03RS0003-01-2019-004291-38

Дело № 2-4294/2019

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

город Уфа 06 июня 2019 года

Кировский районный суд города Уфы Республики Башкортостан 

в составе: председательствующего судьи Индан И. Я.,

при секретаре Нуртдиновой Э. А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ГУ - Управление Пенсионного фонда Российской Федерации в Кировском районе города Уфы Республики Башкортостан о признании решения ГУ - Управления Пенсионного фонда Российской Федерации в Кировском районе города Уфы Республики Башкортостан об отказе в назначении пенсии незаконным; о возложении обязанности засчитать в специальный стаж часть периода обучения в Уфимском педагогическом училище с 31 августа 1990 года по 25 мая 1991 года, период нахождения на курсах повышения квалификации с 22 октября 2012 года по 28 октября 2012 года, о назначении досрочно трудовой пенсии по старости с момента обращения – 11 января 2019 года,

установил:

ФИО1 обратилась в суд с исковым заявлением к ГУ - Управление Пенсионного фонда Российской Федерации в Кировском районе города Уфы Республики Башкортостан о признании решения ГУ - Управления Пенсионного фонда Российской Федерации в Кировском районе города Уфы Республики Башкортостан об отказе в назначении пенсии незаконным; о возложении обязанности засчитать в специальный стаж часть периода обучения в Уфимском педагогическом училище с 31 августа 1990 года по 25 мая 1991 года, период нахождения на курсах повышения квалификации с 22 октября 2012 года по 28 октября 2012 года, о назначении досрочно трудовой пенсии по старости с момента обращения – 11 января 2019 года, мотивируя свои требования тем, что обратилась в Пенсионный фонд с заявлением о досрочном назначении страховой пенсии по старости, однако решением № от 19 марта 2019 года ей отказано в назначении пенсии в связи с отсутствием 25-летнего стажа педагогической деятельности, из её стажа исключены оспариваемые периоды трудовой деятельности, что нарушает её пенсионные права.

ФИО1 в судебное заседание не явилась, извещена о дне рассмотрения надлежащим образом, предоставила доверенность на ведение дела в суде своему представителю, чью явку обеспечила. В силу ч. 3 ст. 167 ГПК Российской Федерации, суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие указанного лица.

Исследовав материалы дела, выслушав явившихся лиц (представитель истца - ФИО2, по доверенности №-№ от 20 мая 2019 года, представитель ответчика - ФИО3, по доверенности № от 06 марта 2019 года), проверив все юридически значимые обстоятельства по делу, суд приходит к следующему. 

Конституция Российской Федерации в соответствии с целями социального государства (статья 7 часть 1) гарантирует каждому социальное обеспечение по возрасту. Законодатель, обеспечивая конституционное право каждого на получение пенсии, вправе, как это вытекает из статьи 39 (часть 2) Конституции РФ, определять механизм его реализации, включая закрепление в законе правовых оснований назначения пенсий, их размеров, правил подсчёта трудового стажа, особенностей приобретения права на пенсию отдельными категориями граждан.

Положения части 2 статьи 6, части 4 статьи 15, части 1 статьи 17, статей 18, 19 и части 1 статьи 55 Конституции РФ предполагают правовую определённость и связанную с ней предсказуемость законодательной политики в сфере пенсионного обеспечения, необходимых для того, чтобы участники соответствующих правоотношений могли в разумных пределах предвидеть последствия своего поведения и быть уверенными в том, что приобретённое ими на основе действующего законодательства право будет уважаться властями и будет реализовано.

Согласно ст. 1 Федерального закона от 28 декабря 2013 года N 400-ФЗ «О страховых пенсиях» основания возникновения и порядок реализации права граждан Российской Федерации на страховые пенсии устанавливаются в соответствии с настоящим Законом.

Статьей 8 Федерального закона от 28 декабря 2013 года N 400-ФЗ «О страховых пенсиях» предусмотрено, что право на страховую пенсию по старости имеют мужчины, достигшие возраста 60 лет, и женщины, достигшие возраста 55 лет.

Согласно пункту 19 части 1 статьи 30 Федерального закона от 28 декабря 2013 года N 400-ФЗ "О страховых пенсиях", страховая пенсия по старости назначается ранее достижения возраста, установленного статьей 8 настоящего Федерального закона, при наличии величины индивидуального пенсионного коэффициента в размере не менее 30, лицам, не менее 25 лет осуществлявшим педагогическую деятельность в учреждениях для детей, независимо от их возраста с применением положений части 1.1 настоящей статьи.

