Судья Беспалова Е.Г. Дело № 22-7/2026 (22-5277/2025)

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Владивосток 22 января 2026 года

Судебная коллегия по уголовным делам Приморского краевого суда в составе:

председательствующего Гаврикова В.А.,

судей Сажневой М.В., Золотовой В.В.,

при ведении протокола помощником судьи Никитиной А.А.,

с участием прокурора Шашко В.А.,

защитника-адвоката Карзевича Д.Г., представившего удостоверение № 3138, ордер № 7/26 от 22.01.2026,

осужденного ФИО1,

рассмотрела в открытом судебном заседании апелляционное представление прокурора Сураева С.В. с дополнениями прокурора Тодика В.В., апелляционную жалобу с дополнением защитника-адвоката Карзевича Д.Г. в защиту осужденного ФИО1, апелляционную жалобу с дополнениями осужденного ФИО1 на приговор Шкотовского районного суда Приморского края от 29 сентября 2025 года, которым

ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженец 

<

адрес> края, гражданин РФ, имеющий высшее образование, ..., ..., зарегистрирован и проживает по адресу: 

<

адрес>, не работающий, военнообязанный, не судимый, находящийся на мере пресечения в виде запрета определенных действий,

осужден по ч. 2 ст. 285 УК РФ к 4 годам лишения свободы с лишением права занимать должности, связанные с осуществлением функций представителя власти, организационно-распорядительных и административно-хозяйственных полномочий, на государственной службе, в органах местного самоуправления сроком на 2 года. На основании ст. 73 УК РФ назначенное наказание в виде лишения свободы постановлено считать условным с установлением испытательного срока 4года лет; на осужденного ФИО1 возложена обязанность по вступлению приговора в законную силу встать на учет в уголовно-исполнительную инспекцию по месту жительства, в период испытательного срока не реже одного раза в месяц являться для регистрации в уголовно-исполнительную инспекцию, не менять постоянного места жительства без уведомления специализированных государственных органов, осуществляющих контроль за исправлением осужденных.

Дополнительное наказание в виде лишения права занимать должности, связанные с осуществлением функций представителя власти, организационно-распорядительных и административно-хозяйственных полномочий, на государственной службе, в органах местного самоуправления на срок 2 года судом постановлено исполнять самостоятельно.

Мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении оставлена без изменения до вступления приговора в законную силу.

Приговором разрешен вопрос о вещественных доказательствах по делу.

В приговоре разрешены вопросы о мере пресечения и о судьбе вещественных доказательств.

Заслушав доклад судьи Сажневой М.В., изложившей обстоятельства дела, доводы апелляционного представления с дополнениями, апелляционных жалоб с дополнениями и возражений на них, заслушав защитника-адвоката Карзевича Д.Г. и осужденного ФИО1, поддержавших доводы апелляционных жалоб, позицию прокурора Шашко В.А., поддержавшего представление, судебная коллегия

У С Т А Н О В И Л А:

ФИО1 признан виновным в злоупотреблении должностными полномочиями, то есть использование должностным лицом своих служебных полномочий вопреки интересам службы, если это деяние совершено из иной личной заинтересованности и повлекло существенное нарушение прав и законных интересов организаций и охраняемых законом интересов государства, совершенное главой органа местного самоуправления,

Преступление совершено при обстоятельствах, изложенных в приговоре суда.

В судебном заседании осужденный вину в совершенном преступлении не признал.

В апелляционном представлении прокурор Сураев С.В., не оспаривая доказанность вины осужденного в совершении преступления, считает, что приговор суда первой инстанции подлежит изменению ввиду существенных нарушений уголовного и уголовно-процессуального закона; назначенное ФИО1 наказание является чрезмерно мягким; применение к ФИО1 положений ст. 73 УК РФ является явно необоснованным и несправедливым; решение суда должным образом не мотивировано.

В обоснование доводов указывает, что при разрешении вопроса о назначении наказания суд не в полной мере принял во внимание характер и размер наступивших последствий, а также другие фактические обстоятельства преступления, влияющие на степень его общественной опасности. Повышенная общественная опасность данного коррупционного преступления, также заключается и в том, что при совершении указанного преступления ФИО1 использовал свое должностное положение, и связанные с ним организационно-распорядительные функции. Положительная характеристика, наличие грамот и благодарностей, несомненно, характеризуют ФИО1 с положительной стороны, однако с учетом характера инкриминируемого ему преступления, a также наличия в материалах уголовного дела иных данных, имеющих существенное значение, не свидетельствуют о снижении общественной опасности содеянного и не дают оснований полагать, что таким образом ФИО1 загладил причиненный преступлением вред.

Приведенные судом в приговоре сведения о личности осужденного, указание на отсутствие судимости, наличие смягчающих наказание обстоятельств, по мнению прокурора, явно недостаточно для применения положений ст. 73 УК РФ. Кроме того, назначая осужденному условное осуждение, суд не в полной мере учел превентивную цель наказания, предусмотренную ч. 2 ст. 43 УК РФ, согласно которой наказание применяется в целях восстановления социальной справедливости, а также в целях исправления осужденного и предупреждения совершения новых преступлений.

В нарушение пункта 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22 декабря 2015 года «О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания», ст.47 УК РФ суд неверно конкретизировал назначенное дополнительное наказание.

Просит приговор изменить, исключить из приговора указание на применение положений ст. 73 УК РФ, местом отбывания наказания ФИО1 определить колонию общего режима и назначить ему дополнительное наказание в виде лишения права занимать должности, связанные с осуществлением функции представителя власти, выполнением организационно-распорядительных и административно-хозяйственных функций в государственных органах и учреждениях, органах местного самоуправления.

В дополнительном апелляционном представлении прокурор Тодика В.В. указал, что в резолютивной части обжалуемого приговора суд назначил дополнительное наказание, указав чрезмерно широкий круг должностей, на который распространяется запрет, что свидетельствует о существенном нарушении норм уголовного закона. Просит приговор изменить, указать в резолютивной части о назначении ФИО1 дополнительного наказания в виде лишения права занимать должности, связанные с осуществлением организационно-распорядительных и административно-хозяйственных функций в органах местного самоуправления на срок 2 года.

В апелляционной жалобе (основной и дополнительной) адвокат Карзевич Д.Г. в защиту ФИО1, выражая несогласие с приговором суда, указывает, что приговор подлежит отмене, так как он постановлен не на требованиях действующего законодательства, нарушает фундаментальные основы права в виду отсутствия в действиях ФИО1 состава преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 285 УК РФ.

В обоснование доводов указывает, что представитель ООО «...» ФИО34 в суде пояснил, что претензий к ФИО2 не имеет, ущерб от его действий Обществу не причинён, при указанных обстоятельствах, сторона защиты полагает, что ущерб ООО «...» надуман, как и ущерб бюджету Приморского края (районному бюджету).

Работы по контракту № не выполнены, актов нет. ООО «...» не могло выполнить спорный контракт за 22,9 млн.рублей, заявленные дополнительные работы кратно превышали цену контракта №, ФИО2 исполнил задачу госпрограммы по защите населения от паводков, объект был принят на баланс, цена построенного и принятого объекта составила 31 769 015,44 рублей, экономия составила примерно 6,55 млн. рублей, которая была возвращена в бюджет, какого-либо ущерба бюджету не причинено. При этом свои служебные полномочия ФИО2 вопреки интересам службы не использовал, права и законные интересы не нарушал, а своими действиями предотвратил вредные последствия, обеспечив инженерную защиту, организовал исполнение программ по защите от наводнений и добился реального результата. Решение о расторжения контракта с ООО «...» было принято коллегиально.

