Дело № 2-118/2018

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

05 июля 2018года г. Анива 

Анивский районный суд Сахалинской области в составе: 

председательствующего: судьи Нужного И.В.

при секретаре Исаевой А.А.

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО7, несовершеннолетней ФИО1 в лице законного представителя ФИО2 к ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6 о вселении в жилое помещение по адресу: 

<

адрес>-а, 

признании ФИО6 утратившим право пользования жилым помещением,

выселении ФИО4, ФИО5,

выделении доли вправе собственности на спорное жилое помещение в натуре в виде комнаты № - ФИО7, комнаты № - ФИО1,

и встречному исковому заявлению ФИО3 к ФИО7, ФИО1 о выделе в натуре в праве общей долевой собственности на спорное жилое помещение в виде комнат № и №,

установил:

29 декабря 2017 года ФИО7 и ФИО1 в лице законного представителя ФИО2 обратились в суд с исковым заявлением, указав в нем, что они и ФИО3 являются долевыми собственниками жилого 

<

адрес>-а по 

<

адрес> в 

<

адрес>, по 1/3 доли в праве у каждого. В квартире также зарегистрированы ФИО4, ФИО6, ФИО8, ФИО2, ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО13 В жилом доме без регистрации и без разрешения собственников проживает ответчик ФИО5, являющийся супругом ФИО4 Указанные лица членами семьи истцов не являются, общее хозяйство с ними не ведется. У ФИО4 в собственности имеется жилое помещение, в котором она не проживает. Ответчики ФИО3 и ФИО6 в жилом доме не проживают, добровольно выехали на иное постоянное место жительства.

Истцы лишены возможности распоряжаться и пользоваться своим имуществом, ответчики ФИО4 и ФИО5 препятствуют их проживанию в спорном жилом помещении. 

Изложив указанные обстоятельства в заявлении, ФИО7 и ФИО1 в лице законного представителя ФИО2 просят вселить их в квартиру по адресу: 

<

адрес>-а, признать ФИО6 утратившим право пользования жилым помещением, выселить ответчиков ФИО4 и ФИО5 из жилого помещения по адресу: 

<

адрес>-а.

21 января 2018 года от ответчика ФИО6 поступил отзыв на исковое заявление, в котором он указал, что с исковыми требованиями не согласен по следующим основаниям.

Согласно справке МКУ «Центр жилищных отношений» по состоянию на 08 декабря 2017 года в квартире прописаны помимо собственников ответчик ФИО6 и ФИО4, которые на момент приватизации жилого помещения были зарегистрированы в нем. В связи с чем за ФИО6 и ФИО4 сохраняется бессрочное, независимое от воли собственников спорного жилого помещения, право пользования этой квартирой.

С истцами у ФИО6 конфликтные отношения и те сами не пускают в квартиру. В спорном жилом помещении в настоящее время фактически проживают ФИО4 и ее дочь, ФИО5 не проживает, иногда приходит к дочери. Также фактически проживает ФИО8 со своей семьей. ФИО6 иногда ночует в квартире на половине брата, помогает матери по хозяйству, в оплате коммунальных услуг.

На основании вышеизложенного, ФИО6 просит отказать в удовлетворении исковых требований в полном объеме.

В представленном суду дополнении к исковому заявлению истцы указали, что ответчик ФИО6 добровольно уже более 15 лет проживает со своей семьей в 

<

адрес>. С собственниками жилого помещения общего хозяйства не ведет, отношения не поддерживает, членом семьи не является, не являлся членом семьи и на момент приватизации. Довод ФИО14 о том, что истцы чинили препятствия в проживании в спорном жилом помещении, являются несостоятельными, так как истцы в доме не проживают с 2009 года. 

Требование о выселении ФИО4 из жилого помещения основаны на том, что в собственности ФИО4 имеется жилое помещение, которое было приобретено за счет государства в рамках 

<

адрес> №-ЗО «О социальной поддержке семей, имеющих детей в 

<

адрес>. В рамках этого закона ФИО4 предоставлена единовременная социального выплата в размере 50 % стоимости приобретаемого жилья или расходов на его строительство. ФИО4 приобрела жилье с целью улучшения своих жилищных условий, однако после приобретения жилья своих детей в квартире не зарегистрировала.

