Судья Жихарева А.А. 

Дело №22-4086

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Пермь 3 августа 2021 года

Пермский краевой суд в составе 

председательствующего судьи Погадаевой Н.И., 

при ведении протокола секретарем Удовенко Е.В., помощником судьи Ануфриевой И.А.,

рассмотрел в открытом судебном заседании с использованием системы видеоконференцсвязи уголовное дело ФИО1 по его апелляционной жалобе и жалобе адвоката Головина М.Ю. в его защиту на приговор Ленинского районного суда г. Перми от 9 марта 2021 года, по которому

ФИО1, дата рождения, уроженец ****, ранее судимый:

6 февраля 2014 года Пермским районным судом Пермского края по ч. 1 ст.161 УК РФ к 3 годам лишения свободы условно с испытательным сроком 3 года;

11 ноября 2014 года Кировским районным судом г. Перми по ч. 1 ст. 318 УК РФ к 2 годам лишения свободы, на основании ч. 4 ст. 74, ст. 70 УК РФ путем частичного присоединения неотбытой части наказания по приговору Пермского районного суда Пермского края от 6 февраля 2014 - к 4 годам лишения свободы, постановлением Чердынского районного суда Пермского края от 22 сентября 2016 года неотбытая часть наказания заменена в порядке ст.80 УК РФ ограничением свободы на 2 года 1 месяц 1 день; постановлением Индустриального районного суда г. Перми от 11 декабря 2017 года неотбытая часть наказания в виде ограничения свободы заменена лишением свободы на 5 месяцев 26 суток, освобожден 23 мая 2018 года по отбытию наказания;

16 сентября 2019 года Свердловским районным судом г. Перми по ч. 1 ст.161 УК РФ к 2 годам лишения свободы;

23 декабря 2019 года мировым судьей судебного участка № 4 Ленинского судебного района г. Перми по ч. 1 ст. 158 УК РФ к 1 году лишения свободы, на основании ч. 5 ст. 69 УК РФ путем частичного сложения с наказанием, назначенным по приговору Свердловского районного суда г. Перми от 16 сентября 2019 года, к 2 годам 3 месяцам лишения свободы,

19 октября 2020 года Дзержинским районным судом г. Перми по пп. «а,в» ч.2 ст. 158 УК РФ к 3 годам лишения свободы, на основании ч. 5 ст. 69 УК РФ путем частичного сложения с наказанием, назначенным по приговору мирового судьи судебного участка № 4 Ленинского судебного района г. Перми от 23 декабря 2019 года, к 4 годам лишения свободы;

8 февраля 2021 года Ленинским районным судом г. Перми по ч. 2 ст. 297 УК РФ к 1 году 6 месяцам исправительных работ с удержанием 10% из заработной платы в доход государства, на основании ч. 5 ст. 69 УК РФ путем частичного сложения с наказанием, назначенным по приговору Дзержинского районного суда г. Перми от 19 октября 2020 года, к 4 годам 5 месяцам лишения свободы,

осужден по ч. 1 ст. 306 УК РФ к 1 году лишения свободы, на основании ч. 5 ст. 69 УК РФ путем частичного сложения с наказанием, назначенным по приговору Ленинского районного суда г. Перми от 8 февраля 2021 года, - к 5 годам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима,

в срок лишения свободы в соответствии с п. «а» ч.3.1 ст.72 УК РФ зачтено время содержания под стражей по приговору Дзержинского районного суда г.Перми от 19 октября 2020 года с 6 июля 2019 года по 14 января 2020 года и с 19 октября 2020 года по 7 февраля 2021 года, 

по приговору Ленинского районного суда г. Перми от 8 февраля 2021 года с 8 февраля 2021 года по 8 марта 2021 года,

по настоящему делу с 9 марта 2021 года до дня вступления приговора суда в законную силу, из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима. 