Статьей 19 Законом № 44-ФЗ Федеральный закон от 05 апреля 2013 года № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд», не запрещено доводить информацию о предстоящих аукционах по реализации государственных и муниципальных программ до организаций, в частности предложение ФИО1 ФИО13 и ООО «...» принять участие в аукционе по ремонту дамбы как потенциальным подрядчикам, способным реально выйти на объект и выполнить работы соответствует, чему судом при постановлении приговора не дана оценка.

Приводя показания допрошенных по делу свидетелей ФИО14, ФИО15, ФИО16, ФИО17, Свидетель №5, ФИО25, ....В., ФИО18, ФИО19, ФИО20, ФИО21, ФИО22, ФИО23, ФИО24, автор жалобы указывает, что ФИО1 своими действиями защитил неопределенное количество жителей 

<

адрес> и гарнизона, которые после ремонта дамбы не остаются без света, воды и тепла, школа и котельная не подтапливаются, электроопоры не смываются, сельхоз угодья не заливает. Дамба была построена в срок, принята, работает и снимает прежние угрозы: для гарнизона, школы, скважин, котельной, ЛЭП и сельхозугодий, что подтверждается актами сдачи, балансной постановкой и свидетельскими показаниями. Бюджет получил защищающий людей объект и вернул экономию, работы по ремонту дамбы вс. ФИО3 были полностью завершены компанией ООО «...», выполнены они были без каких-либо дополнительных финансирований, строго в рамках той суммы, которая была определена проектом и закреплена в контракте. Факт сдачи объекта в эксплуатацию и его принятие на баланс муниципалитета является наглядным тому подтверждением, а все заявления ООО «...», по мнению стороны защиты, носили характер отговорок и попытки уйти от ответственности за собственное бездействие. Считает, что при таких обстоятельствах, обвинительный приговор не может быть основан на предположениях, фактическая причинно-следственная связь и конкретный вред подлежат установлению.

По мнению автора жалобы, инкриминируемые действия не образуют состава преступления, поскольку сторона обвинения не доказала реального ущерба и причинной связи, опираясь на предположения и экономические гипотезы, в связи с чем, уголовно-правовой критерий «существенного нарушения прав и охраняемых законом интересов» по ст. 285 УК РФ не выполнен, что влечёт оправдание либо как минимум возвращение дела прокурору для устранения непреодолимых пробелов доказательств вреда.

Считает, что суд незаконно отказал в проведении судебной экспертизы для установления реального ущерба, причинённого действиями ФИО2

Отмечает, что из решения Находкинского городского суда Приморского края от 11 июня 2024 года следует, что прокурор Приморского края в своем иске к ФИО1 признал, что он не получал личной выгоды и поэтому просил суд не взыскивать с него денежный штраф.

Таким образом, по мнению стороны защиты, обязательный признак состава преступления, иная личная заинтересованность отсутствует, деятельность ФИО1 не была сопряжена со злоупотреблениями его должностными полномочиями, и, следовательно, не образует состава преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 285 УК РФ.

Полагает, что возможно, действия ФИО1 и содержат признаки состава административного правонарушения, предусмотренного ст. 7.32 КоАП РФ, но по данному факту материал не выделялся и процессуальное решение по нему не принято.

Просит суд апелляционной инстанции приговор отменить, вынести оправдательный приговор в связи с отсутствием в действиях ФИО1 состава преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 285 УК РФ.

В апелляционной жалобе (основной и дополнительной) осужденный ФИО1 считает приговор незаконным и необоснованным ввиду несоответствия выводов суда фактическим обстоятельствам дела.

Считает, что причинение ущерба потерпевшим материалами дела не подтверждено. По его мнению, несмотря на то, что в судебном заседании установлено, что подрядчик не мог и не был намерен исполнить контракт в установленные сроки и по оговоренной цене, а работы фактически не выполнялись, суд пришел к выводу о причинении ущерба бюджету Приморского края и ООО «...».

Осужденный считает, что суд не дал оценки показаниям свидетелей и специалистов. Так, потерпевшие — директор и главный специалист ООО «...» прямо указали на невозможность выполнения контракта в сумме 22,9 млн.рублей, что подтверждается показаниями специалистов, заключением Ревизионной комиссии Партизанского муниципального округа, а также судебными актами арбитражных судов, однако суд их проигнорировал.

Вопреки выводам суда о злоупотреблении полномочиями, расторжение контракта произведено им в рамках закона и было вызвано служебной необходимостью для обеспечения своевременного выполнения мероприятий по ремонту дамбы и предотвращения угрозы причинения вреда населению.

Также отсутствует реальный ущерб ООО «...», поскольку геодезическое оборудование, приобретенное организацией, в настоящее время используется, а комиссия за банковскую гарантию является платой за услугу и не является ущербом.

Кроме того, судом в приговоре искажены показания ФИО34 об отсутствии реального ущерба, показания свидетелей Свидетель №5 и Свидетель №2 о размере обеспечения, проигнорированы показания свидетелей Свидетель №5 и Свидетель №1 о подготовке решений и сведений о ненадежности подрядчика.

По его мнению, приговор противоречит исследованным доказательствам и не содержит мотивированного обоснования в части установления «личной заинтересованности», «реального ущерба» и «неоказания содействия».

Также отсутствуют доказательства выгоды ФИО49 и ООО «...», а вывод суда основан на судебном предположении.

Судом не дана оценка доводам защиты о предотвращении существенного большого ущерба и признаках крайней необходимости.

Просит: исследовать аудиозаписи судебных заседаний с проверкой таймкодов: ФИО25: 05:00; 07:17; 07:37; 10:51; 21:00; ФИО34: 15:00; 19:58; 23:26; 26:20; проверить полноту и достоверность протоколов судебных заседаний на предмет неотражения/искажения указанных показаний на основании ст. 259, 307 УПК РФ; приговор отменить, вынести оправдательный приговор в связи с отсутствием в его действиях состава преступления, предусмотренного частью 2 статьи 285 УК РФ.

В возражениях на апелляционное представление осужденный ФИО1 указывает, что приговор суда не основан на доказанных фактах преступления, основания для его ужесточения отсутствуют, так как в действиях ФИО1 отсутствует состав преступления, предусмотренный ч.2 ст. 285 УК РФ.

Утверждает, что судом не установлено событие преступления. Материалам дела установлено, что контракт не был исполнен, подрядчик не приступил к работам. Генеральный директор ООО «...» ... Ю.В. и специалист ФИО25 подтвердили, что выполнить контракт в цене 22,9 млн.рублей невозможно; судебными решениями арбитражных судов от ДД.ММ.ГГГГ, от ДД.ММ.ГГГГ установлено, что исполнить контракт без дополнительных затрат более 88 млн.рублей, невозможно. Таким образом, оснований для привлечения его к уголовной ответственности по ч. 2 ст. 285 УК РФ нет, поскольку действий, направленных на причинение ущерба или нарушение интересов службы, не совершалось.

