77RS0012-02-2024-021396-67

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

27 июня 2025 года город Москва

Кузьминский районный суд г. Москвы в составе судьи Соколовой Е.Т., при помощнике судьи Дымант А.А., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-444/2025 по иску Кузьминского межрайонного прокурора города Москвы в интересах субъекта Российской Федерации в лице Департамента городского имущества города Москвы к ФИО1 об истребовании имущества из незаконного владения,

установил:

Кузьминский межрайонный прокурор г. Москвы, действуя в интересах субъекта Российской Федерации города Москвы в лице Департамента городского имущества города Москвы, обратился с иском к ФИО1 об обращении принадлежащего ответчику имущества в виде жилых помещений по адресам: г. Москва, ***; г. Москва, *** в доход субъекта РФ в лице ДГИ г. Москвы в связи с выявлением фактов коррупционной деятельности ФИО1

В обоснование заявленного иска истец указал, что ФИО1 является фигурантом уголовного дела, связанного с мошенническими действиями в отношении жилых помещений в городе Москве. На момент совершения преступления ФИО1 являлся участковым уполномоченным милиции ОВД района Выхино города Москвы. 16.11.2005 ФИО1 осужден приговором Кузьминского районного суда города Москвы за совершение преступления, предусмотренного ч.2 ст. 159 УК РФ. По мнению истца, ответчик приобрел права собственности на имущество в результате совершения коррупционного преступления, в связи с чем к нему подлежит применению механизм обращения в доход государства имущества, полученного коррупционным путем.

Представитель процессуального истца – помощник Кузьминского районного прокурора г. Москвы Золотарева М.С. в судебное заседание явилась, требования поддержала. 

Ответчик ФИО1 в судебное заседание явился, представитель ответчика по доверенности ФИО2 в судебное заседание явилась, в дело предоставлены возражения на иск, в которых ответчик с иском не согласен, также заявил о пропуске истцом срока исковой давности.

Представители Управления Росреестра по г. Москве, Территориального управления Федерального агентства по управлению государственным имуществом в городе Москве в судебное заседание не явились, о дате, времени и месте рассмотрения дела извещены своевременно надлежащим образом.

Выслушав истца, ответчика ФИО1, его представителя, исследовав материалы дела, суд не находит оснований для удовлетворения заявленных требований.

В Законе о противодействии коррупции перечислены составы преступлений, относящихся к коррупционным. Такие составы объединяют, помимо прочего, такие признаки как специальный субъект - физическое лицо, использующее свое должностное положение вопреки законным интересам общества и государства; связь деяния со служебным положением субъекта.

Указанием Генпрокуратуры России № 462/11, МВД России № 2 от 25.06.2024 «О введении в действие перечней статей Уголовного кодекса Российской Федерации, используемых при формировании статистической отчетности» утвержден Перечень № 23 коррупционных преступлений (согласно терминологии, применяемой в данном документе, - «преступлений коррупционной направленности»), а также критерии отнесения преступлений к числу коррупционных. Согласно данному перечню, к преступлениям коррупционной направленности относятся противоправные деяния, имеющие все перечисленные ниже признаки:

- наличие надлежащих субъектов уголовно наказуемого деяния, к которым относятся должностные лица, указанные в примечаниях к ст. 285 УК РФ, лица, выполняющие управленческие функции в коммерческой или иной организации, действующие от имени юридического лица, а также в некоммерческой организации, не являющейся государственным органом, органом местного самоуправления, государственным или муниципальным учреждением, указанные в примечаниях к ст. 201 УК РФ;

- связь деяния со служебным положением субъекта, отступлением от его прямых прав и обязанностей;

- обязательное наличие у субъекта корыстного мотива (деяние связано с получением им имущественных прав и выгод для себя или для третьих лиц);

- совершение преступления только с прямым умыслом.

Исключением являются преступления, хотя и не отвечающие указанным требованиям, но относящиеся к коррупционным в соответствии с ратифицированными Российской Федерацией международно-правовыми актами и национальным законодательством, а также связанные с подготовкой условий для получения должностным лицом, государственным служащим и муниципальным служащим, а также лицом, выполняющим управленческие функции в коммерческой или иной организации, выгоды в виде денег, ценностей, иного имущества или услуги имущественного характера, иных имущественных прав либо незаконного представления такой выгоды.

В указанном Перечне № 23 также перечислены составы преступлений, относящиеся к перечню коррупционных преступлений без дополнительных условий/с дополнительными условиями, а также с иными существенными оговорками и характеристиками.

В указанном перечне коррупционных преступлений отсутствует состав преступления, предусмотренный ч.2 ст. 159 УК РФ, по которой ФИО1 был привлечен к уголовной ответственности.

В Приговоре Кузьминского районного суда г. Москвы от 16.11.2005 г. совершенные ответчиком деяния получили уголовно-правовую оценку и квалифицированы по ч.2 ст. 159 УК РФ. Кроме того, как указано в данном Приговоре, органы предварительного следствия предъявляли подсудимому ФИО1 обвинение в совершении мошенничества с использованием своего служебного положения, однако оно не нашло своего подтверждения в ходе судебного разбирательства. Следствием не доказан факт, что при совершении мошенничества, ФИО1 каким-нибудь образом действовал как действующий сотрудник милиции, а не как обычный гражданин. Лишь одна квартира, из пяти вменяемых следствием, находилась на территории, обслуживаемой участковым ФИО1. Да и по данному факту, никак не усматривается в чем именно, ФИО1 мог использовать свое служебное положение. Таким образом, суд пришел к выводу, что данный квалифицирующий признак вменен ФИО1 необоснованно. Суд пришел к выводу, что действия подсудимых должны квалифицироваться по ст. 159 ч.2 УК РФ, как совершение мошенничества группой лиц по предварительному сговору.

В силу части 4 ст. 61 ГПК РФ вступивший в силу приговор суда по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесен приговор суда, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом. 

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу об отсутствии в действиях ФИО1 коррупционной направленности, в связи с чем доводы искового заявления не находят своего подтверждения. 

Исходя из Приговора суда, гражданские иски по делу заявлены не были, и как указывает сам истец, в ходе исполнения приговора суда ФИО1 перечислены денежные средства в размере 317 402 руб. на лицевой счет ДГИ города Москвы в счет оплаты возмещения ущерба в отношении спорных жилых помещений.

Исходя из заявленного иска прокурор выступает в качестве процессуального истца, поскольку действует в интересах субъекта Российской Федерации г. Москвы в лице ДГИ г. Москвы, который фактически является материальным истцом по делу. Обращаясь в соответствии с ч.1, ст. 45 ГПК РФ за защитой интересов общества и государства, требований в защиту нематериальных благ юридической организации в лице ДГИ г. Москвы, прокурором не заявляются, как не указывается по каким уважительным причинам данная организация лишена возможности от своего имени обращаться в суд за защитой нарушенных прав. 

Вопрос о конфискации имущества, полученного в результате совершения преступления, в доход государства в рамках настоящего дела не может быть осуществлено, поскольку подлежал разрешению в рамках рассмотрения уголовного дела, однако суд при вынесении приговора в отношении ФИО1 не усмотрел оснований для конфискации имущества.

Как разъяснено в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 14.06.2018 г. № 17 «О некоторых вопросах, связанных с применением конфискации имущества в уголовном судопроизводстве», конфискация имущества является мерой уголовно-правового характера, состоящей в принудительном безвозмездном его изъятии и обращении в собственность государства, что связано с ограничением конституционного права граждан на частную собственность и осуществляется в точном соответствии с положениями Конституции Российской Федерации, общепризнанными принципами и нормами международного права и международными договорами Российской Федерации, требованиями уголовного и уголовно-процессуального законодательства.

Таким образом, конфискация имущества является мерой уголовно-правового характера и применяется на основании постановления суда, вынесенного по результатам рассмотрения уголовного дела, а не решения суда по гражданскому делу.

Применение принудительных мер уголовно-правового характера в порядке гражданского судопроизводства, тем более после вступления в законную силу приговора суда, которым определено окончательное наказание лицу, осужденному за совершение преступления, является недопустимым, поскольку никто не может быть повторно осужден за одно и то же преступление (часть 1 статьи 50 Конституции Российской Федерации).

