ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 №44г-85/2019 

президиума Оренбургского областного суда

23 сентября 2019 года г. Оренбург

Президиум Оренбургского областного суда в составе:

председательствующего Кужабаева М.Д.,

членов президиума АкчуринойГ.Ж., ХакимовойО.В., Черновой С.А., Чернявской С.А., 

при секретаре: Кузнецовой Т.В.,

рассмотрев кассационную жалобу ФИО1 на заочное решение Дзержинского районного суда г. Оренбурга от 26 декабря 2018 года и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Оренбургского областного суда от 07 мая 2019 года по гражданскому делу по иску ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «Страховая компания «Мегарусс – Д» о взыскании страхового возмещения, признании недействительными условий договора страхования,

заслушав доклад судьи Оренбургского областного суда Лебедевой Н.В., 

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с вышеуказанным иском, указав, что 12 марта 2018 года в результате того, что лошадь с гужевой повозкой, принадлежащая П.А.В. совершила наезд на принадлежащий ей автомобиль «КИА РИО», государственный регистрационный знак № автомобилю были причинены механические повреждения. Дорожно – транспортное происшествие произошло по вине П.А.В.., оставившего животное без присмотра. На момент происшествия автомобиль был застрахован по договору добровольного страхования транспортных средств от 01 января 2018 года в ООО «СК «Мегарусс – Д», однако в досудебном порядке страховая компания страховое возмещение не осуществила. Истец просила суд взыскать в свою пользу с надлежащего ответчика 144200 рублей – в счет возмещения материального ущерба, 13383 рублей – сумму утраты товарной стоимости автомобиля, 8100 рублей - расходы по оплате услуг независимого эксперта, неустойку на дату вынесения решения суда, 10000 рублей – расходы на оплату услуг представителя; взыскать с ООО «СК Мегарусс-Д» в свою пользу штраф в размере 50% от цены иска, 10000 рублей - компенсацию морального вреда; признать недействительным условие договора страхования КАСКО №5/12/016602 от 01 января 2018 года о применении франшизы в размере 120000 рублей.

Заочным решением Дзержинского районного суда г. Оренбурга от 26 декабря 2018 года исковые требования ФИО1 удовлетворены частично. С ООО «СК «Мегарусс-Д» в пользу ФИО1 взыскано 13,38 рублей – сумма утраты товарной стоимости автомобиля, 77,07 рублей - неустойка, 71,20 рублей - расходы по оценке автомобиля, 61,60 рублей - расходы по оплате услуг представителя, 2000 рублей – компенсация морального вреда, 1006,69 рублей штраф. С П.А.В. в пользу ФИО1 взыскано 138100 рублей - стоимость восстановительного ремонта автомобиля, 13369,62 рублей – сумма утраты товарной стоимости автомобиля, 8028,80 рублей - расходы по оценке автомобиля, 6938,40 - расходы по оплате услуг представителя. В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО1 отказано. С ООО «СК «Мегарусс-Д» в доход бюджета МО г.Оренбург взыскана государственная пошлина в размере 700 рублей. С П.А.В. взыскана государственная пошлина в размере 1015 рублей.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Оренбургского областного суда от 07 мая 2019 года решение суда первой инстанции оставлено без изменения.

В кассационной жалобе, поступившей в Оренбургский областной суд 31 июля 2019 года, ФИО1 выражает несогласие с принятыми по делу судебными постановлениями в части определения размера неустойки и штрафа.

Определением судьи Оренбургского областного суда Трифоновой О.М. от 23 августа 2019 года кассационная жалоба ФИО1 с делом передана для рассмотрения в судебном заседании президиума Оренбургского областного суда.

Истец ФИО1, представитель ответчика ООО «СК Мегарусс-Д», ответчик П.А.В.., представитель третьего лица АО «Кредит Европа Банк», надлежащим образом извещенные о месте и времени рассмотрения дела, в судебное заседание суда кассационной инстанции не явились, в связи с чем, на основании статьи 385 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации президиум Оренбургского областного суда находит возможным рассмотрение дела в их отсутствие. 

Представитель ФИО1 ФИО20., действующий на основании доверенности от 29 августа 2019 года, в судебном заседании суда кассационной инстанции просил кассационную жалобу удовлетворить, заочное решение Дзержинского районного суда г. Оренбурга от 26 декабря 2018 года и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Оренбургского областного суда от 07 мая 2019 года изменить в части размера неустойки и штрафа.

Изучив доводы кассационной жалобы, проверив материалы дела, президиум Оренбургского областного суда приходит к следующему. 

Согласно статье 387 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены или изменения судебных постановлений в кассационном порядке являются существенные нарушения норм материального права или норм процессуального права, которые повлияли на исход дела и без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов, а также защита охраняемых законом публичных интересов.

При рассмотрении данного дела такие нарушения были допущены. 

Судами предыдущих судебных инстанций установлено, что 01 августа 2018 года между ФИО1 и ООО «СК «Мегарусс-Д» заключен договор добровольного страхования транспортного средства «КИА РИО» государственный регистрационный знак №, по рискам «Угон» и «Ущерб» в пределах страховой суммы 228850 рублей на срок с 01 января 2018 года по 31 декабря 2018 года. 

Страховая премия составила 9245,54 рублей.

Способ возмещения установлен как восстановление на СТОА по направлению страховщика.

Договором страхования установлена страховая сумма в размере 50% от страховой стоимости, безусловная франшиза в размере 120 000 рублей, а также предусмотрено, что утрата товарной стоимости автомобиля возмещается в пределах 0,1% от стоимости ремонтно - восстановительных работ.

12 марта 2018 года лошадь с гужевой повозкой, принадлежащая П.А.В. совершила наезд на автомобиль «КИА РИО» государственный регистрационный знак 

<

***>, являющийся собственностью ФИО1

В результате указанного дорожно - транспортного происшествия автомобилю истца причинены механические повреждения.

Повреждение имущества истца произошло по вине П.А.В.., который при управлении гужевой повозкой не выполнил обязательства, предусмотренные пунктом 25.6 Правил дорожного движения Российской Федерации, оставив животное без надзора. 

20 апреля 2018 года ФИО1 обратилась в ООО «Страховая компания «Мегарусс-Д» с заявлением о наступлении страхового случая и выплате страхового возмещения.

В указанный день страховщик произвел осмотр транспортного средства, однако страховое возмещение в предусмотренный договором страхования 20 – дневный срок не осуществил.

В соответствии с заключениями ФИО23. №0101 от 03 апреля 2018 года, №0102 от 04 апреля 2018 года стоимость восстановительного ремонта с учетом износа составляет 138100 рублей, утрата товарной стоимости составляет 13383 рубля.

04 июня 2018 года ФИО1 направила ответчику претензию о выплате страхового возмещения.

В тот же день страховая компания выдала истцу направление на ремонт №31К/Ор/18 от 11 мая 2018 года сроком действия до 31 мая 2018 года, в котором отражено, что 50% стоимости восстановительного ремонта страхователь оплачивает самостоятельно, франшиза 120 000 рублей. 

Разрешая исковые требования ФИО1 о признании недействительными условий договора страхования об установлении безусловной франшизы в размере 120000 рублей, суд первой инстанции руководствовался положениями статей 166, 168, 421 Гражданского кодекса Российской Федерации, частью 9 статьи 10 Закона Российской Федерации «Об организации страхового дела в Российской Федерации» и исходил из того, что договор на определенных сторонами условиях заключен ФИО1 добровольно, в связи с чем, пришел к выводу, что оспариваемое условие договора страхования не противоречит указанным нормам закона, оснований для признания его недействительным не имеется.

