Дело №

П Р И Г О В О Р

Именем Российской Федерации

г. Пермь 27 июля 2018 года

Индустриальный районный суд г.Перми в составе

председательствующего судьи Каргаполовой Г.А.

с участием государственных обвинителей прокуратуры Индустриального района г. Перми ФИО1, ФИО2 

подсудимой ФИО3

потерпевшего Гр.Б 

защитника адвоката Шипиловских А.С.

при секретаре Драчевой Л.Н.

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела в отношении ФИО3, 

<

данные изъяты> не судимой, 

обвиняемой в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 109 УК РФ,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО3, являясь матерью малолетнего ребенка Гр.Ф, ДД.ММ.ГГГГ года рождения (до усыновления Гр.Ф), в силу статьи 38 Конституции Российской Федерации, а также статей 63-65 Семейного Кодекса РФ обязанная заботиться о здоровье, физическом, психическом, духовном и нравственном развитии сына, заниматься воспитанием и развитием сына, осуществлять защиту его прав и интересов, в нарушение указанных норм, ДД.ММ.ГГГГ в утреннее время, пренебрегая мерами безопасности ребенка, осознавая, что Гр.Ф в силу малолетнего возраста (3 года), естественной возрастной незрелости, ограниченности жизненного опыта является беспомощным и не может в случае необходимости осознавать и понимать характер и значение совершаемых им действий, оставила сына Гр.Ф в квартире, расположенной по адресу: 

<

адрес> с родственниками без надлежащего присмотра. 

В результате пренебрежения ФИО3 мерами безопасности, ДД.ММ.ГГГГ около 

<

данные изъяты> часов малолетний Гр.Ф, находясь в квартире, расположенной по адресу: 

<

адрес>, выпил средство для чистки плит, после чего в тот же день бригадой скорой медицинской помощи был госпитализирован в отделение отоларингологии № ГБУЗ ПК «Краевая детская клиническая больница» (далее КДКБ) 

<

адрес>, в котором проходил лечение до ДД.ММ.ГГГГ. С ДД.ММ.ГГГГ для дальнейшего лечения переведен в отделение гастроэнтерологии «КДКБ» с диагнозом: 

<

данные изъяты>. 

ДД.ММ.ГГГГ вследствие отказа ФИО3 от дальнейшего стационарного лечения малолетнего Гр.Ф в указанном отделении последний был выписан в удовлетворительном состоянии с клиническим диагнозом: 

<

данные изъяты> с последующими рекомендациями, которые выражались в наблюдении у участкового педиатра, гастроэнтеролога, соблюдении диеты, приема назначенных лекарственных средств, а также плановой госпитализации в детское хирургическое отделение «КДКБ» для контрольного обследования через 2 недели после выписки. 

В период времени с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 не учла рекомендации лечащего врача, которые выражались в наблюдении у участкового педиатра, гастроэнтеролога и плановой госпитализации в детское хирургическое отделение «КДКБ» через 2 недели для контрольного обследования малолетнего Гр.Ф с целью предотвращения осложнений 

<

данные изъяты>, не предвидев возможности наступления осложнений, проявляя преступное бездействие, не являлась для наблюдения с сыном к участковому педиатру и гастроэнтерологу, а также не госпитализировала сына в хирургическое отделение «КДКБ» г.Перми, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должна была и могла предвидеть наступление негативных последствий в виде смерти сына.

ДД.ММ.ГГГГ в ДД.ММ.ГГГГ часов Гр.Ф из квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес>, где проживал с ФИО3, в крайне тяжелом состоянии был доставлен реанимационной бригадой скорой медицинской помощи в отделение реанимации «КДКБ», расположенной по адресу: 

<

адрес>, с диагнозом: 

<

данные изъяты> ДД.ММ.ГГГГ 

<

данные изъяты> где ДД.ММ.ГГГГ в 

<

данные изъяты> часов скончался от 

<

данные изъяты> полученного ДД.ММ.ГГГГ, с последующим развитием 

<

данные изъяты> что квалифицируется как тяжкий вред здоровью.

Вследствие личной невнимательности, проявляя преступную небрежность, ФИО3, достоверно зная о необходимости госпитализации своего сына- Гр.Ф в медицинское учреждение для оказания медицинской помощи последнему, длительное время не обращалась с малолетним Гр.Ф к участковому педиатру, гастроэнтерологу, в хирургическое отделение «КДКБ» 

<

адрес> для оказания сыну квалифицированной медицинской помощи, своевременное оказание которой давало возможность исключить неблагоприятный исход, хотя могла и обязана была это сделать, несмотря на то, что была предупреждена об осложнениях указанного заболевания Гр.Ф лечащим врачом под роспись, а именно о 

<

данные изъяты>, тем самым не убедилась в том, что обеспечила Гр.Ф условия безопасности и защиту его здоровья, не предвидела возможности наступления общественно опасных последствий своего бездействия, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности с ее стороны должна была и могла предвидеть эти последствия в виде смерти малолетнего Гр.Ф

Подсудимая ФИО3 вину признала, от дачи показаний отказалась. 