Изложив содержание приговора, существо апелляционных жалоб, заслушав выступление осужденного ФИО1 и адвоката Антипина А.Н. по доводам жалоб, мнение прокурора Жигалова Е.О., об изменении приговора, суд

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 признан виновным и осужден за заведомо ложный донос о преступлении, совершенный 26 июня 2020 года в г.Перми при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

В апелляционной жалобе адвокат Головин М.Ю., считая приговор суда незаконным, поставил вопрос об его отмене ввиду несоответствия выводов суда фактическим обстоятельствам дела. Так, анализируя судебное решение, указал, что инициатива о проведении проверки на возможный состав преступления в действиях следователя Б1. исходила от прокуратуры, а не от ФИО1, который, направив 26.06.2020 жалобу в прокуратуру Ленинского района г.Перми, просил о восстановлении и защите его нарушенных прав, а не сообщал о нарушении закона или иных нормативных актов, то есть никаких заявлений о совершенном в отношении него преступлении не писал. Обращает внимание, что во время опроса ФИО1 следователем Т. в нарушение требований ст.141 УПК РФ протокол принятия устного заявления о преступлении не составлен, об уголовной ответственности по ст.306 УПК РФ за заведомо ложный донос перед началом фиксации его объяснений он не предупрежден, об осуществлении уголовного преследования Б1. вопрос не ставил ни в жалобе от 26.06.2020, ни во время опроса 21.08.2020. Вместе с тем заведомо ложный донос предполагает наличие только прямого умысла, однако такового не установлено, его указание при допросах в качестве подозреваемого и обвиняемого, проверке показаний на месте о действиях Б1. по понуждению вступить с ней в интимную связь, является способом защиты осужденного от возникшего подозрения и предъявленного обвинения, и не могут быть положены в основу обвинения. В связи с чем считает вину ФИО1 в инкриминируемом преступлении не доказанной, а выводы суда – не соответствующими фактическим обстоятельствам дела.

Считает незаконным защитник и постановление суда от 2.03.2021 об отказе в удовлетворении ходатайства о назначении судебно-психиатрической экспертизы в связи с существенным нарушением уголовно-процессуального закона, в частности положений ст.196 УПК РФ, в соответствии с требованиями которой назначение и производство судебной экспертизы обязательно, если необходимо установить психическое состояние подозреваемого, обвиняемого, когда возникает сомнение в его вменяемости или способности самостоятельно защищать свои права и законные интересы. Обращает внимание, что у ФИО1 согласно сведений медицинской части №12 МСЧ-59 ФСИН России от 12.05.2020 диагностировано психическое расстройство личности, которое могло возникнуть в последнее время, в период рассмотрения дела в суде, что ставит под сомнение его вменяемость и способность самостоятельно защищать свои права и законные интересы в уголовном судопроизводстве, и свидетельствовало о необходимости назначения судебно-психиатрической экспертизы. Просит об отмене приговора и постановления от 2.03.2021 и вынесении оправдательного приговора, либо передаче дела на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

В апелляционной жалобе осужденный ФИО1 также просит об отмене приговора и прекращении в отношении него уголовного дела по основанию ст. 24 УПК РФ, в связи с отсутствием в деянии состава преступления. По его мнению, приговор не соответствует требованиям ст.297 УПК РФ, на правильном применении уголовного закона не основан, выводы суда, положенные в его основу, не соответствуют установленным обстоятельствам дела, судом первой инстанции не дана мотивированная оценка рассмотренным доказательствам, материалы дела не содержат достаточных и достоверных документальных и объективных данных, бесспорно свидетельствующих о том, что им совершено уголовно наказуемое деяние. Полагает, что в силу ст.14 УПК РФ суду следовало учитывать принцип презумпции невиновности и все сомнения толковать в пользу обвиняемого. Кроме того, обращает внимание, что суд при назначении наказания не учел, что приговоры от 19 октября 2020 года и 8 февраля 2021 года на момент рассмотрения уголовного дела в законную силу не вступили, и соответственно, наказание по настоящему приговору не могло быть назначено ему по правилам ч.5 ст.69 УК РФ. По мнению осужденного, имеются недостатки и в решении вопроса о зачете в срок лишения свободы времени содержания его под стражей, а также необоснованным считает указание в резолютивной части приговора об избрании ему меры пресечения до вступления приговора в законную силу в виде заключения под стражу, полагая, что вопрос о мере пресечения должен быть решен судом на предварительном слушании при назначении дела к рассмотрению. Осужденный считает и назначенное ему наказание не соответствующим характеру и степени общественной опасности преступления и данным о его личности, несправедливым, не отвечающим целям, предусмотренным ст.43 УК РФ, влияния наказания на его исправление и условия жизни его семьи, и просит об изменении приговора и смягчении наказания либо об отмене приговора.

Проверив представленные материалы, обсудив доводы апелляционных жалоб, суд апелляционной инстанции оснований для их удовлетворения не находит.