Таким образом, ФИО4 злоупотребляет своими правами, нарушает права собственников жилого помещения, устанавливает свой порядок пользования жилым помещением, лишая собственников возможности проживать в спорном жилом помещении.

31 января 2018 года ответчик ФИО3 обратилась со встречным исковым заявлением, указав в нем, что вместе со своими внуками ФИО7 и ФИО1 является участником общей долевой собственности на жилой дом, расположенный по адресу: 

<

адрес>-а. Право собственности у сторон возникло в результате приватизации дома на основании договора о передаче квартиры (дома) в собственность от 25 декабря 2007 года. На момент приватизации ответчики были несовершеннолетними и середины 2008 года вместе с матерью ФИО2 выехали из дома и никогда больше в этом доме не проживали, никаких расходов, как собственники, по содержанию дома не несли.

ФИО3 в свою очередь в 2009 году вместе с детьми произвела ремонт крыши дома, затем отремонтировали две комнаты для проживания – комнату № площадью 17,1 кв.м и комнату № площадью 14,1 кв.м. 

<

адрес> соответствует доле ФИО3 в праве общей собственности на жилой дом. На данной площади с истцом проживает ее дочь ФИО4 со своей семьей, которая помогала производить ремонт комнат. 

Ответчики стали претендовать на эти комнаты, хотя ФИО3 длительное время уже пользуется ими, несет бремя расходов по их содержанию. Данная часть жилого дома имеет отдельный вход, стационарную системы отопления, выделение доли в натуре возможен без несоразмерного ущерба жилому дому.

Изложив указанные обстоятельства во встречном исковом заявлении, ФИО3 просит выделить в натуре ее долю в общей долевой собственности на жилой дом по адресу: 

<

адрес>-а, в виде двух комнат соответственно № площадью 17,1 кв.м и № площадью 14,1 кв.м согласно поэтажному плану дома, а всего две комнаты общей площадью 31,2 кв.м и части пристройки к дому с учетом ее доли.

В своих возражениях на встречное исковое заявление ФИО7, ФИО1 в лице законного представителя ФИО2 указали, что согласны с исковыми требованиями ФИО3 в той в части, что пользоваться жилым помещением без выделения долей невозможно. Однако комнаты № и № должны быть выделены ФИО7 и ФИО1 Довод ФИО3 о том, что такой порядок пользования сложился на протяжении долгого времени не является достаточным основанием для удовлетворения исковых требований, тем более, что сама ФИО3 в данных комнатах не проживает. Там проживает ФИО4 со своей дочерью ФИО11 и супругом, не имеющим законных оснований для проживания. В комнатах №, 5, 6 проживает ФИО8 со своей семьей. Таким образом, порядок пользования жилым помещением сложился такой, что собственники ФИО7 и ФИО1 лишены не только возможности проживать в спорном жилом помещении, но и лишены доступа в жилое помещение. 

В связи с этим, исходя из принципов разумности и справедливости, ФИО7 и ФИО1 считают, что выделение комнат № и № не нарушит прав и законных интересов иных проживающих лиц. Ответчики являются прямыми родственниками, также имеются прямые родственники, которые также имеют право пользования жилым помещением, а именно законный представитель ФИО2 и ФИО10 

Также при решении вопроса о порядке пользования жилым помещением необходимо учесть не проживание истца ФИО3, несовершеннолетних ФИО9, ФИО13 в жилом помещении, а также факт не проживания ФИО6 в жилом помещении, в котором он только сохраняет фиктивную регистрацию.

В связи с обращением ответчика ФИО3 со встречным исковым заявлением, истцами ФИО7 и ФИО1 исковые требования дополнены требованиями о выделении истцу ФИО7 доли в праве собственности в натуре в виде комнаты № жилого дома по адресу: 

<

адрес>-а, выделить ФИО1 доли в праве собственности в виде комнаты № в доме по адресу: 

<

адрес>-а.

