ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 № 44г-30/2019

президиума Оренбургского областного суда

25 марта 2019 года г. Оренбург

Президиум Оренбургского областного суда в составе:

председательствующего – Белинской С.В., 

членов президиума: Кужабаева М.Д., Ушакова В.М., Черновой С.А., 

ФИО1, 

при секретаре Бухтояровой Н.Ю., 

рассмотрев кассационную жалобу ФИО2 на апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Оренбургского областного суда от 02 августа 2018 года по гражданскому делу по иску ФИО3 к ФИО2, обществу с ограниченной ответственностью «УК Технологии Энергосервиса» о взыскании суммы, 

заслушав доклад судьи Оренбургского областного суда Прокаевой Е.Д., объяснения представителя ФИО2 - ФИО4, действующей на основании ордера, поддержавшей доводы кассационной жалобы, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО3 обратился в суд с иском к ФИО2 о взыскании суммы займа. В обоснование иска указал, что 26 ноября 2016 года передал в долг ФИО2 4000000 руб. на срок до 01 октября 2017 года. В установленный срок ответчик долг не вернул. Договор займа между ними подтверждается распиской. В расписке ответчик неверно указал его как соучредителя ООО «УК Технологии Энергосервиса», а себя - как генерального директора ООО «УК Технологии Энергосервиса». Считает, что денежные средства были им переданы ответчику как физическому лицу на развитие компании, так как в выданной им расписке отсутствует печать организации. 

Просил суд взыскать с ФИО2 в свою пользу сумму долга по договору займа от 26 ноября 2016 года 4000000 руб., проценты за пользование денежными средствами - 2760000 руб., проценты за пользование чужими денежными средствами - 63151 руб.

Определением суда от 20 февраля 2018 года в качестве соответчика по делу привлечено ООО «УК Технологии Энергосервиса».

Решением Абдулинского районного суда Оренбургской области от 13 апреля 2018 года ФИО3 в удовлетворении исковых требований к ФИО2, ООО «УК Технологии Энергосервиса» отказано.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Оренбургского областного суда от 02 августа 2018 года решение суда первой инстанции отменено в части отказа ФИО3 в удовлетворении исковых требований к ФИО2, принято в данной части новое решение, которым исковые требования ФИО3 к ФИО2 о взыскании суммы неосновательного обогащения, процентов за пользование чужими денежными средствами удовлетворены, взысканы с ФИО2 в пользу ФИО3 сумма неосновательного обогащения – 4000000 руб., проценты за пользование чужими денежными средствами – 63151 руб., в счёт возмещения расходов по оплате государственной пошлины – 25199руб. В остальной части решение суда оставлено без изменения. 

В кассационной жалобе, поступившей в Оренбургский областной суд 12 декабря 2018 года, ФИО2 выражает несогласие с апелляционным определением.

Определением судьи Оренбургского областного суда Кисловой Е.А. от 01 марта 2019 года, кассационная жалоба с делом переданы для рассмотрения в судебном заседании президиума Оренбургского областного суда.

Истец ФИО3, ответчик ФИО2, представитель ответчика ООО «УК Технологии Энергосервиса», надлежащим образом извещенные о месте и времени рассмотрения дела, в судебное заседание суда кассационной инстанции не явились, в связи с чем на основании статьи 385 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации президиум Оренбургского областного суда находит возможным рассмотрение дела в их отсутствие. 

Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы и выйдя за их пределы в интересах законности в соответствии с пунктом 2 статьи 390 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, президиум Оренбургского областного суда находит, что имеются основания, предусмотренные законом для удовлетворения кассационной жалобы в части отмены апелляционного определения судебной коллегии по гражданским делам Оренбургского областного суда от 02 августа 2018 года. 

В силу статьи 387 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены или изменения судебных постановлений в кассационном порядке являются существенные нарушения норм материального права или норм процессуального права, которые повлияли на исход дела и без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов, а также защита охраняемых законом публичных интересов.

Президиум Оренбургского областного суда находит, что при рассмотрении данного гражданского дела такие нарушения были допущены.

