Дело № 2-651/2024

УИД 42RS0013-01-2024-000119-71

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Междуреченск 11 апреля 2024 года

Междуреченский городской суд Кемеровской области в составе председательствующего судьи Тютюник Я.Я.,

при секретаре Ковалевой А.Н., 

с участием помощника прокурора г. Междуреченска Сотниковой Н.Ю. 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Публичному акционерному обществу "Угольная компания "Южный Кузбасс" о компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к Публичному акционерному обществу "Угольная компания "Южный Кузбасс" (ПАО "Южный Кузбасс") о компенсации морального вреда.

Требования истца мотивированы тем, что в период работы на предприятии ответчика у него развилось профессиональное заболевание: 

<

данные изъяты>). Акт о случае профессионального заболевания № от 16.02.2022.

Заключением МСЭ впервые ему была установлена утрата профессиональной трудоспособности в размере 30% с 24.03.2023 по 1.04.2024.

21.07.2023 он был уволен по собственному желанию в связи с выходом на пенсию.

В соответствии с заключением врачебной комиссии № от 24.05.2023 вина ПАО "Южный Кузбасс" в причинении ему вреда здоровью профессиональным заболеванием составляет 100%.

В соответствии с п. 17 Акта о случае профессионального заболевания, профессиональное заболевание у него возникло при обстоятельствах и условиях: несовершенства оборудования, механизмов, рабочего инструмента, отсутствия безопасных режимов труда и отдыха.

В связи с установленным профессиональным заболеванием он испытывает нравственные и физические страдания. Испытывает болевые ощущения 

<

данные изъяты> Сильные боли 

<

данные изъяты> не дают спокойно спать. 

<

данные изъяты> постоянная слабость, и он не может 

<

данные изъяты>, что стало причиной осложнения его быта. Из-за 

<

данные изъяты>, постоянно приходится 

<

данные изъяты>, чтобы прошли болевые ощущения. 

<

данные изъяты> снижена 

<

данные изъяты> Он не 

<

данные изъяты> просит близких о помощи. Физическое ограничение в решении бытовых повседневных проблем тяготит его, заставляя переживать.

Профессиональное заболевание кардинально поменяло его образ жизни. Ранее, он любил ходить на природу с друзьями и знакомыми, однако, заболевание вынуждает его отказаться от такого досуга: 

<

данные изъяты>. Круг общения в связи с этим резко сузился. Такое состояние беспомощности угнетает его, заставляет переживать, у него изменился характер, он стал нервным и раздражительным, в результате испытывает нравственные страдания.

В соответствии с программой реабилитации пострадавшего, ему показаны лекарственные препараты в количестве шести наименований, два курса в год и санаторно-курортное лечение неврологического профиля один раз в год.

Считает, что сумма компенсации морального вреда, учитывая утрату профессиональной трудоспособности в размере 30% должна составлять 800 000 руб.

Просит взыскать с ПАО "Южный Кузбасс" компенсацию морального вреда в связи с установленным профессиональным заболеванием и утратой профессиональной трудоспособности в размере 30% денежные средства в размере 800 000 руб., а также расходы на оплату услуг представителя в размере 15 000 руб.; за проведение медицинской экспертизы 3 900 руб.

В судебном заседании истец ФИО1 на удовлетворении исковых требований настаивал, пояснив, что сумма компенсации морального вреда указана без учета суммы добровольно выплаченной ответчиком, просил учесть сумму указанной выплаты. Дополнительно пояснил, что отработал на предприятии ответчика – разрезе Красногорском сорок лет, с 1985 года, работал в должности машиниста экскаватора и помощника машиниста экскаватора. В связи с работой во вредных условиях у него выявили профессиональное заболевание 

<

данные изъяты> В связи с указанным заболеванием испытывает физические и нравственные страдания. Сильно болят 

<

данные изъяты>. 

<

данные изъяты> Проживает в своем доме в частном секторе, стало тяжело выполнять работу в быту, вынужден просить о помощи сына. Ранее увлекался рыбалкой, «сплавлялись» по реке, в настоящее время это не возможно. Также имеет автомобиль, но управлять им на длительные расстояния, в частности съездить в г. Новокузнецк, боится. Лечение по программе реабилитации получает, но его не достаточно, приходится за свои средства докупать лекарственные препараты. В марте 2024 прошел переосвидетельствование, степень утраты профессиональной трудоспособности прежняя, 30%, дата очередного переосвидетельствования в следующем году. 