Оснований для удовлетворения требований истца о взыскании стоимости восстановительного ремонта автомобиля суд первой инстанции также не усмотрел, поскольку половина стоимости причиненного ущерба составляет 69500 рублей (138100:2), однако после вычета безусловной франшизы в размере 120000 рублей истцу не причитается какая – либо денежная выплата.

Приняв в качестве надлежащего доказательства по делу заключение ФИО21 согласно которому величина утраты товарной стоимости автомобиля составляет 13383 рублей, учитывая, что договором страхования предусмотрено возмещение ФИО1 0,1% утраты товарной стоимости, суд удовлетворил требования истца о взыскании утраты товарной стоимости автомобиля в размере 13,38 рублей (13383 х 0,1%).

Сумма материального ущерба в размере 138100 рублей, а также оставшаяся сумма утраты товарной стоимости автомобиля в размере 13369,62 рублей судом первой инстанции взыскана в пользу истца с ответчика П.А.В. на основании положений статей 15, 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, как с лица, причинившего вред.

Руководствуясь пунктом 5 статьи 28 Закона Российской Федерации «О защите прав потребителей» (далее – Закон о защите прав потребителей), суд первой инстанции признал обоснованными требования истца о взыскании со страховой компании неустойки за нарушение срока выплаты страхового возмещения за период с 19 июня 2018 года по день вынесения решения 26 декабря 2018 года в размере 77,07 рублей.

При этом, исчисляя неустойку, суд не согласился с расчетом истца, произведенным исходя из суммы страховой премии, поскольку полагал, что неустойка в соответствии с пунктом 3 статьи 28 Закона о защите прав потребителей должна быть рассчитана исходя из размера невыплаченной суммы утраты товарной стоимости автомобиля (13,38 рублей (УТС) х 3% х 192 дня = 77,07 рублей).

Установив нарушение прав ФИО1 как потребителя, суд первой инстанции на основании статей 13, 15 Закона о защите прав потребителей пришел к выводу о взыскании с ООО «СК «Мегарусс – Д» в пользу истца компенсации морального вреда в размере 2000 рублей и штрафа в сумме 1006,69 рублей.

Суд апелляционной инстанции с выводами суда первой инстанции о частичном удовлетворении требований ФИО1 согласился, однако признал основанными на неправильном применении пункта 3 статьи 28 Закона о защите прав потребителей выводы суда о расчете подлежащей взысканию неустойки исходя размера невыплаченной суммы утраты товарной стоимости автомобиля и указал, что требуемая истцом неустойка должна быть рассчитана исходя из суммы уплаченной ФИО1 страховой премии в размере 9245,54 рублей.

Однако, принимая во внимание, что ответчиком заявлено о снижении неустойки ввиду ее явной несоразмерности на основании статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации, судебная коллегия посчитала возможным снизить неустойку, рассчитанную исходя из суммы страховой премии, до суммы 77,07 рублей, в связи с чем, оснований для изменения решения суда первой инстанции не усмотрела.

В кассационной жалобе ФИО1 приводит доводы о нарушении судами материального закона при исчислении неустойки.

Доводы жалобы заслуживают внимания.

В силу пункта 1 статьи 929 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору имущественного страхования одна сторона (страховщик) обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию) при наступлении предусмотренного в договоре события (страхового случая) возместить другой стороне (страхователю) или иному лицу, в пользу которого заключен договор (выгодоприобретателю), причиненные вследствие этого события убытки в застрахованном имуществе либо убытки в связи с иными имущественными интересами страхователя (выплатить страховое возмещение) в пределах определенной договором суммы (страховой суммы).

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27 июня 2013 года №20 «О применении судами законодательства о добровольном страховании имущества граждан», отношения по добровольному страхованию имущества граждан регулируются нормами главы 48 «Страхование» Гражданского кодекса Российской Федерации, Законом Российской Федерации от 27 ноября 1992 года № 4015-1 «Об организации страхового дела в Российской Федерации» и Законом Российской Федерации от 7 февраля 1992 года №2300-1 «О защите прав потребителей» в части, не урегулированной специальными законами.

