Решение

 изготовлено ДД.ММ.ГГГГ 

Дело № 2-1267/20

№ 24RS0040-02-2020-001172-85

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

18 ноября 2020 года г. Норильск

Норильский городской суд (в районе Талнах) Красноярского края в составе: председательствующего судьи Клепиковского А.А.,

при секретаре Винокуровой П.А.,

с участием: представителя истца Боева Д.А.,

представителя ответчика ФИО1, 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-1267/20 по иску ФИО3 к директору краевого государственного бюджетного учреждения социального обслуживания «Комплексный центр социального обслуживания населения «Норильский» ФИО4, краевому государственному бюджетному учреждению социального обслуживания «Комплексный центр социального обслуживания населения «Норильский» о защите достоинства и деловой репутации, компенсации морального вреда, 

У С Т А Н О В И Л:

ФИО3 обратилась в суд с исковым заявлением к ответчикам: 1. о признании наложенной 29 мая 2020 года руководителем КГБУ СО «КЦСОН» «Норильский» ФИО4 резолюции на поданную ею докладную записку от ДД.ММ.ГГГГ нарушающей ее достоинство и деловую репутацию сотрудника КГБУ СО «КЦСОН» «Норильский»; 2. о взыскании с КГБУ СО «КЦСОН «Норильский» в ее пользу компенсации морального вреда в определенном судом денежном размере. Кроме того, по факту нарушения законности и правил делового общения, повлекшего нарушение ее достоинства и деловой репутации со стороны руководителя государственного учреждения Бондаря В.В. просила вынести на имя Министерства социальной политики 

<

адрес> частное определение, с предложением устранения выявленных нарушений законности в деятельности руководителей подведомственных государственных учреждений в их административной работе в дальнейшем. 

Свои требования истец обосновывает тем, что она работает в должности заместителя директора по социальной работе КГБУ СО «КЦСОН «Норильский», в котором ответчик ФИО4 является директором и соответственно, ее непосредственным руководителем. 29 мая 2020 года ответчик Бондарь, требуя от нее выполнения выданного им задания, не предусмотренного трудовым договором и должностной инструкцией, и без дополнительной оплаты составил на ее докладной записке от 27 мая 2020 года резолюцию: «Прекратите в рабочее фордыбачить. Рекомендую Вам заняться работой. Время, которое Вы потратили на свою докладную записку.. .., как раз хватило бы на подготовку проекта приказа, который поручено выполнить....». Данная резолюция была вручена ей 29 мая 2020 года помощником руководителя КГБУ СО «КЦСОН «Норильский», и.о.главного специалиста отдела кадров учреждения ФИО5 В указанной резолюции директора КГБУ СО «КЦСОН «Норильский» имеются сведения, нарушающие ее достоинство и деловую репутацию, как работника государственного учреждения. Эти действия ответчика носили публичный характер и стали достоянием иных сотрудников учреждения, что нарушает ее неимущественные права, гарантированные ст. 8 Конвенции от ДД.ММ.ГГГГ и ст. 152 ГК РФ. Согласно заключению специалиста ООО «Международное бюро судебных экспертиз оценки и медиации «МБЭКС» № № от ДД.ММ.ГГГГ резолюция свидетельствует о наличии негативной информации о ее действиях, что выражается в ее надменном и пренебрежительном отношении к работе, о некачественном выполнении ею должностных обязанностей. Заявляет о том, в словосочетании «прекратите в рабочее время фордыбачить…» имеются признаки оскорбительного характера, а также нарушающих ее личное достоинство. Действиями ответчика ей причинен моральный вред, денежную компенсацию которого она оценивает в 1 триллион рублей. 

В судебном заседании истец ФИО3 не участвовала, заявив ходатайство о рассмотрении дела в ее отсутствие. 

В письменных пояснениях заявленные исковые требования ФИО3 поддержала, настаивая на том, что имеющиеся в резолюции директора сведения, нарушающие достоинство и деловую репутацию истца, как работника государственного учреждения, носили публичный характер, стали достоянием иных сотрудников учреждения, поскольку секретарем руководителя истец была приглашена в приемную для получения входящей корреспонденции и в присутствии секретаря и главного специалиста по кадрам ею была получена указанная докладная.

