Дело № 2-9/2024

УИД №59RS0014-01-2023-001162-37

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

03 октября 2024 года 

Верещагинский районный суд Пермского края

в составе председательствующего Анисимовой В.С.,

при секретаре судебного заседания Малыгиной Ю.Ю.,

с участием прокуроров Тетеновой И.В., ФИО4, 

истцов ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8,

представителя истцов ФИО9,

представителей ответчиков ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО14,

рассмотрев в открытом судебном заседании в г.Верещагино Пермского края гражданское дело по исковому заявлению ФИО5, ФИО1, ФИО15, ФИО6, ФИО2, ФИО8, ФИО7 к Государственному бюджетному учреждению здравоохранения Пермского края «Верещагинская центральная районная больница», Государственному бюджетному учреждению здравоохранения Пермского края «Краснокамская городская больница», Государственному бюджетному учреждению здравоохранения Пермского края «Карагайская центральная районная больница» о компенсации морального вреда, 

установил:

ФИО5, ФИО1, ФИО15, ФИО6, действующий за себя и несовершеннолетнюю дочь ФИО2, ФИО8, ФИО7 обратились в суд с иском к Государственному бюджетному учреждению здравоохранения Пермского края «Верещагинская центральная районная больница» (далее ГБУЗ ПК «ВЦРБ»), Государственному бюджетному учреждению здравоохранения Пермского края «Краснокамская городская больница» (далее ГБУЗ ПК «КГБ»), Государственному бюджетному учреждению здравоохранения Пермского края «Карагайская центральная районная больница» (далее ГБУЗ ПК «КЦРБ») о солидарном взыскании компенсации причиненного морального вреда: ФИО5 в размере 1000000 рублей, ФИО15 - 1000000 рублей, ФИО1 - 1000000 рублей, ФИО6 – 500000 рублей, ФИО2 - 1000000 рублей, ФИО8 – 500000 рублей, ФИО7 - 500000 рублей. 

Требования мотивированы тем, что ФИО3 являлась дочерью ФИО5 и ФИО15, сестрой ФИО8, племянницей ФИО7, сожительствовала с ФИО6, была матерью ФИО1 и ФИО13 ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 заболела, ее беспокоила высокая температура, появился кашель, заложенность носа. ДД.ММ.ГГГГ был вызван на дом участковый терапевт ГБУЗ ПК «ВЦРБ», взят ПЦР тест на COVID, ДД.ММ.ГГГГ получен положительный результат теста. ДД.ММ.ГГГГ сотрудники скорой помощи ГБУЗ ПК «ВЦРБ» увезли ФИО3 в ГБУЗ ПК «КГБ» в акушерское отделение, поскольку она находилась на 7 месяце беременности. ФИО3 пролежала в больнице все выходные – 09,10 октября и понедельник 11 октября, врачи к ней не подходили, лечение она не получала, при поступлении рентген легких не сделали, дотянули до ухудшения состояния ее здоровья и здоровья ребенка, после чего потребовалась экстирпация матки после сложных родов. Рентген легких был сделан 10 октября, 11 октября сделано УЗИ ребенка, 12 октября состояние здоровья ФИО3 резко ухудшилось, она почувствовала себя плохо, у нее упало давление, снизился уровень кислорода, только после этого врачи обратили на нее внимание. С 13 октября ФИО3 на связь не выходила, так как была введена в кому с 14 по ДД.ММ.ГГГГ. Известно, что 15 октября у нее резко упала сатурация кислорода, ее долго реанимировали, в 21:00 ДД.ММ.ГГГГ зафиксирована смерть ФИО3 Истцы полагают, что смерть ФИО3 произошла из-за не своевременного и некачественного лечения, допущенных дефектов оказания медицинской помощи, что подтверждают проведенные ООО «СМК РЕСО-Мед» проверки, а так же Акт проверки по ведомственному контролю качества и безопасности медицинской деятельности Министерства здравоохранения 

<

адрес>. Кроме того, в ходе проверки органом СК РФ была проведена судебная медицинская экспертиза, в заключении эксперта, так же указано на дефекты оказания медицинской помощи в плане врачебной тактики. Смертью ФИО3 истцам причинены моральные страдания, душевная боль на протяжении более 1 года и 8 месяцев. Истцы являлись дружной семьей, часто встречались, ходили в гости друг к другу. В настоящее время, со смертью ФИО3 разрушена целостность семьи. Утрата близкого человека, ввела истцов в состояние стресса на длительное время, оказала негативное влияние на здоровье каждого из них. В результате смерти ФИО3 было нарушено психологические благополучие всех членов семьи, потерявших возможность вести прежнюю жизнь, нарушено неимущественное право на родственные и семейные связи.

В ходе судебного разбирательства исковые требования были уточнены, истцы просят взыскать компенсацию морального вреда с ГБУЗ ПК «ВЦРБ» в пользу ФИО5 - 300000 рублей, ФИО15 - 300000 рублей, ФИО6 - 150000 рублей, ФИО2 - 300000 рублей, ФИО1 - 300000 рублей, ФИО8 - 150000 рублей, ФИО7 - 150000 рублей. Взыскать с ГБУЗ ПК «КГБ» компенсацию морального вреда в пользу ФИО5 - 700000 рублей, ФИО15 - 700000 рублей, ФИО6 - 350000 рублей, ФИО2 - 700000 рублей, ФИО1 - 700000 рублей, ФИО8 - 350000 рублей, ФИО7 - 350000 рублей. Истцы указывают, что требования о компенсации морального вреда заявлены ими в связи с тем, что ответчики не обеспечили должной степени осмотрительности для благополучного лечения ФИО3, они переживали и нервничали по поводу оказания ей некачественной и несвоевременной медицинской помощи. В результате некачественного и несвоевременного оказания медицинской помощи было нарушено личное неимущественное право истцов на семейную жизнь. Сотрудники ГБУЗ ПК «ВЦРБ» при первичном осмотре не указали степень тяжести ФИО3, не учли соответствующую патологию и давность заболевания, не обеспечили динамическое наблюдение беременной пациентки на дому, что отсрочило госпитализацию ФИО3 в инфекционное отделение (на шестые сутки заболевания). Сотрудники ГБУЗ ПК «КГБ» не соблюдали временный интервал мониторинга за ФИО3 с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, не провели междисциплинарный консилиум, не проведено динамическое кардиотокографическое исследование за функциональным состоянием плода с ДД.ММ.ГГГГ, поздно начато применение препарата «Фавипиравир», нецелесообразность в расширении объема операции до экстирпации матки с трубами.

В судебном заседании истцы и их представитель ФИО9 на удовлетворении исковых требований по доводам иска настаивали. 

Представитель ответчика ГБУЗ ПК «КЦРБ» ФИО11 исковые требования не признала. ФИО3 стояла у них на учете по беременности в женской консультации. Тактика ведения беременной была выбрана правильно, обследования проведены в полном объеме. Доказательств заведомо неправильных и непрофессиональных действий со стороны врачей, виновных действий учреждения не представлено, врачами оказывалась квалифицированная и своевременная медицинская помощь, наступившие последствия не находятся в прямой причинно-следственной связи с наступившими неблагоприятными последствиями. У суда отсутствуют правовые основания для возложения на учреждение ответственности по возмещению морального вреда. 