Суд с достаточной полнотой установил фактические обстоятельства дела. Выводы о доказанности вины ФИО1 в преступлении, совершенном при изложенных в приговоре обстоятельствах, мотивированы, основаны на совокупности доказательств, исследованных в судебном заседании.

Из содержания жалобы от 26.06.2020, поданной ФИО1 в прокуратуру Ленинского района г.Перми, следует, что он сообщает о совершении в отношении него преступления следователем отдела полиции №1 (дислокация в Дзержинском районе г.Перми) Б1., которая при выполнении ст.217 УПК РФ, пользуясь своим служебным положением и нахождением его под арестом, принудила его к вступлению с ней в половую связь, то есть действиям сексуального характера, и просит о возбуждении уголовного дела в отношении должностных лиц отделов полиции №№ 1 и 6.

В сопроводительном письме ФКУ СИЗО-1 г.Перми от 26.06.2020 №60/43/9-б-445 указано о подаче данного обращения арестованным ФИО1 в открытом виде для направления в прокуратуру Ленинского района г.Перми.

В рамках проверки, проведенной в порядке ст.ст.144-145 УПК РФ, указанные в жалобе обстоятельства ФИО1 подтвердил в объяснениях от 21 и 25 августа 2020 года, данных старшему следователю следственного отдела по Ленинскому району г.Перми следственного управления Следственного комитета РФ по Пермскому краю Т., сообщив, что во время ознакомления его следователем Б1. с материалами уголовного дела в один из дней октября или ноября 2019 года, находясь на 1 этаже следственной части СИЗО-1 г.Перми в кабинете 12а, она заперла изнутри дверь и, используя свое служебное положение и его зависимое от нее положение, обусловленное расследованием в отношении него уголовного дела и нахождением под стражей, принудила его к действиям сексуального характера, то есть совершила преступление, предусмотренное ч.1 ст.133 УК РФ. При этом, будучи предупрежденным об уголовной ответственности по ст.306 УК РФ, достоверность указанных сведений подтвердил.

16.09.2020 по результатам проведенной проверки в порядке ст.ст.144-145 УПК РФ следователем следственного отдела по Ленинскому району г.Перми следственного управления Следственного комитета РФ по Пермскому краю Ж. в возбуждении уголовного дела по признакам преступления, предусмотренного ч.1 ст.133 УК РФ, отказано по основанию п.1 ч.1 ст.24 УПК РФ - в связи с отсутствием события преступления, а материалы в отношении ФИО1 выделены для проведения проверки по факту совершения им заведомо ложного доноса о преступлении, виновность в котором в результате судебного разбирательства установлена, в частности, 

показаниями потерпевшей Б1. об обстоятельствах производства ею в качестве следователя ОП №1 (дислокация Дзержинский район) УМВД России по г.Перми предварительного расследования уголовного дела по обвинению ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного пп. «а,в» ч.2 ст.158 УК РФ, при ознакомлении которого с материалами дела в октябре-ноябре 2019 года обращалась в суд с ходатайством об установлении срока ознакомления в связи с явным затягиванием им ознакомления, которое происходило в кабинетах, расположенных на 1 этаже следственной части СИЗО-1 в присутствии адвоката, за исключением ознакомления с последним 4-м томом с учетом ходатайства осужденного о раздельном ознакомлении. В конце ноября 2019 года дело ФИО1 было передано в производство другого следователя Н., после чего она с ФИО1 не встречалась, интимные отношения с ним отрицает.

Показания потерпевшей обоснованно признаны достоверными и положены в обоснование приговора, поскольку последовательны и согласуются с другими доказательствами.

Так, из показаний свидетеля Б2. установлено, что по роду служебной деятельности в качестве инспектора отдела режима и надзора в ФКУ СИЗО-1 г.Перми в соответствии с должностной инструкцией осуществляет надзор за деятельностью следственной части СИЗО-1, распределение кабинетов для работы со спецконтингентом, кроме того, осуществляет наблюдение за кабинетами следственной части, где происходит работа с лицами, содержащимися под стражей, через смотровое окно, при этом запирающими устройствами кабинеты в целях безопасности не оборудованы. Кабинеты для работы с ФИО1, в том числе следователями, выделялись ею на первом этаже следственной части. В октябре-ноябре 2019 года следователь Б1. в связи с нахождением в ее производстве уголовного дела в отношении ФИО1 часто приходила в следственную часть СИЗО-1 для работы с ним, однако, несмотря на разногласия со следователем, никаких жалоб от него по поводу совершения противоправных действий не поступало и таковых не зафиксировано.

