Дело №2-350/2025 

УИД №42RS0008-01-2024-001811-13

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Кемерово 14 февраля 2025 года

Рудничный районный суд г.Кемерово Кемеровской области

в составе председательствующего Магденко И.В., 

при секретаре Ривной Е.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 ФИО10 к обществу с ограниченной ответственностью «ГОФ Анжерская» о компенсации морального вреда в связи с ненадлежащими условиями труда, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к обществу ограниченной ответственностью «ГОФ Анжерская» (далее - ООО «ГОФ Анжерская») о компенсации морального вреда в связи с ненадлежащими условиями труда.

В обоснование иска, с учетом уточнений от ДД.ММ.ГГГГ (Т. 2 л.д.31-33), указывает, что в периоды: с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ; с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ состоял в трудовых отношениях с ответчиком. В указанные периоды занимал должности: мастер основного производства, старший мастер в сушке, начальник смены основного цеха, заместитель начальника основного цеха, мастер основного цеха, начальник смены основного производства, что подтверждается санитарно-гигиенической характеристикой условий труда работника при подозрении у него профессионального заболевания (

<

данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ №.

В санитарно-гигиенической характеристике условий труда работника при подозрении у него профессионального заболевания, присутствует пункт 24, в котором указано «Заключение о состоянии условий труда: согласно предварительному диагнозу «

<

данные изъяты>» ведущим вредными производственными факторами в развитии данного заболевания является производственный шум. Воздействию вредного фактора, он подвергался в течении 31 года 5 месяцев, работая на профессиях: старший мастер в сушилке, заместитель начальника основного цеха, начальником смены основного производства. Время непосредственного воздействия вышеуказанного фактора 63-70% времени смены».

При этом, согласно ст. 92 ТК РФ для работников, условия труда на рабочих местах, которые по результатам специальной оценки условий труда отнесены к вредным условиям труда 3 или 4 степени или опасным условиям труда - не более 36 часов в неделю, но может быть увеличена, но не более чем до 40 часов в неделю с выплатой отдельно устанавливаемой денежной компенсации в порядке, размерах и на условиях, установленных отраслевыми (межотраслевыми) соглашениями, коллективными договорами.

Длительность рабочего времени истца составляла 12 часов с увеличением недельной и месячной переработкой. За периоды работы истцу неоднократно приходилось совмещать профессии начальника смены с мастером основного производства (кл. 3.2) на время учебных отпусков, больничных и ежегодных оплачиваемых отпусков.

Кроме того, истец указывает, что не был обеспечен средствами индивидуальной защиты (далее - СИЗ): наушниками (отсутствуют росписи в журнале выдачи СИЗ).

При обращении в отдел профпатологи ГАУЗ КОКБ г. Кемерово об установлении профессионального заболевания, истцу было отказано, со ссылкой на санитарно-гигиеническую характеристику условий труда работника при подозрении у него профессионального заболевания от ДД.ММ.ГГГГ №.

Считает, что со стороны ответчика допущено нарушение законодательства, в связи с тем, что не проводили вовремя специальные оценки условий труда, также нарушались нормативы рабочего времени смены с представлением время для отдыха и не выдавались средства индивидуальной защиты.

В результате нарушений работодателя истцу причинен моральный вред, который оценивает в размере 2 500 000 рублей.

Истец указывает, что испытывал 

<

данные изъяты>, поскольку во время временного отстранения от работы продал квартиру, 

<

данные изъяты> и нужно будет на что-то жить до пенсии.

Просит взыскать с ООО «ГОФ Анжерская» компенсацию морального вреда в связи с несоблюдением работодателем техники безопасности на производстве, нарушением условий труда, необеспечением средствами индивидуальной защиты на рабочем месте в размере 2 500 000 рублей.

В судебном заседании истец ФИО1 поддержал уточненные исковые требования (Т.2 л.д. 29-34, Т.4 л.д.129). Пояснил, что заявленный в обоснование иска предмет иска изложил в письменном виде на л.д. 29 Т.2, а именно: 1. работодателем не выдавались СИЗ (противошумные); 2. завышенная переработка рабочего времени при наличии вредных производственных факторов (12-часовая смена при еженедельной и месячной переработки ПДУ-9 часов); 3. несвоевременное ознакомление с изменениями условий труда (о протоколе от ДД.ММ.ГГГГ года узнал лишь из санитарно-гигиенической характеристики в ДД.ММ.ГГГГ году), отсутствует его подпись в картах аттестации рабочего места и в дополнительных соглашениях к трудовому договору, то есть было нарушено положение п. 2.20 трудового договора № о полной достоверной информации об условиях труда; 4. Сокрытие данных карт аттестации рабочего места № от ДД.ММ.ГГГГ) при составлении санитарно-гигиенической характеристики. Искажение данных об отсутствии производственного шума кл. 20 на период ДД.ММ.ГГГГ а согласно Федеральному закону № 426 СОУТ не реже 1 раза в 5 лет, в аттестации рабочего места № шум по кл. 3.2, при составлении протокола должно было присутствовать лицо сменного надзора при работающем предприятии и замеры должны были производиться в нескольких точках контрольного функционального маршрута. При этом, пояснил, что ранее в основания иска закладывал довод о наличии профессионального заболевания, в настоящем споре на профессиональное заболевание (его отсутствие) не указывает, ссылается на нарушение работодателем надлежащих условий труда.

