2-236/2020

56RS0032-01-2020-000053-12

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Соль-Илецк 26 февраля 2020 года

Соль-Илецкий районный суд Оренбургской области в составе:

председательствующего судьи Сидоренко Ю.А.,

при секретаре Титановой Э.А.,

с участием истца ФИО1

представителя ответчика ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФКУ ИК-6 УФСИН России по 

<

адрес> о признании действий незаконными и компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился с вышеназванным иском указав, что до 15.10.2019 г. отбывал наказание в ФКУ ИК-6 УФСИН России по Оренбургской области, администрация учреждения подвергла его грабежу. В июне 2019 г. администрация учреждения удержала из его заработной платы 344,16 рубля за вещевое довольствие. В июле 2019 г. удержали 1957,50 рублей, при этом он получил всего лишь два полотенца. В августе 2019 г. за вещевое довольствие удержали 2043, 77 рублей, между тем он ничего не получал. Тем самым ему был причинен значительный материальный ущерб и моральный вред, поскольку он испытывал сильные душевные страдания. Просил суд признать действия ответчика незаконными, обязать вернуть ему высчитанную незаконным образом из заработной платы за июнь, июль, август 2019 г. сумму в размере 4345 рублей, за исключением суммы, которую должны были удержать за два простых полотенца. Присудить ему справедливую компенсацию вреда за нарушение его прав, предусмотренных Российским законодательством в размере 10 000 рублей. Передать материалы в следственные органы, в случае если они подпадают под ответственность в уголовном законодательстве. Обязать ответчика в месячные срок присужденную компенсацию перевести на его счет.

Впоследствии увеличил заявленные требования, указав, что за питание у него с заработной платы удержали: в июне 2019 г. 3 163,16 рубля; в июле 2019 г. 3 138,71 рубля; в августе 2019 г. 3 150,46 рубля, тогда как сумма, выделяемая в сутки на питание, составляет 69 рублей. Вычеты за коммунальные услуги составили: в июне 2019 года 941 рубль; в июле 2019 г. 941 рубль; в августе 2019 г. 1011 рублей. Полагал, что вычеты необоснованно завышены. Указал, что ему несвоевременно выдавали вещевое довольствие, и совсем лишили свитера трикотажного, двух сорочек, фуфайки с длинным и коротким рукавом, носок, нижнего белья, сапог комбинированных, летнего головного убора, из за чего ему было жарко ходить в костюме, а зимой холодно. Страдания причиняло то, что администрация учреждения убеждала всех, что осужденным к лишению свободы, указанные вещи не положены. Просил произвести перерасчет вычетов за питание, коммунальные услуги за июнь, июль, август 2019 г. с учетом установленных в суде обстоятельств, и высчитанную незаконно сумму вернуть ему. За причинение морального вреда назначить компенсацию добавочно к требованиям, заявленным в первом исковом заявлении в размере 50 000 рублей.

В судебном заседании истец пояснил, что после изучения представленных ответчиком документов, просит взыскать с ответчика за вещевое довольствие сумму в размере 3319, 43 копейки, поскольку майку и полуботинки на общую сумму 1025,50 рублей он получил в августе 2019 г., указанную сумму не поддерживает, т.е. в указанной части уменьшает заявленные требования на сумму 1025,50 рублей. Поскольку был представлен расчет среднесуточной стоимости питания, где указано, что в июне среднесуточная стоимость питания составила 69,99 рублей, в июле 70,40 рублей, в августе 66,66 рублей, следовательно, за питание с него должны были удержать: в июне вместо 3163,44 рублей- 2066,40 рублей; в июле вместо 3138,71 рублей- 2182,40 рублей; в августе вместо 3150,46 рублей- 2066,46 рублей, излишне удержанная сумма составила 3 137,95 рублей, с учетом суммы за вещевое довольствие, просил взыскать с ответчика в его пользу 6 457,38 рублей. Полагал, что поскольку с октября 2015 г. он не работал, государство должно было возмещать за него все расходы, и он ничего ответчику не должен. Также пояснил, что при этапировании его в ФКУ ИК-6 УФСИН России вещевое довольствие- костюм он оставил в ФКУ ИК-6 УФСИН России по Оренбургской области, поскольку уезжал в личных вещах. Требования о компенсации морального вреда поддержал в полном объеме. Требования по взысканию коммунальных услуг в судебном заседании не поддержал, поскольку согласился с представленным ответчиком расчетом, претензий по удержанным за коммунальные услуги суммы не имеет.