Считает, что обязательный признак состава преступления - существенный вред отсутствует, поскольку ООО «...»не понесло ущерба: затраты (банковская гарантия - 87 913 рублей оборудование — 348 042 рублей) являются хозяйственными расходами; бюджет Приморского края не пострадал: контракт № исполнен, объект (дамба) построен и принят, а в краевой бюджет возвращена экономия 6 549 318 рублей; бюджет Партизанского района ущерба не понёс: доля софинансирования использована целевым образом, а стоимость объекта по оценке эксперта увеличилась до 109 млн.рублей,

Вопреки доводам прокурора о «дружеских отношениях» между ФИО1 и руководителями ООО «...» в подтверждение «иной личной заинтересованности» никаких имущественных выгод, вознаграждений или услуг ФИО1 не получал; доказательств связи с финансовыми интересами ООО «...» судом не установлено; действия администрации были направлены исключительно на исполнение обязанностей по Закону № 44-ФЗ Федеральный закон от 05 апреля 2013 года № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» и на недопущение срыва госпрограммы.

Таким образом, по мнению ФИО1, субъективная сторона преступления - умысел и личная заинтересованность отсутствует.

Настаивает на том, что расторжение контракта произведено в соответствии с п. 2 ст.715 Гражданского кодекса РФ, ст.ст.94,95 Закона № 44-ФЗ Федеральный закон от 05 апреля 2013 года № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд».Подрядчик не приступил к работам, что подтверждено актами обследования (19,22,ДД.ММ.ГГГГ) и претензиями №, №. Решение о расторжении контракта было законным управленческим действием, а не злоупотреблением полномочиями.

Утверждения прокурора о «повышенной общественной опасности» и «чрезмерной мягкости наказания» считает необоснованными.

Полагает, что назначенное судом условное наказание уже является избыточным, учитывая отсутствие вреда и положительные характеристики личности.

Требование прокурора усилить наказание при отсутствии состава преступления, противоречит УПК РФ, ст. 49 Конституции РФ, закрепляющей презумпцию невиновности.

Просит апелляционное представление прокурора оставить без удовлетворения; признать, что в действиях ФИО1 отсутствует состав преступления, предусмотренный частью 2 статьи 285 УК РФ.

Исходя из положений ст.389.9 УПК РФ суд апелляционной инстанции проверяет по апелляционным жалобам и представлениям законность, обоснованность и справедливость приговора и иного решения суда первой инстанции.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционного представления, возражения на него, доводы апелляционных жалоб, заслушав позиции сторон, судебная коллегия находит, что приговор суда является законным, обоснованным и справедливым.

Вопреки доводам апелляционных жалоб выводы и решение суда о направленности умысла, мотиве и цели ФИО1 на совершение преступления, за которое он осужден при изложенных обстоятельствах, о правовой оценке фактических обстоятельств дела и квалификации указанных действий осужденного надлежаще мотивированы в приговоре в соответствии с положениями ст. 307 УПК РФ с приведением в описательно-мотивировочной части приговора доказательств и законных оснований, их подтверждающих, являются обоснованными и правильными, их правильность и обоснованность не вызывает сомнений у суда апелляционной инстанции.

Оснований для возвращения уголовного дела прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ, вынесения оправдательного приговора в отношении ФИО1 как об этом ставится вопрос в апелляционной жалобе защитника, не имеется.

Как следует из обжалуемого приговора, судом приведены показания осужденного ФИО1 не признавшего вину, из содержания которых следует, что являясь главой муниципального образования, с целью осуществления программы по защите от наводнений было принято решение о ремонте дамбы По результатам экспертизы было подтверждено обоснование начальной (максимальной) цены контракта (НМЦК) и соответствие проектных решений требованиям норм и правил. С положительным заключением проектно-сметной документации пакет документов направили на межведомственное согласование в Министерство закупок Приморского края. Публикация в ЕИС обеспечила открытость и доступность закупки для неограниченного круга участников. После прохождения этих стадий был назначен день аукциона предложил Свидетель №4, а также ООО «...» и ООО «...» принять участие в аукционе по ремонту дамбы как потенциальным подрядчикам, способным реально выйти на объект и выполнить работы, поскольку 44-ФЗ разрешает такие консультации с подрядчиками. Победителем был признан участник, заявивший самую низкую цену, однако уже на стадии подписания выяснилось, что его заявка содержит ошибки. Право заключить контракт перешло к участнику № - ООО «...». При изучении истории исполнения контрактов ООО «...», выяснилось, что у этой компании репутация неблагонадежного подрядчика. На аукционе ООО «...» снизило цену значительно ниже уровня начальной (максимальной) цены контракта, подтвержденной экспертизой, которая составляла около 31,7 млн. рублей. ООО «Владтехника» в борьбе за победу снизила стоимость до уровня, который 44-ФЗ определяется как демпинговый, более 25% от начальной цены контракта. В первые дни после заключения контракта с ООО «...» стало очевидно, что подрядчик не выполняет работы, предусмотренные контрактом. К концу марта 2021 года ООО «...» не выполнило подготовительные работы; подрядчик затягивает сроки и срывает график. В этой ситуации с целью исключения срыва строительства дамбы в одностороннем порядке по условиям контракта, принял решение о расторжении контракта. На совещании ФИО34 (ООО ...) разъяснил, что, если он подготовится, сможет принять участие в повторном аукционе, но решение о расторжении заключенного контракта остается в силе. После расторжения контракта с ООО «...» проведены повторные торги и заключен контракт № от ДД.ММ.ГГГГ с ООО «...» по итогам открытого электронного аукциона. Ограничений в доступе, включая ООО «...» не было. По условиям контракта начало работ с момента подписания, окончание ДД.ММ.ГГГГ. Фактически ДД.ММ.ГГГГ работы по капремонту дамбы завершены, что подтверждено представленными закрывающими документами (актами). Финансово-учетный результат зафиксирован: из субсидии 37 318 400 рублей фактически освоено 31 769 015,44 рублей, экономия 6,55 млн. рублей возвращена в бюджет. Дамба после капремонта принята на баланс казны со стоимостью 31 769 015,44 рублей, бюджет получил объект с восстановленной функцией защиты населения.

Вывод суда первой инстанции о виновности ФИО1 в совершении преступления, за которое он осужден, соответствует фактическим обстоятельствам, установленным судом, подтверждается совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств, в необходимом объеме приведенных в приговоре, в том числе:

- показаниями свидетеля Свидетель №2 о том, что до заключения муниципального контракта с ООО «...» от ФИО1 поступили указания не оказывать ООО «...» содействие, найти любые основания для расторжения контракта, ежедневно фиксировать производство работ на объекте с целью скорейшего расторжения контракта, убедить представителей организаций, осуществляющих поставку инертных материалов, необходимых для выполнения капитального ремонта дамбы, не осуществлять продажу материалов ООО «...». Между тем, после того, как на втором аукционе ООО «...» одержало победу, ФИО1 дал указание всячески оказывать содействие в подготовке необходимых документов, задачи по контролю сроков выполнения ООО «...» подрядных работ не ставилось. При этом ООО «...» приступили к выполнению работ с опозданием на неделю.

- показаниями свидетеля Свидетель №1 о том, что на совещании, проводимом ФИО1 в администрации 

<

адрес>, обсуждали вопрос о расторжении контракта с ООО «...», при этом подрядчик обращался в администрацию с целью согласования нового графика выполнения работ, но ему было отказано по причине наличия на тот момент уведомления о расторжении муниципального контракта. Также показания свидетеля Свидетель №2 согласуются с показаниями Свидетель №5.Н. о том, что ООО «...» направляла письма для решения вопросов по исполнению контрактов, с подрядчиком проведено совещание, однако контракт уже был расторгнут. Также свидетель подтвердил, что сотрудники ООО «...» неоднократно звонили ему и Свидетель №5 для решения вопросов по контракту.