Из судебных постановлений предыдущих судебных инстанций и материалов гражданского дела следует, что согласно расписке от 25ноября 2016 года генеральный директор ООО«УК Технологии Энергосервиса» ФИО2 получил от М.И.НБ. – участника-учредителя компании 4000000 руб. на расходы компании. Печать компании на расписке отсутствует (л.д.82).

Согласно сведениям, содержащимся в ЕГРЮЛ по состоянию на 19 февраля 2018 года, ФИО2 является единственным учредителем и генеральным директором ООО«УК Технологии Энергосервиса» с 24 февраля 2014 года (л.д.61-67).

Из квитанции к приходному кассовому ордеру от 28 ноября 2016 года на сумму 4000000 руб. следует, что данная сумма принята ООО«УК Технологии Энергосервиса» от ФИО3 через ФИО2 по договорам займа от 02 ноября 2016 года, 24 ноября 2016 года, 26 ноября 2016 года (л.д. 138).

В материалах дела имеются договоры займа между ФИО3 (заимодавец) и ООО «УК Технологии Энергосервиса» (заёмщик):

договор займа от 02 ноября 2016 года № 3 на сумму 1400000 руб. (л.д. 20);

договор займа от 24 ноября 2016 года № 6 на сумму 1853771 руб. (л.д.32);

договор займа от 24 ноября 2016 года № 7 на сумму 660055 руб. (л.д. 36), а всего на сумму 3913 826 руб..

Согласно договорам займа, передача займа осуществляется путем его зачисления на банковский счет заемщика, либо по наличному расчету в кассе заемщика (пункты 2.4).

Кроме того, в материалах дела имеются другие договоры займа, заключенные между ФИО3 и ООО «КВИНТЕСС» в лице генерального директора ФИО2 на сумму 1915000 руб. (договор займа №1 от 01 ноября 2016 года), на сумму 85000 руб. (договор займа №2 от 02 ноября 2016 года), на сумму 169864 руб. (договор займа №4 от 24 ноября 2016 года), на сумму 1016 310 руб. (договор займа №5 от 24 ноября 2016 года). 

Ко всем указанным договорам займа составлены акты получения денежных средств, подписанные заемщиками и займодавцем, в которых имеется указание на то, что в подтверждение получения денежных средств заимодавцу ФИО3 выданы соответствующие приходно-кассовые ордера (пункты 2 актов) (л.д. 15,19,23,27,31,39,39).

Истец ФИО3 при рассмотрении дела указал, что денежные средства по расписке от 25 ноября 2016 года он передал ФИО2 как физическому лицу в качестве займа.

В соответствии с пунктом 1 статьи 807 Гражданского кодекса Российской Федерации, действующим на момент возникновения спорных отношений, по договору займа одна сторона (заимодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить заимодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества. Договор займа считается заключенным с момента передачи денег или других вещей.

Из положений указанной нормы следует, что договор займа является реальной сделкой, считается заключенным с момента передачи денег, что порождает обязанность заемщика возвратить денежные средства. Если не произошло передачи денег (или иных вещей), то договора между сторонами не существует и, следовательно, заемные обязательства не возникают. 

Согласно пункту 1 статьи 808 Гражданского кодекса Российской Федерации договор займа между гражданами должен быть заключен в письменной форме, если его сумма превышает не менее чем в десять раз установленный законом минимальный размер оплаты труда, а в случае, когда займодавцем является юридическое лицо, - независимо от суммы.

Пунктом 2 статьи 808 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что в подтверждение договора займа и его условий может быть представлена расписка заемщика или иной документ, удостоверяющие передачу ему займодавцем определенной денежной суммы или определенного количества вещей.

Учитывая указанные нормы права, наличие заемного обязательства (его условий) должно быть подтверждено допустимыми (письменными) доказательствами, прямо отражающими субъектный состав обязательства, предмет такого обязательства (денежные средства), условия займа и волеизъявление заемщика и заимодавца, выраженные в фактических действиях.

Для возникновения обязательства по договору займа требуется фактическая передача кредитором должнику денежных средств (или других вещей, определённых родовыми признаками) именно на условиях договора займа.