Представитель ответчика ГБУЗ ПК «Верещагинская ЦРБ» ФИО10 исковые требования не признала. ФИО3 вызвала на дом врача на третий день заболевания. Оснований для госпитализации ДД.ММ.ГГГГ при первичном осмотре пациентки на дому не было, заболевание протекало в легкой форме, в медицинских документах подробно описан анамнез заболевания и имеющиеся патологии. Лечение назначено в полном объеме, что подтверждено заключением ООО «СМК РЕСО-Мед». В период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ осуществлялось динамическое наблюдение за пациенткой дистанционно. После получения положительного теста на COVID-19 и при протекании заболевания в легкой форме, ФИО3, так как была беременна, ДД.ММ.ГГГГ в 10:40 была транспортирована в ковидное отделение ГБУЗ ПК «КГБ». Вины больницы в наступлении неблагоприятного исхода – нет. Обращает внимание суда, что ФИО3, входящая в группу риска, работала в сфере обслуживания, где был личный контакт между клиентом и персоналом и не соблюдала режим самоизоляции. Выявленные ошибки ООО «СМК РЕСО-Мед» и Министерством здравоохранения Пермского края не повлияли на течение заболевания пациентки и повлекли неблагоприятный исход. Правовых оснований для удовлетворения исковых требований не имеется.

Представители ответчика ГБУЗ ПК «КГБ» ФИО14, ФИО12 исковые требования не признали. Считают, что истцами не представлено доказательств оказания ненадлежащей и некачественной медицинской помощи их учреждением ФИО3, а также недооценки со стороны медработников тяжести состояния пациента, неправильного установления диагноза, непринятия всех возможных мер для оказания пациенту необходимой и своевременной помощи, которая могла бы позволить избежать неблагоприятного исхода. В их учреждении было организовано акушерское отделение для лечения COVID-19, где работали высококвалифицированные специалисты, прошедшие необходимое обучение по программе: «Диагностика, лечение и профилактика новой коронавирусной инфекции». Медицинская помощь оказывалась в соответствии с действующими нормативными актами и временными методическими рекомендациями. Пациентка поступила в отделение ДД.ММ.ГГГГ в 12:30 в состоянии средней тяжести, ей был выставлен правильный диагноз и назначено лечение, но несмотря на проводимую терапию отмечалось постепенное ухудшение ее состояния, связанное с прогрессированием патологического процесса в легких, нарастанием дыхательной недостаточности, что потребовало перевод пациентки на НИВЛ. ДД.ММ.ГГГГ в 9:30 по ДМ зафиксирован реверсный кровоток, выставлен диагноз «дистресс плода» прогрессирование дыхательной недостаточности на фоне НИВЛ, ПОН, что требовало досрочного родоразрешения и было принято коллегиальное решение о проведении экстренного родоразрешения путем кесарева сечения с экстирпацией матки, так как имелись признаки сепсиса, о чем свидетельствует лейкоцитоз со сдвигом лейкоформулы в сторону молодых форм лейкоцитов до иных и меилоцитов, возникновение полиорганной недостаточности. Смерть ФИО3 наступила от дыхательной недостаточности вызванной новой коронавирусной инфекцией при беременности с альвеолярным повреждением и двухсторонней субтотальной пневмонии. Фавипиравир был назначен сразу после родоразрешения, так как он противопоказан во время беременности. Также в ходе течения заболевания у пациентки не создалось благоприятной ситуации для проведения ГИБП. Смерть ФИО3 связана с действиями преимущественно нерегулируемых факторов, смерть пациентки была не предотвратима. Учреждением были своевременно и в полном объеме предприняты все необходимые мероприятия по диагностике, лечению заболевания и предупреждения его осложнения, в соответствии с имеющимися нормативными документами. С дефектами лечения отраженными в актах Страховой компании Министерства Здравоохранения Пермского края они не согласны, о чем подробно изложили в отзыве. Обращают внимание, что SARS-CoV и MERS-CoV вызывают тяжелые осложнения при беременности и процент смертности среди беременных составляет до 25%. У беременных с COVID-19 возможно внезапное развитие критического состояние на фоне стабильного течения заболевания. В данном случае имеет место отсутствие должной заботливости и осмотрительности к своему здоровью со стороны самой пациентки, а также здоровью пациентки ее близких родственников. Вина учреждения отсутствует, учреждение приняло все меры для надлежащего исполнения обязательств по лечению пациентки. Просят в удовлетворении исковых требований отказать. 

Представитель третьего лица Министерства здравоохранения Пермского края в судебное заседание не явился, о дате и месте рассмотрения дела уведомлен надлежащим образом. В представленном письменном отзыве указывает, что по информации Министерства, причинно-следственная связь между дефектами оказания медицинской помощи и смертью ФИО3 отсутствует, допущенные нарушения не повлияли на исход заболевания. Министерство полагает, что в случае, если будет доказано что именно учреждения виновны в причинении морального вреда, который по их мнению не доказан, следует учесть, что учреждения действовали правомерно - оказывали медицинскую помощь ФИО3 без дефектов, которые бы повлияли на состояние здоровья истцов, и взыскание морального вреда позволит в таком случае истцам получить исключительно необоснованную финансовую выгоду за счет учреждения здравоохранения, что явно не соответствует задачам гражданского судопроизводства. 

Представитель третьего лица ООО «СМК РЕСО-Мед» в судебное заседание не явился, о дате и месте рассмотрения дела уведомлен надлежащим образом. Из представленного письменного отзыва следует, что ФИО3 была застрахована по обязательному медицинскому страхованию в ООО «СМК РЕСО-Мед». В связи с поступившей от ее матери жалобой, на ненадлежащее качество медицинской помощи, оказанной ФИО3 в октябре 2021 была проведена экспертиза качества медицинской помощи оказанной врачом-терапевтом ГБУЗ ПК «ВЦРБ» в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ; в отделении акушерства и гинекологии для лечения пациентов с COVID-19 ГБУЗ ПК «КГБ» в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, дополнительно проанализирована медицинская документация ГБУЗ ПК «КЦРБ» в период амбулаторного наблюдения за беременной с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. По результатам экспертного контроля качества медицинской помощи, оказанной ФИО3 в ГБУЗ ПК «ВЦРБ» выявлено нарушение оказания медицинской помощи, установлено, что при первичном осмотре врачом-терапевтом на дому ДД.ММ.ГГГГ не указан степень тяжести, не учтены сопутствующая патология, давность заболевания; ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ не обеспечено динамическое наблюдение беременной пациентки на дому. Допущенные нарушения отсрочили госпитализацию ФИО3 в инфекционное отделение (на шестые сутки заболевания). По итогам экспертизы качества медицинской помощи, оказанной ФИО3 в период стационарного лечения в ГБУЗ ПК «КГБ» выявлено ненадлежащее выполнение необходимых пациентов лечебно-диагностических мероприятий, предусмотренных Методическими рекомендациями, а также дефекты оформления медицинской документации. При анализе истории болезни установлено, что при поступлении ДД.ММ.ГГГГ не проведено рентгенологическое обследование легких, необходимое для определения оценки тяжести состояния и тактики ведения пациентки. При наличии показаний ДД.ММ.ГГГГ – объем поражения легких 70% и результаты клинических лабораторных исследований, не переведена в отделение реанимации и интенсивной терапии. Администрация ГБУЗ ПК «КГБ» выразила несогласие с выводами экспертов страховой медицинской организации, согласно решению повторной экспертизы качества медицинской помощи № ТФОМС выявлены нарушения оказания медицинской помощи, не повлиявшие на состояние здоровья, тактику лечения и исход заболевания. По результатам экспертизы установлено, что не соблюден временной интервал наблюдения за ФИО3 с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ; не проведен междисциплинарный консилиум; не проведено динамическое кардиотокографическое исследование за функциональным состоянием плода с ДД.ММ.ГГГГ, что предусмотрено Временными методическими рекомендациями «Организация оказания медицинской помощи беременным, роженицам, родильницам и новорожденным при коронавирусной инфекции COVID-19». Также были выявлены дефекты оформления медицинской документации. Эксперт ТФОМС отмечает, что назначенное обследование и лечение соответствует установленному диагнозу, перевод и отделение реанимации и интенсивной терапии выполнен своевременно. Наблюдение за состоянием плода проводилось с помощью ежедневной допплерометрии, оценки сердечной деятельности плода и теста шевеления плода. Администрациям ГБУЗ ПК «ВЦРБ» м ГБУЗ ПК «КГБ» указано на выявленные нарушения.