В судебном заседании представитель истца – адвокат Боев Д.А., действующий на основании ордера, исковые требования ФИО3 поддержал по изложенным в иске доводам. Дополнительно пояснил о том, что ответчик ФИО4, осуществляя полномочия руководителя, что резолюция должна быть выдержана в деловом стиле, соответствовать унифицированной форме и содержать основное: кому адресована, что исполнить и срок исполнения. Резолюция не должна представлять собой характеристику работника с применением выражений в виде слов с завуалированным оскорблением.

Ответчик – директор КГБУ СО «КЦСОН» «Норильский» ФИО4 в судебном заседании не участвовал, ходатайствовал о рассмотрении дела в его отсутствие, с участием его представителя ФИО1 

В письменных возражениях просил суд отказать в удовлетворении иска ФИО3, полагая его необоснованным по существу фактических обстоятельств и юридически несостоятельным. 

Представитель ответчика Бондаря В.В., - ФИО1, действующая на основании доверенности, исковые требования не признала, ссылаясь на то, что оспариваемая истцом резолюция ответчика Бондаря адресована непосредственно ФИО3, о чем свидетельствует указанная фамилия и инициалы. Составляя данную резолюцию, руководитель КГБУ СО «КЦСОН» «Норильский» преследовал единственную цель – донести до работника мысли, что в рабочее время необходимо заниматься своими должностными обязанностями, а не тратить рабочее время на другие действия, не относящиеся к трудовым обязанностям. Содержащееся в резолюции слово «фордыбачить» имеет под собой единственный смысл, согласно которому руководитель призывает работника не вести себя упрямо и капризно, выполнить порученную работу. Решением Норильского городского суда от ДД.ММ.ГГГГ по гражданскому делу № об оспаривании ФИО3 дисциплинарного взыскания установлено, что требования руководителя о выполнении задания являлись законными и предусмотренными трудовым договором и должностной инструкцией истца, также в ходе разбирательства был установлен факт неисполнения ФИО3 своих должностных обязанностей, в связи с чем, правомерно был принят приказ о наложении на нее дисциплинарного взыскания. В этой связи утверждает, что сведения, содержащиеся в оспариваемой резолюции руководителя о том, что ФИО3 в рабочее время не исполнила возложенные на нее обязанности, соответствуют действительности. Составление ответчиком резолюции на служебном документе в адрес ФИО3 нельзя признать распространением сведений об истце, поскольку данный документ носит исключительно служебный характер и адресован исключительно ФИО3 Считает, что в данном случае отсутствуют и факт распространения ответчиком порочащих сведений об истце, и порочащий характер сведений, а также и несоответствие действительности этих сведений.

Представитель ответчика - директор КГБУ СО «КЦСОН» «Норильский» ФИО4, действующий на основании устава учреждения, в судебном заседании не участвовал, ходатайствовал о рассмотрении дела в отсутствие представителя КГБУ СО «КЦСОН» «Норильский».

В письменных возражениях на исковое заявление представитель указанного ответчика ФИО4 выразил свое несогласие с заявленными требованиями, сообщив о том, что возглавляемое им учреждение каких–либо прав истца не нарушало. Между ФИО3 и учреждением имеется трудовой спор, решение по которому принято судом ДД.ММ.ГГГГ. В этой связи считает, в заявленном споре КГБУ СО «КЦСОН» «Норильский» не является надлежащим ответчиком. Директор учреждения ФИО4 целей унижения достоинства и деловой репутации ФИО3 не преследовал, своей резолюцией рекомендовал данному работнику заняться своими трудовыми обязанностями и прекратить упрямиться. Выражение «фордыбачить» не является оскорбительным, поскольку используется даже в мультипликации (например: мультфильм «В некотором царстве», студии «Союзмультфильм», 1957 год). Директор КГБУ СО «КЦСОН» «Норильский» сведений, порочащих истца не распространял, ФИО3 действительно вела себя упрямо, не желая выполнить возложенное на нее поручение, за что была привлечена к дисциплинарной ответственности. 

