Дело № 22-473/2023

Судья Тройнова М.С.

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ 

ПРИГОВОР

именем Российской Федерации 

г. Тамбов 17 марта 2023 года

Тамбовский областной суд в составе:

председательствующего судьи Курохтина Ю.А.,

при секретаре Юмашевой Д.В., 

с участием прокурора Пудовкиной И.А.,

защитника – адвоката Кузьменко М.Ю.,

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе осужденной ФИО1 на приговор Знаменского районного суда Тамбовской области от 4 июля 2022 года, которым 

ФИО2 ФИО28, *** года рождения, уроженка с. ***, жительница ***, не судимая,

осуждена по ст. 151.1 УК РФ к 3 месяцам исправительных работ с удержанием из заработка 5% ежемесячно в доход государства.

Заслушав защитника – адвоката Кузьменко М.Ю., поддержавшую апелляционную жалобу, возражения прокурора Пудовкиной И.А., полагавшей судебное решение оставить без изменения, суд апелляционной инстанции

у с т а н о в и л :

ФИО1 признана виновной в розничной продаже несовершеннолетнему лицу алкогольной продукции, если это деяние совершенно неоднократно, при изложенных в приговоре обстоятельствах.

В апелляционной жалобе осужденная ФИО1, не согласившись с приговором, оспаривая сам факт события преступления и свою причастность к его совершению, считает приговор незаконным, несправедливым и подлежащим отмене. Указывает, что алкогольную продукцию несовершеннолетнему М.А. она не продавала, доказательств обратного в материалах дела не содержится. Обращает внимание, что исследованная в ходе судебного заседания видеозапись не подтверждает обстоятельств изложенных в обвинительном акте, а именно то, что преступление было совершено ею 22 сентября 2021 года в 18 часов 10 минут, поскольку согласно той же видеозаписи М.А. зашел в магазине лишь в 18 часов 42 минуты. Считает ссылку суда в приговоре на черный пакет и бутылки с пивом необоснованной, поскольку в ходе судебного разбирательства они не исследовались, демонстрация вещественных доказательств не производилась. Указывает, что свидетель Л. в ходе судебного заседания пояснил, что он допрашивался трижды, ни в каких следственных действиях участия не принимал, подписал документы, которые ему дал участковый уполномоченный. Таким образом, эти показания ставят под сомнение протокол о личном досмотре М.А. в ходе которого у последнего изъято две бутылки пива «Жигулевское». На основании этого полагает, что указанный протокол не является допустимым доказательством. Просит приговор отменить.

В возражениях на апелляционную жалобу государственный обвинитель Ж.И., приводя доводы о законности, обоснованности и справедливости постановленного приговора, полагает необходимым в удовлетворении жалобы отказать.

Изучив материалы дела, проверив доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

В силу ч. 2 ст. 297 УПК РФ, приговор признается законным, обоснованным и справедливым, если он постановлен в соответствии с требованиями настоящего Кодекса и основан на правильном применении уголовного закона.

В силу ч. 4 ст. 7 УПК РФ судебное решение должно отвечать критериям законности, обоснованности и мотивированности.

Согласно ч.1 ст. 389.19 УПК РФ при рассмотрении уголовного дела в апелляционном порядке суд не связан доводами апелляционных жалобы, представления и вправе проверить производство по уголовному делу в полном объеме. При этом, по смыслу вышеприведенных правовых предписаний, в случае несоответствия приговора суда первой инстанции требованиям законности, обоснованности и мотивированности, суд апелляционной инстанции не только вправе, но и обязан принять меры к устранению допущенных нарушений независимо от того, указано ли на них в апелляционных жалобах (представлении).

В соответствии с п.п. 1, 2 ст. 307 УПК РФ описательно-мотивировочная часть обвинительного приговора должна содержать, в том числе описание преступного деяния, признанного судом доказанным, с указанием способа его совершения, формы вины, мотивов, целей и последствий преступления, доказательства, на которых основаны выводы суда в отношении подсудимого, и мотивы, по которым суд отверг другие доказательства. При этом по смыслу взаимосвязанных положений ч.ч. 3, 4 ст. 14, ст. 73, 74 УПК РФ выводы суда в этой части должны быть основаны на совокупности проверенных и оцененных в соответствии с требованиями ст. 87, 88 УПК РФ доказательств, не могут строиться на предположениях, а все сомнения в виновности подсудимого, которые не могут быть устранены в порядке, установленном названным Кодексом, толкуются в пользу подсудимого.