Вина подсудимой нашла подтверждение в судебном заседании.

Потерпевший Гр.Б показал, что его сын Гр.Ф, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, с ДД.ММ.ГГГГ был им усыновлен, и записан как Гр.Ф. 

В ДД.ММ.ГГГГ он находился в 

<

адрес>, жена сообщила, что сын - Гр.Ф, выпил раствор для чистки посуды, госпитализирован. 

<

данные изъяты>. Когда жену и сына выписали из больницы, Гр.Ф себя чувствовал нормально, жена придерживалась диеты для сына, кормила сына кашей. После твердой пищи была рвота, иногда 2-3 раза в день. 

В ДД.ММ.ГГГГ он уехал к себе на родину, вернулся ДД.ММ.ГГГГ. Иногда он разговаривал с сыном по телефону. Ходила ли жена в больницу с сыном, не знает. 

ДД.ММ.ГГГГ ему позвонила жена и сообщила, что у сына плохое состояние, сама она находилась в родильном отделении. Жена вызвала «скорую помощь».

Когда он вернулся в 

<

адрес>, они а больницу звонили каждый день, разговаривали с врачами, они говорили, что сын в сознании, сам дышит. ДД.ММ.ГГГГ сказали, что он сам ест, и они будут его готовить к обследованию. ДД.ММ.ГГГГ сообщили, что сын умер. Он считает, что врачи не лечили сына правильно, надо было 

<

данные изъяты> ребенку сразу, и оперировать в день поступления 

<

данные изъяты>. 

Свидетель Свидетель №3 показал, что работает в должности врача-хирурга в ГБУЗ ПК «КГКБ» 

<

адрес>. ДД.ММ.ГГГГ он дежурил, в отделении реанимации находился малолетний Гр.Ф, был госпитализирован реанимационной бригадой. Ребенок находился в крайне тяжелом состоянии, с диагнозом 

<

данные изъяты>. 

<

данные изъяты> для определения степени 

<

данные изъяты> в связи с тяжестью состояния ребенка не могла быть проведена, из-за высокого риска осложнений. Гр.Ф оставался в сознании, получал питание. На момент осмотра Гр.Ф нельзя было делать операцию 

<

данные изъяты>, было применено 

<

данные изъяты> как самый малотравматичный метод лечения. 

ДД.ММ.ГГГГ состояние ребенка оставалось стабильно тяжелым, был по своему состоянию готов к проведению 

<

данные изъяты>, Гр.Ф была выполнена 

<

данные изъяты> подтвержден диагноз 

<

данные изъяты>. 

<

данные изъяты> был резко выраженный, что являлось прямым показанием для проведения 

<

данные изъяты>. 

<

данные изъяты>, то есть была 

<

данные изъяты> Это было осложнением после 

<

данные изъяты>, которое развивалось длительно и привело к 

<

данные изъяты> После проведения 

<

данные изъяты> состояние ребенка оставалось тяжелым, но стабильным. 

<

данные изъяты> ребенку назначено не было, так как сохранялся 

<

данные изъяты>. При своевременном обращении в больницу этих осложнений можно было избежать, а раннее 

<

данные изъяты> могло привести к благоприятному исходу заболевания. 

Из показаний свидетеля Гр.П видно, что ДД.ММ.ГГГГ в отделение гастроэнтерологии из лор-отделения поступил малолетний Гр.Ф, с диагнозом: 

<

данные изъяты>. При поступлении ребенка вес составлял 15 кг 700 гр. Ребенок в отделение поступил в средней степени тяжести, самостоятельно употреблял пищу. На лечение Гр.Ф находился с матерью с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, был дополнительно обследован и получал консервативное лечение. ДД.ММ.ГГГГ мать ФИО3 обратилась с вопросом о выписке домой, так как дома у нее также находились несовершеннолетние дети. Ей были разъяснены возможные последствия диагноза у сына Гр.Ф, а именно 

<

данные изъяты> кроме того ей была разъяснена вся интересующая для нее информация о состоянии здоровья ее сына, после чего та добровольно подписала отказ от медицинского вмешательства и от госпитализации в стационар. На момент выписки у ребенка угроз для жизни не было. Матери было рекомендовано продолжить амбулаторное лечение и соблюдать диету, кроме того, было рекомендовано обратиться по месту жительства к педиатру с выпиской из отделения гастроэнтерологии для контроля и дальнейшей постановки в электронной очереди для получения электронного направления в детское хирургическое отделение для дальнейшего планового лечения. Им в выписке было прописано, а также лично матери было сообщено о том, что через 2 недели необходимо обратиться в хирургическое отделение ГБУЗ ПК «КДКБ» для контрольного обследования и дальнейшего лечения. Он проговорил матери ребенка, что в случае не обращения может возникнуть 

