Дело № 2-1605/2018 Великий Новгород 

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

03 мая 2018 года Новгородский районный суд Новгородской области в составе: председательствующего судьи Галкиной Н.А., 

при секретаре Шмандиной А.А., 

с участием представителя ответчика ФИО1, 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО2 к ООО «Новгородский бекон» о взыскании заработной платы, 

установил:

ФИО2 (далее – истец, работник) обратилась в суд с иском к ООО «Новгородский бекон» (далее – ответчик, Общество, работодатель) о взыскании заработной платы, указав в обоснование, что в период с 05.10.2016 по 29.08.2017 она состояла с Обществом в трудовых отношениях в должности 

<

данные изъяты>. Согласно п.4.1 трудового договора истцу была установлена повременно-премиальная заработная плата, которая состояла из должностного оклада в сумме 25 000 руб., компенсационных и стимулирующих доплат, надбавок и премий, выплачиваемых в соответствии с Положением об оплате труда, Положением о премировании работников Общества. Должностной оклад за май, июль, август 2017 года, премия за июль 2017 года выплачены истцу не в полном объеме. В период с 01.06.2017 по 29.08.2017 истец выполняла дополнительную работу по должности 

<

данные изъяты>, однако заработная плата за совмещение должностей истцу не выплачена. 

На основании изложенного ФИО2 просит взыскать с Общества часть должностного оклада за май, июль, август 2017 года в сумме 13 825 руб. 25 коп.; часть премии за июль 2017 в сумме 30 041 руб.; заработную плату за совмещение должностей за июнь, июль, август 2017 в сумме 23 100 руб. 

Истец ФИО2 в суд не явилась, о дате и месте судебного заседания извещена надлежащим образом, в исковом заявлении просила о рассмотрении дела без ее участия.

На основании ст. 167 ГПК РФ дело рассмотрено в отсутствие неявившихся участников процесса.

В судебном заседании представитель ответчика ООО «Новгородский бекон» ФИО1 иск не признала, полагая, что нарушение прав истца со стороны Общества отсутствует.

Выслушав участника процесса, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

В силу ст. 22 ТК РФ работодатель обязан обеспечивать работникам равную оплату за труд равной ценности; выплачивать в полном размере причитающуюся работникам заработную плату в сроки, установленные в соответствии с настоящим Кодексом, коллективным договором, правилами внутреннего трудового распорядка, трудовыми договорами.

В соответствии со ст.129 ТК РФ заработная плата (оплата труда работника) - вознаграждение за труд в зависимости от квалификации работника, сложности, количества, качества и условий выполняемой работы, а также компенсационные выплаты (доплаты и надбавки компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, работу в особых климатических условиях и на территориях, подвергшихся радиоактивному загрязнению, и иные выплаты компенсационного характера) и стимулирующие выплаты (доплаты и надбавки стимулирующего характера, премии и иные поощрительные выплаты).

Согласно ст.135 ТК РФ заработная плата работнику устанавливается трудовым договором в соответствии с действующими у данного работодателя системами оплаты труда. Системы оплаты труда, включая размеры тарифных ставок, окладов (должностных окладов), доплат и надбавок компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, системы доплат и надбавок стимулирующего характера и системы премирования, устанавливаются коллективными договорами, соглашениями, локальными нормативными актами в соответствии с трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права.

Из материалов дела следует, что в период с 05.10.2016 по 29.08.2017 ФИО2 состояла в трудовых отношениях с ООО «Новгородский бекон» в должности 

<

данные изъяты>. 29.08.2017 трудовые отношения прекращены по инициативе работника на основании п. 3 ч. 1 ст. 77 ТК РФ. 

Согласно п.4.1 трудового договора от 05.10.2016 №591, заключенного между ФИО2 и Обществом, работнику устанавливается повременно-премиальная заработная плата, которая состоит из должностного оклада в размере 25 000 руб., компенсационных и стимулирующих доплат, надбавок и премий в соответствии с Положением об оплате труда, Положением о премировании работников Общества.

В соответствии с п.6.2 трудового договора месячная норма рабочего времени составляет для женщин не более 36 часов в неделю, что предусмотрено Постановлением Верховного Совета РСФСР от 01.11.1990 №298/3-1.

В силу п.4.13 Положения об оплате труда, утвержденного генеральным директором Общества 12.09.2016, при повременной форме оплате труда заработная плата рассчитывается исходя из установленной фиксированной тарифной ставки или оклада за фактически отработанное время, как правило, месяц. Количество времени, которое фактически отработали работники организации, фиксируется в табеле учета рабочего времени. 

При пятидневной рабочей недели (36 часов) расчет заработной платы (должностного оклада) за спорный период производится следующим образом:

норма рабочего времени за май составляет 20 рабочих дней (144 часа), истцом отработано 108 часов, заработная плата составляет 18 750 руб. (25 000 руб./144 часа*108 часов);

норма рабочего времени за июль составляет 21 рабочих дня (151,2 часа), истцом отработано 122,4 часа, заработная плата составляет 20 238 руб. 10 коп. (25 000 руб./151,2 часа*122,4 часа);

норма рабочего времени за август составляет 23 рабочих дня (165,6 часов), истцом отработано 108 часов, заработная плата составляет 16 304 руб. 35 коп. (25 000 руб./165,6 часа*108 часов).

