Уголовное дело № 1-124/2019

П Р И Г О В О Р

Именем Российской Федерации

16 августа 2019 года г. Нерчинск 

Нерчинский районный суд Забайкальского края в составе

председательствующего судьи Бочкарниковой Л.Ю.,

при секретаре Рожковской О.Ю.,

с участием государственного обвинителя Сандановой А.Ц.,

подсудимого ФИО1,

его защитника – адвоката Рязанцева А.В., 

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении

ФИО1, ** года рождения, уроженца ***, гражданина РФ, не имеющего регистрации, проживающего по адресу: ***, со (личные данные), судимого:

- 17 декабря 2007 года мировым судьей судебного участка № 7 Ингодинского судебного района г. Читы (с изменениями, внесенными постановлением Ингодинского районного суда г. Читы от 29 ноября 2012 года) по ч. 1 ст. 158 УК РФ к 10 месяцам исправительных работ с удержанием 10 % заработка в доход государства, на основании ст. 73 УК РФ условно с испытательным сроком 1 год;

- 07 апреля 2009 года Центральным районным судом г. Читы (с изменениями, внесенными кассационным определением Забайкальского краевого суда от 07 сентября 2009 года, постановлением Ингодинского районного суда г. Читы от 29 ноября 2012 года) по ч. 1 ст. 105 УК РФ к 9 годам 10 месяцам лишения свободы, на основании ст. 74 УК РФ условное осуждение отменено, в соответствии со ст. 70 УК РФ окончательно определено 10 лет лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Постановлением Нерчинского районного суда Забайкальского края от 03 мая 2017 года не отбытая часть наказания в виде лишения свободы заменена на ограничение свободы сроком 1 год 1 месяц.

Постановлением Нерчинского районного суда Забайкальского края от 03 апреля 2018 года не отбытая часть наказания в виде ограничения свободы заменена на лишение свободы сроком 2 месяца 5 дней.

30 мая 2018 года освободившегося по отбытию срока наказания.

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного п. «а», «б», «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ, 

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 совершил кражу, то есть тайное хищение чужого имущества, группой лиц по предварительному сговору, с незаконным проникновением в иное хранилище, с причинением значительного ущерба гражданину, при следующих обстоятельствах.

** в период с 22 часов до 06 часов Л.С. и ФИО1, находясь в г. Нерчинске Забайкальского края, по предложению Л.С. вступили в преступный сговор между собой, направленный на тайное хищение овцы, принадлежащей К.А.

Реализуя задуманное, в это же время Л. и ФИО1 пришли к хозяйственному двору, расположенному в 10 метрах к югу от дома № по ул. *** в *** Нерчинского района Забайкальского края, где, убедившись, что за их действиями никто не наблюдает, взломали дверные запоры и вошли в загон для содержания овец, тем самым незаконно проникли в иное хранилище, затем, действуя совместно и согласованно, поймали и унесли с собой, то есть умышленно, тайно, с корыстной целью похитили овцу стоимостью 5 000 рублей, принадлежащую К.А.

С похищенным Л.С. и ФИО1 с места преступления скрылись, причинив потерпевшему значительный имущественный ущерб на сумму 5 000 рублей.

Подсудимый ФИО1 от дачи показаний отказался, воспользовавшись правом, предоставленным ст. 51 Конституции РФ, вину в совершении преступления признал частично, не согласившись с квалификацией деяния в части предварительного сговора и проникновения в иное хранилище.

