого, обвиняемого.

В соответствии с положениями подпункта 3 п. 4 ст. 6 Федерального закона от 31.05.2002 № 63-ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» адвокат не вправе занимать по делу позицию вопреки воле доверителя, за исключением случаев, когда он убеждён в наличии самооговора доверителя.

В силу п. 2 ч. 3 ст. 56 УПК РФ не подлежат допросу в качестве свидетеля адвокат, защитник подозреваемого, обвиняемого об обстоятельствах, ставших ему известными в связи с обращением к нему за юридической помощью или в связи с её оказанием, за исключением случаев, если о допросе в качестве свидетеля ходатайствует адвокат, защитник подозреваемого, обвиняемого с согласия и в интересах подозреваемого, обвиняемого.

Как следует из приговора, в обоснование виновности ФИО2 суд положил показания адвоката Л.Д.В., данные ею в судебном заседании, согласно которым 17 января 2024 года она участвовала в качестве защитника ФИО2 при его допросе в качестве подозреваемого и проверке показаний на месте, удостоверив своей подписью отсутствие нарушений норм действующего законодательства при проведении следственных действий, тем самым опровергнув доводы осуждённого.

При таких обстоятельствах, суд, выяснив у адвоката Л.Д.В. сведения относительно известных ей обстоятельств, имеющих значение для разрешения уголовного дела, фактически провёл допрос лица, обладающего в силу п. 2 ч. 3 ст. 56 УПК РФ свидетельским иммунитетом, в связи с чем судебная коллегия полагает необходимым исключить из приговора также ссылку суда на показания адвоката.

Вместе с тем, по мнению судебной коллегии, исключение из числа доказательств определённых показаний указанных лиц не влияет на правильность выводов суда о виновности ФИО2, поскольку имеется совокупность иных доказательств, которые соответствуют требованиям статей 87 и 88 УПК РФ и верно оценены в приговоре с точки зрения относимости, допустимости и достоверности.

Не основателен довод апелляционного представления о необходимости обязательного включения в описание преступного деяния сведений о последствиях преступления – кому и в каком размере причинён ущерб в соответствии с п. 1 ст. 307 УПК РФ.

Согласно диспозиции ч. 1 ст. 2581 УК РФ состав преступления формальный, окончен с момента совершения любого из перечисленных в нём действий.

При таком положении указание в описании преступного деяния последствий преступления – кому и в каком размере причинён ущерб, не обязательно.

Верно установив фактические обстоятельства дела, оценив собранные доказательства, суд обоснованно пришёл к выводу о доказанности вины ФИО2 и правильно квалифицировал его действия по части 1 статьи 2581 УК РФ как незаконные добыча и хранение особо ценного дикого животного, принадлежащего к виду, занесённому в Красную книгу Российской Федерации.

Наказание осуждённому ФИО2 назначено в соответствии с требованиями статей 6 и 60 и ч. 1 ст. 62 УК РФ, с учётом характера и степени общественной опасности совершённого преступления, конкретных обстоятельств дела, личности виновного, обстоятельств, смягчающих наказание.

В качестве обстоятельств, смягчающих наказание осуждённому, судом учтены явка с повинной, активное способствование раскрытию и расследованию преступления, положительная характеристика, нахождение на иждивении *** несовершеннолетних детей и отсутствие судимости.

Как следует из материалов уголовного дела, возраст детей осуждённого не превышает 12-ти лет.

Судебная коллегия соглашается с доводами апелляционного представления о том, что ФИО2 – отец *** малолетних детей, что является обстоятельством, смягчающим наказание, предусмотренным п. «г» ч. 1 ст. 61 УК РФ.

Вместе с тем судом признано обстоятельством, смягчающим наказание осуждённому ФИО2, наличие на иждивении *** несовершеннолетних детей, что по своей сути и содержанию идентично обстоятельству, предусмотренному указанной нормой, и, по мнению судебной коллегии, не является основанием для смягчения наказания.

Помимо этого согласно разъяснениям, содержащимся в п. 29 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22.12.2015 № 58 «О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания», добровольное сообщение лица о совершённом им или с его участием преступлении признаётся явкой с повинной и в том случае, когда лицо в дальнейшем в ходе предварительного расследования или в судебном заседании не подтвердило сообщенные им сведения. При таких обстоятельствах явка с повинной правильно учтена судом в качестве обстоятельства, смягчающего наказание ФИО2

Обстоятельств, отягчающих наказание, по делу не установлено.

