Р Е Ш Е Н И Е

именем Российской Федерации

Гражданское дело №2-14/2019

УИД 26RS0006-01-2018-000807-40

07 февраля 2019 года село Арзгир

Арзгирский районный суд Ставропольского края в составе:

председательствующего судьи Рыжова Д.В., 

при секретаре Тогинцевой И.А.,

с участием истца ФИО1,

ответчика ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО2 о взыскании ущерба и компенсации морального вреда, 

установил:

ФИО1 в обосновании иска указала, что является собственником жилого дома и земельного участка по адресу 

<

адрес>. ДД.ММ.ГГГГ в 16 часов в результате пожара, возникшего на территории смежного соседнего домовладения по 

<

адрес>, принадлежащем на праве собственности ФИО2, загорелась и полностью уничтожена, расположенная на территории ее двора, принадлежащая ей хозяйственная постройка площадью 32 кв. м, чем по вине ФИО2 ей причинен имущественный ущерб. За свой счет она вывезла мусор после пожара сгоревшие балки, шифер, доски и другие пришедшие в негодность от пожара материалы. В сгоревшей хозяйственной постройке находились ранее приобретенные ей строительные материалы: лес кругляк 4 куб. м, ДВП 10 листов, 6 реек деревянных 5х5 см, 3 доски 15 см, 2 рейки 10x10 см, всего на сумму 50000 руб. 

Постройки, в которых возник пожар, по причине микробиологического возгорания тюков соломы, расположенных в южной части навеса по 

<

адрес>, возведены ФИО2 без соблюдения требований пожарной безопасности, что повлекло уничтожение её хозпостройки. 

Вина ФИО2 подтверждается постановлением о привлечении к административной ответственности по ч. 6 ст. 20.4 КоАП РФ в виде штрафа.

В связи с пожаром ей предстоят расходы на строительство новой деревянной хозяйственной постройки.

Согласно локальному сметному расчету ЗАО «Арзгирский Ремонтно-строительный участок» и пояснительной записки от 28.11.2018 года, общая стоимость строительства хозяйственного помещения с учетом транспортных расходов по доставке стройматериалов составляет 107941 рубль 41 копейка. 

В результате пожара и повреждения ее имущества, ей причинены нравственные страдания, ухудшилось состояние здоровья, произошел сердечный приступ, она находилась на амбулаторном и стационарном лечении, чем ей причинен моральный вред, который она оценивает в 30000 рублей. 

В добровольном порядке ответчик возместить ущерб отказался. В связи с чем, истица просила взыскать с ФИО2 в ее пользу в счет возмещения ущерба, причиненного пожаром 107941 рубль 41 копейку и компенсацию морального вреда в размере 30 000 рублей.

В судебном заседании истица ФИО1 иск в полном объеме поддержала, дополнила, что просит взыскать расходы, которые в настоящее время она не понесла, но потратит в будущем на строительство сарая. Она является пенсионером, работала в СПК колхозе им. Ленина, поэтому колхоз оказал ей помощь в вывозе мусора после пожара и построил небольшой временный сарай из шифера. 

Ответчик ФИО2 иск не признал в возражениях и в судебном заседании показал, что является собственником домовладения по адресу 

<

адрес>. 14 сентября 2018 года на территории его домовладения произошел пожар. Согласно выводам экспертов из материалов технического заключения № от ДД.ММ.ГГГГ ФГБУ «Судебно-экспертное учреждение Федеральной противопожарной службы «Испытательная пожарная лаборатория» по 

<

адрес>» наиболее вероятной причиной возникновения пожара явилось микробиологическое самовозгорание тюков соломы в южной части хозяйственной постройки – навеса. Самовозгоранию способствовала жаркая погода.

В постановлении по делу об административном правонарушении указано, что он допустил наличие сооружения (гусятника) и других горючих материалов по адресу 

<

адрес>, на противопожарном расстоянии между навесом, расположенным по адресу 

<

адрес> и хозяйственной постройкой, расположенной по адресу 

<

адрес>. Гусятник (ранее помещение для содержания овец) был построен прежним собственником - его отцом в 1965 году. Шиферное строение построено ФИО1 в непосредственной близости к уже существующим постройкам на территории его домовладения.

