дело № 2-4827/2017

Р Е Ш Е Н И Е

именем Российской Федерации

2 августа 2017 года город Казань

Советский районный суд города Казани в составе 

председательствующего судьи А.Ф. Гильмутдиновой,

при секретаре судебного заседания Р.А. Махмудовой,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о взыскании задолженности и встречному иску ФИО2 к ФИО1 о взыскании денежных средств, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд к ФИО2 о взыскании суммы долга и процентов за пользование чужими денежными средствами.

В обоснование заявленных требований истец указал, что в июле 2014 года ей поступило предложение от ФИО2 о приобретении её четырехкомнатной квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес изъят>. Стоимость квартиры была определена в размере 5 700 000 рублей. 

В сентябре 2014 года истец продал принадлежащую ей однокомнатную квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес изъят> за 4 000 000 рублей. 

<

дата изъята> в отделении Сбербанка, расположенного по адресу 

<

адрес изъят>, истец перечислила со своего счета на счет ответчика, денежные средства в размере 3 900 000 рублей, в этот же день 100 000 рублей были переданы наличными, в подтверждении передачи денежных средств ответчиком была написана расписка.

В последующем, истец переехала со своей семьей в квартиру ответчика расположенную по адресу: 

<

адрес изъят>.

В феврале 2015 года истец продал свой автомобиль 

<

данные изъяты> рублей, из них 320 000 рублей истица передала ответчику в счет оплаты стоимости квартиры. Однако соответствующая расписка составлена не была, ответчик обещал написать её позже. 

Таким образом истцом в счет приобретения квартиры ФИО2 были переданы денежные средства в размере 4 320 000 рублей, оставшуюся сумму в размере 1 380 000 рублей, истец намеревалась получить путем оформления и получения ипотечного кредита, под залог приобретаемой квартиры. Банк же в предоставлении займа отказал, так как фактически продаваемая квартира ответчицы, оказалась долею в таун-хаусе.

Истец был вынужден покинуть жилую площадь и переехать в 

<

адрес изъят>, где и проживает в данный момент, в съемной квартире, так как ответчица вывезла все ее вещи и выгнала ее с детьми на улицу. 

Поскольку добровольно ответчик деньги не возвращает, ссылаясь на их отсутствие, просит суд взыскать денежные средства переданные ответчику в размере 4 320 000 рублей, а также взыскать на основании положений статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации проценты за пользование данными деньгами за период с 

<

дата изъята> по 

<

дата изъята>, в размере 641 980 рублей 31 копейка.

В дальнейшем исковые требования ФИО1 были увеличены, истец просил в счет компенсации морального вреда взыскать с ФИО2 50 000 рублей, а проценты за пользование чужими денежными средствами рассчитать на момент вынесения решения судом. 

ФИО2 предъявила к ФИО1 встречный иск о взыскании денежных средств за пользование жилым помещением в период переговоров о заключении договора купли-продажи жилого помещения, по адресу: 

<

адрес изъят>

В обоснование заявленных требований указала, что в октябре 2014 года ФИО1 въехала в дом, по адресу: 

<

адрес изъят> принадлежащий ФИО2 на праве собственности и проживала там со своей семьей до мая 2015 года включительно. Несмотря на то, что ФИО1 собиралась приобрести данное жилое помещение в собственность, на протяжении 8 месяцев с октября 2014 года по май 2015 года, она пользовалась всеми благами данного дома и на протяжении долгого времени не оплачивала оставшуюся сумму в размере 1 700 000 рублей, причитающуюся по сделке купли-продажи дома. В последующем решила в одностороннем порядке необоснованно прервать переговорный процесс по приобретению жилья у ФИО2.

Из системного толкования положений статей 15, 434.1, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации истец по встречному иску считает, что ФИО2 вправе требовать от ФИО1 возмещения убытков причиненных уклонением от заключения договора купли-продажи. Так как, ФИО2 вправе рассчитывать на продажу дома, либо сдавать его по договору найма жилого помещения другому лицу и тем самым, вправе была рассчитывать на получение денежных средств от предстоящей сделки.

Согласно отчету общества с ограниченной ответственностью «Независимая оценочная компания 

<

данные изъяты> 

<

номер изъят>-Ф от 

<

дата изъята> об оценке рыночной стоимости платы за аренду 

<

адрес изъят> по состоянию на сентябрь 2014 года рыночная стоимость ежемесячной платы за аренду составляет 37 000 рублей. Следовательно, расчет суммы упущенной выгоды (убытков) составляет: 37 000 рублей х на период проживания ФИО1 (с октябрь 2014 года по май 2015 года = 8 месяцев) = 296 000 рублей.