С данными требованиями ответчики ФИО3, ФИО4, ФИО6. ФИО8, ФИО5 не согласились, указав в своих возражениях, что истцы до подачи искового заявления не были заинтересованы в спорном жилом помещении, не несли расходы по содержанию дома, ни разу не предпринимали попыток заселения, доказательств препятствования в заселении не представили, более того в 2008 году выехали из спорного жилого помещения добровольно. Ответчики полагают, что права собственности истцов не были нарушены, истцы могут заселиться в дом в любое удобное для них время.

Требования о признании ФИО6 утратившим право пользования жилым помещением противоречат жилищному законодательству. В качестве бывшего члена семьи он сохраняет право пользования жилым домом в силу статьи 19 Федерального закона № 189-ФЗ «О введении в действие Жилищного кодекса Российской Федерации». Действующее законодательство гарантирует защиту права пользования жилым помещением бывшим членам семьи собственника данного жилого помещения. Так бывшие члены семьи собственника, отказавшиеся от права собственности на долю в жилом помещении при его приватизации, сохраняют право постоянного пользования данным жилым помещением и осуществляют его на условиях, предусмотренных жилищным законодательством.

Не согласны ответчики и с выселением ФИО4 и ФИО5, поскольку ФИО5 фактически не проживает в спорном жилом помещении. ФИО4 зарегистрирована в жилом доме с 29 марта 2000 года, то есть до приватизации спорного жилого помещения, в связи с чем, дав согласие на приватизацию иному лицу, также имеет право бессрочного пользования жилым помещением.

Ответчики не согласны с выделением истцам доли в праве собственности в натуре в виде комнат № и №. Действующее законодательство гарантирует защиту права пользования жилым помещением бывшим членам семьи собственника данного жилого помещения. Так, бывшие члены семьи собственника, отказавшиеся от права собственности на долю в жилом помещении при его приватизации, сохраняют право постоянного (бессрочного) пользования данным жилым помещением и осуществляют его на условиях, предусмотренных жилищным законодательством; гражданам, проживающим совместно с собственником в принадлежащем ему жилом помещении, предоставляется право пользования данным жилым помещением наравне с его собственником, если иное не установлено соглашением между ними, и право требовать устранения нарушений своих прав на жилое помещение от любых лиц, включая собственника такого помещения.

Недостижение согласия между собственником и другими лицами – бывшими членами его семьи в вопросе о порядке пользования жилым помещением, где они все проживают, приводит к ограничению данных лиц в праве пользования жилым помещением.

В судебном заседании истец ФИО7 и законный представитель истца ФИО1 – ФИО2 настаивали на исковых требованиях по изложенным в исковом заявлении основаниям с учетом представленных ранее дополнений.

Ответчики ФИО3, ФИО6, ФИО4 и их представитель ФИО15 в судебном заседании исковые требования не признали, просили удовлетворить встречное исковое заявление ФИО3

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора на стороне ответчика, ФИО8 поддержал исковые требования ФИО3

Ответчик ФИО5 в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещен.

В соответствии со статьей 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.

Выслушав пояснения участников процесса, свидетелей ФИО16, ФИО17, ФИО18, исследовав материалы гражданского дела, суд приходит к следующему. 

В силу требований части 1 статьи 40 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на жилище. Никто не может быть произвольно лишен жилища.

В соответствии со статьей 35 Конституции Российской Федерации право частной собственности охраняется законом. Каждый вправе иметь имущество в собственности, владеть, пользоваться и распоряжаться им как единолично, так и совместно с другими лицами.

В соответствии со статьей 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями пункта 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации и статей 12, 35 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Защита гражданских прав осуществляется способами, предусмотренными статьей 12 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно статье 5 Федерального закона от 29 декабря 2004 года № 189-ФЗ «О введении в действие Жилищного кодекса Российской Федерации», к жилищным отношениям, возникшим до введения в действие Жилищного кодекса Российской Федерации, Жилищный кодекс Российской Федерации применяется в части тех прав и обязанностей, которые возникнут после введения его в действие, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Федеральным законом.