Третье лицо – представитель министерства социальной политики 

<

адрес> ФИО7, действующая на основании доверенности, в судебном заседании не участвовала, ходатайствовала о рассмотрении дела в отсутствие представителя третьего лица.

В письменных возражениях ФИО7 возражала против удовлетворения исковых требований, полагая, что представляемое ею министерство привлечено к участию в этом деле безосновательно. Считает, что заявленные ФИО3 требования являются продолжением индивидуального трудового спора истца с ответчиком как работодателем о признании незаконным приказа о дисциплинарном взыскании в отношении истца, который рассмотрен судом ДД.ММ.ГГГГ, решением суда в удовлетворении исковых требований ФИО3 отказано. Основанием для применения к Амброзяк дисциплинарного взыскания в виде замечания послужило неисполнение ею поручения директора учреждения. Поскольку на дату составления резолюции срок исполнения поручения директора учреждения не истек, чтобы призвать в очередной раз к исполнительной дисциплине своего заместителя ФИО3, директор учреждения на докладную записку истца составил указанную резолюцию. Чувство оскорбленности у ФИО3 слова резолюции могли вызвать только в связи с недостаточным уровнем собственных знаний истца, не позволившим ей адекватно воспринять смысл данных слов.

Принимая во внимание положения ст. 167 Гражданского процессуального кодекса РФ (далее - ГПК РФ), суд считает необходимым рассмотреть данное гражданское дело в отсутствие истца, ответчика, представителей ответчика и третьего лица.

Выслушав лиц, участвующих в деле, исследовав в полном объеме материалы дела, суд приходит к выводу о том, что исковые требования не подлежат удовлетворению по следующим основаниям.

Статьей 29 Конституции РФ каждому гарантируется свобода мысли и слова, а также свобода массовой информации.

Каждый имеет право на защиту своей чести и доброго имени (ст. 23 Конституции РФ).

В силу ч. 1 ст. 150 Гражданского кодекса РФ (далее по тексту - ГК РФ), жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна, право свободного передвижения, выбора места пребывания и жительства, право на имя, право авторства, иные личные неимущественные права и другие нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

На основании ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

Приказом Минтруда России от 31.12.2013г. № 792 утвержден Кодекс этики и служебного поведения работников органов управления социальной защиты населения и учреждений социального обслуживания.

Согласно подпунктам «А», «И», «К» пункта 9 названного кодекса работники органов управления социальной защиты населения и работники учреждений социального обслуживания, сознавая ответственность перед государством, обществом и гражданами, призваны: а) исполнять должностные обязанности добросовестно и на высоком профессиональном уровне в целях обеспечения эффективной работы по предоставлению населению мер социальной поддержки и оказанию социальных услуг; … 

и) соблюдать нормы служебной и профессиональной этики, правила делового поведения и общения; 

к) проявлять корректность и внимательность в обращении с гражданами и должностными лицами.

В служебном поведении работнику органа управления социальной защиты населения необходимо исходить из конституционных положений о том, что человек, его права и свободы являются высшей ценностью и каждый гражданин имеет право на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, защиту чести, достоинства, своего доброго имени (пункт 17 приказа Минтруда России от 31.12.2013г. № 792). 

В соответствии со статьей 56 Гражданского процессуального кодекса РФ (далее - ГПК РФ) каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается, как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. 

Статьей 57 ГПК РФ предусмотрено, что доказательства представляются сторонами и другими лицами, участвующими в деле. При подготовке дела к судебному разбирательству и в судебном заседании сторонам разъяснялись требования статей 56, 57 ГПК РФ, в связи с чем, суд выносит решение на основании доказательств, представленных сторонами, с учетом их относимости и допустимости.