<

данные изъяты>. Обо всех угрожающих жизни и здоровья ребенка осложнениях мать ФИО3 была им предупреждена. Ребенку Гр.Ф был необходим ближайший контроль, а именно явиться в хирургическое отделение для плановой госпитализации в ГБУЗ ПК «КДКБ» для контрольного лечения и определения дальнейшей тактики лечения. ДД.ММ.ГГГГ ему от коллег стало известно, что Гр.Ф в 

<

данные изъяты> поступил в отделение реанимации ГБУЗ ПК «КДКБ» в крайне тяжелом состоянии, где тому проводилось лечение, и ДД.ММ.ГГГГ ребенок скончался. Из обстоятельств поступления ему стало известно, что Гр.Ф был 

<

данные изъяты>. Данное состояние ребенка стало следствием возникшей 

<

данные изъяты>. При своевременном обращении матерью с ребенком в медицинское учреждение, ребенок бы избежал состояния угрожающее жизни, и была бы обеспечена эффективная поддержка хорошего качества жизни. Никаких ограничений по посещению детского сада Гр.Ф дано не было, тот мог жить нормальной жизнью, периодически проходить лечение. ( т.1 л.д.156-159)

Из показаний свидетеля Свидетель №1 видно, что ДД.ММ.ГГГГ он находился на суточном дежурстве, около ДД.ММ.ГГГГ часов ему сообщили, что в отделении больницы реанимационной бригадой везут тяжелого ребенка. В ДД.ММ.ГГГГ врачом реанимационной бригады был занесен в приемное отделение ребенок. Состояние ребенка было крайне тяжелое: «

<

данные изъяты>, было принято незамедлительное решение госпитализировать ребенка в отделение реанимации, с диагнозом: 

<

данные изъяты> (от ДД.ММ.ГГГГ), 

<

данные изъяты>. Им была исключена острая хирургическая патология, которая не требовала экстренного хирургического лечения, ребенок нуждался в лечении до стабилизации состояния. При выведении стабилизации состояния ребенка в дальнейшем планировалось 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты>). 

<

данные изъяты> ребенка было начато с диагностической целью - для установления 

<

данные изъяты> и планирования дальнейшего лечения (хирургического). Ребенок был доставлен без родителей. В последующем он находился на дежурстве ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ, при этом как ответственный хирург по отделению осматривал ребенка. ДД.ММ.ГГГГ состояние ребенка оценивалось как стабильно тяжелое, тот был в сознании, немного стал говорить, в силу возраста и состояния языка понять, что говорил ребенок, было невозможно. Четких фраз от ребенка, что привело того к такому состоянию, получить не представлялось возможным. На ДД.ММ.ГГГГ 

<

данные изъяты> На ДД.ММ.ГГГГ была запланирована медицинская манипуляция 

<

данные изъяты>, которую проводил врач-хирург Свидетель №3 и врач-эндоскопист Гр.В Результаты обследования ему не известны. В связи с улучшением состояния ребенку требовалось 

<

данные изъяты>. ДД.ММ.ГГГГ состояние ребенка ухудшилось, появилась отрицательная динамика 

<

данные изъяты>, после чего ребенок был переведен 

<

данные изъяты>. Ребенок в отделении реанимации находился под постоянным контролем медицинского персонала и врачей.

При своевременном обращении в хирургическое отделение ГБУЗ ПК «КДКБ» указанных осложнений и тяжелого состояния ребенка можно было избежать, к данному состоянию привела не своевременная госпитализация в детское хирургическое отделение, которая требовалась через 2 недели после выписки из стационара гастроэнтерологического отделения от ДД.ММ.ГГГГ. (т. 1 л.д.146-149)

