ПРИГОВОР

именем Российской Федерации 

7 мая 2018 года г. Хабаровск 

Хабаровский гарнизонный военный суд в составе: 

председательствующего судьи Мишина Д.Л., 

при секретаре судебного заседания Ковалевой Е.В., 

с участием частного обвинителя (потерпевшего) ФИО19.,

подсудимого ФИО1, 

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении военного суда уголовное дело в отношении военнослужащего войсковой части № 

<

данные изъяты> 

ФИО1, родившегося 

<

данные изъяты> 

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 128.1 УК РФ, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обвиняется частным обвинителем ФИО20. в клевете, совершенной при следующих обстоятельствах.

6 декабря 2017 года постановлением судьи Хабаровского гарнизонного военного суда по итогам предварительного слушания уголовное дело в отношении ФИО21. и других было возвращено в порядке статьи 237 УПК РФ военному прокурору Хабаровского гарнизона для устранения нарушений норм уголовно-процессуального закона по мотиву составления обвинительного заключения за пределами срока предварительного расследования и отсутствия в материалах уголовного дела постановления о продления срока предварительного следствия. 

29 декабря 2017 года в Хабаровский гарнизонный военный суд поступила апелляционная жалоба на данное постановление от потерпевшего по упомянутому уголовному делу ФИО1, в котором он выразил свое несогласие с принятым решением, указав в жалобе, в том числе, следующее.

Суд указал в постановлении о возвращении уголовного дела прокурору наличие существенных препятствий для его рассмотрения судом, которые выразились в отсутствии в материалах уголовного дела решения руководителя ВСО по Хабаровскому гарнизону об установлении срока выполнения указаний прокурора и уведомлений обвиняемых об установлении такого срока. В решении суда сказано, что эти сведения доведены до обвиняемых только в ходе предварительного слушания, причем этот вывод сделан только на основании показаний обвиняемых и их защитников. Однако к ним надо было отнестись критически, поскольку он говорил суду, что получил уведомление о продлении сроков следствия, постановление об установлении срока выполнения требований прокурора видел в ВСО по Хабаровскому гарнизону. Считает, что обвиняемые и их защитники такие сведения дали суду умышленно, с целью принятия им решения о возвращении уголовного дела прокурору. Их слова суд никак не проверил, прокурору возможность опровергнуть их слова не дал.

Частный обвинитель полагает, что ФИО1 в своей апелляционной жалобе от 29 декабря 2017 года, действуя умышленно, с целью распространения в отношении него заведомо ложных сведений, порочащих честь и достоинство и подрывающих его репутацию, одновременно преследуя цель добиться отмены в апелляционной инстанции законного решения путем предоставления ложных сведений, изложил в письменной форме утверждение о том, что он умышленно сообщил суду ложные сведения, на основании которых судом было принято решение о возвращении уголовного дела прокурору.

Данные клеветнические сведения были изложены в жалобе, с которой ознакомились стороны по делу, а также озвучены апелляционным судом в судебном заседании 15 февраля 2018 года в присутствии сторон.

В судебном заседании частный обвинитель своё заявление частного обвинения в отношении ФИО1 поддержал и просил привлечь последнего к уголовной ответственности по ч.1 ст. 128.1 УК РФ. Он также полагал, что умысел на сообщение клеветнических сведений у подсудимого мог возникнуть исходя из личной заинтересованности и по просьбе государственных обвинителей, участвовавших в предварительном слушании, с целью отмены постановления судьи по итогам предварительного слушания; сомневался в самостоятельном изготовлении ФИО1 апелляционной жалобы.

Подсудимый ФИО1 в судебном заседании свою вину в совершении преступления не признал и показал, что умысла у него на распространение заведомо ложных сведений, порочащих честь и достоинство ФИО22., не было. Никаких сведений, порочащих честь и достоинство, он не распространял. Он указал в апелляционной жалобе о том, что, по его мнению, обвиняемые скрыли факт получения уведомления о продлении сроков предварительного следствия только по той причине, что он сам лично получил у следователя ВСО по Хабаровскому гарнизону такое уведомление, в котором были указаны и другие адресаты (обвиняемые и их защитники), и полагал о его направлении и получении сторонами; также полагал, что обвиняемые затягивают срок рассмотрения уголовного дела, так как следствие по делу идет уже более трех лет. Апелляционную жалобу изготавливал самостоятельно, какого-либо воздействия по поводу ее написания со стороны государственных обвинителей не было.

Как усматривается из оглашенных постановления по итогам предварительного слушания от 6 декабря 2017 года и протокола судебного заседания, в предварительном слушании было установлен факт составления обвинительного заключения в отношении ФИО23. и других за пределами срока предварительного следствия, так как они уведомлений о продлении сроков предварительного следствия не получали, с постановлением не знакомились. ФИО1, являющийся потерпевшим по делу, такое уведомление получил.

