Гражданское дело №2-980/2025

УИД: 66RS0057-01-2025-001098-38 

(мотивированное 

решение

 составлено 20 ноября 2025 года)

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

28 октября 2025 года г. Талица 

Талицкий районный суд Свердловской области в составе:

судьи Жерновниковой С.А.,

при секретаре Щипачевой Т.В.,

с участием истца ФИО7, его представителя ФИО8,

представителя ответчика ОАО «РЖД» - ФИО9, 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску

ФИО7 к Путевой машинной станции № 171 структурного подразделения Свердловской дирекции по ремонту пути структурного подразделения Центральной дирекции по ремонту пути - филиала ОАО «Российские железные дороги», Свердловской дирекции по ремонту пути структурного подразделения Центральной дирекции по ремонту пути - филиала ОАО «Российские железные дороги», Центральной дирекции по ремонту пути - филиала ОАО «Российские железные дороги» о восстановлении на работе, аннулировании записи об увольнении, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда и ущерба, нанесенного репутации, 

установил:

ФИО7 обратился в суд с приведенным выше иском к ответчику, который обосновал тем, что он с ДД.ММ.ГГГГ работал машинистом железнодорожно-строительной машины (ВПО-С) 8 разряда в Путевой машинной станции № Структурное подразделение Свердловской дирекции по ремонту пути структурного подразделения Центральной дирекции по ремонту пути филиала ОАО «Российские железные дороги». 

Приказом №/л от ДД.ММ.ГГГГ он был уволен по п. п. б п. 6 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса Российского Федерации в связи с появлением на работе в состоянии алкогольного опьянения. 

С увольнением по указанному основанию истец не согласен, так как не было проведено его медицинское освидетельствование, и подтверждения факта алкогольного опьянения ФИО7 у мастера тоже не было. 

На основании протокола совещания, проведенного у начальника путевой машинной станции № от ДД.ММ.ГГГГ, был издан приказ об увольнении истца. 

С этим приказом ФИО7 не согласился, отправил обращение в транспортную прокуратуру 

<

адрес>, на которое получил ответ о том, что, изложенные в нем факты нашли свое подтверждение.

На основании изложенного истец просит суд восстановить его на производстве, запись о его увольнении аннулировать, выплатить ему заработную плату за время вынужденного прогула с момента увольнения до момента восстановления, выплатить ему компенсацию морального вреда и ущерба, нанесенного его репутации, в том числе перед родственниками, указанные события стали причиной скандалов в семье.

В последующем ФИО7 уточнил, заявленные исковые требования, просил взыскать с ответчика заработную плату за вынужденный прогул за четыре месяца исходя из его ежемесячного среднего заработка согласно справке № от ДД.ММ.ГГГГ, а так же взыскать в его пользу компенсацию моральный вред в размере 300 000 руб. 

В судебном заседании истец, заявленные исковые требования, поддержал в полном объеме, пояснив, что он с 2017 года работал машинистом в Путевой машинной станции № ОАО «Российские железные дороги». ДД.ММ.ГГГГ ФИО7 был уволен в связи с появлением ДД.ММ.ГГГГ на работе в состоянии алкогольного опьянения. Однако данное обстоятельство не соответствует действительности, так как в состоянии опьянения ФИО7 не находился. В указанный день он опоздал на электричку, поэтому приехал на работу на 2 часа позже, чем положено. По этой причине ФИО7 не успел пройти обязательный медицинский осмотр перед началом рабочего дня, так как медицинский кабинет уже был закрыт. Однако истец в обычном порядке без замечаний был допущен мастером к работе и вместе со своими коллегами проработал полный рабочий день. Примерно в районе обеда ФИО7, ФИО3, ФИО2 и ФИО21, действительно вызывали к руководителю, мастеру, поскольку они якобы находились на работе в состоянии опьянения. У мастера в присутствии всех тех лиц должностных, на которых ссылается ответчик и которые указаны в протоколе совещания с ФИО7 и с каждым из его коллег по отдельности общались. Однако никаких объяснений ФИО7 письменно не писал, от работы его официально не отстраняли, никаких документов об этом он не подписывал, проходить медицинское освидетельствование ему, также не предлагали, и он от его прохождения не отказывался. Письменного отказа он не писал. Делали ли это его коллеги, ФИО7 не знает. Находились ли они в состоянии опьянения ФИО21, ФИО3, ФИО2, ФИО22 не известно, они ему об этом не сообщали. 

После беседы с представителями работодателя ФИО7 вместе с коллегами немного посидели в коридоре помещения, где проводились эти разбирательства и пошли работать дальше, отработав полный рабочий день. Был ли указанный день отмечен в табеле рабочего времени, как рабочий и была ли произведена его оплата, он не знает, этот вопрос не выяснял. Во время беседы ФИО7, написал заявление об увольнении с работы по собственному желанию и передал его мастеру, но куда оно делось, он не знает. Указанное заявление было написано истцом, поскольку он уже давно намеревался найти себе новую работу, то, что заявление было написано, именно ДД.ММ.ГГГГ является простым совпадением. Он просто пожелал написать заявление именно в этот день, и это не было связано с теми разбирательствами, что происходили, и не потому, что он был пьян, этого факта ФИО7 не признает. По какой причине его не уволили, по собственному желанию истец не знает. Так как ДД.ММ.ГГГГ был последним рабочим днем перед длинными майскими праздниками, а сразу после них ФИО7 ушел на больничный, то на работе он появился только ДД.ММ.ГГГГ. Больничный у него уже был завершен. В этот день ФИО7 был ознакомлен с приказом о своем увольнении с работы, по причине нахождения в состоянии опьянения ДД.ММ.ГГГГ и тогда же он прочитал и подписал еще какие-то документы. Своего отношения к указанному приказу, а точнее удивления относительно оснований указанной в нем причине увольнения ФИО7 при ознакомлении с документом не высказывал, так как растерялся, поскольку он не имеет юридического образования. 

В прокуратуру и суд истец не обратился сразу, так как искал специалиста, который смог бы ему в этом помочь, а когда нашел, то полностью положился в этом вопросе на него. Объяснить по каким причинам после получения ответа из прокуратуры иск в суд был предъявлен его представителем спустя столь продолжительное время, с учетом сокращенного срока для его подачи он объяснить не может. Никаких уважительных причин для пропуска срока обращения с иском в суд у ФИО7 нет, но он все равно просит его ему восстановить, так как пьяным на работе не был.