В судебном заседании представитель истца ФИО1 ФИО2, допущенный к участию в деле на основании ч.6 ст.53 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, поддержал уточненные исковые требования доверителя, просил удовлетворить.

В судебном заседании представители ответчика ООО «ГОФ Анжерская» ФИО3, действующая на основании доверенности от ДД.ММ.ГГГГ (Т.2 л.д.56), ФИО4, действующая на основании доверенности от ДД.ММ.ГГГГ (Т.2 л.д.57), просили отказать истцу в удовлетворении уточненных исковых требований в полном объеме, применить срок исковой давности, о чем представили возражения (Т.1 л.д.88, Т.2 л.д.58).

В судебное заседание представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, Управления Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека по Кемеровской области- Кузбассу не явился, представили заявление о рассмотрении дела в их отсутствие (Т.2 л.д. 154).

В судебное заседание представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, Отделения фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Кемеровской области-Кузбассу не явился, представили заявление о рассмотрении дела в их отсутствие (Т.2 л.д. 161).

В судебное заседание представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, Государственной инспекции труда в Кемеровской области-Кузбассе не явился.

С учетом положений части 1 статьи 13, частей 4,5 статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц, участвующих в деле.

Суд, выслушав участников процесса, исследовав письменные материалы дела, приходит к следующим выводам.

Частью 3 статьи 37 Конституции Российской Федерации установлено, что каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены.

В силу положений абзацев четвертого и четырнадцатого части 1 статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право на рабочее место, соответствующее государственным нормативным требованиям охраны труда и условиям, предусмотренным коллективным договором, а также на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами.

Этим правам работника корреспондируют обязанность работодателя обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда, осуществлять обязательное социальное страхование работников в порядке, установленном федеральными законами, возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (абзацы четвертый, пятнадцатый и шестнадцатый части 2 статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации).

Обеспечение приоритета сохранения жизни и здоровья работников является одним из направлений государственной политики в области охраны труда (абзац второй части 1 статьи 210 Трудового кодекса Российской Федерации).

Частью 1 статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации определено, что обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.

Работодатель обязан обеспечить безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов (абзац второй части 2 статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации).

Каждый работник имеет право на рабочее место, соответствующее требованиям охраны труда, а также гарантии и компенсации, установленные в соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации, коллективным договором, соглашением, локальным нормативным актом, трудовым договором, если он занят на работах с вредными и (или) опасными условиями труда (абзацы второй и тринадцатый части 1 статьи 219 Трудового кодекса Российской Федерации).

Моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора (часть 1 статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации).

В Трудовом кодексе Российской Федерации не содержится положений, касающихся понятия морального вреда и определения размера компенсации морального вреда. Такие нормы предусмотрены гражданским законодательством.

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Исходя из приведенного нормативного правового регулирования работник имеет право на труд в условиях, отвечающих государственным нормативным требованиям охраны труда, включая требования безопасности. Это право работника реализуется исполнением работодателем обязанности создавать такие условия труда. При получении работником во время исполнения им трудовых обязанностей 

<

данные изъяты> или иного повреждения здоровья, исходя из положений трудового законодательства, предусматривающих обязанности работодателя обеспечить работнику безопасные условия труда и возместить причиненный по вине работодателя вред, в том числе моральный, а также норм гражданского законодательства о праве на компенсацию морального вреда, работник имеет право на возмещение работодателем, не обеспечившим работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности, морального вреда, причиненного в результате повреждения здоровья работника.

Как установлено судом и следует из материалов дела, в том числе усматривается из трудовой книжки истца, что в периоды с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 состоял в трудовых отношениях с ЗАО ОФ «Анжерская», ООО ОФ «Анжерская», ООО «ГОФ Анжерская» (Т.1 л.д.15-18).

Согласно сведениям, размещенным на сайте ЕГРЮЛ ООО «ОФ Анжерская» переименовано в ООО «Фабрика», прекратило деятельность в связи с его ликвидацией на основании определения арбитражного суда о завершении конкурсного производства, правопреемником указано ООО «Кузбассуголь».