Постановление по делу об административном правонарушении, техническое заключение не доказывают размер ущерба, заявленный в иске. Хозяйственная постройка ФИО1 состояла из дерева и волнистого шифера, не имела фундамента. Внешне постройка представляла собой ветхое сооружение. Доказательств, подтверждающих состояние хозяйственной постройки, процент износа, с учетом времени эксплуатации, истицей в суд не представлено. Доказательств хранения в сгоревшей постройке строительных материалов на 50000 рублей не представлено. ФИО1 предъявлены требования по оплате стоимости новой постройки, тогда как ст. 1064 ГК РФ подлежит возмещению причиненный вред. 

Локальный сметный расчет ЗАО «Арзгирский РСУ» не является надлежащим доказательством, поскольку ЗАО не является профессиональным оценщиком, экспертным учреждением.

Хозяйственная постройка взамен сгоревшей, уже возведена за счет безвозмездной помощи СПК колхоза-племзавода имени Ленина, затраты которого по восстановлению сгоревшего сарая и вывозу мусора составили 22279 рублей. В связи с чем, истица пытается получить неосновательное обогащение.

Доказательств, подтверждающих причинение моральных страданий, истицей не представлено, не доказан факт нарушения ее личных неимущественных прав. Возникновение, указанных в иске заболеваний и их причинно-следственная связь с пожаром и ухудшением здоровья не доказаны.

Выслушав доводы сторон, допросив свидетелей, изучив материалы дела, суд пришел к следующим выводам.

В соответствии с ч. 1 и ч. 2 ст. 195 ГПК РФ, решение суда должно быть законным и обоснованным, и основанным только на тех доказательствах, которые были исследованы в судебном заседании.

Право собственности истца ФИО1 на жилой дом и земельный участок по адресу 

<

адрес>, сторонами не оспаривается и подтверждается свидетельствами о праве собственности. 

Право собственности ответчика ФИО2 на смежное с земельным участком истицы недвижимым имуществом по адресу 

<

адрес>, также не оспаривается сторонами и подтверждается свидетельством о государственной регистрации права.

Свидетель ФИО5 подтвердила, что на земельном участке ФИО1 имелся сарай, где она видела доски, лес, стеллажи, сарай сгорел при пожаре ДД.ММ.ГГГГ.

Свидетель ФИО6 показал, что ДД.ММ.ГГГГ в результате пожара в хозяйственном дворе у ФИО2 сгорел сарай у его соседки ФИО1

Свидетель ФИО7 показала, что сарай у них во дворе построен ранее 1992 года, позже построен сарай у ФИО1 В конце октября 2018 года строительная бригада СПК колхоза-племзавода Ленина после пожара построила ФИО1 сарай.

Свидетель ФИО8 показал, что работниками колхоза Ленина построен ФИО1 сарай после пожара.

Свидетель ФИО9 сотрудник 34 ПСЧ ФГКУ «8 отряд ФПС по СК» показал, что выезжал на тушение пожара в хозяйственных дворах по 

<

адрес>, и 

<

адрес>.

Свидетель ФИО10 сотрудник 34 ПСЧ ФГКУ «8 отряд ФПС по СК» показал, что выезжал на тушение пожара в хозяйственных дворах по 

<

адрес>, и 

<

адрес>.

Постановлением старшего дознавателя ОНД и ПР УНД и ПР ГУ МЧС России по СК от 24. 09.2018 года отказано в возбуждении уголовного дела по факту пожара произошедшего ДД.ММ.ГГГГ в навесе по адресу 

<

адрес>. (л.д. 11-12)

В соответствии с техническим заключением от ДД.ММ.ГГГГ № Федерального государственного бюджетного учреждения «Судебно-экспертное учреждение федеральной противопожарной службы «Испытательная пожарная лаборатория» по 

<

адрес>» по причине пожара происшедшего ДД.ММ.ГГГГ под навесом расположенном на территории частного домовладения по адресу 

<

адрес>, очаг пожара определен специалистом расположен в южной части навеса, в месте складирования тюков с соломой. Наиболее вероятной причиной возникновения пожара явилось микробиологическое самовозгорание тюков соломы, расположенных под навесом. (л.д. 9-10)

Постановлением по делу об административном правонарушении от ДД.ММ.ГГГГ № ФИО2 признан виновным в том, что ДД.ММ.ГГГГ в 16 часов во дворе домовладения по 

<

адрес>, допустил нарушение требований пожарной безопасности, повлекшее возникновение пожара и уничтожение повреждение чужого имущества, привлечен к административной ответственности по ч. 6 ст. 20.4 КРФоАП, назначено наказание в виде административного штрафа. Из постановления следует, что при рассмотрении дела ФИО2 вину признавал.