Жилищный кодекс Российской Федерации введен в действие с 1 марта 2005 года (статья 1 Федерального закона «О введении в действие Жилищного кодекса Российской Федерации»).

В соответствии с частью 2 статьи 6 Жилищного кодекса Российской Федерации действие акта жилищного законодательства может распространяться на жилищные отношения, возникшие до введения его в действие, только в случаях, прямо предусмотренных этим актом.

Частью 2 статьи 1 Жилищного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что граждане по своему усмотрению и в своих интересах осуществляют принадлежащие им жилищные права, в том числе распоряжаются ими. Граждане свободны в установлении и реализации своих жилищных прав в силу договора и (или) иных предусмотренных жилищным законодательством оснований. Граждане, осуществляя жилищные права и исполняя вытекающие из жилищных отношений обязанности, не должны нарушать права, свободы и законные интересы других граждан.

В силу части 4 статьи 3 Жилищного кодекса Российской Федерации никто не может быть выселен из жилища или ограничен в праве пользования жилищем иначе как по основаниям и в порядке, которые предусмотрены настоящим Кодексом, другими федеральными законами.

В судебном заседании установлено, что ФИО3, ФИО7 и несовершеннолетняя ФИО1 на основании договора о передаче квартиры в собственность № от 25 декабря 2007 года имеют в общей долевой собственности жилой 

<

адрес>-а по 

<

адрес> в 

<

адрес>, по 1/3 доли в праве каждый. Данный факт подтверждается свидетельствами о государственной регистрации прав от 01 февраля 2008 года №, №, №.

Из приватизационного дела на жилой 

<

адрес>-а по 

<

адрес> в 

<

адрес> следует, что на момент приватизации по указанному адресу были зарегистрированы и проживали ФИО3, ее сыновья – ФИО8, ФИО6, дочь – ФИО2, внучка – ФИО1 и внук - ФИО7 Лиц временно отсутствующих, но в соответствии с действующим законодательством, сохраняющих за собой право пользования квартирой, не имелось.

ФИО8, ФИО6 и ФИО2 оформили письменное согласие на приватизацию жилого помещения без их участия.

В судебном заседании установлено, что с 2008 года ФИО7 и ФИО1 по указанному адресу не проживали, в настоящее время имеют намерение вселиться в жилое помещение, в котором они имеют доли в праве, поскольку иного жилья не имеют, ФИО7 вынужден снимать квартиру по договору аренды жилого помещения.

Согласно статье 209 Гражданского кодекса Российской Федерации собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом.

Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.

В соответствии со статьей 288 Гражданского кодекса Российской Федерации собственник осуществляет права владения, пользования и распоряжения принадлежащим ему имуществом в соответствии с его назначением. Жилые помещения предназначены для проживания граждан. Гражданин – собственник жилого помещения может использовать его для личного проживания членов его семьи. Жилые помещения могут сдаваться их собственником для проживания на основании договора.

В силу статьи 304 Гражданского кодекса Российской Федерации собственник имущества может требовать устранения всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения и не были соединены с лишением владения.

Согласно подпункту 1 и 2 статьи 30 Жилищного кодекса Российской Федерации собственник жилого помещения осуществляет права владения, пользования и распоряжения принадлежащим ему на праве собственности жилым помещением в соответствии с его назначением и пределами его использования, которые установлены ЖК РФ. Собственник жилого помещения вправе предоставить во владение и (или) в пользование принадлежащее ему на праве собственности жилое помещение гражданину на основании договора найма, безвозмездного пользования или на ином законном основании.

При установленных обстоятельствах, истцы ФИО7 и ФИО1 наравне с ответчиками обладают законным правом на проживание в квартире, площадь которой позволяет совместное проживание сособственников. Учитывая то, что предоставленная гражданам законом возможность осуществления принадлежащих им прав по своему усмотрению не должна при этом причинять вред другому лицу, право ФИО7 и ФИО1 как сособственников спорного жилого помещения, на вселение в квартиру, также должно осуществляться в соответствии с этим принципом.