В судебном заседании представитель истца ФИО2, действующий на основании ч. 6 ст. 53 ГПК РФ (л.д. 91), заявленные исковые требования поддержал, пояснив, что сумма компенсации морального вреда в исковом заявлении в сумме 800 000 руб., указана без учета суммы добровольно выплаченной ответчиком, при определении компенсации морального вреда просил ее учесть.

В судебном заседании представитель ответчика ПАО "Южный Кузбасс" ФИО6, действующая на основании доверенности от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 104-108), в удовлетворении исковых требований возражала, предоставив письменные возражения (л.д. 167,168), сущность которых сводится к следующему. Истец состоял в трудовых отношениях с ПАО «Южный Кузбасс». Согласно акту о случае профессионального заболевания № от 16.02.2022 ФИО1 во время работы в ПАО «Южный Кузбасс» подвергался воздействию вредных производственных факторов, в связи с чем, приобрел профессиональное заболевание – 

<

данные изъяты> связанная с воздействием локальной вибрации. Вина ответчика в причинении истцу профессионального заболевания составляет 100%, при этом истцу впервые установлено 30% утраты профессиональной трудоспособности в связи с профессиональным заболеванием. В сентябре 2023, на основании ОТС по угольной промышленности РФ, коллективного договора, положения о выплате единовременного пособия и компенсации морального вреда, заявления работника, приказом от 29.09.2023, с учетом 30% утраты профессиональной трудоспособности и вины компании – 100% ПАО «Южный Кузбасс» добровольно выплатило ФИО1 компенсацию в счет возмещения морального вреда в размере 435 931,68 руб. Истец, получив указанную компенсацию, возражений относительно ее размера не высказывал, стороны трудовых отношений пришли к соглашению о ее размере. Добровольно выплаченная компенсация морального вреда, исчисленная в соответствии с нормами ФОС, является достаточной, соразмерной понесенным истцом физическим и нравственным страданиям, отвечает требованиям разумности и справедливости. Полагают, что размер компенсации морального вреда, требуемый истцом к взысканию сверх ранее выплаченной суммы в добровольном порядке, не соответствует требованиям разумности и справедливости. Также полагают, что размер расходов по оплате услуг представителя в сумме 15 000 руб. является завышенным. 

Заслушав стороны, опросив свидетелей ФИО8, Свидетель №1, изучив письменные материалы дела, суд приходит к следующему.

На основании ч.2 ст. 12 ГПК РФ суд, сохраняя независимость, объективность и беспристрастность, осуществляет руководство процессом, разъясняет лицам, участвующим в деле, их права и обязанности, предупреждает о последствиях совершения или несовершения процессуальных действий, оказывает лицам, участвующим в деле, содействие в реализации их прав, создает условия для всестороннего и полного исследования доказательств, установления фактических обстоятельств и правильного применения законодательства при рассмотрении и разрешении гражданских дел.

Согласно ч. 1 ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено законом.

В соответствии с Конституцией Российской Федерации в Российской Федерации охраняются труд и здоровье людей (часть 2 статьи 7), каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены (часть 3 статьи 37), каждый имеет право на охрану здоровья (часть 2 статьи 41), каждому гарантируется право на судебную защиту (часть 1 статьи 46). 

Из данных положений Конституции Российской Федерации в их взаимосвязи следует, что каждый имеет право на справедливое и соразмерное возмещение вреда, в том числе и морального, причиненного повреждением здоровья вследствие необеспечения работодателем безопасных условий труда, а также имеет право требовать такого возмещения в судебном порядке.

Согласно части 3 статьи 55 Конституции Российской Федерации права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства. 

Таким образом, никакие иные акты, за исключением федеральных законов в предусмотренных статьей 55 Конституции Российской Федерации случаях, не могут умалять и ограничивать право гражданина на полное возмещение вреда, причиненного повреждением здоровья. Соответственно, не могут ограничивать это право также и заключенные в соответствии с трудовым законодательством отраслевые соглашения и коллективные договоры. 

Приведенные выше конституционные положения конкретизированы в соответствующих нормах трудового права и разъяснениях Пленума Верховного Суда Российской Федерации. 

