САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКИЙ ГОРОДСКОЙ СУД

Рег. №33-2138/2026УИД 78RS0002-01-2024-024950-48

Судья: Тяжкина Т.П.

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

Санкт-Петербург

21 января 2026 года

Судебная коллегия по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда в составе:

председательствующего

Илюхина А.П.

Судей

ФИО1, ФИО2

С участием прокурора

ФИО3

при секретаре

ФИО4,

рассмотрела в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО5 на решение Выборгского районного суда Санкт-Петербурга от 25 сентября 2025 года по гражданскому делу №2-5355/2025 по иску ФИО5 к ФИО6, ФИО7 о признании договора дарения квартиры недействительным.

Заслушав доклад судьи Илюхина А.П., выслушав представителя истца – ФИО8, представителя ответчика ФИО6 – ФИО9, ответчика ФИО7, обсудив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда

УСТАНОВИЛА:

ФИО5 обратился в Выборгский районный суд Санкт-Петербурга с иском к ФИО7 и ФИО6 о признании недействительным договора дарения от 22 мая 2015 года, по которому ФИО7 передала ФИО6 2/3 доли в праве собственности на квартиру 

<

адрес> по адресу: 

<

...> 

<

адрес>, и о применении последствий недействительности сделки. В обоснование требований истец ссылался на то, что сделка была совершена его матерью ФИО7 в период его несовершеннолетия без учета его прав и законных интересов, без согласия органа опеки и попечительства, и создала угрозу нарушения его жилищных прав.

Решением Выборгского районного суда Санкт-Петербурга от 25 сентября 2025 года в удовлетворении исковых требований отказано.

В апелляционной жалобе ФИО5 просит решение суда отменить, принять по делу новый судебный акт об удовлетворении иска. В обоснование жалобы заявитель указывает на существенные нарушения норм процессуального и материального права, допущенные судом первой инстанции, а именно: нарушение принципов состязательности и равноправия сторон, выразившееся в не рассмотрении ходатайства о вызове свидетелей; необоснованность выводов суда; неприменение подлежащей применению нормы материального права и нарушение правовой позиции Конституционного Суда РФ, изложенной в Постановлении от 08.06.2010 № 13-П.

Изучив материалы дела в полном объеме, оценив доводы жалобы, судебная коллегия приходит к следующему.

Из материалов дела усматривается, что ФИО7 (ДД.ММ.ГГГГ г.р.) является матерью ФИО10 (ДД.ММ.ГГГГ г.р.) и ФИО5 (ДД.ММ.ГГГГ г.р.). Все стороны по делу зарегистрированы и проживают по одному адресу: 

<

...> 

<

адрес>.

Изначально указанная квартира была приобретена по договору долевого участия в строительстве от 28.04.2003 года. По акту приема-передачи от 27.12.2004 года доли в праве на квартиру перешли к ФИО11, ФИО7 и ФИО6 (тогда ФИО7). После смерти ФИО12 на основании свидетельства о праве на наследство по завещанию от 13.12.2011 года ФИО7 перешла 1/3 доля в праве на квартиру.

22 мая 2015 года между ФИО7 (дарителем) и ФИО6 (одаряемым) был заключен договор дарения, по которому ФИО7 передала ФИО6 принадлежащие ей 2/3 доли в праве общей долевой собственности на спорную квартиру. На момент совершения этой сделки ФИО5 являлся несовершеннолетним (8 лет). К моменту рассмотрения дела в суде первой инстанции ФИО5 достиг совершеннолетия (17.05.2025 года). В настоящее время квартира принадлежит ФИО6 на праве собственности.

В ходе рассмотрения дела в суде первой инстанции истцом было заявлено ходатайство от 19.09.2025 о приобщении к материалам дела дополнительных доказательств и о вызове свидетелей ФИО13 и ФИО14, которые, по утверждению истца, могли бы подтвердить факты недобросовестного поведения ответчика ФИО6, направленного на выселение истца и его матери из квартиры. Орган опеки и попечительства МО Шувалово-Озерки представил заключение, в котором не усмотрел оснований для признания сделки недействительной. Прокурор, участвовавший в деле, также не нашел оснований для удовлетворения иска.

Суд первой инстанции, исследовав представленные доказательства, пришел к выводу об отсутствии правовых оснований для удовлетворения исковых требований, указав, в частности, что на момент совершения сделки истец не относился к категории детей, оставшихся без попечения родителей, в связи с чем согласие органа опеки не требовалось; материалы дела не содержат доказательств нарушения жилищных прав истца, недобросовестного поведения его матери при совершении сделки или попыток выселения истца ответчиком.

Проверяя законность и обоснованность обжалуемого судебного постановления, суд апелляционной инстанции не находит оснований для его отмены или изменения по следующим причинам.

В соответствии с ч. 4 ст. 292 ГК РФ отчуждение жилого помещения, в котором проживают находящиеся под опекой или попечительством члены семьи собственника либо оставшиеся без родительского попечения несовершеннолетние члены семьи собственника, допускается с согласия органа опеки и попечительства. Как верно указал суд первой инстанции, истец на момент сделки не относился к указанной категории.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда РФ, изложенной в Постановлении от 08.06.2010 № 13-П, суд при рассмотрении спора об отчуждении жилого помещения, в котором проживает несовершеннолетний, обязан проверить, не нарушен ли баланс его прав и законных интересов, даже если формально он не отнесен к находящимся под опекой или попечительством. Однако такая проверка предполагает установление конкретных обстоятельств, свидетельствующих о реальном нарушении прав ребенка, например, создании угрозы лишения жилья.

Заявитель указывает, что судом первой инстанции не было рассмотрено ходатайство от 19.09.2025 о вызове и допросе свидетелей, что, по его мнению, нарушило принципы состязательности и равноправия сторон, гарантированные статьями 12, 35, 56, 57 ГПК РФ.

Как усматривается из материалов дела, ходатайство было заявлено в письменной форме и приобщено к материалам дела. В соответствии с частью 2 статьи 166 ГПК РФ суд обязан выслушать мнения лиц, участвующих в деле, по заявленному ходатайству и вынести определение об его удовлетворении или об отказе в удовлетворении. В протоколе судебного заседания от 25.09.2025 года, а также в представленных в апелляцию материалах, отсутствуют данные о том, что суд не предоставил лицам, участвующим в деле, возможности высказаться по ходатайству, либо что ходатайство было проигнорировано без какого-либо процессуального решения. Представитель истца, присутствовавший в судебном заседании, не заявлял в тот момент возражений о непроцессуальных действиях суда, связанных с данным ходатайством. Кроме того, в материалах дела отсутствует отдельное обжалуемое определение об отказе в удовлетворении ходатайства, а также замечания на протокол судебного заседания, поданные в установленный статьей 231 ГПК РФ срок, с указанием на данное нарушение.

При этом судебная коллегия учитывает, что в обоснование заявленного ходатайства о допросе свидетелей истец ссылался на то обстоятельство, что свидетели подтвердят факт совершения оспариваемой сделки. Вместе с тем, факт совершения оспариваемой сделки сторонами не оспаривался, оснований для подтверждения данного факта свидетельскими показаниями не имелось. Также истец полагал возможным подтвердить свидетельскими показаниями характеристику личности ответчика ФИО6, а также ее недобросовестные действия, однако данные обстоятельства не имеют правового значения для существа рассматриваемого спора.

Таким образом, довод о существенном нарушении норм процессуального права, повлекшем невозможность всестороннего рассмотрения дела, не подтвержден материалами дела. Даже если допустить, что суд первой инстанции не обсудил ходатайство в надлежащей форме, заявителем не представлено доказательств того, что это нарушение привело или могло привести к принятию неправильного решения, что является необходимым условием для отмены решения по данному основанию в силу части 1 статьи 330 ГПК РФ.

Заявитель в апелляционной жалобе также утверждает, что вывод суда об отсутствии доказательств нарушения прав истца является ошибочным и сделан по вине самого суда, не исследовавшего все доказательства, имеющие значение для дела.

Согласно части 1 статьи 56 ГПК РФ, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений. Бремя доказывания фактов недобросовестного поведения ответчика, создания угрозы выселения и нарушения баланса интересов несовершеннолетнего при совершении сделки лежало на истце.

Суд первой инстанции в мотивировочной части решения указал, что материалы дела не содержат доказательств чинения ФИО6 препятствий ФИО5 в пользовании спорным жилым помещением, попыток его выселения, а также доказательств того, что мать истца ФИО7 действовала недобросовестно, ущемляя его права. Истец, помимо заявленного ходатайства о вызове свидетелей, не представил суду каких-либо иных допустимых и относимых доказательств (письменных документов, аудио- или видеозаписей, заключений компетентных органов и т.п.), подтверждающих эти обстоятельства. В таких условиях у суда не было правовых оснований для удовлетворения иска.

Напротив, как следует из материалов дела и не оспаривалось самим истцом, он до своего совершеннолетия проживал в спорной квартире, то есть его жилищные права не были нарушены.

То обстоятельство, что со стороны ответчика высказывались угрозы нарушения прав истца, в том числе угроза выселения, не может служить единственным основанием для признания сделки недействительной по правовой позиции Конституционного Суда РФ, изложенной в Постановлении от 08.06.2010 № 13-П.

Оценка доказательств, представленных по делу, в том числе заключения органа опеки и прокурора, произведена судом первой инстанции в соответствии с требованиями статьи 67 ГПК РФ, по внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании доказательств. Оснований считать эту оценку неправильной, предвзятой или противоречащей закону, у судебной коллегии не имеется.

Заявитель ссылается на то, что суд не применил правовую позицию Конституционного Суда РФ, изложенную в Постановлении от 08.06.2010 № 13-П, обязывающую суд проверять, не нарушен ли баланс прав и законных интересов несовершеннолетнего при отчуждении жилого помещения, даже если формально он не относится к категории оставшихся без попечения родителей.

В решении суда первой инстанции (стр. 6-7) прямо указано, что судом учтена позиция Конституционного Суда РФ, изложенная в указанном Постановлении. Суд первой инстанции проанализировал обстоятельства дела именно на предмет соблюдения баланса прав и законных интересов несовершеннолетнего истца. В мотивировочной части решения суд пришел к выводу, что, поскольку материалы дела не содержат доказательств нарушения жилищных прав истца, недобросовестности действий его матери при совершении сделки дарения в пользу его сестры, а также каких-либо попыток выселения, баланс прав и интересов не был нарушен.

Таким образом, суд не только сослался на правовую позицию Конституционного Суда РФ, но и выполнил возложенную на него обязанность по проверке соблюдения баланса интересов несовершеннолетнего. Отказ в удовлетворении иска в данном случае является не неприменением нормы права, а следствием ее правильного применения к установленным по делу фактическим обстоятельствам, которые не были подтверждены истцом. Обязанность суда по исследованию доказательств (ст. 57 ГПК РФ) не отменяет принципа состязательности и распределения бремени доказывания.

Доказательств того, что совершение сделки повлекло для истца неблагоприятные последствия, лишило его жилого помещения либо создало реальную угрозу такого лишения, материалы дела не содержат, при этом доказательства, на которые истец ссылается как на неисследованные судом, таких сведений также не содержали.

Суд апелляционной инстанции также учитывает, что в настоящее время истец достиг возраста совершеннолетия, совершение собственники квартиры вправе совершить любые действия, направленные на распоряжение данной квартирой без учета его мнения.

Кроме того, истец не представил доказательств того, что его права, возможно затронутые попытками его выселения в его несовершеннолетнем возрасте, могут быть каким-либо образом восстановлены в настоящее время случае, если исковые требования будут удовлетворены.

Судебная коллегия полагает, что при разрешении спора судом первой инстанции правильно определены обстоятельства, имеющие значение для дела, правильно применены нормы материального и процессуального права, выводы суда соответствуют установленным по делу обстоятельствам.

Доводы апелляционной жалобы по существу направлены на неправильное толкование действующего законодательства и переоценку доказательств, которым судом первой инстанции дана надлежащая оценка в соответствии с требованиями ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, и не могут служить основанием к отмене постановленного по делу решения.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 328 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Выборгского районного суда Санкт-Петербурга от 25 сентября 2025 года оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО5 – без удовлетворения.

В окончательной форме апелляционное определение изготовлено 23 января 2026 года.

Председательствующий

Судьи