Свидетель Свидетель №2 показала, что работает в детском саду № 

<

адрес> воспитателем. С ДД.ММ.ГГГГ в группу пришел Гр.Ф, адаптацию в детском саду прошел за одну неделю. Из детского сада ребенка чаще всего забирала мать. В детский сад Гр.Ф всегда ходил чистый, опрятный, вещей не много, но все были по сезону. Ребенок был всегда активный, веселый, очень общительный. Активного участия в жизни группы в детском саду мама не принимала, замечаний к той по воспитанию и содержанию ребенка никогда не возникало. Ребенок в детский сад поступил по путевке, в которой было указано, что семья находится в социально-опасном положении. Детский сад ребенок посещал на бесплатной основе. ДД.ММ.ГГГГ Гр.Ф был снят с учета СОП, после чего льгота бесплатного посещения была отменена. В дальнейшем Гр.Ф с ДД.ММ.ГГГГ посещал детский сад с пропусками. С мамой была проведена беседа по поводу оплаты детского сада, предложено подать документы на признание семьи малоимущей. В ДД.ММ.ГГГГ года Гр.Ф посетил детский сад 4 дня, в ДД.ММ.ГГГГ не посетил ни одного дня. Ей известно, что методист детского сада посещала маму ребенка, которая не назвала никакой причины непосещения ребенком детского сада. Летом она очень часто видела Гр.Ф гуляющим, как одного, так и с несовершеннолетним братом и сестрой. В один из дней ДД.ММ.ГГГГ Гр.Ф сказала, что они лежали в больнице, так как сын выпил очищающую жидкость. После этого она еще несколько раз видела Гр.Ф, он выглядел нормально. ДД.ММ.ГГГГ она ребенка встретила с мамой на улице, тот был очень худой. Мама ей сказала, что он плохо ест, его постоянно после еды рвет, больше лежит, играет мало, очень быстро устает. Гр.Ф сказал, что опять пойдут в больницу, что ему проверят 

<

данные изъяты> (т.1 л.д.150-153)

Из показаний свидетеля Свидетель №5 видно, что он-заведующий детским хирургическим отделением, в которое был реанимационной бригадой был доставлен Гр.Ф с диагнозом: 

<

данные изъяты>. Состояние после химического ожога пищевода от ДД.ММ.ГГГГ В ходе лечения ребенка было установлено, что до поступления в отделение в крайне тяжелом состоянии Гр.Ф с законными представителями в хирургическое отделение не поступал. Наблюдался ли Гр.Ф до ДД.ММ.ГГГГ в других медицинских учреждениях, ему не известно. ДД.ММ.ГГГГ им был осмотрен ребенок, который находился в тяжелом состоянии, контактен, вялый. С ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ Гр.Ф находился в реанимационном отделении, 

<

данные изъяты> За время нахождения Гр.Ф получал полное, эффективное лечение и 

<

данные изъяты>, были выполнены 

<

данные изъяты> ДД.ММ.ГГГГ. На фоне проводимой терапии у ребенка наблюдалась отрицательная динамика. Учитывая длительный период 

<

данные изъяты> для восстановления скорейшего пассажа по пищеводу, восстановления адекватного 

<

данные изъяты>, было показано проведение 

<

данные изъяты>. Учитывая состояние ребенка при поступлении, складывалось впечатление о неадекватном уходе и наблюдении за ребенком по месту жительства законными представителями достаточно продолжительный период времени. ДД.ММ.ГГГГ в 

<

данные изъяты> констатирована биологическая смерть Гр.Ф При своевременном обращении за медицинской помощью Гр.Ф, летальный исход можно было избежать. (т.1 л.д.201-204)

Из показаний свидетеля Гр.А видно, ФИО3 – ее сестра. С ДД.ММ.ГГГГ она проживала совместно с сестрой ее детьми и ее мужем Гр.Ф в двухкомнатной квартире по адресу: 

<

адрес>. 

В ДД.ММ.ГГГГ она находилась с детьми сестры дома, а сестра примерно в ДД.ММ.ГГГГ ушла на работу. Гр.Ф проснулся всех раньше, спал он вместе с другими детьми в комнате. Как проснулся он, она не слышала, ее разбудила Гр.Р - дочь сестры, и сообщила, что Гр.Ф жалуется, что ему больно, и плачет. После чего у него пошла изо рта пенка, они вызвали скорую помощь, позвонили сестре и сообщили, что сыну плохо. Что с ним произошло, она не поняла. Когда приехала бригада скорой медицинской помощи, поняли, что Гр.Ф выпил жидкость для чистки плит и удаления жира, которая была перелита в пластиковую бутылочку коричневого цвета. 

Сестра вместе с сыном была госпитализирована в больницу. Лечились они там примерно 1-1,5 месяца. После выписки Гр.Ф был активный, бегал, играл, ей показалось, что тот похудел немного, ел регулярно, сестра ему в основном готовила кашу манную и молочные продукты. В садик он уже ходить перестал, почему, ей неизвестно. Сестра сыну давала лекарства, которые им были рекомендованы принимать в выписке из больницы. Поначалу Гр.Ф принимал лекарства нормально, но потом примерно через 1 месяц он не мог проглотить, ему, видимо, было больно, и тот выплевывал. Сестра не пошла в больницу с ребенком, возможно, из-за того, что была беременной. Её сестра сходить в больницу с Гр.Ф не просила. В случае, если бы та к ней обратилась с просьбой сходить на прием в больницу с ребенком, она бы конечно сходила. Она неоднократно сестре говорила о том, чтобы та с Гр.Ф сходила в больницу, так как она видела, что тот стал терять в весе и не мог есть, что он съедал, выплевал, так как было ему больно глотать. На ее слова сестра отвечала, что пойдет в больницу, но видимо в больницу не обращалась. В ДД.ММ.ГГГГ Гр.Ф терял в весе, но понемногу, когда они переехали в квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес>, в ДД.ММ.ГГГГ Гр.Ф отказался от еды и пил только воду, иногда ел яйцо, при приеме пищи он выплевывал ее, но что-то ему все равно поступало в желудок. Сестра в больницу не обращалась с ребенком, почему, она не знает, о чем та думала, возможно, думала, что все пройдет. При этом сестра аргументировала это тем, что работает, и ей некогда. Муж сестры в это время находился у себя на родине. В ДД.ММ.ГГГГ сестра ее попросила сходить в поликлинику, расположенную по 

<

адрес>, но она в этот период не могла сходить, а также сестре сказала, что она не владеет информацией, и с этим вопросом к врачам необходимо идти маме, а не тете. Но сестра так и не обратилась за медицинской помощью. Гр.Ф стал больше находиться в лежачем положении, был не активный. 

ДД.ММ.ГГГГ сестру госпитализировали в МСЧ № в родильное отделение за 1-2 дня до отъезда сестры в родильное отделение, Гр.Ф уже не вставал и просил только пить, но воду выплевал. Когда сестра уехала в больницу, она стала наблюдать за состоянием Гр.Ф, потом тот уже не вставал, и ДД.ММ.ГГГГ она вызвала скорую помощь, после чего сообщила сестре. По приезду бригады скорой медицинской помощи врачи сразу госпитализировали Гр.Ф При этом сотрудники скорой помощи ей высказали, почему до такого состояния довели ребенка, она им пояснила, что она не мать, и не могла предположить такого исхода, не осознавала всей серьезности состояния Гр.Ф С продуктами питания у них никогда проблем не было, сестра всегда готовила сыну еду, в том числе покупала каши для маленьких. (т.1л.д.195-199)

Из показаний свидетеля Гр.З следует, что работает в должности 

<

данные изъяты> 

Из медицинских документов, заключения эксперта №, с которыми он ознакомился, он сделал свои выводы в экспертном заключении о качестве медицинской помощи Гр.Ф (Гр.Ф) Из анамнеза Гр.Ф и истории болезни следовало, что ДД.ММ.ГГГГ у того был химический ожог желудочно-кишечного тракта - средством для чистки плит и печей. После чего Гр.Ф в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ проходил лечение в оториноларингологическом отделении КДКБ, далее переведен в гастроэнтерологическое отделение для продолжения лечения. ДД.ММ.ГГГГ по инициативе матери (отказ от дальнейшего лечения в условиях КДКБ) в компенсированном состоянии выписан домой под наблюдение педиатра, гастроэнтеролога по месту жительства. Рекомендовано: госпитализация в детское хирургическое отделение для проведения контрольного обследования через 2 недели. Но до ДД.ММ.ГГГГ законные представители с Гр.Ф за медицинской помощью не обращались.

ДД.ММ.ГГГГ Гр.Ф доставлен реанимационной бригадой ГССМП из дома в отделение анестезиологии и реанимации № КДКБ, без родителей. При поступлении состояние ребенка крайне тяжелое. Оглушение. ДД.ММ.ГГГГ отрицательная динамика. Тяжесть обусловлена 

<

данные изъяты> На фоне проводимой терапии ДД.ММ.ГГГГ в ДД.ММ.ГГГГ произошла остановка кровообращения. Реанимационные мероприятия выполнены в полном объеме. В ДД.ММ.ГГГГ констатирована биологическая смерть Гр.Ф Им был сделан вывод, что непосредственной причиной неблагоприятного исхода больного Гр.Ф явилась 

<

данные изъяты>; 

<

данные изъяты> Лечебные мероприятия Гр.Ф проводились в достаточном объеме, согласно существующим стандартам. На фоне проводимой терапии ДД.ММ.ГГГГ развилась картина септического шока, из которой вывести ребенка не удалось, поскольку по данным литературы летальность при септическом шоке достигает 80 %. Основной причиной смерти Гр.Ф является несвоевременное обращение за медицинской помощью после выписки ребенка из стационара ДД.ММ.ГГГГ. В случае своевременного обращения законных представителей за медицинской помощью в медицинское учреждение с ребенком Гр.Ф смерть ребенка была бы предотвратима. (т.1л.д.217-220)

Из копии карты вызова скорой медицинской помощи №, № от ДД.ММ.ГГГГ видно, что ДД.ММ.ГГГГ в ДД.ММ.ГГГГ принят вызов о том, что около ДД.ММ.ГГГГ часов Гр.Ф со слов его сестры выпил неизвестную жидкость из бутылки, через 5 минут началась рвота, дома родителей нет, утром ушли на работу. (т.1 л.д.114-115, 116-117)

Согласно копии карты вызова скорой медицинской помощи №, № от ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ в 

<

данные изъяты> принят вызов о том, что Гр.Ф со слов тети в течение месяца отказывается от еды. Перестал пить воду в течение последней недели. Пил воду в небольших количествах. В последние 2-3 дня воду в рот набирает, но не глотает, выплевывает обратно, ребенок не разговаривает, но реагирует на слова тети. В ДД.ММ.ГГГГ был 

<

данные изъяты>. Проходил лечение в КДКБ. В последующем за медицинской помощью не обращались, лечением не занимались. С кровати не встает в течение 3-х недель. Проведены лечебные мероприятия на месте. (т.1 л.д.118-119)

Из протокола осмотра документов видно, что осмотрен материал проверки КУСП № от ДД.ММ.ГГГГ по факту получению травмы (

<

данные изъяты>) Гр.Ф (т.1 л.д.56-58)

Согласно протоколу осмотра документов следует, что осмотрена история развития ребенка, в которой последняя запись в карте ДД.ММ.ГГГГ; медицинская карта стационарного больного №, на имя Гр.Ф,ДД.ММ.ГГГГ года рождения. Клинический диагноз: 

<

данные изъяты> Имеется отказ от медицинского вмешательства, от ДД.ММ.ГГГГ, из которого следует, что мать просит выписать домой, о последствиях отказа была предупреждена, а 

<

данные изъяты>. Выписка из истории болезни №, в которой рекомендовано плановая госпитализация в детское хирургическое отделение КДКБ для контрольного обследования через 2 недели; медицинская карта стационарного больного №, на имя Гр.Ф,ДД.ММ.ГГГГ года рождения, согласно которой ребенок поступил ДД.ММ.ГГГГ в ДД.ММ.ГГГГ часов, с диагнозом 

<

данные изъяты>. 

<

данные изъяты> ДД.ММ.ГГГГ остановка кровообращения, начаты реанимационные мероприятия, в 

<

данные изъяты> часов констатирована биологическая смерть. Посмертный эпикриз. На судебно-медицинскую экспертизу направляется труп с диагнозом: 

<

данные изъяты>

Из заключения эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ видно, что смерть Гр.Ф наступила от 

<

данные изъяты>

Согласно заключению эксперта №-№. от ДД.ММ.ГГГГ, 

<

данные изъяты> что соответствует 40% стойкой утраты общей трудоспособности, квалифицируется как тяжкий вред здоровью. (т.1 л.д.231-238)

Из показаний эксперта Гр.К видно, что она проводила судебно-медицинскую экспертизу трупа Гр.Ф Из предоставленных медицинских документов и материалов дела было установлено, что в ДД.ММ.ГГГГ у Гр.Ф был 

<

данные изъяты>, который впоследствии привел к 

<

данные изъяты>. 

<

данные изъяты> имеется прямая причинно-следственная связь. Причиной смерти Гр.Ф является 

<

данные изъяты> Кроме указанных повреждений, других повреждений при экспертизе не обнаружено. (т.1 л.д.221-224)

Из протокола заседания врачебной комиссии № от ДД.ММ.ГГГГ, из экспертного заключения о качестве медицинской помощи Гр.Ф следует, что непосредственной причиной неблагоприятного исхода у больного Гр.Ф явилась недостаточность 

<

данные изъяты> По данным литературы летальность при септическом шоке составляет 80%. Основной причиной гибели больного следует считать несвоевременное обращение за медицинской помощью после выписки пациента из стационара ДД.ММ.ГГГГ.

Учитывая, что у ребенка была 

<

данные изъяты> как наиболее малотравматичный метод лечения, была выбрана правильно.

Своевременные госпитализации пациента (ДД.ММ.ГГГГ раннее начало 

<

данные изъяты> могли бы привести к благоприятному исходу заболевания. 

Пациенту был установлен правильный клинический диагноз. Лечебно-диагностические мероприятия проведены в соответствии с установленным диагнозом и сложившейся клинической практикой. Госпитализации пациента Гр.Ф, ДД.ММ.ГГГГ г.р., в ГБУЗ ПК «КДКБ» профильные, обоснованные.

Лечебно-диагностические мероприятия выполнены по медицинским показаниям.

