Дело № 2-600/2024

51RS0017-01-2024-000683-76

Мотивированное 

решение

изготовлено 24.07.2024

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Заполярный 18 июля 2024 г.

Печенгский районный суд Мурманской области в составе:

председательствующего судьи Попова А.Г.,

при помощнике ФИО1,

с участием старшего помощника прокурора Печенгского района Мурманской области Лобейко Е.Ю., представителя истца Ш. С.Н., представителя ответчика ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО3 АлексА.ны к обществу с ограниченной ответственностью «Печенгастрой» о взыскании компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО3 обратилась в суд с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Печенгастрой» (далее - ООО «Печенгастрой», общество) о взыскании компенсации морального вреда.

В обоснование иска истец указала, что *.*.* ее отец М.А.В. погиб при выполнении своих трудовых обязанностей в ООО «Печенгастрой», где работал с 1997 года в должности проходчика 5 разряда.

В результате обрушение кровли выработки М.А.В. получил травмы таза и ноги, однако находился в сознании, был подключен к аппарату искусственной вентиляции легких и поднят на поверхность, по дороге в медицинское учреждение в карете скорой помощи М.А.В. от полученных травм скончался.

По результатам проведенного расследования составлен акт № о несчастном случае на производстве от *.*.*, согласно которому обрушение кровли выработки обусловлено не соблюдением работодателем порядка крепления выработки, установлены должностные лица, допустившие нарушение требований охраны труда, грубая неосторожность в действиях погибшего не установлена.

Ссылаясь на то, что гибель ее отца наступила в результате виновных действий ответчика, считает, что ответчик обязан возместить ей моральный вред, учитывая, что отец умер, когда ей было 12 лет, она тяжело переживала смерть отца, близкого и родного человека, поскольку была к нему очень привязана, видела страдания матери, которой приходилось одной заниматься ее воспитанием и обеспечением.

Просит суд взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере 2 000 000 рублей, судебные расходы по оплате юридических услуг в сумме 28 000 рублей.

Истец ФИО3 в судебное заседание не явилась, о времени и месте рассмотрения дела извещалась надлежащим образом, ходатайствовала о рассмотрении дела в свое отсутствие, в ходе судебного разбирательства поддержала исковые требования, указав, что ее отец при жизни проводил с ней свободное время, оберегал и защищал ее, совместно с родителями она проводила ежегодный совместный отпуск, боль утраты отца не ослабла с годами, до настоящего времени она испытывает нравственные переживания и страдания.

Представитель истца Ш. С.Н. в судебном заседании настаивала на удовлетворении исковых требований в полном объеме.

Представитель ответчика ООО «Печенгастрой» ФИО2 в судебном заседании поддержала письменные возражения, указав, что заявленные в иске требования являются завышенными, в связи с чем подлежат снижению до 300 000 рублей. Отметила, что в 2003 году работодателем исполнены обязательства по денежной компенсации супруге погибшего работника морального вреда в сумме 150 000 рублей, размер которой по состоянию на дату выплаты являлся значительным. Считала сумму судебных расходов на оплату юридических услуг несоразмерной.

Выслушав лиц, участвующих в деле, заслушав позицию прокурора, полагавшую исковые требования подлежащими удовлетворению, исследовав материалы гражданского дела, суд приходит к следующему.

В соответствии с Конституцией Российской Федерации в Российской Федерации охраняются труд и здоровье людей (часть 2 статьи 7), каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены (часть 2 статьи 37), каждый имеет право на охрану здоровья (часть 2 статьи 41), каждому гарантируется право на судебную защиту (часть 1 статьи 46).

Из приведенных положений Конституции Российской Федерации в их взаимосвязи следует, что каждый имеет право на справедливое и соразмерное возмещение вреда, в том числе и морального, причиненного повреждением здоровья вследствие необеспечения работодателем безопасных условий труда, а также имеет право требовать такого возмещения в судебном порядке.

Регулирование трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений в соответствии с Конституцией Российской Федерации, федеральными конституционными законами осуществляется трудовым законодательством (включая законодательство об охране труда), состоящим из Трудового кодекса, иных федеральных законов и законов субъектов Российской Федерации, содержащих нормы трудового права (абзацы первый и второй части 1 статьи 5 Трудового кодекса Российской Федерации).

