Решение

 принято в окончательной форме 03 июля 2020 г.

Дело № 2-1509/2020

УИД: 76RS0016-01-2020-000881-10

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

02 июля 2020 г. г. Ярославль

Дзержинский районный суд г. Ярославля в составе председательствующего судьи Фоминой Т.Ю., при секретаре Коноваловой Т.А., рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску Общества с ограниченной ответственностью «ЭОС» к ФИО1 о взыскании задолженности по кредитному договору,

У С Т А Н О В И Л:

ООО «ЭОС» обратилось в суд с иском к ФИО1 о взыскании задолженности по кредитному договору от ДД.ММ.ГГГГ № №, заключенному между ПАО «Уральский Банк реконструкции и развития» (далее – ПАО КБ «УБРиР») и ответчиком, в сумме 910 360 руб. 98 коп., а также расходов по уплате государственной пошлины – 12 303 руб. 61 коп., мотивируя тем, что по ответчик обязательства по возврату кредита и уплате процентов за пользование кредитом надлежащим образом не исполняла, в результате образовалась просроченная задолженность. 01 декабря 2016 г. между ПАО КБ УБРиР и ООО «ЭОС» был заключен договор уступки прав требований № 01-2016, в соответствии с которым истец приобрел право требования по указанному выше договору. 

В судебном заседании ФИО1 исковые требования не признала, заявила о пропуске истцом срока исковой давности.

Представители ООО «ЭОС», ПАО КБ «УБРиР» в судебное заседание не явились. О времени и месте рассмотрения дела извещены надлежаще. От истца, третьего лица поступили ходатайства о рассмотрении дела без участия их представителей. В соответствии со ст. 167 ГПК РФ дело рассмотрено судом в отсутствие истца и третьего лица.

Заслушав объяснения ответчика, исследовав письменные материалы дела, суд пришел к следующим выводам.

В соответствии со ст.ст. 309, 310 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований – в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями. Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных законом.

Согласно п. 1 ст. 819 ГК РФ по кредитному договору банк или иная кредитная организация (кредитор) обязуются предоставить денежные средства (кредит) заемщику в размере и на условиях, предусмотренных договором, а заемщик обязуется возвратить полученную денежную сумму и уплатить проценты на нее. 

На основании п. 2 ст. 819 ГК РФ к отношениям по кредитному договору применяются правила, предусмотренные параграфом 1 настоящей главы, если иное не предусмотрено правилами настоящего параграфа и не вытекает из существа кредитного договора.

На основании п. 2 ст. 811 ГК РФ в случае ненадлежащего исполнения заемщиком его обязательств по кредитному договору кредитор вправе требовать досрочного возврата оставшейся суммы кредита и уплаты причитающихся процентов за пользование кредитом, неустойки, предусмотренной условиями кредитного договора.

Судом установлено, что 02 июля 2014 г. между ПАО КБ «УБРиР» и ФИО1 был заключен кредитный договор № №, в соответствии с которым ответчику был предоставлен кредит в сумме 642 300 руб. на срок 120 месяцев. Ответчик обязалась возвратить полученный кредит и уплатить проценты за пользование кредитом в размере 18% годовых, путем внесения ежемесячных платежей в размере 11 810 руб., последний платеж 02 июля 2024 года в размере 11 256 руб. 27 коп.

Факт заключения кредитного договора подтвержден анкетой заявителя, индивидуальными условиями договора потребительского кредита №, графиком погашения, заявлениями ответчика о списании и перечислении денежных средств, заявлением на предоставление банковской карты, договором обслуживания счета с использованием банковских карт от ДД.ММ.ГГГГ № №, ответчиком не оспаривался.

01 декабря 2016 г. между ПАО КБ «УБРиР» и ООО «ЭОС» был заключен договор № 01-2016 уступки прав (требований), в соответствии с которым банк уступил, а истец принял права требования по заключенному с ответчиком кредитному договору в сумме 910 360 руб. 98 коп., в том числе задолженность по основному долгу – 639 965 руб. 37 коп., по процентам – 270 395 руб. 61 коп. Копия договора уступки прав (требований) с приложением по состоянию на дату уступки, расчет задолженности, представлены истцом в материалы дела.

В соответствии со ст. 382 ГК РФ право (требование), принадлежащее кредитору на основании обязательства, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или перейти к другому лицу на основании закона (п. 1 ст. 382 ГК РФ).

Для перехода к другому лицу прав кредитора не требуется согласие должника, если иное не предусмотрено законом или договором (п. 2 ст. 382 ГК РФ). 

В силу ст. 384 ГК РФ, если иное не предусмотрено законом или договором право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права. В частности, к новому кредитору переходят права, обеспечивающие исполнение обязательства, а также другие связанные с требованием права, в том числе право на неуплаченные проценты.

Положениями ст. 388 ГК РФ установлено, что уступка требования кредитором другому лицу допускается, если она не противоречит закону, иным правовым актам или договору. 