Представитель истца ФИО8 доводы истца поддержал, указав, что, так как акта медицинского освидетельствования нет, ФИО7 был уволен с работы незаконно. 

Представитель ОАО «РЖД» - ФИО9 с доводами иска не согласился, настаивая на том, что процедура увольнения ответчика была проведена в полном соответствии с требованием закона. После выявления ФИО7 и других машинистов организации ФИО2, ФИО3, ФИО21 на рабочем месте в состоянии алкогольного опьянения, которое выражалось такими явными внешними признаками, как запах алкоголя из полости рта, нарушение речи, неустойчивость позы, покраснение кожных покровов лица. Ответчик ФИО7 и его коллеги на основании соответствующих приказов сразу были отстранены от работы, им было предложено пройти медицинское освидетельствование на состояние опьянения, подготовлены соответствующие направления в медицинское учреждение. От прохождения освидетельствования ФИО7, так же как и ФИО2, ФИО3, ФИО21 отказались, подписывать документы они не стали. Сразу после разбора данной ситуации в составе комиссии, они покинули здание, где это происходило, самовольно ушли с территории станции, не дождавшись оформления протокола совещания и других письменных документов. К работе ответчик, как и его коллеги в этот день более, не приступали, оплату своей работы за указанный день они не получили. Факт употребления спиртного ни сам ФИО7, ни другие машинисты в ходе их устного опроса членами комиссии не отрицали, приказы о привлечении к дисциплинарной ответственности из четырех подвергнутых к ней сотрудников кроме ФИО7 никто не оспаривал. Мера дисциплинарной ответственности избиралась с учетом данных о личности каждого из привлеченных работников, их прежних заслуг, значимости для организации и наличия у них нареканий и нарушений трудовой дисциплины. В частности ФИО7 и ранее уже уличался в употреблении спиртных напитков и нахождении на рабочем месте в состоянии опьянения, в период его работы в ПМС. Он был переведен на новый участок работы в качестве машиниста, под ответственность его нового руководителя, который взял его на поруки, так как ФИО7 на тот момент проходил обучение, по специальности машинист, ему просто было решено дать шанс. Однако в последующем в процессе работы ФИО7 часто отказывался выполнять поручения руководства, ссылаясь на то, что это входит в круг его должностных обязанностей, хотя все поручения вытекали именно из его рабочей функции. В итоговом результате своей работы истец заинтересован не был, повышать свой профессиональный уровень он не стремился. После описанных событий на работу ФИО7 не вышел. По окончании майских праздников он находился на больничном, появился в организации, только по его окончании ДД.ММ.ГГГГ. Тогда он и был ознакомлен со всеми документами, от подписания которых ранее он отказался. ФИО7 был ознакомлен с приказом о своем увольнении. При этом основание увольнения в приказе было описано, оно его не удивило, он на все отреагировал спокойно, никаких возражений не высказывал. Ответчик полагает, что предусмотренный законом порядок увольнения ФИО7 был им в полной мере соблюден. Причиной отсутствия медицинского заключения о факте алкогольного опьянения ФИО7 явился отказ последнего от его прохождения, и это обстоятельство не является препятствием для увольнения. ФИО3 и ФИО2 были привлечены к дисциплинарной ответственности в виде выговора за указанное однократное грубое нарушение работниками трудовых обязанностей - появление на работе в состоянии алкогольного опьянения ДД.ММ.ГГГГ. Принимая решение о том, какой вид дисциплинарного взыскания применить к каждому из четырех сотрудников, в частности решение о сохранении рабочих мест за ФИО2 и ФИО3, несмотря на факт их нахождения на работе в состоянии опьянения, в то время как ФИО7, за данное нарушение был уволен, работодатель, как приведено выше учел прежние заслуги названных лиц. 

Так ФИО3 ранее был награжден благодарностью руководства, выполнял все поручения, поддерживал хорошие отношения в коллективе, имел на иждивении двоих несовершеннолетних детей. ФИО2 трудится на железнодорожном транспорте с 2004 года. Он имеет большой опыт в данной сфере, обучает других сотрудников, имеет дополнительное образование по специальности машинист крана, машинист бульдозера. С учетом трудового стажа работник проявляет преданность компании, дважды был награжден благодарностями руководства, женат, имеет троих детей, двое из которых несовершеннолетние. При таких обстоятельствах увольнение ФИО3 и ФИО2 негативно бы отразилось, как на самих сотрудниках, так и на подразделении, в котором они работают. ФИО7 же, напротив, за время работы на железнодорожном транспорте поощрений не имел. Он не отличался высоким профессионализмом, не обладал знаниями, которые было бы сложно заменить, отказывался от выполнения, поручаемой работы, не являлся частью эффективной команды. Наличия у работника сложных жизненных обстоятельств, которые могли спровоцировать инцидент с появлением на рабочем месте, в состоянии опьянения выявлено не было. 

В связи, с чем представитель полагает, что увольнение ФИО7 это адекватная реакция на грубое нарушение сотрудника. С выводами должностных лиц Свердловской транспортной прокуратуры ответчик не согласен, так как в разделе руководства о расторжение трудового договора в связи с появлением работника на работе в состоянии алкогольного, наркотического или иного токсического опьянения действительно указано, что для установления факта и других обстоятельств опьянения приказом работодателя должна быть создана комиссия. Однако трудовым законодательством не предусмотрено ни вынесение приказа о создании ни само создание такой комиссии. 

Согласно Определению Восьмого кассационного суда общей юрисдикции от ДД.ММ.ГГГГ № (последний абзац страницы 9 Определения) указанное Руководство, утвержденное Приказом Роструда от ДД.ММ.ГГГГ №, носит рекомендательный характер и не является нормативным правовым актом. Учитывая рекомендательный характер данного акта, не издание приказа о создании комиссии для установления факта опьянения ФИО7 не противоречит действующему законодательству и не является нарушением со стороны работодателя. Иных нарушений при проведении проверки по заявлению ФИО7 Свердловская транспортная прокуратура не обнаружила.

При таких обстоятельствах увольнение истца, по мнению представителя ответчика, является законным, подтверждено документально и оснований для его восстановления на работе нет. 

Аналогичные доводы приведены ответчиками в представленных в суд отзывах (л.д. 94-99, 159-165). 