На основании изложенного, требование о вселении ФИО7 и ФИО1 в жилой 

<

адрес>-а по 

<

адрес> в 

<

адрес> подлежит удовлетворению.

Из домовой книги следует, что ответчик ФИО6 с 22 мая 2001 года по настоящее время зарегистрирован в спорном жилом помещении.

В судебном заседании истцы ФИО7 и законный представитель ФИО1 – ФИО2 настаивали на признании ФИО6 утратившим право пользования жилым помещением, поскольку последний с 2000 года в доме не проживает, выехал добровольно на постоянное место жительства в другой район. расходы по содержанию дома не несет, членом семьи собственников не является.

В соответствии с частью 4 статьи 31 Жилищного кодекса Российской Федерации в случае прекращения семейных отношений с собственником жилого помещения право пользования данным жилым помещением за бывшим членом семьи собственника этого жилого помещения не сохраняется, если иное не установлено соглашением между собственником и бывшим членом его семьи. 

Вместе с тем статья 19 Федерального закона от 29 декабря 2004 года № 189-ФЗ «О введении в действие Жилищного кодекса Российской Федерации» предусмотрено, что действие положений части 4 статьи 31 Жилищного кодекса Российской Федерации не распространяется на бывших членов семьи собственника приватизированного жилого помещения при условии, что в момент приватизации данного жилого помещения указанные лица имели равные права пользования этим помещением с лицом, его приватизировавшим, если иное не установлено законом или договором.

В силу разъяснений, содержащихся в абзаце 3 пункта 18 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 02 июля 2009 года № «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при применении Жилищного кодекса Российской Федерации», к названным в статье 19 Вводного закона бывшим членам семьи собственника жилого помещения не может быть применен пункт 2 статьи 292 Гражданского кодекса Российской Федерации, так как, давая согласие на приватизацию занимаемого по договору социального найма жилого помещения, без которого она была бы невозможна (ст. 2 Закона Российской Федерации от 04.07.1991 г. № «О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации»), они исходили из того, что право пользования данным жилым помещением для них будет носить бессрочный характер и, следовательно, оно должно учитываться при переходе права собственности на жилое помещение по соответствующему основанию к другому лицу (например, купля-продажа, мена, дарение, рента, наследование).

Таким образом, из содержания указанных норм следует, что согласие всех лиц, проживающих в жилом помещении, является обязательным условием для его приватизации. При этом следует учитывать, что, дав согласие на приватизацию жилого помещения, лицо исходило из того, что право пользования данным жилым помещением для него будет носить бессрочный характер, следовательно, его права должны быть учтены при переходе права собственности на жилое помещение к другому лицу, поскольку иное толкование нарушало бы положения ст. 40 Конституции РФ.

В связи с изложенным требование истцов о признании ФИО6 утратившим право пользования жилым помещением по адресу: 

<

адрес>-а, в силу требований вышеназванного законодательства удовлетворению не подлежит.

В части требования о выселении ФИО4 и ее супруга ФИО5 из спорного жилого помещения суд приходит к следующему. 

На основании решения Анивского райисполкома от 11 декабря 1991 года ФИО3 17 декабря 1991 года выдан ордер № на служебное жилое помещение; ордер выдан на состав семьи 5 человек – ФИО3, сыновья – ФИО8 и ФИО6, дочери – ФИО19 и ФИО20

Согласно поквартирной карточке формы «Б» в 2003 году ФИО21 снялась с регистрационного учета по указанном адресу. 

Из приватизационного дела на жилой 

<

адрес>-а по 

<

адрес> в 

<

адрес> следует, что на момент приватизации жилого дома в декабре 2007 года ФИО4 не имела в нем регистрацию, от участия в приватизации в пользу иных не отказывалась.

По сообщению ОМВД Росси по Анивскому городскому округу ФИО4 зарегистрирована по месту жительства по адресу: 

<

адрес>-а, с 29 марта 2008 года по настоящее время, что также подтверждается сведениями из домовой книги для прописки граждан.