В случае спора на кредиторе лежит обязанность доказать факт передачи должнику предмета займа и то, что между сторонами возникли отношения, регулируемые главой 42 Гражданского кодекса Российской Федерации, а на заёмщике – факт надлежащего исполнения обязательств по возврату займа либо безденежность займа.

Отказывая в удовлетворении иска ФИО3 к ФИО2, суд первой инстанции исходил из отсутствия между ними правоотношений по договору займа, указав, что кредитором не представлено доказательств того, что между ним и ФИО2 были достигнуты договорные отношения, в соответствии с которыми истец передал в долг ФИО2 4000000 руб., а последний принял на себя обязательство возвратить сумму займа. Расписка от 25 ноября 2016 года подтверждает факт передачи определенной денежной суммы, но не является соглашением сторон в письменной форме, свидетельствующим о их волеизъявлении на установление заемного обязательства. 

Суд апелляционной инстанции согласился с выводами суда первой инстанции об отсутствии доказательств передачи денежных средств ФИО2 по расписке на условиях договора займа.

Вместе с тем, отменяя решение суда в части отказа в удовлетворении исковых требований к ФИО2, судебная коллегия указала, что отсутствие доказательств, свидетельствующих о заключении ФИО2 договора займа 25 ноября 2016 года, не является основанием для освобождения ответчика от возврата полученной суммы как неосновательного обогащения с начислением процентов за пользование чужими средствами по статье 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку 4000000 руб. ответчик получил по расписке для внесения в ООО «УК Технологии Энергосервиса», но в общество не внёс. 

По мнению кассатора, суд второй инстанции вышел за пределы заявленных исковых требований, изменил предмет и основание иска, в связи с чем неправомерно пришел к выводу о наличии неосновательного обогащения на стороне ответчика, в то время как истец настаивал на взыскании денежных средств по договору займа.

Указанные доводы кассационной жалобы основаны на неверном толковании норм процессуального права.

Реальное обеспечение прав и свобод граждан правосудием (пункт 1 статьи 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, статьи 2, 18 Конституции Российской Федерации) предполагает безусловную обязанность суда исследовать и оценивать все возможные варианты их защиты, поскольку правосудие по самой своей сути может признаваться таковым лишь при условии, что оно отвечает требованиям справедливости (статья 14 Международного пакта о гражданских и политических правах).

В пункте 6 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 июня 2008 года N 11 "О подготовке гражданских дел к судебному разбирательству" разъяснено, что при определении закона и иного нормативного правового акта, которым следует руководствоваться при разрешении дела, и установлении правоотношений сторон следует иметь в виду, что они должны определяться исходя из совокупности данных: предмета и основания иска, возражений ответчика относительно иска, иных обстоятельств, имеющих юридическое значение для правильного разрешения дела. Поскольку основанием иска являются фактические обстоятельства, то указание истцом конкретной правовой нормы в обоснование иска не является определяющим при решении судьей вопроса о том, каким законом следует руководствоваться при разрешении дела.

Таким образом, ссылка истца в исковом заявлении на правовые нормы, не подлежащие применению к обстоятельствам дела, сама по себе не является основанием для отказа в удовлетворении заявленных требований, поскольку в этом случае суду надлежит самостоятельно определить подлежащие применению к установленным обстоятельствам нормы права и дать юридическую квалификацию правоотношениям сторон.

Процессуальное законодательство (статья 131 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации) не требует от истца точного и исчерпывающего указания в исковом заявлении норм материального права, а равно не ограничивает суд в применении тех норм, которые регулируют спорные правоотношения, но не приведены в исковом заявлении.

Вопреки доводам кассационной жалобы, правильное определение нормы права, подлежащей применению к спорным правоотношениям, является юридической квалификацией. Наличие или отсутствие в исковом заявлении указания на конкретную норму права, подлежащую применению, само по себе не определяет основание иска, равно как и применение судом нормы права, не названной в исковом заявлении, само по себе не является выходом за пределы заявленных требований, а также поводом для отказа в иске и препятствием для суда в применении нужной нормы.

В кассационной жалобе ФИО2 указывает только на одну передачу денежных средств ФИО3 по расписке от 25 ноября 2016 года.

Приводит доводы о том, что квитанция к расходно-кассовому ордеру от 28 ноября 2016 года с печатью ООО «УК Технологии Энергосервиса» подтверждает передачу ФИО3 обществу денежных средств по расписке от 25 ноября 2016 года. 

Отсутствие печати общества на расписке не свидетельствует о пороке формы. 

Согласно кассационной жалобе, к трем договорам займа ООО «УК Технологии Энергосервиса» № 3 от 02 ноября 2016 года, № 6 и № 7 от 24 ноября 2016 года выписывался только один приходно-кассовый ордер от 28 ноября 2016 года, имеющийся в материалах дела, отдельные приходно-кассовые ордеры по каждому договору займа не выписывались.

Указанные доводы кассационной жалобы заслуживают внимания.

Согласно статье 195 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации решение суда должно быть законным и обоснованным.

В пунктах 2 и 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2003 года N 23 "О судебном решении" разъяснено, что решение является законным в том случае, когда оно принято при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению к данному правоотношению, или основано на применении в необходимых случаях аналогии закона или аналогии права (часть 1 статьи 1, часть 3 статьи 11 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации). Решение является обоснованным тогда, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости, или обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании (статьи 55, 59 - 61, 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов.

Рассматривая дело, суд должен установить закон, которым следует руководствоваться при разрешении дела, и правоотношения сторон, определить, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, вынести данные обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались (часть 2 статьи 56, статья 148 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

В соответствии с частью 1 статьи 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации при принятии решения суд оценивает доказательства, определяет, какие обстоятельства, имеющие значение для рассмотрения дела, установлены и какие обстоятельства не установлены, каковы правоотношения сторон, какой закон должен быть применен по данному делу и подлежит ли иск удовлетворению.

Судами первой и апелляционной инстанции установлено получение денежных средств в сумме 4 000 000 руб. ФИО2 от ФИО3, однако сделан вывод о том, что между сторонами правоотношения на условиях договора займа и обязательства ответчика по их возврату как заемных не возникли.

В соответствии со статьей 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 названного Кодекса, независимо от того, явилось ли неосновательное обогащение результатом поведения приобретателя имущества, самого потерпевшего, третьих лиц или произошло помимо их воли.

Из данной нормы права следует, что для возникновения обязательства из неосновательного обогащения необходимо наличие совокупности условий: приобретение или сбережение имущества приобретателем, приобретение или сбережение имущества за счет потерпевшего, приобретение или сбережение имущества не основано на законе (иных правовых актах) или на сделке. Для того чтобы констатировать неосновательное обогащение, необходимо установить отсутствие у лица оснований (юридических фактов), дающих ему право на получение имущества.

Учитывая характер данных правоотношений, бремя доказывания должно распределяться следующим образом: истец должен доказать обстоятельства возникновения у ответчика обязательств долгового характера, в том числе размер обогащения, а ответчик, в свою очередь, должен доказать, что приобрел денежные средства или имущество основательно (в силу закона или сделки), либо доказать направленность воли потерпевшего на передачу имущества в дар или предоставления его с целью благотворительности (статья 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В целях определения лица, с которого подлежит взысканию необоснованно полученное имущество, суду необходимо установить наличие не только самого факта неосновательного обогащения (то есть приобретения или сбережения имущества без установленных законом оснований), но и того обстоятельства, что именно это лицо, к которому предъявлен иск, является неосновательно обогатившимся лицом за счет лица, обратившегося с требованием о взыскании неосновательного обогащения.

В соответствии с пунктом 2 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались.

В возражениях на иск ответчик ФИО2 указал на отсутствие у него неосновательного сбережения ввиду передачи полученных от ФИО3 денежных средств по расписке от 25 ноября 2016 года в кассу общества по обязательствам ФИО3, возникшим перед обществом. 

Пояснил, что договоры займа № 3 от 02 ноября 2016 года, № 6 и № 7 от 24 ноября 2016 года между ФИО3 (займодавцем) и ООО «УК Технологии Энергосервиса» составлялись позднее и юридически оформляли правоотношения ФИО3 и общества, возникшие из фактической передачи денег по расписке от 25 ноября 2016 года.