В судебном заседании установлено, что истец ФИО3 с ДД.ММ.ГГГГ состоит в трудовых отношениях с КГБУ СО «Комплексный центр социального обслуживания населения «Норильский». На основании трудового договора от ДД.ММ.ГГГГ № и дополнительного соглашения № от ДД.ММ.ГГГГ истец замещает должность заместителя директора по социальной работе КГБУ СО «КЦСОН «Норильский». Указанные обстоятельства подтверждаются копиями названных трудового договора, дополнительного соглашения к трудовому договору, а также приказа о приеме на работу № № от ДД.ММ.ГГГГ, приказа о приеме на работу № к-212 от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 39-43, 44-52, ). 

Ответчик ФИО4 является директором КГБУ СО «КЦСОН «Норильский», что подтверждается копиями приказа министерства социальной политики 

<

адрес> № от ДД.ММ.ГГГГ о назначении и заключенного с ним трудового договора от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 38, 53-63). 

ДД.ММ.ГГГГ заместителем директора КГБУ СО «КЦСОН «Норильский» ФИО3 на имя директора этого учреждения Бондаря В.В. представлена докладная записка, зарегистрированная в журнале внутреннего документооборота учреждения за № от ДД.ММ.ГГГГ, в которой она утверждала, что подготовка ранее порученных ей документов не входит в ее должностные обязанности в соответствии с должностной инструкцией, так как те документы должны подготавливаться специалистами отдела кадров учреждения. Кроме того, эта докладная записка содержала пояснения относительно умозаключений некоего лица, являвшегося автором текста приложения к карточке производственного задания № от 26.05.2020г. (л.д. 6, 36, ). 

ДД.ММ.ГГГГ директором КГБУ СО «КЦСОН «Норильский» ФИО4 на указанную докладную записку ФИО3 составлена резолюция: «ФИО3 Прекратите в рабочее время фордыбачить. Рекомендую Вам заняться работой. Время, которое Вы потратили на свою докладную записку (вх. 167 от ДД.ММ.ГГГГ), как раз хватило бы на подготовку проекта приказа, который Вам поручено выполнить. Производственное задание от ДД.ММ.ГГГГ № остается в действующей редакции, требую исполнения в установленный резолюцией срок». Данная резолюция содержит также указание Бондаря В.В. о контроле за исполнением этой резолюции другим работником, - ФИО5, и о приобщении этой докладной записки ФИО3 к материалам ее личного дела (л.д. 6, 36, ).

В тот же день 29 мая 2020 года вышеуказанная докладная записка с резолюцией директора учреждения передана для исполнения работнику этого учреждения – истцу ФИО3 (л.д. ).

08 октября 2020 года ФИО3 обратилась в суд с рассматриваемым иском к ответчикам, полагая, что в резолюции директора КГБУ СО «КЦСОН «Норильский» ФИО4: «Прекратите в рабочее время фордыбачить» имеются сведения, нарушающие ее достоинство и деловую репутацию как работника государственного учреждения, эти действия ответчика Бондаря носили публичный характер и стали достоянием иных сотрудников учреждения. 

В подтверждение данных доводов истец представила заключение № № от ДД.ММ.ГГГГ, подготовленное специалистом ООО «Международное бюро судебных экспертиз оценки и медиации «МБЭКС» ФИО11, проводившим психолого-лингвистическое исследование, согласно которому в вышеуказанной резолюции Бондаря В.В.: 1. имеется негативная информация по отношению к ФИО3 и выражается в ее надменном и пренебрежительном отношении к работе, в некачественном выполнении своих должностных обязанностей; 2. имеются признаки оскорбления, унижения чести и достоинства адресата, то есть ФИО3 (л.д. ).

При разрешении заявленных требований суд принимает во внимание положения ч.ч. 1, 5 и 9 ст. 152 ГК РФ, в соответствии с которыми гражданин вправе требовать по суду опровержения порочащих его честь, достоинство или деловую репутацию сведений, если распространивший такие сведения не докажет, что они соответствуют действительности. 

Опровержение должно быть сделано тем же способом, которым были распространены сведения о гражданине, или другим аналогичным способом. Если сведения, порочащие честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, оказались после их распространения доступными в сети «Интернет», гражданин вправе требовать удаления соответствующей информации, а также опровержения указанных сведений способом, обеспечивающим доведение опровержения до пользователей сети «Интернет». 