Так, в соответствии с частью 2 статьи 9 Трудового кодекса Российской Федерации коллективные договоры, соглашения, трудовые договоры не могут содержать условий, ограничивающих права или снижающих уровень гарантий работников по сравнению с установленными трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права. Если такие условия включены в коллективный договор, соглашение или трудовой договор, то они не подлежат применению. 

Согласно статье 237 Трудового кодекса Российской Федерации, моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора (часть 1). 

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба (часть 2). 

Согласно разъяснению, содержащемуся в пункте 46, 47 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, компенсируется в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора, а в случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба (статья 237 ТК РФ). При разрешении исковых требований о компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья или смертью работника при исполнении им трудовых обязанностей вследствие несчастного случая на производстве суду в числе юридически значимых для правильного разрешения спора обстоятельств надлежит установить, были ли обеспечены работодателем работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности. Бремя доказывания исполнения возложенной на него обязанности по обеспечению безопасных условий труда и отсутствия своей вины в необеспечении безопасности жизни и здоровья работников лежит на работодателе, в том числе если вред причинен в результате неправомерных действий (бездействия) другого работника или третьего лица, не состоящего в трудовых отношениях с данным работодателем.

Суду при определении размера компенсации морального вреда в связи с нарушением работодателем трудовых прав работника необходимо учитывать, в числе других обстоятельств, значимость для работника нематериальных благ, объем их нарушения и степень вины работодателя. В частности, реализация права работника на труд (статья 37 Конституции Российской Федерации) предопределяет возможность реализации ряда других социально-трудовых прав: на справедливую оплату труда, на отдых, на безопасные условия труда, на социальное обеспечение в случаях, установленных законом, и др.

Размер компенсации морального вреда, присужденный к взысканию с работодателя в случае причинения вреда здоровью работника вследствие профессионального заболевания, причинения вреда жизни и здоровью работника вследствие несчастного случая на производстве, в том числе в пользу члена семьи работника, должен быть обоснован, помимо прочего, с учетом степени вины работодателя в причинении вреда здоровью работника в произошедшем несчастном случае.

Судом установлено и следует из материалов дела, что ФИО1 состоял в трудовых отношениях с ответчиком ПАО "Южный Кузбасс": с 12.08.1987 принят помощником машиниста экскаватора 4 разряда, 04.07.1990 переведен помощником машиниста 5 разряда на горном уча14.01.2004 переведен машинистом экскаватора 6 разряда на горном участке, 31.03.2008 переведен помощником машиниста экскаватора 5 разряда, 06.05.2008 переведен помощником машиниста 6 разряда на горном участке, 20.02.2009 уволен по собственному желанию; 14.12.2009 принят на участок горных работ № производственной службы разреза «Красногорский» машинистом экскаватора 7 разряда, 01.07.2013 переведен машинистом экскаватора 7 разряда на участок Техкомплекс разреза «Красногорский», 03.09.2020 переведен машинистом экскаватора 7 разряда участка отгрузки угля производственного цеха разреза «Красногорский», 21.07.2023 уволен по собственному желанию в связи с выходом на пенсию п. 3 ч. 1 ст. 77 ТК РФ (л.д. 6-9).

Согласно Санитарно-гигиенической характеристике условий труда работника при подозрении у него профессионального заболевания от 21.09.2021 №, ФИО1, состоящему в трудовых отношениях с филиалом ПАО "Южный Кузбасс" – «Управление по открытой добыче угля» Министерство энергетики РФ, разрез «Красногорский» в должности машинист экскаватора 7 разряда, поставлен предварительный диагноз: 