Согласно разъяснениям пункта 51 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 г. № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей» возможность передачи права требования по кредитному договору с потребителем (физическим лицом) лицам, не имеющим лицензии на право осуществления банковской деятельности, допускается, если соответствующее условие предусмотрено договором между кредитной организацией и потребителем и было согласовано сторонами при его заключении.

В соответствии с п. 13 индивидуальных условий договора потребительского кредита № от ДД.ММ.ГГГГ, ПАО КБ «УБРиР» было вправе уступить свои права по договору иной кредитной организации или другим лицам.

Таким образом, ФИО1 выразила свое согласие на уступку прав (требований) по данному договору в пользу любого третьего лица, в том числе не обладающего специальной правоспособностью, без ее дополнительного письменного согласия.

Уступка права требования не повлияла на объем прав и обязанностей ответчика по кредитному договору, при передаче прав требования условия кредитного договора не изменились, а положение ответчика не ухудшилось.

Достоверных доказательств уведомления ответчика об уступке прав в материалах не имеется. Вместе с тем, данное обстоятельство само по себе значение для разрешения спора не имеет, не может явиться основанием для отказа истцу в иске, поскольку согласно п. 3 ст. 382 ГК РФ, если должник не был письменно уведомлен о состоявшемся переходе прав кредитора к другому лицу, новый кредитор несет риск вызванных этим для него неблагоприятных последствий. В этом случае исполнение обязательства первоначальному кредитору, признается исполнением надлежащему кредитору.

Со стороны ФИО1 суду не представлено доказательств исполнения обязательств по договору ни в пользу первоначального кредитора, ни в пользу истца.

Согласно выписке по счету заемщика, предоставленной ПАО КБ «УБРиР», ответчик обязательства по кредиту надлежащим образом не исполняла, с октября 2014 г. прекратила выплаты по договору, в результате образовалась просроченная задолженность.

Представленный истцом расчет задолженности судом проверен, признан арифметически верным, подтверждается выпиской по счету заемщика, ответчиком не опровергнут. 

При таких обстоятельствах дела, в силу перечисленных выше норм истец вправе требовать уплаты образовавшейся у ответчика задолженности по кредитному договору, включая сумму основного долга и сумму процентов за пользование кредитом.

Суд принимает во внимание заявление ФИО1 о пропуске истцом срока исковой давности. 

В соответствии со ст. 196 ГК РФ общий срок исковой давности, то есть срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено, составляет три года.

На основании п. 2 ст. 200 ГК РФ по обязательствам с определенным сроком исполнения течение исковой давности начинается по окончании срока исполнения.

Согласно разъяснениям пункта 24 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 сентября 2015 г. № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности», течение срока давности по иску, вытекающему из нарушения одной стороной договора условия об оплате товара (работ, услуг) по частям, начинается в отношении каждой отдельной части. Срок давности по искам о просроченных повременных платежах (проценты за пользование заемными средствами, арендная плата и т.п.) исчисляется отдельно по каждому просроченному платежу.

Поскольку по рассматриваемому кредитному договору предусмотрено исполнение заемщиком своих обязательств по частям (путем внесения ежемесячных платежей, включающих погашение основного долга, процентов), что согласуется с положениями статьи 811 ГК РФ, то исковая давность подлежит исчислению отдельно по каждому платежу с момента наступления срока исполнения обязательства по внесению соответствующего платежа. 

На основании п. 1 ст. 204 ГК РФ срок исковой давности не течет со дня обращения в суд в установленном порядке за защитой нарушенного права на протяжении всего времени, пока осуществляется судебная защита нарушенного права.

Согласно разъяснениям п.п. 17, 18 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 сентября 2015 г. № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» в силу пункта 1 статьи 204 ГК РФ срок исковой давности не течет с момента обращения за судебной защитой, в том числе со дня подачи заявления о вынесении судебного приказа либо обращения в третейский суд, если такое заявление было принято к производству.

Днем обращения в суд считается день, когда исковое заявление сдано в организацию почтовой связи либо подано непосредственно в суд, в том числе путем заполнения в установленном порядке формы, размещенной на официальном сайте суда в сети «Интернет».

В суд с настоящим иском ООО «ЭОС» обратилось 05 марта 2020 г., что подтверждается штампом АО «Почта России» на конверте. 

С учетом изложенного, принимая во внимание установленные договором сроки и порядок погашения задолженности по кредитному договору, суд пришел к выводу о том, что срок исковой давности для взыскания задолженности по договору, срок оплаты которой наступил до 05 марта 2017 г. включительно, то есть более чем за три года до подачи искового заявления, ООО «ЭОС» пропущен.

Как разъяснено в пункте 6 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 сентября 2015 г. № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности», по смыслу статьи 201 ГК РФ переход прав в порядке универсального или сингулярного правопреемства (наследование, реорганизация юридического лица, переход права собственности на вещь, уступка права требования и пр.), а также передача полномочий одного органа публично-правового образования другому органу не влияют на начало течения срока исковой давности и порядок его исчисления.