Свидетели ФИО5, ФИО10, ФИО4, полностью подтвердили доводы представителя ответчика, указав, что ДД.ММ.ГГГГ ближе к обеду при осмотре мастером по эксплуатации и ремонту машин и механизмов ПМС-171 ФИО5 железнодорожно-строительной машины ВПО-С был выявлен факт нахождения четырех машинистов ( ФИО6 ФИО3, ФИО2 и ФИО1) в состоянии алкогольного опьянения. Состояние опьянения у указанных лиц проявлялось в наличии запаха алкоголя из полости рта, несвязной речи, покраснением кожных покровов, шатающейся походкой. Истец ФИО7, а также ФИО3, ФИО2 и ФИО1 были незамедлительно отстранены от работы. Сразу был организован и произведен разбор данной ситуации, для чего была собрана комиссия, в которой помимо свидетелей также принимали участие другие должностные лица ОАО «РЖД», указанные в соответствующем протоколе. В этот день утром ФИО6, ФИО19 ФИО3 и ФИО21 получили задание по настройке контрольно-измерительной системы ВПО-С №, так как вечером планировалось отправление и последующая транспортировка данной машины на станцию Демьянка для участия в ремонте пути. Осуществлять транспортировку машины должны были ФИО1 и ФИО11 Как было установлено ФИО7, ФИО1, ФИО3, и ФИО2 в течение рабочего дня до момента их обнаружения неоднократно покидали свое рабочее место, уходили в жилой модуль, расположенный рядом с местом их работы и там употребляли алкогольные напитки. Их бригадир ФИО12, контролировал работников визуально, полагал, что последние перемещаются в модуль на технологические перерывы. После того, как было выявлено, что ФИО7 и его коллеги находятся на рабочем месте в состоянии алкогольного опьянения, модуль сразу был осмотрен, и в нем была обнаружена бутылка с остатками спиртного - водки. ФИО7, ФИО1, ФИО3, ФИО2 при выявлении их в состоянии алкогольного опьянения немедленно были отстранены от работы, что в последующем было оформлено приказами, от ознакомления с которыми они отказались. ФИО7 и другим машинистам было предложено пройти медицинское освидетельствование на состояние опьянения, от прохождения которого все четверо, в присутствии всех членов совещания также отказались. ФИО22 и ФИО21 также отказались от дачи каких-либо письменных объяснений, общались в ходе беседы с членами комиссии, только устно. По окончании беседы названные лица, в том числе ФИО7 не дождавшись оформления письменного протокола, и иных письменных документов просто покинули территорию организации, и помещения где производился разбор. Этот день у них рабочим в табеле отмечен не был, он им не оплачивался и к работе они после разбора ситуации комиссией более не приступали. После майских праздников ФИО7 находился на больничном, появился в организации только ДД.ММ.ГГГГ. Истец был ознакомлен с приказом об увольнении и с иными документами от подписания, которых он отказался ДД.ММ.ГГГГ. ФИО7 и ранее выявлялся в состоянии опьянения, в период его работы в ПМС, однако, учитывая, что он на тот момент проходил обучение на машиниста ЖДСМ, то был взят «на поруки» руководителем механического цеха и переведен туда. Ему просто решили дать второй шанс. Принимая решение об увольнении ФИО7 и ФИО17, учитывались в целом данные о них как о работниках, их профессиональные, деловые качества, наличие нарушений трудовой дисциплины, семейное положение. Именно по этим критериям ФИО3 и ФИО2 оставили работать и далее, ограничившись выговором, который ни один из них не оспаривал, так как факт употребления спиртного на рабочем месте они не отрицали. ФИО21 этих обстоятельств тоже не оспаривал, как и ФИО7 при его увольнении и ознакомлении с приказом, никаких замечаний относительно причин увольнения он не высказывал. 

Суд, заслушав доводы сторон, участвующего при рассмотрении дела прокурора, ФИО13, полагавшую, что оснований для удовлетворения, заявленных исковых требований нет, исследовав материалы дела, приходит к следующему.

Статьей 21 Трудового кодекса Российской Федерации определены основные права и обязанности работника.

Так, - работник обязан добросовестно исполнять свои трудовые обязанности, возложенные на него трудовым договором, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, соблюдать трудовую дисциплину, соблюдать требования по охране труда и обеспечению безопасности труда (абзацы второй, третий, четвертый и шестой части второй статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации).

Частью 1 статьи 189 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что дисциплина труда - обязательное для всех работников подчинение правилам поведения, определенным в соответствии с настоящим Кодексом, иными федеральными законами, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором.

За совершение дисциплинарного проступка, то есть неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей, работодатель имеет право применить следующие дисциплинарные взыскания: замечание, выговор, увольнение по соответствующим основаниям (часть первая статьи 192 Трудового кодекса Российской Федерации).

К дисциплинарным взысканиям, в частности, относится согласно части третьей статьи 192 Трудового кодекса Российской Федерации увольнение работника по основанию, предусмотренному пунктом 6 части первой статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации.

В соответствии с подпунктом "б" пункта 6 части первой статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор, может быть, расторгнут работодателем в случае однократного грубого нарушения работником трудовых обязанностей - появления работника на работе (на своем рабочем месте либо на территории организации - работодателя или объекта, где по поручению работодателя работник должен выполнять трудовую функцию) в состоянии алкогольного, наркотического или иного токсического опьянения.

Частью 5 статьи 192 Трудового кодекса Российской Федерации определено, что при наложении дисциплинарного взыскания должны учитываться тяжесть совершенного проступка и обстоятельства, при которых он был совершен. 

В пункте 23 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" разъяснено, что при рассмотрении дела о восстановлении на работе лица, трудовой договор с которым расторгнут по инициативе работодателя, обязанность доказать наличие законного основания увольнения и соблюдение установленного порядка увольнения возлагается на работодателя.

При разрешении споров, связанных с расторжением трудового договора по подпункту "б" пункта 6 части первой статьи 81 Кодекса (появление на работе в состоянии алкогольного, наркотического или иного токсического опьянения), суды должны иметь в виду, что по этому основанию могут быть уволены работники, находившиеся в рабочее время в месте выполнения трудовых обязанностей в состоянии алкогольного, наркотического или иного токсического опьянения. 