На договоры добровольного страхования имущества граждан Закон о защите прав потребителей распространяется лишь в случаях, когда страхование осуществляется исключительно для личных, семейных, домашних, бытовых и иных нужд, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности (пункт 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27 июня 2013 года № 20).

Специальными законами, регулирующими правоотношения по договору добровольного страхования имущества граждан (глава 48 «Страхование» Гражданского кодекса Российской Федерации и Закон Российской Федерации «Об организации страхового дела в Российской Федерации»), ответственность страховщика за нарушение сроков выплаты страхового возмещения не предусмотрена.

Как разъяснено в пункте 6 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 8 октября 1998 года № 13, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 14 «О практике применения положений Гражданского кодекса Российской Федерации о процентах за пользование чужими денежными средствами» (в редакции от 4 декабря 2000 года), в денежных обязательствах, возникших из договоров, в частности, предусматривающих обязанность должника произвести оплату товаров, работ или услуг либо уплатить полученные на условиях возврата денежные средства, на просроченную уплатой сумму подлежат начислению проценты на основании статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Законом либо соглашением сторон может быть предусмотрена обязанность должника уплачивать неустойку (пени) при просрочке исполнения денежного обязательства. В подобных случаях суду следует исходить из того, что кредитор вправе предъявить требование о применении одной из этих мер, не доказывая факта и размера убытков, понесенных им при неисполнении денежного обязательства, если иное прямо не предусмотрено законом или договором.

Пунктом 5 статьи 28 Закона о защите прав потребителей предусмотрена ответственность за нарушение сроков оказания услуги потребителю в виде уплаты неустойки, начисляемой за каждый день просрочки в размере трех процентов цены оказания услуги, а если цена оказания услуги договором об оказании услуг не определена - общей цены заказа.

Цена страховой услуги определяется размером страховой премии (пункт 13 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27 июня 2013 года №20 «О применении судами законодательства о добровольном страховании имущества граждан»).

С учетом изложенного, в тех случаях, когда страхователь заявляет требование о взыскании неустойки, предусмотренной пунктом 5 статьи 28 Закона о защите прав потребителей, такое требование подлежит удовлетворению, а неустойка - исчислению в зависимости от цены оказания услуги, то есть от размера страховой премии.

Таким образом, судом первой инстанции с нарушением материального закона произведен расчет неустойки исходя из размера невыплаченной страховщиком суммы утраты товарной стоимости автомобиля.

Суд апелляционной инстанции, не соглашаясь с указанным выводом суда первой инстанции, правильно указал на необходимость исчисления неустойки по пункту 5 статьи 28 Закона о защите прав потребителей исходя из размера страховой премии.

Однако, суд апелляционной инстанции допустил нарушение статьи 333 и пункта 6 статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации при снижении неустойки до 77,07 рублей.

В силу статьи 330 Гражданского кодекса Российской Федерации неустойка является способом обеспечения исполнения обязательств и мерой имущественной ответственности за их неисполнение или ненадлежащее исполнение. Право снижения размера неустойки предоставлено суду в целях устранения явной ее несоразмерности последствиям нарушения обязательств независимо от того, является неустойка законной или договорной.

Если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить неустойку. Если обязательство нарушено лицом, осуществляющим предпринимательскую деятельность, суд вправе уменьшить неустойку при условии заявления должника о таком уменьшении (пункт 1 статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно разъяснениям, данным в пункте 75 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2016 года №7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», при оценке соразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства необходимо учитывать, что никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения, а также то, что неправомерное пользование чужими денежными средствами не должно быть более выгодным для должника, чем условия правомерного пользования (пункты 3, 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Основаниями для отмены в кассационном порядке судебного акта в части, касающейся уменьшения неустойки по правилам статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации, могут являться нарушение или неправильное применение норм материального права, к которым, в частности, относятся нарушение требований пункта 6 статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, когда сумма неустойки за просрочку исполнения денежного обязательства снижена ниже предела, установленного пунктом 1 статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, или уменьшение неустойки в отсутствие заявления в случаях, установленных пунктом 1 статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации (пункт 72 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2016 года №7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств»).