<

данные изъяты> Общий стаж работы 39 лет. Стаж работы в данной профессии 14 лет 10 месяцев. Стаж работы в условиях воздействия опасных, вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов, которые могли вызвать профзаболевание 34 года. ФИО1 проработал в г. Междуреченске в профессиях помощник машиниста экскаватора на ЭКГ 8И (19 лет 2 месяца), машинист экскаватора на ЭКГ 8И (14 лет 10 месяцев) при отсутствии безопасного режима труда и отдыха. Во время работы подвергался воздействию вредных производственных факторов: тяжести трудового процесса, производственной вибрации, охлаждающему микроклимату, шуму, аэрозолям преимущественно фиброгенного действия. Помощник машиниста- слежение за работой экскаватора, смазка узлов, контроль за сохранностью и перемещением высоковольтного кабеля. Уборка открытых площадок, своевременная очистка ковша, выполнение распоряжений машиниста. Машинист экскаватора - управление экскаватором при производстве вскрышных, добычных, переэкскавационных, зачистных, отвальных и погрузочно-разгрузочных работах, участие в монтаже экскаватора и так далее. На управление экскаватором затрачивал до 96% рабочего времени. В управлении задействованы обе руки и обе ноги (два рычага и две педали). Управление осуществлялось в рабочей позе сидя, в скоординированном положении частей тела относительно рабочего места. При этом, руки согнуты в локтевых суставах под углом 90-100 градусов, отведены от туловища до 15-20 градусов, немного вытянуты вперед 15-20 градусов. Кисти рук постоянно находятся на рычагах управления, в напряжении. 1 цикл включает в себя по 3-4 движения обеими руками и по 2 движения ногами. Кроме того, большими пальцами рук нажимал на рычагах кнопки- слева раз за цикл, справа 2-3 раза. В случаях твердых пород количество движениями руками увеличивается в 2-3 раза. В настоящее время производи смазку механизмов, находясь в неудобных позах, в том числе в стесненных условиях: с наклоном корпуса вперед, вперед-вбок до 60 градусов, на корточках, с поднятыми вверх руками. При выполнении ремонтных работ приходилось поднимать и перемещать тяжести до 50 кг. на расстояние до 50 м. (л.д. 11-14).

Согласно Акту о случае профессионального заболевания № от 16.02.2022, ФИО1 поставлен заключительный диагноз: 

<

данные изъяты> ФИО1 состоял в трудовых отношениях с Филиалом ПАО "Южный Кузбасс"- Управление по открытой добыче угля, Участок отгрузки угля производственного цеха разреза «Красногорский» в профессии машинист экскаватора 7 разряда. Общий стаж работы 39 лет 5 месяцев, стаж работы в данной профессии 15 лет 3 месяца. Стаж работы в условиях воздействия вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов 15 лет 3 месяца. Профессиональное заболевание возникло при обстоятельствах и условиях: несовершенство оборудования, механизмов, рабочего инструмента, отсутствие безопасных режимов труда и отдыха. Причиной профессионального заболевания послужило: длительное воздействие на организм человека вредных производственных факторов. Воздействие локальной вибрации выше ПДУ. Эквивалентный корректированный уровень локальной вибрации на рабочем месте машиниста экскаватора составлял Zл-127 дБ, Хл-120 дБ, Ул-125дБ при ПДУ-126 дБ. Условия труда в зависимости от уровня локальной вибрации в профессии машинист экскаватора относятся к вредному 3 классу 1 степени согласно Р.2.2./2006-05. Вины работника нет. Заключение: на основании результатов расследования установлено, что настоящее заболевание является профессиональным и возникло в результате: длительного воздействия на организм вредных производственных факторов (л.д. 10).

Согласно Справке серии МСЭ-2006 № от 11.04.2023, ФИО1 установлено 30% утраты профессиональной трудоспособности с 24.03.2023 по 01.04.2024 (л.д. 15).

Согласно Программе реабилитации пострадавшего в результате несчастного случая на производстве и профессионального заболевания от 11.04.2023, ФИО1 назначен прием лекарственных препаратов в количестве шести наименований, два курса в год и санаторно-курортное лечение неврологического профиля один раз в год (л.д. 16-18).

Согласно Справке серии МСЭ-2022 № от 01.04.2024, ФИО1 установлено 30% утраты профессиональной трудоспособности с 14.03.2024 по 01.04.2025 (л.д. 110,111).

Согласно Программе реабилитации пострадавшего в результате несчастного случая на производстве и профессионального заболевания от 1011.04.2024, ФИО1 назначен прием лекарственных препаратов в количестве шести наименований, два курса в год и санаторно-курортное лечение неврологического профиля один раз в год (л.д. 112-116).

Приказом ОСФР по Кемеровской области-Кузбассу №-В от 12.05.2023, ФИО1 в связи с повреждением здоровья вследствие профессионального заболевания, полученного 31.01.2022 в период работы в Филиале ПАО "Южный Кузбасс"- Управление по открытой добыче угля, утрата профессиональной трудоспособности 30% на срок 24.03.2023-01.04.2024 назначена единовременная страховая выплата в сумме 51 375, 48 руб. (л.д. 19).