Из исследованного уведомления от 13 ноября 2017 года следует, что оно адресовано потерпевшим и обвиняемым с сообщением об установлении 18 октября 2017 года срока до 5 суток для пересоставления обвинительного заключения по уголовному делу.

Как следует из апелляционной жалобы потерпевшего ФИО1 от 29 декабря 2017 года, в ней он выражает сомнение в неполучении обвиняемыми уведомления руководителя ВСО по Хабаровскому гарнизону об установлении срока для пересоставления обвинительного заключения по уголовному делу и заявлении об этом в ходе предварительного слушания с целью возвращения уголовного дела по данному основанию в порядке статьи 237 УПК РФ.

Согласно апелляционному определению и протоколу судебного заседания Дальневосточного окружного военного суда от 15 февраля 2018 года, апелляционная жалоба ФИО1 оглашалась в судебном заседании. 

Свидетели ФИО17. и ФИО18., каждый в отдельности, в суде показали, что при проведении предварительного слушания 6 декабря 2017 года поясняли суду о неполучении уведомления об установлении срока выполнения указаний прокурора, потерпевший ФИО1 говорил о получении такого уведомления. Государственные обвинители настаивали на факте направления обвиняемым данного уведомления. С апелляционной жалобой ФИО1 от 29 декабря 2017 года они ознакамливались, оглашалась ли она в заседании суда апелляционной инстанции 15 февраля 2018 года, они не помнят.

Свидетели ФИО24. и ФИО25., каждый в отдельности, в судебном заседании показали, что апелляционную жалобу ФИО1 получали, но в ее суть не вдавались. Уведомления о продлении срока предварительного следствия не получали, о чем говорили при проведении предварительного слушания 6 декабря 2017 года. В данном слушании потерпевший ФИО1 говорил, что он уведомление получил. Государственные обвинители отмечали о направлении обвиняемым данного уведомления. Оглашалась ли апелляционная жалоба в суде апелляционной инстанции, они не помнят. 

ФИО26. также показал, что на начальной стадии следствия по уголовному делу общался с ФИО1, последний предлагал дать ему правдивые показания по делу.

Свидетели ФИО27 и ФИО28., каждый в отдельности, в суде показали, что уведомление о продлении сроков предварительного следствия не получали, о чем сообщили в предварительном слушании 6 декабря 2017 года. ФИО1 в тот день заявлял суду о получении данного уведомления. Государственные обвинители настаивали на направлении обвиняемым до предварительного слушания данного уведомления. С апелляционной жалобой ФИО1 знакомились, оглашалась ли она в суде апелляционной инстанции, не помнят. Они также показали, что на начальной стадии предварительного следствия ФИО1 общался с ними и предлагал давать те или иные показания по делу, пытался воздействовать на них.

Свидетели ФИО29. и ФИО30., каждый в отдельности, в суде показали, что при проведении предварительного слушании 6 декабря 2017 года у них имелись данные о получении ФИО1 уведомления о продлении срока предварительного следствия и о направлении такового обвиняемым и их защитникам, но в судебном заседании обвиняемые сослались на неполучение данного уведомления, потерпевший ФИО1 отметил о получении такового. С апелляционной жалобой ФИО1 они знакомились, в заседании суда апелляционной инстанции она оглашалась.

Свидетель ФИО31. в судебном заседании показал, что лично вручил ФИО1 уведомление о продлении срока предварительного следствия, когда тот по делам службы находился в ВСО по Хабаровскому гарнизону. Остальным сторонам (обвиняемым и их защитникам) указанное уведомление отправил почтой. Уведомление представляло собой сообщение о продлении сроков, при этом в нем в качестве адресатов были указаны все стороны.

Оценивая показания частного обвинителя (потерпевшего) ФИО32 и свидетелей по делу, допрошенных в ходе судебного заседания, суд признает их достоверными и использует их в качестве доказательств в той части, в которой они не противоречат друг другу и подтверждаются другими доказательствами по уголовному делу.

Так, в ходе судебного заседания установлено, что 6 декабря 2017 года уголовное дело в отношении обвиняемых, в том числе ФИО33., было возвращено судьей Хабаровского гарнизонного военного суда военному прокурору Хабаровского гарнизона в порядке статьи 237 УПК РФ со стадии предварительного слушания по мотиву составления обвинительного заключения за пределами срока предварительного расследования. В предварительном слушании обвиняемые заявляли о неполучении уведомления руководителя ВСО по Хабаровскому гарнизону о продлении сроков предварительного следствия, потерпевший ФИО1 отметил о получении такового.

Показаниями подсудимого и свидетелей ФИО34, ФИО35 ФИО36., подтверждается получение ФИО1 уведомления о продлении сроков предварительного следствия до проведения предварительного слушания, подтверждается данное обстоятельство и иными доказательствами по делу – постановлением по итогам проведения предварительного слушания от 6 декабря 2017 года, протоколом данного судебного заседания. 

В апелляционной жалобе на постановление о возвращении уголовного дела прокурору от 29 декабря 2017 года ФИО1 указал, что считает показания обвиняемых о неполучении упомянутого уведомления несоответствующими действительности и данных с целью возвращения уголовного дела прокурору.

С данной апелляционной жалобой были ознакомлены все стороны и она оглашена в судебном заседании суда апелляционной инстанции.

Исследовав в суде приведенные выше доказательства, исследовав материалы уголовного дела и оценив их в совокупности, суд приходит к выводу о том, что частным обвинителем не представлены в суд убедительные и бесспорные доказательства совершения ФИО1 преступления, предусмотренного ч.1 ст.128.1 УК РФ. 

Так, ответственность по ч. 1 статьи 128.1 УК РФ наступает за клевету, то есть распространение заведомо ложных сведений, порочащих честь и достоинство другого лица или подрывающих его репутацию.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 7 Постановления Пленума Верховным Судом Российской Федерации от 24 февраля 2005 г. №3 «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц», по делам данной категории значение имеют следующие обстоятельства: факт распространения ответчиком сведений об истце, порочащий характер этих сведений и несоответствие их действительности

Статьей 33 Конституции Российской Федерации закреплено право граждан направлять личные обращения в государственные органы и органы местного самоуправления, которые в пределах своей компетенции обязаны рассматривать эти обращения, принимать по ним решения и давать мотивированный ответ в установленный законом срок. Кроме того, в случае, когда гражданин обращается в государственные органы с заявлением, в котором приводит те или иные сведения, но эти сведения в ходе их проверки не нашли подтверждения, данное обстоятельство само по себе не может служить основанием для привлечения этого лица к ответственности, поскольку в указанном случае имела место реализация гражданином конституционного права на обращение в органы, которые в силу закона обязаны проверять поступившую информацию, а не распространение не соответствующих действительности порочащих сведений (пункт 10 Постановления).

Обязательным признаком состава клеветы является наличие прямого умысла виновного на распространение заведомо ложных сведений о другом человеке, которые порочат его честь и достоинство или деловую репутацию и заведомость этих сведений, означающая знание виновным того, что сведения - изначально ложные, вымышленные, не соответствующие действительности. Лицо также осознает, что такого рода сведения порочат потерпевшего. Тем не менее оно занимается их распространением и желает этого. Таким образом, данное преступление совершается с прямым умыслом.

Если лицо добросовестно заблуждалось относительно характера распространяемых им сведений (считало их истинными) или хотя бы сомневалось в этом, то ответственность за клевету ввиду отсутствия признака заведомости исключается. 

Отсутствие прямого умысла на совершение указанных действий свидетельствует об отсутствии субъективной стороны преступления, а следовательно, и самого состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 128.1 УК РФ.

Изложенную в апелляционной жалобе позицию ФИО1 нельзя признать клеветой, так как из представленных доказательств и материалов не следует, что у него был прямой умысел на распространение заведомо ложных сведений о ФИО37 которые порочат его честь, достоинство или деловую репутацию, поскольку изложенные ФИО1 сведения в апелляционной жалобе являются его субъективным мнением и не несут заведомой ложности. Он, имея уведомление о продлении сроков предварительного следствия с указанием всех адресатов, выслушав позицию государственных обвинителей в ходе предварительного слушания 6 декабря 2017 года, мог добросовестно заблуждаться относительно получения обвиняемым ФИО38. этого уведомления, о чем и указал в апелляционной жалобе. 

Это подтверждается как показаниями подсудимого, так и свидетелей ФИО39., ФИО40. и ФИО41., а также иными доказательствами – постановлением по итогам предварительного слушания от 6 декабря 2017 года и протоколом данного судебного заседания, сопроводительным письмом следователя ВСО по Хабаровскому гарнизону от 13 ноября 2017 года в адрес потерпевших и обвиняемых с сообщением об установлении 18 октября 2017 года срока для пересоставления обвинительного заключения, полученным ФИО1 

