Дело № 2-471/2018

Решение

 

Именем Российской Федерации

г. Исилькуль 10 июля 2018 года 

Исилькульский городской суд Омской области

в составе председательствующего судьи Н.Д. Боронко 

при секретаре В.В. Моляк 

рассмотрел в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о признании недействительным договора дарения жилого дома, 

установил:

В суд с указанным иском обратился истец, из которого следует, что 31.12. 2017 года умер его отец – ФИО3 № года рождения.

После наступления смерти отца, истец, являясь наследником первой очереди, в установленный законом срок обратился в нотариальную контору с заявлением о принятии наследства по закону, в ходе розыска наследства ему стало известно о том, что дом по 

<

адрес> № в 

<

адрес>, который принадлежал отцу на праве собственности больше не принадлежит, поскольку он был отцом подарен внуку – ФИО П.А. в 2015 году. Согласно свидетельства о регистрации права, право собственности на домовладение зарегистрировано 20.03. 2015 года на основании договора дарения, который был совершен в простой письменной форме, без нотариального удостоверения.

Указывает, что отец последние годы плохо себя чувствовал, часто болел, он его часто навещал, и если бы отец подарил дом, он ему бы об этом рассказал.

Считает, что ФИО Ф.Г. ни при каких условиях самостоятельно бы не подписал договор дарения, поскольку у него кроме ответчика имеется шестеро внуков и он их всех любил. Кроме того учитывая состояние здоровья отца, отсутствие нотариального удостоверения договора дарения, обстоятельства и тайна по совершенной сделке, дают основания ему думать, что при заключении договора дарения ФИО Ф.Г. находился в состоянии, не позволяющем понимать значение своих действий и руководить ими.

В связи с чем просил признать договор дарения от 20.03. 2015 г. жилого дома, общей площадью 53, 3 кв.м., расположенного по адресу 

<

адрес>, заключенного между ФИО Ф.Г. и ФИО П.А. ничтожным и прекратить право собственности ФИО П.А. на указанный жилой дом.

Применить последствия признания сделки недействительной и исключить из ЕГРН на недвижимое имущество и сделок с ним запись о государственной регистрации права собственности ФИО П.А. на жилой дом, общей площадью 53,3 кв.м., расположенный по адресу 

<

адрес>.

В судебном заседании истец полностью поддержал заявленные требования, при этом пояснил, что отец после смерти матери, умершей в 2004 году, проживал в доме один по 

<

адрес>, он его постоянно навещал – два, три раза в месяц. Иногда приезжал к нему на несколько дней, ночевал, иногда выполнял какую –либо работу и уезжал. Последний раз он навещал отца в ноябре 2017 года, отец себя плохо чувствовал, после перенесенных инсультов плохо говорил, некоторые слова его можно было не разобрать, плохо передвигался. В 2014 году в сентябре месяце умер сын ФИО Ф.Г. – ФИО4 (отец ответчика), ФИО Ф.Г. после смерти сына стал себя хуже чувствовать, постоянно плакал. При разговорах с ним отец всегда говорил, что после его смерти необходимо разделить все имущество между внуками всеми поровну. Во время его посещений, отец ему никогда не говорил о том, что дом ему уже не принадлежит, что он подарен ответчику. О том, что существует договор дарения, ему стало известно от нотариуса ДД.ММ.ГГГГ, в связи с чем он сразу обратился в суд. На похоронах ФИО Ф.Г. - ФИО П.А. не говорил о том, что дом ему принадлежит с 2015 года, до дня своей смерти ФИО Ф.Г. проживал в доме по 

<

адрес>. У него нет сведений о том, что ФИО Ф.Г. состоял на учете у врача ДД.ММ.ГГГГ, в выписном эпикризе значится, что рекомендовано наблюдение у врача невролога, а обращался ли к данному специалисту последний, ему не известно. У отца также был мобильный телефон, он с ним общался и по телефону.

Ответчик ФИО П.А. иск не признал и пояснил, что он проживал в 

<

адрес>, недалеко от дома своего деда - ФИО Ф.Г., с детства он деда часто навещал, оказывал какую – либо помощь по просьбе деда. У ФИО Ф.Г. было трое детей- ФИО В.Ф., ФИО А.Ф. ( его отец, который умер в сентябре 2014 года) и ФИО7 Не возражает против рассмотрения дела по иску ФИО1, не смотря на то, что в свидетельстве о рождении ФИО1 и ФИО6 указан отцом ФИО5, поскольку ему достоверно известно, что ФИО1 и ФИО6 являлись родными детьми умершего ФИО Ф.Г. 

ФИО В.Ф. проживал в 

<

адрес>, приезжал к деду один раз в год не более, дочь – ФИО7 с дедом вообще не общалась, не навещала его, хотя проживает в 

<

адрес>, внуки также к деду не ездили, не навещали его. ФИО Ф.Г. находился в пожилом возрасте, но практически до 2017 года самостоятельно управлял автомобилем, он плохо передвигался, потому как у него болели ноги, также повышалось давление, болела голова, но он находился в адекватном состоянии до дня своей смерти, никаких психических отклонений у него не было. 

В сентябре 2014 года умер его отец – ФИО А.Ф.( родной сын ФИО Ф.Г.), дед сильно переживал смерть сына, состояние здоровья его ухудшилось, заболевания обострились, но он всегда был адекватен.

В марте 2017 года ему на мобильный телефон позвонил ФИО Ф.Г. и сказал, чтобы он к нему пришел. Когда пришел, то дед ему показал договор дарения домовладения и земельного участка, который уже был отпечатан и сказал, чтобы он его подписал, что дом и земельный участок он дарит ему. Он подписал договор дарения и в последующем они поехали на автомобиле вместе с дедом в РОСРЕЕСТР и сдали документы на регистрацию перехода права собственности, при этом сам дед подписывал документы на переход права собственности. Документы у них принимал сотрудник РОСРЕЕСТРА ФИО10 А.В., что подтверждается распиской. На основании договора дарения, который был составлен в простой письменной форме, было выдано свидетельство о государственной регистрации права.

Указывает, что подарить ему дом и земельный участок, это была воля деда, при этом ФИО Ф.Г. никакими психическими заболеваниями не страдал, отдавал отчет своим действиям, руководил ими, именно по его воле они ездили в РОСРЕЕСТР для регистрации перехода права собственности, не смотря на то, что дед имел три класса образования, он был общительным, много знал. О том, что ему дед подарил дом и земельный участок знала его супруга ФИО8, соседка ФИО Ф.Г. - ФИО19, его мать ФИО Фаина, брат родной Егор. Считает, что ФИО В.Ф. и ФИО7 также было известно о том, что дед подарил ему дом еще в 2015 г, в связи с чем просит применить срок исковой давности и в удовлетворении заявленных исковых требований отказать.

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований ФИО7 подержала заявленные исковые требования истца, при этом пояснила, что она является дочерью умершего ФИО Ф.Г.. С отцом она не общалась с 2003 года, поскольку в период времени с 2003 года по 2010 год, она проживала на Чукотке, приезжала в 2004 г. на похороны матери. В 2010 году ей отец сказал, чтобы она не мешала ему жить и с этого времени она с отцом не общалась, не навещала его..

Считает, что ФИО Ф.Г. не мог по своей воле подарить внуку –ФИО П.А. дом, поскольку по характеру он был скупым человеком, но под психологическим воздействием ФИО П.А., который постоянно ныл, вел разговоры, что ему тяжело жить, ФИО Ф.Г. возможно поддался влиянию ответчика и подарил ему дом, поскольку семья ФИО П.А. жила победнее чем семьи её и ФИО В.Ф., то ФИО Ф.Г. постоянно помогал семье ФИО А.Ф., давал им деньги, обувал, кормил, давал деньги на обучение ФИО П.А. Кроме того они (вся семья ФИО А.Ф.) постоянно плакались, ныли, что им тяжело живется и ФИО Ф.Г. давал им денег. В связи с чем считает, что после разговоров с ФИО П.А., который умеет «хныкать», «выпрашивать» « клянчить» под его негативным воздействием, мог подписать договор дарения дома ответчику. После наступления смерти матери в нотариальную контору по поводу принятия наследство никто не обращался.

Третьи лица - Исилькульский отдел РОСРЕЕСТРА Омской области, нотариус Исилькульского нотариального округа ФИО9 в судебное заседание не явились, надлежащим образом извещены о дате и времени рассмотрения настоящего дела