Ответчиком ФИО1 также заявлено о пропуске истцом сроков исковой давности.

В соответствии с Определением ВС РФ от 16.02.2016 г. № 4 – КГ 15– 69 дата проведения прокуратурой той или иной проверки для определения начала течения срока исковой давности правового значения не имеет.

П. 11 Постановления Пленума ВС РФ от 12.11.2001 г. N15, Пленума ВАС РФ от 15.01.2001 г. № 18 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм ГК РФ об исковой давности», действовавшими на момент возникновения спорных правоотношений, разъяснялось, что в соответствии со ст. 200 ГК РФ течение срока исковой давности начинается со дня , когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права, независимо от того кто обращается за судебной защитой – само лицо право которого нарушено, либо в его интересах другие лица в случаях, когда закон предоставляет им право на такое обращение.

Исходя из Приговора имущество выбыло из обладания собственника помимо его воли путем заключения недействительных сделок третьих лиц на основании поддельных документов.

В соответствии с Постановлением КС РФ от 31.10.2024 г., вывод о неопределенности исковых сроков для антикоррупционных исков прокуроров, не может быть автоматически распространён на решение вопроса о применимости или неприменимости исковой давности к иным, помимо указанных, исковых заявлениях прокуроров, направленных на передачу имущества публично-правовым образованиям или признания их права на имущество, в том числе основанных на нарушении порядка приватизации.

Нормы об исковой давности распространяются на всех участников гражданских правоотношений, включая Российскую Федерацию, субъекты РФ и муниципальные образования.

Предъявленный иск относится к виндикационному иску, в соответствии с которым предусматривается процедура истребования имущества из чужого незаконного владения на основании ст. 301 ГК РФ, в соответствии с которой собственник или иной титульный владелец должен доказать наличие права собственности, либо титульного владения вещью.

В соответствии с п.5, Постановления Пленума ВС РФ от 29.09.2015 г. N 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм ГК РФ об исковой давности», при обращении в суд органов государственной власти, местного самоуправления, граждан и организаций в защиту прав и свобод, законных интересов других лиц, когда такое право им предоставлено (ч.1, ст. 45 ГПК РФ) начало течение срока исковой давности определяется исходя из того когда о нарушение своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права, узнало или должно было узнать лицо, в интересах которого подано такое заявление. 

При предоставлении иска прокурор не заменяет лицо, в интересах которого подано заявление, поскольку именно это лицо является истцом по делу и на него распространяется материально-правовая законная сила судебного решения.

Согласно п.57 Постановления Пленума ВС РФ №10/22 течение срока исковой давности по искам, направленным на оспаривание зарегистрированного права, начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о соответствующей записи в ЕГРП.

В соответствии с п1, ст. 196 ГК РФ - общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со ст. 200 ГК РФ.

В силу п 1, ст. 200 ГК РФ, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

В соответствии с п.2, ст. 199 ГК РФ исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применение которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Отсутствие гражданского иска со стороны потерпевшего в течение 19 лет по данному требованию (с даты вынесения Приговора 16.11.2005 года по 05.11.2024 года (дата поступления искового заявления в суд)), свидетельствует о согласии потерпевшего с размером компенсации причинённого ему ущерба.

Учитывая установленные по делу обстоятельства, оценив собранные по делу доказательства в их совокупности, суд приходит к выводу о необоснованности заявленного Кузьминским межрайонным прокурором г. Москвы иска.

Руководствуясь ст. 193, ст.ст. 194-199, ГПК РФ, суд 

решил:

В удовлетворении исковых требований Кузьминского межрайонного прокурора города Москвы в интересах субъекта Российской Федерации в лице Департамента городского имущества города Москвы к ФИО1(***года рождения) об истребовании имущества из незаконного владения – отказать.

Решение может быть обжаловано в Московский городской суд в течение месяца путем подачи апелляционной жалобы через Кузьминский районный суд г. Москвы.

Мотивированное решение изготовлено 21.11.2025 года.

Судья: