Мотивированное 

апелляционное определение

 изготовлено 03 февраля 2026 года

УИД: 66RS0006-01-2025-004097-49

Дело № 33-1527/2026 (33-17879/2025)

2-4631/2025

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Екатеринбург

28 января 2026 года

Судебная коллегия по гражданским делам Свердловского областного суда в составе председательствующего Зоновой А.Е.

судей Хрущевой О.В., Редозубовой Т.Л.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Евстафьевой М.М.

рассмотрела в открытом судебном заседании в порядке апелляционного производства гражданское дело по иску Федеральной службы судебных приставов России к ФИО1 о взыскании ущерба в порядке регресса

по апелляционной жалобе истца на решение Орджоникидзевского районного суда г. Екатеринбурга от 29 октября 2025 года,

Заслушав доклад судьи Редозубовой Т.Л., судебная коллегия

установила:

Федеральная служба судебных приставов России обратилась с иском к ФИО1 о взыскании ущерба в порядке регресса.

В обоснование иска ссылалась на то, что в судебном порядке удовлетворены исковые требования ООО «Горное дело» к Федеральной службе судебных приставов Российской Федерации о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами; с Российской Федерации в лице Федеральной службы судебных приставов за счет казны Российской Федерации в пользу ООО «Горное дело» взысканы убытки в размере 1 364 508 руб. 47 коп. При этом установлен факт незаконных действий ответчика относительно исполнения судебного постановления.

Во исполнение решения суда согласно платежному поручению от 07 марта 2024 года № 691531 за счет казны Российской Федерации выплачены денежные средства в размере 1367508 руб. 47 коп.

На основании изложенного истец просил взыскать с ответчика ФИО1 в пользу Российской Федерации в лице Федеральной службы судебных приставов России ущерб в порядке регресса в размере 1367508 руб. 47 коп.

Решением Орджоникидзевского районного суда г. Екатеринбурга от 29 октября 2025 года в удовлетворении заявленных исковых требований отказано.

В апелляционной жалобе истец просит решение суда отменить, принять по делу новое решение об удовлетворении заявленных требований. Ссылается на неправильное применение судом норм материального права. В обоснование жалобы указывает, что вина ответчика в причинении ущерба в заявленном размере доказана.

В возражениях на апелляционную жалобу ответчик ФИО1 указывает о законности и обоснованности решения суда.

Стороны в заседание суда апелляционной инстанции не явились, извещены о дате, времени и месте рассмотрения дела надлежащим образом (посредством почтового отправления 14 января 2026 года); одновременно информация о слушании дела заблаговременно размещена на сайте Свердловского областного суда. Ходатайств об отложении дела не представлено, равно как и сведений об уважительных причинах неявки.

С учетом положений ст.167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия сочла возможным рассмотреть дело в отсутствие сторон.

Изучив материалы дела, проверив законность и обоснованность обжалуемого решения согласно требованиям ст.327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, исходя из доводов апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к следующему.

Как установлено судом и следует из материалов дела, в производстве Арбитражного суда Свердловской области находилось дело по иску Г к Российской Федерации в лице Федеральной службы судебных приставов России о возмещении ущерба в размере 1364508 руб. 47 коп (дело № А60-55339/2022).

В соответствии с решением Арбитражного суда Свердловской области от 26 апреля 2023 года в удовлетворении иска отказано.

На основании постановления Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 31 июля 2023 года, оставленным без изменения Арбитражным судом Уральского округа 02 ноября 2023 года, вышеуказанное решение от 26 апреля 2023 года отменено.

Судом апелляционной инстанции удовлетворены исковые требования Г к Федеральной службе судебных приставов Российской Федерации о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами. С Российской Федерации в лице Федеральной службы судебных приставов за счет казны Российской Федерации в пользу Г взысканы убытки в размере 1364 508 руб. 47 коп., расходы на уплату государственной пошлины - 3000 руб.

Семнадцатым арбитражным апелляционным судом установлено, что постановлением судебного пристава-исполнителя ФИО1 от 08 февраля 2022 года о возбуждении исполнительного производства № 12378/22/66021 определено, что предметом исполнения является основной долг в размере 575000 руб., неустойка в размере 39315 руб., начисления за период с 01 апреля 2020 года по 08 июня 2021 года, с продолжением ее начисления на сумму основного долга, начиная с 09 июня 2021 года до момента фактического исполнения обязательства по оплате по ставке 0,1% за каждый день просрочки.

Постановлением судебного пристава-исполнителя от 17 августа 2022 года о возбуждении исполнительного производства № 

<

№> установлено, что предметом исполнения является: основной долг в размере 3756074 руб. 98 коп., неустойка за период с 10 января 2021 года по 28 марта 2022 года в размере 878921 руб. 54 коп., с продолжением ее начисления в размере 0,3% на сумму долга (3756074 рубля 98 коп.) за каждый день просрочки, начиная с 29 марта 2022 года по день фактической оплаты долга.

22 августа 2022 года на расчетный счет должника в АО «Альфа-Банк» 

<

№> поступили денежные средства в размере 7043105 руб. 20 коп.

Постановлением судебного пристава-исполнителя от 25 августа 2022 года исполнительные производства объединены в одно сводное исполнительное производство с присвоением номера 12378/22/66021-СД. В рамках указанного сводного исполнительного производства судебным приставом-исполнителем вынесены постановления об обращении взыскания на денежные средства, исходя из общей суммы задолженности по исполнительным документам, в размере 7214999 руб. 59 коп. на 23 августа 2022 года.

Судебный пристав-исполнитель произвел расчет неустойки по исполнительному производству 

<

№> на сумму основного долга в размере 575000 руб. по ставке 0,1% за период с 09 июня 2021 года по 23 августа 2022 года, установив, что ее размер в пользу Ш составляет 253000 руб., а также произвел расчет неустойки по исполнительному производству 

<

№>-ИП на сумму основного долга в размере 3756074 руб. 98 коп. по ставке 0,3% за период с 29 марта 2021 года по 23 августа 2022 года, установив, что ее размер в пользу Т составляет 1656429 руб. 07 коп.

Однако расчет неустойки произведен судебным приставом-исполнителем с нарушением закона, арифметически неверно. Неправильный расчет произведен в результате включения периода для начисления с 01 апреля 2022 года по 23 августа 2022 года в период действия моратория, установленного Постановлением Правительства Российской Федерации от 28 марта 2022 года № 497 «О введении моратория на возбуждение дел о банкротстве по заявлениям, подаваемым кредиторами».

Во исполнение решения суда в соответствии с платежным поручением от 07 марта 2024 года № 691531 за счет казны Российской Федерации выплачены денежные средства в размере 1367508 руб. 47 коп.

Разрешая спор, суд первой инстанции руководствовался положениями ст.ст. 232, 238, 241, 242, 243 Трудового кодекса Российской Федерации, ст. 1069, 1081 Гражданского кодекса Российской Федерации, Федерального закона от 21 июля 1997 года № 118-ФЗ «Об органах принудительного исполнения Российской Федерации», ч.4 ст.392 Трудового кодекса Российской Федерации, оценив представленные в материалы дела доказательства, пришел к выводу о том, что не установлена совокупность условий для привлечения сотрудника в материальной ответственности.

Судебная коллегия с указанным выводом суда соглашается, поскольку он основан на фактических обстоятельствах дела и требованиям действующего законодательства не противоречит.

Согласно пункту 2 статьи 3 Федерального закона от 21 июля 1997 года № 118-ФЗ «О судебных приставах» судебный пристав является должностным лицом, состоящим на государственной службе.

Судебные приставы в своей деятельности руководствуются Конституцией Российской Федерации, международными договорами Российской Федерации, данным Федеральным законом, Федеральным законом «Об исполнительном производстве» и другими федеральными законами, а также принятыми в соответствии с ними иными нормативными правовыми актами (статья 2 Федерального закона «О судебных приставах»).

Ущерб, причиненный судебным приставом гражданам и организациям, подлежит возмещению в порядке, предусмотренном гражданским законодательством Российской Федерации (пункт 3 статьи 19 Федерального закона «О судебных приставах»).

Правовые, организационные и финансово-экономические основы государственной гражданской службы Российской Федерации установлены Федеральным законом от 27 июля 2004 года № 79-ФЗ «О государственной гражданской службе Российской Федерации».

На основании статьи 73 Федерального закона «О государственной гражданской службе Российской Федерации» федеральные законы, иные нормативные правовые акты Российской Федерации, законы и иные нормативные правовые акты субъектов Российской Федерации, содержащие нормы трудового права, применяются к отношениям, связанным с гражданской службой, в части, не урегулированной этим Федеральным законом.

Между тем Федеральным законом «О государственной гражданской службе Российской Федерации» и Федеральным законом «О судебных приставах» не определены основания, порядок и виды материальной ответственности государственных гражданских служащих за ущерб, причиненный нанимателю, в том числе при предъявлении регрессных требований в связи с возмещением вреда, вследствие чего к спорным отношениям подлежат применению нормы Трудового кодекса Российской Федерации о материальной ответственности работника.

Аналогичные положения предусмотрены в ч.4 ст.15 Федерального закона от 01 октября 2019 года № 328-ФЗ «О службе в органах принудительного исполнения Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации».

Таким образом, судом правомерно указано, что специальным законодательством не определены основания, порядок и виды материальной ответственности сотрудников органов принудительного исполнения за ущерб, причиненный нанимателю, в том числе при предъявлении регрессных требований в связи с возмещением вреда, а потому в силу положений ч.2 ст.3, ч.4 ст.15 Федерального закона от 01 октября 2019 года № 328-ФЗ к спорным правоотношениям, подлежат применению федеральные законы, иные нормативные правовые акты Российской Федерации, законы и иные нормативные правовые акты субъектов Российской Федерации, содержащие нормы трудового права.

Статьей 238 Трудового кодекса Российской Федерации установлено, что работник обязан возместить работодателю причиненный ему прямой действительный ущерб. Неполученные доходы (упущенная выгода) взысканию с работника не подлежат. Под прямым действительным ущербом понимается реальное уменьшение наличного имущества работодателя или ухудшение состояния указанного имущества (в том числе имущества третьих лиц, находящегося у работодателя, если работодатель несет ответственность за сохранность этого имущества), а также необходимость для работодателя произвести затраты либо излишние выплаты на приобретение, восстановление имущества либо на возмещение ущерба, причиненного работником третьим лицам.

Материальная ответственность работника исключается в случаях возникновения ущерба вследствие непреодолимой силы, нормального хозяйственного риска, крайней необходимости или необходимой обороны либо неисполнения работодателем обязанности по обеспечению надлежащих условий для хранения имущества, вверенного работнику (ст. 239 Трудового кодекса Российской Федерации).

Статьей 241 Трудового кодекса Российской Федерации определено, что за причиненный ущерб работник несет материальную ответственность в пределах своего среднего месячного заработка, если иное не предусмотрено Кодексом или иными федеральными законами.

Материальная ответственность в полном размере причиненного ущерба может возлагаться на работника лишь в случаях, предусмотренных Кодексом или иными федеральными законами (ч.2 ст.242 Трудового кодекса Российской Федерации).

Из приведенных нормативных положений следует, что основным видом материальной ответственности работника за ущерб, причиненный работодателю, является ограниченная материальная ответственность, которая заключается в обязанности работника возместить причиненный работодателю прямой действительный ущерб, но не свыше установленного законом максимального предела, определяемого в соотношении с размером получаемой им заработной платы. Таким максимальным пределом является средний месячный заработок работника.

Правило об ограниченной материальной ответственности работника в пределах его среднего месячного заработка применяется во всех случаях, кроме тех, в отношении которых Трудовым кодексом Российской Федерации или иным федеральным законом прямо установлена более высокая материальная ответственность работника, в частности полная материальная ответственность.

Положения ст. 243 Трудового кодекса Российской Федерации, предусматривают случаи наступления для работника материальной ответственности в полном размере причиненного ущерба, к каковым относятся: когда в соответствии с данным кодексом или иными федеральными законами на работника возложена материальная ответственность в полном размере за ущерб, причиненный работодателю при исполнении работником трудовых обязанностей, недостачи ценностей, вверенных ему на основании специального письменного договора или полученных им по разовому документу; умышленного причинения ущерба; причинения ущерба в состоянии алкогольного, наркотического или иного токсического опьянения; причинения ущерба в результате преступных действий работника, установленных приговором суда; причинения ущерба в результате административного правонарушения, если таковое установлено соответствующим государственным органом; разглашения сведений, составляющих охраняемую законом тайну (государственную, служебную, коммерческую или иную), в случаях, предусмотренных федеральными законами; причинения ущерба не при исполнении работником трудовых обязанностей.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п.8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 16 ноября 2006 года № 52 при рассмотрении дела о возмещении причиненного работодателю прямого действительного ущерба в полном размере работодатель обязан представить доказательства, свидетельствующие о том, что в соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации либо иными федеральными законами работник может быть привлечен к ответственности в полном размере причиненного ущерба и на время его причинения достиг восемнадцатилетнего возраста, за исключением случаев умышленного причинения ущерба либо причинения ущерба в состоянии алкогольного, наркотического или иного токсического опьянения, либо если ущерб причинен в результате совершения преступления или административного проступка, когда работник может быть привлечен к полной материальной ответственности до достижения восемнадцатилетнего возраста (ст.242 Трудового кодекса Российской Федерации).

Предусмотренных Трудовым кодексом Российской Федерации либо иными федеральными законами оснований для возложения на ФИО1 материальной ответственности как в полном, так и в ограниченном размерах, судебная коллегия по материалам дела не находит, исходя из следующего.

Во исполнение приведенных выше норм в отношении позиции истца о наличии оснований для привлечения ответчиков к материальной ответственности, подлежит применению повышенный стандарт доказывания обстоятельств, свидетельствующих о противоправности поведения ФИО1, неисполнении ей своих служебных обязанностей, причинения прямого действительного ущерба, причинной связи между ее поведением и наступившим ущербом, размером такого ущерба.

Исходя из требований ст.ст. 232, 233, 238, 239 Трудового кодекса Российской Федерации, разъяснений, содержащихся в п. 4 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 16 ноября 2006 года № 52, именно на работодателе (нанимателе) лежит обязанность доказать перечисленные выше обстоятельства, имеющие существенное значение для правильного разрешения дела о возмещении ущерба работником (сотрудником).

Из установленных по делу обстоятельств следует, что совокупность условий для наступления материальной ответственности ФИО1 отсутствует.

Инициируя обращение в суд, истец ссылался на то, что факт незаконных действий ответчика подтвержден вступившим в законную силу постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 31 июля 2023 года.

Указывая на наличие оснований для привлечения ФИО1 к материальной ответственности, органом принудительного исполнения не учтено, что в силу императивных положений ст.247 Трудового кодекса Российской Федерации до принятия решения о возмещении ущерба конкретным сотрудником наниматель обязан провести проверку для установления размера причиненного ущерба и причин его возникновения.

Судебная коллегия отмечает, что в нарушение ст. 56 Гражданского процессуального кодекса РФ стороной истца таких доказательств не представлено. Обязанности, предусмотренные ст. 247 Трудового кодекса Российской Федерации, не выполнены истцом. Им не установлены обстоятельства, при которых допущено ненадлежащее исполнение должностных обязанностей ответчиком, причины, по которым ответчик не имел возможности надлежащим образом исполнить обязанности (действия или бездействия других лиц, объективные обстоятельства, не зависящие от ответчика и т.д.). Объяснения от ответчика относительно невыполнения им (ненадлежащего выполнения) должностных обязанностей, не истребовались.

Ссылки апеллянта на возможность безусловного взыскания с ответчика материального ущерба, исходя из положений ст. 1069, п. 3.1 ст. 1081 Гражданского кодекса Российской Федерации, основаны на ошибочной трактовке норм материального права, регулирующих спорные правоотношения, в том числе законодательства о труде Российской Федерации, неверной оценке фактических обстоятельств дела.

Сам по себе факт наличия вступивших в законную силу решений, которыми установлены обстоятельства неправомерности действий судебного пристава-исполнителя, повлекших за собой необходимость возмещения вреда за счет казны Российской Федерации, не освобождают ФССП России от обязанности провести проверку для установления размера причиненного ущерба должностного лица.

Кроме того, суд пришел к правильному выводу о пропуске срока обращения в суд, что является самостоятельным основанием для отказа в иске.

Учитывая изложенное, решение суда следует признать законным и обоснованным, оснований для его отмены по доводам апелляционной жалобы не имеется, поскольку разрешая заявленные требования, суд правильно определил юридически значимые обстоятельства, дал надлежащую правовую оценку представленным в материалы дела доказательствам и постановил решение в соответствии с требованиями норм материального и процессуального права.

Иных доводов, которые бы имели правовое значение для разрешения спора и нуждались в проверке, апелляционная жалоба не содержит.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в соответствии с ч. 4 ст. 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены решения суда первой инстанции, судебная коллегия по материалам дела не усматривает.

Руководствуясь ст. ст. 327, 327.1, п. 1 ст. 328, ст. 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Орджоникидзевского районного суда г. Екатеринбурга от 29 октября 2025 года оставить без изменения, апелляционную жалобу истца – без удовлетворения.

Председательствующий А.Е. Зонова

Судьи О.В. Хрущева

Т. Л. Редозубова