По результатам рассмотрения уголовного дела суд первой инстанции счёл доказанным, что ФИО1 совершила розничную продажу несовершеннолетнему алкогольной продукции, неоднократно.

Как указано в приговоре, 22 сентября 2021 года около 18 час. 10 мин. ФИО1, являясь лицом, ранее привлеченным к административной ответственности за административное правонарушение, предусмотренное ч. 2.1 ст. 14.16 КоАП РФ, за розничную продажу несовершеннолетнему алкогольной продукции с назначением наказания в виде административного штрафа в размере 15000 руб. (постановление мирового судьи судебного участка Сампурского района Тамбовской области от 21.08.2020, вступило в законную силу 14.09.2020), находясь на рабочем месте в продуктовом магазине «Квартет» ИП С.Т., расположенном по адресу: *** являясь лицом, непосредственно осуществляющим розничную продажу товара, находящегося на реализации в магазине и будучи ознакомленной с требованиями ч. 2 ст. 16 Федерального закона от 22.11.1995 г. №171-ФЗ «О государственном регулировании производства и оборота этилового спирта, алкогольной и спиртосодержащей продукции и об ограничении потребления (распития) алкогольной продукции», устанавливающей запрет розничной продажи алкогольной продукции несовершеннолетним, действуя неоднократно, не убедившись в возрасте несовершеннолетнего М.А. ДД.ММ.ГГГГ года рождения, умышленно, осуществила розничную продажу несовершеннолетнему алкогольной продукции – двух бутылок пива «Жигулевское» объемом 1,5 литра каждая. 

В судебном заседании суда первой инстанции ФИО1 вину в совершении инкриминируемого ей преступления не признала, оспаривая факт продажи М.А. алкогольной продукции. 

В связи с существенными противоречиями в показаниях ФИО1 по ходатайству государственного обвинителя в судебном заседании были оглашены ее показания, данные ею на предварительном следствии, из которых следует, что 22.09.2021 в вечернее время в торговое помещение магазина зашел неизвестный ей молодой человек среднего телосложения, темноволосый, у него была борода, на вид ему было лет 25. Документы она у него не проверила, так как считала, что ему более 20 лет. Он попросил у нее 2 бутылки пива и 2 упаковки сухариков. ФИО1 продала указанные товары, парень оплатил покупку и вышел из магазина. Через некоторое время в магазин зашли сотрудники полиции и пояснили, что ФИО1 продала несовершеннолетнему алкогольную продукцию. Когда она узнала, что молодому человеку, купившему в магазине пиво всего 16 лет, она была шокирована (л.д. 37-39).

Оценивая совокупность имеющихся в материалах уголовного дела доказательств, показания самой ФИО1, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что сведения о факте продажи ФИО1 двух бутылок пива и двух пачек сухариков 22 сентября 2021 года М.А., нашли свое подтверждение. Поэтому показания ФИО1 в части оспаривания ею состоявшейся сделки розничной купли-продажи, не состоятельны и объективно опровергнуты совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств.

Оценивая показания ФИО1 в той части, в которой она утверждает об отсутствии у нее умысла на розничную продажу алкогольной продукции несовершеннолетнему, суд первой инстанции пришел к выводу, что приведенные показания являются несостоятельными, поскольку состав инкриминируемого преступления, предусмотренного ст. 151.1 УК РФ, образуют действия по реализации алкогольной продукции несовершеннолетнему лицу, вне зависимости от субъективного восприятия его возраста.