Гражданин, в отношении которого распространены сведения, порочащие его честь, достоинство или деловую репутацию, наряду с опровержением таких сведений или опубликованием своего ответа вправе требовать возмещения убытков и компенсации морального вреда, причиненных распространением таких сведений.

В соответствии со ст. 10 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, заключенной 04.11.1950г. в г. Риме, и ст. 29 Конституции Российской Федерации, гарантирующими каждому право на свободу мысли и слова, а также на свободу массовой информации, позицией Европейского Суда по правам человека следует различать имеющие место утверждения о фактах, соответствие действительности которых можно проверить, и оценочные суждения, мнения, убеждения, которые не являются предметом судебной защиты в порядке ст. 152 ГК Российской Федерации, поскольку, являясь выражением субъективного мнения и взглядов ответчика, не могут быть проверены на предмет соответствия их действительности (пункт 9 постановления Пленума Верховного Суда РФ № 3 от 24.02.2005г. "О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц").

В то же время, согласно разъяснениям, изложенным в абзаце 6 пункта 9 указанного постановления Пленума Верховного Суда РФ, если субъективное мнение было высказано в оскорбительной форме, унижающей честь, достоинство или деловую репутацию истца, на ответчика может быть возложена обязанность компенсации морального вреда, причиненного истцу оскорблением (статья 130 Уголовного кодекса РФ, статьи 150, 151 Гражданского кодекса РФ).

Как следует из разъяснений, содержащихся в пункте 7 вышеназванного постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.02.2005г., иск о защите чести, достоинства и деловой репутации может быть удовлетворен, лишь, если ответчик распространил сведения об истце, эти сведения являются порочащими и не соответствуют действительности.

Под распространением сведений, порочащих честь и достоинство граждан или деловую репутацию граждан и юридических лиц, следует понимать опубликование таких сведений в печати, трансляцию по радио и телевидению, демонстрацию в кинохроникальных программах и других средствах массовой информации, распространение в сети Интернет, а также с использованием иных средств телекоммуникационной связи, изложение в служебных характеристиках, публичных выступлениях, заявлениях, адресованных должностным лицам, или сообщение в той или иной, в том числе устной, форме хотя бы одному лицу. Сообщение таких сведений лицу, которого они касаются, не может признаваться их распространением, если лицом, сообщившим данные сведения, были приняты достаточные меры конфиденциальности, с тем, чтобы они не стали известными третьим лицам.

Не соответствующими действительности сведениями являются утверждения о фактах или событиях, которые не имели места в реальности во время, к которому относятся оспариваемые сведения. Не могут рассматриваться как не соответствующие действительности сведения, содержащиеся в судебных решениях и приговорах, постановлениях органов предварительного следствия и других процессуальных или иных официальных документах, для обжалования и оспаривания которых предусмотрен иной установленный законами судебный порядок.

Порочащими, в частности, являются сведения, содержащие утверждения о нарушении гражданином или юридическим лицом действующего законодательства, совершении нечестного поступка, неправильном, неэтичном поведении в личной, общественной или политической жизни, недобросовестности при осуществлении производственно-хозяйственной и предпринимательской деятельности, нарушении деловой этики или обычаев делового оборота, которые умаляют честь и достоинство гражданина или деловую репутацию гражданина либо юридического лица.

Согласно пункту 4 Обзора практики рассмотрения судами дел по спорам о защите чести, достоинства и деловой репутации, утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 16.03.2016г., отсутствие хотя бы одного обстоятельства из обязательной совокупности условий для удовлетворения иска (сведения должны носить порочащий характер, быть распространены и не соответствовать действительности) является основанием для отказа в удовлетворении заявленных требований.

Исходя из вышеизложенного, для удовлетворения иска о защите чести, достоинства и деловой репутации необходимо наличие одновременно трех условий (оснований): факт распространения ответчиком сведений об истце, порочащий характер этих сведений и несоответствие их действительности.

Обязанность доказывания соответствия действительности распространенных сведений лежит на ответчике.