Представитель ответчик в судебном заседании исковые требования не признал и пояснил, что все расчеты и удержания произведены законно и обоснованно, в соответствии с действующими нормативно- правовыми актами, просил в удовлетворении иска отказать.

Выслушав истца, представителя ответчика, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

В соответствии со статьей 53 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

В соответствии со статьей 10 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации при исполнении наказаний осужденным гарантируются права и свободы граждан Российской Федерации с изъятиями и ограничениями, установленными уголовным, уголовно-исполнительным и иным законодательством Российской Федерации. Права и обязанности осужденных определяются Уголовно-исполнительным кодексом Российской Федерации, исходя из порядка и условий отбывания конкретного вида наказания.

Минимальные нормы питания и материально-бытового обеспечения осужденных устанавливаются Правительством Российской Федерации. Нормы вещевого довольствия осужденных утверждаются федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере исполнения уголовных наказаний. Осужденные, не работающие по независящим от них причинам, осужденные, не получающие пенсии, обеспечиваются питанием и предметами первой необходимости за счет государства (часть 3 статьи 99 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации).

В соответствии с ч. 4 ст. 99 Уголовно-исполнительного кодекса РФ осужденные, получающие заработную плату, и осужденные, получающие пенсию, возмещают стоимость питания, одежды, коммунально-бытовых услуг и индивидуальных средств гигиены, кроме стоимости специального питания и специальной одежды. Возмещение стоимости питания, одежды, коммунально-бытовых услуг и индивидуальных средств гигиены производится ежемесячно в пределах фактических затрат, произведенных в данном месяце.

Согласно ст. 107 Уголовно-исполнительного кодекса РФ из заработной платы, пенсий и иных доходов осужденных к лишению свободы производятся удержания для возмещения расходов по их содержанию в соответствии с частью четвертой статьи 99 настоящего Кодекса.

В судебном заседании установлено и следует из материалов дела, что ФИО1 осужден 11.12.1997 года Иркутским областным судом к пожизненному лишению свободы. 14.03.2001 г. прибыл в ФКУ ИК-6 УФСИН России по Оренбургской области. 15.10.2019 г. выбыл из ФКУ ИК-6 УФСИН России по Оренбургской области в ФКУ 

<

данные изъяты>, что подтверждается справкой ФКУ ИК-6 УФСИН России по Оренбургской области без номера и даты.

Приказом №-с от 08.10.2008 г. ФИО1 трудоустроен на должность 

<

данные изъяты>, снят с должности приказом №-ос от 09.07.2015 г., трудоустроен на должность 

<

данные изъяты> приказом №-ос от 03.04.2018 г., снят с должности 15.10.2019 г. приказом №-ос от 17.10.2019 г. Убыл в ФКУ 

<

данные изъяты> 15.10.2019 г., что подтверждается справкой ФКУ ИК-6 УФСИН России по 

<

адрес>.

Из представленного свода начислений, удержаний, выплат за май 2019 г.- август 2019 г. следует, что за вещевое довольствие с заработной платы ФИО1 удержано: в июне 2019 г. 344,16 рублей; в июле 2019 г. 1957,50 рублей; в августе 2019 г. 2 043,77 рублей.

Согласно справке- расчету выданного вещевого имущества и произведенных удержаний осужденному ФИО1 выдано: в марте 2015 г. рубаха, стоимостью 280,48 рублей, майка, стоимостью 104,55 рублей, трусы, стоимостью 50,21 рублей; в мае 2015 г. простынь 2 шт., стоимостью 101,67 рублей за единицу, наволочка, стоимостью 52,54 рубля; в июле 2015 г. куртка, стоимостью 491,51 рубль; в октябре 2015 г. белье нательное теплое, стоимостью 279,87 рублей; в июле 2018 г. костюм х/б, стоимостью 706,97 рублей; в октябре 2018 г. тапочки, стоимостью 4,95 рублей; в ноябре 2018 г. телогрейка, стоимостью 1145 рублей; в августе 2019 г. майка, стоимостью 116,50 рублей, полуботинки летние, стоимостью 909,50 рублей. Всего за указанный период ФИО1 вещевое довольствие выдано на сумму 4345,43 рублей. В июне, июле, августе 2019 г. указанная сумма с истца была удержана.