Обосновывая такой вывод, суд первой инстанции приводит в приговоре следующие мотивы. Закреплённое в абз. 8 п. 2 ст.16 Федерального закона от 22.11.1995 №171-ФЗ право лица, непосредственно осуществляющего отпуск алкогольной продукции (продавца), потребовать у покупателя удостоверяющий личность документ в случае возникновения у этого лица сомнения в достижении покупателем совершеннолетия, не предполагает произвольного распоряжения названным правом и разрешения вопроса о проверке документа, позволяющего установить возраст покупателя, а равно не освобождает продавца от обязанности выполнять установленный данной нормой запрет на продажу алкогольной продукции несовершеннолетним. Лицо, допустившее нарушение этого запрета, несет ответственность в соответствии с законодательством РФ. При этом, для привлечения лица к такой ответственности не имеют правового значения причины, по которым продавцом не было реализовано право требовать у покупателя документ, позволяющий установить его возраст, в том числе и если эти причины связаны с отсутствием у продавца сомнений в достижении покупателем совершеннолетнего возраста. Для привлечения лица к уголовной ответственности за совершение преступления, предусмотренного ст.151.1 УК РФ, правовое значение имеет факт неоднократной розничной продажи несовершеннолетнему алкогольной продукции, и в рамках настоящего уголовного дела указанный случай установлен и объективно подтвержден совокупностью исследованных доказательств. ФИО1, ранее привлеченной к административной ответственности за розничную продажу несовершеннолетнему лицу алкогольной продукции, достоверно известно о запрете продажи алкоголя лицам, не достигшим восемнадцатилетнего возраста, установленного Федеральным законом от 22.11.1995 №171-ФЗ, тем самым она, как лицо осуществляющее розничную торговлю, обязана не допустить продажу алкогольной продукции несовершеннолетнему, для чего принимать соответствующие меры.

Суд первой инстанции пришел к выводу, что ФИО1, осуществляя продажу алкогольной продукции несовершеннолетнему лицу М.А., действовала с прямым умыслом, осознавая, что осуществляет розничную продажу несовершеннолетнему алкогольной продукции неоднократно, желая совершить данные действия (субъективная сторона).

Суд также пришел к выводу о доказанности объективной стороны инкриминируемого ФИО1 преступления, а именно, что она совершила продажу несовершеннолетнему алкогольной продукции, неоднократно, будучи привлечённой к административной ответственности по ч. 2.1 ст. 14.16 КоАП РФ за розничную продажу несовершеннолетнему алкогольной продукции.

Приведенные выводы суда первой инстанции не соответствуют фактическим обстоятельствам уголовного дела и не подтверждены исследованными в судебном заседании доказательствами.

В соответствии с п.п. 1, 2, 4 ст. 389.16 УПК РФ приговор признается не соответствующим фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции, в частности, если выводы суда не подтверждаются доказательствами, рассмотренными в судебном заседании, суд не учёл обстоятельств, которые могли существенно повлиять на выводы суда, а также выводы суда, изложенные в приговоре, содержат существенные противоречия, которые повлияли или могли повлиять на решение вопроса о виновности или невиновности осужденного или оправданного, на правильность применения уголовного закона или на определение меры наказания.

Суд апелляционной инстанции считает существенным нарушение судом первой инстанции принципа презумпции невиновности, закреплённого в ст. 14 УПК РФ, в соответствии с которым, в частности, бремя доказывания обвинения и опровержения доводов, приводимых в защиту обвиняемого, возложено на сторону обвинения.

Из приведённых положений следует, что отказ суда от рассмотрения и оценки обоснованности доводов защиты или их игнорирование является недопустимым, поскольку создаёт преимущества для стороны обвинения, искажает содержание её обязанности по доказыванию обвинения и опровержению сомнений в виновности лица, позволяя игнорировать подтверждающие эти сомнения данные.

Поскольку судом апелляционной инстанции устранены допущенные нарушения, непосредственно влияющие на правильность разрешения вопросов о виновности ФИО1 в совершении инкриминируемого ей преступления и квалификации ее действий, проверены не только вопросы права, но и вопросы факта, подлежащие оценке с позиций уголовного закона, обжалуемый приговор в соответствии со ст. 389.23 УПК РФ подлежит отмене с принятием нового решения.

Интеллектуальный и волевой момент прямого умысла виновного, реализующего алкогольную продукцию несовершеннолетнему, охватывает осознание возраста покупателя и желание продажи указанной продукции несовершеннолетнему. Состав преступления, предусмотренный ст. 151.1 УК РФ, хотя и не содержит признак заведомой осведомленности о возрасте покупателя, однако не исключает обязательное установление умысла на продажу алкогольной продукции несовершеннолетнему.

Более того, закрепление в Федеральном законе от 22.11.1995 г. №171-ФЗ «О государственном регулировании производства и оборота этилового спирта, алкогольной и спиртосодержащей продукции» нормы, предусматривающей право лица, непосредственно осуществляющего отпуск алкогольной продукции (продавца), потребовать у покупателя удостоверяющий личность документ в случае возникновения у этого лица сомнений в достижении покупателем совершеннолетия, также не исключает необходимости установления именно прямого умысла у виновного для уголовно правовой оценки содеянного.

