Дело № 2а-1886/2020

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

08 июля 2020 года город Белгород

Свердловский районный суд г. Белгорода в составе:

председательствующего судьи Чернышовой О.П.,

при секретаре Богачевой С.А.,

с участием административного истца ФИО5, её представителя ФИО6, представителя административного ответчика ФИО7,

рассмотрев в открытом судебном заседании административное дело по административному иску ФИО5 к акционерному обществу «Медицинская акционерная страховая компания» о признании отказа в предоставлении результатов экспертизы незаконным,

установил:

ФИО5 обратилась в суд с административным исковым заявлением к акционерному обществу «Медицинская акционерная страховая компания», просила признать незаконным отказ Акционерного общества «Медицинская акционерная страховая компания» в лице филиала АО «МАКС-М» в г. Белгороде в предоставлении ФИО5 возможности ознакомиться с заключением экспертизы качества медицинской помощи, оказанной её супругу ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, умершему ДД.ММ.ГГГГ, проведенной при рассмотрении её жалобы от ДД.ММ.ГГГГ на ненадлежащее оказание медицинской помощи; возложить на Акционерное общество «Медицинская акционерная страховая компания» в лице филиала АО «МАКС-М» в г. Белгороде обязанность предоставить возможность ФИО5 ознакомиться с заключением экспертизы качества медицинской помощи, оказанной её супругу ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, умершему ДД.ММ.ГГГГ, и всеми другими материалами проверки проведенной при рассмотрении её жалобы от ДД.ММ.ГГГГ на ненадлежащее оказание медицинской помощи.

В обосновании требований административный истец ссылалась на то, что ДД.ММ.ГГГГ в отделении 

<

данные изъяты> № 

<

адрес>» умер её супруг ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения.

года она обратилась в филиал АО «МАКС-М» в г. Белгороде с жалобой на ненадлежащее оказание медицинской помощи умершему супругу.

В жалобе просила:

провести серьезное медицинское разбирательство;

поставить вопрос о профессиональной компетенции 

<

данные изъяты> ФИО2, который так и не смог поставить правильный диагноз и отправил больного домой с острой болью; других указанных в жалобе врачей, проявивших равнодушие и непрофессионализм; 

поставить вопрос о правомерности вливания препаратов через капельницу, назначенных врачом ФИО3, в результате чего наступил летальный исход;

поставить вопрос об освобождении от занимаемой должности гл. врача больницы ФИО4, как не сумевшего организовать работу указанного медицинского учреждения как именно больницы скорой помощи, где никакой скорой помощи фактически нет.

о результатах рассмотрения жалобы сообщить письменно по указанному адресу.

В ответах от ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ ей отказано в предоставлении возможности ознакомиться с результатами экспертизы, с указанием на недопустимость разглашения врачебной тайны и необходимость предоставления ею нотариальной доверенности, оформленной ФИО1 прижизненно. Иных сведений по её жалобе ответы не содержали.

В судебном заседании административный истец и её представитель требования поддержали.

Представитель административного ответчика административный иск не признал по основаниям, указанным в отзыве.

Выслушав административного истца, её представителя, представителя административного ответчика, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

В судебном заседании установлено и следует из материалов дела, что административный истец ФИО5 является супругой, умершего ДД.ММ.ГГГГ ФИО1

В связи с возникшими сомнениями в качестве оказания медицинской помощи административный истец ФИО5 ДД.ММ.ГГГГ обратилась в филиал АО «МАКС-М» в г. Белгороде с жалобой на ненадлежащее оказание медицинской помощи умершему супругу.

Согласно ответу филиала АО «МАКС-М» в г. Белгороде № от ДД.ММ.ГГГГ следует, что на статьи 13 и 79 Федерального Закона от 21.11.2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» результаты экспертизы, проведенной по жалобе ФИО5 могут быть предоставлены ей только на основании нотариально заверенной доверенности, выданной умершим мужем прижизненно.