Судом первой инстанции обсуждался вопрос о возможности назначения ФИО2 наказания с учётом положений статьи 64 УК РФ, однако достаточных оснований для этого им установлено не было. Не находит таких оснований и судебная коллегия.

Согласно п. 10 ч. 1 ст. 299 УПК РФ при постановлении приговора суд в совещательной комнате разрешает вопрос по заявленному гражданскому иску, при этом, в силу положений п. 5 ст. 307 УПК РФ, описательно-мотивировочная часть обвинительного приговора должна содержать обоснование принятых решений по вопросам, указанным в ст. 299 УПК РФ, в том числе и по вопросу разрешения гражданского иска.

В материалах уголовного дела имеется исковое заявление прокурора о взыскании с ФИО2 компенсации материального вреда, причинённого преступлением, в размере *** рублей в пользу администрации Юстинского районного муниципального образования Республики Калмыкия.

Разрешая вопрос по заявленному гражданскому иску, суд оставил его без рассмотрения, сославшись на отсутствие сведений о принадлежности особо охраняемой территории, где причинён ущерб окружающей среде, Юстинскому районному муниципальному образованию Республики Калмыкия.

Вместе с тем судом не учтено, что согласно п. 22 ст. 46 Бюджетного кодекса РФ платежи по искам о возмещении вреда, причинённого окружающей среде, подлежат зачислению в бюджеты муниципальных районов, муниципальных округов, городских округов, городских округов с внутригородским делением по месту причинения вреда окружающей среде.

Платежи же по искам о возмещении вреда, причинённого окружающей среде на особо охраняемых природных территориях федерального значения либо регионального значения, подлежат зачислению в федеральный бюджет или бюджет субъекта Российской Федерации соответственно по нормативу 100 процентов.

Каких-либо данных о том, что ФИО2 причинён вред окружающей среде на особо охраняемой природной территории, в деле не имеется, в связи с чем платежи по возмещению вреда, причинённого окружающей среде, по настоящему уголовному делу по общему правилу подлежат зачислению в бюджет муниципального района, то есть в бюджет Юстинского районного муниципального образования Республики Калмыкия.

При таких обстоятельствах принятое судом решение при рассмотрении гражданского иска в уголовном деле нельзя признать законным и обоснованным, в связи с чем приговор в части оставления без рассмотрения гражданского иска подлежит отмене с направлением в этой части дела на новое судебное рассмотрение в тот же суд в ином составе суда в порядке гражданского судопроизводства.

При рассмотрении уголовного дела нарушений уголовного и уголовно-процессуального законов, влекущих отмену приговора, судом первой инстанции не допущено.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 389 20, 389 28 и 389 33 УПК РФ, судебная коллегия

п о с т а н о в и л а :

приговор Юстинского районного суда Республики Калмыкия от 21 августа 2024 года в отношении ФИО2 изменить:

- исключить из описательно-мотивировочной части приговора указание на показания свидетелей А.Б.С. и Н.Б.В. о добыче ФИО2 сайгака, ставшей им известной из его объяснений, как на доказательства;

- исключить из описательно-мотивировочной части приговора указание на показания свидетелей А.Б.С. и Н.Б.В. в протоколах очных ставок от *** года: свидетеля А.Б.С. и подозреваемого ФИО2 (т. *** л.д. ***-***), свидетеля Н.Б.В. и подозреваемого ФИО2 (т. *** л.д. ***-***) как на доказательства;

- исключить из описательно-мотивировочной части приговора указание на показания свидетеля Л.Д.В. как на доказательство;

- приговор в части оставления без рассмотрения искового заявления прокурора Юстинского района Республики Калмыкия о взыскании с ФИО2 в пользу государства в лице администрации Юстинского районного муниципального образования Республики Калмыкия ущерба, причинённого преступлением, отменить, дело в этой части направить на новое судебное рассмотрение в тот же суд в порядке гражданского судопроизводства иным составом суда.

В остальной части приговор оставить без изменения; апелляционное представление государственного обвинителя Горского А.С. и апелляционную жалобу осуждённого ФИО2 удовлетворить частично.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке, установленном главой 471 УПК РФ, в течение шести месяцев со дня провозглашения в судебную коллегию по уголовным делам Четвёртого кассационного суда общей юрисдикции через Юстинский районный суд Республики Калмыкия. Осуждённый вправе ходатайствовать о своём участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий С.Н. Нусхаев