Расхождения клинического и судебно-медицинского диагнозов нет. Гр.Ф, ДД.ММ.ГГГГ г.р., умер от 

<

данные изъяты>

Смерть ребенка является условно предотвратимой (при условии своевременной обращении законных представителей за медицинской помощью), на этапе последней госпитализации в ГБУЗ ПК «КДКБ» признана непредотвратимой.(т.1 л.д.207-212)

Согласно справке № от ДД.ММ.ГГГГ, записи на прием к врачу-педиатру участковому в период с ДД.ММ.ГГГГ по данным ЕИСЗ ПК на Гр.Ф (Гр.Ф) Гр.Ф, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, нет. (т.1 л.д.112)

Из показаний ФИО3, допрошенной в качестве подозреваемой, видно, что ДД.ММ.ГГГГ с ДД.ММ.ГГГГ часов она находилась на работе. Как ей рассказала сестра, сын Гр.Ф взял пластиковую бутылку, в которую она ранее перелила чистящее средство, и выпил. Их госпитализировали его в детскую краевую клиническую больницу, в лор-отделение. В отделении на лечении она находилась вместе с сыном, после их выписали и направили в этот же день для дальнейшего лечения в гастроэнтерологическое отделение этой же больницы на 4 этаже, где они пролечились еще около 2,5 недель. После прохождения лечения ее сын самостоятельно ел, только по диете. Когда они находились на лечении в гастроэнтерологическом отделении, она попросила врача, чтобы их выписали домой, так как у нее дома были дети, она попросилась, так как сыну давали только таблетки. При выписке из стационара врач ей выдал на руки выписку, где было указано, что необходимо наблюдение у участкового педиатра, а также рекомендована плановая госпитализация в хирургическое отделение ГБУЗ ПК «Краевая детская клиническая больница», где они проходили лечение, для контрольного обследования через 2 недели, в том случае, если будут у ребенка ухудшения (рвота и т.д.), а если жалоб не будет, то обратиться в хирургию через 1 месяц. Дома она продолжила давать таблетки сыну «фосфальгель» и «Лосек». Она готовила сыну еду отдельно, всю пищу делала через мясорубку, давала кашу детскую. В связи с тем, что у сына не было никаких жалоб со стороны пищеварительной системы, ел хорошо, иногда примерно 2 раза в неделю была рвота на прием пищи, она через 2 недели не обратилась в больницу. Она думала, что после 

<

данные изъяты> сына так и должно быть, так как травма была серьезная. В ДД.ММ.ГГГГ, возможно ДД.ММ.ГГГГ она через регистратуру записалась на прием к педиатру, чтобы в дальнейшем педиатр выписала направление в хирургическое отделение ГБУЗ ПК «КДКБ». На прием к педиатру она с сыном не пришла по семейным обстоятельствам, точно не помнит, почему не пришла с ребенком на прием к педиатру. Никто из родственников сына на прием сводить также не смог. 

ДД.ММ.ГГГГ муж улетел в 

<

адрес>, к своим родителям, где находился до ДД.ММ.ГГГГ. Она с ДД.ММ.ГГГГ с детьми стала проживать в двухкомнатной квартире по адресу: 

<

адрес>. Сын Гр.Ф посещал детский сад с ДД.ММ.ГГГГ, но когда он выпил жидкость, то они в детский сад уже ходить не стали. В детский сад она больше сына водить не стала, так как посчитала, что тот должен питаться другим питанием, в протертом виде, а в детском саду никто соблюдать рекомендации врача не будет. Все это время она кормила ребенка питанием, которое прописано в выписке. Ребенок голодным не был, был всегда активный. В ДД.ММ.ГГГГ она заметила, что сын стал терять в весе, но от еды никогда не отказывался, ел, но в весе терял. Она хотела сходить к педиатру, но не пошла, так как была беременна, у нее были отеки ног. Сестру не просила, так как та работала по ночам. Почему не вызывала врача на дом, пояснить не может. С ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ она находилась на стационарном лечении в МСЧ № в родильном отделении. Дети в это время находились с сестрой. ДД.ММ.ГГГГ сын был ослабленный, немного ходил и опять лежал. Почему она не вызвала скорую помощь или участкового врача, она сказать затрудняется. Рвота после еды была намного чаще. ДД.ММ.ГГГГ у нее начались роды. Она звонила сестре и интересовалась состоянием ребенка, сестра ей сказала, что улучшений у сына нет. ДД.ММ.ГГГГ ей позвонила сестра и сказала, что Гр.Ф стал вялым и все лежал. ДД.ММ.ГГГГ сестра ей сказала, что сын вообще не встает, и ему стало еще хуже, после чего она ей сказала вызвать скорую помощь. После чего сына госпитализировали бригадой скорой помощи в реанимационное отделение КДКБ. На ее взгляд в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ сын потерял в весе примерно 2-3 кг. В отделение реанимации она звонила каждый день, разговаривала с врачами, которые ей поясняли, что ребенок в сознании, сам дышит, давление в норме. ДД.ММ.ГГГГ ей врач сказал, что сын сам ест, и они будут его готовить к обследованию. ДД.ММ.ГГГГ она позвонила врачу, и ей сообщили, что сын умер. Почему после выписки из «Краевой деткой клинической больницы» не обратилась к участковому педиатру для дальнейшего наблюдения и постановки ребенка на учет, пояснить не может. (т.1 л.д.170-176)

Подсудимая ФИО3 подтвердила данные показания.