Свидетель ФИО15 в судебном заседании показал, что с 2004 года он проживал по соседству с ФИО Ф.Г., который умер 31.12. 2017 года, он практически встречался с ним в день смерти - 31.12. 2017 г., поскольку ФИО Ф.Г. просил его поменять газовый балон, до того как его увезет в больницу скорая помощь. С ним он разговаривал постоянно, последний вел себя всегда адекватно. Практически они виделись с ФИО Ф.Г. каждый день, последний всегда выходил на лавочку перед домом и они общались, память у ФИО Ф.Г. была очень хорошая, он ничего не забывал. У ФИО Ф.Г. сильно болели ноги, он последнее время тяжело передвигался, иногда падал, но в поведении никаких отклонений у него не замечал. К ФИО Ф.Г. часто приходил его внук – ФИО П.А., внук Егор, их мать ФИО Фаина, они рядом жили, которая помогала также ФИО Ф.Г. в хозяйственных делах. ФИО В.Ф. приезжал к отцу один раз в год, это он знает, поскольку около дома ФИО Ф.Г. стояла автомашина ФИО В.Ф., может он приезжал и чаще, когда он был на работе, но этого он не знает, поскольку не видел. О том, что дом ФИО Ф.Г. подарил внуку – ФИО П.А., ему ничего не известно. Когда ФИО Ф.Г. ранее в 2014 г. лежал в больнице, он навещал его, последний также был в сознании, разговаривал с ним и вообще отклонений в его поведении никогда не замечал. ФИО Ф.Г. управлял автомобилем и практически ездил на нем до 2017 года.

Из свидетельства о смерти следует, что ФИО3 23. 01. ДД.ММ.ГГГГ года рождения умер 31.12. 2017 года.

Согласно свидетельства о государственной регистрации права от 31. 03. 2015 года следует, что право собственности на домовладение, расположенное в 

<

адрес> зарегистрировано за ФИО2 на основании договора дарения от 20.03. 2018 года. 

Согласно свидетельства о государственной регистрации права от 31. 03. 2015 года следует, что право собственности на земельный участок, площадью 879 кв. м., расположенный в 

<

адрес> зарегистрировано за ФИО2 на основании договора дарения от 20.03. 2018 года.

Из договора дарения земельного участка и жилого дома, расположенных по 

<

адрес> О. 

<

адрес> от 20.03. 2015 г. следует, что ФИО3 23.01. ДД.ММ.ГГГГ г.р. подарил безвозмездно ФИО2 земельный участок и дом жилой. Данный договор дарения исполнен в простой письменной форме, подписан сторонами. 

Из заявления в Исилькульскую нотариальную контору О. 

<

адрес>, нотариусу ФИО9 от имени ФИО В.Ф. следует, что он обратился с заявлением о принятии наследства после наступления смерти наследодателя – ФИО Ф.Г. - 15.05. 2018 г. 

Из заявления в Исилькульскую нотариальную контору О. 

<

адрес>, нотариусу ФИО9 от имени ФИО7 следует, что она обратилась с заявлением о принятии наследства после наступления смерти наследодателя – ФИО Ф.Г. - 19.06. 2018 г. 

Согласно адресной справки следует, что ФИО Ф.Г. был на день смерти зарегистрирован по адресу 

<

адрес>.

Согласно выписки из единого государственного реестра прав на недвижимое имущество и сделок с ним на запрос нотариуса от 15.05. 2018 года о принадлежности на праве собственности на объекты недвижимости следует, что на имя ФИО3 отсутствуют сведения. 

Согласно выписки из единого государственного реестра прав на недвижимое имущество и сделок с ним от 18.06. 2018 года, на запрос нотариуса о принадлежности на праве собственности на объекты недвижимости следует, что право собственности на домовладение, расположенное в 

<

адрес> зарегистрировано на ФИО П.А. Согласно справок из БУЗО « Исилькульская ЦРБ» от врача ФИО29 следует, что ФИО Ф.Г. 23.01. ДД.ММ.ГГГГ года рождения на учсте не состоял. 

Из материалов гражданского дела № следует, что ФИО П.А. обращался в Исилькульский городской суд с заявлением о возмещении вреда в связи со смертью кормильца и компенсации морального вреда.

Согласно решения Исилькульского городского суда О. 

<

адрес> в пользу ФИО Ф.Г. была взыскана сумма в счет компенсации морального вреда - 100 000,00 рублей.

Из материалов дела усматривается, что ФИО Ф.Г. участия в судебных заседания не принимал, просил рассмотреть дело в его отсутствие. Им была выдана доверенность, удостоверенная нотариусом 07.06. 2017 г. на представление его интересов в суде - ФИО16, ФИО17, ФИО18

Согласно справки врачебной комиссии от 17.06. 2017 г. за № следует, что у ФИО Ф.Г. был установлен диагноз: артериальная гипертензия, энцеллофопатия, ИБС, стенокардия, двусторонний гонартроз.

Согласно справки БУЗОО « Исилькульская ЦРБ» следует, что ФИО3 № г.р. состоит на диспансерном учете в лечебном учреждении с 2014 г. с диагнозом : № ( № г). №.

Находился на стационарном лечении в дневном стационаре с 23.04. 2014 г. по 05.05. 2014 г.; с 15.10. 2014 г. по 27.10. 2014 г. с диагнозом: № 

<

адрес> было назначено в связи с обострением хронических заболеваний.

Из медицинской карты амбулаторной на ФИО Ф.Г. ДД.ММ.ГГГГ г.р. следует, что он обращался к врачу терапевту с жалобами на повышенное давление, головокружение, шум в ушах. Выставлен диагноз: гипертоническая болезнь, ИБС, кардиосклероз.

К врачу травмотологу с жалобами на онемение нижних конечностей, боли в ногах, выставлен диагноз - гонартроз, вертеброгенная радикулопатия, назначено лечение. Данных о том, что он обращался к врачу неврологу, 

<

данные изъяты>, не имеется. 

Согласно выписного эпикриза из истории болезни ФИО Ф.Г. ДД.ММ.ГГГГ г.р. следует, что он находился на обследовании в хирургическом отделении ГВВ с 22.11. 2013 г. по 03.12. 2013 г. с диагнозом: № 

Согласно медицинских карт стационарного больного ФИО Ф.Г., следует, что он в период времени с 23.04. 2014 г. по 05.05. 2014 г.; с 15.10. 2014 г. по 27.10. 2014 г. с диагнозом: № 

31.12. 2017 г. поступил в БУЗОО Исилькульская ЦРБ с №, адекватен. В протоколе установления смерти значится умер 31.12. 2017 г. в 16: 36. 

В силу ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались.

В силу ст. 12 ГПК РФ правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон.

Суд, сохраняя независимость, объективность и беспристрастность, осуществляет руководство процессом, разъясняет лицам, участвующим в деле, их права и обязанности, предупреждает о последствиях совершения или несовершения процессуальных действий, оказывает лицам, участвующим в деле, содействие в реализации их прав, создает условия для всестороннего и полного исследования доказательств, установления фактических обстоятельств и правильного применения законодательства при рассмотрении и разрешении гражданских дел.

Пропуск срока исковой давности, о применении которого заявил ответчик, в соответствии с п. 2 ст. 199 ГК РФ является самостоятельным основанием к отказу в иске. 

Тем не менее суд считает, что срок исковой давности для предъявления иска в суд истцом не пропущен, поскольку ФИО Ф.Г. стало известно о том, что дом подарен ФИО Ф.Н. 20.03. 2017 года после наступления смерти наследодателя ФИО Ф.Г. - 18.05. 2018 г. в ответ по запросу нотариуса и основания для отказа в удовлетворении иска по основаниям пропуска срока исковой давности, не имеется. 

В соответствии со ст. 178 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием заблуждения, имеющего существенное значение, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения. Существенное значение имеет заблуждение относительно природы сделки либо тождества или таких качеств ее предмета, которые значительно снижают возможности его использования по назначению. Если сделка признана недействительной как совершенная под влиянием заблуждения, соответственно применяются правила, предусмотренные п. 2 ст. 167 ГК РФ.

Судом установлено, что ФИО Ф.Г. заключивший договор дарения 20.03. 2017 г. умер 31.12. 2017 года, именно он являлся стороной при заключении договора дарения, и что при заключении договора дарения он находился в заблуждении относительно природы сделки, суд не может установить, поскольку ФИО Ф.Г. 31.12. 2017 г. умер. 

Суд при рассмотрении дела не установил обстоятельств дающих основания для признания договора дарения жилого дома и земельного участка от ДД.ММ.ГГГГ недействительным, не доказан факт заключения ФИО Ф.Г. сделки под влиянием заблуждения. 

То обстоятельство, на которое ссылается истец, что кроме одаряемого ФИО П.А. у ФИО Ф.Г. было еще шестеро внуков и он постоянно говорил, что после наступления его смерти необходимо все имущество поделить между внуками, суд не может признать доказательством, на основании которого договор дарения может быть признан недействительным и признании заключенным его под влиянием заблуждения, поскольку истец стороной сделки не являлся и о заключенном договоре дарения ему стало известно после наступления смерти ФИО Ф.Г. – 17.05. 2018 года, тогда как сделка была совершена 20.03. 2017.

Доводы истца и третьего лица, не заявляющих самостоятельных требований о том, что их отец ФИО Ф.Г. не мог так поступить по отношению к их детям, подарив дом ФИО П.А. не является основанием для признания сделки недействительной.