При этом не имеет значения, отстранялся ли работник от работы в связи с указанным состоянием. Необходимо также учитывать, что увольнение по этому основанию может последовать и тогда, когда работник в рабочее время находился в таком состоянии не на своем рабочем месте, но на территории данной организации либо он находился на территории объекта, где по поручению работодателя должен был выполнять трудовую функцию. Состояние алкогольного либо наркотического или иного токсического опьянения может быть подтверждено как медицинским заключением, так и другими видами доказательств, которые должны быть соответственно оценены судом (пункт 42 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации"). 

Статьей 193 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что до применения дисциплинарного взыскания работодатель должен затребовать от работника письменное объяснение. Если по истечении двух рабочих дней указанное объяснение работником не предоставлено, то составляется соответствующий акт. Не предоставление работником объяснения не является препятствием для применения дисциплинарного взыскания. Дисциплинарное взыскание применяется не позднее одного месяца со дня обнаружения проступка, не считая времени болезни работника, пребывания его в отпуске, а также времени, необходимого на учет мнения представительного органа работников. Дисциплинарное взыскание не может быть применено позднее шести месяцев со дня совершения проступка, а по результатам ревизии, проверки финансово-хозяйственной деятельности или аудиторской проверки - позднее двух лет со дня его совершения. В указанные сроки не включается время производства по уголовному делу. За каждый дисциплинарный проступок может быть применено только одно дисциплинарное взыскание. Приказ (распоряжение) работодателя о применении дисциплинарного взыскания объявляется работнику под роспись в течение трех рабочих дней со дня его издания, не считая времени отсутствия работника на работе. Если работник отказывается ознакомиться с указанным приказом (распоряжением) под роспись, то составляется соответствующий акт (части 1 - 6 данной статьи).

В соответствии с ч. 6 ст. 209 ТК РФ рабочим местом является место, где работник должен находиться или куда ему необходимо прибыть в связи с его работой и которое прямо или косвенно находиться под контролем работодателя.

В силу ст. 91 ТК РФ под рабочим временем понимается время, в течение которого работник в соответствии с правилами внутреннего трудового распорядка и условиями трудового договора должен исполнять трудовые обязанности, а также иные периоды времени, которые в соответствии с данным кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации относятся к рабочему времени. 

Как предусмотрено статьей 106 Трудового кодекса Российской Федерации, время отдыха - время, в течение которого работник свободен от исполнения трудовых обязанностей и которое он может использовать по своему усмотрению.

Согласно части 1 статьи 55 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела.

Суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались (часть 2 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств; никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы; суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности (части 1 - 3 статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Результаты оценки доказательств суд обязан отразить в решении, в котором приводятся мотивы, по которым одни доказательства приняты в качестве средств обоснования выводов суда, другие доказательства отвергнуты судом, а также основания, по которым одним доказательствам отдано предпочтение перед другими (часть 4 статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

При принятии решения суд оценивает доказательства, определяет, какие обстоятельства, имеющие значение для рассмотрения дела, установлены, и какие обстоятельства не установлены, каковы правоотношения сторон, какой закон должен быть применен по данному делу и подлежит ли иск удовлетворению (часть 1 статьи 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации). 

Как следует из материалов дела, и было установлено судом.

На основании трудового договора № от ДД.ММ.ГГГГ ФИО7 был принят на работу монтером пути второго разряда ПМС-171 структурного подразделения Свердловской дирекции по ремонту пути - структурного подразделения Центральной дирекции по ремонту пути - филиала ОАО «Российские железные дороги». 

Приказом №\к от ДД.ММ.ГГГГ он был переведен на должность машиниста железнодорожно - строительной машины (ВПО - С) 8 разряда. 

В последующем приказом №\к от ДД.ММ.ГГГГ, он был переведен на участок эксплуатации и обслуживания путевых машин на должность машиниста железнодорожно - строительной машины (ВПО - С) 8 разряда (л.д. 14-18, 24-26, 129-133). 

Согласно правилам внутреннего трудового распорядка ПМС-171 структурного подразделения Свердловской дирекции по ремонту пути Трудовой договор может быть прекращен (расторгнут) в порядке и по основаниям, предусмотренным Трудовым кодексом, иными федеральными законами Российской Федерации (п. 5.1.). 3а совершение работником дисциплинарного проступка, то есть неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей, работодатель имеет право привлечь работника к дисциплинарной ответственности.

Согласно п. 11.2 - работодатель имеет право применить следующие дисциплинарные взыскания: замечание; выговор; увольнение по соответствующим основаниям, предусмотренным Трудовым кодексом.

3а каждый дисциплинарный проступок может быть применено только одно дисциплинарное взыскание. При наложении дисциплинарного взыскания должны учитываться тяжесть совершенного проступка и обстоятельства, при которых он был совершен.

До применения дисциплинарного взыскания работодатель должен затребовать от работника письменное объяснение. Если по истечении 2 рабочих дней указанное объяснение работником не предоставлено, то составляется соответствующий акт. Непредставление работником объяснения не является препятствием для применения дисциплинарного взыскания (п. 11.3). 

Приказ (распоряжение) работодателя о применении дисциплинарного взыскания объявляется работнику под подпись в течение 3 рабочих дней со дня его издания, не считая времени отсутствия работника на работе. Если работник отказывается ознакомиться с указанным приказом (распоряжением) под подпись, то составляется соответствующий акт (п. 11.4). (л.д. 189-154).

Приказом №/л от ДД.ММ.ГГГГ трудовой договор с ФИО7 работодателем был, расторгнут в связи с однократным грубым нарушением работником трудовых обязанностей - появление на рабочем месте в состоянии алкогольного опьянения п.п. «б» п. 6 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса Российского Федерации (л.д. 19, 26, 84). 

Согласно обращению ФИО7 в Свердловскую Транспортную прокуратуру от ДД.ММ.ГГГГ, зарегистрированную получателем ДД.ММ.ГГГГ, истец ссылался на нарушение работодателем процедуры его увольнения, так как Акт об опьянении был составлен специалистами организации работодателя и ими же подписан, следовательно, они являются заинтересованными лицами и их свидетельские показания без акта медицинского освидетельствования не имеют силы. В то время как сам ФИО7 письменно от медицинского освидетельствования не отказывался и письменно отказа от его прохождения он не писал (л.д. 35-37). 

Из ответа Свердловской Транспортной прокуратурой на указанное обращение ФИО7, следует, что при проверке изложенных в нем доводов ответчика были выявлены факты нарушения требований Трудового законодательства в ПМС-171, связанные с необходимостью формирования работодателем комиссии по установлению факта и других обстоятельств опьянения сотрудника. В адрес ответчика вынесено представление об устранении выявленных нарушений. ФИО7 разъяснены положения ст. ст. 381, 382 ТК РФ о порядке разрешения индивидуальных трудовых споров, указано, что для разрешения спора между ним и работодателем по вопросу увольнения ФИО7 обладают комиссии по трудовым спорам и суд. Органы прокураты не вправе разрешать индивидуальный трудовой спор и не обладают полномочиями по восстановлению лица на работе, возложению на него обязанности по выплате компенсаций и признании записи в трудовой книжке недействительными (л.д. 28-29).

Из представления Свердловского транспортного прокурора, направленному в адрес ОАО «РЖД» - в ходе проведения проверки по обращению ФИО7 было установлено, что при увольнении ФИО7 из организации за появление на рабочем месте в состоянии алкогольного опьянения, в нарушение «руководству по соблюдению обязательных требований трудового законодательства», утвержденному приказом Роструда от ДД.ММ.ГГГГ №», для установления факта и других обстоятельств опьянения работника работодателем не был издан приказ о создании комиссии. Акт по данному факту был подписан свидетелями. Сложившаяся ситуация стала возможной ввиду нарушения сотрудниками трудового законодательства (л.д. 85-87). 

В ответе ОАО «РЖД» на приведенное выше представление Свердловского транспортного прокурора указало, что на основании Приказа №/л от ДД.ММ.ГГГГ трудовой договор с ФИО7 был, расторгнут в связи с однократным грубым нарушением работником трудовых обязанностей - появление на рабочем месте в состоянии алкогольного опьянения п.п. «б» п. 6 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса Российского Федерации. 

Перед началом рабочей смены ДД.ММ.ГГГГ ФИО7 - машинисту ВПО-С был проведен инструктаж, что подтверждается его подписью в соответствующем журнале. В тот же день был установлен факт грубого нарушения ФИО7 своих трудовых обязанностей, выразившийся в нахождении последнего на рабочем месте в состоянии алкогольного опьянения. У ФИО7 имелись признаки алкогольного опьянения, запах алкоголя из полости рта, покраснение кожных покровов. Указанные обстоятельства подтверждаются актом о появлении работника на работе в состоянии опьянения и отстранении его от работы ДД.ММ.ГГГГ; докладной записки мастера железно-дорожных строительных машин ФИО5, являющегося непосредственным руководителем ФИО7, о том, что последний находился на рабочем месте в рабочее время в состоянии опьянения, с признаками запаха спиртного из полости рта, изменение цвета кожных покровов. В связи, с чем приказом от ДД.ММ.ГГГГ №\лс ФИО7 был отстранен от работы. С приказом работник был ознакомлен, с ним согласился, его не оспаривал. 

В связи с наличием у ФИО7 признаков алкогольного опьянения ему было выдано направление для прохождения медицинского освидетельствования для установления факта употребления алкоголя или наркотических веществ. От подписания с ознакомлением данного направления ФИО7 отказался, о чем составлен акт, об уклонении работника от прохождения медицинского освидетельствования от ДД.ММ.ГГГГ

ФИО7 предложено предоставить объяснение по факту его нахождения в состоянии алкогольного опьянения (требование о предоставлении письменных объяснений от ДД.ММ.ГГГГ), от объяснений он отказался, что было удостоверено соответствующей подписью на требовании об отказе с ознакомлением с ним. В последующем ФИО7 представил объяснение, в котором факт нахождения в состоянии алкогольного опьянения не признал.

Принимая во внимание предстоящие выходные с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, разбор случая нахождения работника в рабочее время на работе в состоянии алкогольного опьянения был произведен в тот же день ДД.ММ.ГГГГ под председательством начальника путевой машинной станции № (протокол от ДД.ММ.ГГГГ № ПМС-171-105/пр). 

В соответствии со ст. 193 Трудового кодекса Российской Федерации, до применения дисциплинарного взыскания работодатель должен затребовать от работника письменное объяснение. Если по истечении двух рабочих дней указанное объяснение работником не предоставлено, то составляется соответствующий акт. Поскольку ФИО7 письменное объяснение не предоставил, такой акт составлен ДД.ММ.ГГГГ

При привлечении к дисциплинарной ответственности ФИО7 учитывались тяжесть проступка и обстоятельства, при которых он был совершен, последствия, наступившие в результате его совершения, предшествующее поведение работника и его отношение к труду. 

Избранная мера ответственности в виде увольнения истца по подпункту «б» п. 6 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации соразмерна допущенному нарушению, поскольку должность машиниста железнодорожно-строительной машины (ВПО-С), предполагающая управление источником повышенной опасности на предприятии, представляет повышенную опасность не только для самого работника, но и создает угрозу безопасности иных лиц, влечет повышение риска возникновения несчастных случаев и аварийных ситуаций.

Трудовой договор с ФИО7 расторгнут ДД.ММ.ГГГГ (приказ от ДД.ММ.ГГГГ №/к).

Порядок применения к ФИО7 дисциплинарного взыскания, установленный статьей 193 Трудового кодекса Российской Федерации, процедура увольнения работодателем соблюдена (л.д. 81-83).

Из приказа об отстранении от работы №\лс от ДД.ММ.ГГГГ следует, что на основании докладной записки мастера по эксплуатации и ремонту машин и механизмов ФИО5, машинист восьмого разряда железнодорожно - строительной машины (ВПО-С) участка эксплуатации и обслуживания путевых машин ФИО7 с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ был отстранен от работы без сохранения заработной платы в связи с появлением на работе в состоянии алкогольного опьянения. 

С указанным приказом ФИО7 был ознакомлен ДД.ММ.ГГГГ, без каких - либо замечаний и уточнений (л.д. 32,76).

Аналогичными приказами №\лс, 347\лс, №\лс от ДД.ММ.ГГГГ от работы по тем же основаниям без сохранения заработной платы ДД.ММ.ГГГГ в связи с появлением на работе в состоянии алкогольного опьянения были отстранены машинисты железнодорожно - строительной машины (ВПО-С) участка эксплуатации и обслуживания путевых машин ФИО3, ФИО2 (л.д. 71-72). 