В силуст. 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями п. 3ст. 123 Конституции Российской Федерации ист. 12 ГПК РФ, закрепляющих принципы состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Способы защиты гражданских прав указаны в ст. 12 ГК РФ, которая предусматривает, в том числе заявленные истицей ФИО1 требования о возмещении убытков и компенсации морального вреда. 

Между тем в соответствии с п. 1 ст. 9 ГК РФ граждане и юридические лица по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права, при этом пределы осуществления гражданских прав определены в ст. 10 данного кодекса, а способы защиты - в его ст. 12, в которой в качестве одного из способов судебной защиты нарушенного права закреплено признание права.

По смыслу ст. 11, 12 ГК РФ, прерогатива в определении способа защиты нарушенного права принадлежит исключительно лицу, обратившемуся в суд за такой защитой, то есть истцу. («Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 3 (2017)» (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 12.07.2017).

ФИО1 выбрала способ защиты права, связанный с возмещением ущерба в виде предстоящих расходов на строительство уничтоженного имущества – сарая, в сумме 107941 рубль 41 копейка.

В соответствии с положениями п. 1 ст. 15 ГК РФ, лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Согласно положений п. 2 ст. 15 ГК РФ, под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В пункте 14 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 05.06.2002 N 14 (ред. от 18.10.2012) «О судебной практике по делам о нарушении правил пожарной безопасности, уничтожении или повреждении имущества путем поджога либо в результате неосторожного обращения с огнем» указано, что вред, причиненный пожарами личности и имуществу гражданина либо юридического лица, подлежит возмещению по правилам, изложенным в статье 1064 ГК РФ, в полном объеме лицом, причинившим вред. При этом необходимо исходить из того, что возмещению подлежит стоимость уничтоженного огнем имущества, расходы по восстановлению или исправлению поврежденного в результате пожара или при его тушении имущества, а также иные вызванные пожаром убытки (п. 2 ст. 15 ГК РФ).

В соответствии с пунктом 1 статьи 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В соответствии со статьей 1082 ГК РФ, при удовлетворении требований о возмещении вреда, суд в соответствии с обстоятельствами дела обязывает лицо, ответственное за причинение вреда, возместить вред в натуре (предоставить вещь того же рода и качества, исправить поврежденную вещь и т.п.) или возместить причиненные убытки (п. 2 ст. 15 ГК РФ).

По смыслу приведенных правовых норм, возникновение у лица права требовать возмещения убытков обусловлено нарушением его прав.

Возмещение убытков является мерой гражданско-правовой ответственности, поэтому лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать факт нарушения права, наличие и размер понесенных убытков, причинную связь между нарушением права и возникшими убытками.

Из разъяснений пункта 12 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», следует, что по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

Таким образом, для возложения на лицо имущественной ответственности за причиненные убытки необходимо установление факта несения убытков, их размера, противоправности и виновности (в форме умысла или неосторожности) поведения лица, повлекшего наступление неблагоприятных последствий в виде убытков, а также причинно-следственной связи между действиями этого лица и наступившими неблагоприятными последствиями.

Принимая во внимание показания свидетелей, и учитывая обстоятельства, изложенные в техническом заключении от 18.09.2018 года № 698 и постановлении по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч. 6 ст. 20.4 КРФоАП, суд находит доказанным факт несения убытков ФИО1, в результате противоправности и виновности поведения ФИО2, повлекшего наступление неблагоприятных последствий в виде уничтожения в результате пожара имущества истицы, а также причинно-следственную связь между действиями ФИО2 и наступившими для ФИО1 неблагоприятными последствиями.