В соответствии с частью 2 статьи 30 Федерального закона от 28 декабря 2013 года N 400-ФЗ "О страховых пенсиях" списки соответствующих работ, производств, профессий, должностей, специальностей и учреждений (организаций), с учетом которых назначается страховая пенсия по старости в соответствии с частью 1 настоящей статьи, правила исчисления периодов работы (деятельности) и назначения указанной пенсии при необходимости утверждаются Правительством Российской Федерации.

В силу части 4 статьи 30 Федерального закона от 28 декабря 2013 года N 400-ФЗ "О страховых пенсиях" периоды работы (деятельности), имевшие место до дня вступления в силу настоящего Федерального закона, могут исчисляться с применением правил исчисления, предусмотренных законодательством, действовавшим при назначении пенсии в период выполнения данной работы (деятельности).

Установлено, что ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, обратилась в Пенсионный фонд с заявлением о досрочном назначении страховой пенсии по старости.

Решением № от 19 марта 2019 года ФИО1 отказано в назначении пенсии в связи с отсутствием 25-летнего стажа педагогической деятельности, специальный стаж составил 24 года 03 месяца 04 дня.

Из решения Пенсионного фонда видно, что в специальный стаж истца не включены: период учебы в Уфимском педагогическом училище № с 01 сентября 1987 года по 31 мая 1990 года (02 года 09 месяцев 01 день), 31 августа 1990 года по 25 мая 1991 года (08 месяцев 25 дней).

Разрешая заявленные требования в части включения в специальный стаж ФИО1 периода учебы в Уфимском педагогическом училище с 31 августа 1990 года по 25 мая 1991 года, суд приходит к следующему.

Предъявляя требования о включении в педагогический стаж части периода обучения в педагогическом училище, истица ссылалась на пункт 2 Положения от 17 декабря 1959 года N 1397, согласно которому в стаж работы учителей и других работников просвещения засчитывается время обучения в педагогических учебных заведениях и университетах, если ему непосредственно предшествовала и непосредственно за ним следовала педагогическая деятельность.

Из трудовой книжки истца следует, что учебе в педагогическом училище (с 01 сентября 1987 года) не предшествовала педагогическая деятельность.

Согласно ст. 76 Закона РСФСР от 02 августа 1974 года "О народном образовании" практика студентов высших учебных заведений являлась важной составной частью учебно-воспитательного процесса и осуществлялась в соответствии с Положением о практике студентов высших учебных заведений, утверждаемым Министерством высшего и среднего специального образования СССР.

При этом Положением о производственной практике студентов высших учебных заведений, утвержденным приказом Минвуза СССР от 18 июля 1974 года N 600 (пункт 23) прямо предусматривалось, что студентам, работающим в период производственной практики на оплачиваемых должностях, выплачивается компенсация за очередной отпуск по нормам, установленным для данной профессии (должности). На студентов, не имеющих стажа работы, заводится трудовая книжка, в которой производится соответствующая запись. С момента зачисления студентов на оплачиваемые рабочие места и должности в период производственной практики на них распространяются общее трудовое законодательство, правила охраны труда и внутреннего трудового распорядка, действующие на данном предприятии, в учреждении, организации. На студентов, не зачисленных на рабочие места, распространяются правила труда и режим рабочего дня, действующие на данном предприятии, в учреждении и организации.

С учетом сезонного характера функционирования пионерского лагеря и длительности лагерных смен, в период с 01 июня 1990 года по 30 августа 1990 года (03 месяца) истица исполняла трудовые обязанности по оплачиваемой должности пионервожатой с занятием штатной должности пионерского лагеря «Алые паруса».

Период работы истца пионервожатой в пионерлагере «Алые паруса» с 01 июня 1990 года по 30 августа 1990 года (03 месяца) включен в специальный стаж решением Пенсионного фонда № от 19 марта 2019 года.

Временем обучения в учебном заведении является период с даты зачисления в учебное заведение до даты отчисления из него (с 01 сентября 1987 года до 25 мая 1991 года), то есть период обучения, а не его отдельная часть. 

Из буквального содержания пункта 2 Положения от 17 декабря 1959 года N 1397 следует, что законодатель предусмотрел возможность включения в стаж всего периода обучения в педагогическом учебном заведении, а не его части. При этом педагогическая деятельность должна иметь место до начала обучения. В настоящем случае это условие не выполнено. 

Период педагогической работы истца пионервожатой пионерского лагеря (с 01 июня 1990 года по 30 августа 1990 года) протекал во время учебы, а не до начала обучения. Поэтому оснований для включения части периода обучения в Уфимском педагогическом училище с 31 августа 1990 года по 25 мая 1991 года в соответствии с п. 2 Положения от 17 декабря 1959 года N 1397 в стаж для назначения пенсии у суда не имеется, решение Пенсионного фонда об отказе во включении периода учеба является законным, в удовлетворении иска в названной части следует отказать.

Далее. Из решения Пенсионного фонда № от 25 июня 2014 года видно, что не включен в специальный стаж истицы период нахождения на курсах повышения квалификации с 22 октября 2012 года по 28 октября 2012 года (07 дней), когда истица работала в должностях, включенных в специальный стаж педагогической деятельности.

Такой вывод пенсионного фонда является незаконным.

В периоды осуществления педагогической деятельности истица находилась на курсах повышения квалификации с отрывом от производства. В соответствии с Федеральным законом от 17 декабря 2001 года № 173-ФЗ «О трудовых пенсиях в Российской Федерации» основным принципом для включения в страховой стаж работника периодов работы и (или) иной деятельности является условие, связанное с уплатой страховых взносов в Пенсионный фонд Российской Федерации, а потому период повышения работником своей квалификации должен включаться в специальный стаж, поскольку за работником в соответствии с действующим законодательством сохраняется место работы (должность) и средняя заработная плата (ст. 187 ТК Российской Федерации), а, следовательно, уплачиваются страховые взносы. Кроме того, для истицы, как для работника, осуществляющего педагогическую деятельность, в силу специальных нормативных актов повышение квалификации являлось обязательным условием выполнения работы.

Таким образом, период нахождения на курсах повышения квалификации с отрывом от производства с 22 октября 2012 года по 28 октября 2012 года подлежит включению в специальный стаж.

Далее. С учётом статьи 19 Федерального закона от 17 декабря 2001 года № 173-ФЗ «О трудовых пенсиях в Российской Федерации», согласно которой трудовая пенсия (часть трудовой пенсии) назначается со дня обращения за указанной пенсией, за исключением случаев, предусмотренных пунктом 4 настоящей статьи, но во всех случаях не ранее, чем со дня возникновения права на указанную пенсию (пункт 1), с учётом периодов признанных судом подлежащими включению в специальный стаж (общей продолжительностью 07 дней), а также периодов, бесспорно включенных в стаж работы Пенсионным фондом (общей продолжительностью 24 года 03 месяца 04 дня), учитывая, что согласно ч. 3 ст. 10 Федерального закона от 03.10.2018 № 350-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации по вопросам назначения и выплаты пенсий» гражданам, которые указаны в части 1 статьи 8, пунктах 19 - 21 части 1 статьи 30, пункте 6 части 1 статьи 32 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» и которые в период с 01 января 2019 года по 31 декабря 2020 года достигнут возраста, дающего право на страховую пенсию по старости (в том числе на ее досрочное назначение) в соответствии с законодательством Российской Федерации, действовавшим до 01 января 2019 года, либо приобретут стаж на соответствующих видах работ, требуемый для досрочного назначения пенсии, страховая пенсия по старости может назначаться ранее достижения возраста либо наступления сроков, предусмотренных соответственно приложениями 6 и 7 к указанному Федеральному закону, но не более чем за 6 месяцев до достижения такого возраста либо наступления таких сроков, следовательно, у ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, право на указанную пенсию не возникло на момент обращения в пенсионный орган – 11 января 2019 года.

Руководствуясь ст. 194-198 ГПК Российской Федерации, суд

решил:

удовлетворить иск ФИО1 частично.

Признать незаконным решения Государственного Учреждения - Управление Пенсионного фонда Российской Федерации в Кировском районе города Уфы Республики Башкортостан № от 19 марта 2019 года в части отказа ФИО1 во включении в специальный стаж, дающий право на досрочное назначение пенсии по старости, периодов прохождения курсов повышении квалификации с 22 октября 2012 года по 28 октября 2012 года.

Обязать государственное учреждение - Управление Пенсионного фонда Российской Федерации в Кировском районе города Уфы Республики Башкортостан включить в специальный стаж ФИО1, дающий право на досрочное назначение пенсии по старости, периоды нахождения на курсах повышения квалификации с 22 октября 2012 года по 28 октября 2012 года.

В остальной части иска – отказать.

Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Республики Башкортостан путем подачи апелляционной жалобы через Кировский районный суд города Уфа Республики Башкортостан в течение месяца с момента изготовления решения в окончательной форме – с 11 июня 2019 года.

Председательствующий: И. Я. Индан