В отношении настоящего ответчика ООО «ГОФ Анжерская» в ЕГРЮЛ имеются следующие сведения: ИНН №; ОГРН №, юридический адрес: 

<

адрес>; юридическое лицо создано – ДД.ММ.ГГГГ; учредитель - ФИО5 Сведения о правопредшественниках отсутствуют(Т.1 л.д.75).

Приказом директора ООО «ГОФ Анжерская» №/к от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 принят на должность начальника смены (Т.1 л.д.17), о чем заключен трудовой договор № от ДД.ММ.ГГГГ (Т.1 л.д.97).

ДД.ММ.ГГГГ с ФИО1 заключено дополнительное соглашение к трудовому договору от ДД.ММ.ГГГГ №, согласно которому в трудовой договор внесены дополнения: 

-пункт 6.1 трудового договора изложить в следующей редакции: «Работник занят на работах с вредными условиями труда подкласс 3.1 - вредные условия труда 1 -й степени»; 

-пункт 6.2 Трудового договора изложить в следующей редакции: «Гарантии и компенсации за работу во вредных условиях труда предоставляются с учетом результатам проведенной специальной оценки условий труда на предприятии в соответствии с локальными нормативными актами ООО «ГОФ Анжерская»; 

-пункт 4.3 Трудового договора изложить в следующей редакции: «Работнику, устанавливается ежегодный дополнительный оплачиваемый отпуск продолжительность 7 календарных дней, который суммируются с ежегодным основным оплачиваемым отпуском, и предоставляется в полном объеме»; 

-пункт 5.2 Трудового договора изложить в следующей редакции: «Работник имеет право: 5.2.1 по результатам своей деятельности на получение дополнительно к тарифной ставке (окладу) различных доплат, премий в соответствии с «Положением об оплате труда» и «Положением о премировании», действующими в Обществе; 

- пункт 5.2.2 по результатам проведенной специальной оценки условий труда на предприятии устанавливается доплата за работу во вредных условиях в размере 4% от размера часовой тарифной ставки»; 

-пункт 8.9 Трудового договора изложить в следующей редакции: «Работник обеспечивается бесплатно смывающими средствами и СИЗ в соответствии с Типовыми нормами и Правилами внутреннего трудового распорядка ООО «ГОФ Анжерская».

С вышеуказанным дополнительным соглашением ФИО1 ознакомлен ДД.ММ.ГГГГ, о чем свидетельствует его подпись в соглашении (Т.1 л.д.101).

Приказом директора №/к от ДД.ММ.ГГГГ прекращено действие трудового договора от ДД.ММ.ГГГГ №, ФИО1 уволен по собственному желанию в соответствии с п.3 ч.1 ст. 77 ТК РФ ( Т.1 л.д.172).

Истец ФИО1, полагая, что его рабочее место не соответствовало требованиям трудового законодательства, а также то, что работодателем не были обеспечены надлежащие условия труда (Т.2 л.д.29-34), обратился в суд с требованиями о компенсации морального вреда.

Возражая против доводов иска (невыдача СИЗ наушников), стороной ответчика в материалы дела была представлена копия личной карточки ФИО1 № учета выдачи СИЗ (Т. 1 л.д. 92-96), из которой усматривается, что ДД.ММ.ГГГГ истцом получены наушники (сертификат №), о чем свидетельствует его подпись (Т.1 л.д.95).

Однако, из материалов дела судом усматривается, что трудовой договор с ФИО1 был заключен ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ заключено дополнительное соглашение (п. 8.9 трудового договора указывает на обеспечение СИЗ), класс условий труда 3.1 (вредные условия), следовательно, в период с ДД.ММ.ГГГГ(на даты заключения договора и дополнительного соглашения к нему) по ДД.ММ.ГГГГ, истец не был обеспечен СИЗ.

Иного по делу судом не установлено, стороной ответчика в ходе судебного заседания не оспорено.

Работодатель обязан предоставить специальную одежду, обувь и другие средства индивидуальной защиты (СИЗ) для своих работников. 

Работодатель должен обеспечивать их хранение, стирку, сушку, ремонт и замену (ч. 5 ст. 221 Трудового кодекса Российской Федерации).

До 01 сентября 2023 года требования к приобретению, выдаче, применению, хранению и уходу за специальной одеждой, специальной обувью и другими СИЗ устанавливались Межотраслевыми правилами обеспечения работников специальной одеждой, специальной обувью и другими средствами индивидуальной защиты, утвержденными приказом Минздравсоцразвития России от 1 июня 2009 года № 290н.

Приказом Минтруда России от 29 октября 2021 года № 766н утверждены Правила обеспечения работников средствами индивидуальной защиты и смывающими (далее Правила) средствами, которые устанавливают новый порядок обеспечения работников СИЗ и смывающими средствами.