Истец обязан доказать факт распространения сведений, и их порочащий характер (п. 9 вышеназванного постановления Пленума Верховного Суда РФ 24.02.2005г № 3).

Как установлено в судебном заседании, приказом директора КГБУ СО «КЦСОН «Норильский» от ДД.ММ.ГГГГ №л/с ФИО3 привлечена к дисциплинарной ответственности в виде замечания за допущенное нарушение и бездействие, выразившееся в неисполнении работником без уважительных причин трудовых обязанностей и прямых поручений работодателя (л.д. ). Основанием для применения дисциплинарного взыскания явились результаты изучения директором учреждения материалов служебного расследования по фактам ненадлежащего исполнения (неисполнения) производственного поручения, выданного заведующему отделением срочного социального обслуживания ФИО8 и ведущему юрисконсульту ФИО9, в связи с чем, истцу ФИО3, как проводившей служебное расследование, была осуществлена выдача производственного задания № от ДД.ММ.ГГГГ, в котором ей поручено подготовить в срок не позднее ДД.ММ.ГГГГ проект приказа о применении мер дисциплинарного взыскания к ФИО8, ФИО9, а также обеспечить контроль исполнения поручения указанными работниками, согласно его резолюции от ДД.ММ.ГГГГ. 

Таким образом, факт неисполнения заместителем директора по социальной работе ФИО3 поручения своего непосредственного руководителя - директора КГБУ СО «КЦСОН «Норильский» ФИО2 о подготовке проекта приказа о применении мер дисциплинарного взыскания к работникам данного учреждения ФИО8, ФИО9, а также об обеспечении контроля за исполнением поручения указанными работниками согласно его резолюции от ДД.ММ.ГГГГ, подтвержден вышеуказанным приказом от ДД.ММ.ГГГГ, а также и содержанием докладной записки ФИО3 от ДД.ММ.ГГГГ, на которую директором учреждения и была составлена резолюция, содержащая слово «фордыбачить», которое истец восприняла в качестве нарушающего ее достоинство и деловую репутацию. 

Ответчик ФИО4 утверждает, что применяя в резолюции слово «фордыбачить», он преследовал единственную цель – донести до работника ФИО3 мысль о том, что в рабочее время необходимо заниматься своими должностными обязанностями, а не тратить рабочее время на другие действия, не относящиеся к трудовым обязанностям, в том числе, на написание столь пространной докладной записки. В содержащееся в резолюции слово «фордыбачить» он вкладывал единственный смысл, согласно которому он как руководитель призывал подчиненного ему работника ФИО3 не вести себя упрямо и капризно, выполнить порученную работу.

Данные утверждения ответчика подтверждаются фактическими обстоятельствами существовавшей ситуации, а именно: ранее выданное руководителем учреждения ФИО4 подчиненному работнику ФИО3 производственное задание не было выполнено, актуальность выполнения которого на дату подачи ею докладной записки и на дату составления ФИО4 резолюции не утратилась, при этом работник ФИО3, игнорируя полученное ею к исполнению поручение руководителя, проявляя низкую исполнительскую дисциплину, вступила с ним в переписку, представив ему вышеуказанную докладную записку. Такое поведение подчиненного работника ФИО3, замещающей должность заместителя руководителя учреждения, то есть должность, отнесенную к категории руководителей, было воспринято директором учреждения ФИО4 как упрямство. 

В этой связи, суд принимает в качестве обоснованных доводы ответчика Бондаря В.В. о том, что своей резолюцией на докладной записке ФИО3 он рекомендовал данному подчиненному ему работнику заняться своими трудовыми обязанностями и целью этой резолюции являлось не намерение дискредитации ФИО3, нанесение ущерба ее авторитету и деловой репутации, а стремление донести до нее мысль о необходимости в рабочее время заниматься исполнением своих должностных обязанностей.

При этом суд принимает во внимание, что толковый словарь русского языка ФИО10 содержит определение слова «фордыбачить», согласно которому это означает вести себя упрямо и капризно.