В силу пункта 13 указанного Постановления, при разрешении споров, связанных с возмещением убытков, необходимо иметь в виду, что в состав реального ущерба входят не только фактически понесенные соответствующим лицом расходы, но и расходы, которые это лицо должно будет произвести для восстановления нарушенного права (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

Исходя из абз. 2 пункта 12 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. По смыслу пункта 1 статьи 15 ГК РФ в удовлетворении требования о возмещении убытков не может быть отказано только на том основании, что их точный размер невозможно установить. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению.

В обоснование требований ФИО1 указывает по тексту искового заявления, что она вынуждена будет строить новую деревянную хозяйственную постройку вместо сгоревшей ДД.ММ.ГГГГ.

При этом в качестве обоснования предстоящих расходов истица представляет локальный сметный расчет по строительству хозяйственного помещения 

<

адрес>, изготовленный ЗАО «Арзгирский РСУ» в котором сметная стоимость строительных работ указана 107941 рубль 41 копейка, с пояснительной запиской по количеству и стоимости строительных материалов в размере 50552 рубля 50 копеек, транспортным расходам 1500 рублей, итого 52052 рубля 50 копеек.

Однако указанные документы не содержат достаточных сведений об индивидуальных признаках строения, что ставит под сомнение достоверность акта и расчетов. В связи с чем, оценивая указанный акт и пояснительную записку по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, суд не может принять их во внимание в качестве доказательств размера подлежащих возмещению убытков даже с разумной степенью достоверности. 

Кроме того, из представленной истицей технической документации, выписок из похозяйственной книги, кадастрового паспорта земельного участка (выписки из ГКН) невозможно установить наличие, местонахождение и размеры сгоревшего сарая.

Таким образом, истицей в нарушение правил ст. 56 ГПК РФ не представлены и в материалах дела отсутствуют доказательства с достоверностью подтверждающие размеры, форму уничтоженной постройки и материалы из которых она была выполнена. 

При этом ходатайств об истребовании доказательств, проведении экспертных исследований истицей не заявлялось, инициированное судом обсуждение возможного проведения исследований, отвергнуто истицей. 

В виду чего с учетом всех обстоятельств дела, исходя из необходимости соблюдения принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению, в судебном заседании невозможно определить размер предстоящих расходов истца на восстановление уничтоженного пожаром сарая, то есть подлежащих возмещению будущих убытков, что влечет невозможность удовлетворения иска, исходя из выбранного истицей способа защиты нарушенного права.

В соответствии с ч. 1 ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. 

В соответствии с абз. 2 п. 2 разъяснений Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.1994 N 10 (ред. от 06.02.2007) «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.

Принимая во внимание, основания требований, связанных с возмещением имущественного вреда, исходя из характера взаимоотношений сторон, законодательство не допускает возможность компенсации морального вреда по данному виду правоотношений.

В обоснование требований истицей представлена выписка медицинской карты, данные обследований, из которых следует, что ФИО1 в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ находилась на стационарном лечении с диагнозом ИБС, стенокардия, также представлена справка об инвалидности третьей группы.

Однако ФИО1 не представлено доказательств причинения перечисленных заболеваний непосредственно виновными действиями ответчика, причинно-следственной связи между действиями ФИО2 и заболеваниями истицы, хотя обязанность предоставления таких доказательств ст. 56 ГПК РФ, возлагается на истца.

Таким образом, поскольку истицей не приведено доказательств нарушения ее личных неимущественных прав, наличия причинной следственной связи между действиями ответчика и заболеваниями истца, гражданским законодательством не предусмотрена возможность компенсации морального вреда, вызванного причинением имущественного ущерба, исковые требования ФИО1 в данной части удовлетворению не подлежат.

В соответствии со ст. 98 ГК РФ с учетом отказа в иске, с ответчика не подлежат взысканию расходы истца по уплате государственной пошлины.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд, 

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении иска ФИО1 к ФИО2 о возмещении материального ущерба в сумме 107941 рубль 41 копейка - отказать.

В удовлетворении иска ФИО1 к ФИО2 о компенсации морального вреда в размере 30000 рублей - отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке сторонами в Ставропольский краевой суд через Арзгирский районный суд в течение месяца со дня составления мотивированного решения – ДД.ММ.ГГГГ.

Судья