На основании вышеизложенного просит суд взыскать с ФИО1 в пользу ФИО2 денежные средства в размере 296 000 рублей и расходы на оплату услуг эксперта оценщика 7 000 рублей.

В судебном заседании ФИО1 исковые требования изменила, просила взыскать с ФИО2 в свою пользу сумму только сумму основного долга в размере 4 320 000 рублей, по изложенным в исковом заявлении основаниям. Со встречными исковыми требованиями не согласилась, поскольку ФИО2 добровольно впустила их проживать в ее квартире на безвозмездной основе, предполагая, что сделка по купле-продаже квартиры состоится. Сам факт того, что с октября 2014 года по май 2015 года она с семьей проживала в данной квартире не отрицает, указывает, что в данный период все коммунальные платежи оплачивала она, со стороны ФИО2 никогда ни каких претензий и требований о необходимости оплаты за проживание в квартире ее семьи, не было. С документами на квартиру до передачи денежных средств она не знакомилась, поскольку продавец сказал, что они еще пока не готовы и находятся на стадии оформления. Бывший супруг хорошо знал сына ФИО2, в этой связи на доверительных отношениях было дано согласие на приобретение квартиры без ознакомления с документами на нее, правовую «чистоту» сделки не проверяли. О том, что приобретаемая ими квартира является таун-хаусом стало известно только после получения отказа в предоставлении ипотечного кредита по данному основанию.

Представитель ФИО1 ФИО3 исковые требования в уточненном виде поддержал, в удовлетворении встречного иска просил отказать. 

ФИО2 в судебном заседании отсутствовала, ее представитель ФИО4 с первоначальными исковыми требованиями согласился в части наличия у его доверителя обязательства перед ФИО1 по возврату 4 000 000 рублей. С иском в части взыскании с ФИО2 денежных средств размере 320 000 рублей не согласился, поскольку доказательства передачи денежных средств его доверителю в указанном размере отсутствуют. Встречные исковые требования поддержал, по изложенным в нем основаниям. 

Исследовав материалы дела, выслушав лиц участвующих в деле, явившихся в судебное заседание, суд приходит к следующему. 

Согласно пункту 1 статьи 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 настоящего Кодекса.

В соответствии со статьей 1107 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое неосновательно получило или сберегло имущество, обязано возвратить или возместить потерпевшему все доходы, которые оно извлекло или должно было извлечь из этого имущества с того времени, когда узнало или должно было узнать о неосновательности обогащения.

Статьей 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения денежные суммы и иное имущество, предоставленные во исполнение несуществующего обязательства, если приобретатель докажет, что лицо, требующее возврата имущества, знало об отсутствии обязательства либо предоставило имущество в целях благотворительности.

В соответствии с же пунктами 2, 3, 7, 8 статьи 434.1 Гражданским кодексом Российской Федерации при вступлении в переговоры о заключении договора, в ходе их проведения и по их завершении стороны обязаны действовать добросовестно, в частности не допускать вступление в переговоры о заключении договора или их продолжение при заведомом отсутствии намерения достичь соглашения с другой стороной. Недобросовестными действиями при проведении переговоров предполагаются:

1) предоставление стороне неполной или недостоверной информации, в том числе умолчание об обстоятельствах, которые в силу характера договора должны быть доведены до сведения другой стороны;

2) внезапное и неоправданное прекращение переговоров о заключении договора при таких обстоятельствах, при которых другая сторона переговоров не могла разумно этого ожидать.

Сторона, которая ведет или прерывает переговоры о заключении договора недобросовестно, обязана возместить другой стороне причиненные этим убытки.

Убытками, подлежащими возмещению недобросовестной стороной, признаются расходы, понесенные другой стороной в связи с ведением переговоров о заключении договора, а также в связи с утратой возможности заключить договор с третьим лицом.

Правила настоящей статьи применяются независимо от того, был ли заключен сторонами договор по результатам переговоров.

Правила настоящей статьи не исключают применения к отношениям, возникшим при установлении договорных обязательств, правил главы 59 настоящего Кодекса.

Согласно положениям статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода). Если лицо, нарушившее право, получило вследствие этого доходы, лицо, право которого нарушено, вправе требовать возмещения наряду с другими убытками упущенной выгоды в размере не меньшем, чем такие доходы.

На основании части 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Согласно собственноручно написанной ФИО2 расписке, 

<

дата изъята> ФИО2 получила от ФИО1 денежную сумму в размере 4 000 000 рублей за продаваемую ею квартиру по адресу: 

<

адрес изъят>. Остальная сумма в размере 1 500 000 рублей должна была быть передана при передачи документов в регистрационную палату. 

Указанные в расписке обстоятельства сторонами по делу не отрицались и не оспаривались. 

Судом установлено, что сделка по приобретению квартиры указанной в расписке между сторонами не состоялась.

Согласно пояснениям представителя истца по первоначальному иску, сделка по купле-продаже квартиры не состоялась ввиду дезинформирования и укрытия продавцом сведений о действительном предмете сделки. В частности продаваемая квартира по факту оказалась не квартирой, а таун-хаусом. 

Представитель ответчика по первоначальному иску в свою очередь указал, что ФИО2 и на сегодняшний день готова реализовать им спорное имущество, при условии доплаты ими оставшейся ее стоимости.

Суд расценивает переданные ФИО1 ФИО2 денежные средства в размере 4 000 000 рублей как неосновательное обогащение, поскольку в настоящее время оснований для их нахождения у ответчика по первоначальному иску не имеются. На основании представленных доказательств установлено, что истец по первоначальному иску не имел намерения безвозмездно передавать ответчику по первоначальному иску денежные средства и не оказывал ему благотворительной помощи, денежные средства были переданы с счет приобретения квартиры, сделка по купле-продаже которой не состоялась. При этом суд учитывает, что стороны с требованиями о возложении обязанности заключить договор купли-продажи спорной квартиры не обращались. 

На момент вынесения судом решения доказательств возврата ответчиком по первоначальному иску полученных от ФИО1 денежных средств в размере 4 000 000 рублей не предоставлено.

Таким образом, установленные по делу обстоятельства свидетельствуют о наличии у ответчика перед истцом обязательств вследствие неосновательного обогащения, поскольку ФИО2 не представлено доказательств получения денежных средств от ФИО1 по основаниям, предусмотренным законом или договором. 

В силу изложенного исковые требования ФИО1 в части взыскания в ее пользу с ФИО2 денежных средств в размере 4 000 000 рублей в счет неосновательного обогащения подлежат удовлетворению. При этом суд учитывает, что ответчик по первоначальному иску с исковыми требованиями в данной части согласился. 

В удовлетворении исковых требований ФИО1 в части взыскания с ФИО2 денежных средств размере 320 000 рублей суд считает необходимым отказать, ввиду отсутствия доказательств передачи денежных средств в данном размере ответчику по первоначальному иску. 

Согласно положениям статьи 808 Гражданского кодекса Российской Федерации договор займа между гражданами должен быть заключен в письменной форме, если его сумма превышает не менее чем в десять раз установленный законом минимальный размер оплаты труда, а в случае, когда займодавцем является юридическое лицо, - независимо от суммы.

В подтверждение договора займа и его условий может быть представлена расписка заемщика или иной документ, удостоверяющие передачу ему займодавцем определенной денежной суммы или определенного количества вещей.

В силу статей 55, 60 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации факт передачи денежных средств только лишь свидетельскими показаниями подтвержден быть не может.

Каких-либо письменных доказательств, подтверждающих факт передачи денежных средств в размере 320 000 рублей от истца по первоначальному иску ответчику по первоначальному иску не представлено, а ходе рассмотрения дела такие доказательства не добыты. 

Согласно пояснениям самой ФИО1 и ее представителя, данным в судебном заседании, денежные средства в размере 320 000 рублей, были переданы ответчику по первоначальному иску после продажи ФИО1 автомобиля «

<

данные изъяты>». В обоснование передачи денежных средств в указанном размере, ссылаются на то, что в постановление об отказе в возбуждении уголовного дела от 

<

дата изъята>, содержатся пояснения ФИО2, в которых она подтверждает получение денежных средств за квартиру в размере 4 320 000 рублей. 

Между тем, указанное постановление, постановлением заместителя прокурора Вахитовского района г. Казани от 19 июня 2017 года отменено. 

Допрошенный в судебном заседании по ходатайству представителя истца по первоначальному иску свидетель ФИО12, суду пояснил, что приходится ФИО1 бывшим мужем, денежные средства в размере 320 000 рублей он после продажи автомобиля лично передал сыну ФИО2 – ФИО5. Тот факт, что Айрат не является собственником спорной квартиры ему было известно. 

На основании вышеизложенного суд приходит к выводу, что истец по первоначальному иску не доказал передачу денежных средств ФИО2 в размере 320 000 рублей, в этой связи в удовлетворении исковых требований в данной части следует отказать. При этом суд учитывает, отсутствие письменного документа подтверждающего передачу денежных средств в указанном размере, а также показания свидетеля, который пояснил, что денежные средства передавал не ФИО2, а ее сыну, каких-либо данных о том, что Айрат (сын ФИО2), указанную сумму передал своей матери в счет приобретения ФИО1 спорной квартиры не имеется. 

В силу статьи 209 Гражданского кодекса Российской Федерации собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом. Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.

Согласно статье 288 Гражданского кодекса Российской Федерации собственник осуществляет права владения, пользования и распоряжения принадлежащим ему жилым помещением в соответствии с его назначением. Жилые помещения предназначены для проживания граждан. Гражданин - собственник жилого помещения может использовать его для личного проживания и проживания членов его семьи. Жилые помещения могут сдаваться их собственниками для проживания на основании договора.

В соответствии со статьей 304 Гражданского кодекса Российской Федерации, собственник может требовать устранения всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения и не были соединены с лишением владения.

Согласно свидетельству о государственной регистрации права от 

<

дата изъята> серии 

<

номер изъят> в общей долевой собственности ФИО2 находиться объект индивидуального жилищного строительства (жилой дом), общей площадью 1049,9 кв.м, расположенный по адресу: 

<

адрес изъят>

Согласно пояснениям лиц участвующих в деле, в октябре 2014 года ФИО2 впустила, в принадлежащее ей жилое помещение, проживать семью ФИО1, поскольку последняя намеревалась приобрести данное помещение у нее и передала ей большую часть стоимости данного помещения в размере 4 000 000 рублей. Поскольку в последующем сделка по купле-продаже не состоялась, оставшаяся сумма за жилое помещение ответчиком по встречному иску передана не была, в мае 2015 года ФИО2 попросила освободить, принадлежащее ей жилое помещение. Семья ФИО1 по первому же требованию собственника выехали со спорного помещения. 

С указанными обстоятельствами стороны по делу согласились, в судебном заседании данные факты не отрицали.

В обоснование встречных требований ФИО2 указывает, что бесплатное проживание ответчика по встречному иску в принадлежащим ей жилом доме с октября 2014 года по май 2015 года, является неосновательным обогащением и подлежит возмещению ФИО1, поскольку у последней отсутствуют предусмотренные законом или договором права пользования данным помещением в данный период.

Согласно отчету общества с ограниченной ответственностью «Независимая оценочная компания «

<

данные изъяты> +» № 20-Ф от 28 июня 2017 года об оценке рыночной стоимости платы за аренду 

<

адрес изъят>, 

<

адрес изъят>, по состоянию на сентябрь 2014 года рыночная стоимость ежемесячной платы за аренду составляет 37 000 рублей. ФИО2 считает необходимым при расчете размера неосновательного обогащения взять указанный расчет и взыскать с ответчика по встречному иску 296 000 рублей (37 000 рублей х на период проживания ФИО1 (с октябрь 2014 года по май 2015 года = 8 месяцев = 296 000 рублей).

ФИО2 заявлены требований о взыскании неосновательного обогащения за период с октября 2014 года по май 2015 года, поскольку в указанный период времени ответчик по встречному иску проживал в доме неосновательно и пользовался имуществом истца по встречному иску, в связи с чем, ФИО1 сберегла свои денежные средства на аренду жилого помещения. 

Между тем, сам по себе факт пользования чужим имуществом без надлежаще оформленного договора может свидетельствовать об отсутствии правового основания (неосновательности) пользования, однако не означает обязательного возникновения неосновательного обогащения вследствие такого пользования.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 настоящего Кодекса.

Правила, предусмотренные главой 60 Гражданского кодекса Российской Федерации, применяются независимо от того, явилось ли неосновательное обогащение результатом поведения приобретателя имущества, самого потерпевшего, третьих лиц или произошло помимо их воли (пункт 2 статьи 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Обязательства возникают из договора, вследствие причинения вреда и из иных оснований, указанных в Гражданском кодексе Российской Федерации (пункт 2 статьи 307 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно подпункту 7 пункта 1 статьи 8 Гражданского кодекса Российской Федерации, гражданские права и обязанности возникают вследствие неосновательного обогащения. Обязательство, не исполненное в разумный срок, должник обязан исполнить в семидневный срок со дня предъявления кредитором требования о его исполнении, если обязанность исполнения в другой срок не вытекает из существа обязательства (пункт 2 статьи 314 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Заявляя встречные исковые требования ФИО2 исходила из того, что, в период проживания ответчика по встречному требованию в спорном жилом помещении она не получила доход, который могла бы (была намерена) получить от сдачи ее в наем (аренду).

Между тем, в соответствии с пунктом 2 статьи 1105 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, неосновательно временно пользовавшееся чужим имуществом без намерения его приобрести либо чужими услугами, должно возместить потерпевшему то, что оно сберегло вследствие такого пользования, по цене, существовавшей во время, когда закончилось пользование, и в том месте, где оно происходило.

Пунктом 1 статьи 1107 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено также, что лицо, которое неосновательно получило или сберегло имущество, обязано возвратить или возместить потерпевшему все доходы, которые оно извлекло или должно было извлечь из этого имущества с того времени, когда узнало или должно было узнать о неосновательности обогащения.

В силу пункта 2 статьи 30 Жилищного кодекса Российской Федерации собственник жилого помещения вправе предоставить во владение и (или) в пользование принадлежащее ему на праве собственности жилое помещение гражданину на основании договора найма, договора безвозмездного пользования или на ином законном основании, а также юридическому лицу на основании договора аренды или на ином законном основании с учетом требований, установленных гражданским законодательством, данным Кодексом.

То есть закон не устанавливает обязательного пользования жилым помещением только на платной основе, предусматривая и безвозмездное пользование им.

Разрешая заявленные требования, суд отмечает, что истцом не было представлено доказательств того, что он направлял ответчику требование об освобождении жилого помещения и об оплате за пользование жилым помещением в спорный период, из чего следовал бы вывод о том, что зная о наличии такого требования о необходимости выселения и об оплате, ответчик между тем неосновательно сберегает за счет истца стоимость аренды жилого помещения.

Истцу необходимо было доказать, что он располагал реальными условиями для получения дохода при условии надлежащего исполнения обязательства, а также, что им были предприняты необходимые меры для его получения и сделаны необходимые для этой цели приготовления. Иными словами, истец должен доказать, что допущенное ответчиком по встречному иску нарушение обязательства явилось единственным препятствием, не позволившим истцу по встречному иску пользоваться жилым помещением и получить упущенную выгоду; все остальные необходимые приготовления для ее получения им были сделаны.

Принимая во внимание, что вселение ответчика в спорное жилое помещение происходило на законных основаниях, ФИО2 сама предоставила семье ФИО1 спорное жилое помещение для проживания, впоследствии сделка по купли-продажи жилого дома не была совершена, суд приходит к выводу, что истцом по встречному иску не представлено достаточных и допустимых доказательств, с которыми закон связывает возможность возникновения обязательств вследствие неосновательного обогащения.

Таким образом фактическое проживание ответчика по встречному иску в спорном жилом помещении не образует достаточную совокупность оснований для взыскания с него заявленных денежных средств в виде арендной платы. При этом арендная плата, которую истец по встречному иску получал бы от сдачи помещения в наем, по своей сути, является возмещением понесенных имущественных потерь, которые возникают при объективной невозможности осуществления полномочий по владению и пользованию имуществом. Действующее законодательство не предусматривает обязательного вселения будущего собственника в приобретаемое жилое помещение в случае его частичной оплаты. Данное право законом предусмотрено для покупателя, только после перехода права собственности на приобретаемый объект недвижимости. В данном случае ФИО2 предоставляя ФИО1 право на вселение и проживание в спорном помещении до продажи объекта (не выдвигая каких-либо требований и не ставя какие-либо условия ФИО1), воспользовалось своим правом собственника владеть, распоряжаться и пользоваться принадлежащим ей объектом недвижимости по своему усмотрению. 

В этой связи отсутствуют основания для вывода о том, что у ответчика возникли обязательства вследствие неосновательного обогащения. Следовательно, не имеется оснований для удовлетворения исковых требований.

Доказательств недобросовестности в действиях ФИО1 при вступлении в переговоры о заключении договора купли-продажи спорного помещения, ответчиком по встречному иску не представлено, в этой связи оснований для возмещения убытков по данному основанию также не имеется. 

С учетом отказа в удовлетворении встречных исковых требований, оснований для возмещения расходов понесенных истцом по встречному иску на услуги оценщика также не имеется.

Руководствуясь статьями 194 - 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО1 к ФИО2 о взыскании задолженности удовлетворить частично. 

Взыскать ФИО2 в пользу ФИО1 в счет неосновательного обогащения 4 000 000 рублей. 

В остальной части в удовлетворения исковых требований ФИО1 отказать. 

В удовлетворении встречных исковых требований ФИО2 к ФИО1 о взыскании денежных средств в размере 296 000 рублей и расходов на оплату услуг эксперта в размере 7 000 рублей, отказать. 

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный Суд Республики Татарстан в течение месяца через Советский районный суд города Казани. 

Судья А.Ф. Гильмутдинова