Судом оглашены показания ФИО1, данные в ходе предварительного следствия в качестве подозреваемого, согласно которым ** около 8 часов вечера он распивал спиртное с друзьями и сожительницей. Л. предложил ему сходить с ним на «*** и помочь притащить оттуда овцу, он согласился. С. сказал, что работал там, хозяин ему задолжал и сказал взять за это любую овцу. Он попросил просто помочь принести ее, чтобы пропить. Они пошли на противоположенный берег реки. С. сказал ему ждать, а сам поднялся наверх. Подождав С. около 20-25 минут, он поднялся за ним и остановился у забора фермы. Минут через 10 он увидел С., который из-за тюков с сеном тащил овцу. Подойдя, Л. попросил помочь вытащить овцу, он помог протащить ее между жердями. С. перелез через забор, и они за ноги, один за одну, второй – за другую потащили овцу к реке, к мосту. Перейдя через реку и, поднявшись на берег, они пошли по асфальтированной дороге, руки постоянно меняли. Когда пришли к дому Д., там все спали. Постучались, его сожительница открыла им дверь, и они затащили овцу, он сразу лег спать, так как устал. Овца была живой, белого окраса. О том, что Л. совершал кражу, он не знал, его не смутило то, что Лесков пошел забирать свой заработок ночью. Сам он в стайку не лазил, замок не взламывал, Л. ему не говорил, то они идут совершать кражу (т. 1, л.д. 44-47). 

Судом оглашены показания ФИО1, данные в ходе предварительного следствия в качестве обвиняемого, согласно которым он знал, что совершает с Л. кражу овцы, но сговора между ними не было. Когда за столом Л. предложил сходить за овцой, он догадался, что овцу нужно украсть, но с Л. не договаривался, кто и что будет делать на месте. Когда пришли к скотному двору, он сам остался за забором, Л. ему ничего не говорил, сам пошел по двору к постройкам. Не было его минут 10. При этом он никакого шума не слышал. Потом появился Лесков, на плечах тащил овцу, он помог перетащить овцу между жердями, она была взрослой, весом около 40 килограммов. Потом Л. сам перелез через забор, они взяли овцу за ноги, перетащили к реке, и до города тащили ее волоком. Когда пришли домой, он лег спать, что Л. делал с овцой – не знает. На следующий день ел мясо, овцы уже не было. На кражу овцы ходил в обуви Л. (т. 2, л.д. 11-13).

Оглашенные показания ФИО1 подтвердил, дополнил, что осознавал, что идет на кражу, однако, хотел только помочь донести овцу, раскаялся в содеянном в данной части, принес потерпевшему извинения.

Обстоятельства совершения преступления ФИО1 продемонстрировал в ходе проверки показаний на месте (т. 2, л.д. 1-6). 

Анализируя показания подсудимого в совокупности с другими исследованными по делу доказательствами, суд признает достоверными его показания в части, не противоречащей фактическим обстоятельствам совершения преступления, установленным в ходе предварительного и судебного следствия, и берет их за основу приговора, поскольку они последовательны и согласуются между собой и с другими исследованными по делу доказательствами. 

Показания ФИО1 в части отсутствия предварительного сговора с Л., а также того, что во двор он не проходил и в стайку не проникал суд признает ложными, данными с целью уклониться от уголовной ответственности, поскольку они прямо противоречат показаниям свидетелей ФИО2 и М.В. на предварительном следствии в данной части, а также показаниям свидетеля Л., данным им в ходе очной ставки с ФИО1. 

Несмотря на частичное признание вины в совершенном преступлении, вина ФИО1 в краже овцы К.А. нашла свое полное подтверждение в ходе судебного разбирательства и установлена судом с учетом совокупности нижеприведенных исследованных и проанализированных доказательств.

Потерпевший К.А. суду показал, что из его хозяйства, расположенного по адресу: *** из загона была похищена овца, цепь на запоре была вырвана, скорее всего, металлическим крючком, который висел рядом. Загон является теплым зданием, его супруга каждое утро пересчитывает овец, их там около 200 голов. В загон можно проникнуть через сенник, там невысокий забор, вполне можно перетащить овцу. Пропажу овцы он обнаружил около 7 часов утра, его работник С.К. рассказал, что ночью приходил Л. за вещами, тогда он понял, что кражу тоже совершил он. Овцу оценивает в 5 000 рублей, ущерб на тот момент являлся для него значительным, до сих пор не возмещен, однако он принимает извинения ФИО1, иск заявлять не желает, претензий к нему не имеет. 