Приказом Минтруда России от 29 октября 2021 № 767н утверждены Единые типовые нормы выдачи средств индивидуальной защиты и смывающих средств (далее Единые типовым нормы), которые устанавливают новые нормы выдачи.

Указанные Правила и Единые типовые нормы вступили в силу с 01 сентября 2023 года и обязательны для всех работодателей (п. 3 Приказа Минтруда России N 766н, п. п. 1, 2, 4 Правил, п. 2 Приказа Минтруда России № 767н).

Частью 1 статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возложены на работодателя.

При этом работодатель обязан обеспечить приобретение и выдачу за счет собственных средств специальной одежды, специальной обуви и других средств индивидуальной защиты, смывающих и обезвреживающих средств, прошедших обязательную сертификацию или декларирование соответствия в установленном законодательством Российской Федерации о техническом регулировании порядке, в соответствии с установленными нормами работникам, занятым на работах с вредными и (или) опасными условиями труда, а также на работах, выполняемых в особых температурных условиях или связанных с загрязнением (абзац 6 части 2 статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации).

Частями первой и третьей статьи 221 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что на работах с вредными и (или) опасными условиями труда, а также на работах, выполняемых в особых температурных условиях или связанных с загрязнением, работникам бесплатно выдаются прошедшие обязательную сертификацию или декларирование соответствия специальная одежда, специальная обувь и другие средства индивидуальной защиты, а также смывающие и (или) обезвреживающие средства в соответствии с типовыми нормами, которые устанавливаются в порядке, определяемом Правительством Российской Федерации.

В силу пункта 34 указанных Правил ответственность за своевременную и в полном объеме выдачу работникам прошедших в установленном порядке сертификацию или декларирование соответствия средств индивидуальной защиты в соответствии с типовыми нормами, за организацию контроля за правильностью их применения работниками, а также за хранение и уход за средствами индивидуальной защиты возлагается на работодателя (его представителя).

В нарушении вышеуказанных правовых норм, доказательств обеспечения работодателем работника ФИО1 СИЗ в период с ДД.ММ.ГГГГ (дата трудоустройства) по дату выдачи наушников - ДД.ММ.ГГГГ ответчиком суду не представлено. Доказательства износа (замены) СИЗ, акты списания пришедших в негодность СИЗ, материалы дела не содержат.

Таким образом, суд приходит к выводу, что начиная с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (1928 дней) истец ФИО1 осуществлял трудовые функции в условиях воздействия на него вредных производственных факторов по причине того, что работодатель, в нарушение возложенных на него трудовым законодательством обязанностей, не обеспечивал работника в необходимом количестве средствами индивидуальной защиты.

Доводы представителей ответчика о том, что истец ФИО1 должен самостоятельно запросить (затребовать) у работодателя СИЗ для выполнения должностных обязанностей, отклоняются судом как необоснованные. Трудовым законодательством, внутренними локальными актами предприятия закреплена обязанность работодателя обеспечить работнику безопасные условия и охрану труда, в том числе, СИЗ.

Выражая несогласие с доводами истца относительно взыскания компенсации морального вреда в связи с завышенной переработкой рабочего времени при наличии вредных производственных факторов (12-часовая смена при еженедельной и месячной переработки ПДУ-9 часов), ответчиком представлены правила внутреннего трудового распорядка, сменный график выходов истца, Отраслевое тарифное соглашение по угольной промышленности РФ, расчетные листки истца. 

Как следует из положений статьи 135 Трудового кодекса Российской Федерации, заработная плата работнику устанавливается трудовым договором в соответствии с действующими у данного работодателя системами оплаты труда.

Системы оплаты труда, включая размеры тарифных ставок, окладов (должностных окладов), доплат и надбавок компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, системы доплат и надбавок стимулирующего характера и системы премирования, устанавливаются коллективными договорами, соглашениями, локальными нормативными актами в соответствии с трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права.

Условия оплаты труда, определенные трудовым договором, не могут быть ухудшены по сравнению с установленными трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами.

Условия оплаты труда, определенные коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, не могут быть ухудшены по сравнению с установленными трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права.

Обращаясь в суд за защитой прав, ФИО1 указывает, что в периоды осуществления им трудовой деятельности нарушались нормативы рабочего времени смены с предоставлением времени для отдыха и времени для обеда (15 минут недостаточного для полноценного отдыха), предоставлялись искаженные данные по условиям труда (в ДД.ММ.ГГГГ году ООО «ГОФ Анжерская» по запросу профпатологии для составления санитарно-гигиенической характеристики № от ДД.ММ.ГГГГ были поданы недостоверные данные в части указания производственного шума как допустимый (2 класс) за период с ДД.ММ.ГГГГ).

Суд отклоняет доводы истца в данной части заявленных требований ввиду следующего.

Из условий трудового договора следует, что истцу ФИО1 установлен двухсменный режим работы с установленной продолжительностью рабочего времени - 12 часов, в соответствии с утвержденным работодателем графиком работы технологических смен: 1 смена с 08.00 часов до 20.00 часов, 2 смена- с 20.00 часов до 08.00 часов; выходные дни предоставляются в соответствии со сменным графиков выходов, продолжительность ежедневного отдыха между сменами устанавливается не менее двойной продолжительности времени работы в предшествующей отдыху рабочий день (смену) (Т.1 л.д.99).

Дополнительными соглашениями к трудовому договору от ДД.ММ.ГГГГ, а также от ДД.ММ.ГГГГ истцу установлена доплата за работу во вредных условиях труда в размере 4% от размера часовой тарифной ставки (Т.1л.д.101,172), правилами внутреннего трудового распорядка ООО «ГОФ Анжерская» установлена нормальная продолжительность рабочего времени (40 часов в неделю) (п. 6 правил Т.1 л.д.163).

12-ти часовая рабочая смена установлена ФИО1 в соответствии с утвержденным сменным графиком выходов в соответствии с положениями статьи 94 Трудового кодекса Российской Федерации и в соответствии с действующим Отраслевым тарифным соглашением по угольной промышленности РФ.

Кроме того, суд учитывает письменное согласие работника ФИО1, отраженное в Протоколе заседания коллектива смены ФИО1 (председателем которого, в силу своих должностных обязанностей, был сам ФИО1) о сохранении 12-ти часового рабочего дня (Т.2 л.д.61).

Истцу ФИО1 установлен сменный режим работы (по графику, суммированный учет рабочего времени, учетный период месяц).

В материалы дела ответчиком представлены Табели учета использования рабочего времени за период с ДД.ММ.ГГГГ по дату увольнения, со сведения о выходах и количеством отработанных часов (Т.2. л.д. 214-250, Т.3 л.д.1-250, Т.4 л.д.1-128), а также расчетными листками за период работы в ООО «ГОФ Анжерская» (Т.2 л.д.68-141).

Кроме того, Перечнем должностей (приложение № к Правилам внутреннего трудового распорядка) начальнику смены установлен двухсменный режим работы, 12-ти часовая рабочая смена, продолжительность работы в ночное время уравнивается с продолжительностью работы в дневное время, отдых и прием пищи производится на рабочем месте в специально оборудованном помещении и учитываются в рабочее время (Т.1 л.д.186).

Подписью в листе ознакомления ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 подтвердил свое согласие с содержанием локальных нормативных актов, в том числе правилами внутреннего распорядка, положением об оплате труда, должностной инструкции, положением о премировании (таб. №- Т.1 л.д.162, 181).

Частью 4 статьи 91 Трудового кодекса Российской Федерации установлена обязанность работодателя по ведению учета отработанного работниками времени. Для этого предусмотрены унифицированные формы табеля учета рабочего времени (№ Т-12 и № Т-13), утвержденные постановлением Госкомстата России от 5 января 2004 г. № 1. Документом, подтверждающим количество отработанного работником времени, является табель учета рабочего времени, который составляется уполномоченным лицом и является основанием для начисления заработной платы. Табель учета рабочего времени заполняется уполномоченным лицом по структурному подразделению ответчика. 

Табели учета рабочего времени (Т.2. л.д. 214-250, Т.3 л.д.1-250, Т.4 л.д.1-128), соответствующие указанному постановлению и представленные работодателем, подтверждают факт работы истца в пределах нормальной продолжительности рабочего времени в соответствии с условиями трудового договора и Правилами внутреннего трудового распорядка.

Принимая во внимание отсутствие документального подтверждения работы истца более 40-часов в неделю, а также того факта, что заявлений, обращений, каких-либо возражений к работодателю в период работы от истца (с ДД.ММ.ГГГГ по дату разрешения спора) относительно правильности учета и оплаты отработанного времени не поступало, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения требований истца в части взыскания компенсации морального вреда в связи с завышенной переработкой рабочего времени.

Также не подлежат удовлетворению требования истца ФИО1 о взыскании компенсации морального вреда в связи с нарушением работодателем пункта 2.20 трудового договора № о полной достоверной информации об условиях труда, несвоевременным ознакомлением с изменениями условий труда (о протоколе от ДД.ММ.ГГГГ года узнал в ДД.ММ.ГГГГ году из санитарно-гигиенической характеристики), отсутствием подписи работника в картах аттестации рабочего места и в дополнительных соглашениях к трудовому договору, как необоснованно заявленные, ввиду следующего.