Согласно Заключению врачебной экспертной комиссии № от 24.05.2023, на возникновение заболевания: 

<

данные изъяты> ФИО1 повлияла работа с локальной вибрацией выше ПДУ кл.3 ст.1 в профессиях Помощник машиниста и машинист экскаватора при работе после службы в Советской армии с 1987. При прогрессии заболевания признан нетрудоспособным во вредных условиях труда и направлен в БМСЭ, где было определено 30% утраты трудоспособности. Общий стаж воздействия вредного фактора согласно профмаршруту 34 года 11 месяцев. Степень вины пропорциональна стажу в возникновении и прогрессии заболевания: ОАО «Разрез «Красногорский» 54,9%; Филиал ПАО "Южный Кузбасс"- «Разрез «Красногорский» 2,9%; Филиал ПАО "Южный Кузбасс"- Управление по открытой добыче угля 21,7%; Филиал ПАО "Южный Кузбасс"- Управление по открытой добыче угля 20,5% (л.д. 20).

Согласно Медицинскому заключению о наличии профессионального заболевания от 31.01.2022 № НИИ КПГПЗ, имеется причинно-следственная связь заболевания ФИО1, диагноз: 

<

данные изъяты> с профессией машинист экскаватора. Заболевание профессиональное, установлено 31.01.29022 (л.д. 22).

Согласно Медицинскому заключению (выписному эпикризу), ФИО1, состоящий в трудовых отношениях с Филиалом ПАО "Южный Кузбасс"- Управление по открытой добыче угля, «Разрез «Красногорский» в должности машинист экскаватора, находился на стационарном обследовании в отделении № клиники НИИ КГП с 14.02.2023 по 22.02.2023. основной диагноз: 

<

данные изъяты> Заболевание профессиональное, течение прогредиентное, подтверждено повторно. В динамике наблюдения у пациента с частыми обострениями 

<

данные изъяты> сохраняются и подтверждаются результатами обследования проявления полинейропатии верхних конечностей 1-2 ст. Нуждается в рациональном трудоустройстве и реабилитации. Рекомендовано: тяжелый труд, с охлаждением, с вибрацией противопоказан. Направить в БМСЭ. Санаторно-курортное лечение и медикаментозная реабилитация. Диагностическое наблюдение 4 группа. Контрольная госпитализация через 1 год. Консультация гематолога (томбоцитоз) (л.д. 21).

Согласно Медицинскому заключению (выписному эпикризу из карты стационарного больного №), ФИО1, состоящий в трудовых отношениях с Филиалом ПАО "Южный Кузбасс"- Управление по открытой добыче угля, «Разрез «Красногорский» в должности машинист экскаватора, находился на стационарном обследовании в отделении № клиники НИИ КГП с 26.02 по 07.03.2024, основной диагноз: 

<

данные изъяты> Заболевание профессиональное, подтверждено повторно. Клинически и объективными методами обследования верифицированы синдромы 

<

данные изъяты> в рамках прежней степени, в т.ч. патология 

<

данные изъяты>. Течение заболевания непрогредиентное. Продолжить реабилитацию (л.д. 164).

Согласно амбулаторной медицинской карте №, ФИО1 обращался к врачу неврологу: 9.07.2019-динамическое наблюдение; 16.07.2019-динамическое наблюдение; 22.07.2019-динамическое наблюдение; 23.03.2020- уточнение 

<

данные изъяты>; 10.07.2020-ухудшение; 17.07.2020- динамическое наблюдение; 24.07.2020 - улучшение; 17.12.2021 - динамическое наблюдение; 24.12.2021 - динамическое наблюдение; 28.12.2021 - динамическое наблюдение; 24.10.2022 - динамическое наблюдение; ДД.ММ.ГГГГ - динамическое наблюдение (л.д. 35-37), факт обращения истца ФИО7 за медицинской помощью подтверждается копией медицинской карты № (л.д. 117-134), копией медицинской карты ОА СК «БАСК» (л.д. 135-161), жалобы на боли в руках, усиливающиеся при нагрузке, ограничение 

<

данные изъяты>

Согласно приказа № ЮК/СП_МП/0929_1 от 29.09.2023 ФИО1 выплачено единовременное пособие в счет компенсации морального вреда в связи с причиненным работнику увечьем, связанным с исполнением им трудовых функций 435 931,68 рублей (л.д. 169), указанная сумма перечислена ФИО1 платежным поручением № от 29.09.2023 (л.д. 170).