Согласно показаниям потерпевшего К.А., данным им в ходе предварительного следствия и оглашенным в суде, утром ** около 08 часов он обнаружил, что вырвана цепь и в стайке не хватает одной овцы. Общее количество голов в хозяйстве на тот момент составляло 115 (т. 1, л.д. 54-57).

Оглашенные в части показания потерпевший подтвердил.

К.А. обратился в полицию с заявлением о совершении кражи его имущества, в том числе 2 голов овец (л.д. 8).

Свидетель Л. суду показал, что зимой прошлого года он предложил ФИО1 совершить кражу овцы, тот сначала не соглашался, затем согласился. При их разговоре больше никто не присутствовал. Они не обсуждали, каким образом будут совершать кражу. Через забор он перелез один, в загон также проникал один, ФИО1 сказал ждать во дворе. На двери кошары был замок, он отвернулся ненадолго подкурить, когда повернулся замок был открыт. Сам он с замком ничего не делал, ФИО1 к нему не подходил. Он сам поймал овцу, сам вынес ее, ФИО1 держал дверь, чтобы овцы не выбежали, а потом от двери кошары помог донести овцу до бараков. Все заняло у них минут 20. Заколол овцу он тоже один, разделывал прямо в квартире, куда делось мясо - не знает. Когда ходили за овцой у него на ногах были зимние кроссовки, во что был обут ФИО1 – не помнит.

Согласно оглашенным показаниями свидетеля Л.С., данным им в ходе предварительного следствия, ** или на следующий день, точно он не помнит, он распивал спиртное в компании, когда решил сходить к К.А. и украсть у него овцу. Он предложил совершить кражу парню по имени А., находившемуся в этой же компании. А. согласился, и они пешком пошли в ***. Ко двору К.А. они зашли со стороны сенника, вдвоем перелезли через забор, пройдя через двор, где содержится КРС, вошли во двор, где находились овцы. Сначала он сказал А., чтобы он подождал его в сеннике, сам посмотрел, что ворота закрыты, вернулся к А. и сообщил, что стайка заперта. Затем этим же путем пошел к стайке, а А. сказал, чтобы он шел в обход с другой стороны, открыв ему там калитку, запертую на доску. А. зашел, осмотрелся, нашел около стайки металлический крючок и сломал дверной запор. Он зашел в стайку, поймал одну овцу за ногу и вытащил ее во двор, там овцу помог тащить А.. Пройдя через прогулочный дворик для овец, они попали в сенник, затем перелезли через забор сенника на улицу. 

Овцу тащили вместе за задние ноги до дома Д., там он в доме заколол овцу и разделал ее на мясо. Д. сказал, что овца его, ею с ним рассчитались за работу. Половину мяса на следующее утро он унес мужчине, которому ранее продавал инструменты, тот отдал ему 250 рублей, деньги он потратил на водку и сигареты. Куда делись шкура и внутренности овцы – не знает. Остатки мяса остались у Д. (т. 1, л.д. 34-38).

Оглашенные показания Л. подтвердил, пояснив, что по прошествии времени многое забыл. 

Обстоятельства совершения преступления Л.С. продемонстрировал в ходе проверки показаний на месте (т. 1, л.д. 204-208), а также подтвердил при проведении очной ставки с ФИО1 (т. 1, л.д. 243-248). 

К показаниям свидетеля Л.С., данным в судебном заседании, о том, что в стайку он проникал один, ФИО1 ждал его во дворе, а также о том, что он не видел, кто взломал замок на двери стайки, ФИО1 к нему в этот момент не подходил, суд относится критически, поскольку они противоречат его показаниям, данным в ходе предварительного следствия, а также показаниям свидетеля М.В., которой со слов самого ФИО1 стало известно о том, что тот сорвал замок с двери стайки.