Согласно показаниям свидетеля М., осуществляющего обязанности по выводу спецконтингента на следственные действия в следственную часть СИЗО-1 и наблюдение за работой с лицами, содержащимися под стражей, через смотровое окно в дверях кабинетов следственной части, в период работы осенью 2019 года следователя Б1. с ФИО1 каких-либо противозаконных действий в отношении него во время наблюдения за ходом их работы не выявлено, однако при совершении таковых у последнего имелась возможность отреагировать нажатием тревожной кнопки, которыми оборудованы кабинеты следственной части, либо закричать.

О порядке и условиях выполнения следственных действий в условиях СИЗО-1 с лицами, находящимися под стражей, организации за ними надзора свидетель Д. дал аналогичные показания, подтвердив отсутствие запирающих устройств в дверях кабинетов следственной части СИЗО-1, где осуществляется работа с арестованными лицами, не доверять которым у суда оснований не имелось, учитывая, что он предварительно был предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний. 

Вопреки доводам осужденного, из показаний Д. установлено, что с апреля 2019 года, в период замещения должности старшего инспектора отдела режима и надзора ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Пермскому краю, он контролировал несение службы подчиненными сотрудниками, в том числе следственной части, и в силу должностных обязанностей осведомлен об осуществлении надзора на посту у кабинетов указанной режимной территории в октябре-ноябре 2019 года Б2. и М., из показаний которых следует, что функции выводного следственной части и осуществления надзора могли выполняться параллельно, что содержанию имеющихся в деле приказов об обеспечении надзора за подозреваемыми, обвиняемыми, осужденными не противоречит. 

Показания потерпевшей и свидетелей согласуются между собой и объективно подтверждаются результатами осмотра места происшествия, в ходе которого в кабинетах следственной части СИЗО-1 г.Перми, в том числе кабинете 12а, установлено наличие смотровых окон, обеспечивающих практически полный обзор помещений изнутри, и отсутствие на дверях запирающих устройств; справкой следователя Ж., составленной по результатам изучения уголовного дела №11801570051002072 по обвинению ФИО1 по пп. «а,в» ч.2 ст.158 УК РФ, согласно которой данное уголовное дело принято к производству следователем Б1. 9.09.2019, и в период с 23.10.2019 по 18.11.2019 осуществлялось ознакомление ФИО1 раздельно и совместно с защитником Ш. с материалами данного дела, которое 1.12.2019 передано в производство следователя Н.; данными личного дела осужденного ФИО1, содержащего сведения о работе с ним следователя Б1. в условиях следственной части СИЗО-1 г.Перми в октябре и ноябре 2019 года; ответом на запрос от 30.10.2020 №60/43/8-3185 начальника СИЗО-1 г.Перми С., согласно которого находящиеся на первом этаже следственной части 8 кабинетов для проведения свиданий подозреваемых, обвиняемых, осужденных со следователями и адвокатами камерами видеонаблюдения и запорными устройствами не оборудованы, надзор за лицами, находящимися в указанных кабинетах, осуществляется младшими инспекторами на посту у кабинетов следственной части путем непрерывного наблюдения через смотровое окно; результатами осмотра журнала №484 учета предложений, заявлений и жалоб содержащихся в ФКУ СИЗО-1 г.Перми, в котором зафиксирована за №445 подача ФИО1 26.06.2020 обращения в прокуратуру Ленинского района г.Перми, о направлении которого указанному адресату содержится информация и в его личном деле, а также подтверждается показаниями свидетеля Щ.

Совокупность приведенных в приговоре доказательств была проверена и исследована в ходе судебного следствия в соответствии с требованиями процессуального закона, суд дал всем доказательствам оценку и привел мотивы, по которым признал достоверными, соответствующими фактическим обстоятельствам дела одни доказательства и отверг другие с подробным изложением мотивов принятого решения.

Из показаний Т. установлено, что при получении в рамках проверки, проводимой в порядке ст.ст.144-145 УПК РФ, объяснений с ФИО1, которые зафиксированы им со слов последнего, осужденный был предупрежден об уголовной ответственности по ст.306 УК РФ, после чего достоверность сведений и правильность изложения их содержания подтвердил соответствующей записью и удостоверил своей подписью.