Пунктом 2.20 трудового договора от ДД.ММ.ГГГГ № предусмотрено право работника на полную достоверную информацию об условиях труда и требованиях охраны труда на рабочем месте, включая реализацию прав, предоставленных законодательством о специальной оценке условий труда (Т.1 л.д.98).

В силу абзаца одиннадцатого части 2 статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан обеспечить проведение специальной оценки условий труда в соответствии с законодательством о специальной оценке условий труда.

Отношения, возникающие в связи с проведением специальной оценки условий труда, а также с реализацией обязанности работодателя по обеспечению безопасности работников в процессе их трудовой деятельности и прав работников на рабочие места, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда, регулируются Федеральным законом от 28 декабря 2013 года № 426-ФЗ «О специальной оценке условий труда», вступившим в силу с 1 января 2014 года (далее также - Федеральный закон от 28 декабря 2013 года № 426-ФЗ).

Специальная оценка условий труда является единым комплексом последовательно осуществляемых мероприятий по идентификации вредных и (или) опасных факторов производственной среды и трудового процесса и оценке уровня их воздействия на работника с учетом отклонения их фактических значений от установленных уполномоченным Правительством Российской Федерации федеральным органом исполнительной власти нормативов (гигиенических нормативов) условий труда и применения средств индивидуальной и коллективной защиты работников (часть 1 статьи 3 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 426-ФЗ).

По результатам проведения специальной оценки условий труда устанавливаются классы (подклассы) условий труда на рабочих местах (часть 2 статьи 3 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 426-ФЗ).

В соответствии с частью 1 статьи 8 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 426-ФЗ обязанности по организации и финансированию проведения специальной оценки условий труда возлагаются на работодателя.

Специальная оценка условий труда проводится совместно работодателем и организацией или организациями, соответствующими требованиям статьи 19 названного федерального закона, привлекаемыми работодателем на основании гражданско-правового договора (часть 2 статьи 8 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 426-ФЗ).

Согласно статье 5 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 426-ФЗ работник вправе: присутствовать при проведении специальной оценки условий труда на его рабочем месте (пункт 1 части 1 статьи 5 закона), обращаться к работодателю, его представителю, организации, проводящей специальную оценку условий труда, эксперту организации, проводящей специальную оценку условий труда, с предложениями по осуществлению на его рабочем месте идентификации потенциально вредных и (или) опасных производственных факторов и за получением разъяснений по вопросам проведения специальной оценки условий труда на его рабочем месте (пункт 2 части 1 статьи 5 закона), обжаловать результаты проведения специальной оценки условий труда на рабочем месте в соответствии со статьей 26 названного закона (пункт 3 части 1 статьи 5 Закона).

В период работы истца и на дату составления санитарно-гигиенической характеристики условий труда работника при подозрении у него профессионального заболевания (

<

данные изъяты>) ДД.ММ.ГГГГ (Т.1 л.д.12) действовало «Положение о расследовании и учете профессиональных заболеваний», утвержденное постановлением Правительства РФ от 15 декабря 2000 года № 967.

Приказом Минздрава Российской Федерации от 28 мая 2001 года № 176 «О совершенствовании системы расследования и учета профессиональных заболеваний в Российской Федерации» утверждены, в том числе, форма санитарно-гигиенической характеристики условий труда работника при подозрении у него профессионального заболевания (отравления) (Приложение № 2), Инструкция о порядке применения Положения о расследовании и учете профессиональных заболеваний, утвержденного постановлением Правительства Российской Федерации от 15 декабря 2000 года № 967 (Приложение № 6).

Согласно пункту 1.6 Приложения № оформление санитарно - гигиенической характеристики условий труда работника при подозрении у него профессионального заболевания (отравления) осуществляется в соответствии с Инструкцией по составлению санитарно - гигиенической характеристики условий труда при подозрении у него профессионального заболевания (отравления).

Приказом Роспотребнадзора от 31 марта 2008 года № 103 утверждена Инструкция по составлению санитарно-гигиенической характеристики условий труда работника при подозрении у него профессионального заболевания (далее по тексту Инструкция).

Согласно пункту 1.7 Инструкции от 28 мая 2001 года № 176 при несогласии работодателя (его представителя, работника) с санитарно-гигиенической характеристикой условий труда работника он вправе, письменно изложив свои возражения, приложить их к санитарно-гигиенической характеристике, а также направить апелляцию в вышестоящее по подчиненности учреждение госсанэпиднадзора в срок не позднее 1 месяца со дня ее получения.

Судом установлено, что ДД.ММ.ГГГГ работодателем ООО «ГОФ Анжерская» был заключен договор № по проведению специальной оценки условий труда (Т.1 л.д.212), отчет о проведении был утвержден ДД.ММ.ГГГГ (Т.1 л.д. 204).

В отношении рабочего место начальника смены ФИО1 была составлена карта № специальной оценки условий труда, с которой истец был ознакомлен ДД.ММ.ГГГГ (Т.1 л.д.201-203), то есть в срок, предусмотренный частью 6 статьи 15 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 426-ФЗ (не позднее 30 календарных дней со дня утверждения отчета о проведении оценки).

Договор № на следующую оценку условий труда был заключен ДД.ММ.ГГГГ (Т.1 л.д.187) и отчет о ее проведении был утвержден ДД.ММ.ГГГГ (Т.1 л.д.198). На рабочее место работника составлена карта №, с которой ФИО1 ознакомлен ДД.ММ.ГГГГ (Т.1 л.д.102-103).

Исходя из полученных по результатам проведения специальных оценок условий труда, определен класс условий труда на рабочем месте по вредным (опасным) факторам - 3.1 (Т.1 л.д.202).

При этом, в материалы дела истцом не представлено доказательств в соответствии со статьей 26 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 426-ФЗ о разногласиях по вопросам проведения специальной оценки условий труда, о несогласии с результатами проведения специальной оценки условий труда на его рабочем месте, а также жалоб работодателя на действия (бездействие) организации, проводящей специальную оценку условий труда, как не представлено доказательств не ознакомления с результатами специальных оценок условий труда.

Кроме того, суд принимает во внимание, что истец не оспаривал содержание санитарно - гигиенической характеристики условий труда, соответствующих жалоб после ее получения не предъявлял.

Не согласие истца с противоречиями определения уровня шума 3.1 в карте аттестации рабочего места по условиям труда № (Т.2 л.д. 165-187) с уровнем шума 3.2. в карте аттестации № (Т.2 л.д.188-212), не влекут нарушение его прав работодателем ООО «ГОФ Анжерская» по искажению данных для составления уполномоченным органом санитарно-гигиенической характеристики условий труда, поскольку замер уровня шума и передача данных в отдел Роспотребнадзора производилась прежнем работодателем истца ООО ОФ «Анжерская», а не настоящим ответчиком ООО «ГОФ Анжерская». Кроме того, карта аттестации № составлена в отношении мастера участка, а карта аттестации № – в отношении начальника смены. 

При этом, из сопроводительной территориального отдела Роспотребнадзора в г. Анжеро-Судженске, Ижморском и Яйском районах от ДД.ММ.ГГГГ № усматривается, что у работодателя ООО «ГОФ Анжерская» была запрошена производственная характеристика и данные по уровню звука на рабочем месте ФИО1 в период с ДД.ММ.ГГГГ по настоящее время (ДД.ММ.ГГГГ) (Т.4 л.д.130). Из сопроводительной № от ДД.ММ.ГГГГ следует, что работодатель ООО «ГОФ Анжерская» предоставил запрашиваемые территориальным органом Роспотребнадзора документы в полном объеме (Т.4 л.д.131).

Учитывая вышеизложенное, суд не усматривает нарушение прав истца работодателем в данной части - на искажение данных в уровнях шума указанного в картах аттестации №.

При этом, суд полагает необходимым разъяснить истцу, что он не лишен возможности в установленном законом порядке обратиться в компетентные органы с учетом определенной последовательности действий для установления (отсутствия) у него профессионального заболевания, а в настоящем споре (с учетом позиции истца) были рассмотрены исковые требования, связанные с ненадлежащим исполнением работодателем обязанностей по созданию работнику надлежащих условий труда.

Доводы ответчика о пропуске истцом срока для обращения в суд отклоняются судом как необоснованные.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» на требования о компенсации морального вреда, вытекающие из нарушения личных неимущественных прав и других нематериальных благ, исковая давность не распространяется, кроме случаев, предусмотренных законом (абзац второй статьи 208 Гражданского кодекса Российской Федерации).

На требования о компенсации морального вреда, вытекающие из нарушения имущественных или иных прав, для защиты которых законом установлена исковая давность или срок обращения в суд, распространяются сроки исковой давности или обращения в суд, установленные законом для защиты прав, нарушение которых повлекло причинение морального вреда. Например, требование о компенсации морального вреда, причиненного работнику нарушением его трудовых прав, может быть заявлено в суд одновременно с требованием о восстановлении нарушенных трудовых прав (с соблюдением установленных сроков обращения в суд с требованием о восстановлении нарушенных трудовых прав) либо в течение трех месяцев после вступления в законную силу решения суда, которым эти права были восстановлены полностью или частично (часть третья статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации).

При пропуске по уважительным причинам сроков, установленных частями 1, 2 и 3 статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации, они могут быть восстановлены судом (часть 4 статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации).