При этом представил квитанцию к приходному кассовому ордеру от 28 ноября 2016 года на сумму 4000000 руб., согласно которой ООО«УК Технологии Энергосервиса» принято от ФИО3 через ФИО2 по договорам займа от 02 ноября 2016 года, 24 ноября 2016 года, 26 ноября 2016 года 4 000 000 руб..

Суд апелляционной инстанции установил наличие между ФИО3 и ООО «УК Технологии Энергосервиса» таких договоров займа на общую сумму 3 913 826 руб., а именно: от 02 ноября 2016 года № 3 на сумму 1400000 руб., от 24 ноября 2016 года № 6 на сумму 1853771 руб., от 24 ноября 2016 года № 7 на сумму 660055 руб.. К указанным договорам составлены акты получения денежных средств. 

Статья 861 Гражданского кодекса Российской Федерации закрепляет две формы осуществления расчетов: наличную и безналичную. 

В соответствии с пунктом 2 указанной статьи расчеты между юридическими лицами, а также расчеты с участием граждан в связи с осуществлением ими предпринимательской деятельности производятся в безналичном порядке. Названные лица вправе использовать для расчетов и наличные деньги при условии соблюдения требований к проведению кассовых операций.

Пунктом 5 Указаний Банка России от 11 марта 2014 года N 3210-У (в ред. от 03 февраля 2015 года) "О порядке ведения кассовых операций юридическими лицами и упрощенном порядке ведения кассовых операций индивидуальными предпринимателями и субъектами малого предпринимательства" установлено, что прием наличных денег юридическим лицом, индивидуальным предпринимателем, в том числе от лица, с которым заключен трудовой договор или договор гражданско-правового характера, проводится по приходным кассовым ордерам 0310001. 

При соответствии вносимой суммы наличных денег сумме, указанной в приходном кассовом ордере 0310001, кассир подписывает приходный кассовый ордер 0310001, проставляет на квитанции к приходному кассовому ордеру 0310001, выдаваемой вносителю наличных денег, оттиск печати (штампа) и выдает ему указанную квитанцию к приходному кассовому ордеру 0310001 (пункт 5.1 Указаний Банка России от 11 марта 2014 года N 3210-У).

Таким образом, документом, подтверждающим факт внесения наличных денежных средств в кассу организации, является квитанция к приходному кассовому ордеру.

В силу части 1 статьи 55 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела.

Обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами (статья 60 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности (части 1 и 3 статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

В пункте 29 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 июня 2012 года N 13 "О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регламентирующих производство в суде апелляционной инстанции" разъяснено, что если судом первой инстанции неправильно определены обстоятельства, имеющие значение для дела (пункт 1 части 1 статьи 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), то суду апелляционной инстанции следует поставить на обсуждение вопрос о представлении лицами, участвующими в деле, дополнительных (новых) доказательств и при необходимости по их ходатайству оказать им содействие в собирании и истребовании таких доказательств. Суду апелляционной инстанции также следует предложить лицам, участвующим в деле, представить дополнительные (новые) доказательства, если в суде первой инстанции не доказаны обстоятельства, имеющие значение для дела (пункт 2 части 1 статьи 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), в том числе по причине неправильного распределения обязанности доказывания (часть 2 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Суд апелляционной инстанции не принял ссылку представителя ФИО2 – ФИО4 на то, что после получения денежных средств по расписке от 25 ноября 2016 года в подтверждение этого были оформлены три договора займа и составлен один приходно-кассовый ордер от 28 ноября 2016 года, указав, что из буквального содержания указанных договоров займа и актов приёма-передачи денежных средств к ним следует, что в подтверждение заключения каждого договора составлялись приходно-кассовые ордера и деньги по договорам займа передавались в день их подписания. Как указала судебная коллегия, на передачу 4000000 руб. по расписке, помимо денежных сумм, указанных в договорах займа, указывает истец, данные обстоятельства Ц.С.НБ. не опровергнуты. 