Стоимость выданного вещевого довольствия подтверждается накладными на отпуск материалов на сторону от 01.09.2015 г., 07.07.2015 г., 19.04.2017 г., 08.05.2018 г., 28.11.2018 г.

Факт выдачи ФИО1 вышеперечисленного вещевого довольствия подтверждается арматурной карточкой по учету вещевого довольствия ФИО1, раздаточными ведомостями за март 2015 г., июль 2015 г., октябрь 2015 г., июль 2018 г., октябрь 2018 г., август 2019 г., что также не оспаривалось истцом.

Из анализа представленных доказательств, следует, что поскольку из заработной платы ФИО1 удержаний за выданное вещевое довольствие произведено не было, ФКУ ИК-6 правомерно удержало стоимость вещевого довольствия в июне, июле, августе 2019 г., удержания из заработной платы стоимости вещевого довольствия являлись правомерными, к тому же положения ч. 4 ст. 99 УИК РФ не содержат прямого запрета на удержание из заработной платы осужденного стоимости вещевого довольствия, выданного в предыдущий период.

Кроме того, как следует из п. 45 приказа Минюста России от 13 января 2006 г. N 2 "Об утверждении Инструкции об оказании содействия в трудовом и бытовом устройстве, а также оказании помощи осужденным, освобождаемым от отбывания наказания в исправительных учреждениях уголовно-исполнительной системы", в случаях невозмещения к моменту освобождения стоимости одежды, выданной осужденным в ИУ, из средств, имеющихся на их лицевых счетах, удерживается ее остаточная стоимость, после чего указанная одежда переходит в их собственность.

Учитывая, что ФИО1 15.10.2019 г. для дальнейшего отбывания наказания выбыл в ФКУ 

<

данные изъяты> краю, а к моменту его этапирования им была не возмещена стоимость вещевого довольствия администрация ФКУ ИК-6 УФСИН России по Оренбургской области руководствуясь вышеназванной инструкцией правомерно удержала стоимость вещевого довольствия, которое в последующем перешло в его собственность, что подтверждается описью личных вещей ФИО1, предоставленной ФКУ ИК-6 УФСИН России по Оренбургской области. Тот факт, что ФИО1 при этапировании оставил костюм х/б в ФКУ ИК-6, не свидетельствует о том, что костюм не перешел в его собственность, поскольку истец распорядился им по своему усмотрению, оставив его в ФКУ ИК-6, каких- либо препятствий взять костюм с собой ему не чинилось.

Учитывая положения ст. 56 ГПК РФ, исходя из того, что ответчиком представлены доказательства возникновения у истца обязанности оплатить расходы, по поводу которых возник спор, а также отсутствия предусмотренных Уголовно-исполнительным кодексом РФ оснований освобождения истца от исполнения указанных обязанностей, суд отказывает в удовлетворении заявленных требований.

Приказом Министерства юстиции Российской Федерации от 03 декабря 2013 года N 216 утверждены нормы вещевого довольствия осужденных к лишению свободы и лиц, содержащихся в следственных изоляторах.

Нормы вещевого довольствия осужденных мужчин, отбывающих наказания в исправительных колониях общего, строгого, особого режимов и колониях-поселениях, отражены в приложении N 1 указанного приказа.

В соответствии с нормами вещевого довольствия осужденных мужчин, отбывающих наказания в исправительных колониях общего, строгого, особого режимов и колониях-поселениях, являющихся приложением к названному приказу, данным лицам выдаются: головной убор зимний, головной убор летний, куртка утепленная, свитер трикотажный, брюки утепленные, пантолеты литьевые в количестве по 1 штуке сроком носки на 3 года; 2 комплекта костюма сроком носки на 3 года; сорочка верхняя - 2 штуки со сроком носки 2 года 6 мес.; белье нательное 2 комплекта сроком носки на 3 года; белье нательное теплое 2 комплекта со сроком носки 3 года; майки в количестве 3 штук сроком носки на 2 года; трусы - 2 штуки со сроком носки 1 год; носки хлопчатобумажные 4 пары и носки полушерстяные 2 пары сроком носки на 1 год; рукавицы утепленные 1 пара сроком носки на 1 год; тапочки 1 пара сроком носки на 3 года; ботинки комбинированные - 1 пара сроком носки на 3 года; сапоги мужские комбинированные зимние 1 пара сроком носки на 2 года 6 мес.; полуботинки летние 1 пара сроком носки на 2 года.