- показаниями свидетеля Свидетель №13 о том, что ему поступил звонок от Свидетель №2 с советом игнорировать просьбы по поставке инертных материалов в адрес ООО «...», который планировал зайти в рамках контракта на объект строительства земельной дамбы в 

<

адрес>.

- показаниями свидетелей Свидетель №12 и Свидетель №14, которые не оспаривали, что между ними обсуждался вопрос о том, что в случае если в адрес ООО «...» обратится кто-либо из компаний с просьбой поставки инертных материалов (щебень, скальный грунт) необходимо дать отказ на заключение договорных отношений и поставку указанных материалов.

- показаниями свидетеля ФИО34, состоявшего в должности генерального директора ООО «...» о том, что при заключении муниципального контракта он изучил его условия, рассчитал предположительные затраты и прибыль, предпринимал меры к исполнению контракта, направив прораба Свидетель №6 и геодезиста Свидетель №11 на объект, пытался по телефону решить вопросы по исполнению условий контракта с Свидетель №2, Свидетель №1 и Свидетель №5, однако, ему было разъяснено о необходимости составления письменных обращений, пытался встретиться с ФИО1, но ему было отказано, то есть администрация Партизанского муниципального района, являясь муниципальным заказчиком, не оказывала никого содействия исполнителю.

- показаниями свидетелей Свидетель №6 и Свидетель №11,пояснивших в судебном заседании, что по просьбе директора ООО «...» изучали проектную документацию и выезжали на объект, чтобы спланировать начало выполнения работ по заключенному контракту. Свидетель Свидетель №6 лично приезжал в администрацию Партизанского муниципального района для решения возникших вопросов.

- показаниями свидетеля Свидетель №9 о том, что после заключения контракта с ООО «...» прошел непродолжительный промежуток времени, и он вместе с Свидетель №2 и представителем ООО «...» - Свидетель №4 выезжали на место производства работ, где проговорили все необходимые для выполнения работ вопросы. Подобного выезда с представителем ООО «...» не организовывалось.

Из оглашенных на основании части 1 статьи 281 УПК РФ показаний свидетеля Свидетель №7 следует, что знаком с главой 

<

адрес> ФИО1 длительное время. Отношения Свидетель №4с ФИО4 также рабочие Брат заинтересован в получении положительных отзывов об их работе. У Свидетель №4 в собственности имеется строительная техника, которую тот предоставляет в аренду ООО «...» на коммерческой основе. Когда стало известно, что ООО «...» не смогло выполнить условия договора и с ними расторгнут договор ДД.ММ.ГГГГ. ООО «...» заявилось на второй конкурс и выиграло аукцион, в последующем был заключен государственный контракт с администрацией 

<

адрес> по выполнению работ по капитальному ремонту земляной дамбы обвалования, усиленной каменной наброской и шпорами, на реке Партизанская в районе 

<

адрес>, сумма контракта 31 769 015,44 рублей. Подтвердил факт телефонных разговоров между ним и ФИО1, полученные в результате проведения ОРМ «Прослушивание телефонных переговоров» и «Снятие информации с технических каналов связи» №/ОЭБ от ДД.ММ.ГГГГ,

Из оглашенных на основании части 1 статьи 281 УПК РФ показаний свидетеля Свидетель №4, следует, что в конце 2020 года, начале 2021 года, ФИО1 сообщил ему информацию о том, что будет производиться аукцион на проведение ремонта земляной дамбы обвалования на реке Партизанская в районе 

<

адрес>, а также спросил у него, будет ли ООО «...» принимать участие в аукционе. Свидетель №2 сообщил, что компания, которая выполняет работы на дамбе, до сих пор не приступила к выполнению условий контракта, поэтому администрация хочет расторгнуть с ними контракт и провести новый аукцион. Подтвердил факт телефонных разговоров между ним и ФИО1, Свидетель №5 Свидетель №2, полученные в результате проведения ОРМ «Прослушивание телефонных переговоров» и «Снятие информации с технических каналов связи» №/ОЭБ от ДД.ММ.ГГГГ. об обстоятельствах того, что в ходе телефонного разговора ФИО1 сообщил, что аукцион по ремонту дамбы будет проводиться ДД.ММ.ГГГГ. ФИО1 было известно о том, что в случае победы на аукционе ООО «...», он, как индивидуальный предприниматель будет предоставлять ООО «...» строительную технику в аренду. Иногда были случаи, когда ему было известно о том, что администрация Партизанского муниципального района планирует проводить аукцион на заключение контракта для производства тех или иных работ.

Из оглашенных показаний свидетеля Свидетель №10, следует, что им подписывались акты №, акт №, акт № от ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ. обследования объекта «Капитальный ремонт земляной дамбы обвалования, усиленной каменными набросками и шпорами, на реке Партизанская в районе 

<

адрес>».

Допрошенные свидетели были предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, в связи с чем их показания правильно были признаны судом достоверными и положены в основу приговора.

Каких-либо нарушений при оглашении показаний свидетелей, данных ими в ходе предварительного расследования, судебная коллегия не усматривает.

Кроме того, виновность осужденного ФИО1 подтверждается и иными доказательствами, зафиксированными протоколами следственных действий и исследованными в судебном заседании, а именно:

- письмами № от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ ООО «...» о неоднократном уведомлении заказчика о наличии препятствий в выполнении работ, о невозможности приступить к ним, без решения которых у подрядчика отсутствовала возможность приступить к выполнению работ, обращаясь к заказчику за содействием и согласованием.

- постановлением Пятого арбитражного апелляционного суда от ДД.ММ.ГГГГ по иску ООО «...» решение администрации Партизанского муниципального района 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ об одностороннем отказе от исполнения муниципального контракта от ДД.ММ.ГГГГ № признано незаконным. Судом установлено, что заказчик по муниципальному контракту не исполнил надлежащим образом свои обязательства в части своевременного оказания содействия подрядчику, что задерживало исполнение работ по контракту, вина подрядчика в нарушении срока исполнения контракта отсутствует. Несмотря на доводы ФИО1 о том, что ООО «...» с момента подписания контракта ДД.ММ.ГГГГ не приступило к выполнению работ, Пятым арбитражным апелляционным судом при рассмотрении ДД.ММ.ГГГГ ода апелляционной жалобы ООО «...» также было установлено, что в целях осуществления возложенных контрактом обязанностей подрядчик предпринимал все последовательные меры для выполнения работ к установленному сроку, в подтверждение чего были представлены акт обследования объекта работ по контракту от ДД.ММ.ГГГГ с приложенной фототаблицей, составленной комиссией в составе инженера лесоустроителя, инженера-геодезиста и производителя работ ООО «...»; договор о перевозке спецтехники к месту производства работ от ДД.ММ.ГГГГ, договор на приобретение геодезического оборудования от ДД.ММ.ГГГГ № ПР-000617-Д с доказательствами оплаты, документы (паспорта транспортных средств, самоходных машин) о наличии всей необходимой спецтехники в распоряжении ООО «...», заявление о предоставлении водного объекта в пользование от ДД.ММ.ГГГГ.