Таким образом, для квалификации действий виновного по ст. 151.1 УК РФ недостаточно установления одного лишь факта недостижения покупателем совершеннолетнего возраста, а необходимо установить субъективное отношение продавца к этому обстоятельству, а именно - что он знал об этом, однако все равно желал реализовать несовершеннолетнему алкогольную продукцию.

Судом первой инстанции оставлены без внимания и оценки сведения о факте того, что ФИО1 ранее с М.А. знакома не была и свой реальный возраст М.А. ей не сообщал. Из показаний М.А. (которому 22 сентября 2021 года исполнилось 16,5 лет), данных им в судебном заседании, также следует, что на тот момент он носил бороду. Об этом поясняла и ФИО3, аргументируя восприятие ею М.А. исходя из его внешнего облика как лица, которому было более 20-ти лет. 

Учитывая высокую степень значения субъективного восприятия ФИО1 внешнего облика М.А., который носил бороду, что объективно подтверждено материалами дела, суд не оценил возможность возникновения (наличие) сомнения у ФИО1 достижения М.А. совершеннолетия. Вместе с тем, данный аспект имеет существенное значение для дела, от решения данного вопроса зависит вывод о наличии или отсутствия умысла у ФИО1 на продажу алкогольной продукции несовершеннолетнему.

Согласно п.п 11 п. 2 ч. 1 ст. 16 Федерального закона от 22 ноября 1995 года № 171-ФЗ «О государственном регулировании производства и оборота этилового спирта, алкогольной и спиртосодержащей продукции и об ограничении потребления (распития) алкогольной продукции» розничная продажа алкогольной продукции и розничная продажа алкогольной продукции при оказании услуг общественного питания, не допускаются в том числе несовершеннолетним. В случае возникновения у лица, непосредственно осуществляющего отпуск алкогольной продукции (продавца), сомнения в достижении покупателем совершеннолетия продавец вправе потребовать у этого покупателя документ, позволяющий установить возраст этого покупателя. Перечень соответствующих документов устанавливается уполномоченным Правительством Российской Федерации федеральным органом исполнительной власти.

По своей правовой природе указанная норма Федерального закона является диспозитивной, поскольку предусматривает только право продавца потребовать у него документ, удостоверяющий личность при обязательном условии возникновения сомнения в возрасте покупателя. Приведенный закон не содержит императивных норм, устанавливающих четкий порядок действий продавца алкогольной продукции при продаже алкоголя. 

Из содержания Приказа Минпромторга России от 31.05.2017 № 1728 (ред. от 31.05.2017) «Об утверждении перечня документов, позволяющих установить возраст покупателя алкогольной продукции, которые продавец вправе потребовать в случае возникновения у него сомнения в достижении этим покупателем совершеннолетия, и признании утратившим силу приказа Минпромторга России от 15 апреля 2011 г. № 524 «Об утверждении Перечня документов, удостоверяющих личность и позволяющих установить возраст покупателя алкогольной продукции, которые продавец вправе потребовать в случае возникновения у него сомнения в достижении этим покупателем совершеннолетия», также следует, что продавец вправе потребовать у покупателя подтверждающие его возраст документы в случае возникновения у него сомнения в достижении этим покупателем совершеннолетия.

Из буквального толкования приведенной нормы следует, что право у продавца потребовать у покупателя документ, позволяющий установить возраст покупателя, возникает в том случае, если у продавца появились сомнения в достижении покупателем совершеннолетия. Таким образом, не только право, но и обязанность требовать документ, позволяющий установить возраст каждого и любого покупателя, не усомнившись в его совершеннолетии, на продавца законом не возложена.

Такая категория, как «возникновение сомнения», является психомоторной реакцией физического лица и зависит от множества объективных (окружающая обстановка, факторы внешней среды и другие) и субъективных факторов (состояние здоровья лица, внешний вид покупателя его физические данные, голос, речь, действия третьих лиц и т.д.).

Таким образом, виновность продавца фактически ставится в прямую зависимость от его психоэмоционального состояния, способности оценивать возраст лица, что, по сути, является предметом судебно-медицинской экспертизы, проведение которой в настоящее время не целесообразно, поскольку со времени рассматриваемого события прошло около 1.5 лет. М.А. стал старше, ему исполнилось 18 лет, его внешние физические данные изменились. 

В такой ситуации дополнительные доказательства, опровергающие показания продавца ФИО1, которая не усомнилась 22 сентября 2021 года, что покупателю М.А. не менее 20 лет, представить возможности не имеется.