В ответ на полученный промежуточный ответ ДД.ММ.ГГГГ ФИО5 подала в филиал АО «МАКС-М» в г. Белгороде заявление, в котором указала, что на основании Постановления Конституционного Суда РФ от 13.01.2020 года № 1-П «По делу о проверке конституционности частей 2 и 3 статьи 13, пункта 5 части 5 статьи 19 и части 1 статьи 20 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» в связи с жалобой гражданки ФИО8», она имеет право на получение всей интересующей её информации, касающейся оказания медицинской помощи умершему супругу.

В ответе № от ДД.ММ.ГГГГ филиал АО «МАКС-М» в г. Белгороде снова указал на возможность ознакомления с результатами экспертизы на основании нотариально заверенной доверенности, выданной ФИО1 прижизненно, мотивировав это недопустимостью разглашения врачебной тайны. При этом ни на один из поставленных ею в жалобе вопросов ответа не получено.

В соответствии со статьей 13 Федерального закона от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», регулирующей вопросы соблюдения врачебной тайны, не допускается разглашение сведений, составляющих врачебную тайну, в том числе после смерти человека, лицами, которым они стали известны при обучении, исполнении трудовых, должностных, служебных и иных обязанностей, за исключением случаев, установленных частями 3 и 4 данной статьи (часть 2); с письменного согласия гражданина или его законного представителя допускается разглашение сведений, составляющих врачебную тайну, другим гражданам, в том числе должностным лицам, в целях медицинского обследования и лечения пациента, проведения научных исследований, их опубликования в научных изданиях, использования в учебном процессе и в иных целях (часть 3).

Пункт 5 части 5 статьи 19 этого Федерального закона предусматривает право пациента на получение информации о своих правах и обязанностях, состоянии своего здоровья, выбор лиц, которым в интересах пациента может быть передана информация о состоянии его здоровья.

В Определении Конституционного Суда РФ от 09.06.2015 № 1275-О указано, что правовая позиция относительно касающейся умершего лица тайны, с которой с учетом баланса конституционных ценностей могут быть ознакомлены его близкие, может носить ориентирующий характер применительно к правоотношениям, касающимся врачебной тайны, которую согласно части 1 статьи 13 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» составляют сведения о факте обращения гражданина за оказанием медицинской помощи, состоянии его здоровья и диагнозе, иные сведения, полученные при его медицинском обследовании и лечении. Часть 5 статьи 67 данного Федерального закона устанавливает, по сути, изъятие из общего правила о запрете предоставления таких сведений: в силу ее положений заключение о причине смерти и диагнозе заболевания выдается супругу, близкому родственнику (детям, родителям, усыновленным, усыновителям, родным братьям и родным сестрам, внукам, дедушке, бабушке), а при их отсутствии - иным родственникам либо законному представителю умершего. Соответственно, в случае, когда сведения о причине смерти и диагнозе заболевания пациента доступны заинтересованному лицу в силу закона, сохранение в тайне от него информации о предпринятых мерах медицинского вмешательства, в частности о диагностике, лечении, назначенных медицинских препаратах, не может во всех случаях быть оправдано необходимостью защиты врачебной тайны, особенно с учетом мотивов и целей обращения за такими сведениями.

В Постановлении Конституционного Суда РФ от 13.01.2020 № 1-П выражена правовая позиция, согласно которой в случае неблагоприятного прогноза развития заболевания, исходя из требований части 3 статьи 22 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», информация о состоянии здоровья должна сообщаться в деликатной форме гражданину или его супругу (супруге), одному из близких родственников (детям, родителям, усыновленным, усыновителям, родным братьям и родным сестрам, внукам, дедушкам, бабушкам), если пациент не запретил сообщать им об этом и (или) не определил иное лицо, которому должна быть передана такая информация. Тем самым применительно к указанному случаю определяется необходимость учета доверительных отношений пациента с информируемым лицом, каковым презюмируется супруг (супруга).

По смыслу взаимосвязанных положений частей 2 и 3 статьи 13, пункта 5 части 5 статьи 19, части 1 статьи 20 и части 3 статьи 22 данного Федерального закона, лицо, которому надлежит сообщить сведения о состоянии здоровья пациента, в том числе о неблагоприятном прогнозе развития заболевания, может быть указано пациентом в информированном добровольном согласии на медицинское вмешательство. Кроме того, пациент дополнительно может запретить информировать супруга (супругу) и близких родственников о неблагоприятном прогнозе развития заболевания. Однако если в такой ситуации пациент не запретил информировать своих супруга (супругу), близких родственников и (или) не определил иное лицо, которому должны быть переданы соответствующие сведения о нем, то сведения о неблагоприятном прогнозе развития заболевания сообщаются его супругу (супруге) или одному из близких родственников. Соответственно, тем более возможность получения такой информации супругом (близким родственником) предполагается, если он указан в информированном добровольном согласии пациента на медицинское вмешательство.

