Судья Пугачева М.В. № 33-3674/2025

40RS0013-01-2025-000364-81

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

дело № 2-1-478/2025

16 декабря 2025 года город Калуга

Судебная коллегия по гражданским делам

Калужского областного суда в составе:

председательствующего Романовой В.В.,

судей Ватолиной Ю.А., Квасовой О.В.,

при секретаре Захаровой Д.И.,

рассмотрев в открытом судебном заседании по докладу Квасовой О.В. дело по апелляционной жалобе Отделения фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Калужской области на решение Людиновского районного суда Калужской области от 5 августа 2025 года по иску ФИО1 к Отделению фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Калужской области о признании права на назначение пенсии, возложении обязанности включения периодов работы в стаж и перерасчёте пенсии,

УСТАНОВИЛА:

08 апреля 2025 года ФИО1 обратилась в суд с иском к Отделению фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Калужской области, уточнив исковые требования, просила обязать ОСФР по Калужской области включить в стаж работы, дающей право на назначение трудовой пенсии по старости периоды работы на территории Таджикской ССР и Республики Таджикистан с 07 июня 1972 года по 18 августа 1974 года в Республиканском библиотечном коллекторе; с 07 апреля 1976 года по 16 ноября 1995 года в Душанбинском производственном отделении по деревообработке; с 14 ноября 1995 года по 14 ноября 1998 года в Министерстве Безопасности Республики Таджикистан; с 02 августа 1999 года по 01 апреля 2000 года в гостинице «Вахш» комиссии по национальному примирению; обязать ответчика произвести перерасчет трудовой пенсии по старости с 03 марта 2010 года; признать за ней право на назначение трудовой пенсии по старости в соответствии с Федеральным законом от 17 декабря 2001 года № 173-ФЗ «О трудовых пенсиях в Российской Федерации» с момента обращения за назначением пенсии, то есть с 03 марта 2010 года.

В обоснование иска указано, что на момент первичного обращения в пенсионный орган имелись основания для назначения ей трудовой пенсии по старости и учёта трудового стажа, однако ей назначена государственная пенсия по старости без учёта стажа, чем нарушено право на пенсионное обеспечение.

ФИО1 в судебном заседании исковые требования поддержала.

Представитель ОСФР по Калужской области в судебное заседание не явился.

Решением Людиновского районного суда Калужской области от 5 августа 2025 года исковые требования удовлетворены, постановлено:

признать за ФИО1 право на назначение трудовой пенсии по старости в соответствии с Федеральным законом от 17 декабря 2001 года № 173-ФЗ «О трудовых пенсиях в Российской Федерации» с 3 марта 2010 года;

обязать Отделение Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Калужской области включить ФИО1 в стаж, дающий право на назначение трудовой (страховой) пенсии по старости следующие периоды трудовой деятельности на территории Таджикской ССР и Республики Таджикистан: с 07 июня 1972 года по 18 августа 1974 года в Республиканском библиотечном коллекторе; с 07 апреля 1976 года по 16 ноября 1995 года в Душанбинском производственном отделении по деревообработке; с 14 ноября 1995 года по 14 ноября 1998 года в Министерстве Безопасности Республики Таджикистан; с 02 августа 1999 года по 01 апреля 2000 года в гостинице «Вахш» комиссии по национальному примирению;

обязать Отделение Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Калужской области произвести перерасчет трудовой (страховой) пенсии по старости ФИО1 с 3 марта 2010 года.

В апелляционной жалобе поставлен вопрос об отмене решения суда и о принятии по делу нового решения об отказе в удовлетворении исковых требований.

В возражениях на апелляционную жалобу ФИО1 просит решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Выслушав представителя ОСФР по Калужской области ФИО2, поддержавшую доводы жалобы, ФИО1, возражавшую против доводов жалобы, изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, возражений на нее, судебная коллегия приходит к следующему.

Судом установлено, что ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, получив в 2000 году гражданство РФ, в 2002 году переехала на постоянное место жительства в г. Людиново Калужской области.

30 марта 2010 года ФИО1 в возрасте 54 года обратилась в территориальный орган пенсионного фонда с заявлением о назначении пенсии. К заявлению были приложены копия трудовой книжки, копия паспорта, а также справки о сумме заработка, подлинники которых хранятся в пенсионном деле ОСФР.

В указанном заявлении ФИО1 на стр. 2 содержатся явные исправления в виде замазывания корректирующим составом части рукописного текста и нанесения текста поверх, а также дописывание текста, касающиеся вида назначаемой пенсии, условий её назначения и номера федерального закона, на основании которого заявитель просит назначить пенсию.

В суде первой инстанции ФИО1 утверждала, что такие исправления ею в заявление не вносились, никаких действий по исправлению собственноручно написанного текста она в заявлении не производила, обращалась в пенсионный орган за назначением трудовой, а не государственной пенсии, в связи с этим в течение нескольких лет обращалась к ответчику за разъяснениями.

Данные исправления подписью заявителя не удостоверены, пенсионное дело сведений о дате внесения исправлений и лице, внесшем их, не содержит.

Решением УПФР в Людиновском районе Калужской области № 4753 от 1 апреля 2010 года ФИО1 с 3 марта 2010 года, т.е. с момента достижения возраста 54 лет, назначена государственная пенсия по старости, в размере, определённом в соответствии с подпунктом 7 пункта 1 статьи 10 Федерального закона от 15 декабря 2001 года № 166-ФЗ «О государственном пенсионном обеспечении в Российской Федерации» в редакции, действовавшей на момент возникновения спорных правоотношений.

С даты назначения пенсии истцу производилась последовательная индексация, размер пенсии с 1 апреля 2025 года составляет 17648 руб. 16 коп.

Государственная пенсия по старости назначена истцу в твёрдом размере в указанной выше сумме, при этом её размер ни при назначении, ни при индексации не зависел от продолжительности трудового (страхового) стажа, наличия «нестраховых» периодов, размера заработка в определённые периоды.

Согласно расчёту пенсионного органа, по состоянию на 1 апреля 2010 года общая продолжительность страхового стажа ФИО1 на момент назначения пенсии составляла 28 лет 5 месяцев 23 дня.

Из выписки индивидуального лицевого счета следует, что продолжительность страхового стажа истца на территории России в период с 14 января 2003 года на 01 апреля 2010 года составила 5 лет 4 месяца 14 дней.

Имеющиеся в пенсионном деле справки для исчисления пенсии из заработка № 227 от 16 ноября 1995 года, № 849 от 12 сентября 2002 года и № 24130 от 5 октября 2002 года содержат данные о полученном истцом заработке за период с 1976 по 1981 год, с 1981по 1986 год, с 1986 по 1991 год и с 1995 по 2000 год на территории Республики Таджикистан.

Сведения о заработке на территории России в период с 14 января 2003 года по 11 ноября 2010 года содержит выписка из индивидуального лицевого счета в системе индивидуального персонифицированного учёта ОСФР.

Данные о трудовой деятельности и её продолжительности имеются в трудовой книжке ФИО1, представленной в пенсионный орган при первом обращении.

27 июля 2010 года пенсионным органом оформлено заявление по обращению истца. В пенсионном деле содержатся сведения о дополнительно представленной в пенсионное дело ФИО1 архивной справке № 46 от 15 июня 2010 года, согласно которой подтверждается работа истца в период с 7 июня 1972 года по 18 августа 1974 года в Республиканском библиотечном коллекторе Таджикистана.

С 27 марта 2013 года ФИО1 вступила в правоотношения по обязательному пенсионному страхованию в целях уплаты дополнительных страховых взносов на накопительную часть трудовой пенсии.

Из ответа ОСФР № от 26 июня 2025 года на обращение ФИО1 следует, что были зарегистрированы её обращения от 22 февраля 2019 года и 26 января 2022 года - о предварительном расчёте пенсии, от 13 апреля 2022 года – о направлении запроса об истребовании сведений о заработной плате в г. Душанбе (Таджикистан), от 06 июня 2024 года – о предварительном расчёте пенсии, от 06 мая 2025 года – заявление о перерасчёте пенсии.

В пенсионном деле имеются сведения о проведённой оценке пенсионных прав истца, содержатся расчёты пенсионного капитала, стажа и заработка, произведённые в 2019 и 2022 годах. Сведений об ознакомлении истца с результатами оценки и расчётами, каких-либо ответов на обращения материалы пенсионного дела не содержат.

Из объяснений ФИО1 следует, что в 2022 году на её обращение дан ответ, что сведения о трудовом стаже не получены по запросу из Таджикистана. В пенсионном деле имеется запрос пенсионно-социального характера № от 13 апреля 2022 года в Управление агентства социального страхования и пенсии при Правительстве Таджикистана в г. Душанбе о заработной плате и уплате страховых взносов, ответ на который не поступил.