Оценивая имеющиеся в материалах дела доказательства в их совокупности, суд апелляционной инстанции приходит к выводу об отсутствии объективных доказательств, подтверждающих возникновение у ФИО1 сомнений в совершеннолетии покупателя М.А. При этом, восполнить данный пробел при рассмотрении судом апелляционной инстанцией уголовного дела и устранить возникшие сомнения в виновности ФИО1 относительно доказанности наличия у нее умысла на продажу алкогольной продукции несовершеннолетнему, не возможно. 

В изложенной ситуации позиция стороны защиты, согласно которой в уголовном деле отсутствуют доказательства, подтверждающие, что ФИО1 осознавала несовершеннолетний возраст М.А., которому она продала две бутылки пива, является состоятельной и заслуживающей внимания.

При таких обстоятельствах вывод суда первой инстанции о доказанности умысла ФИО1 на продажу алкогольной продукции несовершеннолетнему, не основан на фактических материалах дела.

Кроме того, в качестве доказательства, подтверждающего правильность приведенных выводов, сторона защиты в обоснование своей позиции ссылалась на постановление об отказе в возбуждении уголовного дела от 27 октября 2021г. (т.1 л.д. 199), вынесенное дознавателем отделения дознания МО МВД России «Знаменский» С. на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ за отсутствием в действиях М. состава преступления, предусмотренного ст. 151.1 УК РФ, за продажу М.А. 2 бутылок пива в магазине п. Сатинка Сампурского района Тамбовской области. 

Учитывая, что приведенное постановление не имеет преюдициального значения для рассмотрения уголовного дела по существу в рамках предъявленного ФИО1 обвинения, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что изложенные в постановлении обстоятельства имеют значение для проверки и оценки доводов стороны защиты, показаний ФИО1, приведенных в приговоре, относительно субъективного восприятия возраста М.А.

Так, из указанного постановления следует, что 24 сентября 2021 года, то есть через два дня после инкриминируемого ФИО1 деяния, продавец магазина, находившегося в другом районе Тамбовской области (М.), реализовала тому же М.А. алкогольную продукцию, не спросив у него паспорт и не уточнив возраст, поскольку полагала по его внешнему виду (росту, телосложению, имеющейся бороде), что он является совершеннолетним.

Кроме того, по сведениям, представленным в судебное заседание суда апелляционной инстанции, приведенное выше постановление об отказе в возбуждении уголовного дела вступило в законную силу и прокурором Сампурского района Тамбовской области не отменялось. Указанное обстоятельство также подтверждает обоснованность показаний ФИО1 о том, что у не возникло сомнений в совершеннолетнем возрасте покупателя М.А.

Таким образом, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что из всей совокупности, приведенных в приговоре суда первой инстанции доказательств, дополнительно представленных сведений, ни одно из них не подтверждает вывод о наличии у ФИО1 прямого умысла на розничную продажу алкогольной продукции несовершеннолетнему. Поэтому у суда апелляционной инстанции отсутствуют объективные основания полагать, что ФИО1 осознавала факт недостижения М.А. совершеннолетия на дату рассматриваемого события.

При этом, суд апелляционной инстанции признает ошибочным приведенное в приговоре суда первой инстанции толкование положений абз. 8 п. 2 ст. 16 Федерального закона от 22.11.1995 г. №171-ФЗ «О государственном регулировании производства и оборота этилового спирта, алкогольной и спиртосодержащей продукции» при обосновании суждений относительно субъективной стороны содеянного ФИО1

Так, судом первой инстанции приведены выводы, что для привлечения продавца к ответственности не имеют правового значения причины, по которым им не было реализовано право требовать у покупателя документ, позволяющий установить его возраст, в том числе и если эти причины связаны с отсутствием у продавца сомнений в достижении покупателем совершеннолетнего возраста. Между тем подсудимая, осознавая запрет продажи алкогольной продукции несовершеннолетним, необходимые меры по установлению возраста М.А. не предприняла, тем самым не удостоверилась в отсутствии законных препятствий к продаже спиртного, следовательно, всех зависящих мер по соблюдению требований Федерального закона от 22.11.1995 г. №171-ФЗ не выполнила. При этом она не была лишена возможности убедиться в совершеннолетии М.А., попросив последнего предоставить документ, удостоверяющий личность, на что указано в ст. 16 Федерального закона от 22.11.1995 г. №171-ФЗ, а при непредоставлении этого документа, была вправе не продавать алкогольную продукцию, однако этого не сделала.