В силу пункта 6 статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации если подлежащая уплате сумма процентов явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд по заявлению должника вправе уменьшить предусмотренные договором проценты, но не менее чем до суммы, определенной исходя из ставки, указанной в пункте 1 настоящей статьи.

В пункте 1 статьи 395 названного Кодекса предусмотрено исчисление процентов в случаях неправомерного удержания денежных средств, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате исходя из ключевой ставки Банка России, действовавшей в соответствующие периоды.

По смыслу приведенных норм закона и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, неустойка в порядке, предусмотренном статьей 333 Гражданского кодекса Российской Федерации, может быть снижена судом не ниже суммы, рассчитанной в соответствии с требованиями пункта 6 статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Как установлено судом, размер страховой премии в соответствии со страховым полисом №5/12/016602 от 01 января 2018 года составляет 9245,54 рублей.

20 апреля 2018 года истец обратилась к страховщику с заявлением о наступлении страхового случая, 04 июня 2018 года – с претензией.

По истечении предусмотренного договором страхования 20 – дневного срока осуществления страхового возмещения страховщиком обязательства перед истцом исполнены не были.

Истцом заявлены требования о взыскании неустойки за период с 19 июня 2018 года по дату принятия решения судом первой инстанции – 26 декабря 2018 года (191 день просрочки).

Размер неустойки по пункту 5 статьи 28 Закона о защите прав потребителей за указанный период составит 52976,94 рублей: (9245,54х3%х191).

За период с 19 июня 2018 года по 26 декабря 2018 года предел, ниже которого снижение неустойки недопустимо, определенный в соответствии с пунктами 1 и 6 статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, составляет 357,79 рублей, исходя из расчета: (9245,54 х 7,25% х 90)/365 =165,28 рублей за период с 19 июня 2018 года по 16 сентября 2018 года; (9245,54 х 7,50% х 91)/365 =172,88 рублей за период с 17 сентября 2018 года по 16 декабря 2018 года; (9245,54 х 7,75% х 10)/365 =19,63 рублей за период с 17 декабря 2018 года по 26 декабря 2018 года; 165,28+172,88+19,63 = 357,79 рублей.

Таким образом, снизив размер неустойки ниже суммы 357,79 рублей до 77,07 рублей, суд апелляционной инстанции нарушил требования пункта 6 статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, что в силу разъяснений, данных в пункте 72 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2016 года №7, относится к существенным нарушениям материального закона и является основанием для отмены судебного акта в кассационном порядке.

Допущенные судом нарушения материального закона являются существенными, повлияли на исход дела, без их устранения невозможно восстановление нарушенных прав заявителя, в связи с чем, президиум считает необходимым кассационную жалобу ФИО1 удовлетворить, апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Оренбургского областного суда от 07 мая 2019 года отменить в части разрешения исковых требований ФИО1 о взыскании с ООО «Мегарусс – Д» неустойки, штрафа и судебных расходов, направить дело в данной части на рассмотрение в суд апелляционной инстанции.

Руководствуясь статьей 390 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, президиум Оренбургского областного суда 

ПОСТАНОВИЛ:

кассационную жалобу ФИО1 удовлетворить.

Апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Оренбургского областного суда от 07 мая 2019 года по гражданскому делу по иску ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «Страховая компания «Мегарусс – Д» о взыскании страхового возмещения, признании недействительными условий договора страхования – отменить в части разрешения исковых требований ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «Страховая компания «Мегарусс – Д» о взыскании неустойки, штрафа и судебных расходов.

Направить дело в данной части на рассмотрение в суд апелляционной инстанции.

Председательствующий М.Д. Кужабаев