В ходе предварительного следствия, будучи допрошенным 8 и 11 декабря 2020 года в качестве обвиняемого в совершении заведомо ложного доноса о совершении преступления с участием защитника, ФИО1 также последовательно подтвердил сведения, изложенные в заявлении (жалобе) о возбуждении уголовного дела в отношении следователя Б1. от 26.06.2020, направленном в прокуратуру Ленинского района г.Перми, и указанные в объяснениях от 21 и 25 августа 2020 года, данных следователю СО по Ленинскому району г.Перми СУ СК России по Пермскому краю Т. 

При проверке показаний на месте 8.12.2020 в следственной части ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Пермскому краю ФИО1 с участием защитника указал на кабинет 12а как место, где в отношении него было совершено понуждение к действиям сексуального характера следователем Б1., пояснив о способе совершения преступления.

Изменив в судебном заседании показания на прямо противоположные о том, что со следователем Б1. в половую связь наяву не вступал, а изложенное в заявлении ему приснилось, в обоснование причины изменения показаний заслуживающих внимание объяснений осужденный не привел, вместе с тем такая позиция лишь подтверждает достоверность показаний потерпевшей Б1. об отсутствии между ними отношений интимного характера и понуждения ФИО1 к таковым.

Доводы осужденного об исключении указанных показаний из числа доказательств в связи с тем, что во время рассмотрения дела он находился под воздействием психотропных препаратов, внимания не заслуживают, поскольку из их содержания и в целом поведения осужденного в ходе судебного разбирательства не усматривается признаков угнетения сознания, нарушения мышления либо способности отдавать отчет своим действиям, адекватно воспринимать и реагировать на происходящие вокруг него события.

Оценивая собранные доказательства, суд при проверке доводов ФИО1 обоснованно принял во внимание последовательные показания потерпевшей и свидетелей, а также письменные доказательства, которые согласуются между собой и взаимодополняют друг друга, сделав правильный вывод, что заявление о понуждении его следователем Б1. к действиям сексуального характера, в том числе указанным им способом, действительности не соответствовало.

Обратившись 26.06.2020 с письменной жалобой в прокуратуру Ленинского района г.Перми на неправомерные действия сотрудников отделов полиции №№ 1 и 6, в которой сообщил о совершении в отношении него преступления, предусмотренного ч.1 ст.133 УК РФ, объективную сторону преступления, предусмотренного ч.1 ст.306 УК РФ, ФИО1 выполнил, так как представил официальному органу заведомо ложную информацию, которую подтвердил впоследствии и в объяснениях от 21 и 25 августа 2020 года, полученных уполномоченным должностным лицом в рамках проверки его сообщения о преступлении в порядке ст.ст.144-145 УПК РФ, проведенной, вопреки доводам осужденного, в объеме, достаточном для принятия окончательного решения, в соответствии с нормами действующего уголовно-процессуального законодательства.

Доводы ФИО1 о том, что он не подавал заявление о привлечении Б1. к уголовной ответственности, и как таковое заявление от него не было принято, нельзя признать состоятельными. 

В числе поводов и оснований для возбуждения уголовного дела, перечисленных в ст.140 УПК РФ, заявление о преступлении является лишь одним из поводов, вместе с тем сообщение о совершенном или готовящемся преступлении, полученное из иных источников, также служит поводом и основанием для проведения проверки, что и имело место в данном случае, в рамках которой следователем Т. 21.08.2020 было отобрано у ФИО1 объяснение, где он изложенный в жалобе от 26.06.2020, адресованной в прокуратуру Ленинского района г.Перми, факт совершения в отношении него следователем Б1. преступления подтвердил и, будучи предупрежденным об уголовной ответственности за заведомо ложный донос по ст.306 УК РФ, удостоверил своей подписью достоверность изложенных им сведений. Учитывая, что сообщение ФИО1 о совершении преступления было занесено в соответствии с ч. 4 ст. 141 УПК РФ в процессуальный документ - объяснение, то оформление протокола принятия устного заявления являлось излишним.

Показания следователя Т., допрошенного судом в качестве свидетеля, об обстоятельствах отобрания у ФИО1 этого объяснения, недопустимыми не являются и обоснованно положены в основу приговора, поскольку касаются производства им процессуальных действий, и не связаны с воспроизведением содержания полученных от него объяснений, как и показания следователя Ж., проводившей расследование данного дела.

