Дело №2-3644/2018 

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

город Уфа 18 июня 2018 года

Кировский районный суд г.Уфы Республики Башкортостан в составе председательствующего судьи Совиной О.А.

при ведении протокола секретарем Валеевой А.М.

с участием представителя истца ФИО1

представителей ответчиков ФИО2, ФИО3

прокурора Хабибуллиной А.Я.

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело, возбужденное по исковому заявлению ФИО4 к ОАО «Российские железные дороги», ГУ – Фонд социального страхования Российской Федерации в Республике Башкортостан о компенсации морального вреда, 

установил:

ФИО4 через представителя по доверенности ФИО1 обратился в суд с иском к ОАО «Российские железные дороги», ГУ – Фонд социального страхования РФ в Республике Башкортостан о компенсации морального вреда. 

В обоснование исковых требований ФИО4 указал, что 13 мая 1994 года при исполнении служебных обязанностей составителя поездов на станции Аллагуват 700-го объекта АО «Салаватнефтеоргсинтез», при движении вдоль пути к стрелке № 512, потерял равновесие, упал под вагон, лишился левой руки. Указанный случай квалифицирован как несчастный случай, связанный с производством, оформлен актом формы Н -1 по Башкирскому отделению Кбш.ж.д. 12 июля 1994 года заседанием Ишимбайской межрайонной ВТЭК ему установлена 3 группа инвалидности по причине «трудовое увечье» бессрочно. 26.10.2017 года ГУ – Фонд социального страхования РФ в Республике Башкортостан отказало в назначении ежемесячных страховых выплат, поскольку личное дело по факту несчастного случая с ФИО4 Башкирским отделением Куйбышевской железной дороги не передавалось. Решением суда от 01.03.2018 года установлен юридический факт несчастного случая на производстве.

Ссылаясь на вышеназванные обстоятельства, истец просил взыскать с ответчика ОАО «Российские железные дороги» компенсацию морального вреда 1000000 рублей, расходы по оформлению нотариальной доверенности 1300 рублей; взыскать с ответчика ГУ – Фонд социального страхования РФ в Республике Башкортостан компенсацию морального вреда 10000 рублей.

В судебном заседании представитель истца ФИО1 иск поддержала.

Представитель ответчика ОАО «Российские железные дороги» - ФИО2 с исковыми требованиями не согласилась, указав, что в момент происшествия 13.05.1994 года ФИО4 находился в состоянии алкогольного опьянения. 

Представитель ответчика ГУ – Фонд социального страхования РФ в Республике Башкортостан – ФИО3 заявленные требования не признал, указал на отсутствие правовых и фактических оснований для удовлетворения иска.

Истец ФИО4 в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела уведомлен надлежащим образом.

Прокурор Хабибуллина А.Я. полагала иск обоснованным, подлежащим частичному удовлетворению.

Обсудив вопрос о рассмотрении дела в отсутствие истца, заслушав объяснения представителей сторон, заключение прокурора, исследовав доказательства, суд приходит к следующему выводу.

Согласно статье 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

На основании статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Судом из материалов дела установлено, что 13 мая 1994 года в 6 часов 40 минут ФИО4, работавший составителем поездов на станции Аллагуват 700-го объекта АО «Салаватнефтеоргсинтез», при исполнении служебных обязанностей при движении вдоль пути к стрелке № 512 потерял равновесие, упал под вагон подвижного маневрового состава, лишился левой руки.

Указанный случай квалифицирован как несчастный случай на производстве, оформлен актом формы Н -1 по Башкирскому отделению Кбш.ж.д. 

12 июля 1994 года заседанием Ишимбайской межрайонной ВТЭК ФИО4 установлена 3 

<

данные изъяты> по причине «трудовое увечье» бессрочно, что подтверждается выпиской из протокола № от 12.07.1994 года. 

Фактические обстоятельства получения ФИО4 травмы на производстве, отраженные в указанном выше Акте формы Н-1, никем не оспорены.

ОАО «Российские железные дороги» представлено в суд полные материалы расследования несчастного случая, которые носят объективный характер. 

Факт несчастного случая на производстве с ФИО4 подтвержден не только актом формы Н-1, а также документами МСЭК от 12.07.1994 года, перепиской, копией трудовой книжки и др., из которых усматривается, что ФИО4 трудовое увечье получил в рабочее время, при исполнении трудовых обязанностей, в результате воздействия источника повышенной опасности – подвижного маневрового состава. 

Согласно пункту 11 посыльного листа во ВТЭК ФИО4 «пострадал 13.05.1994 года при производственной травме …». В пункте 17 этого листа указан диагноз 

<

данные изъяты> В акте освидетельствования № от 12.07.1994 года (п.п. 28.2, 29.1, 30.4, 30.5, 30.6) указано, что ФИО4 травму получил на работе, основной диагноз - 

<

данные изъяты>. В справке серии 1377-87 № указано, что ФИО4 установлена 

<

данные изъяты>.

В материалах проверки по ее итогам изданы приказы начальника станции Аллагуват Куйбышевской ж.д. от 14.05.94 года «О травматическом случае с составителем поездов ФИО4», начальника Башкирского отделения дороги № 153\НОДК от 03.06.1994 года «О привлечении к дисциплинарной ответственности маневрового диспетчера ФИО5, дежурных стрелочного поста ФИО6, ФИО7, и.о. начальника станции Аллагуват ФИО8». 

ГУ – Фонд социального страхования Российской Федерации в Республике Башкортостан письмом от 26.10.2017 года сообщило, что предоставленная ФИО4 копия Акта о несчастном случае на производстве составлена по форме Н-1, утвержденной Постановлением Президиума ВЦСПС 20.05.1966 года, не соответствует форме Н-1, действующей на момент его составления, утвержденной Постановлением Президиума ВЦСПС от 17.08.1989 года № 8-12, в связи с чем ФИО4 отказано в назначении ежемесячной страховой выплаты. 

Решением Кировского районного суда г. Уфы Республики Башкортостан от 01 марта 2018 года факт несчастного случая на производстве, имевший место 13 мая 1994 года при исполнении ФИО4 служебных обязанностей, подтвержден.

Согласно части 2 статьи 60 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица.

Принимая решение по данному делу, суд исходит из того, что указанные выше обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным решением от 01 марта 2018 года, имеют преюдициальное значение и переоценке не подлежат.

В результате несчастного случая ФИО4 получил телесные повреждения в виде ампутации левой руки.

Доводы представителя ответчика ОАО «Российские железные дороги» о том, что несчастный случай произошел по вине ФИО4, поскольку он находился на рабочем месте в состоянии алкогольного опьянения, не состоятельны, поскольку в Акте о несчастном случае, в том числе в пункте 14 «Подробное описание обстоятельств несчастного случая», не указано на нетрезвое состояние ФИО4 и его вину. 

В пункте 15 Акта указано, что причиной несчастного случая является «нарушение трудовой и производственной дисциплины», однако не указано, кем допущено нарушение трудовой и производственной дисциплины и в чем состояли возможные нарушения. К дисциплинарной ответственности ФИО4 не привлечен. 

Согласно протоколу оперативного совещания Башкирского отделения железной дороги от 26.05.1994 года основной причиной несчастного случая является неудовлетворительная организация работы и отсутствия должного контроля со стороны должностных лиц за соблюдением норм охраны труда, в связи с чем к дисциплинарной ответственности были привлечены диспетчер, дежурные стрелочного поста, и.о. начальника станции Аллагуват. 

Согласно статье 159 Кодекса законов о труде, утвержденном ВС РСФСР 19.11.1982 года, предприятия, учреждения, организации несут в соответствии с законодательством материальную ответственность за ущерб, причиненный работникам увечьем или иным повреждением здоровья, связанным с исполнением ими своих трудовых обязанностей (в ред. Закона РФ от 25.09.1992 года № 3543-1).

Согласно пункту 1 Постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 20.12.1994 года № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда, учитывая, что вопросы компенсации морального вреда регулируются рядом законодательных актов, введенных в действие в разные сроки, суду в целях обеспечения правильного и своевременного разрешения возникшего спора необходимо по каждому делу выяснять характер взаимоотношений сторон и какими правовыми нормами они регулируются, допускает ли законодательство возможность компенсации морального вреда по данному виду правоотношений и, если такая ответственность установлена, когда вступил в силу законодательный акт, предусматривающий условия и порядок компенсации вреда в этих случаях, а также когда были совершены действия, повлекшие причинение морального вреда.

Согласно пункту 4 указанного Постановления рассматривая требования потерпевшего о компенсации перенесенных им нравственных или физических страданий, следует иметь в виду, что вопросы возмещения морального вреда, в частности, регулировались … статьями 25, 30 «Правил возмещения работодателями вреда, причиненного работникам увечьем, профессиональным заболеванием либо иным повреждением здоровья, связанным с исполнением ими трудовых обязанностей», принятых 24 декабря 1992 года, введенных в действие с 1 декабря 1992 и действовавших до 6 января 2000 года. 

В соответствии со статьями 8, 25 «Правил возмещения работодателями вреда, причиненного работникам увечьем, профессиональным заболеванием либо иным повреждением здоровья, связанным с исполнением ими трудовых обязанностей» принятых 24 декабря 1992 года, введенных в действие с 1 декабря 1992 и действовавших до 6 января 2000 года, к видам возмещения ущерба потерпевшему относился моральный ущерб (физические и нравственные страдания). Моральный вред возмещается в денежной или иной материальной форме независимо от подлежащего возмещению имущественного вреда.

Согласно статье 3 указанных Правил работодатель обязан возместить в полном объеме вред, причиненный здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей источником повышенной опасности (статья 454 Гражданского кодекса Российской Федерации), если не докажет, что вред возник вследствие непреодолимой силы либо умысла потерпевшего.

Статья 454 Гражданского кодекса Российской Федерации гласит, что организации и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (транспортные организации, промышленные предприятия, стройки, владельцы автомобилей и т. п.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего.

Проанализировав вышеприведенные положения закона, обстоятельства дела, руководствуясь положениями статьями 1100, 1101, 150, 151 Гражданского кодекса Российской Федерации суд приходит к выводу о том, что требование ФИО4 о компенсации морального вреда является обоснованным, поскольку факт получения тяжелой производственной травмы в 1994 году установлен, умысел ФИО4 на причинение вреда, либо его вина, не доказаны. По убеждению суда факт причинения нравственных страданий вследствие тяжелой производственной травмы, не нуждается в подтверждении дополнительными доказательствами, так как его причинение объективно обусловлено.

Таким образом, работодатель ООО «Российские железные дороги» обязан возместить причиненный истцу моральный вред. 

Данных о том, что стороны трудовых отношений пришли к соглашению о конкретном размере компенсации морального вреда, причиненного несчастным случаем на производстве, в материалы дела не представлено.

В соответствии с пунктом 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», при определении компенсации морального вреда должны учитывается требования разумности и справедливости. Степень нравственных и физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд исходит из обстоятельств, при которых истец получил травму, давности произошедшего события, факта употребления истцом алкоголя на рабочем месте, что не оспаривается сторонами, объема наступивших последствий, степени физических и нравственных страданий, индивидуальных особенностей истца, и, с учетом принципов разумности и справедливости, а также стандартов, происходящих из прецедентной практики суда, приходит к выводу о присуждения компенсации морального вреда в размере 100000 рублей, подлежащего взысканию с ответчика ОАО «РЖД».

Требования о компенсации морального вреда, предъявленные к ГУ – Фонд социального страхования РФ в Республике Башкортостан, подлежат отклонению в связи с отсутствием правовых и фактических оснований для возложения на ответчика такого вида ответственности. Данным учреждением не совершались в отношении ФИО4 действия, нарушающие его личные неимущественные права либо посягающие на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага. Право обжалования судебного решения принадлежит все участвующим в деле лицам в равной степени в силу закона, поэтому утверждения истца о том, что представитель ГУ – ФСС РФ по РБ намеренно затягивал разрешение спора об установлении факта несчастного случая на производстве, нельзя признать состоятельными.

Согласно статье 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, к числу которых согласно ст. 88 и ст. 94 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации относятся, в частности, расходы на оформление нотариальной доверенности, в связи с чем, с ответчика подлежит взысканию 1300 рублей. 

В соответствии со статьей 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации по делам, рассматриваемым в судах общей юрисдикции, мировыми судьями, государственная пошлина уплачивается при подаче искового заявления неимущественного характера в размере 300 рублей. Поскольку истец при подаче искового заявления государственную пошлину не уплатил, с ответчика в местный бюджет подлежит взысканию государственная пошлина в размере 300 рублей.

Руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

Исковые требования ФИО4 удовлетворить частично.

Взыскать с ОАО «Российские железные дороги» в пользу ФИО4 компенсацию морального вреда в размере 100000 рублей, расходы на уплату нотариального тарифа 1300 рублей. 

Исковые требования ФИО4 к ГУ – Фонд социального страхования РФ в Республике Башкортостан оставить без удовлетворения.

Взыскать с ОАО «Российские железные дороги» государственную пошлину в местный бюджет в размере 300 рублей.

Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Республики Башкортостан путем подачи апелляционной жалобы через Кировский районный суд г.Уфы Республики Башкортостан в течение месяца со дня составления мотивированного решения - с 23 июня 2018 года.

Судья Совина О.А.