Трудовые отношения и иные непосредственно связанные с ними отношения регулируются также коллективными договорами, соглашениями и локальными нормативными актами, содержащими нормы трудового права (часть 2 статьи 5 Трудового кодекса Российской Федерации).

Трудовым кодексом Российской Федерации установлено право работника на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом, иными федеральными законами (абзац четырнадцатый части 1 статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации).

Работодатель обязан соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, локальные нормативные акты, условия коллективного договора, соглашений и трудовых договоров; обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда; осуществлять обязательное социальное страхование работников в порядке, установленном федеральными законами; возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (часть 2 статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации).

В силу статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя. Работодатель обязан обеспечить: безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов; соответствующие требованиям охраны труда условия труда на каждом рабочем месте; организацию контроля за состоянием условий труда на рабочих местах, а также за правильностью применения работниками средств индивидуальной и коллективной защиты; информирование работников об условиях и охране труда на рабочих местах, о риске повреждения здоровья, предоставляемых им гарантиях, полагающихся им компенсациях и средствах индивидуальной защиты.

На основании статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Статья 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.

В пункте 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» разъяснено, что размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Согласно пункту 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда.

В соответствии с пунктом 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего, неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда, причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом, вины причинителя вреда (статьи 151, 1064, 1099 и 1100 ГК РФ).

При определении размера компенсации морального вреда суд учитывает форму и степень вины причинителя вреда, при этом судам следует учитывать, что моральный вред, причиненный правомерными действиями, компенсации не подлежит (пункт 22).

Исходя из части 1 статьи 55 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела.

В силу положений статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте пункта 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации и статьи 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Как установлено судом, подтверждается материалами дела и не оспаривалось лицами, участвующими в деле, что с *.*.* М.А.В. работал в ШПЦ ДАО «Печенгастрой» (в настоящее время ООО «Печенгастрой»), осуществлял трудовую деятельность в должности проходчика 5 разряда (приказ от *.*.* №).

*.*.* М.А.В., *.*.* года рождения, умер, стаж работы при выполнении которой произошел несчастный случай составил 7 лет 5 месяцев.

Так, из акта о расследовании несчастного случая со смертельным исходом и акта № о несчастном случае на производстве, утвержденного *.*.* усматривается, что при выполнении своих трудовых обязанностей, находясь в забое вентиляционного квершлага, около 23.25 часов М.А.В. получил травмы таза и органов в результате обрушения горной массы, находился в сознании, жаловался на боль.

В 00.22 часов к пострадавшему прибыли сотрудники Печенгского ВГСВ ЗАО «Промышленная безопасность», М.А.В. находился в сознании и жаловался на боль и холод, спасатели подключили пострадавшего к аппарату искусственной вентиляции легких, наложили давящие повязки, шины на обе ноги, подняли на поверхность в 01.03 часов, где он был передан бригаде скорой медицинской помощи.

В период с 01.04 часов до 01.45 часов бригадой скорой помощи и спасателями проводились мероприятия по реанимации пострадавшего во время остановок сердца и дыхания, в 01.45 часов М.А.В. с признаками жизни погрузили в машину скорой помощи, где он по дороге в городскую больницу скончался в 02.02 часов.

Согласно акту при получении травмы М.А.В. не находился в состоянии алкогольного или наркотического опьянения, фактов грубой неосторожности пострадавшего комиссией не установлено, лицами, допустившими нарушение требований охраны труда, признаны работники ОАО «Печенгастрой».

Таким образом, материалами дела подтвержден факт гибели М.А.В. в результате несчастного случая на производстве при отсутствии грубой неосторожности при исполнении им своих трудовых обязанностей в ОАО «Печенгастрой».

Из дела видно, что с *.*.* М.А.В. состоял в браке с М.И.В., *.*.* года рождения, имел общего ребенка - дочь ФИО3, *.*.* года рождения.