- протоколом осмотра от ДД.ММ.ГГГГ (том 5 л.д. 112-143) сотового телефона марки «... X», принадлежащего Свидетель №5, изъятого у нее при обыске, которым установлено наличие переписки в приложении «...» с Свидетель №1, содержащей обсуждение вопросов о согласовании дамбы, что на аукцион должен выйти «...» и им не надо отказывать; победитель «...», это плохо; согласование проекта одностороннего расторжения. Также в телефоне Свидетель №5 установлена переписка в приложении «...» с Свидетель №8, содержащей обсуждение документации и деталях аукциона по ремонту дамбы в январе 2021 года до размещения извещения о проведении аукциона; обсуждение участия ООО «...» в аукционе и отсутствия подтверждения требуемого опыта, о необходимости снижения цены. Кроме того, в телефоне Свидетель №5 установлена переписка в приложении «...» с ФИО1, содержащей согласование с ним подрядчиков для участия в аукционах, сообщения о том, что ООО «...» подали заявку для участия в аукционе по ремонту дамбы; в день проведения аукциона ДД.ММ.ГГГГСвидетель №5 сообщает ФИО1 о прохождении аукциона, при этом он дает указание ООО «...» продолжать участвовать в аукционе при снижении цены.

- протоколом осмотра от ДД.ММ.ГГГГ (том 5 л.д. 155-158) сотового телефона марки «... ... ...», изъятого в жилище Свидетель №8, из которого следует, что в телефоне обнаружено наличие переписки в приложении «...» с Свидетель №7, содержащей обсуждение подписания ДД.ММ.ГГГГ контракта по ремонту дамбы.

- справками-меморандумами по результатам проведения оперативно-розыскных мероприятий «Прослушивание телефонных переговоров», «Снятие информации с технических каналов связи» в отношении ФИО1 (том 1 л.д. 68-125); в отношении Свидетель №5 (том 1 л.д. 126-129) и в отношении Свидетель №2 (том 1 л.д. 130-131), содержащие стенограммы телефонных переговоров между ФИО1 и Свидетель №4, ФИО1 и Свидетель №7, ФИО1 и Свидетель №1, ФИО1 и Свидетель №2, ФИО1 и Свидетель №5, Свидетель №1 и Свидетель №5, Свидетель №5 и Свидетель №4, Свидетель №4 и Свидетель №2

Представленные доказательства всесторонне, полно и объективно исследованы судом, правильно оценены в соответствии с положениями ст. ст. 87, 88 и 307 УПК РФ, положенные судом в основу приговора доказательства получены с соблюдением требований уголовно-процессуального законодательства РФ и обоснованно признаны судом допустимыми.

Как усматривается из материалов уголовного дела, а также протокола судебного заседания, противоречий в показаниях свидетелей, письменных доказательствах, которые могли бы повлиять на доказанность вины ФИО1 или юридическую оценку его действий, не имеется.

Вопреки доводам апелляционных жалоб, выводы и решение суда о направленности умысла, мотиве и цели ФИО1 на совершение преступления, за которое он осужден при изложенных обстоятельствах, о правовой оценке фактических обстоятельств дела и квалификации указанных действий осужденного надлежаще мотивированы в приговоре суда в соответствии с положениями ст. 307 УПК РФ с приведением в описательно-мотивировочной части приговора доказательств и законных оснований, их подтверждающих, являются обоснованными и правильными, их правильность и обоснованность не вызывает сомнений у суда апелляционной инстанции.

Показания ФИО1 в судебном заседании, в которых он оспаривал виновность в инкриминированном преступлении, обоснованно получили критическую оценку суда по мотивам, подробно изложенным в приговоре, с которыми судебная коллегия соглашается.

Так, показания ФИО1 не только не подтверждались совокупностью собранных по делу доказательств, но и опровергались, в частности, свидетельскими показаниями о том, что ФИО1 предпринимал меры незамедлительно расторгнуть контракт с ООО «...», убеждал не поставлять ООО «...», камень- материал, необходимый для проведения работ на объекте; оказывал всяческое содействие ООО «...» в выигрыше аукциона на заключение муниципального контракта на капитальный ремонт земляной дамбы.

Обосновывая вину ФИО1, суд правильно сослался также на положения части 1 статьи 46 Федерального закона от 05.04.2013 № 44-ФЗ « О контрактной системе» о запрете на проведение переговоров заказчиком с участником закупки до выявления победителя закупки.

Приведенные фактические обстоятельства в своей совокупности свидетельствуют о том, что ФИО1 осознавал противоправный характер своих действий, действовал целенаправленно, вопреки интересам службы из иной личной заинтересованности, что свидетельствует о совершении им преступления с прямым умыслом.

По результатам судебного разбирательства суд первой инстанции правильно установил, что ФИО1, являясь главой органа местного самоуправления, достоверно зная в силу занимаемого им служебного положения о необходимости реализации государственной программы Приморского края «Охрана окружающей среды Приморского края» на 2020 - 2027 годы» с целью обеспечения социально-экономических потребностей в водных ресурсах, по охране и восстановлению водных объектов, обеспечению безопасности водохозяйственных систем и гидротехнических сооружений, обеспечению защищенности населения и объектов экономики от негативного воздействия вод в рамках подпрограммы № «Развитие водохозяйственного комплекса 

<

адрес>», осознавая всю значимость проведения мероприятий по капитальному ремонту земляной дамбы обвалования, усиленной каменной наброской и шпорами, на реке Партизанская в районе 

<

адрес>, а также осознавая необходимость исполнения соглашения и освоения предоставленных субсидий из краевого бюджета бюджету муниципального образования на основании заключенного ДД.ММ.ГГГГ между администрацией Партизанского муниципального района 

<

адрес> в лице ФИО1 и Министерством природных ресурсов и охраны окружающей среды 

<

адрес> соглашения №, по условиям которого администрации Партизанского муниципального района 

<

адрес> предоставлена субсидия в 2021 году в размере не более 38 472 577,32 рублей, в отсутствие объективных оснований для одностороннего отказа от исполнения контракта дал указание подчиненным ему сотрудникам администрации Партизанского муниципального района 

<

адрес> Свидетель №2, Свидетель №1 и Свидетель №5 выполнить действия, направленные на скорейшее расторжение муниципального контракта с ООО «...» в одностороннем порядке, а именно: не оказывать содействие представителям ООО «...» для начала производства работ в рамках муниципального контракта, убедить представителей организаций, осуществляющих поставку инертных материалов, необходимых для выполнения капитального ремонта дамбы по муниципальному контракту, не осуществлять продажу материалов ООО «...», фиксировать отклонения выполнения работ ООО «Владтехника» от графика работ, а также дал указание подготовить решение об одностороннем отказе от исполнения муниципального контракта, информацию для включения в реестр недобросовестных поставщиков Управления Федеральной антимонопольной службы 

<

адрес> ООО «...» с целью исключения возможности ООО «...» принимать участие в дальнейших электронных аукционах, проводимых администрацией Партизанского муниципального района 

<

адрес>, в результате чего без имеющихся на то фактических оснований подписал решение от ДД.ММ.ГГГГ об одностороннем отказе от исполнения муниципального контракта, заключенного с ООО «...», заключив впоследствии муниципальный контракт с ООО «...».