Указанные суждения суда прямо противоречат приведенным выше выводам, согласно которым обязанность у продавца при продаже алкогольной продукции потребовать у покупателя документ, позволяющий установить возраст покупателя, возникает в том случае, если у продавца появились сомнения в достижении покупателем совершеннолетия, что текстуально закреплено в п.п. 11 п. 2 ч. 1 ст. 16 Федерального закона от 22 ноября 1995 года № 171-ФЗ, а не абз. 8 п. 2 ч. 1 ст. 16 этого Федерального закона.

Поскольку совокупностью доказательств уголовного дела не доказано, что у продавца ФИО1 возникло сомнение в совершеннолетии М.А., и не доказано, что ФИО1 осознавала действительный (реальный) возраст покупателя и желала осуществить продажу алкогольной продукции несовершеннолетнему, вопреки требованиям закона, обязанность требования у М.А. у ФИО1 не возникла. Кроме того, приведенные выводы суда первой инстанции не могут быть признаны состоятельными и потому, что фактически суд допускает и неосторожную форму вины в совершении преступления, предусмотренного ст. 151.1 УК РФ, что не основано на законе. Субъективная сторона данного преступления характеризуется прямым умыслом. Лицо сознает, что совершает розничную продажу несовершеннолетнему алкогольной продукции неоднократно, и желает совершить данные действия.

Кроме того, судом первой инстанции не учтено и не дана оценка следующему.

Как указано выше, подпунктом 11 пункта 2 статьи 16 Федерального закона от 22 ноября 1995 года № 171-ФЗ установлен запрет на розничную продажу алкогольной продукции и розничную продажу алкогольной продукции при оказании услуг общественного питания несовершеннолетним. Таким образом, Закон не устанавливает требований к розничной продаже продукции, не являющейся алкогольной.

Объективная сторона данного преступления заключается в совершении розничной продажи несовершеннолетним алкогольной продукции, если это деяние совершено неоднократно. Продажа именно алкогольной продукции вменено ФИО1 при изложенных обстоятельствах.

В соответствии со ст. 2 Федерального закона от 22 ноября 1995 года № 171-ФЗ «О государственном регулировании производства и оборота этилового спирта, алкогольной и спиртосодержащей продукции и об ограничении потребления (распития) алкогольной продукции», под спиртосодержащей продукцией понимается пищевая или непищевая продукция с содержанием этилового спирта более 0,5 процента объема готовой продукции.

Под алкогольной продукцией понимается пищевая продукция, которая произведена с использованием или без использования этилового спирта, произведенного из пищевого сырья, и (или) спиртосодержащей пищевой продукции, с содержанием этилового спирта более 0,5 процента объема готовой продукции, за исключением пищевой продукции в соответствии с перечнем, установленным Правительством Российской Федерации. Алкогольная продукция подразделяется на такие виды, как спиртные напитки (в том числе водка, коньяк, виноградная водка, бренди), вино, крепленое вино, игристое вино, включая российское шампанское, виноградосодержащие напитки, плодовая алкогольная продукция, плодовые алкогольные напитки, пиво и напитки, изготавливаемые на основе пива, сидр, пуаре, медовуха.

То есть определение понятия «алкогольная продукция» по своему содержанию является значительно уже понятия «спиртосодержащая продукция».

Признавая ФИО1, виновной в продаже алкогольной продукции несовершеннолетнему, суд не учел, что предметом преступления, предусмотренного ст. 151.1 УК РФ, является алкогольная продукция.

Согласно заключению эксперта, положенному в основу приговора, представленные жидкости являются спиртосодержащими (изготовленными с использованием этилого спирта), однако ключевой вопрос о том, относится ли она к алкогольной продукции, суд не разрешил. Никаких доказательств, подтверждающих, что представленные жидкости являются алкогольной продукцией, материалы дела не содержат. 

Учитывая приведённые выше обстоятельства, следующие из заключения эксперта (л.д. 26-27) его выводы, не могут быть расценены как бесспорные доказательства продажи ФИО1 именно алкогольной продукцией. При этом иные доводы адвоката М.А., указывающие на ущербность данного заключения, такие как отсутствие сведений о прохождении экспертом повышения квалификации, отсутствие сведений о времени использования газохромотографа, отсутствие описания исследования в соответствии с законом об экспертизе, отсутствии фотографии прибора, его описания и характеристик, отсутствие описания методик, также заслуживают внимания.