Пунктом 2 Порядка обеспечения вещевым довольствием осужденных к лишению свободы, отбывающих наказание в исправительных учреждениях, и лиц, содержащихся в следственных изоляторах (приложение N 3), утвержденного Приказом Минюста России от 03 декабря 2013 года N 216, установлено, что сроки носки предметов вещевого довольствия исчисляются с момента фактической выдачи. Выдача вещевого довольствия вновь осужденным осуществляется в день их прибытия в исправительное учреждение. Последующая выдача вещевого довольствия производится по письменному заявлению осужденных к лишению свободы и лиц, содержащихся в следственных изоляторах, но не ранее истечения установленных сроков носки находящихся в пользовании предметов.

Исходя из буквального толкования пункта 2 Порядка, письменное заявление о выдаче вещевого довольствия требуется, в том числе, и после истечения срока носки, поскольку до его истечения повторная выдача названным пунктом Порядка не предусмотрена.

Между тем, материалы дела не содержат доказательств того, что ФИО1 обращался с заявлением о выдаче ему свитера трикотажного, сапог комбинированных, летнего головного убора. Из раздаточных ведомостей следует, что нательное белье истец получал, а выдача фуфайки с длинным и коротким рукавом нормами вещевого довольствия не предусмотрено.

Постановлением Правительства Российской Федерации от 11.04.2005 N 205 утверждены минимальные нормы питания и материально-бытового обеспечения осужденных к лишению свободы, а также о нормы питания и материально-бытового обеспечения подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений, находящихся в следственных изоляторах Федеральной службы исполнения наказаний на мирное время.

Из представленных в суд раскладки продуктов, следует, что питание осужденным, в том числе ФИО1, обеспечивалось три раза в сутки в соответствии с минимальными нормами, утвержденными постановлением Правительства РФ от 11 апреля 2005 г. N 205. Продукты питания расходуются в соответствии с раскладкой продуктов, которая составляется на неделю и утверждается начальником учреждения.

В копиях раскладок продуктов, вкладываемых в котел на одного человека в сутки по минимальной норме за период с 29.04.20119 г. по 01.09.2019 г., содержится указание относительно 100 мл молока, мяса 90 гр., рыбы 100 гр., мясо птицы 30 гр., либо взамен консервированное мясо птицы 22,5 гр., яйцо куриное 2 шт. в неделю, что опровергает довод истца о том, что указанные продукты ему не предоставлялись.

Из расчета среднесуточной стоимости питания за июнь 2019 г. следует, что среднесуточная стоимость одного набора продуктов составляет 69,99 руб., среднесуточная стоимость затрат (амортизация оборудования, зарплата осужденных (в том числе начисления на зарплату), зарплата сотрудников (в том числе начисления на зарплату), стоимость электроэнергии, стоимость тепло энергии, стоимость водоснабжения и водоотведения) 34,63 руб., таким образом среднесуточная стоимость 1 пайка составляет 104,62 руб. Стоимость к удержанию из зарплаты осужденных составила 3138,71 руб. (104,62х30=3138,71). 

Согласно расчету среднесуточной стоимости питания за июль 2019 г., среднесуточная стоимость одного набора продуктов составляет 70,4 руб., среднесуточная стоимость затрат (амортизация оборудования, зарплата осужденных (в том числе начисления на зарплату), зарплата сотрудников (в том числе начисления на зарплату), стоимость электроэнергии, стоимость тепло энергии, стоимость водоснабжения и водоотведения) 31,23 руб., таким образом среднесуточная стоимость 1 пайка составляет 101,63 руб. Стоимость к удержанию из зарплаты осужденных составила 3150,46 руб. (101,63 х31=3150,53). 

Согласно расчету среднесуточной стоимости питания за август 2019 г., среднесуточная стоимость одного набора продуктов составляет 66,66 руб., среднесуточная стоимость затрат (амортизация оборудования, зарплата осужденных (в том числе начисления на зарплату), зарплата сотрудников (в том числе начисления на зарплату), стоимость электроэнергии, стоимость тепло энергии, стоимость водоснабжения и водоотведения) 32,76 руб., таким образом среднесуточная стоимость 1 пайка составляет 99,42 руб. Стоимость к удержанию из зарплаты осужденных составила 3082,14 руб. (99,42 х31=3082,14). 