Вместе с тем, согласно выписке из Единого государственного реестра недвижимости от 01 февраля 2018 года ФИО4 на основании договора купли-продажи от 09 декабря 2014 года является собственником двухкомнатной квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес>.

Согласно сведениям той же домовой книги ФИО5 имел временную регистрацию в спорном жилом помещении с 18 июля 2014 года по 17 июля 2017 года и с 28 июля 2017 года по 28 июля 2020 года зарегистрирован по месту пребывания в квартире, принадлежащей на праве собственности его супруге ФИО4

В судебном заседании истец ФИО7 и законный представитель ФИО1 - ФИО2 просили суд учесть, что они согласия на регистрацию ответчиков ФИО4 и ФИО5 в принадлежащем им на праве долевой собственности жилом помещении не давали, таким образом ответчики были зарегистрированы в спорном жилом помещении незаконно.

В ходе рассмотрения дела, ответчики ФИО4 и ФИО5 не смогли представить доказательств того, что были вселены в спорное жилое помещение с согласия истцов ФИО7 и ФИО1, как члены семьи истцов.

Ответчик ФИО4 в судебном заседании просила в исковых требованиях отказать, поскольку она и её муж ФИО5 выехали из спорного жилого помещения добровольно.

В то же время доказательств того, что ФИО4 и ФИО5 выехали из спорного жилого помещения сторонами не представлено.

В ходе выездного судебного заседания, проведенного в спорном жилом помещении 25 мая 2018 года, ФИО4 не оспаривала, что фактически проживает со своей семьёй в комнатах 2 и 3 спорного жилого помещения.

В соответствии с частью 1 статьи 35 Жилищного кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями статьи 304 ГК РФ, а также статьи 30 ЖК РФ, в случае прекращения у гражданина права пользования жилым помещением по основаниям, предусмотренным настоящим Кодексом, другими федеральными законами, договором, или на основании решения суда данный гражданин обязан освободить соответствующее жилое помещение (прекратить пользоваться им). Если данный гражданин в срок, установленный собственником соответствующего жилого помещения, не освобождает указанное жилое помещение, он подлежит выселению по требованию собственника на основании решения суда.

Суд принимает во внимание, что ответчики ФИО4 и ФИО5 не являются членами семьи истцов ФИО7 и ФИО1, истцы ФИО7 и ФИО1 не желают, чтобы ответчики проживали в принадлежащем им на праве собственности жилом помещении, поскольку их проживание в вышеуказанном доме препятствует им в реализации права владения, пользования и распоряжения жилым помещением по своему усмотрению.

На основании изложенного суд приходит к выводу о том, что требования истцов о выселении ФИО4 и ФИО5 из занимаемого жилого помещения подлежат удовлетворению.

Разрешая исковые требования ФИО7 и ФИО1, а также встречные исковые требования ФИО3 о выделении им доли в праве общей долевой собственности на жилое помещение в натуре в виде комнат с номерами согласно техническому паспорту 2 и 3, суд приходит к следующему.

В силу положений части 3 статьи 17 Конституции Российской Федерации, осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

Согласно части 1 статьи 30 Жилищного кодекса Российской Федерации собственник жилого помещения осуществляет права владения, пользования и распоряжения принадлежащим ему на праве собственности жилым помещением в соответствии с его назначением и пределами его использования, которые установлены настоящим Кодексом.

В соответствии с пунктом 1 и 2 статьи 247 Гражданского кодекса Российской Федерации владение и пользование имуществом, находящимся в долевой собственности, осуществляются по соглашению всех ее участников, а при недостижении согласия - в порядке, устанавливаемом судом. Участник долевой собственности имеет право на предоставление в его владение и пользование части общего имущества, соразмерной его доле, а при невозможности этого вправе требовать от других участников, владеющих и пользующихся имуществом, приходящимся на его долю, соответствующей компенсации.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 37 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации №, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 8 от 01 июля 1996 года «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», разрешая требование об определении порядка пользования имуществом, находящимся в долевой собственности, суд учитывает фактически сложившийся порядок пользования имуществом, который может точно не соответствовать долям в праве общей собственности, нуждаемость каждого из сособственников в этом имуществе и реальную возможность совместного пользования.