Представитель третьего лица Территориальный фонд обязательного медицинского страхования Пермского края в судебное заседание не явился, о дате и месте рассмотрения дела уведомлен надлежащим образом. В письменном отзыве указывает, что ТФОМС Пермского края проведена повторная экспертиза качества медицинской помощи в ГБУЗ ПК «КГБ». Согласно выводам эксперта медицинской организаций допущены нарушения организационного характера, выявленные дефекты оказания медицинской помощи не повлияли на течение и исход заболевания. Аналогичные выводы сделаны экспертами ГБУЗ «Бюро СМЭ» Оренбургской области: тактика ведения пациентки ФИО3 в стационаре выбрана верно. Выявленные нарушения (отсутствие консилиума, позднее назначение фавипиравира, отсутствие в назначениях блокаторов ИЛ-6, избыточный объем оперативного вмешательства) не повлияли на течение и исход заболевания. По мнению истцов, смерть ФИО3 наступила в результате некачественного оказания ей медицинской помощи в ГБУЗ ПК «ВЦРБ», ГБУЗ ПК «КГБ», и ГБУЗ ПК «КЦРБ». Однако по результатам экспертизы качества медицинской помощи ТФОМС Пермского края и судебно-медицинской экспертизы ГБУЗ «Бюро СМЭ» Оренбургской области дефекты оказания медицинской помощи, которые могли хотя бы опосредованно повлечь смерть пациентки, не установлены. В данном случае отсутствуют два из трех условий для возложения на ответчиков обязанности по компенсации морального вреда: клинически значимые нарушения оказания медицинской помощи и причинно-следственная связь между выявленными дефектами и смертью ФИО3 на основании изложенного исковые требования не поддерживает.

Специалист ФИО18 показал, что он работает врачом анестезиологом-реаниматологом, заведующим отделения анестезиологии и реанимации частного учреждении здравоохранения «Клиническая больница «РЖД-медицина» г.Оренбурга и принимал участие в качестве эксперта при проведении комплексной судебно-медицинской экспертизы в рамках уголовного дела возбужденного по факту смерти ФИО3 При проведении экспертного исследования установлено, что смерть ФИО3 наступила в результате новой коронавирусной инфекции на фоне беременности, вирус идентифицирован, диффузного альвеолярного повреждения, осложненной двухсторонней полисегментарной серозно-фиброзной пневмонии, острым серозно-фиброзным трахеобронхитом, тяжелыми дистрофическими изменениями миокарда, печени, почек, двухсторонним гидротораксом, отеком головного мозга, легких. С самого начала поступления в стационар ГБУЗ ПК «КГБ» проводились лечебные мероприятия, при лечении учреждение руководствовалось Временными рекомендациями по профилактике новой коронавирусной инфекции от ДД.ММ.ГГГГ. Препарат Фавипиравир имеет противопоказание – беременность, и его возможно применять в поздние сроки заболевания, он при лечения ФИО3 был применим после родоразрешения. По его мнению дефекты лечения ГБУЗ ПК «ВЦРБ» не повлияли на результат, так как заболевания у ФИО3 развивалось быстро и тяжело. По вентиляции легких может сказать, что вначале проводят антибактериальную терапию, а за тем переходят к инвазивной терапии, решение о ее назначении принимает лечащий врач в зависимости от тяжести заболевания. ФИО3 терапия добавлялась по мере утяжеления ее состояния. Проведении экстирпации матки с трубами не усугубило тяжелое состояние ФИО3

Суд, выслушав истцов, их представителя, представителей ответчиков, специалиста, исследовав письменные доказательства, выслушав заключение прокурора, приходит к следующим выводам.

Согласно статье 150 Гражданского кодекса Российской Федерации, жизнь и здоровье относятся к нематериальным благам и принадлежат человеку от рождения.

В силу статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Моральный вред компенсируется лишь при наличии вины причинителя вреда. Исключение составляют случаи, прямо предусмотренные Законом. 

Согласно пунктов 1 и 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Согласно пункта 1 статьи 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации, юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей. Применительно к правилам, предусмотренным настоящей главой, работниками признаются граждане, выполняющие работу на основании трудового договора (контракта), а также граждане, выполняющие работу по гражданско-правовому договору, если при этом они действовали или должны были действовать по заданию соответствующего юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ.

В соответствии со статьей 41 Конституции Российской Федерации, каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь. Данные гарантии закреплены и в Федеральном законе от 21.11.2011 N323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" (далее - Закон) и который разъясняет ряд основных медицинских понятий.

Согласно п.7 ст.2 Закона, диагностика - комплекс медицинских вмешательств, направленных на распознавание состояний или установление факта наличия либо отсутствия заболеваний, осуществляемых посредством сбора и анализа жалоб пациента, данных его анамнеза и осмотра, проведения лабораторных, инструментальных, патолого-анатомических и иных исследований в целях определения диагноза, выбора мероприятий по лечению пациента и (или) контроля за осуществлением этих мероприятий.

Пунктом 8 статьи 2 Закона, определено, что лечение - комплекс медицинских вмешательств, выполняемых по назначению медицинского работника, целью которых является устранение или облегчение проявлений заболевания или заболеваний либо состояний пациента, восстановление или улучшение его здоровья, трудоспособности и качества жизни.

Согласно пункта 13 статьи 2 Закона, медицинский работник - физическое лицо, которое имеет медицинское или иное образование, работает в медицинской организации и в трудовые (должностные) обязанности которого входит осуществление медицинской деятельности, либо физическое лицо, которое является индивидуальным предпринимателем, непосредственно осуществляющим медицинскую деятельность (ред.от 02.07.2021).

В силу п.21 ст.2 Закона качество медицинской помощи - совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

Пунктами 1,2,3,6,7 статьи 4 указанного Закона определено, что основными принципами охраны здоровья являются: соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; приоритет охраны здоровья детей; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи,

В соответствии со статьей 18 Закона, каждый имеет право на охрану здоровья. Право на охрану здоровья обеспечивается оказанием доступной и качественной медицинской помощи (ред. от 02.07.2021).

Согласно п.2 ст.19 Закона, каждый имеет право на медицинскую помощь в гарантированном объеме.

В соответствии с пунктом 1 и 2 части 2 статьи 32 Закона, одной из форм оказания медицинской помощи является: первичная медико-санитарная помощь; специализированная, в том числе высокотехнологичная, медицинская помощь. Частью 3 указанной статьи определено, что медицинская помощь может оказываться в следующих условиях: амбулаторно (в условиях, не предусматривающих круглосуточного медицинского наблюдения и лечения), в том числе на дому при вызове медицинского работника (п.2); стационарно (в условиях, обеспечивающих круглосуточное медицинское наблюдение и лечение) (п.4).

Частью 1 статьи 33 Закона определено, что первичная медико-санитарная помощь является основой системы оказания медицинской помощи и включает в себя мероприятия по профилактике, диагностике, лечению заболеваний и состояний, медицинской реабилитации, наблюдению за течением беременности, формированию здорового образа жизни и санитарно-гигиеническому просвещению населения.