По этим основаниям при установленных в судебном заседании фактических обстоятельствах рассматриваемого дела выводы специалиста ФИО11 в вышеназванном заключении № № от ДД.ММ.ГГГГ о том, что в оцениваемой резолюции Бондаря В.В. имеется негативная информация по отношению к ФИО3, которая выражается в ее надменном и пренебрежительном отношении к работе, в некачественном выполнении своих должностных обязанностей, а также имеются признаки оскорбления, унижения чести и достоинства ФИО3, суд не может принять в качестве надлежащего доказательства, полагая такие выводы как противоречивые.

То обстоятельство, что согласно существующему порядку внутреннего документооборота в учреждении резолюция на докладную записку подлежала регистрации в соответствующем журнале и передаче ФИО3 с докладной запиской для исполнения через секретаря руководителя не может быть расценено и квалифицировано судом как действия, направленные на распространение ответчиком Бондарем каких-либо сведений об истце, поскольку именно таким образом и должен был быть передан этот документ работнику. 

При этом суд учитывает, что докладная записка ФИО3 также была зарегистрирована в соответствующем журнале внутренней корреспонденции КГБУ СО «КЦСОН «Норильский» ДД.ММ.ГГГГ под №. 

Из выписки из журнала внутренней корреспонденции КГБУ СО «КЦСОН «Норильский» видно, что вышеуказанная докладная записка ФИО3 от ДД.ММ.ГГГГ возвращена ей ДД.ММ.ГГГГ с резолюцией ответчика Бондаря В.В. (л.д. ).

Исходя из анализа имеющихся в деле доказательств, суд приходит к выводу о том, что совокупность условий, позволяющих удовлетворить требования ФИО3 отсутствует, так как истцом в нарушение ст. 56 ГПК РФ не доказан факт распространения ответчиком сведений, порочащих достоинство и деловую репутацию истца, а составление директором КГБУ СО «КЦСОН «Норильский» ФИО4 названной резолюции нельзя признать оскорбительной, нарушающей достоинство и деловую репутацию истца, а также носящей публичный характер.

При этом, судом не установлено фактических данных для вывода о том, что составление резолюции директором КГБУ СО «КЦСОН «Норильский» ФИО4 вызвано его намерением причинить вред истцу ФИО3 Доказательств того, что ответчик ФИО4, являющийся непосредственным руководителем истца, намеревался довести изложенную в резолюции информацию до сведения неопределенного круга лиц, которые могли бы сформировать негативное общественное мнение об истце, а также причинить ей вред, суду также не представлено. Резолюция адресована непосредственно истцу ФИО3 и носит исключительно служебный характер, что подтверждается указанными на ней фамилией и инициалами истца.

Изложенная в резолюции информация, а также указание «Прекратите в рабочее время фордыбачить» имеет смысл, согласно которому руководитель ФИО4 призывал подчиненного ему работника заниматься своими трудовыми обязанностями, выполнить порученную работу, а не тратить время на другие действия, то есть призывал к исполнительской дисциплине, в связи с чем, оспариваемое истцом высказывание в резолюции не может быть расценено как нарушающее достоинство и деловую репутацию истца.

Таким образом, проанализировав содержание, смысловую направленность оспариваемых сведений в резолюции, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для признания их нарушающими достоинство и деловую репутацию истца ФИО3, а соответственно и для взыскания с КГБУ СО «КЦСОН «Норильский» денежной компенсации морального вреда. 

При изложенных обстоятельствах отсутствуют правовые основания и для принятия частного определения на имя Министерства социальной политики Красноярского края, с предложением устранения выявленных нарушений законности в деятельности руководителей подведомственных государственных учреждений в их административной работе в дальнейшем, о чем также просила истец.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд, -

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении исковых требований ФИО3 к директору краевого государственного бюджетного учреждения социального обслуживания «Комплексный центр социального обслуживания населения «Норильский» ФИО4, краевому государственному бюджетному учреждению социального обслуживания «Комплексный центр социального обслуживания населения «Норильский» о защите достоинства и деловой репутации, компенсации морального вреда, - отказать. 

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Красноярский краевой суд через Норильский городской суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Председательствующий А.А. Клепиковский