Согласно разъяснениям, изложенным в п.15 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 16 октября 2009 года № 19 «О судебной практике по делам о злоупотреблении должностными полномочиями и о превышении должностных полномочий» под использованием должностным лицом своих служебных полномочий вопреки интересам службы (статья 285 УК РФ) судам следует понимать совершение таких деяний, которые хотя и были непосредственно связаны с осуществлением должностным лицом своих прав и обязанностей, однако не вызывались служебной необходимостью и объективно противоречили как общим задачам и требованиям, предъявляемым к государственному аппарату и аппарату органов местного самоуправления, так и тем целям и задачам, для достижения которых должностное лицо было наделено соответствующими должностными полномочиями. В частности, как злоупотребление должностными полномочиями должны квалифицироваться действия должностного лица, которое из корыстной или иной личной заинтересованности совершает входящие в круг его должностных полномочий действия при отсутствии обязательных условий или оснований для их совершения (например, выдача водительского удостоверения лицам, не сдавшим обязательный экзамен; прием на работу лиц, которые фактически трудовые обязанности не исполняют; освобождение командирами (начальниками) подчиненных от исполнения возложенных на них должностных обязанностей с направлением для работы в коммерческие организации либо обустройства личного домовладения должностного лица).

Ответственность по статье 285 УК РФ наступает также за умышленное неисполнение должностным лицом своих обязанностей в том случае, если подобное бездействие было совершено из корыстной или иной личной заинтересованности, объективно противоречило тем целям и задачам, для достижения которых должностное лицо было наделено соответствующими должностными полномочиями, и повлекло существенное нарушение прав и законных интересов граждан или организаций либо охраняемых законом интересов общества и государства.

В приговоре приведены конкретные должностные полномочия ФИО1 и отражены сведения об их использовании из иной личной заинтересованности в целях, противоречащим тем задачам, для достижения которых он был наделен соответствующими должностными полномочиями, предусмотренными Уставом Партизанского муниципального района Приморского края как выполняющим организационно-распорядительные и административно-хозяйственные функции в указанном органе местного самоуправления.

Таким образом, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что ФИО1 является должностным лицом, выполняющим организационно-распорядительные и административно-хозяйственные функции, связанные с руководством деятельностью администрации муниципального образования, то есть является субъектом преступления, предусмотренного статьей 285 УК РФ.

Кроме того, анализ приведенных доказательств, позволил суду прийти к выводу о том, что ФИО1 совершил действия, входящие в круг его должностных полномочий при отсутствии оснований для их совершения, что образует объективную сторону преступления, предусмотренного частью 2 статьи 285 УК РФ.

Не основаны на законе апелляционные доводы жалобы о том, что факт знакомства с Свидетель №4 и Свидетель №7 не является элементом состава уголовного деяния по ч. 2 ст. 285 УК РФ, за совершение которого осужден ФИО1 Несогласие защиты с выводами суда, довод ФИО1 о том, что лишь в силу своей должности знаком с Свидетель №4 и Свидетель №7 не свидетельствует о необоснованности выводов. Именно фактическое продолжительное личное знакомства с братьями ФИО49 позволило ФИО1 вести предметные телефонные разговоры, что подтверждается результатами оперативно- розыскной деятельности. При этом установленные фактические обстоятельства указывают на то, что телефонные переговоры велись как на стадии планирования аукциона, так и в период его проведения и не носили консультационного характера.

Доводы стороны защиты о том, что между ФИО1 и Свидетель №4 и Свидетель №7 отсутствовали дружеские отношения, что ставит, по их мнению, под сомнение возможность договоренности между ними, судебной коллегией признаются несостоятельными, поскольку опровергаются доказательствами, в том числе, справками меморандумами по результатам проведения ОРМ., отражающими тексты телефонных переговоров, между ФИО1 и Свидетель №4, Свидетель №7,Свидетель №5, Свидетель №1 (том 1 л.д. 68-125), (т.8 л.д. 150-160). На факт злоупотребления своими служебными полномочиями из иной личной заинтересованности, выраженной в стремлении получить для Свидетель №4, Свидетель №7 выгоду имущественного характера, а значит оказать услугу, вопреки интересам службы указывает также интенсивность, частота телефонных разговоров, манера общения, места встреч проведение совместных мероприятий, не связанных с осуществлением их трудовой деятельности. Установленные фактические обстоятельства свидетельствуют о сложившихся между ними дружеских, приятельских и доверительных отношениях. Свидетель Свидетель №2, указал на обстоятельство того, что регулярно видел, как ФИО1 и Свидетель №4 проводят совместно внерабочее время.

Исследованные судом телефонные переговоры между ФИО1 и Свидетель №4, Свидетель №7,Свидетель №5, Свидетель №1 содержат термины и словосочетания: «аукционы», «федеральные деньги», «дамба», «окончание подачи заявок», «...», «короткий аукцион», «аукцион надо продлевать» «генподряд». «СРО», «чужая компания», «он свой», «крупные контракты», «...». «всем сказал, что бы никто не помогал».

В результате своих противоправных действий ФИО1 обеспечил заключение муниципального контракта с ООО «...» на более выгодных условиях, тогда как прежде он был заключен с ООО «...», что также подтверждается доказательствами, а значит ФИО1 действовал из иной личной заинтересованности, выраженной в желании оказать услугу Свидетель №4 и Свидетель №7 Свидетельские показания Свидетель №4 и Свидетель №7 указывают на заинтересованность каждого участвовать и победить в аукционе, так как от имени муниципального образования выступал именно ФИО1 Кроме того, сам по себе факт наличия либо отсутствия дружеских (приятельских) отношений между заказчиком и подрядчиком не исключает событие преступления.

Также, из телефонных диалогов, зафиксированных протоколами осмотра документов, при инициирующей роли осужденного ФИО1 присутствует информация о методах достижения победы на аукционах, сроков окончания работ по дамбе именно ООО «...», фактическими руководителями которого являлись Свидетель №4, Свидетель №7.

Из переписки посредством СМС между свидетелем Свидетель №5 и осужденным ФИО1 зафиксированной протоколом осмотра документов (т.5 л.д. 112-143), следует, что являясь начальником отдела закупок администрации Партизанского муниципального района, Свидетель №5 осуществляла работу по сбору информации для направления в Свидетель №15 по 

<

адрес> о включении в реестр недобросовестных поставщиков ООО «...», по указанию ФИО1

Следовательно, суд пришел к правильному выводу, что предпринимая меры по подготовке информации для включения в реестр недобросовестных поставщиков Управления Федеральной антимонопольной службы 

<

адрес> ООО «...» с целью исключения возможности ООО «...» принимать участие в дальнейших электронных аукционах, проводимых администрацией Партизанского муниципального района 

<

адрес>, одновременно способствуя деятельности ООО «...», ФИО1 действовал вопреки интересам службы, поскольку его действия не были вызваны служебной необходимостью и объективно противоречили как общим задачам и требованиям, предъявляемым к аппарату органов местного самоуправления, так и тем целям и задачам, для достижения которых должностное лицо было наделено соответствующими должностными полномочиями.

При этом совокупность доказательств указывает и на тот факт, что осужденный препятствовал ООО «...» приступить к выполнению работ, а именно, спустя лишь 7 дней с даты заключения контракта расторг контракт. Свидетельские показания Свидетель №9 указывают на то, что после заключения контракта с ООО «...» прошел непродолжительный промежуток времени, и он вместе с Свидетель №2 и представителем ООО «...» - Свидетель №4 выезжали на место производства работ, где проговорили все необходимые для выполнения работ вопросы. Подобного выезда с представителем ООО «...» не организовывалось.