Обращаясь в суд с заявленными требованиями, истец ФИО3, ссылалась на то, что в связи с гибелью отца, произошедшей по вине ответчика как его работодателя, она претерпела нравственные и моральные страдания, связанные с потерей своего отца в двенадцатилетнем возрасте, то есть будучи ребенком, который проживал с ней и матерью одной семьей, занимался ее воспитанием и содержанием, при этом его смерть произошла в возрасте чуть более 40 лет, он был здоровым человеком, каких-либо заболеваний не имел, в связи с чем мог уделять ей внимание и заботу до настоящего времени, а также своим внукам (детям истца). Отметила, что смерть отца негативно отразилась на всей дальнейшей жизни ее и жизни их семьи, матери пришлось одной обеспечивать истца всем необходимым.

Возражая против заявленных требований, ответчик ООО «Печенгастрой» указал, что на дату несчастного случая у работодателя отсутствовал локальный нормативно-правовой акт, регламентирующий порядок производства выплат компенсации морального вреда при получении работниками травм, причинении вреда здоровью и наступлении смерти, в связи с чем супруге М.А.В. было выплачено в счет компенсации 150 000 рублей, то есть значительная по состоянию на 2003 г. сумма, кроме того, судебным решением от *.*.* последней было взыскано в счет компенсации морального вреда 300 000 рублей, в связи с чем истцу возможно взыскать в счет компенсации морального вреда также не более 300 000 рублей.

Разрешая спор, оценивая представленные доказательства в их совокупности по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, и принимая во внимание, что жизнь и здоровье относятся к числу наиболее значимых человеческих ценностей, и их защита должна быть приоритетной, суд приходит к выводу о частичном удовлетворении исковых требований заявленных истцом ФИО3 к ответчику ООО «Печенгастрой» о взыскании компенсации морального вреда.

В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

В пункте 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав.

Согласно пункту 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.

Из изложенного следует, что право на компенсацию морального вреда возникает при наличии предусмотренных законом оснований и условий ответственности за причинение вреда, а именно физических или нравственных страданий потерпевшего, то есть морального вреда как последствия нарушения личных неимущественных прав гражданина или посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, а также неправомерного действия (бездействия) причинителя вреда, причинной связи между неправомерными действиями и моральным вредом, вины причинителя вреда. Поскольку, предусматривая в качестве способа защиты нематериальных благ компенсацию морального вреда, закон (статьи 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) устанавливает лишь общие принципы для определения размера такой компенсации, суду при разрешении спора о компенсации морального вреда необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав пострадавшей стороны как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон.

В случае смерти работника или повреждения его здоровья в результате несчастного случая на производстве члены семьи работника имеют право на компенсацию работодателем, не обеспечившим работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности, морального вреда, причиненного нарушением принадлежащих им неимущественных прав и нематериальных благ (абзац 3 пункт 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 N 33«О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).

При разрешении исковых требований о компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья или смертью работника при исполнении им трудовых обязанностей вследствие несчастного случая на производстве суду в числе юридически значимых для правильного разрешения спора обстоятельств надлежит установить, были ли обеспечены работодателем работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности. Бремя доказывания исполнения возложенной на него обязанности по обеспечению безопасных условий труда и отсутствия своей вины в необеспечении безопасности жизни и здоровья работников лежит на работодателе, в том числе если вред причинен в результате неправомерных действий (бездействия) другого работника или третьего лица, не состоящего в трудовых отношениях с данным работодателем (абзац 4 пункта 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 N 33«О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).

В соответствии с приведенными выше положениями закона и разъяснениями Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению, находя требования истца к ООО «Печенгастрой» о взыскании компенсации морального вреда правомерными, суд исходит из установленных выше обстоятельств дела, свидетельствующих о ненадлежащем обеспечении со стороны работодателя безопасных условий труда для работника М.А.В., которые привели к несчастному случаю и гибели последнего.

При этом вопреки позиции по делу стороны ответчика, суд принимает во внимание, что само по себе обращение ФИО3 с иском в настоящее время, то есть спустя более двадцати лет после гибели родственника, не лишает истца, которая являлась несовершеннолетней на момент гибели М.А.В., как такового права на возмещение с ответчика морального вреда в связи с потерей отца, как с лица, чьи действия (бездействия) привели к несчастному случаю.

В этой связи, суд считает, что заявленные истцом, как близким родственником погибшего требования о взыскания в ее пользу с ООО «Печенгастрой» компенсации морального вреда надлежит признать обоснованными.

Доказательств, освобождающих ответчика от наступления ответственности по возмещению компенсации морального вреда истцу, в материалы дела не представлено.

Ссылки ответчика на произведенные выплаты супруге погибшего, не могут служить основанием к освобождению ответчика от ответственности за возмещение вреда, причиненного в данном случае конкретно истцу ФИО3, которая как указывалось выше на дату смерти отца являлась несовершеннолетней, к ответчику с заявлением о выплате компенсации морального вреда лично после наступления, также как и ранее до наступления совершеннолетнего возраста не обращалась, как и действующий в ее интересах законный представитель (мать М.И.В.), обратного материалы дела не содержат.

Судом установлено, что согласно справке формы № 9 (архивная), выданной ГОБУ «МФЦ», по состоянию на *.*.* истец ФИО3 была зарегистрирована по адресу: 

<

адрес>, проживала совместно по данному адресу со своими родителями М.И.В. и М.А.В., который был снят с регистрационного учета в связи со смертью.

По информации ГОБУЗ «Печенгская ЦРБ» по состоянию на октябрь 2003 г. данных о наличии хронических заболеваний в отношении М.А.В. не имеется.

Из копий расчетных листков работника М.А.В. следует, что по состоянию на 2003 год заработная плата работникам выплачивалась через кассу предприятия, о чем на данных листкам имеется указание (в частности заработная плата за август 20 491 рубль 77 копеек, за сентябрь 26 100 рублей 21 копейка).

Из дела также видно, что супруга умершего М.И.В. в 2003 г. осуществляла трудовую деятельность в должности старшей медицинской сестры в хирургическом отделении ГОБУЗ «Печенгская ЦРБ» (в частности заработная плата за октябрь 5 931 рубль 07 копеек, за ноябрь 7 650 рублей 80 копеек, за декабрь 7 597 рублей 08 копеек).

Согласно приказу генерального директора ОАО «Печенгастрой» от *.*.* № «О компенсации морального вреда» на основании заявления, поступившего от супруги погибшего М.И.В., приказано возместить последней моральный вред в сумме 150 000 рублей, оказать материальную помощь на похороны в сумме 37 864 рубля.

Материалами дела подтверждено, что согласно действующим региональным базам данных ОСФР по Мурманской области ФИО3, *.*.* года рождения, являлась получателем страховой пенсии по случаю потери кормильца.

Так, приказом № от *.*.* филиала № ГУ - Мурманского регионального отделения Фонда социального страхования РФ постановлено назначить единовременную страховую выплату ФИО3 в сумме 59 400 рублей, по причине смерти застрахованного М.А.В. вследствие несчастного случая на производстве в период работы в ОАО «Печенгстрой».

Приказом № от *.*.* филиала № ГУ - Мурманского регионального отделения Фонда социального страхования РФ постановлено выплатить ФИО3 ежемесячную страховую выплату в сумме 6 395 рублей 63 копейки.

Приказом № от *.*.* филиала № ГУ - Мурманского регионального отделения Фонда социального страхования РФ постановлено назначить ФИО3 ежемесячные страховые выплаты в сумме 10 434 рубля 97 копеек с *.*.* до *.*.*.

Определяя размер компенсации морального вреда, подлежащего взысканию с ответчика в пользу истца, суд исходит из вышеуказанных конкретных обстоятельств дела, в том числе учитывает индивидуальные особенности погибшего, в частности его возраст, состояние здоровья (сведений о наличии у него инвалидности, каких-либо заболеваний не имеется), семейное и имущественное положение, длительность трудовых отношений, при этом принимает во внимание характер и степень причиненных истцу нравственных страданий, близость родственных отношений, индивидуальные особенности самого истца, в том числе ее возраст, состояние здоровья, семейное и материальное положение (наличие у истца работы и факт получения пенсии по потери кормильца), а также степень вины ответчика, а также требования разумности и справедливости, и считает возможным взыскать в пользу истца ФИО3 компенсацию морального вреда с ответчика ООО «Печенгастрой» в размере 1 700 000 рублей.

При определении степени нравственных страданий и душевных переживаний истца в связи с гибелью родственника, суд учитывает, это потеря отца в несовершеннолетнем возрасте явилась для нее психологическим ударом, поскольку смерть близкого человека, тем более отца, всегда является обстоятельством, нарушающим психическое благополучие, влечет состояние субъективного эмоционального расстройства, препятствующего социальному функционированию и адаптации к новым жизненным обстоятельствам, нарушает неимущественное право на семейные связи, в том числе и во взрослой жизни.

Установленный размер компенсации морального вреда, по мнению суда, в полной мере соответствует определенным в нормах материального права критериям, характеру и степени перенесенных нравственных страданий истца, с учетом заявленной ею в судебном заседании позиции по делу.

При таком положении, в данном случае суд находит, что определенная сумма компенсации соответствует той степени безусловных нравственных и физических страданий, которые претерпела истец и которая, по мнению суда, согласуется с конституционными принципами, соответствует требованиям разумности и справедливости.

Оценивая требования истца в части возмещения судебных расходов, суд приходит к следующему.

Стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы (статья 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

В соответствии со статьями 88, 94 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела. К издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся, в том числе, расходы на оплату услуг представителей, а также другие признанные судом необходимыми расходы.

Согласно части 1 статьи 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

В силу пункта 11 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать их произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов. Вместе с тем в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон (ст. ст. 2, 35 Гражданского процессуального кодекса РФ) суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная ко взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер.

Расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах (часть 1 статьи 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства (пункты 12 и 13 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 № 1).

Из дела усматривается, что истец ФИО3 в обоснование требований о взыскании судебных расходов на оплату юридических услуг в подтверждение факта их несения представила договор № на оказание юридических услуг от *.*.*, квитанцию № от *.*.* (2 000 рублей - устная консультация, 6 000 рублей - составление искового заявления, 20 000 рублей - услуги представительства в суде).

Стоимость юридических услуг по данному делу определена истцом в сумме 28 000 рублей, факт оплаты заявителем названных услуг подтверждается материалами дела.

Руководствуясь вышеприведенными нормами процессуального права, а также разъяснениями, содержащимися в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 г. № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», разрешая заявленные требования о взыскании судебных расходов за оплату юридических услуг, оценивая в совокупности указанные выше обстоятельства, учитывая, что истец, не имея соответствующих познаний, нуждалась в оказании ей квалифицированной юридической помощи, суд полагает, что требования ФИО3 о возмещении судебных расходов по оплате юридических услуг законны и обоснованы.

При этом, суд исходит их того, что ФИО3, заявившей о взыскании судебных издержек, доказан факт их несения, а также связь между понесенными издержками и делом, рассматриваемым в суде.

Определяя размер подлежащей взысканию в пользу заявителя суммы, с учетом возражений стороны ответчика, суд, принимая во внимание требования разумности и справедливости, учитывая сложность дела и результат судебного разбирательства, вид правовой помощи, оказанной истцу, категорию спора, объем фактически оказанных юридических услуг, с учетом расценок на юридические услуги в Мурманской области, руководствуясь вышеприведенными нормами закона и разъяснениями Верховного Суда РФ, данными в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», приходит к выводу о том, что заявленные ФИО3 требования о взыскании судебных расходов в виде оплаты юридических услуг подлежат удовлетворению в полном объеме в сумме 28 000 рублей, что исходя из разумности пределов данных расходов, соответствует принципу достижения баланса процессуальных прав и обязанностей сторон, в связи с чем взыскиваются с ответчика.

На основании части 1 статьи 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, подпункта 3 пункта 1 статьи 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации государственная пошлина, от уплаты которых истец была освобождена, взыскивается с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ

Исковые требования ФИО3 АлексА.ны к обществу с ограниченной ответственностью «Печенгастрой» о взыскании компенсации морального вреда – удовлетворить частично.

Взыскать с общества ограниченной ответственностью «Печенгастрой» в пользу ФИО3 АлексА.ны компенсацию морального вреда в размере 1 700 000 рублей, судебные расходы по оплате юридических услуг в размере 28 000 рублей.

В остальной части исковые требования оставить без удовлетворения.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Печенгастрой» в доход бюджета муниципального образования Печенгский муниципальный округ Мурманской области государственную пошлину в размере 300 рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Мурманский областной суд через Печенгский районный суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Судья: А.Г. Попов