По смыслу положения статьи 247 Гражданского кодекса Российской Федерации и вышеуказанных разъяснений определение порядка пользования общим имуществом между сособственниками возможно лишь тогда, когда в исключительное (ни от кого не зависящее) пользование и владение участника долевой собственности может быть передано конкретное имущество (часть общего имущества, соразмерная доле в праве собственности на это имущество).

В этой связи при разрешении заявленных требований суд должен учитывать не только сложившейся порядок пользования имуществом, нуждаемость каждого из сособственников в этом имуществе, но и реальную возможность пользования жилой площадью без нарушения прав других лиц, имеющих право пользования жилым помещением, что судом сделано не было.

В ходе выездного судебного заседания установлено, что фактическая планировка спорного жилого помещения в части спорных комнат №№ и 3 не соответствует содержащему в деле правоустанавливающих документов «Техническому паспорту» и имеющемуся в нем «Поэтажному плану».

Так согласно «Техническому паспорту» и имеющемуся в нем «Поэтажному плану», комната № площадью 17.1 м2 имеет веранду и отдельный вход, при этом является смежной с комнатой № площадью 9.3 м2, которая находится в фактическом пользовании ФИО8 и не является предметом спора в указанной части исковых требований. Комната № площадью 14.1 м2 так же имеет веранду и отдельный вход, при этом является смежной с комнатой № площадью 17,5 м2, которая находится в фактическом пользовании ФИО8 и не является предметом спора в указанной части исковых требований.

Фактически комната № не имеет веранды и отдельного входа и является смежной с комнатой №.

Таким образом установлено, что комната № является запроходной, пользование которой невозможно без использования комнаты №. Комната № является проходной и не может быть использована как изолированное жильё.

Соответственно, в случае удовлетворения исковых требований ФИО7 и ФИО1, а также встречных исковых требований ФИО3 о выделении им доли в праве общей долевой собственности на жилое помещение в натуре в виде комнат с номерами согласно техническому паспорту № и №, решение суда в данной части являлось бы неисполнимым.

На основании изложенного, учитывая установленные по делу обстоятельства и положения вышеприведенного законодательства, суд отказывает в удовлетворении исковых требований о выделении ФИО7 доли в праве собственности на жилой дом в натуре в виде комнаты №, а ФИО1 в виде комнаты № в 

<

адрес>-а по 

<

адрес> в 

<

адрес> и в удовлетворении встречных исковых требований ФИО3 о выделении ей в натуре в праве общей долевой собственности комнат № и № 

<

адрес>-а по 

<

адрес> в 

<

адрес>.

Руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

решил:

Исковые требования ФИО7 и ФИО1 удовлетворить частично.

Вселить ФИО7 и ФИО1 в жилой дом по адресу: 

<

адрес>.

Выселить ФИО4 и ФИО5 из жилого дома по адресу: 

<

адрес>.

В части исковых требований ФИО7 и ФИО1 о признании ФИО6 утратившим право пользования жилым помещением по адресу: 

<

адрес> – отказать.

В части исковых требований ФИО7 и ФИО1 о выделении им доли в праве собственности на жилое помещение по адресу: 

<

адрес>, в натуре, в виде комнаты № - ФИО7, комнаты № - ФИО1 - отказать.

В удовлетворении встречных исковых требований ФИО3 к ФИО7 и ФИО1 о выделе ей в натуре, в праве общей долевой собственности на жилой дом по адресу: 

<

адрес>, комнат № и № - отказать в полном объеме.

Решение может быть обжаловано в Сахалинский областной суд через Анивский районный суд в течение месяца со дня вынесения решения в окончательной форме.

Решение в окончательной форме изготовлено 23 июля 2018 года.

Председательствующий И.В. Нужный

Копия верна: судья И.В. Нужный