Вопреки доводам осужденного, существенных противоречий в показаниях свидетелей, которые могли бы поставить под сомнение вывод о его виновности, не установлено, кроме того, они устранены в судебном заседании путем оглашения показаний потерпевшей Б1., а так же свидетелей Б2. и Д., данных при производстве предварительного следствия, которые они подтвердили, их показания приведены в приговоре без искажения их смысла и содержания, то есть, объективному и справедливому разрешению дела не препятствуют.

При этом раскрытие в приговоре основного содержания показаний потерпевшей и свидетелей, а не их дословное приведение о незаконности постановленного приговора не свидетельствует, поскольку полностью соответствует, как положениям ст. 74 УПК РФ, так и разъяснениям, данным в п. 8 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.11.2016 № 55 «О судебном приговоре».

Доводы осужденного об исключении показаний сотрудников следственного изолятора Б2., М., Д., Щ. внимания не заслуживают, поскольку сообщение ими об обстоятельствах, связанных с выполнением своих профессиональных обязанностей по пресечению нарушений в работе режимного учреждения, само по себе не свидетельствует об их заинтересованности в исходе дела и недопустимости их показаний, как свидетелей, которые суд оценил в совокупности с иными доказательствами по делу, объективно установив, что они согласуются между собой и предположений не содержат. 

Что касается показаний свидетеля К., то он очевидцем событий, о которых ему стало известно со слов осужденного, не являлся, следовательно, подтвердить их реальное существование не может.

Утверждения осужденного о допущенных нарушениях уголовно-процессуального закона при осмотре места происшествия от 19.10.2020 нельзя признать обоснованными. Согласно ч.1.1 ст.170 УПК РФ в случае, предусмотренном ст.177 УПК РФ, то есть при производстве осмотра понятые принимают участие по усмотрению следователя. Если по решению следователя понятые не участвуют, то применение технических средств фиксации хода и результатов следственного действия является обязательным. Как следует из протокола осмотра следственной части СИЗО-1, осмотр происходил в отсутствие понятых, но с применением фотографирования, как факультативного средства фиксации, являющегося составной частью протокола следственного действия и без него доказательственного значения не имеющего, что само по себе исключает целесообразность признания результатов фотофиксации вещественным доказательством.

Таким образом, следует признать, что анализ и произведенная в соответствии с требованиями ст.ст.17, 87, 88 УПК РФ оценка рассмотренных в судебном заседании доказательств позволили суду правильно установить фактические обстоятельства дела и действиям ФИО1 дать верную юридическую квалификацию по ч.1 ст. 306 УК РФ. 

Нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора, не установлено. Неполноты, необъективности предварительного и судебного следствия, нарушения права осужденного на защиту суд апелляционной инстанции не усматривает. 

Вручение копии обвинительного заключения ФИО1 следователем, участвовавшим в расследовании уголовного дела, а не прокурором, не является нарушением закона, влекущим последствия, предусмотренные ст. 237 УПК РФ, поскольку не нарушает право обвиняемого на получение указанной копии, предусмотренное п. 2 ч. 4 ст. 47 УПК РФ, и возможность защищаться от предъявленного обвинения не ограничивает.

Недостатки при составлении обвинительного заключения в виде несовпадения ссылок на листы дела, на которых зафиксированы показания потерпевшей, свидетелей, подлежащих вызову в суд, с данными списка, являющегося приложением к обвинительному заключению, основанием для возвращения уголовного дела прокурору не служат, поскольку перечень доказательств, приведенных в самом тексте указанного процессуального документа, таковых не содержит.

Каких-либо нарушений прав ФИО1 на защиту на стадии ознакомления с материалами уголовного дела в порядке ст.217 УПК РФ не допущено, с 14 по 15 декабря 2020 года он ознакомлен с материалами дела совместно с защитником в полном объеме и без ограничения во времени, о чем зафиксировано им собственноручно в соответствующем протоколе, при этом о невозможности ознакомления из-за отсутствия очков не заявляли ни обвиняемый, ни его защитник.

Вопреки доводам осужденного, несмотря на отсутствие у него удостоверяющего личность документа (паспорта), его личность установлена на основании справки Формы 1П, являющейся приложением к Административному регламенту ФМС России по выдаче и замене паспортов гражданина РФ и сведений СПО СК: АС «Российский паспорт» (л.д.45, 47-53 том 2). 