В объяснениях от ДД.ММ.ГГГГ ФИО2, ФИО3 факт своего нахождения в состоянии опьянения на рабочем месте ДД.ММ.ГГГГ подтвердили, пояснив, что в указанную дату они не проходили ПРМО, так как находились с признаками опьянения (л.д. 73, 122,123, 156-158). 

С указанным выше приказом ФИО7 был ознакомлен ДД.ММ.ГГГГ, без каких - либо замечаний и уточнений (л.д. 32).

Из заявления поданного ФИО7 в ОАО «РЖД», ДД.ММ.ГГГГ с требованием выдать ему справку о заработной плате и ответу ОАО «РЖД», предоставленному ФИО6, на указанное заявление от ДД.ММ.ГГГГ № ВХ-35/ ПМС – 171, следует, что в предоставлении документов последнему со ссылкой на ч. 1 ст. 62 ТК РФ было отказано. 

Работодатель указал, что подпись ФИО7. содержащаяся, в приведенном заявлении не соответствовала его подписи содержащейся в трудовом договоре. Указанное заявление было подписано и передано неким третьим лицом (л.д. 45, 47). 

Согласно направлению в медицинское учреждение работника на освидетельствование для установления факта употребления алкоголя или наркотических веществ, ДД.ММ.ГГГГ ФИО7 был направлен для прохождения указанной процедуры, в связи с тем, что он и еще три работника путевой машинной станции № (далее - ПМС-171): ФИО1; ФИО2; ФИО3 находились на территории производственной базы ПМС-171 в состоянии алкогольного опьянения. Указанных сотрудников, включая ФИО7, с признаками опьянения (запах алкоголя из полости рта, нечленораздельная, несвязная речь, покраснение кожных покровов лица, возбуждение) у здания участка эксплуатации и обслуживания путевых машин обнаружили главный механик ПМС-171 ФИО4 и мастер по эксплуатации ФИО5. 

Причиной направления на медицинское освидетельствование стала необходимость установления факта нахождения работника в состоянии алкогольного опьянения для рассмотрения вопроса и принятия решения о привлечении его к дисциплинарной ответственности, за появление на работе в состоянии опьянения. 

Из протокола совещания у начальника путевой машинной станции №№ ПМС 171=105\пр. от ДД.ММ.ГГГГ, следует, что на указанном мероприятии присутствовали: главный инженер путевой машинной станции № - ФИО14; заместитель начальника путевой машинной станции № - ФИО10; специалист по управлению персоналом путевой машинной станции № - ФИО15; председатель первичной профсоюзной организации путевой машинной станции № - ФИО16; главный механик путевой машинной станции № ФИО4; мастер по эксплуатации и ремонту машин имеханизмов путевой машинной станции №, машинисты железнодорожно-строительных машин путевой машинной станции № ФИО5, а так же машинисты ЖДСМ (ВПО-С): ФИО1, ФИО7, ФИО3, ФИО2 

Причиной проведения совещания стал факт нахождения ДД.ММ.ГГГГ сотрудников ОАО «РЖД»: ФИО1, ФИО7, ФИО3, ФИО2 в рабочее время на рабочем месте в состоянии алкогольного опьянения, который был выявлен в период с 11:30 до 12: 00 при осмотре железнодорожно-строительной машины (далее - ЖДСМ) ВПО-С №, находящейся на железнодорожном пути № производственной базы путевой машинной - станции № (далее - ПМС-171), расположенной на станции Косулино, мастером по эксплуатации и ремонту машин и механизмов ПМС-171 ФИО5

Состояние опьянения у указанных работников проявлялось в наличии запаха алкоголя из полости рта, несвязной речи, покраснением кожных покровов, внешним возбуждением, неустойчивой, шатающейся походкой.

В ходе разбора данной ситуации было установлено, что утром ДД.ММ.ГГГГ машинистам ЖДСМ (ВПО-С) ФИО1, ФИО7, ФИО3, ФИО2 бригадиром предприятий железнодорожного транспорта ФИО12 был проведен целевой инструктаж и выдано рабочее задание по настройке контрольно-измерительной системы ВПО-С №, так как вечером того же дня в 18: 00 планировалось отправление и последующая транспортировка данной машины на станцию Демьянка для участия в производстве капитального ремонта пути. На транспортировку машины для выполнения работ на 

<

адрес> были назначены машинисты ЖДСМ (ВПО-С) ФИО1 и ФИО11

Из устных объяснений машинистов ЖДСМ (ВПО-С) следует, что в период времени с 09:30 до 11:30 ФИО1, ФИО7, ФИО3, ФИО2 неоднократно покидали свое рабочее место (машину ВПО-С №), уходили в модуль для проживания «Ермак» с целью употребления алкогольных напитков. Бригадир ФИО12, контролируя работников визуально, не вмешиваясь в их трудовой процесс, предполагал, что указанные сотрудники отлучались на технологический перерыв.

Впоследствии, в ходе осмотра модуля для проживания указанных машинистов ЖДСМ (ВПО-С) в холодильнике была обнаружена бутылка водки объемом 1,0 л. с остатками в ней жидкости объемом 0,2 л.

ФИО1, ФИО7, ФИО3, ФИО2 при выявлении их в состоянии алкогольного опьянения немедленно были отстранены от работы, им были выданы направления в медицинское учреждение для прохождения освидетельствования с целью установления факта употребления алкогольных напитков или наркотических веществ. 

Однако все указанные выше лица - машинисты ЖДСМ (ВПО-С) от подписи в направлениях на медицинское освидетельствование для установления факта употребления ими алкоголя или наркотических веществ отказались, что было зафиксировано путем составления соответствующих актов.

Ввиду нахождения ФИО1, ФИО7, ФИО3, ФИО2 в состоянии алкогольного опьянения ими не была выполнена работа по настройке контрольно-измерительной системы и транспортировка ВПО-С № до станции Демьянка. Указанное обстоятельство привело к отказу работоспособности машины и срыву функционала работы комплекса ВПМ при проведении работ по ремонту пути, что потребовало привлечения работников путевой машинной станции № для настройки

работоспособности машины, привлечение локомотива на тепловозной тяге (для своевременной отработки технического задания машиной ВПО на перегоне с целью предотвращения срыва работ по ремонту пути).