Конституционный Суд Российской Федерации постановил, что взаимосвязанные положения частей 2 и 3 статьи 13, пункта 5 части 5 статьи 19 и части 1 статьи 20 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» признаются не соответствующими Конституции Российской Федерации, ее статьям 7 (часть 2), 17, 19 (части 1 и 2), 21 (часть 1), 24, 29 (часть 4), 41 (части 1 и 3), 52 и 55 (часть 3), в той мере, в какой в системе действующего правового регулирования неопределенность их нормативного содержания не позволяет определить условия и порядок доступа к медицинской документации умершего пациента его супруга (супруги), близких родственников (членов семьи) и (или) иных лиц, указанных в его информированном добровольном согласии на медицинское вмешательство.

Постановлением Конституционного Суда РФ от 13.01.2020 № 1-П предписано, что впредь до внесения в законодательство необходимых изменений, вытекающих из настоящего Постановления, медицинским организациям надлежит по требованию супруга (супруги), близких родственников (членов семьи) умершего пациента, лиц, указанных в его информированном добровольном согласии на медицинское вмешательство, предоставлять им для ознакомления медицинские документы умершего пациента, с возможностью снятия своими силами копий (фотокопий), а если соответствующие медицинские документы существуют в электронной форме - предоставлять соответствующие электронные документы. При этом отказ в таком доступе может быть признан допустимым только в том случае, если при жизни пациент выразил запрет на раскрытие сведений о себе, составляющих врачебную тайну.

В судебном заседании не представлено доказательств того, что умерший ФИО1 при жизни выразил запрет на раскрытие сведений о себе, составляющих врачебную тайну.

В силу ч. 7 ст. 9 Федерального закона «О персональных данных» в случае смерти субъекта персональных данных согласие на обработку таких данных дают наследники субъекта персональных данных, если такое согласие не было дано субъектом таких данных при его жизни.

Супруга умершего является наследником первой очереди по закону в силу положений ч. 1 ст. 1142 ГК РФ.

Суд учитывает и то, что запрашивая ФИО5 информация, необходима ей для решения вопроса о качестве оказания медицинской помощи её умершему супругу, т.е. необходима для защиты ее прав. 

руководствуясь ст. ст. 175, 177 КАС РФ, суд

решил:

удовлетворить административный иск ФИО5 к акционерному обществу «Медицинская акционерная страховая компания» о признании отказа в предоставлении результатов экспертизы незаконным.

Признать незаконным отказ Акционерного общества «Медицинская акционерная страховая компания» в лице филиала АО «МАКС-М» в г. Белгороде в предоставлении ФИО5 возможности ознакомиться с заключением экспертизы качества медицинской помощи, оказанной её супругу ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, умершему ДД.ММ.ГГГГ, проведенной при рассмотрении её жалобы от ДД.ММ.ГГГГ на ненадлежащее оказание медицинской помощи.

Возложить на Акционерное общество «Медицинская акционерная страховая компания» в лице филиала АО «МАКС-М» в г. Белгороде обязанность предоставить возможность ФИО5 ознакомиться с заключением экспертизы качества медицинской помощи, оказанной её супругу ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, умершему ДД.ММ.ГГГГ, и всеми другими материалами проверки проведенной при рассмотрении её жалобы от ДД.ММ.ГГГГ на ненадлежащее оказание медицинской помощи.

Взыскать с Акционерного общества «Медицинская акционерная страховая компания» в лице филиала АО «МАКС-М» в г. Белгороде в пользу ФИО5 расходы по уплате государственной пошлины в размере 300 рублей.

Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по административным делам Белгородского областного суда в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Свердловский районный суд города Белгорода.

Мотивированный текст решения изготовлен – 17.07.2020.

Судья 

Решение