В этом случае срок исковой давности начинает течь в порядке, установленном статьей 200 ГК РФ, со дня, когда первоначальный обладатель права узнал или должен был узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Таким образом, то обстоятельство, что истец приобрел право требования по договору на основании договора от 01 декабря 2016 г. № 1-2016 уступки прав (требований), заключенного между ПАО КБ «УБРиР» и ООО «ЭОС», не имеет значения для исчисления срока исковой давности.

Доводы ФИО1 о том, что срок исковой давности для ООО «ЭОС» следует исчислять с момента заключения договора от 01 декабря 2016 г. № 01-2016 уступки прав (требований), заключенного между ПАО КБ «УБРиР» и ООО «ЭОС», основаны на неправильном толковании перечисленных выше норм права и разъяснений Пленума Верховного Суда РФ, по смыслу которых договор от 01 декабря 2016 г. № 1-2016 уступки прав (требований) не повлек изменения начала течения срока исковой давности и порядка его исчисления.

В силу п. 2 ст. 200 ГК РФ, п. 24 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 сентября 2015 г. № 43, в данном случае исковая давность подлежит исчислению отдельно по каждому платежу с момента наступления срока исполнения обязательства по внесению соответствующего платежа. 

В пункте 12 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 сентября 2015 г. № 43 разъяснено, что бремя доказывания наличия обстоятельств, свидетельствующих о перерыве, приостановлении течения срока исковой давности, возлагается на лицо, предъявившее иск.

В соответствии со статьей 205 ГК РФ в исключительных случаях суд может признать уважительной причину пропуска срока исковой давности по обстоятельствам, связанным с личностью истца – физического лица, если последним заявлено такое ходатайство и им представлены необходимые доказательства.

По смыслу указанной нормы, а также пункта 3 статьи 23 ГК РФ, срок исковой давности, пропущенный юридическим лицом, а также гражданином – индивидуальным предпринимателем по требованиям, связанным с осуществлением им предпринимательской деятельности, не подлежит восстановлению независимо от причин его пропуска.

Ходатайство о восстановлении срока исковой давности истцом не заявлено, доказательств, подтверждающих уважительность причин пропуска данного срока, не представлено. 

В силу п. 2 ст. 199 ГК РФ истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

С учетом изложенного, в удовлетворении исковых требований ООО «ЭОС» к ФИО1 о взыскании задолженности по договору, срок оплаты которой наступил до 05 марта 2017 г. включительно, должно быть отказано.

В соответствии с графиком платежей, являющимся неотъемлемой частью заключенного сторонами договора, сумма основного долга договору, подлежащая погашению в период с 05 марта 2017 г., составляла 566 396 руб. 72 коп.

Как следует из условий договора уступки, представленного истцом расчета задолженности (л.д. 39, 43), сумма взыскиваемых истцом процентов за пользование кредитом начислена за период до 07 декабря 2016 г. Срок исковой давности для взыскания этих процентов ООО «ЭОС» пропущен. Поэтому оснований для их взыскания не имеется. 

В соответствии с ч. 3 ст. 196 ГПК РФ при разрешении спора суд исходит из заявленных истцом требований. Требований о взыскании процентов за пользование кредитом за иной период истцом не заявлено. Проценты за пользование кредитом за период с 08 декабря 2016 г. не являлись предметом договора от 01 декабря 2016 г. № 01-2016 уступки прав (требований), заключенного между ПАО КБ «УБРиР» и ООО «ЭОС». 

С учетом изложенного, с ФИО1 в пользу ООО «ЭОС» следует взыскать основной долг по кредитному договору от ДД.ММ.ГГГГ № № (индивидуальные условия договора потребительского кредита №), заключенному между ПАО КБ «УБРиР» и ответчиком, в размере 566 396 руб. 72 коп. В остальной части суд оставляет исковые требования ООО «ЭОС» без удовлетворения.

При подаче иска ООО «ЭОС» уплачена государственная пошлина в размере 12 303 руб. 61 коп., что подтверждается платежным поручением. На основании ч. 1 ст. 98 ГПК РФ данные расходы истца подлежат возмещению ответчиком пропорционально удовлетворенным требованиям, в размере 8 863 руб. 97 коп.: (566 396 руб. 72 коп. – 200 000 руб.) х 1% + 5 200 руб.

Руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Взыскать с ФИО1 в пользу Общества с ограниченной ответственностью «ЭОС» задолженность по кредитному договору от ДД.ММ.ГГГГ № № (индивидуальные условия договора потребительского кредита №), заключенному между ПАО «Уральский Банк реконструкции и развития» и ФИО1, в сумме 566 396 руб. 72 коп., в возмещение судебных расходов – 8 863 руб. 97 коп., всего – 575 260 руб. 69 коп.

Исковые требования Общества с ограниченной ответственностью «ЭОС» в остальной части оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Ярославский областной суд с подачей жалобы через Дзержинский районный суд г. Ярославля в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме. 

Судья Т.Ю. Фомина