Частью 1 статьи 34 Закона определено специализированная медицинская помощь оказывается врачами-специалистами и включает в себя профилактику, диагностику и лечение заболеваний и состояний, требующих использования специальных методов.

В соответствии с п.1 ч.2 ст.73, ч.2 ст.98 Закона, медицинские работники обязаны оказывать медицинскую помощь в соответствии со своей квалификацией, должностными инструкциями, служебными и должностными обязанностями; медицинские работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

Согласно части 1 статьи 37 Закона, медицинская помощь организуется и оказывается в соответствии с положением об организации оказания медицинской помощи по видам медицинской помощи, которое утверждается уполномоченным федеральным органом исполнительной власти; в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями; на основе клинических рекомендаций, а также на основе стандартов медицинской помощи.

Согласно частям 2 и 3 статьи 98 Закона, медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации.

По общему правилу, ответственность за причинение морального вреда возлагается на лицо, причинившее вред (пункт 1 статьи 1064 ГК РФ). В случаях, предусмотренных законом, обязанность компенсировать моральный вред может быть возложена судом на лиц, не являющихся причинителями вреда (например, на Российскую Федерацию, субъект Российской Федерации, муниципальное образование - за моральный вред, причиненный в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов (статьи 1069, 1070 ГК РФ), на родителей (усыновителей), опекунов несовершеннолетнего, не достигшего четырнадцати лет (малолетнего), организацию для детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, в которую был помещен под надзор малолетний гражданин, оставшийся без попечения родителей, образовательную организацию, медицинскую организацию или иную организацию, обязанную осуществлять надзор за малолетним гражданином, под надзором которых он временно находился, либо на лицо, осуществлявшее надзор над малолетним гражданином на основании договора, - за моральный вред, причиненный малолетним (пункты 1 - 3 статьи 1073 ГК РФ), и др.) (п.19 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда").

Согласно абз.3 п.1 указанного Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации, под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Пунктом 49 указанного Постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации установлено, что требования о компенсации морального вреда в случае нарушения прав граждан в сфере охраны здоровья, причинения вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи могут быть заявлены членами семьи такого гражданина, если ненадлежащим оказанием медицинской помощи этому гражданину лично им (то есть членам семьи) причинены нравственные или физические страдания вследствие нарушения принадлежащих лично им неимущественных прав и нематериальных благ. Моральный вред в указанных случаях может выражаться, в частности, в заболевании, перенесенном в результате нравственных страданий в связи с утратой родственника вследствие некачественного оказания медицинской помощи, переживаниях по поводу недооценки со стороны медицинских работников тяжести его состояния, неправильного установления диагноза заболевания, непринятия всех возможных мер для оказания пациенту необходимой и своевременной помощи, которая могла бы позволить избежать неблагоприятного исхода, переживаниях, обусловленных наблюдением за его страданиями или осознанием того обстоятельства, что близкого человека можно было бы спасти оказанием надлежащей медицинской помощи.

В судебном заседании установлено, что ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, являлась дочерью ФИО15 и ФИО5 (л.д.12 т.1), сестрой ФИО8 (л.д.36, 118 т.1), племянницей ФИО7 (л.л.36 т.1), матерью ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения и ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения (л.д.11 т.1), вела общее хозяйство с ФИО6 (л.д.202 т.1) с ДД.ММ.ГГГГ.

ФИО5 также является опекуном малолетнего ФИО1 на основании приказа №-од от ДД.ММ.ГГГГ МТУ № 2 Минсоцразвития края (Л.Д.13 т.1).

ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 умерла, запись акта о смерти № от ДД.ММ.ГГГГ отдела ЗАГС администрации Верещагинского городского округа Пермского края (Л.Д.10 т.1).

При жизни ФИО3 работала мастером парикмахером женского зала в салоне «Вдохновение». За период работы зарекомендовала себя как квалифицированный, дисциплинированный и аккуратный работник. Была трудолюбива, обладала высокой работоспособностью, всячески поддерживала работу салона в сложные моменты, в том числе во внеурочное время (л.д.188 т.1). 

Родители ФИО3 являются пенсионерами по старости, а также является получателями пенсии по инвалидности и ежемесячной денежной выплаты (л.д.37-40, 41-43 т.1). ФИО15 и ФИО5 в период с ноября 2021 по август 2024неоднократно обращался в ГБУЗ «ВЦРБ» по поводу ухудшения своего здоровья (Л.Д.115-116, 117 Т.1).

Сын ФИО3 ФИО1 учится в 8 классе МБОУ ВОК СП Школа №, воспитывался в неполной семье, находился на содержании матери. ФИО3 была заботливой мамой, ребенку были созданы все условия для развития, она много времени проводила с сыном. После смерти мамы ФИО1 находится под опекой бабушки. После смерти мамы его успеваемость снизилась. Ребенок долгое время пребывал в состоянии депрессии. Учителя на уроках наблюдали неадекватное поведение, которое выражалось в агрессии к другим детям, вспыльчивости, резких ответах педагогам, хотя ранее ничего подобного за ним не замечалось. После смерти ФИО3 с учащимися класса проводилась работа со школьным психологом на принятие его поведения и возможности помочь ребенку в этой непростой ситуации. Благодаря усилиям опекуна, дедушки, учащихся класса, классного руководителя, вовлечения ребенка в общественную жизнь класса и школы, удалось вывести ребенка из подавленного состояния. Но несмотря на это, потеря самого близкого человека – мамы, продолжает являться для него психологической травмой. Дедушка ФИО15 имеет постоянную связь с классным руководителем, контролирует успехи Даниила в учебе через электронный канал, своевременно реагирует на всю информацию в группе класса в ВК (л.д.189, 190 т.1).

Сестра ФИО3 - ФИО8 работает начальником железнодорожной станции Пермском центра организации работы железнодорожных станции структурное подразделение Свердловской ДУД филиал ОАО «РЖД» (л.д.191, 192 т.1).

ФИО6 – сожитель ФИО3 и отец дочери, работник АО «Верещагинский ПРМЗ «Ремпутьмаш», в настоящее время находится в отпуске по уходу за ребенком, воспитывает дочь ФИО2 (л.д.193, 194, 195 т.1).

Тетя ФИО3 - ФИО7 – пенсионерка (л.д.196-200 т.1).

Из медицинской документации следует, что ФИО3 стояла на учете в ГБУЗ ПК «КЦРБ» в связи с беременностью с ДД.ММ.ГГГГ, беременность протекала на фоне избыточной массы тела, гестационного сахарного диабета беременных. Пренатальные факторы риски – 5 баллов, средняя степень. 

ДД.ММ.ГГГГ в 07:36 от ФИО3, поступил вызов врача на дом по адресу 

<

адрес>, предъявлены жалобы на кашель, температуру тела 37-38 градусов. В 08:24 ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 была осмотрена терапевтом ГБУЗ ПК «Верещагинская ЦРБ» на дому, предъявляла жалобы на общую слабость, першение в горле, нарушение обоняния, головные боли, температура тела была 37,2. Болела 3 день, принимала препарат интерферон. Контакт с больными КВИ не исключала. От КВИ, гриппа не привит, за пределы Пермского края не выезжала, на ДУ по беременности 25 недель. В ходе осмотра пациентки было установлено: состояние относительно удовлетворительное, сатурация 99%. Диагноз: ОРВИ, острый трахеит, течение. КВИ?Беременность 26-27 недель. Обследования: мазок на КВИ. Рекомендовано: теплое питье, не переохлаждаться. Назначено лечение: парацетамол 1т.*3р в день при температуре более 38, Арбидол 200 мг 1 т*3 раза в день до 7 дней, Фарингосепт 1 т.*4 раза в день рассасывать до 5 дней, Гриппферон в нос 2*3 5 дней. Лист нетрудоспособности не нужен, работает неофициально. Осмотр с результатами ДД.ММ.ГГГГ (л.д.110 т.1).