Кроме того в судебном заседании и исковом заявлении истец ссылается на то обстоятельство, что договор дарения составлен в простой письменной форме и не удостоверен нотариусом, что наводит на подозрение на чистоту сделки. 

Согласно ст. 572 ГК РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

Ст. 574 предусматривает, что дарение, сопровождаемое передачей дара одаряемому, может быть совершено устно, за исключением случаев, предусмотренных пунктами 2 и 3 настоящей статьи.

ч. 3 предусмотрено, что договор дарения недвижимого имущества подлежит государственной регистрации.

Ст. 160 ГК РФ предусматривает, что сделка в письменной форме должна быть совершена путем составления документа, выражающего ее содержание и подписанного лицом или лицами, совершающими сделку, или должным образом уполномоченными ими лицами.

Ст. 161 ГК РФ предусматривает, что сделки должны совершаться в простой письменной форме, за исключением сделок, требующих нотариального удостоверения:1) сделки юридических лиц между собой и с гражданами; сделки граждан между собой на сумму, превышающую десять тысяч рублей, а в случаях, предусмотренных законом, - независимо от суммы сделки.

Из чего следует, что договор дарения должен быть совершен сторонами в простой письменной форме и обязательному нотариальному удостоверению не подлежит, а подлежит государственной регистрации, что сторонами и было сделано, поскольку согласно расписки в получении документов на государственную регистрацию следует, что в РОСРЕЕСТР ФИО Ф.Г. 25.03. 2017 года договор дарения был сдан на государственную регистрацию, что подтверждает подпись сотрудника, принявшего документ – ФИО10 А.В.

Третье лицо – ФИО7 в судебном заседании иск истца поддержала, считает, что не мог ФИО Ф.Г. при жизни подарить одному из внуков дом, поскольку имеются и другие внуки, которых он также любил.Также пояснила, что ФИО Ф.Г. при жизни большее предпочтение отдавал внуку – ФИО П.А., а именно давал ему деньги на обучение, одевал, обувал, поскольку последний умел у деда «клянчить» деньги своим нытьем, хныканьем. Также пояснила, семья отца ФИО П.А. жила материально хуже, чем она и ФИО В.Ф., поэтому ФИО Ф.Г. больше помогал материально семье ответчика, постоянно давал деньги.

Истец в судебном заседании и в исковом заявлении ссылается также на то обстоятельство, что ФИО Ф.Г. ДД.ММ.ГГГГ г.р., после перенесенных ранее инсультов при подписании договора находился в болезненном состоянии, которое не позволяло ему осознавать свои действия и руководить ими, поскольку он плохо разговаривал, речь не всегда его была внятной, некоторые слова его нельзя было разобрать, плохо передвигался. Ему необходимо было наблюдаться у невролога, состоял ли он на учете у невролога, ему не известно. В чем была выражена недееспособность, кроме того, что ФИО Ф.Г. плохо передвигался, иногда невнятно говорил, истцом не представлено.

Тем не менее в судебном заседании свидетель ФИО15 пояснил, что знал ФИО Ф.Г. с 2004 года, общался с ним до дня наступления смерти, последний находился всегда в нормальном состоянии, каких – либо отклонений в его поведении не наблюдал, память у него была очень хорошая, никогда ничего не забывал. То, что он плохо передвигался, то у него болели ноги, разговаривал он внятно, кроме того он с ним общался по мобильному телефону, также речь его понимал.

Из представленной из БУЗОО « Исилькульская ЦРБ» медицинской документации следует, что психическими заболеваниями ФИО Ф.Г. не страдал, провалов в памяти не имел, в связи с чем суд приходит к выводу о том, что ФИО Ф.Г. при подписании договора дарения 20.03. 2017 г. и в последующей его регистрации находился во вменяемом состоянии, иных доказательств, подтверждающих, что ФИО Ф.Г. подписывая договор, не мог осознавать свои действия и руководить ими, суду истцом не представлено.

Исходя из изложенного, суд считает, что оснований для удовлетворения заявленных требований о признании договора дарения недействительным и применения последствий, предусмотренных ст. 168 ГК РФ к недействительной сделке, не имеется.

Руководствуясь ст. 194 -198 ГПК РФ, суд 

Решил:

Отказать ФИО1 в удовлетворении заявленных исковых требований.

Решение может быть обжаловано в Омский областной суд путем подачи жалобы через Исилькульский городской суд в течение месяца со дня изготовления мотивированного решения суда. 

Судья Н.Д. Боронко 

Мотивированное решении суда изготовлено ДД.ММ.ГГГГ года