Свидетель З.Д. суду показал, что зимой прошлого года проживал с сожительницей. Тогда же к ним приходил ФИО1 с сожительницей и молодой парень, который раньше ему был не знаком. Этот парень звал его с собой, но он отказался, тогда он припросил его берцы, а А. надел обувь этого парня. Ночью принесли барана, оказалось, что он краденый. А парень уверял, что это его баран. ФИО1 тоже не знал, что овца краденая. Ее зарезали, хотели на продажу.

Согласно показаниям свидетеля З.Д., данным им в ходе предварительного следствия, примерно с ** с ним и его сожительницей ФИО3 стали проживать ФИО1 и М.В.. Также у него есть знакомый Л., который с ** стал проживать с ними, периодически уходя и возвращаясь. ** в его присутствии между А. и С. состоялся разговор, в ходе которого С. уговаривал А. совместно совершить кражу овцы у К.А. в ***, где С. ранее работал. А. вначале отказывался, так как у него нет зимней обуви, путь в *** далекий, а на улице холодно. Он в это время лежал на кровати, затем у него с А. произошла словесная перепалка, причину которой он не помнит. Спустя некоторое время С. вновь предложил А. совершить кражу, тот согласился, но попросил у С. его зимние ботинки, С. же попросил у него его берцы, которые он дал. Около 01 часа ** С. и А. отправились на совершение кражи, вернулись они около 05 часов, с собой принесли овцу. Прямо в квартире они ее разделали, потроха и шкуру выбрасывали О. и М.В.. Часть мяса он приготовил дома, они все вместе употребили его в пищу. Утром около 10 часов половину овцы, разделанной вдоль, он отнес мужчине по имени Н. и продал за 1 000 рублей, о том, что мясо краденое, Н. не говорил, хотя сам знал об этом. О продаже мяса его никто не просил, это было его инициативой. Дома осталось немного мяса, оно было употреблено в пищу. Берцы после совершения кражи С. ему вернул. А. заведомо знал, что они с С. идут совершать кражу овцы, разговор у них об этом состоялся ** в дневное время в его присутствии (т.1, л.д. 77-81).

Из оглашенных показаний свидетеля З.Д., данных им в ходе предварительного следствия, следует, что ботинки, изъятые у него, принадлежат ему, он давал их своему знакомому Л.С. в ночь на **. Лесков сказал, что сходит с ФИО1 до своей работы в *** на «*** и вернется. Свои кроссовки он отдал ФИО1. Для чего Л. собирался идти на «***» он не помнит, был сильно пьян. 

Он лично носил и продавал мясо баранины, которое еще живой овцой Л.С. привел к нему ночью **, на следующий день Л. и ФИО1 спали, а он отнес мясо М., так как Л. сказал, что у них все договорено. М. он продал половину туши за 1 000 рублей, точнее не помнит, был пьян, остальное они сварили и съели. Куда после разделывания дели голову и шкуру от овцы – не знает (т. 1, л.д. 121-123).

Оглашенные показания свидетель З.Д. подтвердил в полном объеме, пояснил, что многое не помнит. 

Судом оглашены показания свидетеля С.К., согласно которым он с ноября 2017 года работает пастухом у К.А., проживает в зимовье и надворных постройках по адресу: ***. Там же работал Л.С.. В ночь с ** на ** около 2 часов пришел С. и разбудил его, сказав, что пришел забрать свои вещи. Собаки на С. не реагируют. Они покурили, С. взял охапку вещи и ушел (т. 1, л.д. 60-61). 

Согласно оглашенным показаниям свидетеля К.Т., она и муж К.А. содержат подсобное хозяйство, состоящее, в том числе, из 124 голов овец. В ночь с 30 на ** в период с 23 часов до 08 часов со стайки пропала овца возрастом 2 года, окрас овцы указать не может, знает их только по счету, так как по утрам пересчитывает их. Овцу оценивает в 5 000 рублей. Ущерб для семьи является значительным, они не работают, живут за счет подсобного хозяйства, семья состоит из пяти человек (т. 1, л.д. 60-61). 