Анализируя приведенные доказательства в совокупности, суд находит вину ФИО3 установленной.

У суда нет оснований не доверять показаниям свидетелей Свидетель №1, Свидетель №2, Гр.П, Свидетель №3, Гр.А, Свидетель №5, Гр.З, эксперта Гр.К об обстоятельствах получения малолетним Гр.Ф травмы 

<

данные изъяты> и причинах его смерти. Эти показания согласуются с письменными доказательствами- протоколом осмотра места происшествия, копиями карт вызова скорой медицинской помощи от ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ, протоколами осмотра документов, заключениями эксперта от ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ, протоколом заседания врачебной комиссии №, справкой № от ДД.ММ.ГГГГ.

Из медицинских документов, заключения эксперта о причине смерти Гр.Ф следует, что в результате 

<

данные изъяты> здоровью малолетнего Гр.Ф был причинен тяжкий вред. При этом установлена прямая причинно-следственная связь между 

<

данные изъяты> и смертью Гр.Ф. 

Из показаний свидетелей Свидетель №3 Гр.П выписки из истории болезни, выданной Гр.Ф при выписке из стационара видно, что до нее доводилась информация о необходимости наблюдения ребенка у педиатра и гастроэнтеролога и плановой госпитализации через две недели. 

Подсудимая не отрицает, что при выписке из стационара эти рекомендации были ей разъяснены и понятны. Однако в больницу с сыном не обращалась, ДД.ММ.ГГГГ, когда его состоянии стало крайне тяжелым, вызвала «скорую помощь».

Из ее показаний, показаний свидетеля Гр.А видно, что в период ДД.ММ.ГГГГ года ее сын плохо ел, пищу не мог проглотить, худел. Это подтверждено и документами о 

<

данные изъяты>. 

Вместе с тем, при обращении матери к врачам, своевременной госпитализации ребенка, исход болезни мог быть благоприятным. 

Таким образом, бездействие Гр.Ф, состоящее в нарушении бытовой предосторожности повлекло последствие в виде смерти потерпевшего.

Смерть малолетнего сына подсудимой наступила в результате ее неосторожных действий. Гр.Ф не предвидела возможности наступления смерти сына, но по обстоятельствам дела должна была и могла предвидеть.

Указанные обстоятельства фактически не оспариваются и подсудимой.

Никаких объективных и достоверных данных о причинно-следственной связи между смертью пострадавшего и ненадлежащим оказанием ему медицинской помощи не имеется. 

Действия ФИО3 подлежат квалификации по ч. 1 ст. 109 УК РФ, как причинение смерти по неосторожности.

При назначении наказания суд учитывает характер и степень общественной опасности содеянного, которое относится к преступлению небольшой тяжести.

Учитывает суд личность подсудимой, которая в целом характеризуется положительно, не судима.

Обстоятельствами, смягчающими наказание, суд признает полное признание вины, 

<

данные изъяты>.

Отягчающих – не установлено.

В связи с изложенным, оценивая все обстоятельства дела, с учетом тяжести и общественной опасности содеянного, а так же принимая во внимание данные о личности виновной в целом, наличие смягчающих обстоятельств, суд считает, что наказание ФИО3 следует назначить в виде ограничения свободы.

Руководствуясь ст. 307-309 УПК РФ, суд 

П Р И Г О В О Р И Л:

признать ФИО3 виновной в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.109 УК РФ и назначить ей наказание в виде ограничения свободы сроком на 6 месяцев.

Установить ФИО3 следующие ограничения: не выезжать за пределы территории муниципального образования г. Пермь, не изменять место жительства и место пребывания без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы.

Возложить на ФИО3 обязанность являться в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, один раз в месяц для регистрации.

Меру пресечения ФИО3 до вступления приговора в законную силу оставить в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении. 

Вещественные доказательства: копии истории развития ребенка (Гр.Ф) Гр.Ф, копии медицинской карты стационарного больного №, копии медицинской карты стационарного больного № на имя (Гр.Ф) Гр.Ф, копии материалов проверки КУСП № от ДД.ММ.ГГГГ - хранить в материалах дела.

Приговор может быть обжалован в Пермский краевой суд через Индустриальный районный суд г. Перми в течение 10 суток со дня его провозглашения. В случае подачи апелляционной жалобы, осужденная вправе ходатайствовать о своем участии при ее рассмотрении судом апелляционной инстанции. 

Судья: подпись Г.А. Каргаполова 

Копия верна. Судья: Г.А. Каргаполова