В 2025 году истец вновь письменно обратилась к ответчику по вопросу учёта «советского» стажа в Таджикистане при исчислении её пенсии и перерасчёте пенсии, на который ей дан ответ о направлении запроса и неполучении ответа, ответчиком в дело представлен формуляр данного запроса.

В материалы дела истцом была представлена справка № ц-17 от 27 февраля 2025 года, полученная по запросу из Республики Таджикистан, содержащая данные о заработке, полученном на территории республики Таджикистан в 1973 году, 1974 году и в период с 1988 по 1995 год, а также архивные справки, датированные 2025 годом.

Из объяснений ФИО1 в суде первой инстанции следует, что при первичном и последующих обращениях в пенсионный орган ей не разъяснялась необходимость представления недостающих справок о заработке. Все имеющиеся у неё на момент первого обращения документы в пенсионный орган она предоставила. После последнего обращения в 2025 году она самостоятельно запросила и получила справки о заработке, которые представила в дело.

Основания возникновения и порядок реализации права граждан Российской Федерации на страховые пенсии установлены Федеральным законом от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» (далее - Закон), вступившим в силу с 1 января 2015 года.

До 1 января 2015 года основания возникновения и порядок реализации права граждан Российской Федерации на трудовые пенсии были установлены Федеральным законом от 17 декабря 2001 года № 173-ФЗ «О трудовых пенсиях в Российской Федерации».

Согласно части 1 статьи 2 Закона законодательство Российской Федерации о страховых пенсиях состоит из названного Федерального закона, Федерального закона от 16 июля 1999 года № 165-ФЗ «Об основах обязательного социального страхования», Федерального закона от 15 декабря 2001 года № 167-ФЗ «Об обязательном пенсионном страховании в Российской Федерации», Федерального закона от 1 апреля 1996 года № 27-ФЗ «Об индивидуальном (персонифицированном) учете в системе обязательного пенсионного страхования», других федеральных законов.

В сфере пенсионного обеспечения применяются общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры Российской Федерации. В случае, если международным договором Российской Федерации установлены иные правила, чем предусмотрены Законом, применяются правила международного договора Российской Федерации (часть 3 статьи 2 Закона).

13 марта 1992 года государствами - участниками Содружества Независимых Государств, в том числе Российской Федерацией и Республикой Казахстан, подписано Соглашение о гарантиях прав граждан государств - участников Содружества Независимых Государств в области пенсионного обеспечения (далее - Соглашение).

В соответствии со статьей 1 Соглашения, пенсионное обеспечение граждан государств - участников этого Соглашения и членов их семей осуществляется по законодательству государства, на территории которого они проживают.

Пунктом 2 статьи 6 Соглашения определено, что для установления права на пенсию, в том числе пенсий на льготных основаниях и за выслугу лет, гражданам государств - участников Соглашения учитывается трудовой стаж, приобретенный на территории любого из этих государств, а также на территории бывшего СССР за время до вступления в силу Соглашения.

Государства - участники Соглашения берут на себя обязательства информировать друг друга о действующем в их государствах пенсионном законодательстве, последующих его изменениях, а также принимать необходимые меры к установлению обстоятельств, имеющих решающее значение для определения права на пенсию и ее размера (статья 10 Соглашения).

Согласно пунктам 22, 65 Правил № 884н территориальный орган Пенсионного фонда Российской Федерации при приеме заявления об установлении пенсии, в частности, дает оценку содержащимся в документах сведениям, а также правильности их оформления; проверяет в необходимых случаях обоснованность выдачи документов и достоверность содержащихся в них сведений; принимает меры по фактам представления документов, содержащих недостоверные сведения; принимает решения (распоряжения) об установлении пенсии (отказе в ее установлении) на основании совокупности документов, имеющихся в распоряжении территориального органа Пенсионного фонда Российской Федерации.

Проверка представленных заявителем документов (сведений), необходимых для установления пенсии, в том числе обоснованность их выдачи, может осуществляться, в частности, путем направления запросов территориальным органом Пенсионного фонда России в компетентный орган государства - участника международного соглашения в области пенсионного обеспечения.

К документам, подтверждающим периоды работы и (или) иной деятельности (страховой стаж), в том числе периоды работы граждан на территории государств - участников Соглашения также относятся справки, оформленные компетентными учреждениями (органами); справки, выданные организациями, учреждениями, предприятиями, на которых осуществлялась трудовая и (или) иная деятельность; архивные справки, выданные в соответствии с требованиями законодательства государства - участника Соглашения. Эти документы должны быть представлены гражданином в подлинниках или в копиях, удостоверенных в установленном законом порядке. При этом орган, осуществляющий пенсионное обеспечение, вправе проверять обоснованность выдачи документов, необходимых для установления и выплаты страховой пенсии, а также достоверность содержащихся в них сведений, в том числе путем направления запросов в компетентный орган государства - участника международного соглашения в области пенсионного обеспечения.

Распоряжением Правления Пенсионного фонда Российской Федерации от 22 июня 2004 года № 99р «О некоторых вопросах осуществления пенсионного обеспечения лиц, прибывших на место жительства в Российскую Федерацию из государств - республик бывшего СССР» утверждены Рекомендации по проверке правильности назначения пенсий лицам, прибывшим в Российскую Федерацию из государств - республик бывшего СССР.

В соответствии с пунктом 4 Рекомендаций необходимые для пенсионного обеспечения документы, выданные в надлежащем порядке на территории государств - участников Соглашений, принимаются на территории Российской Федерации без легализации.

В пункте 5 Рекомендаций закреплено, что для определения права на трудовую пенсию по старости, в том числе досрочную трудовую пенсию по старости лицам, прибывшим из государств - участников Соглашения от 13 марта 1992 года, учитывается трудовой стаж, приобретенный на территории любого из этих государств, а также на территории бывшего СССР.

Суд первой инстанции, установив, что Денонсация Соглашения от 13 марта 1992 года произведена Российской Федерацией с 30 июня 2022 года, истец обратилась за назначением пенсии в период действия Соглашения - 30 марта 2010 года, пришел к выводу о необходимости применения положений указанного Соглашения к спорным правоотношениям, в связи с чем удовлетворил требования ФИО1 о признании за ней права на назначение трудовой пенсии по старости, в соответствии с Федеральным законом от 17 декабря 2001 года № 173-ФЗ «О трудовых пенсиях в Российской Федерации» с 3 марта 2010 года и учёте спорных периодов в страховой стаж подлежат удовлетворению.

При этом суд первой инстанции отклонил доводы пенсионного органа о необходимости применения норм действующего Договора о сотрудничестве между Российской Федерацией и Республикой Таджикистан от 15 сентября 2021 года.

Согласно пунктам 1, 2, 9 и 11 Положения о Пенсионном фонде Российской Федерации, утвержденного Постановлением Верховного Совета Российской Федерации от 27 декабря 1991 года № 2122-1 (действующим на момент обращений ФИО1 в пенсионный орган, зафиксированных ответчиком в 2010, 2015, 2019 и 2022 годах), Пенсионный фонд Российской Федерации осуществляет государственное управление финансами пенсионного обеспечения в Российской Федерации. Пенсионный фонд Российской Федерации и его денежные средства находятся в государственной собственности Российской Федерации. Пенсионный фонд Российской Федерации ведет свою деятельность через региональные отделения.

Пенсионный фонд Российской Федерации обеспечивает разъяснительную работу среди населения и юридических лиц по вопросам, относящимся к компетенции Пенсионного фонда Российской Федерации (пункт 3 Положения о Пенсионном фонде Российской Федерации).

Исходя из изложенного выше реализация целей социальной политики Российской Федерации, как они определены Конституцией Российской Федерации, является одной из основных конституционных обязанностей государства, осуществляемых им через соответствующие органы.

Обязанности по реализации социальной политики Российской Федерации в области государственного пенсионного обеспечения возложены на Пенсионный фонд Российской Федерации, в рамках исполнения которых Пенсионный фонд Российской Федерации и его региональные отделения в числе прочего обеспечивают разъяснительную работу среди населения по вопросам, относящимся к компетенции Пенсионного фонда Российской Федерации.

Следовательно, гражданин при обращении в территориальный орган Пенсионного фонда Российской Федерации по вопросам пенсионного обеспечения или в связи с иными жизненными событиями имеет право на получение от пенсионного органа информации о его правах, в том числе о праве на назначение пенсии, о порядке определения ее размера и условиях перерасчета, и этому праву корреспондирует обязанность пенсионного органа предоставить гражданину указанную информацию.

Таким образом, пенсионный орган при первичном обращении истца с заявлением о назначении пенсии должен был разъяснить ему права, связанные с его пенсионным обеспечением.