Вместе с тем, в нарушение положений статей 60, 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суды первой и апелляционной инстанции не установили, имеются ли такие приходно-кассовые ордера о передаче ФИО3 в ООО «УК Технологии Энергосервиса» денежных средств по договорам займа от 02 ноября 2016 года, 24 ноября 2016 года, а судебная коллегия, в нарушение положений части 2 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, разъяснений Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 июня 2012 года N 13, не предложила сторонам представить соответствующие приходно-кассовые ордера.

Судами не дана оценка тому обстоятельству, что в представленной ответчиком квитанции к приходному кассовому ордеру от 28 ноября 2016 года имеется ссылка, кроме договоров займа от 02 ноября 2016 года, от 24 ноября 2016 года, также на договор от 26 ноября 2016 года, однако заключался ли сторонами такой договор, судами не установлено, в материалах дела он отсутствует.

В ходе рассмотрения дела ФИО3 уточнил исковые требования к ФИО2, а также к ООО « УК Технология Энергосервиса» и просил взыскать с общества основную сумму займа и проценты в сумме 4265891 рублей по договорам займа № 6 от 24 ноября 2016 года, № 7 от 24 ноября 2016 года, № 3 от 02 ноября 2016 года.

Определением суда от 13 апреля 2018 года ФИО3 отказано в принятии искового заявления к ООО « УК Технологии Энергосервиса» о взыскании суммы займов по указанным договорам и процентов

Вместе с тем, ранее определением суда от 20 февраля 2018 года ООО «УК Технологии Энергосервиса», исходя из характера спорных правоотношений и заявленных истцом требований, было привлечено к участию в деле в качестве соответчика по требованиям ФИО3 о взыскании суммы займа по расписке от 25 ноября 2016 года 

В деле не имеется сведений о том, что ФИО3 отказывался от данного иска к ООО « УК Технологии Энергосервиса». 

В соответствии с абзацем четвертым статьи 148 и пунктом 4 части 1 статьи 150 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судья при подготовке дела к судебному разбирательству разрешает вопрос о составе лиц, участвующих в деле, и других участников процесса и о вступлении в дело соистцов, соответчиков и третьих лиц без самостоятельных требований относительно предмета спора, а также разрешает вопросы о замене ненадлежащего ответчика.

Согласно статье 41 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд при подготовке дела или во время его разбирательства в суде первой инстанции может допустить по ходатайству или с согласия истца замену ненадлежащего ответчика надлежащим. После замены ненадлежащего ответчика надлежащим подготовка и рассмотрение дела производятся с самого начала (часть 1).

В случае, если истец не согласен на замену ненадлежащего ответчика другим лицом, суд рассматривает дело по предъявленному иску (часть 2).

Абзацем вторым части 3 статьи 40 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации предусмотрено, что в случае невозможности рассмотрения дела без участия соответчика или соответчиков в связи с характером спорного правоотношения суд привлекает его или их к участию в деле по своей инициативе.

В силу части 3 статьи 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд принимает решение по заявленным истцом требованиям. Суд может выйти за пределы заявленных требований в случаях, предусмотренных федеральным законом.

В мотивировочной части решения суда должны быть указаны обстоятельства дела, установленные судом; доказательства, на которых основаны выводы суда об этих обстоятельствах; доводы, по которым суд отвергает те или иные доказательства; законы, которыми руководствовался суд (часть 4 статьи 198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Из приведенных правовых норм следует, что, приняв решение о привлечении лица к участию в деле в качестве соответчика в порядке абзаца второго части 3 статьи 40 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд обязан рассмотреть иск не только в отношении тех ответчиков, которые указаны самим истцом, но и в отношении лица, привлеченного по инициативе суда.

При этом суд в решении должен привести мотивы принятия решения как об удовлетворении исковых требований в отношении данного ответчика, так и об отказе в удовлетворении исковых требований в отношении этого ответчика.

Иное, в том числе отказ в иске к такому соответчику без указания соответствующих мотивов, противоречит требованиям статьей 196, 198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Указание суда первой инстанции в решении на то, что истец не согласился на замену ответчика ФИО2 на ООО « УК Технологии Энергосервиса», в связи с чем суд в соответствии со статьей 41 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации рассматривает дело по иску, предъявленному к ФИО2, вышеприведенным нормам процессуального права противоречит.