Суд апелляционной инстанции отмечает также обращение внимания адвоката М.А. на сведения о том, что несовершеннолетнее лицо М.А. состояло на учет в ПДН, инспектор подтвердил, что это его подопечный. Приведенные сведения судом первой инстанции не оценены, тогда как вопрос о выявлении продажи алкогольной продукции несовершеннолетнему, по сути, основан на взаимодействии полиции с несовершеннолетним М.А., привлеченного к данной покупке, внешний вид которого не позволяет достоверно определить несовершеннолетие этого лица, что имеет существенное значение для дела и способно подтвердить позицию ФИО1

Исходя из принципа презумпции невиновности, закрепленного в ст. 14 УПК РФ, все сомнения в виновности обвиняемого, которые не могут быть устранены в порядке, установленном Уголовно-процессуальным кодексом РФ, толкуются в пользу обвиняемого, обвинительный приговор не может быть основан на предположениях.

В рассматриваемом случае суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что ни одно из доказательств, исследованных в ходе рассмотрения данного уголовного дела, не подтверждает совершение ФИО1 действий, вменённых ей органом дознания, направленных на продажу несовершеннолетнему лицу алкогольной продукции с учетом приведенных выше выводов. 

Позиция стороны обвинения о том, что ФИО1 совершила розничную продажу несовершеннолетнему алкогольной продукции, совершенной неоднократно, опровергается совокупностью приведенных выше доказательств. Факт осведомленности продавца о несовершеннолетнем возрасте покупателя имеет непосредственное значение для квалификации деяния по ст. 151.1 УК РФ. Вместе с тем, в материалах дела нет доказательств, опровергающих сведения о том, что ФИО1 ранее с М.А. не знакома, сам М.А. проживает в другом населенном пункте и свой реальный возраст продавцу не сообщал, ему исполнилось 16.5 лет, из его показаний следует, что он носил полную бороду. Несмотря на отсутствие в диспозиции ст. 151.1 УК РФ признака «заведомости» несовершеннолетия лица, привлечение к уголовной ответственности возможно только в том случае, если продавец осознавал возраст покупателя, доказательств чему, как указано выше, стороной обвинения не представлено.

Таким образом, анализ материалов уголовного дела показывает, что положенные в основу обвинительного приговора и исследованные доказательства как каждое в отдельности, так и в своей совокупности не свидетельствуют о виновности ФИО1 к совершению преступления, предусмотренного ст. 151.1 УК РФ, а выводы суда первой инстанции не основаны на достаточной совокупности изобличающих ее доказательств, противоречат федеральному законодательству и фактически носят характер предположений.

Поскольку наличие состава преступления, инкриминируемого ФИО1, достоверно не установлена неопровержимыми доказательствами, в связи с чем она подлежит оправданию по основанию, предусмотренному п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ.

Мера процессуального принуждения в отношении ФИО1 подлежит отмене.

В силу положений п. 1 ч. 2 ст. 133 УПК РФ ФИО1 имеет право на реабилитацию.

Вещественные доказательства по делу: две бутылки из-под пива, 2 пачки сухариков, хранящихся в камере вещественных доказательств, подлежат уничтожению, как не имеющие ценности.

На основании изложенного и руководствуясь ст. 389.20, 389.28 - 389.33, УПК РФ, суд апелляционной инстанции

приговорил:

приговор Знаменского районного суда Тамбовской области от 4 июля 2022 года в отношении ФИО2 ФИО28 отменить.

ФИО1 по предъявленному обвинению в совершении преступления, предусмотренного ст. 151.1 УК РФ, признать невиновной и оправдать на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ ввиду отсутствия в деянии состава преступления.

Признать за ФИО1 право на реабилитацию.

Избранную в отношении ФИО1 меру процессуального принуждения отменить.

Вещественные доказательства: две бутылки из-под пива, 2 пачки сухариков, хранящихся в камере вещественных доказательств – уничтожить. 

Апелляционный приговор вступает в законную силу немедленно.

Приговор может быть обжалован в течение 6 месяцев со дня его вынесения через суд первой инстанции в судебную коллегию по уголовным делам Второго кассационного суда общей юрисдикции в порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ.

Оправданный вправе ходатайствовать о своём участии в судебном заседании суда кассационной инстанции.

Председательствующий