Судья А.А. Шолохов N 22-557/2025

А П Е Л Л Я Ц И О Н Н О Е П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

город Саратов 3 марта 2025 года

Саратовский областной суд в составе председательствующего А.К. Аниканова,

при помощнике судьи Д.И. Ильиной,

с участием

старшего прокурора апелляционного отдела уголовно-судебного управления прокуратуры Саратовской области ФИО4,

представителя потерпевших ФИО1 и ФИО2 – ФИО5,

защитника – адвоката Адвокатской палаты Саратовской области Д.Д. Тахирова, предоставившего удостоверение от 4 декабря 2015 года N 2678 и ордер от 15 февраля 2025 года N 10,

рассмотрев в открытом судебном заседании

апелляционную жалобу защитника Д.Д. Тахирова

на постановление судьи Пугачевского районного суда Саратовской области от 14 февраля 2025 года, которым продлен срок содержания под стражей обвиняемого

ФИО3, родившегося 

<

дата> в 

<

адрес>,

у с т а н о в и л :

Постановлением судьи Пугачевского районного суда Саратовской области от 17 августа 2024 года в отношении ФИО3, задержанного 15 августа 2024 года, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного частью второй статьи 213 УК Российской Федерации, избрана мера пресечения в виде заключения под стражу на срок до 15 октября 2024 года.

Постановлением судьи Пугачевского районного суда Саратовской области от 14 октября 2024 года срок содержания ФИО3 под стражей продлен до 14 ноября 2024 года, постановлением судьи этого же суда от 14 ноября 2024 года срок содержания ФИО3 под стражей продлен до 14 декабря 2024 года, а постановлением от 12 декабря 2024 года – до 14 февраля 2025 года.

10 февраля 2025 года уголовное дело в отношении ФИО3, обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных частью второй статьи 213 УК Российской Федерации, частью первой статьи 119 УК Российской Федерации, поступило в Пугачевский районный суд Саратовской области для рассмотрения по существу.

В ходе предварительного слушания по делу постановлением судьи Пугачевского районного суда Саратовской области 14 февраля 2025 года срок содержания ФИО3 под стражей продлен до 14 августа 2025 года.

Защитник Д.Д. Тахиров в апелляционной жалобе обращает внимание, что 14 февраля 2025 года, после вынесения постановления о продлении срока содержания ФИО3 под стражей судья А.А. Шолохов был отведен от рассмотрения дела. Отмечает, что предварительное расследование по делу завершено, обвиняемый признал виновность и компенсировал причиненный преступлениями моральный вред, имеет место жительства и несовершеннолетнего ребенка, трудоустроен. Утверждает, что суд не обсуждал вопрос о помещении ФИО3 под домашний арест.

Других апелляционных жалоб и представлений не поступало. В возражениях на апелляционную жалобу прокурор В.В. Артемов указывает, что решение об отводе председательствующего было принято после вынесения обжалуемого постановления; сведения о личности обвиняемого судом учтены, ходатайство стороны защиты о помещении ФИО3 под домашний арест являлось предметом обсуждения сторон.

Документ, поименованный возражениями на апелляционную жалобу представителя потерпевших ФИО5, поступивший в Пугачевский районный суд Саратовской области по электронной почте, во внимание не принимается, поскольку порядок подачи указанного электронного документа, установленный частью первой статьи 474.1 УПК Российской Федерации, не соблюден.

В заседании суда апелляционной инстанции защитник просил отменить обжалуемое постановление по доводам апелляционной жалобы.

Прокурор и представитель потерпевших просили оставить постановление без изменения.

В свою очередь, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

В соответствии с частью второй статьи 228 УПК Российской Федерации вопрос об избрании меры пресечения в виде запрета определенных действий, залога, домашнего ареста или заключения под стражу либо о продлении срока запрета определенных действий, срока домашнего ареста или срока содержания под стражей рассматривается в судебном заседании судьей по ходатайству прокурора или по собственной инициативе с участием обвиняемого, его защитника, если он участвует в уголовном деле, законного представителя несовершеннолетнего обвиняемого и прокурора в порядке, установленном статьями 105.1 и 108 указанного Кодекса, либо на предварительном слушании, проводимом при наличии оснований, предусмотренных частью второй статьи 229 указанного Кодекса.

Согласно части первой статьи 108 УПК Российской Федерации заключение под стражу в качестве меры пресечения применяется по судебному решению в отношении подозреваемого или обвиняемого в совершении преступлений, за которые уголовным законом предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок свыше трех лет при невозможности применения иной, более мягкой, меры пресечения.

Статьей 7 УПК Российской Федерации установлено, что постановления судьи должны быть законными, обоснованными и мотивированными.

ФИО3 обвиняется в том числе в совершении преступления, за совершение которого уголовным законом предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок до семи лет.

Обоснованность подозрения ФИО3 в причастности к совершению преступления представленными материалами подтверждена.

Вместе с тем решение о продлении срока содержания ФИО3 под стражей принято без исследования каких-либо доказательств, подтверждающих – как указано в обжалуемом постановлении – что подсудимый может воспрепятствовать производству по делу иным путем, нежели скрывшись.

Содержание материалов уголовного дела не подтверждает, что ФИО3 намеревался или пытался оказать какое-либо противодействие расследованию уголовного дела; более того, к настоящему времени предварительное следствие окончено.

Таким образом, в данной части обжалуемое постановление является необоснованным.

В то же время суд апелляционной инстанции не может не согласиться, что обвинение ФИО3 в совершении тяжкого преступления обусловливает реальную возможность его сокрытия от суда, что в соответствии со статьей 97 УПК Российской Федерации является основанием для применения в отношении ФИО3 одной из предусмотренных законом мер пресечения, среди которых, однако, заключение под стражу является наиболее строгой.

В пункте 3 постановления от 19 декабря 2013 года N 41 «О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста, залога и запрета определенных действий» Пленум Верховного Суда Российской Федерации указал, что, рассматривая вопросы об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу и о продлении срока ее действия, суд обязан в каждом случае обсуждать возможность применения в отношении лица иной, более мягкой, меры пресечения вне зависимости от наличия ходатайства об этом сторон, а также от стадии производства по уголовному делу.

Следовательно, решение о продлении срока содержания обвиняемого, помещенного под стражу на основаниях, обусловленных тяжестью вмененного ему деяния, может базироваться только на конкретных, фактических обстоятельствах, свидетельствующих о том, что избрание в отношении него любой другой, кроме заключения под стражу, меры пресечения окажется неэффективным.

Суд первой инстанции в подтверждение своих выводов о необходимости оставления ФИО3 под стражей сослался на то, что обстоятельства, положенные в основу решения о содержании обвиняемого под стражей, не потеряли своего значения, однако не указал, что это за обстоятельства, и почему они оправдывают продолжение содержания обвиняемого под стражей.

Со своей стороны, принимая во внимание, что ФИО3 является несудимым, имеет постоянное место жительства и прочные социальные связи, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что применение к нему меры пресечения в виде заключения под стражу является с позиций разумности избыточным и не соответствует целям уголовного судопроизводства, правилу об уважении свободы личности и презумпции невиновности.

Изложенное в соответствии с законоположениями части первой статьи 389.17 УПК Российской Федерации является основанием для отмены обжалуемого постановления.

Поскольку допущенные нарушения могут быть устранены судом апелляционной инстанции, по поставленному вопросу принимается новое решение.

Как показано выше, содержание предоставленных материалов убеждает суд апелляционной инстанции в наличии достаточных оснований полагать, что ФИО3 может скрыться.

Согласно части первой статьи 107 УПК Российской Федерации домашний арест в качестве меры пресечения избирается по судебному решению в отношении подозреваемого или обвиняемого при невозможности применения иной, более мягкой, меры пресечения и заключается в нахождении подозреваемого или обвиняемого в полной либо частичной изоляции от общества в жилом помещении, в котором он проживает в качестве собственника, нанимателя либо на иных законных основаниях, с возложением ограничений и (или) запретов и осуществлением за ним контроля.

Обстоятельства, предусмотренные статьей 99 УПК Российской Федерации, не исключают возможности применения к ФИО3 меры пресечения в виде домашнего ареста.

Избрание в отношении ФИО3 более мягкой меры пресечения невозможно, так как это не будет способствовать обеспечению надлежащего хода уголовного судопроизводства: мера пресечения, не связанная с осуществлением постоянного контроля над обвиняемым, не способна нивелировать его возможность скрыться. Данных о способности ФИО3 или иных лиц внести залог, достаточный для обеспечения надлежащего хода уголовного судопроизводства, также не имеется.

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции избирает в отношении ФИО3 меру пресечения в виде домашнего ареста.

Местом содержания ФИО3 под домашним арестом суд определяет 

<

адрес>, право на проживание в котором он имеет.

Учитывая степень риска сокрытия ФИО3, на него подлежат возложению все запреты, предусмотренные пунктами 3 – 5 части шестой статьи 105.1 УПК Российской Федерации.

Срок домашнего ареста определяется судом с учетом объема материалов дела и его сложности.

Довод апеллянта о рассмотрении вопроса о продлении срока содержания ФИО3 под стражей незаконным составом суда отвергается, поскольку ни в апелляционной жалобе, ни в постановлении от 14 февраля 2025 года об отводе судьи не указано на какие-либо фактические обстоятельства, способные поставить под сомнение субъективную беспристрастность судьи А.А. Шолохова на момент принятия им обжалуемого решения.

Соответственно, апелляционная жалоба подлежит удовлетворению в части.

С учетом изложенного и руководствуясь статьей 389.20 УПК Российской Федерации, суд

п о с т а н о в и л :

Апелляционную жалобу защитника Д.Д. Тахирова удовлетворить в части.

Постановление судьи Пугачевского районного суда Саратовской области от 14 февраля 2025 года о продлении срока содержания под стражей обвиняемого ФИО3 отменить.

Избрать в отношении обвиняемого ФИО3 меру пресечения в виде домашнего ареста на срок до 10 мая 2025 года.

Местом исполнения домашнего ареста определить 

<

адрес>.

На срок домашнего ареста установить ФИО3 следующие запреты:

общаться с участниками уголовного судопроизводства по расследуемому в отношении него уголовному делу, за исключением случаев реализации процессуальных прав и исполнения обязанностей обвиняемого;

отправлять и получать почтово-телеграфные отправления;

использовать средства связи и информационно-телекоммуникационную сеть «Интернет», за исключением использования телефонной связи для вызова скорой медицинской помощи, сотрудников правоохранительных органов, аварийно-спасательных служб в случае возникновения чрезвычайной ситуации, а также для общения с контролирующим органом, следователем и судом.

Освободить ФИО3 из-под стражи.

Апелляционное постановление может быть обжаловано путем подачи кассационных представления или жалобы непосредственно в Первый кассационный суд общей юрисдикции.

Председательствующий