Дело № 2-1132/2018

РЕШЕНИЕ

.

И М Е Н Е М РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

2 ноября 2018 года г.Шебекино

Шебекинский районный суд Белгородской области в составе:

Председательствующего судьи Подрейко С.В.,

При секретарях Кузнецовой А.В., Пензевой Е.А.,

С участием прокурора Орловой Л.В.,

Истца ФИО1, его представителя адвоката Сапрыкиной О.В. (по ордеру), представителей ответчика ООО «Промзапчасть» ФИО2 (по доверенности), 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 ФИО17 к ООО «Промзапчасть» о признании приказа об увольнении незаконным, восстановлении на работе, взыскании невыплаченной заработной платы, заработка за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда, 

у с т а н о в и л :

ФИО1 работал в ООО «Промзапчасть» с 10.08.2016 года в должности оператора ЧПУ.

Приказом № от 31.07.2018 года директора предприятия трудовой договор с ФИО1 расторгнут на основании п.п. "а" п. 6 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации за прогул. Основанием к вынесению приказа послужили приказ о проведении проверки (расследования) по факту отсутствия работника на рабочем месте от 6.07.2018 года, акт о проведении проверки (расследования) по факту отсутствия работника на рабочем месте от 17.07.2018 года. 

Дело инициировано иском ФИО1, который, уточнив заявленные требования, просит признать незаконным его увольнение и отменить приказ о его увольнении по п.п. "а" п. 6 ч. 1 ст. 81 ТК РФ от 31.07.2018 года; восстановить его на работе с 01.08.2018 года в ООО «Промзапчасть» в должности оператора ЧПУ; обязать ответчика выплатить ему оплату ежегодного оплачиваемого отпуска в размере 13100,08 руб.; обязать ответчика выплатить ему компенсацию за время вынужденного прогула с 1.08.2018 года по 30.10.2018 года в размере 97506 руб., взыскать с ответчика в его пользу компенсацию морального вреда в размере 50 000 руб.

В судебном заседании ФИО1, его представитель Сапрыкина О.В. поддержали заявленные требования. Пояснили, что в начале июня 2018 года руководитель предприятия ФИО20. предложил ФИО1 занять должность начальника охраны. Он согласовал с руководителем предоставление ему очередного ежегодного отпуска, в течение которого ФИО3 предложил ему подобрать персонал. Он 15.06.2018 года написал заявление о предоставлении отпуска, устно согласовал его с мастером ФИО19 и заместителем директора по производству ФИО21 и ушел в отпуск на 2 недели. 2.07.2018 года он вышел на работу, чтобы узнать когда ему выходить, в какую смену, и когда приступать к работе в качестве начальника охраны, но не нашел на месте сотрудника отдела кадров. На второй день он подошел к заместителю директора по производству, и тот сказал, что директор в командировке, и без него он не будет решать никакие вопросы. По предложению ФИО22 он написал и передал ему заявление о предоставлении отпуска без сохранения заработной платы до 15.07.2018 года. Примерно 10.07.2018 года он вечером приехал на работу за одеждой, и мастер ФИО23 сказал, что в отношении него ведется служебная проверка. На следующий день он написал заявление о предоставлении материалов служебной проверки. 16.07.2018 года вышел на работу, и ФИО25 ему сообщил, что его никто не отпускал в отпуск, и предложил для сглаживания ситуации написать «задним» числом объяснительные за дни отсутствия на работе, заверив, что максимальным наказанием будет выговор. С 17.07.2018 года он находился на больничном. 31.07.2018 года вышел на работу, ему сообщили о расторжении трудового договора, выдали трудовую книжку. Считает, что его увольнение было спровоцировано заместителем директора по производству ФИО24 из-за его требовательности в работе, неоднократных предложений по усовершенствованию работы. 