Из оглашенных показаний свидетеля М.Н следует, что ** Л. пообещал принести и продать ему мясо – баранину. ** коло 16 часов к нему пришел З.Д. и принес ребра и лопатку, он отдал за мясо 700 рублей, Д. ушел. Мясо они не взвешивали, позже он его разделал (т. 1, л.д. 64-67).

Согласно оглашенным показаниям свидетеля М.В., она является сожительницей ФИО1, проживают они вместе с З. и ФИО3. С ** с ними стал проживать Л.С., раньше она его не знала. Мужчины несколько дней употребляли спиртное. Днем ** Сергей предложил А. совершить кражу овцы со двора хозяйства в ***, где она ранее работал, А. отказался, так как идти туда далеко, а у его нет зимней обуви. Через полчаса С. повторил свое предложение, Д. в это время спал. Затем Д. проснулся и между ним и А. произошла словесная перепалка, после чего А. подошел к С. и согласился на совершение преступления при условии, что С. даст ему свою обувь. С. дал А. свои кроссовки. В ночь с 30 на ** около 00 часов 45 минут С. и А. отправились совершать кражу овцы в ***, о которой они ранее говорили в ее присутствии. Вернулись они около 04 часов **, А. сильно замерз. Она в это время спала, проснулась от их стука, открыла дверь. Перед тем, как лечь спать, А. и С. разделали овцу прямо в квартире, куда дели потроха и шкуру, она не видела. Во время разделывания А. рассказывал, что, придя в ***, С. указал двор, где они будут совершать кражу овцы. С. на некоторое время покидал А., затем, вернувшись, сообщил, что на дверях кошары с овцами имеется замок. А. и С. пошли к кошаре, там А. сорвал замок крючком, который нашли во дворе. Также А. рассказал, что, когда они пришли в кошару, он бал намерен там погреться, но С. поторопил его. Затем они поймали овцу, кто и что делал, А. не уточнял, и с похищенной овцой отправились домой. Обо всех обстоятельствах она узнала от А. (т. 1, л.д. 68-72).

Судом оглашены показания свидетеля Т.О., согласно которым она является сожительницей З.Д. январе 2018 года с ними временно проживали ФИО1 и его сожительница М.В.. ** с ними распивал спиртное Л.С. вечером этого же дня он стал уговаривать сходить с ним за каким-то бараном или овцой. Д. она не пустила, звал ли Л. с собой ФИО1 – не слышала, спала. В 5 часов утра ** она проснулась от стука в окно, М.В. открыла двери, вошли Л. и ФИО1, занесли с собой живую овцу серого цвета. Л. заколол овцу прямо в доме, половину мяса оставил им, половину унес и продал. Мясо он продавал утром, вернувшись, принес с собой две бутылки водки. Мясо они сварили в тот же день, почти все съели. Часть мяса Д. после обеда унес и продал. Откуда Л. и ФИО1 принесли овцу – она не знает. Куда делись внутренности и шкура овцы – тоже не знает (т. 1, л.д. 118-120). 

Анализируя показания свидетелей в совокупности с иными доказательствами, исследованными в процессе судебного разбирательства, суд признает их правдивыми и берет за основу обвинительного приговора, поскольку они пояснили лишь о тех обстоятельствах, очевидцами и участниками которых они были, а также о тех, которые им стали известны со слов непосредственных участников событий, их показания в целом согласуются между собой, воссоздают целостную картину произошедшего и не противоречат другим доказательствам по делу, все они допрошены, будучи предупрежденными об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, оснований для оговора подсудимого не имеют. Незначительные неточности в показаниях свидетелей и потерпевшего не вызывают у суда сомнений в их достоверности, и не способны повлиять на выводы суда о виновности подсудимого, поскольку свидетельствуют лишь об особенностях их субъективного восприятия. Кроме того, суд полагает, что они вызваны тем, что свидетели были допрошены спустя длительное время после описываемых ими событий. 