Из представленного свода начислений, удержаний, выплат за май 2019 г.- август 2019 г. следует, что за питание из заработной платы ФИО1 удержано: в июне 2019 г. 3 163,44 рублей; в июле 2019 г. 3138,71 рублей; в августе 2019 г. 3150,46 рублей. При этом суд учитывает, что стоимость питания удерживается из заработной платы осужденного исходя из стоимости питания предыдущего месяца, в связи с чем получается, что в июне 2019 г. и истца удержано на 25 рублей больше, в июле 2019 г. на 11 руб. 75 копеек меньше, в августе 2019 г. на 68,32 больше стоимости питания, рассчитанной за каждый месяц.

Оценив представленные доказательства в совокупности, суд приходит к выводу о том, что питание ФИО1 обеспечивалось ответчиком в соответствии с минимальными нормами, утвержденными постановлением Правительства РФ от 11 апреля 2005 г. N 205, стоимость питания обоснованно и в пределах понесенных ответчиком затрат удерживалось с заработной платы истца, в связи с чем оснований для удовлетворения заявленных требований не имеется.

Довод ответчика о том, что стоимость питания должна складываться из суммы 69 рублей за месяц, является необоснованным, поскольку в июле 2019 г. среднесуточная стоимость одного набора продуктов составила 69,99 рублей, с учетом амортизации оборудования, зарплаты осужденных и сотрудников, занятых на приготовлении пищи, с учетом стоимости электроэнергии, теплоэнергии, водоснабжения и водоотведения, затраченных на приготовление пищи, среднесуточная стоимость пайка составила 104,62 руб. В июле эта сумма составила 101,63 рублей, в августе 99,42 руб.

С представленным ответчиком расчетом удержаний за коммунально- бытовые услуги за период с июня по август 2019 г. суд соглашается и признает его обоснованным, истцом данный расчет признан также верным, требования и перерасчете удержаний за коммунальные услуги истец в судебном заседании не поддерживал. 

Учитывая вышеизложенное, действия ответчика по удержанию денежных средств из заработной платы ФИО1 за коммунальные услуги законны и обоснованы.

Как разъяснено в пункте 2 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20 декабря 1994 г. N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда", под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.

В соответствии с пунктом 1 статьи 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренным законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В силу пункта 2 статьи 1099 ГК РФ, моральный вред, причиненный действиями (бездействием), нарушающими имущественные права гражданина, подлежит компенсации в случаях, предусмотренных законом.

Согласно статье 1101 ГК РФ, размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.

Установленная законом презумпция вины причинителя вреда предполагает, что потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт причинения вреда, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред. Доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик.

Обязательным условием наступления ответственности при причинении вреда в результате действий должностных лиц является совокупность элементов состава правонарушения: наличие вреда; вина причинителя вреда; причинная связь между наступившим вредом и действиями (бездействием) причинителя вреда; противоправность действий (бездействия).

Применительно к рассмотрению требований о компенсации морального вреда, потерпевшему (истцу), тем самым, следовало представить, доказательства, одновременно подтверждающие наличие со стороны ответчика противоправных действий, находящихся в причинно-следственной связи с причинением ему нравственных страданий, а также доказательства причинения ему вреда, т.е. нравственных или физических страданий.

Между тем, из материалов дела следует, что причинная связь между действием ФКУ ИК-6 УФСИН России по Оренбургской области и нарушением неимущественных прав истца отсутствует, доказательств наличия нравственных страданий ФИО1 не предоставлено.

Согласно части 1 статьи 56 ГПК РФ, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.

Поскольку истцом не представлено доказательств несения им физических и нравственных страданий, являющихся обязательным условием взыскания компенсации морального вреда, оснований для удовлетворения его требований не имеется.

Руководствуясь ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО1- отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Оренбургский областной суд через Соль-Илецкий районный суд в течение месяца со дня вынесения. 

Судья: Сидоренко Ю.А.

Решение в окончательном форме изготовлено 04.03.2020 г.

Судья: Сидоренко Ю.А.