ДД.ММ.ГГГГ в 10:20 проведено аудиоконсультирование: сохранялась субфебрильная температура, редкий кашель. Рекомендовано при ухудшении самочувствия вызвать бригаду скорой помощи.

ДД.ММ.ГГГГ ПЦР-тест положительный. 

ДД.ММ.ГГГГ ФИО3, в связи с ухудшением состояния здоровья, вызвала на дом бригаду отделения Скорой медицинской помощи ГБУЗ ПК «ВЦРБ» (л.д.110 т.1) Согласно сведениям ГБУЗ ПК «Верещагинская ЦРБ» карты вызовов за 2021 год - уничтожены (л.д.111 т.1). 

ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 была доставлена бригадой СМП в отделении для лечения covid-19 ГБУЗ ПК «КГБ». Диагноз: беременность 28.4 недель, новая коронавирусная инфекция, средне тяжелое течение. Внебольничная двухсторонняя пневмония? Дн 0. Избыточная масса тела. Гестационный сахарный диабет, коррегированный диетой. ОА. С 12:30 ДД.ММ.ГГГГ по 09:04 ДД.ММ.ГГГГ мониторинг осуществлялся 2 раза в день врачом и 2 раза в день средним медицинским персоналом. Наблюдение, обследование и лечение (антибиотики, противовирусные препараты) назначается в соответствии со средней степенью тяжести течения заболевания. 

ДД.ММ.ГГГГ в 09:00 при изменении состояния пациентки (гипертермия, тахикардия) дополнительно назначаются пронпозиция, инсуляция увлаженным кислородом, глюкокортикоиды, низкомолекулярные гепарины (НМГ). ДД.ММ.ГГГГ рентгенография легких, заключение: по всем полям с двух сторон инфильтрация легочной ткани (70%). ДД.ММ.ГГГГ осмотрена врачем реаниматологом (без оценки по шкале NEVS32/ SOFA), рекомендовано продолжить лечение в профильном отделении.

ДД.ММ.ГГГГ в 10:00 осматривается заведующим отделения, степень тяжести заболевания меняется со среднетяжелой на тяжелое течение. Частота мониторинга прежняя, лечение в профильном отделении. 

ДД.ММ.ГГГГ в 08:40 указано тяжелое состояние больной, АД 80/50 мм.рт.ст., SpO2 78% без кислорода, ЧДД 30 в минуту, ЧСС 120 ударов минуту. Вызывался врач реаниматолог, в 09:00 пациентка переведена в ОРИТ. В ОРИТ пациентка наблюдается врачом реаниматологом и врачом-акушером-гинекологом, заведующим отделением с почасовым мониторингом состояния, ведется «Карта круглосуточного мониторирования пациента». ЭКГ ДД.ММ.ГГГГ, затем в динамике. 

ДД.ММ.ГГГГ пациентка осмотрена инфекционистом, ДД.ММ.ГГГГ ЭХО-КГ без выраженной патологии. Наблюдение за плодом сначала проводится по протоколу заболевания средней степени тяжести. Ежедневная оценка сердечной деятельности плода и тест шевеления плода, УЗИ проведено ДД.ММ.ГГГГ, ДМИ проведено ДД.ММ.ГГГГ. ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ. 

ДД.ММ.ГГГГ в 09:00 при появлении признаков дистресса плода (реверсный кровоток по ДМИ от ДД.ММ.ГГГГ) и прогрессировании дыхательной недостаточности ДД.ММ.ГГГГ пациентке проведено экстренное родоразрешение путем кесарева сечения с экстирпацией матки. В послеоперационном периоде состояние пациентки продолжало ухудшаться, нарастала полиорганная и дыхательная недостаточность, состояние расценивалось как крайне тяжелое, нестабильное. ДД.ММ.ГГГГ-ДД.ММ.ГГГГ пациентка находилась в искусственной коме, проводилось интенсивное лечение. 

ДД.ММ.ГГГГ в 20:30 на фоне проводимой интенсивной терапии наступила остановка кровообращения. Проводимая в течение 30 минут сердечно-легочная реанимация в полном объеме – без эффекта. ДД.ММ.ГГГГ в 21:00 констатирована биологическая смерть.

Из акта экспертизы качества медицинской помощи №79Ж-22 от ДД.ММ.ГГГГ ООО «СМК РЕСО-Мед» следует, что при оценке пренатальных факторов риска ГБУЗ ПК «КРЦБ» не учтена эндокринная патология (сахарный диабет и гиротиреоз), что соответствует 22 баллам – высокая степень риска. Не консультирована врачом эндокринологом по поводу гипотиреоза, не учтены результаты анализов крови на ТТГ. В записях посещений некорректно указаны назначения врача. При взятии на учет ДД.ММ.ГГГГ не заполнены сведения об объективном статусе беременной и в дальнейшем учетная форма №111/у-20. 

Таким образом, оказание акушерско-гинекологической помощи на амбулаторном этапе в женкой консультации, проведено не в полном объеме в нарушении приказа Минздрава России №1130Н от ДД.ММ.ГГГГ (Л.Д.120-130 Т.1).

Из акта экспертизы качества медицинской помощи № 74ж-22 от ДД.ММ.ГГГГ ООО «СМК РЕСО-Мед» следует, что при оказании медицинской помощи ФИО3 ГБУЗ ПК «Верещагинская ЦРБ», выявлены нарушения: 

при осмотре врачом-терапевтом на дому ДД.ММ.ГГГГ не указана степень тяжести ОРВИ, не учтены сопутствующая патология, сроки заболевания, ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ динамическое наблюдение с осмотром, оценкой динамики состояния не проведено. Согласно медицинским рекомендациям «Организация оказания медицинской помощи беременным, роженицам, родильницам и новорожденным при новой коронавирусной инфекции COVID-19» (версия 4 от ДД.ММ.ГГГГ) беременные пациентки с предполагаемым, вероятным или подтвержденным случаем НКВИ должны быть направлены в моностационары третьего уровня для динамического наблюдения за состоянием беременной, сатурацией кислорода и ежедневного мониторинга сердечной деятельности плода, также проведения обследования с целью исключения присоединения бактериальной инфекции; 

включение в счет на оплату рентгенографии ОГК от ДД.ММ.ГГГГ, тогда как пациента скончалась ДД.ММ.ГГГГ (код дефекта с перечнем оснований согласно приказа МЗ РФ № 213н).

Несвоевременная госпитализация беременной с сахарным диабетом беременных, ОРВИ и подозрением на НКВИ создало риск прогрессирования вирусной инфекции (Л.Д.149-150, 151-152 Т.1). 

ООО «СМК РЕСО-Мед» отказало ГБУЗ ПК «ВЦРБ» в удовлетворении претензии к акту и принятии из разногласий, в связи с истечением срока согласования (л.д.113, 114 т.1).

Из акта экспертизы качества медицинской помощи № 65ж-22 от ДД.ММ.ГГГГ ООО «СМК РЕСО-Мед» следует, что при оказании помощи ГБУЗ ПК «КГБ» пациентке ФИО3 были допущены нарушения: 

недооценка тяжести состояния больной ДД.ММ.ГГГГ, при объеме поражения легких (70%), нарастания лейкоцитоза, СРБ привели к несвоевременной консультации врача-реаниматолога и отсроченному переводу в ОРИТ. 

Кроме того выявлены дефекты оформления медицинской документации: в анамнезе отсутствуют сведения о прививках от гриппа и новой коронавирусной инфекции COVID-19, а также данные о принимаемом лечении амбулаторно; имеются расхождения информации о получении согласия женщины на операцию; заключительный диагноз без даты установления и подписи лечащего врача; за ДД.ММ.ГГГГ ни под одним дневником, в протоколах реанимационных мероприятий и установления смерти нет ни одной записи реаниматолога; на лицевой стороны медкарты стационарного больного отсутствует время смерти больной, имеется много внешних записей (Л.Д.139-141, 142-143, 144-145, 146-148 Т.1).

Согласно акту повторной экспертизы качества мединской помощи № от ДД.ММ.ГГГГ ТФОМС Пермского края, в ГБУЗ ПК «Краснокамская городская больница» установлено, что пациентка находилась на лечении в ГБУЗ ПК «КГБ» с диагнозом: основной: новая коронавирусная инфекция COVID-19, вирус идентифицирован, крайне тяжелое течение. Осложнения: внебольничная двухсторонняя пневмония (Р-3, 70%). ДЕ 3. Сепсис. сопутствующий: роды 2 преждевременные в сроке 29-30 недель, оперативные, дистресс плода. Избыточная масса тела. ФИО16, ПОН. Анемия. Манипуляция и пособия: Лапаротомия по Джоэл- Коэну. Кесарево сечение в нижнем сегменте. Экстирпация матки с трубами. Катетеризация яремной вены справа. НИВЛ. ИВЛ. 

Выявлены нарушения, соответствующие: 

пункту 3.2.2 Перечня оснований отказа в оплате медицинской помощи и размеров финансовых санкций по результатам контроля объемов, сроков, качества и условий предоставления медицинской помощи по обязательному медицинскому страхованию на территории Пермского края (далее Перечень) – невыполнение, несвоевременное или ненадлежащее выполнение необходимых пациенту диагностических и (или) лечебных мероприятий, оперативных вмешательств, в соответствии с порядком оказания медицинской помощи, на основании клинических рекомендаций и с учетом стандартов медицинской помощи, в том числе по результатам проведения диспансерного наблюдения, рекомендаций по проведению методов профилактики, диагностики, лечения, реабилитации, данных медицинскими работниками национальных медицинских исследовательских центров в ходе консультаций консилиумов с применением телемедицинских технологий, приведшие к ухудшению состояния здоровья, застрахованного лица, либо создавшие риск прогрессирования имеющегося заболевания, либо создавшие риск возникновения нового заболевания; 

пункта 3.11 Перечня - отсутствие в медицинской документации результатов обследований, осмотров, консультации специалистов, дневниковых записей, позволяющих оценить динамику состояния здоровья застрахованного лица, объем, характер, условия предоставления медицинской помощи и провести оценку качества оказания медицинской помощи. 

Выводы эксперта ТФОМС Пермского края совпали частично с выводами эксперта СМО:

- 3.2.1. Перечня - не соблюден временной интервал мониторинга за пациенткой с ДД.ММ.ГГГГ по 09:00 ДД.ММ.ГГГГ (осмотр врачом в истории родов указан 2 раза в сутки, 2 раза в сутки средним медперсоналом). Не соблюден временной интервал мониторинга за пациенткой при оценке 2б по шкале NEVS 2 (с 12:30 ДД.ММ.ГГГГ до 09:00 ДД.ММ.ГГГГ). Согласно п.3.2 4 версии ВМР рекомендован мониторинг каждые 4-6 часов при сумме баллов 1-4б по шкале NEVS 2, однако мониторинг проводился через 6-4-8-3 часа. 

-п.п.3.2.1 и 5.1 4 версии ВМР, так как в целях определения степени тяжести пациентки, методов стабилизации ее состояния, оценки состояния плода, проведения дополнительных методов обследования, целесообразности досрочного родоразрешения и выбора метода родоразрешения, необходимо проведение междисциплинарного консилиума- междисциплинарный консилиум не проведен; 

- п.4.3.2 ВМР (4 версии), так как при тяжелом течении (с ДД.ММ.ГГГГ) показан ежедневный мониторинг функционального состояния плода (КТГ ежедневно, ДМИ). Отсутствие динамического кардиотокографического исследования за состоянием плода при тяжелом течении заболевания не повлияло на состояние здоровья и исход заболевания, т.к. проводились другие рекомендованные методы оценки состояния плода: ежедневно ДМИ, ежедневно аускультативная оценка сердечной деятельности плода и тест шевеления плода. 

- пункт 3.11 Перечня, так как при осмотре врачом-реаниматологом от ДД.ММ.ГГГГ нет оценки по шкале NEVS32/SOFA; нет записи осмотра врачом реаниматологом ДД.ММ.ГГГГ в 09:00 при ухудшении состояния и при переводе ухудшении пациентки и перед переводом ее в ОРИТ. 

Дополнительно выявлены нарушения: имеется временное несоответствие записей лечащего врача и реаниматологов. В 09:40 ДД.ММ.ГГГГ больной предложено оперативное лечение, где она обещает подумать о согласии на операцию. В 09:50 указано согласие пациентки. В 09:30 реаниматологи провели интубацию трахеи. На лицевой стороне медкарты стационарного больного отсутствует время смерти больной, в диагнозе имеется дописка от руки «сепсис» (л.д.161-162, 163-164, 165-166, 167 т.1). 

Из Заключения о проведении экспертизы качества оказания медицинской помощи ФИО3 составленного заведующим консультативно-диагностическим отделением ГБУЗ ПК «ПККИБ» ФИО20 следует, что в ходе анализа медицинской документации выявлены нарушения: нарушения ведения медицинской документации, а именно отсутствует обоснование клинического диагноза Коронавирусной инфекции COVID-19 и пневмонии, в дневниковых записях отсутствует оценка состояния больного по шкале CRB/CURB-65, gSOFA; отсутствует консультация пульмонолога; в окончательном диагнозе нет расшифровки этиологических факторов пневмонии. Объем клинического, лабораторного обследования и лечения не соответствует требованиям, установленным Временными методическими рекомендациями «Профилактика, диагностика, лечение новой коронавирусной инфекции COVID-19», версия 13 от ДД.ММ.ГГГГ; клиническими рекомендациями «Внебольничная пневмония у взрослых» Российского респираторного общества и Межрегиональной ассоциации по клинической микробиологии и антимикробной химиотерапии, согласованных Научным советом МЗ РФ 2019 г., а именно: отсутствую назначения исследования мазков из зева и носа на грипп и вирусы ОРЗ, легионеллез, исследования сыворотки крови на интерлейкин - 6, тропонин. При этом согласно заключению медицинская помощь, оказанная пациентке ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, в условиях ГБУЗ ПК «КГБ» с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, соответствовала требованиям медицинских стандартов, порядков, клинических рекомендаций. Тактика ведения пациентки была адекватной и соответствовала особенностям клинического течения заболевания. Режим противовирусной, антибактериальной, патогенетической и симптоматической терапии был оптимальным. С учетом тяжести состояния пациентка была своевременно переведена в ОРВИТ, наличие беременности, сопутствующей патологии, позднее поступление пациентки в стационар (на 6-е сутки с момента заболевания) способствовали тяжелому течению у пациентки коронавирусной инфекции COVID-19, развитию сепсиса и полиорганной недостаточности. Замечания в части ведения медицинской документации, объеме обследования пациентки, выявленные в ходе проверки оказания медицинской помощи ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, не могли оказать выраженного отрицательного влияния на течение инфекционного патологического процесса коронавирусной инфекции COVID-19. Нарушений прав ФИО3 в сфере здравоохранения на получения качественной медицинской помощи, своевременного квалифицированного обследования и лечения, ведения медицинской документации не обнаружено (л.д.173-174 т.1.).

Министерством здравоохранения Пермского края проведена проверка по ведомственному контролю качества и безопасности медицинской деятельности, согласно акту № внеплановой документарной проверки в отношении ГБУЗ ПК «Краснокамская городская больница», выявлены нарушения обязательных требований и сделан вывод, что медицинская помощь ФИО3 в период ее стационарного лечения с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в ГБУЗ ПК «КГБ» оказана с нарушениями - Критериев оценки качества медицинской помощи, утвержденных Приказом Министерства здравоохранения Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №н, а именно: 

п.2.2, пп.з - в части установления клинического диагноза на основании данных анамнеза, осмотра, данных лабораторных и инструментальных методов обследования: отсутствует назначение исследований мазков из зева на грипп, ОРВИ, на определение антител к легионелле; не проведено исследование сыворотки крови на интерлейкин-6, тропонин – невыполнение Временных методических рекомендаций «Профилактика, диагностика и лечение новой коронавирусной инфекции COVID-19» Версия 12 от ДД.ММ.ГГГГ и Версия 13 от ДД.ММ.ГГГГ, утвержденных заместителем министра здравоохранения Российской Федерации, а также несоблюдение Клинических рекомендаций: «Внебольничная пневмония у взрослых», 2019г. и 2021г., разработанных Российским респираторным обществом и Межрегиональной ассоциацией по клинической микробиологии и антимикробной химиотерапии, одобренных Научным Советом министерства Здравоохранения Российской Федерации. В окончательном диагнозе отсутствует расшифровка этиологических факторов пневмонии; отсутствует в дневниковых записях оценка органной недостаточности, риска смертности и сепсиса у пациентов в отделении интенсивной терапии и реанимации по шкале SOFA, а также отсутствует оценка состояния пациентки по шкале CRB/CURB-65; отсутствует консультация врача-пульмонолога. 

п.2.2, п.п. л - в части проведения коррекции плана обследования и плана лечения с учетом клинического диагноза, состояния пациента, особенностей течения заболевания, наличия сопутствующих заболеваний, осложнений заболевания и результатов: несвоевременное родоразрешение ДД.ММ.ГГГГ, в то время как ДД.ММ.ГГГГ пациентка переведена на искусственную вентиляцию легких (нарушение витальных функций служит наказанием к окончанию беременности независимо от срока беременности) - невыполнение приказа Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации от 03.12.2007г. № «Об утверждении перечня медицинских показаний для искусственного прерывания беременности» (л.д.171-172 т.1). 

ДД.ММ.ГГГГ Министерством здравоохранения Пермского края в адрес ГБУЗ ПК «КГБ» вынесено предписание № (л.д.65-66 т.2)

Актом проверки № Министерства здравоохранения Пермского края в части проверки выполнения предписания № от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ГБУЗ ПК «КГБ» установлено, что нарушений не выявлено (л.д.68-69 т.2).

ДД.ММ.ГГГГ следователь следственного отдела по городу Краснокамск следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Пермскому краю прекратил уголовное дело № по факту причинения смерти ФИО3 по неосторожности вследствие ненадлежащего исполнения врачами ГБУЗ ПК «КГБ» своих профессиональных обязанностей, в связи с отсутствием события преступлений, предусмотренных ч.2 ст.109 УК РФ, п «в» ч.2 ст.238 УК РФ, ч.3 ст.293 УК РФ, по основанию предусмотренному п.1 ч.1 ст.24 УПК РФ. 

ДД.ММ.ГГГГ оперуполномоченным ОУР ОМВД России по Краснокамскому городскому округу было вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела в отношении неустановленного лица по признакам преступления предусмотренного ч.2 ст.118 УК РФ, по основаниям п.1 ч.1 ст.24 УПК РФ, за отсутствие события преступления (л.д.117 т.2).

По делу была назначена комиссионная судебно-медицинская экспертиза, согласно заключению экспертов № от ДД.ММ.ГГГГ, на основании проведенного исследования, в ответ на поставленные вопросы, экспертная комиссии пришла к следующим выводам: 

Медицинская помощь оказана ФИО3 в ГБУЗ ПК «Краснокамская городская больница» в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ правильно в соответствии с Приказом МЗ РФ от ДД.ММ.ГГГГ №н «Об утверждении Порядка оказания медицинской помощи по профилю акушерство и гинекология, 2020», Клиническими рекомендациями «Нормальная беременность», Москва, 2020 г., Временными методическими рекомендациями профилактика, диагностика и лечение новой коронавирусной инфекции (COVID-19), версия 12 (ДД.ММ.ГГГГ), Методическими рекомендациями «Организация оказания медицинской помощи беременным, роженицам, родильницам и новорожденным при новой коронавирусной инфекции COVID-19», Версия 4 (ДД.ММ.ГГГГ), Приказом МЗ РФ от ДД.ММ.ГГГГ №н «Об утверждении Порядка оказания медицинской помощи населению по профилю «пульмонология», Приказом МЗ РФ от ДД.ММ.ГГГГ №н «Об утверждении Порядка оказания медицинской помощи взрослому населению по профилю «анестезиология и реаниматология». Дефекты оказания медицинской помощи отсутствуют. Соответственно, причинно-следственная связь не устанавливается, оценка по степени тяжести вреда здоровью не проводится. 

В соответствии с временными методическими рекомендациями «Профилактика, диагностика и лечение новой коронавирусной инфекции (COVID-19), Версия 12» и Методическими рекомендациями «Организация оказания медицинской помощи беременным, роженицам, родильницам и новорожденным при новой коронавирусной инфекции COVID-19» Версия 4 препарат «Фавипиравир» назначается в послеродовом периоде. Согласно записям в истории родов ФИО3 препарат «Фавипиравир» назначен с ДД.ММ.ГГГГ (техническая ошибка, правильно – ДД.ММ.ГГГГ). Назначение препарата «Фавипиравир» во время беременности возможно по жизненным показаниям, когда предполагаемая польза терапии для матери превосходит потенциальный риск для плода. В данной ситуации состояние при поступлении было оценено как средней тяжести, что не требовало назначения данного препарата. В дальнейшем произошло достаточно быстрое прогрессирование заболевания, когда назначение препарата «Фавипиравир» после 7-го дня болезни не могло иметь выраженного терапевтического эффекта. 

Проведение экстирпации матки у ФИО3 осуществлено с целью миниминизировать высокий риск развития акушерский осложнений в послеоперационном периоде (кровотечение, гнойно-септические осложнения), При возникновении которых неблагоприятный исход был непредотвратим, учитывая тяжесть заболевания, быстропрогрессирующий характер, отсутствие эффекта от проводимой терапии, наличие признаков септического состояния. 

На наступление неблагоприятного исхода оказали влияние следующие факторы: характер и тяжесть новой коронавирусной инфекции, объем поражения легочной ткани, быстро прогрессирующее течение, отсутствие эффекта от проводимой терапии, вирусная инфекция, протекавшая на фоне беременности, что характеризуется естественным снижением функции иммунной системы, метаболическими нарушениями – гестационный сахарный диабет, избыточная масса тела. Соответственно, в данной ситуации неблагоприятный исход был не предотвратим (Л.Д.185-224 Т.2).