При этом суд исходит из того, что в ходе судебного разбирательства не были установлены обстоятельства, свидетельствовавшие бы о наличии у данных свидетелей заинтересованности в исходе дела и в оговоре подсудимого.

Кроме того, вина ФИО1 объективно подтверждается протоколами других следственных действий и иными доказательствами, исследованными судом.

Протоколом осмотра места происшествия от ** – хозяйственного двора для содержания животных, расположенного напротив дома № по ул. *** в с. *** Нерчинского района Забайкальского края, в ходе которого изъяты два следа обуви (т. 1, л.д. 9-22).

Протоколом выемки у Л.С. зимних мужских кроссовок черного цвета (т. 1, л.д. 83).

Протоколом выемки у З.Д. мужских ботинок (берцы) черного цвета (т. 1, л.д. 90-92).

Протоколом выемки у М.Н мяса баранины (т. 1, л.д. 95-100).

Мясо баранины осмотрено, признано и приобщено к делу в качестве вещественного доказательства, уничтожено (л.д. 125-126, 127, 129).

Заключением эксперта № установлено, что след обуви, изображенный на файле с индивидуальным именем **, мог быть оставлен обувью, изъятой у Л.С.

След обуви, изображенный на файле с индивидуальным именем ** мог быть оставлен обувью, изъятой у З.Д. Сделать категоричный вывод не представляется возможным. 

Исследовав представленные суду доказательства в их совокупности, суд приходит к убеждению, что подсудимый ФИО1 виновен в преступлении при установленных судом обстоятельствах, что подтверждается частичным признанием им вины, вышеприведенными показаниями самого подсудимого, потерпевшего и свидетелей, которые положены в основу обвинительного приговора, иными доказательствами, исследованными судом, в том числе протоколом осмотра места происшествия, протоколами проверки показаний на месте, протоколами выемки, очной ставки, которые суд признает достоверными, допустимыми и относимыми к совершенному преступлению, а совокупность исследованных судом доказательств – достаточной для постановления обвинительного приговора.

Положенные судом в основу приговора доказательства не находятся в противоречии между собой, дополняют друг друга и конкретизируют обстоятельства совершенного преступления, оснований не доверять этим доказательствам у суда не имеется. Нарушений уголовно-процессуального закона в ходе предварительного следствия не допущено. 

В силу п. 10 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27 декабря 2002 года № 29 «О судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое» уголовная ответственность за кражу, совершенную группой лиц по предварительному сговору, наступает и в тех случаях, когда согласно предварительной договоренности между соучастниками непосредственное изъятие имущества осуществляет один из них. Если другие участники в соответствии с распределением ролей совершили согласованные действия, направленные на оказание непосредственного содействия исполнителю в совершении преступления, содеянное ими является соисполнительством.

На основании изложенного и учитывая показания свидетеля Л. взятые за основу обвинительного приговора, о том, что ФИО1 держал дверь, чтобы овцы не выбежали из стайки, а также показания свидетеля З. на предварительном следствии об осведомленности ФИО1 о совершении кражи, суд приходит к выводу о наличии предварительного сговора между ФИО1 и Л. на совершение кражи овцы, возникшего между ними заранее до совершения преступления, совместности и согласованности их действий, способствовании друг другу и оказании содействия при тайном хищении имущества потерпевшего.

Согласно обвинению кража овцы, принадлежащей К.А., совершена ФИО1 из загона для скота.

В соответствии с п. 3 примечания к ст. 158 УК РФ, под хранилищем понимаются хозяйственные помещения, обособленные от жилых построек, участки территории, трубопроводы, иные сооружения независимо от форм собственности, которые предназначены для постоянного или временного хранения материальных ценностей. К нему также относятся участки территории, специально предназначенные для постоянного или временного хранения материальных ценностей, в том числе огороженные загоны для скота.

К доводам стороны защиты об отсутствии в действиях ФИО1 квалифицирующего признака «с незаконным проникновением в иное хранилище» суд относится критически ввиду того, что они опровергаются показаниями свидетеля Л. и М.В. на предварительном следствии о том, что ФИО1, сорвал запорное устройство с двери загона для скота, используя для этого металлический крючок, а также показаниями потерпевшего К.А. и свидетеля К.А. о том, что накануне они запирали загон на замок и цепь, и считает, что в ходе судебного следствия данный квалифицирующий признак нашел свое подтверждение.

Причиненный потерпевшему ущерб суд, с учетом мнения К.А. о его значительности, его имущественного положения, установленного в ходе судебного следствия, признает значительным. 

Судом установлено, что ФИО1 действуя умышленно, группой лиц по предварительному сговору, согласно распределенным ролям, осознавая общественную опасность своих действий, предвидя неизбежность наступления общественно опасных последствий и желая этого, из корыстных побуждений незаконно путем взлома дверного запора проник в загон для скота, откуда тайно похитил принадлежащее К.А. имущество, которым распорядился по своему усмотрению, обратив в свою собственность, причинив потерпевшему значительный материальный ущерб.

С учетом изложенного суд квалифицирует деяние ФИО1 по п. «а», «б», «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ, как кражу, то есть тайное хищение чужого имущества, группой лиц по предварительному сговору, с незаконным проникновением в иное хранилище, с причинением значительного ущерба гражданину. 

При определении вида и размера наказания суд учитывает требования ст. 60 УК РФ, характер и степень общественной опасности совершенного преступления, данные, характеризующие личность виновного, в том числе смягчающие и отягчающее наказание обстоятельства, влияние назначенного наказания на исправление подсудимого и на условия жизни его семьи. 

ФИО1 судим (т. 1, л.д. 148-149, 157-160, 161-163, т. 2, л.д. 21-23, 24-25), по месту жительства участковым уполномоченным характеризуется удовлетворительно (т. 2, л.д. 26), холост, **** работает неофициально, на учете у нарколога и психиатра не состоит (т. 1, л.д. 169, 171, 172). 

С учетом данных о личности подсудимого ФИО1, условий его жизни, конкретных обстоятельств дела, суд признает его вменяемым и подлежащим уголовной ответственности за содеянное.

В качестве смягчающих наказание подсудимого обстоятельств суд в соответствии с п. «к» ч. 1 ст. 61 УК РФ учитывает иные действия, направленные на заглаживание вреда, причиненного потерпевшему, выразившиеся в принесении К.А. извинений в суде;

в соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ учитывает частичное признание вины, раскаяние в содеянном в этой части, наличие несовершеннолетнего ребенка.

Согласно п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ смягчающим обстоятельством признается активное способствование раскрытию и расследованию преступления, если лицо, совершившее преступление представило органам следствия информацию, имеющую значение для раскрытия и расследования преступления, в том числе ранее неизвестную им, дало правдивые показания, участвовало в производстве следственных действий.

Однако, несмотря на доводы защитника, таких обстоятельств по делу не установлено, ФИО1 в период предварительного следствия вину признавал частично, участвовал при проверке своих показаний на месте, придерживаясь своей позиции по делу, что, по мнению суда, не является активным способствованием раскрытию и расследованию преступления.

Судом установлено, что в силу ч. 1 ст. 18 УК РФ преступление совершено подсудимым ФИО1 при рецидиве, поскольку является умышленным и совершено в период непогашенной судимости ФИО1 за ранее совершенное умышленное преступление по приговору от 07 апреля 2009 года.

Рецидив преступлений суд в соответствии с п. «а» ч. 1 ст. 63 УК РФ признает обстоятельством, отягчающим наказание подсудимого, что влечет применение при назначении ему наказания правил, предусмотренных ч. 2 ст. 68 УК РФ.

Наличие отягчающего обстоятельства исключает возможность применения при назначении подсудимому наказания правил, предусмотренных ч. 1 ст. 62 УК РФ, а также изменения категории преступления в соответствии с ч. 6 ст. 15 УК РФ на менее тяжкую. 

Ссылку государственного обвинителя на признание отягчающим обстоятельством состояния опьянения, вызванного употреблением алкоголя, суд считает необоснованной, поскольку данное обстоятельство при изложении фактических обстоятельств совершения преступления в постановлении о привлечении ФИО1 в качестве обвиняемого и в обвинительном заключении следователем не отражено. 

Согласно ст. 252 УПК РФ судебное разбирательство в отношении конкретного лица проводится по предъявленному ему обвинению, изменение которого возможно лишь при условии, что оно не ухудшит положение обвиняемого и не нарушит его право на защиту.

Исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, совершенного ФИО1, его поведением во время и после его совершения, и других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности содеянного, дающих основание для применения правил ст. 64 УК РФ, судом не установлено.

Учитывая конкретные обстоятельства и степень общественной опасности совершенного подсудимым преступления, его личность, смягчающие и отягчающее его наказание обстоятельства, суд назначает ФИО1 наказание в виде лишения свободы, признавая невозможным назначение более мягкого наказания, поскольку оно не будет отвечать целям наказания – восстановлению социальной справедливости, исправлению виновного и предупреждению совершения им новых преступлений, при этом приходит к убеждению, что исправление ФИО1 возможно без реального лишения свободы, и применяет положения ст. 73 УК РФ.

Обстоятельств, свидетельствующих о необходимости назначения подсудимому дополнительного наказания в виде ограничения свободы, суд не усматривает.

Вещественные доказательства по делу – мясо баранины, уничтожено в ходе предварительного следствия.

Гражданский иск по делу не заявлен.

Учитывая, что подсудимый является взрослым, трудоспособным лицом, не является имущественно несостоятельным, суд в соответствии с ч. 1 ст. 131, ст. 132 УПК РФ считает необходимым взыскать с ФИО1 в федеральный бюджет процессуальные издержки в сумме 5 400 рублей за оказание юридической помощи адвокатом Рязанцевым А.В. 

На основании изложенного и руководствуясь ст. 296-299, 303-304, 307-309 УПК РФ, суд 

П Р И Г О В О Р И Л:

Признать ФИО1 виновным в совершении преступлений, предусмотренных п. «а, б, в» ч. 2 ст. 158 УК РФ, и назначить ему наказание в виде лишения свободы на срок 2 (два) года 10 (десять) месяцев, которое в соответствии со ст. 73 УК РФ считать условным, установив испытательный срок 2 (два) года.

Возложить на условно осужденного ФИО1 исполнение обязанностей – в течение 10 дней после вступления приговора в законную силу встать на учет в уголовно-исполнительную инспекцию по месту жительства, не менять постоянного места жительства без уведомления специализированного государственного органа, осуществляющего контроль за поведением условно осужденных, один раз в два месяца проходить регистрацию в данном государственном органе.

Взыскать с осужденного ФИО1 в федеральный бюджет процессуальные издержки в сумме 5 400 рублей за оказание юридической помощи адвокатом Рязанцевым А.В.

Приговор суда может быть обжалован в апелляционном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Забайкальского краевого суда в течение 10 (десяти) суток со дня постановления приговора путем подачи апелляционной жалобы или апелляционного представления в Нерчинский районный суд. 

В случае подачи апелляционной жалобы в тот же апелляционный срок участники уголовного судопроизводства, в том числе осужденный, вправе ходатайствовать о своем участии в суде второй инстанции в судебной коллегии по уголовным делам Забайкальского краевого суда, и в тот же срок со дня вручения им копии апелляционного представления или апелляционной жалобы, затрагивающих их интересы.

Председательствующий, судья –

. 

. 

. 

.

.