В абзаце пятом пункта 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» разъяснено, что в качестве уважительных причин пропуска срока обращения в суд могут расцениваться обстоятельства, препятствовавшие данному работнику своевременно обратиться с иском в суд за разрешением индивидуального трудового спора (например, болезнь истца, нахождение его в командировке, невозможность обращения в суд вследствие непреодолимой силы, необходимость осуществления ухода за тяжелобольными членами семьи).

Из норм трудового законодательства и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что работникам, не реализовавшим свое право на обращение в суд в установленный законом срок по уважительным причинам, этот срок может быть восстановлен в судебном порядке. Перечень уважительных причин, при наличии которых пропущенный срок для обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора может быть восстановлен судом, законом не установлен. Приведенный в постановлениях Пленума Верховного Суда Российской Федерации перечень уважительных причин пропуска срока обращения в суд исчерпывающим не является.

В качестве уважительных причин пропуска срока истец сослался на свою юридическую неграмотность.

Суд находит указанную истцом причину пропуска обращения в суд с требованиями о взыскании компенсации морального вреда уважительной, кроме того, суд учитывает, что работник в трудовом споре является экономически более слабой стороной, чем работодатель.

Таким образом, суд приходит к выводу о наличии у работника уважительных причин пропуска срока на обращение в суд.

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Как следует из разъяснений, изложенных в абзаце третьем пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

В пункте 12 данного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации указано, что обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (статьи 151, 1064, 1099 и 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Потерпевший - истец по делу о компенсации морального вреда должен доказать факт нарушения его личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, а также то, что ответчик является лицом, действия (бездействие) которого повлекли эти нарушения, или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Вина в причинении морального вреда предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в причинении вреда доказывается лицом, причинившим вред (пункт 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Из приведенных положений закона и разъяснений Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что право на надлежащие условия труда для выполнения возложенных трудовых обязанностей неразрывно связано с правом на здоровье и безопасность человека трудиться и относится к неимущественным правам, нарушение которых влечет право на компенсацию морального вреда на основании статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Отсутствие заболевания или иного повреждения здоровья, находящегося в причинно-следственной связи с физическими или нравственными страданиями потерпевшего, само по себе не является основанием для отказа в иске о компенсации морального вреда.

Определение конкретного размера денежной компенсации морального вреда является оценочной категорией, определяемой судом.

Определив юридически значимые обстоятельства по делу, оценив представленные по делу доказательства в их совокупности и взаимной связи в соответствии со статьей 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, установив факт нарушения ответчиком прав истца ФИО1 на своевременное обеспечение СИЗ, а также на надлежащую организацию работодателем условий труда на производстве, учитывая обстоятельства причинения морального вреда и длительность нарушения трудовых прав истца (5 лет), фактические обстоятельства дела, характер нарушения трудовых прав, принимая во внимание требования разумности и справедливости, суд приходит к выводу о том, что с ответчика ООО «ГОФ Анжерская» в пользу истца ФИО1 подлежит взысканию компенсация морального вреда в размере 25 000 рублей.

Указанную сумму компенсации морального вреда суд нашел разумной и справедливой с учетом всех обстоятельств, установленных по делу, обеспечивающей баланс интересов сторон.

Согласно части 1 статьи 88 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

В соответствии с пунктом 2 статьи 88 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации размер и порядок уплаты государственной пошлины устанавливаются федеральными законами о налогах и сборах.

Частью первой статьи 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации установлено, что издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина - в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.

При этом, исходя из абзаца третьего подпункта 3 пункта 1 статьи 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации, взысканию с ответчика подлежит государственная пошлина в размере 3 000 рублей, от уплаты которой при подаче искового заявления истец был освобожден.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 ФИО11 к обществу с ограниченной ответственностью «ГОФ Анжерская» о компенсации морального вреда в связи с ненадлежащими условиями труда удовлетворить частично.

Взыскать с ООО «ГОФ Анжерская» (ИНН №, ОГРН № в пользу ФИО1 ФИО12, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца 

<

адрес> (паспорт гражданина РФ серии № выдан ДД.ММ.ГГГГ 

<

данные изъяты>) компенсацию морального вреда в размере 25 000 (двадцать пять тысяч) рублей, в удовлетворении исковых требований в большем размере - отказать.

Взыскать с ООО «ГОФ Анжерская» (ИНН №, ОГРН №) в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 3 000 рублей.

Решение может быть обжаловано в Кемеровский областной суд в течение одного месяца со дня изготовления ДД.ММ.ГГГГ мотивированного решения, путем подачи апелляционной жалобы через Рудничный районный суд г.Кемерово.

Председательствующий: /подпись/