Не опровергают отсутствие заведомой ложности и прямого умысла в изложенных в апелляционной жалобе высказываниях подсудимого и показания частного обвинителя (потерпевшего) и остальных свидетелей. Сообщенные свидетелями ФИО42, ФИО43 и ФИО44 обстоятельства попыток подсудимого на начальной стадии предварительного следствия уговорить их на дачу тех или иных показаний также не могут свидетельствовать о заведомой ложности и прямом умысле высказываний в апелляционной жалобе в адрес ФИО45

При этом обращение ФИО1 с апелляционной жалобой, в которой он высказывает несогласие с принятым судом решением в соответствии с предоставленным ему как потерпевшему уголовно-процессуальным законом правом на обжалование судебного акта, высказывая свое субъективное мнение, оценивая в том числе показания обвиняемых в судебном заседании, по мнению суда, продиктовано намерением защитить свои права и охраняемые законом интересы потерпевшего без какого-либо умысла распространить о ФИО46. заведомо ложные сведения, порочащие честь и достоинство.

В противном случае ставилось бы под сомнение конституционное право каждого на судебную защиту, выступающее, как неоднократно подчеркивал Конституционный Суд Российской Федерации, гарантией всех других прав и свобод человека и гражданина, и если лицо, распространяющее ложные измышления, в котором приводит те или иные сведения, добросовестно заблуждалось относительно соответствия действительности распространяемых им сведений, оно не может быть привлечено к уголовной ответственности за клевету.

Не нашли своего подтверждения в ходе судебного заседания доводы частного обвинителя об изготовлении подсудимым апелляционной жалобы с изложением возможно ложных сведений под давлением государственных обвинителей, что подтверждается их показаниями в судебном заседании, и о личной заинтересованности подсудимого в возможном сообщении заведомо ложных сведений.

Суду не представлено частным обвинителем объективных доказательств, подтверждающих, что ФИО1, обращаясь с апелляционной жалобой, имел прямой умысел на распространение заведомо ложных сведений в отношении ФИО47., порочащих его честь и достоинство или подрывающих его репутацию, с намерением причинить вред, что свидетельствует о наличии неустранимых сомнений в виновности подсудимого.

Относимых, допустимых, достоверных и в совокупности достаточных доказательств наличия обязательных элементов состава преступления - клеветы в действиях подсудимого, частным обвинителем не представлено.

Учитывая, что показания подсудимого в данной части стороной обвинения не опровергнуты, принимая во внимание установленный законом принцип презумпции невиновности, сформулированный в статье 49 Конституции РФ, когда все сомнения в виновности лица толкуются в его пользу, и подсудимый не обязан доказывать свою невиновность, суд приходит к выводу, что данный факт свидетельствует об отсутствии оснований для признании ФИО1 виновным в предъявленном ему обвинении.

Исходя из изложенного, состав преступления, вменяемый подсудимому ФИО1, предусмотренный ч. 1 ст. 128.1 УК РФ, в судебном заседании не установлен, возможность выявления иных доказательств судом исчерпана. 

В соответствии со ст.ст. 118 и 123 Конституции РФ суд осуществляет исключительно только функции правосудия и не вправе подменять собой лиц, формулирующих и обосновывающих обвинение.

Согласно ст. 14 УПК РФ бремя доказывания обвинения и опровержения доводов, приводимых в защиту подозреваемого или обвиняемого, лежит на стороне обвинения. Все сомнения в виновности обвиняемого, которые не могут быть устранены в порядке, установленном УПК РФ, толкуются в пользу обвиняемого. 

В соответствии с ч. 4 ст. 302 УПК РФ обвинительный приговор не может быть основан на предположениях и постановляется лишь при условии, что в ходе судебного разбирательства виновность подсудимого в совершении преступления подтверждена совокупностью исследованных судом доказательств.

Таким образом, суд приходит к выводу об отсутствии в действиях ФИО1 состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 128.1 УК РФ, что в соответствии с пунктом 3 части 2 статьи 302 УПК РФ является основанием для вынесения оправдательного приговора.

Руководствуясь ст.ст.302, 305, 306 и 322 УПК РФ военный суд

ПРИГОВОРИЛ:

ФИО1 по обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 128.1 УК РФ, оправдать за отсутствием в его действиях состава преступления.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Дальневосточного окружного военного суда через Хабаровский гарнизонный военный суд в течение 10 суток со дня его постановления. 

В случае направления уголовного дела в судебную коллегию по уголовным делам Дальневосточного окружного военного суда для рассмотрения в апелляционном порядке оправданный вправе ходатайствовать о своем участии в заседании суда апелляционной инстанции, поручить осуществление своей защиты избранным им защитникам, отказаться от защитников либо ходатайствовать перед судом апелляционной инстанции о назначении ему защитника.

Судья Хабаровского гарнизонного военного суда 

Д.Л.Мишин