Согласно выводам заключения эксперта № дополнительной комплексной судебно-медицинской экспертизы, согласно Временным методическим рекомендациям «Профилактика, диагностика и лечение новой коронавирусной инфекции COVID-19, Версия 12», методическим рекомендациям «Организация оказания медицинской помощи беременным, роженицам, родильницам и новорожденным при новой коронавирусной инфекции COVID-19. Версия 4», учитывая клинические данные, выбрана тактика амбулаторного наблюдения. Диагностические мероприятия следовало бы дополнить назначением лабораторных исследований (общий анализ крови и мочи, биохимический анализ крови), а также ежедневным аудиоконтролем состояния ФИО3 Однако не выполнение указанных диагностических мероприятий не вызвало ухудшение здоровья ФИО3, соответственно судебно-медицинской оценке не подлежит. Соответственно медицинская помощь оказана ФИО3 в период ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в ГБУЗ ПК «ВЦРБ» правильно, в соответствии с Приказом Министерства здравоохранения Российской Федерации от 15.11.2012г. №923н «Об утверждении Порядка оказания медицинской помощи взрослому населению по профилю «терапия», Клиническими рекомендациями «Нормальная беременность», Москва, 2020г., Временными методическими рекомендациями «Профилактика, диагностика и лечение новой коронавирусной инфекции COVID-19, Версия 12 (ДД.ММ.ГГГГ)», Методическими рекомендациями «Организация оказания медицинской помощи беременным, роженицам, родильницам и новорожденным при новой коронавирусной инфекции COVID-19. Версия 4 (ДД.ММ.ГГГГ)». 

Дефекты оказания медицинской помощи отсутствуют. На наступление неблагоприятного исхода оказали влияние следующие факторы: характер и тяжесть новой коронавирусной инфекции, объем поражения легочной ткани, быстро прогрессирующее течение, отсутствие эффекта от проводимой терапии, вирусная инфекция, протекавшая на фоне беременности, что характеризуется естественным снижением функции иммунной системы, метаболическими нарушениями: гестационный сахарный диабет, избыточная масса тела. Соответственно в данной ситуации неблагоприятный исход был непредотвратим (л.д.2-8 т.3). 

Пунктом 48 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" определено, что медицинские организации, медицинские и фармацевтические работники государственной, муниципальной и частной систем здравоохранения несут ответственность за нарушение прав граждан в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи и обязаны компенсировать моральный вред, причиненный при некачественном оказании медицинской помощи (статья 19 и части 2, 3 статьи 98 Федерального закона от 21 ноября 2011 года N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан Российской Федерации"). Разрешая требования о компенсации морального вреда, причиненного вследствие некачественного оказания медицинской помощи, суду надлежит, в частности, установить, были ли приняты при оказании медицинской помощи пациенту все необходимые и возможные меры для его своевременного и квалифицированного обследования в целях установления правильного диагноза, соответствовала ли организация обследования и лечебного процесса установленным порядкам оказания медицинской помощи, стандартам оказания медицинской помощи, клиническим рекомендациям (протоколам лечения), повлияли ли выявленные дефекты оказания медицинской помощи на правильность проведения диагностики и назначения соответствующего лечения, повлияли ли выявленные нарушения на течение заболевания пациента (способствовали ухудшению состояния здоровья, повлекли неблагоприятный исход) и, как следствие, привели к нарушению его прав в сфере охраны здоровья. При этом на ответчика возлагается обязанность доказать наличие оснований для освобождения от ответственности за ненадлежащее оказание медицинской помощи, в частности отсутствие вины в оказании медицинской помощи, не отвечающей установленным требованиям, отсутствие вины в дефектах такой помощи, способствовавших наступлению неблагоприятного исхода, а также отсутствие возможности при надлежащей квалификации врачей, правильной организации лечебного процесса оказать пациенту необходимую и своевременную помощь, избежать неблагоприятного исхода. На медицинскую организацию возлагается не только бремя доказывания отсутствия своей вины, но и бремя доказывания правомерности тех или иных действий (бездействия), которые повлекли возникновение морального вреда.

В соответствии с действующим законодательством одним из обязательных условий наступления ответственности за причинение морального вреда является вина причинителя. 

Поскольку компенсация морального вреда, о взыскании которой в связи с некачественным оказанием медицинской помощи сотрудниками ГБУЗ ПК "ВЦРБ», ГБУЗ ПК «КГБ» заявлено истцами является одним из видов гражданско-правовой ответственности, нормы Гражданского кодекса Российской Федерации (статья 1064), устанавливающие основания ответственности в случае причинения вреда, применимы как к возмещению имущественного, так и морального вреда.

Следовательно, для привлечения к ответственности в виде компенсации морального вреда юридически значимыми и подлежащими доказыванию являются обстоятельства, связанные с тем, что потерпевший перенес физические или нравственные страдания в связи с посягательством причинителя вреда на принадлежащие ему нематериальные блага, при этом на причинителе вреда лежит бремя доказывания правомерности его поведения, а также отсутствия его вины, то есть установленная законом презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт наличия вреда (физических и нравственных страданий - если это вред моральный), а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Применительно к спорным отношениям в соответствии с действующим правовым регулированием медицинские организации должны доказать правильность оказания медицинской помощи и ее своевременность, отсутствие своей вины в причинении вреда здоровью ФИО3 (неблагоприятный исход).

Ответчиками были представлены доказательства, подтверждающих отсутствие их вины в смерти ФИО3 Дефекты оказания медицинской помощи отсутствуют. На наступление неблагоприятного исхода оказали влияние следующие факторы: характер и тяжесть новой коронавирусной инфекции, объем поражения легочной ткани, быстро прогрессирующее течение, отсутствие эффекта от проводимой терапии, вирусная инфекция, протекавшая на фоне беременности, что характеризуется естественным снижением функции иммунной системы, метаболическими нарушениями: гестационный сахарный диабет, избыточная масса тела. Соответственно в данной ситуации неблагоприятный исход был непредотвратим.

Утверждение истцов о несвоевременности оказания медицинской помощи и проведение лечения с нарушением стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций, с учетом состояния здоровья ФИО3, опровергаются представленными медицинскими документами, не выполнение ряда диагностических мероприятий не вызвало ухудшение здоровья ФИО3

Таким образом, исследованные доказательства в совокупности не подтверждают факта некачественно оказано медицинской помощи ГБУЗ ПК «ВЦРБ» с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ и ГБУЗ «КГБ» с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, невыполнение ряда диагностических мероприятий не влияют на исход патологического процесса. Дефекты оказания медицинской помощи не выявлены, в связи с чем, оснований для взыскания компенсации морального вреда в пользу истцов, в связи со смертью близкого человека, у суда не имеется. В связи с чем, суд не находит оснований для удовлетворения исковых требований. 

На основании изложенного и руководствуясь ст.194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

исковые требования ФИО5 (СНИЛС №), ФИО1, ФИО15 (СНИЛС №), ФИО6, ФИО2 (свидетельство о рождении № №), ФИО8 (ИНН №), ФИО7 (СНИЛС №) к Государственному бюджетному учреждению здравоохранения Пермского края «Верещагинская центральная районная больница» (ОГРН 

<

***>), Государственному бюджетному учреждению здравоохранения Пермского края «Краснокамская городская больница» (ОГРН 

<

***>) о взыскании компенсации морального вреда – оставить без удовлетворения. 

Решение может быть обжаловано в Пермский краевой суд через Верещагинский районный суд в течение месяца со дня вынесения решения суда в окончательной форме.

Судья В.С.Анисимова 

Мотивированное решение изготовлено – 17.10.2024.