Иных выводов суда первой инстанции по исковым требованиям ФИО3 в отношении ответчика ООО « УК Технологии Энергосервиса», привлеченного судом к участию в деле в качестве соответчика, а также мотивов, по которым суд отказал в удовлетворении исковых требований к данному ответчику, в решении не имеется.

Данные нарушения процессуального права устранены судом апелляционной инстанции не были, тогда как согласно части 1 статьи 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд апелляционной инстанции повторно рассматривает дело в судебном заседании по правилам производства в суде первой инстанции с учетом особенностей, предусмотренных главой 39 данного кодекса. Повторное рассмотрение дела в суде апелляционной инстанции предполагает проверку и оценку фактических обстоятельств дела и их юридическую квалификацию (пункт 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 июня 2012 г. N 13 "О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регламентирующих производство в суде апелляционной инстанции").

При таких обстоятельствах судебные постановления по делу нельзя считать отвечающими требованиям статей 195, 196, 198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Исполнение ФИО3 обязательств перед ООО «УК Технологии Энергосервиса» по договорам займа № 3 от 02 ноября 2016 года, № 6 и № 7 от 24 ноября 2016 года являлось обстоятельством, имеющим юридическое значение при оценке возражений ответчика ФИО2 об отсутствии на его стороне неосновательного обогащения ввиду фактического возникновения обязательств ни между ним и ФИО3, а между ФИО3 и обществом по расписке от 25 ноября 2016 года и передачи им полученных от ФИО3 по расписке денежных средств в кассу общества, а также при оценке правоотношений между ФИО3 и обществом учитывая участие общества в споре в качестве соответчика.

Однако ни судом первой инстанции, ни судом апелляционной инстанции сторонам не предлагалось представить соответствующие доказательства.

В соответствии с требованиями статьи 431 Гражданского кодекса Российской Федерации при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.

Если правила, содержащиеся в части первой данной статьи, не позволяют определить содержание договора, должна быть выяснена действительная общая воля сторон с учетом цели договора. При этом принимаются во внимание все соответствующие обстоятельства, включая предшествующие договору переговоры и переписку, практику, установившуюся во взаимных отношениях сторон, обычаи делового оборота, последующее поведение сторон.

По утверждению представителя истца ФИО3, он передал денежные средства по расписке от 25 ноября 2016 года в сумме 4000000 руб. ФИО2, поскольку намеревался войти в состав учредителей ООО «УК Технологии Энергосервиса» и был заинтересован в развитии общества. 

В спорной расписке от 25ноября 2016 года указано, что генеральный директор ООО«УК Технологии Энергосервиса» ФИО2 получил от М.И.НБ. – участника-учредителя компании 4000000 руб. на расходы компании. 

В судебных постановлениях судов первой и апелляционной инстанции отсутствует оценка представленных сторонами доказательств - расписки от 25 ноября 2016 года, приходно-кассового ордера от 28 ноября 2016 года с учетом указанных выше норм права, как исходя из их буквального толкования, так и объяснений сторон об обстоятельствах дела, предшествующих и последующих взаимоотношений сторон, наличия или отсутствия иных договорных либо внедоговорных обязательств, оценка договорам займа от 02 ноября, 24 ноября 2016 года судами вообще не дана, чем нарушены положения статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Принимая во внимание, что допущенные судебными инстанциями нарушения норм процессуального права являются существенными, повлиявшими на исход дела, учитывая необходимость соблюдения разумных сроков судопроизводства (статья 6.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), президиум Оренбургского областного суда считает, что кассационную жалобу ФИО2 следует удовлетворить частично, отменить апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Оренбургского областного суда от 02 августа 2018 года и направить дело на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции.

Руководствуясь статьей 390 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, президиум Оренбургского областного суда

ПОСТАНОВИЛ:

кассационную жалобу ФИО2 удовлетворить частично.

Апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Оренбургского областного суда от 02 августа 2018 года по делу по иску ФИО3 к ФИО2, обществу с ограниченной ответственностью «УК Технологии Энергосервиса» о взыскании суммы отменить, направить дело на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции.

Председательствующий С.В. Белинская