В случае несвоевременного выполнения пенсионным органом названной обязанности, приведшего к нарушению пенсионных прав, указанное лицо согласно части 2 статьи 26 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» имеет право на выплату ему недополученной пенсии за прошлое время без ограничения каким-либо сроком.

Руководствуясь вышеуказанными нормами права, суд пришел к выводу, что истец, имея общую продолжительность страхового стажа на момент оценки пенсионных прав - на 01 апреля 2010 года - 28 лет 5 месяцев 23 дня, из которых 5 лет 4 месяца 14 дней - на территории России, являясь застрахованным лицом в системе обязательного пенсионного страхования России, имела право на назначение трудовой пенсии по старости в соответствии с Федеральным законом от 17 декабря 2001 года № 173-ФЗ, с применением статьи 34 Закона РФ от 15 мая 1991 года № 1244-1 «О социальной защите граждан, подвергшихся воздействию радиации вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС», с уменьшением возраста выхода на пенсию на один год, т.е. с 3 марта 2010 года.

Удовлетворяя исковые требования, суд первой инстанции исходил из того, что, поскольку у истца имелось право на назначение пенсии иного вида с момента первого обращения к ответчику, при этом пенсионный орган не был лишен возможности разъяснить ей права, связанные с пенсионным обеспечением, влияющие на изменение вида и размера получаемой выплаты, с учётом отсутствия доказательств тому, что пенсионный орган выполнил обязанность по информированию истца о праве выбора вида пенсии, суд первой инстанции пришел к выводу о возложении на пенсионный орган обязанности наряду с включением спорных периодов в страховой стаж истца произвести перерасчет подлежащей назначению трудовой (в настоящее время – страховой) пенсии по старости с даты возникновения права на неё, то есть с 3 марта 2010 года.

При этом суд отметил, что пенсионный орган не исполнил свои обязанности, предусмотренные Положением о Пенсионном фонде России, утвержденным постановлением Верховного Совета РФ от 27 декабря 1991 года № 2122-I, по разъяснению истцу как лицу, обратившемуся за назначением пенсии, вопроса относительно того, какие документы, содержащие сведения об уплате страховых взносов в Пенсионный фонд России, ей необходимо представить; при первичном обращении истца пенсионным органом не были предприняты действия по запросу таких документов в органах и организациях, в распоряжении которых находятся необходимые документы.

В суде апелляционной инстанции представитель ответчика пояснил, что размер трудовой (страховой) пенсии ФИО3 на 3 марта 2011 года с учетом периодов работы, включенных судом первой инстанции, составил бы 6135 руб. 66 коп, размер пенсии по старости по государственному обеспечению – 5 765 руб. 01 коп.

Судебная коллегия соглашается с выводами суда в части признания права на назначение трудовой (страховой) пенсии по старости, включения в стаж истца заявленных периодов работы и признания за истцом права на назначение трудовой (страховой) пенсии по старости.

Вместе с тем судебная коллегия не может согласиться с выводами суда первой инстанции в части указания даты обязания ответчика произвести перерасчет и назначение трудовой (страховой) пенсии по старости ФИО1 по следующим основаниям.

В соответствии с пунктом 1 статьи 7 Федерального закона от 17 декабря 2001 года № 173-ФЗ «О трудовых пенсиях в Российской Федерации», действовавшего на момент обращения ФИО3 в пенсионный орган, право на трудовую пенсию по старости имеют мужчины, достигшие возраста 60 лет, и женщины, достигшие возраста 55 лет.

Таким образом, ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, достигла соответствующего возраста – 55 лет лишь 3 марта 2011 года.

При указанных обстоятельствах судебная коллегия в связи с неправильным применением судом норм материального права, выразившимся в неправильном истолковании закона (пункт 4 части 1 статьи 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации) полагает необходимым решение суда первой инстанции изменить в части даты обязания ответчика произвести перерасчет и назначение трудовой (страховой) пенсии по старости ФИО1 на дату 3 марта 2011 года.

Руководствуясь статьями 328, 329, 330 (пункт 4 части 1) Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

решение Людиновского районного суда Калужской области от 5 августа 2025 года изменить в части даты обязания Отделения фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Калужской области произвести перерасчет и назначение трудовой (страховой) пенсии по старости ФИО1 на 3 марта 2011 года.

В остальном указанное решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу Отделения фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Калужской области – без удовлетворения.

Мотивированное апелляционное определение

изготовлено 19 декабря 2025 года.

Председательствующий

Судьи