Представитель ответчика ФИО2 иск не признала, поскольку работодателем соблюдена процедура увольнения истца, и им был допущен прогул. Пояснила, что согласно графика отпусков Обернихину должен был быть предоставлен отпуск с 15.08.2018 годапо 28.08.2918 года. Условия о переносе отпуска истцом не согласовывались. 15.06.2018 года мастер ФИО18 отказался согласовывать ФИО1 отпуск. Зам. директора по производству поставил резолюцию о согласовании отпуска на заявлении ФИО1, но бухгалтер ФИО26 исполняющая обязанности ОК, сообщила истцу, что ему отпуск не положен. Однако, ФИО1 оставил заявление и ушел. Приказ о предоставлении отпуска ФИО1 не издавался, поэтому возражают против оплаты истцу периода ежегодного оплачиваемого отпуска. 2.07.2018 года, 3.07.2018 года ФИО1 не вышел на работу во 2-ю смену. 4.07.2018 года истец пришел в кабинет заместителя директора по производству, где ему было зачитано уведомление о предоставлении объяснений по факту отсутствия на рабочем месте со 2 по 4 июля. В этот же день истец обратился к руководителю предприятия для предоставления ему отпуска без сохранения заработной платы. Заявление им было оставлено у юриста ФИО2, но никем согласовано не было и приказ на основании данного заявления не издавался. 6.07.2018 года был издан приказ о проведении проверки (расследования) по факту отсутствия работника на рабочем месте. С 9.07.2018 года ФИО1 периодически приходил на предприятие, к работе не приступал, писал объяснительные о причинах отсутствия на рабочем месте. 

17.07.2018 года комиссией составлен акт, согласно которого причины отсутствия ФИО1 на рабочем месте со 2.072018 года по 6.07.2018 года и с 9.07.2018 года по 13.07.2018 года признаны неуважительными, действия истца признаны нарушением ст.ст.21 и 189 ТК РФ, и работодателем в отношении истца было применено дисциплинарное взыскание в виде увольнения. При этом были учтены тяжесть поступка и обстоятельства, при которых он был совершен – истец длительное время отсутствовал на рабочем месте без уважительных причин, а также предшествующее поведение работника и его отношение к труду. 

Выслушав участников процесса, исследовав обстоятельства по представленным сторонами доказательствам, заслушав заключение прокурора об отсутствии оснований для удовлетворения заявленных ФИО1 требований, суд находит исковые требования ФИО1 частично обоснованными и не подлежащими частичному удовлетворению. 

В соответствии со ст. 21 Трудового кодекса Российской Федерации заключая трудовой договор, работник обязуется добросовестно выполнять свои трудовые обязанности, соблюдать трудовую дисциплину и правила внутреннего трудового распорядка организации. Виновное неисполнение данных требований может повлечь привлечение работника к дисциплинарной ответственности, что является одним из способов защиты нарушенных прав работодателя.

В соответствии с п.п. "а" п. 6 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор может быть расторгнут работодателем в случае однократного грубого нарушения работником трудовых обязанностей - прогула, то есть отсутствия на рабочем месте без уважительных причин в течение всего рабочего дня (смены), независимо от его (ее) продолжительности, а также в случае отсутствия на рабочем месте без уважительных причин более четырех часов подряд в течение рабочего дня (смены).

Увольнение по указанному основанию в силу ч. 1 ст. 192 Трудового кодекса Российской Федерации является одним из видов дисциплинарного взыскания за совершение дисциплинарного проступка, то есть неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей.

Согласно Постановлению Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" разъясняется, что при рассмотрении дела о восстановлении на работе лица, уволенного по пункту 6 части первой статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации, работодатель обязан представить доказательства, свидетельствующие о том, что работник совершил одно из грубых нарушений трудовых обязанностей, указанных в этом пункте. При этом следует иметь в виду, что перечень грубых нарушений трудовых обязанностей, дающий основание для расторжения трудового договора с работником по пункту 6 части первой статьи 81 Кодекса, является исчерпывающим и расширительному толкованию не подлежит.

Если трудовой договор с работником расторгнут по подпункту "а" пункта 6 части первой статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации за прогул, необходимо учитывать, что увольнение по этому основанию, в частности, может быть произведено в том числе за невыход на работу без уважительных причин, т.е. отсутствие на работе в течение всего рабочего дня (смены) независимо от продолжительности рабочего дня (смены).

10.08.2016 года между сторонами был заключен трудовой договор N 34/2016, в соответствии с которым истец была принята на работу в ООО «Промзапчасть» в цех по производству агрегатов на должность оператора ЧПУ. Трудовым договором установлен режим рабочего времени, как 40-часовая 5-дневная рабочая неделя с перерывом для отдыха и питания с 12.00 до 13.00 часов.Согласно Правил внутреннего трудового распорядка для работников ООО «Промзапчасть», утвержденных директором предприятия 5.02.2017 года, определен сменный график работы: 1 смена: с 8-00 час. до 17-00 час., перерыв для отдыха и питания с 12-00 час. до 13-00 час., кратковременные перерывы: с 9-50 час. до 10-00 час, с 14-50 час. до 15-00 час., 2 смена: 17-00 час. до 01-00 час., перерыв для отдыха и питания с 21-00 час. до 21-30 час., кратковременные перерывы - с19-50 час. до 20-00 час., с 22-50 час. до 23-00 час.

Приказом № от 31.07.2018 года директора предприятия трудовой договор с ФИО1 расторгнут на основании п.п. "а" п. 6 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации за прогул. Основанием к вынесению приказа послужили приказ о проведении проверки (расследования) по факту отсутствия работника на рабочем месте от 6.07.2018 года, акт о проведении проверки (расследования) по факту отсутствия работника на рабочем месте от 17.07.2018 года, согласно которым истец отсутствовал на своем рабочем месте со 2.07.2018 года по 6.07.2018 года и с 9.07.2018 года по 13.07.2018 года, в течение всего рабочего дня, без уважительных причин.

15.06.2018 года истцом подано заявление о предоставлении ему части ежегодного оплачиваемого отпуска продолжительностью 14 календарных дней с 18.06.2018 года.

На заявлении в ту же дату проставлена резолюция заместителя директора по производству 

<

данные изъяты> – «Не возражаю». 

Согласно приказа № от 2.04.2018 года о порядке предоставления отпусков работникам ООО «Промзапчасть» отпуск может быть предоставлен на основании подписанного лично заявления, с визами мастера участка, заместителя директора по производству, с «Положительной» резолюцией директора.

Суд находит несостоятельными довода стороны ответчика о самовольном уходе истца в отпуск, так как его заявление было завизировано заместителем директора по производству, в период его отсутствия на работе в течение 14 календарных дней никто не требовал выхода истца на работу, не выяснял причины его отсутствия на работе.

Как свидетели - бывшие работники предприятия ФИО10, ФИО11, так и свидетель ФИО9, ведущая кадровую работу на предприятии, не отрицали, что ознакомление работников предприятия с приказами о предоставления отпуска производится в том числе и по его окончанию. 

Положения ст.ст.122, 124 ТК РФ не содержат запрета на перенесение ежегодного оплачиваемого отпуска по согласованию между работником и работодателем. 

Поэтому требования истца оплаты ежегодного оплачиваемого отпуска в сумме 13100,08 руб. согласно приведенного истцом расчета, подлежат удовлетоврению. Контррасчет ответчиком не представлен.

В соответствии со ст.237 Трудового кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

У суда не вызывают сомнения пояснения истца об испытываемых им переживаниях, нравственных страданиях в связи с не выплатой оплаты за отпуск, и оценивает размер компенсации в 1000 рублей.

Согласно графика работы на июль 2018 года ФИО1 должен был работать в июле в 2-018 года со 2 по 6 число во вторую смены, с 9 по 13 число в 1-ю смену. 

Отсутствие подписи ФИО1 в ознакомлении с графиком работы не свидетельствует о том, что истец не знал и не мог знать о необходимости выхода на работу в указанные дни. Истец не отрицал, что о графике работы после выхода из отпуска, больничного он узнавал как от мастера своей смены – ФИО34, так и от других работников, с которыми работал в одной смене. 

ФИО1 также не отрицал в судебном заседании, что ему было известно о необходимости выхода на работу по окончанию отпуска 02.07.2018 года.

Согласно показаний свидетеля ФИО12 графики работы смен находились в свободном доступе на доске объявлений.

02.07.2018 года на имя директора ООО «Промзапчасть» поступила служебная записка мастера ФИО13, о том, что оператор станка ЧПУ ФИО1 не вышел на рабочее место, документов подтверждающих отсутствие на рабочем месте по уважительной причине, предоставлено не было. 

В тот же день составлен комиссионный акт об отсутствии ФИО1 на рабочем месте в течение всей смены. 

Впоследствии аналогичные служебные записки и акты об отсутствии ФИО1 на рабочем месте были составлены 3,4,5,6,9,10,11,12,13,14 июля 2018 года. 

4.07.2018 года истцу было предложено представить объяснения по факту отсутствия его на рабочем месте 2 и 3 июля 2018 года, что подтверждается уведомлением, составленным ФИО27

Факт отказа ФИО1 от подписания указанного уведомления подтвердили в судебном заседании свидетели ФИО14, ФИО9 

6.07.2018 года руководителем предприятия издан приказ о проведении проверки (расследования) по факту отсутствия работника на рабочем месте ФИО1 в течение всей рабочей смены 2,3,4,5,6 июля 2018 года.

По фактам не выхода на работу ФИО1 составлены 4 объяснительные 9.07.2018 года, согласно которым он отсутствовал на рабочем месте 02.07.2018 года по причине незнания, когда выходить после отпуска, 03.07.2018 года – по причине того, что когда он приехал узнать, когда ему выходить на работу, ФИО15 отсутствовала, а ФИО16 сказала, что она будет 04.07.2018 года; 04.07.2018 года при его просьбе ФИО30 написать заявление без содержания, он предложил прийти в понедельник, когда будет директор, поэтому он сделал вывод, что готовится его увольнение; 05.07.2018 года, 06.07.2018 года, 09.07.2018 года не пришел на работу, так как ФИО29 04.07.2018 года сказал ему ждать понедельника. 11.07.2018 года истцом составлены 2 объяснительные об отсутствии на рабочем месте 10.07.2018 года и 11.07.2018 года по причине прорыва канализации у бабушки. Ту же причину отсутствия на рабочем месте 12 и 13 июля 2018 года истец указал в объяснительной 16.07.2018 года.

17.07.2018 года комиссией по результатам проверки (расследования) по факту отсутствия работника на рабочем месте составлен акт, согласно которого причины отсутствия ФИО1 на рабочем месте со 2.07.2018 года по 6.07.2018 года и с 9.07.2018 года по 13.07.2018 года признаны неуважительными.

Данным актом подтверждается факт грубого нарушения истцом трудовых обязанностей, выразившийся в отсутствии на рабочем месте со 2.07.2018 года по 6.07.2018 года и с 9.07.2018 года по 13.07.2018 года, а довод истца об отсутствии на рабочем месте в указанные дни по уважительной причине, напротив, не нашел своего подтверждения.

Несостоятельны ссылки истца на нахождение его в отпуске без сохранении заработной платы в указанные дни.

В книге регистрации приказов о предоставлении отпусков по предприятию отсутствует сведения о предоставлении истцу отпуска в указанный период.

Свидетель ФИО14 не подтвердил в судебном заседании факт передачи ему истцом заявления о предоставлении отпуска без содержания.

Свидетель ФИО8, директор предприятия, пояснил, что с просьбой о предоставлении ему отпуска «задним» числом ФИО1 обратился к нему на 5 или 6 день отсутствия истца на рабочем месте. Опроверг ФИО8 не только доводы истца о предложении ему по выходу из отпуска занять должность начальника охраны, но и вообще о намерении ввести на предприятии такую должность. 

Пояснения истца о составлении им объяснительных в одну дату – 16.07.2018 года, под диктовку мастера ФИО28 об отсутствии у него сведении о проведении проверки с 6.07.2018 года по фактам его отсутствия на рабочем месте, не подтверждаются никакими доказательствами.

Напротив, они опровергаются пояснения представителя истца ФИО2, свидетелей ФИО14, ФИО12, согласно которым ФИО1 в период со 2.07.2018 года по 16.07.2018 года, когда она вышел на работу на свое рабочее место, в свою смену, неоднократно появлялся на предприятии, писал объяснительные, но к работе не приступал, от работы отстранен не был.

Кроме того, при визуальном осмотре объяснительных истца от 9.07.2018 года, 11.07.2018 года, 16.07.2018 года видно, что они выполнены разными чернилами. 

Факт вручения истцу 23.07.2018 года приказа от 6.07.2018 года о проведении проверки и акта от 17.07.2018 года по результатам проверки на основании его заявления от 11.07.2018 года, поступившего 14.07.2018 года, также не свидетельствует о нарушении процедуры проведения проверки и процедуры применения дисциплинарного взыскания, так как он имел возможность ознакомится с материалами проверки до применения к нему дисциплинарного взыскания. 

Дисциплинарное взыскание применено в установленные сроки, до привлечения к дисциплинарной ответственности от истца были истребованы объяснения; при наложении дисциплинарного взыскания ответчиком учтена тяжесть совершенного проступка, как то предусмотрено ст. 192 Трудового кодекса Российской Федерации.

При таких обстоятельствах в удовлетворении остальной части заявленных ФИО1 требований надлежит отказать.

Руководствуясь ст. ст. 191-199, 211 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, 

Р Е Ш И Л :

Исковые требования ФИО1 ФИО31 удовлетворить частично.

Взыскать с ООО «Промзапчасть» в пользу ФИО1 ФИО33 оплату ежегодного оплачиваемого отпуска в сумму 13100,08 руб., компенсацию морального вреда в сумме 1000 руб.

Взыскать с ООО «Промзапчасть» в доход местного бюджета госпошлину в сумме 700 руб.

В удовлетворении остальной части заявленных требований ФИО1 – отказать. 

Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Белгородского областного суда в течение одного месяца со дня его изготовления в окончательной форме через Шебекинский районный суд, то есть 7 ноября 2018 года.

Судья Подрейко С.В.