В судебном заседании свидетель ФИО8 пояснил, что с истцом знаком с 1989 года, вместе работали на разрезе Красногорский, отношения дружеские. У истца установлено профессиональное заболевание – 

<

данные изъяты>, данное заболевание он получил, работая машинистом и помощником машиниста экскаватора. У него сильно болят 

<

данные изъяты> Истец проживает в частном доме, в настоящее время он не в состоянии выполнять физическую работу: перекидать уголь, поколоть дрова, ему помогает сын. Ранее он увлекался рыбалкой, хорошо вязал мушки на хариуса, сейчас вязать мушки не может. В ноябре 2023 он взял истца с собой на рыбалку, температура была на улице – 2 С, у истца 

<

данные изъяты>, рыбалкой он заниматься теперь тоже не может, даже в теплую погоду 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> Ранее он управлял автомобилем, сейчас на длительные расстояния управлять автомобилем он не может, только в пределах города, по магазинам. Истец получает лечение по программе реабилитации, два раза в год, капельницы, посещает невролога, ничего не помогает, боль немного уменьшается, но кратковременно. 

В судебном заседании свидетель Свидетель №1 пояснил, что истец его отец, у отца установлено профессиональное заболевание – 

<

данные изъяты> В быту отец ничего не может сделать самостоятельно, поживает в частном доме, помогает отцу он. Ранее отец занимался рыбалкой, сейчас рыбалка ему не доступна, не может 

<

данные изъяты> Также стали недоступны сплавы, поскольку грести он не может, сильно болят 

<

данные изъяты> На длительные расстояния автомобилем управлять он также не может, болят 

<

данные изъяты> он подменяет отца за рулем. Отец получает санаторно-курортное лечение, ему ставят уколы, получает физиолечение, но улучшение не наблюдается. 

Поскольку утрата здоровья является невосполнимой, истец в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается.

В соответствии со ст. 1101 ГК РФ при определении размера компенсации морального вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Из содержания положений закона, приведенного выше, и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации в их взаимосвязи следует, что в случае спора размер компенсации морального вреда определяется судом по указанным выше критериям вне зависимости от размера, установленного соглашением сторон, и вне зависимости от имущественного ущерба, которым в случае трудового увечья или профессионального заболевания является утраченный средний заработок работника. 

Положения отраслевых соглашений и коллективных договоров означают лишь обязанность работодателя при наличии соответствующих оснований выплатить в бесспорном порядке компенсацию морального вреда в предусмотренном размере. 

Поскольку утрата здоровья является невосполнимой, истец в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается.

В соответствии со ст. 1101 ГК РФ при определении размера компенсации морального вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Суд признает состоятельными доводы истца о том, что в результате профессионального заболевания он испытывал и испытывает по настоящее время физические и нравственные страдания, и признает за истцом право на компенсацию морального вреда в соответствии с положениями ст. 150, ст. 151 ГК РФ, ст. 237 ТК РФ.

Доводы ответчика о том, что ПАО «Южный Кузбасс» произведены истцу единовременные выплаты в счет компенсации морального вреда, предусмотренные нормами Федерального отраслевого соглашения по угольной промышленности Российской Федерации и коллективным договором, истец не возражал в отношении размера данной суммы сумм и принял ее, тем самым согласился с возмещением морального вреда в выплаченном размере, в связи с чем, оснований для повторной компенсации морального вреда не имеется, основаны на ошибочном толковании норм материального права.

Разрешая требования истца, суд не находит оснований для взыскания компенсации морального вреда в заявленном истцом размере в сумме 364 068,32 руб. с учетом выплаченной ответчиком в добровольном порядке компенсации в размере 435 931,68 руб. (800 000 – 435 931,68), поскольку обращаясь с иском о компенсации морального вреда в указанном размере, истец исходил из субъективной оценки своих страданий, вызванных повреждением здоровья, как основной жизненно важной ценности, однако доказательств, опровергающих медицинские заключения о том, что нарушение функций его организма являются незначительными, не представил.

Поскольку моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах, размер компенсации морального вреда является оценочной категорией, которая включает в себя оценку совокупности всех обстоятельств.