Следовательно, доводы апелляционной жалобы защитника об отсутствии в действиях ФИО1 состава преступления, предусмотренного ч.2ст.285 УК РФ, по мотиву отсутствия у него иной личной заинтересованности, не могут быть приняты судом во внимание, поскольку являются необоснованными и основаны на ошибочном понимании требований уголовного законодательства

Кроме того, как видно из приговора, суд мотивировал существенность нарушения прав и законных интересов организаций как составообразующий признак преступления.

Судебная коллегия соглашается с выводом, что умышленные действия осужденного ФИО1 повлекли существенное нарушение прав и законных интересов, как ООО «...», так и других организаций, выразившееся в нарушении части 1 статьи 8 Федерального закона от 05 апреля 2013 года № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд», предусматривающей возможность любого лица в соответствии с законодательством Российской Федерации стать подрядчиком, ограничив их права на конкурентное заключение муниципального контракта и исключив возможность их участия в торгах и стать победителем открытого аукциона с правом заключения контракта, а также в виде причинения материального ущерба на сумму 435 955,16 рублей, выраженного в затратах понесенных ООО «...» на исполнение муниципального контракта.

Обстоятельство того, что представитель потерпевшего ООО «...» ФИО34 указал на отсутствие ущерба в настоящее время, не опровергает нарушение прав и законных интересов организации.

Кроме того, действия ФИО1 существенно нарушили охраняемые законом интересы государства, выразившиеся в нарушении принципа эффективного использования бюджетных средств, нарушении порядка нормального функционирования органа исполнительной власти – администрации Партизанского муниципального района Приморского края и регламентированной нормативными правовыми актами деятельности данного органа, чем дискредитировал и подорвал авторитет муниципальных органов исполнительной власти в общем и Партизанского муниципального района Приморского края, в частности, в способности действовать в соответствии с законодательством Российской Федерации при обеспечении законности в сфере контрактной системы Российской Федерации, а также в виде причинения бюджету Приморского края материального ущерба. В случае исполнения ООО «...» условий муниципального контракта средства экономии были бы перераспределены по другим направлениям расходов краевого бюджета, а в виду того, что бюджет Приморского края недостаточен для реализации всех имеющихся важных социальных проектов, любые средства экономии являются существенными, так как данные средства могли были быть использованы для реализации каких-либо иных социально значимых государственных и краевых программ. Между тем, расходы профинансированы в большем размере, чем по первому муниципальному контракту, который был расторгнут в одностороннем порядке администрацией Партизанского муниципального района Приморского края.

При этом судебная коллегия принимает во внимание, что решение об одностороннем отказе от исполнения муниципального контракта № признано судом незаконным

В ходе судебного разбирательства в качестве представителя потерпевшего представитель администрации Партизанского муниципального района Приморского края ФИО35, являясь также представителем правопреемника администрации Партизанского муниципального округа Приморского края, в пояснила, что по информации финансового управления администрации Партизанского муниципального района Приморского края в виду того, что решение об одностороннем отказе от исполнения муниципального контракта № признано судом незаконным, и в последующем заключен контракт № с ООО «...», цена которого на 8 833 280,51 рублей выше цены муниципального контракта №, с учетом оплаты 3% данного контракта администрацией Партизанского муниципального района из бюджета района, бюджету Партизанского муниципального района причинен существенный материальный ущерб в сумме 264 998,41 рублей.

Судебная коллегия соглашается с выводом суда, что действия осужденного ФИО1, как главы района, являющегося высшим должностным лицом Партизанского муниципального района возглавляющего администрацию района на принципах единоначалия и персональной ответственности, в полномочия которого входит осуществление соответствующих бюджетных полномочий, установленных Бюджетным кодексом РФ и принятыми в соответствие с ним правовыми актами; осуществление иных полномочий в соответствии с действующим законодательством носили умышленный характер, поскольку он в силу своего должностного положения знал и понимал незаконный характер своих действий.

Показаниям свидетелей защиты ФИО16, ФИО14, ФИО26, ФИО19, ФИО27, ФИО20, специалистов ФИО28 и ФИО29 в приговоре дана надлежащая оценка. Как обоснованно указал суд, данные доказательства не опровергают предъявленное ФИО1 обвинение, поскольку по существу не противоречат исследованным судом доказательствам стороны обвинения.

Суд первой инстанции обоснованно не усмотрел нарушений уголовно-процессуального закона при сборе доказательств по уголовному делу, проведении следственных и процессуальных действий по уголовному делу.

В материалах дела не имеется и в суд первой и апелляционной инстанции не представлено доказательств, свидетельствующих об искусственном создании органом уголовного преследования доказательств обвинения.

Судебная коллегия убедилась в том, что оперативно-розыскные мероприятия «Прослушивание телефонных переговоров» и «Снятие информации с технических каналов связи» проведены при наличии на то законных оснований и с соблюдением требований законодательства, а полученные в ходе их проведения результаты постановлениями руководителя органа, осуществляющего оперативно-розыскную деятельность, представлены следователю в порядке, предусмотренном Федеральным законом «Об оперативно-розыскной деятельности» и Инструкцией от 27 сентября 2013 года «О порядке представления результатов оперативно-розыскной деятельности органу дознания, следователю или в суд».

Судом первой инстанции дело рассмотрено с соблюдением требований уголовно-процессуального законодательства РФ, в соответствии с принципами состязательности и равноправия сторон, при этом нарушений уголовного или уголовно-процессуального законодательства, которые могли бы повлиять на постановление законного и обоснованного приговора либо влекущих безусловную отмену или изменение приговора, не допущено.

Все ходатайства сторон были рассмотрены судом в установленном законом порядке, представленным сторонами в судебном заседании доказательствам судом дана надлежащая оценка, в приговоре изложены мотивы, почему суд соглашается с одними доказательствами и не соглашается с другими.

Суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу о достаточности собранных по делу доказательств для принятия итогового решения.

Тот факт, что оценка доказательств, приведенная судом в приговоре, не совпадает с оценкой доказательств, сделанной осужденным и его защитником в суде первой инстанции и апелляционной жалобе, не свидетельствует о нарушении судом требований уголовно-процессуального закона и не является основанием для отмены приговора в целом.

По мнению судебной коллегии, судом правильно установлен размер причиненного ущерба (т. 5 л.д. 182), чему приведены убедительные суждения в приговоре.

Доводы жалобы стороны защиты о том, что суд отказал в ходатайстве стороны о проведении судебной экспертизы по установлению реальной суммы ущерба, причиненного действиями ФИО1, не свидетельствуют о незаконности обжалуемого судебного акта, поскольку вопрос об удовлетворении такого ходатайства или отказе в назначении судебной экспертизы является правом суда, а не обязанностью. Как следует из протокола судебного заседания от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 3-5 т.18) в удовлетворении ходатайства стороны защиты о назначении оценочной экспертизы отказано.

Так, в ходе судебного разбирательства исследованы материалы дела в подтверждение причинения материального ущерба в размере 8 568 282,10 рубля, бюджету Партизанского муниципального района в размере 264 998,41 рублей, рассчитанный как разница между ценой муниципального контракта, заключенного администрацией Партизанского муниципального района Приморского края с ООО «...», и ценой последующего муниципального контракта, заключенного с ООО «...», цена которого на 8 833 280,51 рублей выше предыдущего, в результате несоблюдения ФИО1 законности в сфере контрактной системы Российской Федерации, по причине нарушения им же принципа эффективного использования бюджетных средств.

Кроме того, суд правильно отклонил доводы ФИО1 относительно его деятельности исключительно в интересах населения с целью защиты от наводнений путем капитального ремонта посредством ООО «...» необходимого социально-значимого объекта, в установленный контрактом срок и без дополнительных расходов, как не опровергающие виновность ФИО1 в инкриминируемом ему деянии и не влияющие на квалификацию его действий. По мнению судебной коллегии, дублирующие доводы стороны защиты в суде апелляционной инстанции некорректны применительно к предмету разбирательства и не являются основанием для вывода об отсутствии существенного нарушения указанных прав и интересов, поскольку для установления состава должностного преступления, предусмотренного ст. 285 УК РФ, требуется выявление самого факта ущерба, а не его размера в соотношении с вопросом реализации государственной Программы и освоения выделенных из бюджета 

<

адрес> денежных средств.

Квалификация преступления совершенного ФИО1 по части 2 статьи 285 УК РФ, как злоупотребление должностными полномочиями, то есть использование должностным лицом своих служебных полномочий вопреки интересам службы, если это деяние совершено из иной личной заинтересованности и повлекло существенное нарушение прав и законных интересов организаций и охраняемых законом интересов государства, совершенное главой органа местного самоуправления, является правильной.

При назначении наказания осужденному суд первой инстанции, исходя из требований ст.60 УК РФ, обоснованно учел характер и степень общественной опасности совершенного преступления, данные о личности ФИО1, который по месту жительства характеризуется удовлетворительно, на учетах у врачей нарколога и психиатра не состоит, не судим, ..., в настоящее время имеет ..., не работает, имеет высшее образование, проживает .... О наличии тяжелых, хронических заболеваний, наличии иных иждивенцев либо лиц, нуждающихся в постороннем уходе, об иных характеризующих данных о своей личности осужденного ФИО1 суду не сообщил.

Обстоятельствами, смягчающими наказание ФИО1, суд на основании ч.2 ст.61 УК РФ правомерно признал наличие на иждивении ФИО1 престарелой матери ФИО30, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, являющейся ... наличие у осужденного многочисленных почетных грамот, благодарственных писем, медалей и нагрудных знаков; на основании п. «г» ч.1 ст. 61 УК РФ смягчающими наказание обстоятельствами правомерно признано наличие двоих малолетних детей.

Обстоятельств, отягчающих наказание осужденного, судом не установлено.

Принимая во внимание фактические обстоятельства преступления и степень его общественной опасности, данные о личности осужденного, суд первой инстанции правомерно указал на отсутствие оснований для изменения категории преступления на менее тяжкую в соответствии с ч.6 ст.15 УК РФ.

С учетом характера, степени тяжести, общественной опасности и конкретных обстоятельств совершения преступления, данных о личности осужденного, принимая во внимание совокупность смягчающих наказание осужденному обстоятельств и отсутствие отягчающих по делу обстоятельств, данных о личности ФИО1, учитывая влияние назначаемого наказания на исправление ФИО1 и на условия жизни его семьи, суд правомерно пришел к выводу о том, что цели наказания, направленные на исправление осужденного и предупреждение совершения им новых преступлений, могут быть достигнуты в результате назначения наказания в виде лишения свободы.

Вопреки доводам апелляционного представления, суд в приговоре надлежащим образом мотивировал необходимость назначения наказания в виде лишения свободы и пришел к правильному выводу о наличии оснований для применения к осужденному положений ст. 73 УК РФ об условном осуждении, с чем судебная коллегия соглашается, с учетом данных о личности осужденного ФИО1, характера и степени общественной опасности совершенного преступления, смягчающие обстоятельства, наличие у него многочисленных почетных грамот, благодарственных писем, медалей и нагрудных знаков, наличие у него на иждивении малолетних детей, престарелой матери. Судебная коллегия также соглашается, что установление испытательного срока и возложение обязанностей, предусмотренных частью 5 статьи 73 УК РФ, будет способствовать достижению целей наказания, правильно оценить содеянное, обеспечит надлежащее поведение, окажет положительное влияние на исправление и предупреждение совершения им новых преступлений.

Суд первой инстанции также правомерно указал на отсутствие установленных ст.64 УК РФ исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, поведением виновного, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления для назначения более мягкого наказания, чем предусмотрено за данное преступление.

Кроме того, судебная коллегия считает, что с учетом личности осужденного и обстоятельств совершения преступления оснований для применения положений ст.53.1 УК РФ не имеется.

Судебная коллегия соглашается с выводом суда о необходимости назначения ФИО1 дополнительного наказания.

Вместе с тем, назначая дополнительное наказание в виде лишения права занимать должности на государственной службе и в органах местного самоуправления, связанные с выполнением организационно-распорядительных и административно-хозяйственных полномочий, суд ошибочно указал на осуществление функций представителя власти, тогда как ст. 2 Федерального закона от 06.10.2003 N 131-ФЗ "Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации" определяет должностное лицо местного самоуправления как выборное либо заключившее контракт (трудовой договор) лицо, наделенное исполнительно-распорядительными полномочиями по решению вопросов местного значения и (или) по организации деятельности органа местного самоуправления.

Таким образом, судебная коллегия находит назначенное ФИО1 наказание справедливым и соразмерным содеянному, соответствующим общественной опасности совершенного им преступления и личности виновного, закрепленным в уголовном законодательстве РФ принципам гуманизма и справедливости и полностью отвечающим задачам исправления осужденного и предупреждения совершения им новых преступлений.

При этом оснований для увеличения, «усиления» размера наказания, назначенного осужденному ФИО1, суд апелляционной инстанции не усматривает, наказание ему назначено справедливое, соразмерно содеянному, вопреки доводам апелляционного представления, наказание не является чрезмерно мягким.

Суд апелляционной инстанции полагает, что доводы апелляционного представления в этой части удовлетворению не подлежат.

Доводы апелляционных жалоб осужденного и его защитника о незаконности и необоснованности приговора, несогласии с оценкой доказательств по существу сводятся к переоценке доказательств, к чему оснований не имеется. Несовпадение оценки доказательств, сделанной судом, с позицией стороны защиты, не свидетельствует о нарушении судом требований уголовно-процессуального закона и не является основанием для отмены или изменения приговора. Вопрос о мере пресечения, обеспечительных мерах, судьбе вещественных доказательств разрешен судом верно и в апелляционном представлении и апелляционной жалобе не обжалуется.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.20, 389.28 УПК РФ, судебная коллегия

О П Р ЕД Е Л И Л А:

Приговор Шкотовского районного суда Приморского края от 29 сентября 2025 года в отношении ФИО1, в части формулировки дополнительного наказания, изменить.

Указать в резолютивной части приговора о назначении ФИО1 дополнительного наказания в виде лишения права занимать должности, связанные с осуществлением организационно-распорядительных и административно-хозяйственных функций в органах местного самоуправления на срок 2 года.

В остальной части приговор оставить без изменения, апелляционные жалобы защитника - адвоката Карзевича Д.Г. и осужденного ФИО1 - без удовлетворения.

Апелляционное представление удовлетворить частично.

Апелляционное определение вступает в законную силу с момента его провозглашения и может быть обжаловано в Девятый кассационный суд общей юрисдикции, в течение шести месяцев со дня его вступления в законную силу, в порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ.

Председательствующий В.А.Гавриков

Судьи

М.В.Сажнева

В.В.Золотова