Согласно протоколу судебного заседания судебное следствие проведено в соответствии с требованиями ст.ст. 273-291 УПК РФ, всесторонне, полно и объективно, судом не допущено существенных нарушений уголовно-процессуального закона, заявленные ходатайства разрешены в установленном законом порядке. Все доказательства, представленные как стороной обвинения, так и стороной защиты, исследованы судом с достаточной полнотой, показания участников уголовного судопроизводства в необходимом объеме приведены в приговоре и получили надлежащую оценку. 

Данных о невозможности участия ФИО1 по состоянию здоровья в судебном заседании 2.02.2021 материалы дела не содержат и суду апелляционной инстанции не представлено, в результате своевременно оказанной ему медицинской помощи он продолжил участие в судебном разбирательстве, демонстрируя активную позицию по отстаиванию собственных интересов участием в допросах свидетелей Щ. и М., разрешении иных возникающих в ходе судебного разбирательства вопросов, что доводы о нарушении права на защиту опровергает, а допущенное им нарушение порядка в данном судебном заседании основанием для самоотвода председательствующего судьи не являлось. 

Вопреки доводам осужденного, протокол судебного заседания суда первой инстанции в целом соответствует его аудиозаписи и требованиям ст.259 УПК РФ, в соответствии с которой дословной фиксации показаний допрашиваемых лиц не требуется.

Таким образом, принцип состязательности сторон при разбирательстве уголовного дела судом соблюден и созданы необходимые условия для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав.

Какие-либо не устраненные судом существенные противоречия в доказательствах, требующие истолкования в пользу осужденного, по делу отсутствуют, а несогласие стороны защиты с данной судом оценкой доказательствам не ставит под сомнение выводы суда о его виновности.

Доводы жалобы адвоката Головина М.Ю. и осужденного ФИО1 о том, что при производстве по делу необоснованно отказано в проведении в отношении него судебно-психиатрической экспертизы, о нарушении уголовно-процессуального закона не свидетельствуют, поскольку в соответствии со ст.196 УПК РФ такая экспертиза может быть назначена при наличии психического состояния обвиняемого, подсудимого, которое дает основания для сомнений в его вменяемости, способности правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для дела, давать показания, самостоятельно защищать свои права и законные интересы в уголовном судопроизводстве.

Вместе с тем в исследованных судом материалах не содержится сведений о том, что ФИО1 состоит на учете у психиатра, напротив, в Пермской краевой психиатрической больнице, ГБУЗ «Пермской центральной районной больнице» не наблюдался и лечение не проходил (л.д.1 том 3, л.д.56 том 2), на учете у врача-психиатра при ГБУЗ НО «Арзамасская районная больница» и Центральной городской больницы г.Арзамаса Нижегородской области не состоял и не состоит (л.д.51, 53 том 3), сведений о наличии у него психических заболеваний на момент совершения преступления и в настоящее время не имеется. Согласно справке начальника филиала «Медицинская часть №12» ФКУЗ МСЧ-59 ФСИН России от 12.05.2020 психическое расстройство не диагностировано (л.д.151 том 3).

Поведение ФИО1 в судебном заседании суда первой инстанции было адекватным ситуации, он активно осуществлял свою защиту, заявлял ходатайства, задавал вопросы участникам процесса, давал показания по существу обвинения. В судебном заседании апелляционной инстанции так же правильно ориентируется, отвечает на поставленные вопросы, понимает их значение, логично защищается, используя знание закона и судебной практики, а изменение им показаний обусловлено его процессуальным статусом и является способом защиты от предъявленного обвинения.

При таких обстоятельствах оснований для проведения в отношении ФИО1 судебно-психиатрической или психолого-психиатрической экспертиз, по мнению суда апелляционной инстанции, не имелось на стадии судебного разбирательства судом первой инстанции и не имеется в настоящее время.

Вопреки доводам жалобы, суд первой инстанции назначил ФИО1 наказание с соблюдением принципов законности и справедливости, в соответствии с которыми мера наказания, применяемая к лицу, совершившему преступление, должна соответствовать характеру и степени его общественной опасности, обстоятельствам совершения и личности виновного. 

Как следует из приговора, при назначении наказания суд в полной мере учел характеризующие ФИО1 сведения, а также смягчающие наказание обстоятельства, признав таковыми наличие у него малолетних и несовершеннолетних детей, состояние его здоровья, а также состояние здоровья сожительницы и близких родственников – родителей и оказание им помощи, учел его семейную ситуацию и влияние назначаемого наказания на условия жизни его семьи.