Обоснованность начисления ФИО2 должностного оклада подтверждается производственным календарем, табелями учета рабочего времени, расчетными листками.

Таким образом, доводы истца о невыплате Обществом части должностного оклада за май, июль, август 2017 года в сумме 13 825 руб. 25 коп. являются несостоятельными и подлежат отклонению. 

Разрешая требования истца о взыскании невыплаченной части премии за июль 2017 года в сумме 30 041 руб., суд приходит к следующему.

Из иска следует, что в июле 2017 года генеральный директор Общества ФИО3 дал истцу устное распоряжение об изменении (снижении) времени перевода животного с участка опороса на участок доращивания и с участка доращивания на участок откорма. Главному технологу и главному экономисту Общества было указано на необходимость пересмотра начисления заработной платы (в части премии). Изменение технологии сказалось на снижении среднесуточных показателей привеса животного, то есть отразилось на результатах работы. Однако главный технолог и главный экономист не пересмотрели порядок начисления заработной платы, указание руководителя не было оформлено надлежащим образом. В результате снижение показателей привеса животных было расценено по окончании месяца как невыполнение плана. 

В судебном заседании представитель ответчика ФИО1 отрицала наличие указанных истцом распоряжений со стороны руководства Общества, пояснила, что приказ о лишении истца премии за июль 2017 года работодателем не издавался. Премиальное вознаграждение не является постоянной и обязательной частью заработной платы, критерием премирования является оценка результатов исполнения работником должностных обязанностей в определенный период времени. Премиальное вознаграждение выплачивается при достижении работником и всей организацией в целом определенных показателей. 

Судом установлено, что согласно Положению о премировании, утвержденному генеральным директором Общества 11.09.2015 года, премирование за основные результаты деятельности обеспечивает формирование переменной части заработной платы в зависимости от показателей, характеризующих преимущественные результаты труда подразделений, в которых работники непосредственно заняты, а также учитывает степень личного влияния работника на достижение указанных результатов (п.4.1).В соответствии с п. 4.2 Положения показатели премирования за основные результаты деятельности и размеры премий по структурным подразделениям приведены в Приложении 1 к данному Положению (таблицы 1-6).

В силу п.4.3 Положения выполнение показателей определяется ежемесячно по данным бухгалтерской и статистической отчетности, оперативного учета и другим данным.

Согласно п. 5.10 Положения корректировка базовой части премии инженерно-технических работников, указанных в приложении 5, производится в размере от 1% за каждый процент перевыполнения и в размере 5-8% за каждый процент невыполнения плана производства продукции.

Таким образом, выплата премии по своему правовому характеру относится к стимулирующим выплатам, входящим в ту часть заработной платы, право на которую возникает при выполнении работником соответствующих условий, достижении заранее формализованных результатов в труде.

Из материалов дела усматривается, что плановые показатели среднесуточные привесы (в граммах) за июль 2017 года составили: на участке репродукции (группа 0-2) – 250; на участке доращивания (группа 2-4 мес.) – 500.

По данным отчетности среднесуточные привесы (в граммах) за июль 2017 года составили: на участке репродукции (группа 0-2) – 0; на участке доращивания (группа 2-4) – 460.

Выполнение плана за июль 2017 года составило: на участке репродукции (группа 0-2) – 0%; на участке доращивания (группа 2-4) – 92%.

Обозначенные показатели для премирования утверждены генеральным директором Общества. 

В соответствии с таблицей 1 Приложения 1 выполнение производственной программы по среднесуточным привесам по группе 2-4 на 92% соответствует 55% премии к основному тарифу. 

Выплата премиального вознаграждения является правом работодателя, а определение условий выплаты и размера премий прерогативой работодателя, который дает оценку труду работника.

Согласно расчетному листку за июль 2017 года ФИО2 начислена премия в размере 11 199 руб., что соответствует 55,3% от начисленного оклада (20 238 руб. 10 коп.*55,33%) и согласуется с положениями локальных нормативных актов работодателя. 

Оснований для определения размера премии истца за июль 2017 года по аналогии с премией за январь 2017 года или исходя из среднего значения премиальных выплат, не имеется.

С учетом обстоятельств дела, в удовлетворении исковых требований ФИО2 о взыскании с Общества дополнительного премиального вознаграждения в сумме 30 041 руб., следует отказать. 

В соответствии со ст. 60.2 ТК РФ с письменного согласия работника ему может быть поручено выполнение в течение установленной продолжительности рабочего дня (смены) наряду с работой, определенной трудовым договором, дополнительной работы по другой или такой же профессии (должности) за дополнительную оплату (статья 151 ТК РФ).

Поручаемая работнику дополнительная работа по другой профессии (должности) может осуществляться путем совмещения профессий (должностей). Поручаемая работнику дополнительная работа по такой же профессии (должности) может осуществляться путем расширения зон обслуживания, увеличения объема работ. Для исполнения обязанностей временно отсутствующего работника без освобождения от работы, определенной трудовым договором, работнику может быть поручена дополнительная работа как по другой, так и по такой же профессии (должности).

Срок, в течение которого работник будет выполнять дополнительную работу, ее содержание и объем устанавливаются работодателем с письменного согласия работника.

Согласно ст. 151 ТК РФ при совмещении профессий (должностей), расширении зон обслуживания, увеличении объема работы или исполнении обязанностей временно отсутствующего работника без освобождения от работы, определенной трудовым договором, работнику производится доплата.

Размер доплаты устанавливается по соглашению сторон трудового договора с учетом содержания и (или) объема дополнительной работы (статья 60.2 ТК РФ).

Согласно п. 7.3.2 Положения об оплате труда, утвержденного генеральным директором Общества 12.09.2016, при совмещении профессий (должностей), расширении зон обслуживания, увеличении объема работы или исполнении обязанностей временно отсутствующего работника без освобождения от работы, определенной трудовым договором, работнику производится доплата в размере от 10 до 100% основной тарифной ставки (оклада) совмещаемой или замещаемой должности. Размер доплаты устанавливается по соглашению сторон трудового договора с учетом содержания и (или) объема дополнительной работы.

Судом установлено, что 02.06.2017 года между истцом и Обществом заключено дополнительное соглашение к трудовому договору о выполнении в течение установленной продолжительности рабочего дня наряду с работой, определенной трудовым договором, дополнительной работы в порядке совмещения должности зоотехника по учету репродуктора за дополнительную плату в размере 70% от должностного оклада зоотехника по учету репродуктора за фактически отработанное время. 

Стороны определили, что поручаемая работнику дополнительная работа будет осуществляться в течение отсутствия основного работника в порядке совмещения должностей без освобождения от основной работы, определенной трудовым договором с 01.06.2017 года по дату закрытия вакансии.

В судебном заседании представитель ответчика не оспаривал тот факт, что истец осуществляла совмещение должностей в период с 01.06.2017 по 29.08.2017.

Согласно штатному расписанию Общества должностной оклад зоотехника по учету репродуктора составляет 11 000 руб. 

Норма рабочего времени за июнь 2017 года составляет 21 рабочих дней (151,2 часа), истцом отработано полная норма рабочего времени (151,2 часов), заработная плата в порядке совмещения составляет 7700 руб. (11 000 руб.* 70%);

норма рабочего времени за июль 2017 года составляет 21 рабочих дня (151,2 часа), истцом отработано 122,4 часа, заработная плата составляет 6 233 руб. 33 коп. (11 000 руб./151,2 часа*122,4 часа*70%);

норма рабочего времени за август 2017 года составляет 23 рабочих дня (165,6 часов), истцом отработано 108 часов, заработная плата составляет 5 021 руб. 74 коп. (11 000 руб./165,6 часа*108 часов*70%).

Таким образом, за совмещение должностей истцу подлежит выплате заработная плата в сумме 18 955 руб. 07 коп. 

Доводы ответчика о том, что из обозначенной суммы (18 955 руб. 07 коп.) следует вычесть 12 307 руб. 68 коп., начисленные истцу в период с 01.06.2017 по 29.08.2017 и указанные в расчетных листках как оплата «сдельно суммой 1», суд находит несостоятельными.

Из расчетных листков следует, что начисления «сдельно суммой 1» в период трудовой деятельности истца осуществлялись на регулярной основе и не связаны с совмещением должностей.

Кроме того, оплата за совмещение должностей отражается в расчетном листке как «оплата за совмещение», что подтверждается расчетным листком за март, когда истец выполняла дополнительную работу по должности заведующего участком репродукции репродуктора (согласно дополнительному соглашению от 03.03.2017 к трудовому договору).

Таким образом, с Общества в пользу истца подлежит взысканию заработная плата за совмещение должности зоотехника по учету репродуктора в сумме 18 955 руб. 07 коп. 

На основании ст. 103 ГПК РФ взыскать с ООО «Новгородский бекон» в доход местного бюджета государственную пошлину в сумме 758 руб. 20 коп.

Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

Иск ФИО2 удовлетворить частично.

Взыскать с ООО «Новгородский бекон» в пользу ФИО2 заработную плату в сумме 18 955 руб. 07 коп. 

В удовлетворении остальной части иска отказать.

Взыскать с ООО «Новгородский бекон» в доход местного бюджета государственную пошлину в сумме 758 руб. 20 коп.

Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Новгородского областного суда через Новгородский районный суд в течение одного месяца со дня составления мотивированного решения.

Председательствующий Н.А. Галкина

Мотивированное решение составлено: 07 мая 2018 года.