По факту нахождения машинистов ЖДСМ (ВЛО-С): ФИО1, ФИО7., ФИО3, ФИО2 в состоянии алкогольного опьянения ДД.ММ.ГГГГ у причастных работников были истребованы письменные объяснения, что подтверждается соответствующими требованиями о предоставлении письменных объяснений. 

По состоянию на ДД.ММ.ГГГГ письменные объяснения не были предоставлены ФИО1, ФИО7, что было оформлено соответствующими актами.

Ранее по факту ненадлежащего исполнения ФИО7 своих трудовых обязанностей в адрес начальника ПМС направлялись докладные записки о привлечении последнего к дисциплинарной ответственности за грубые нарушения трудовой дисциплины, в том числе нахождение в состоянии алкогольного опьянения в рабочее время на рабочем месте. Однако, учитывая факт прохождения ФИО7 обучения, по профессии «машинист ЖДСМ», он был взят «на поруки» и переведен в механический цех. 

Факт нахождения ФИО7 в состоянии алкогольного опьянения ДД.ММ.ГГГГ подтверждает безответственное отношение последнего к выполнению своих трудовых обязанностей, его неуважительное отношение к своим коллегам.

ФИО17 ранее неоднократно не проходил предрейсовый медицинский осмотр, что приводило к негативным последствиям при выполнении производственных задач, привлечению для выполнения работы других сотрудников. Он появлялся в состоянии алкогольного опьянения на территории работодателя за пределами своего рабочего времени. Из-за халатного отношения к исполнению своих трудовых обязанностей, в части выполнения ежедневного технического осмотра машины ВПО, во время производства работ на перегоне произошел «отказ» в работе - машины (заклинивание виброплит, течь ДВС, вывод из строя двигателя). 

После отстранения от работы ДД.ММ.ГГГГ ФИО17 вырвал шлейф управления системой «экскорт» (контрольно-измерительная система) машины ВПО, что привело к полной неработоспособности машины. Он разукомплектовал систему электробезопасности машины ВПО, что привело к силовому отключению хода тележек. Такое поведение можно расценивать как вредительство.

По результатам совещания было решено факт появления машинистов ЖДСМ (ВПО-С) ФИО1, ФИО7 ФИО3, ФИО2 на рабочем месте в рабочее время в состоянии алкогольного опьянения признать однократным грубым нарушением. 

Заместителю начальника ПМС-171 (по кадрам и социальным вопросам) ФИО10, поручено, с учетом отношения к работе, тяжесть совершенного проступка подготовить проект приказа о привлечении ФИО6, ФИО1, к дисциплинарной ответственности в виде увольнения на основании подпункта «б» пункта 6 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации. С учетом приведенных обстоятельств ФИО3, и ФИО2 решено привлечь к дисциплинарной ответственности в виде выговора ( л.д. 20-23, 89-92). 

Согласно Акту о появлении работника на работе в состоянии опьянения и отстранения его от работы ДД.ММ.ГГГГ, составленному и подписанному заместителем начальника путевой машинной станции №- ФИО10, главным механиком путевой машинной станции № ФИО4, мастером по эксплуатации и ремонту машин имеханизмов путевой машинной станции № ФИО5, бригадиром ФИО18, ДД.ММ.ГГГГ в 11:30 ФИО7 был отстранен от работы в связи с нахождением на работе в состоянии опьянения. У последнего имелись признаки опьянения в виде запаха алкоголя из полости рта, покраснение кожных покровов лица. Работник от подписи в указанном документе и даче объяснений отказался (л.д. 74-75). 

В соответствии с табелем учета рабочего времени ОАО «РЖД» (участок эксплуатации и обслуживания путевых машин) ДД.ММ.ГГГГ был отмечен как нерабочий день (л.д. 79-80). 

Таким образом, суд, оценив представленные сторонами доказательства в их совокупности, приходит к выводу о том, что факт нахождения ФИО7 ДД.ММ.ГГГГ в течение рабочего времени на своем рабочем месте в состоянии алкогольного опьянения установлен. 

ФИО7 был обнаружен в течение рабочего времени на своем рабочем месте на территории ОАО «РЖД» (участок эксплуатации и обслуживания путевых машин) ДД.ММ.ГГГГ с явными внешними признаками алкогольного опьянения. 

Данный факт был выявлен при обстоятельствах, с достоверностью свидетельствующих о том, что распитие спиртного происходило непосредственно на территории ОАО «РЖД» в жилом модуле машинистов, в течение их рабочей смены и сопровождалось последующим нахождением ФИО7 и других машинистов в состоянии опьянения при выполнении ими их рабочей функции, задания, на объекте, являющемся источником повышенной опасности. 

Следовательно, у работодателя имелись основания для расторжения с истцом трудового договора по подпункту "б" пункта 6 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации. 

Приказ об увольнении ФИО7 в связи однократным грубым нарушением работником трудовых обязанностей, а именно, появлении на работе в состоянии алкогольного опьянения, по подпункту "б" пункта 6 части 1 статьи 81 ТК РФ является законным.

Вопреки доводам истца и его представителя процедура привлечения ФИО7 к дисциплинарной ответственности, в виде увольнения ОАО «РЖД» нарушена не была. 

Разбор, выявленной ситуации, связанной с нарушением трудовой дисциплины был произведен комиссией, состоящей из уполномоченных на то сотрудников работодателя ОАО «РЖД», для создания которой обязательное издание специального приказа нормами действующего трудового законодательства не предусмотрено. 

ФИО7 был немедленно (фактически) отстранен от работы, что в последующем оформлено приказом, от подписания которого ответчик отказался, самовольно покинув помещение, в котором производилось рассмотрение выявленного факта и территорию организации. 

После ознакомления с указанным приказом ДД.ММ.ГГГГ, ФИО7 его не оспаривал. 

Также истцу, как и его коллегам, было предложено пройти процедуру медицинского освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, от прохождения которого ФИО7, как и ФИО3, ФИО2 и ФИО21 также отказался. 

При этом факт отсутствия письменного отказа истца от прохождения медицинского освидетельствования, как и факт отсутствия заключения о его прохождении не является безусловным основанием для признания увольнения незаконным. Так как нахождение работника в состоянии опьянения помимо медицинского освидетельствования может быть подтверждено и иными доказательствами.

Такие доказательства суду представлены, они являются допустимыми и в своей совокупности подтверждают факт нахождения ФИО7 ДД.ММ.ГГГГ на своем рабочем месте в состоянии алкогольного опьянения. При этом доводы истца и его представителя о недопустимости показаний свидетелей являющихся сотрудниками ОАО «РЖД» суд не принимает, находит их несостоятельными, поскольку названные лица были предупреждены об уголовной ответственности за дачу ложных показаний. Они не испытывают личной неприязни к истцу, не заинтересованы в исходе дела, их показания последовательны логичны, согласуются между собой, подтверждаются письменными материалами дела, в том числе и объяснениями ФИО2, ФИО21, ФИО3.

Оснований для критической оценки показаний названных лиц суд не усматривает. 

Порядок и процедура наложения дисциплинарного взыскания работодателем на работника соблюдены, в том числе и по истребованию объяснений от работника. 

Письменные объяснения ФИО7 были истребованы работодателем в тот жен день - ДД.ММ.ГГГГ, от дачи этих объяснений он отказался. 

В последующем при ознакомлении с приказом об увольнении и материалами, предшествующему этому проверки ФИО7 возражений относительно причин своего увольнения не привел, своей позиции не выразил.

Вопреки доводам истца и его представителя при проведении проверки по обращению ФИО7 Свердловский транспортный прокурор выводов о незаконности увольнения истца и обоснованности доводов жалобы не сделал. 

Вид избранной истцу меры дисциплинарной ответственности, за совершенное им однократно грубое нарушение в виде увольнения по подпункту "б" п. 6 ч. 1 ст. 81 ТК РФ соразмерна допущенному нарушению, поскольку должность машиниста ЖДСМ (ВПО-С) ОАО «РЖД», предполагающего ремонт, обслуживание и управление источником повышенной опасности, представляет повышенную опасность не только для самого работника, но и создает угрозу безопасности для неопределенного круга лиц. Так как в силу специфики самой организации и трудовой функции сотрудника, ФИО7 принимал непосредственное участие в обеспечении работоспособности и безопасности железнодорожных путей, исключения аварийных ситуаций в процессе их эксплуатации. 

В связи, с чем суд полагает, что правовых оснований для признания увольнения истца незаконным, и чрезмерным не имеется.

Кроме того стороной ответчика было заявлено о пропуске истцом срока исковой давности для обращения в суд.

В соответствии с нормами статей 195, 196 Гражданского кодекса Российской Федерации исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено. 

Общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 Гражданского кодекса Российской Федерации. В соответствии с частью 1 статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право обратиться в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении - в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки или со дня предоставления работнику в связи с его увольнением сведений о трудовой деятельности (статья 66.1 настоящего Кодекса) у работодателя по последнему месту работы.

Согласно части 5 статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации при пропуске по уважительным причинам указанного срока он может быть восстановлен судом.

Из разъяснений, данных в пункте 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", следует, что в качестве уважительных причин пропуска срока обращения в суд могут расцениваться обстоятельства, препятствовавшие данному работнику своевременно обратиться с иском в суд за разрешением индивидуального трудового спора (например, болезнь истца, нахождение его в командировке, невозможность обращения в суд вследствие непреодолимой силы, необходимость осуществления ухода за тяжелобольными членами семьи).

Приведенный перечень причин, которые могут быть признаны уважительными, не является исчерпывающим. Оценивая, является ли то или иное обстоятельство достаточным для принятия решения о восстановлении пропущенного срока для обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора, суд не должен действовать произвольно, а обязан проверять и учитывать всю совокупность обстоятельств конкретного дела, не позволивших лицу своевременно обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора.

Согласно пункту 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Статьей 200 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права. Изъятия из этого правила устанавливаются настоящим Кодексом и иными законами.

Пропуск срока, предусмотренного положениями ст. 392 ТК РФ, является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении исковых требований, принимая во внимание, что доказательств наличия у истца уважительных причин пропуска данного срока, представлено не было, сам ФИО7 указал на отсутствие у него причин для пропуска указанного срока, следовательно, последствия пропуска истцом такого срока для обращения с иском в суд подлежат применению. При этом суд отклоняет доводы представителя истца о том, что пропуск срока был обусловлен длительным процессом сбора им документов, которые без уважительных причин не выдавались работодателем, а также отказом в принятии иска судом в отсутствие указанных документов, так приведенные доводы ничем не подтверждены и полностью опровергаются представленными суду доказательствами. 

Из материалов дела следует, что ФИО7 с заявлением к работодателю с целью получения каких-либо документов не обращался, от его имени, с имитацией его подписи такое заявление было подано представителем, что и стало причиной отказа в выдаче документа. 

При этом документ запрашиваемый представителем) справка о заработной плате), какого-либо доказательственного значения, применительно к доводам незаконности увольнения не имел, а его отсутствие препятствием для обращения в суд не являлось, сведения о доходах имелись с справках НДФЛ, которые ФИО7 имел возможность получить через сайт государственных услуг. 

Также не является уважительной причина пропуска срока и обращение с жалобой в Свердловскую транспортную прокуратуру, так как после получения ответа указанного органа, обращение в суд тоже последовало спустя продолжительное, с учетом сокращенных сроков для того обращения время. 

Таким образом, оснований для восстановления пропущенного срока нет, иск удовлетворению не подлежит. 

В силу ст.98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, так как в удовлетворении иска отказано в полном объеме, судебные расходы взысканию с ответчика не подлежат. Руководствуясь ст.ст.12, 56, 194-198, 233-235 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

р е ш и л:

В удовлетворении исковых требований ФИО7 к ОАО «РЖД» - Путевой машинной станции № структурного подразделения Свердловской дирекции по ремонту пути структурного подразделения Центральной дирекции по ремонту пути - филиала ОАО «Российские железные дороги», Свердловской дирекции по ремонту пути структурного подразделения Центральной дирекции по ремонту пути - филиала ОАО «Российские железные дороги», Центральной дирекции по ремонту пути - филиала ОАО «Российские железные дороги» о восстановлении на работе, аннулировании записи об увольнении, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда и ущерба, нанесенного его репутации отказать. 

Решение может быть обжаловано в Свердловский областной суд, через Талицкий районный суд в апелляционном порядке в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья С.А. Жерновникова