При определении суммы компенсации морального вреда, суд учитывает объяснения истца, согласно которым он в связи с повреждением здоровья до настоящего времени переносит физические и нравственные страдания, в том числе претерпевает длительное время болезненные ощущения, вынужден периодически обращаться к врачам, проходить лечение, принимать лекарства, что также подтверждается санитарно-гигиенической характеристикой условий труда работника, программой реабилитации пострадавшего, выпиской из амбулаторной карты, пояснениями свидетелей.

Оценивая исследованные доказательства в их совокупности, суд, учитывая степень нравственных и физических страданий истца, исходя из фактических обстоятельств настоящего дела, принципа разумности и справедливости, учитывая индивидуальные особенности истца и его возраст (57 лет), тяжесть заболевания и длительность лечения, отсутствие у истца инвалидности, характер причиняемых страданий истца и значимость для истца нарушенных нематериальных благ, объем их нарушения, выразившихся в испытываемом постоянном дискомфорте, болезненности, изменения качества жизни в худшую сторону в связи с заболеванием в период с 31.01.2022 по настоящее время, утрату профессиональной трудоспособности на 30% - по заболеванию 

<

данные изъяты> степени вины предприятия, степень нравственных переживаний, и определяет компенсацию морального вреда за причиненный вред здоровью истца:

ПАО "Южный Кузбасс" с учетом вины ответчика 100 % и возмещенной суммы, доплату компенсации морального вреда в размере 164 068,32 рублей из расчета: 600 000 рублей х 100 % – 435 931,68 руб. (выплачено предприятием).

В соответствии со ст.ст. 88, 98, 100 ГПК РФ, а также разъяснений Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», суд считает возможным удовлетворить требования истца о взыскании в его пользу, понесенные судебные расходы по оплате юридических услуг за составление искового заявления и участие представителя в судебных заседаниях в размере 8 000 рублей, находя данный размер разумным с учетом обстоятельств настоящего дела, количества судебных заседаний, объема выполненной представителем работы по оказанию истцу правовой помощи. 

Истцом в материалы дела в подтверждение указанных расходов представлены: Договор на оказание юридических услуг от 11.01.2024 (л.д. 23-24), квитанция от 11.01.2024 (л.д. 25).

Так же истцом понесены расходы, связанные с проведением медицинской экспертизы в связи с профессиональным заболеванием и установлением степени вины предприятия в размере 3 900 руб. (л.д. 95-97, 98-99), данные расходы связаны с рассмотрением дела, понесены истцом и подлежат взысканию с ответчика с учет принципа пропорциональности возмещения судебных расходов, поскольку исковые требования судом удовлетворены в размере 45% от суммы заявленной истцом (заявлено 364 068,32 руб., 800 000 руб. – 435 931,68 руб.), удовлетворено в размере 164 068,32 руб., то суд приходит к выводу о взыскании указанных расходов в размере 1 755 руб. (3900*45%).

Истец освобожден от уплаты госпошлины в соответствии со ст. 333.36 Налогового кодекса РФ, в соответствии со ст. 103 Гражданского процессуального кодекса РФ государственная госпошлина подлежит взысканию с ответчика в доход местного бюджета в размере 300 рублей. 

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к Публичному акционерному обществу «Угольная компания «Южный Кузбасс» о взыскании компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Взыскать с Публичного акционерного общества «Угольная компания «Южный Кузбасс» в пользу ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца 

<

адрес> в счёт компенсации морального вреда, причиненного вследствие профессионального заболевания 

<

данные изъяты> в размере 164 068 (сто шестьдесят четыре тысячи шестьдесят восемь) рублей 32 копейки, в счет возмещения судебных расходов по оплате услуг представителя 8 000 (восемь тысяч) рублей, по оплате медицинской экспертизы связи заболевания с профессией и установлением степени вины предприятия в сумме 1 755 (одна тысяча семьсот пятьдесят пять) рублей. 

В остальной части исковых требований отказать. 

Взыскать с Публичного акционерного общества «Угольная компания «Южный Кузбасс» в доход местного бюджета государственную пошлину в сумме 300 (триста) рублей.

Решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме в Кемеровский областной суд путем подачи апелляционной жалобы в Междуреченский городской суд.

Судья подпись Я.Я. Тютюник

Резолютивная часть решения оглашена 11.04.2024 года

Мотивированное решение в полном объеме изготовлено 18.04.2024 года 

Копия верна, подлинник решения подшит в материалы дела № 2-651/2024 Междуреченского городского суда Кемеровской области 

Судья Я.Я. Тютюник