Вместе с тем с учетом фактических обстоятельств дела, характера и степени общественной опасности преступления, совершенного ФИО1 в условиях рецидива, влекущего в силу ч.5 ст.18 УК РФ более строгое наказание, данных о личности осужденного, поведение которого после освобождения из мест лишения свободы безупречным не являлось с учетом сведений о приводах в полицию и нарушениях правил внутреннего распорядка в период нахождения в следственном изоляторе (л.д.57, 59 том 2), судом обоснованно сделан вывод о применении наказания в виде реального лишения свободы, которое надлежащим образом мотивировано. 

Исключительных обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления и являющихся основанием для применения положений ст.64, ч.3 ст.68 УК РФ и назначения наказания более мягкого, чем предусмотрено законом за его совершение, либо без учета правил рецидива суд апелляционной инстанции не находит.

Учитывая, что преступление, за которое ФИО1 осужден настоящим приговором, совершено до вынесения приговора Ленинского районного суда г.Перми 8.02.2021, то судом обоснованно применены правила ч.5 ст.69 УК РФ и наказание назначено по совокупности преступлений путем частичного сложения с наказанием по данному приговору. При этом вопреки ошибочному мнению осужденного, при назначении наказания по правилам ч.5 ст.69 УК РФ значение имеет не момент вступления предыдущего приговора в законную силу, а время его вынесения, поэтому указанные правила применяются и в том случае, когда на момент постановления приговора по рассматриваемому делу первый приговор не вступил в законную силу, о чем и разъясняет Пленум Верховного Суда РФ в п. 52 постановления от 22.12.2015 №58 (в редакции от 18.12.2018) «О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания».

Учитывая, что применение того или иного принципа – поглощения менее строгого наказания более строгим либо полного или частичного сложения наказаний за преступления небольшой или средней тяжести, входящих в совокупность, является правом суда, то нарушений по данному делу при назначении наказания ФИО1 по совокупности преступлений не допущено, при этом избрание ему при постановлении приговора меры пресечения в виде заключения под стражу обусловлено назначением наказания в виде реального лишения свободы.

Таким образом, все значимые обстоятельства при решении вопроса о виде и размере назначаемого ФИО1 наказания, обеспечивающие реализацию принципа индивидуализации ответственности, судом учтены, суд находит его справедливым и соразмерным содеянному, оснований для его смягчения не усматривает.

Нарушений требований уголовно-процессуального закона при рассмотрении уголовного дела судом не допущено. Оснований для отмены приговора не имеется.

Вместе с тем приговор подлежит изменению в связи с неправильным применением судом уголовного закона.

По смыслу закона при назначении наказания по правилам ч.5 ст.69 УК РФ в окончательное наказание засчитывается наказание, отбытое по первому приговору.

Учитывая, что в совокупность преступлений, наказание за которые сложено по правилам ч.5 ст.69 УК РФ с наказанием по настоящему приговору, вошло и наказание по приговору мирового судьи судебного участка №4 Ленинского судебного района г.Перми от 23.12.2019, то зачету в срок лишения свободы в соответствии с п. «а» ч.3.1 ст.72 УК РФ подлежит время содержания ФИО1 под стражей с 15 января по 25 февраля 2020 года из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима и отбытое наказание по указанному приговору с 26 февраля 2020 года по 18 октября 2020 года.

Иных оснований для изменения приговора в результате апелляционного рассмотрения не установлено.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд 

ПОСТАНОВИЛ:

приговор Ленинского районного суда г.Перми от 9 марта 2021 года в отношении ФИО1 изменить:

зачесть ему в срок лишения свободы время содержания под стражей по приговору мирового судьи судебного участка №4 Ленинского судебного района г.Перми от 23 декабря 2019 года с 15 января 2020 года по 25 февраля 2020 года из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима, и отбытое наказание по этому приговору с 26 февраля 2020 года по 18 октября 2020 года.

В остальном приговор оставить без изменения, апелляционные жалобы осужденного ФИО1 и адвоката Головина М.Ю. – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в Седьмой кассационный суд общей юрисдикции в кассационном порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ, через суд, постановивший приговор, в течение шести месяцев со дня вступления приговора в законную силу, а осужденным, содержащимся под стражей, - в тот же срок со дня вручения ему копии приговора, вступившего в законную силу.

Осужденный вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий