Дело № 2-91/2018

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

19 февраля 2018 года город Псков

Псковский городской суд Псковской области в составе:

председательствующего Пантелеевой И.Ю.

при секретаре Котовой Е.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к кооперативу индивидуальных гаражей №23 о признании акта ревизионной комиссии от 23 марта 2017 года и решения общего собрания от 28 марта 2017 года в части недействительными,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском, уточненным в порядке ст. 39 ГПК РФ, к КИГ №23 о признании акта ревизионной комиссии от 23 марта 2017 года и решения общего собрания от 28 марта 2017 года в части недействительными.

В обоснование иска указал, что является членом КИГ №23, расположенного по адресу: 

<

...> и имеет в собственности несколько гаражей.

28 марта 2017 года состоялось общее собрание членов кооператива, ход и результаты которого зафиксированы в протоколе №38. На данном собрании был принят ряд решений, с которыми он не согласен.

Так на рассмотрение общего собрания был представлен акт ревизионной комиссии от 23 марта 2017 года, который не утверждался общим собранием членов кооператива; принято решение об его исключении из членов кооператива; об исключении из членов кооператива членов, не явившихся на собрание 3 и более раз без уважительной причины; утвержден целевой взнос в размере 20% от стоимости электрической энергии для тех, кто не подключился к главному счетчику; об обязании его демонтировать электрический кабель с гаражей новой площадки и забора, об утверждении сметы на 2017 год.

Считает решения незаконными и нарушающими его права, поскольку приняты по вопросам, не включенным в повестку дня, с нарушением порядка созыва и проведения общего собрания членов кооператива, без предоставления для ознакомления документа (сметы), утвержденного собранием, с нарушением порядка покрытия убытков, возникающих в потребительском кооперативе, с нарушением права пользования общей совместной собственностью членов кооператива.

В связи с чем просит признать недействительным акт ревизионной комиссии от 23 марта 2017 года; а также признать недействительным и не порождающим правовых последствий с даты их принятия, решение общего собрания членов КИГ № 23 от 28 марта 2017 года, в части признания работы правления КИГ удовлетворительной, исключения из членов кооператива членов, не явившихся на собрание 3 и более раз подряд без уважительной причины, исключения его из членов кооператива, обязании его демонтировать электрический кабель с гаражей новой площадки и забора, утверждения сметы доходов и расходов на 2017 год, установления целевого взноса на погашение перерасхода электроэнергии из расчета 20% от стоимости потребленной электроэнергии, а также взыскать с ответчика расходы по оплате госпошлины в сумме 300 руб.

Истец ФИО1 в суд не явился; о месте и времени судебного разбирательства извещен надлежащим образом; воспользовался правом ведения дела через представителя ФИО2, которая в предыдущих судебных заседаниях уточненные исковые требования поддержала.

Представитель ответчика – КИГ№23 ФИО3 иск не признал; полагал, что нарушений требований закона при проведении общего собрания 28.03.2017 не допущено, процедура созыва собрания была соблюдена, кворум имелся. Указал, что ФИО1 был исключен из членов кооператива за то, что имеет задолженность по членским взносам и за самовольную прокладку электрического кабеля по крышам гаражей и забору, игнорирование общих собраний членов кооператива; демонтаж кабеля не был включен в повестку дня общего собрания членов кооператива, но по данному факту проводилась проверка; факт отсутствия утвержденной приходно-расходной сметы на 2016 год не оспаривал.

Представитель привлеченного судом в качестве третьего лица – ПАО «МРСК Северо-Запада» в суд не явился; о времени и месте судебного разбирательства извещен надлежащим образом.

Выслушав лиц, участвующих в деле, допросив свидетелей, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

Согласно Уставу КИГ №23 кооператив является некоммерческой организацией, потребительским кооперативом, созданным с целью обеспечения членов кооператива гаражами для индивидуальных транспортных средств.

В соответствии со ст. 50 ГК РФ юридические лица, являющиеся некоммерческими организациями, могут создаваться в форме потребительских кооперативов.

Потребительским кооперативом в силу ч. 1 ст. 123.2 ГК РФ признается основанное на членстве добровольное объединение граждан или граждан и юридических лиц в целях удовлетворения их материальных и иных потребностей, осуществляемое путем объединения его членами имущественных паевых взносов.

Рассматривая заявленные ФИО1 требования, суд руководствуется положениями Гражданского кодекса РФ, касающимися юридических лиц и потребительских кооперативов (ст. ст. 50, 52, 116), а также применяет положения Федерального закона №66-ФЗ от 15.04.1998 «О садоводческих, огороднических и дачных некоммерческих объединениях граждан» по аналогии закона, как наиболее близкого вида потребительской кооперации, поскольку для гаражных кооперативов отсутствует специальный закон.

В силу ст. 20 указанного закона органами управления садоводческим, огородническим или дачным некоммерческим объединением являются общее собрание его членов, правление такого объединения, председатель его правления. Общее собрание членов садоводческого, огороднического или дачного некоммерческого объединения является высшим органом управления такого объединения.

К исключительной компетенции общего собрания членов садоводческого, огороднического и дачного некоммерческого объединения (собрания уполномоченных) в соответствии со ст. 21 названного закона относятся, в том числе вопросы: прием в члены такого объединения и исключение из его членов; определение количественного состава правления такого объединения, избрание членов его правления и досрочное прекращение их полномочий; избрание председателя правления и досрочное прекращение его полномочий, если уставом такого объединения не установлено иное; избрание членов ревизионной комиссии (ревизора) такого объединения и досрочное прекращение их полномочий; утверждение приходно-расходной сметы такого объединения и принятие решений о ее исполнении; утверждение отчетов правления, ревизионной комиссии (ревизора), комиссии по контролю за соблюдением законодательства, фонда взаимного кредитования, фонда проката; поощрение членов правления, ревизионной комиссии (ревизора), комиссии по контролю за соблюдением законодательства, фонда взаимного кредитования, фонда проката и членов такого объединения. Общее собрание членов садоводческого, огороднического или дачного некоммерческого объединения (собрание уполномоченных) вправе рассматривать любые вопросы деятельности такого объединения и принимать по ним решения.

Как следует из п. 13.1 Устава общее собрание – высший орган управления кооператива, а в период между собраниями – правление кооператива. 

В соответствии с п. 2 ст. 181.1 ГК РФ решение собрания, с которым закон связывает гражданско-правовые последствия, порождает правовые последствия, на которые решение собрания направлено, для всех лиц, имевших право участвовать в данном собрании, а также для иных лиц, если это установлено законом или вытекает из существа отношений.

Решение собрания согласно ст. 181.2 ГК РФ считается принятым, если за него проголосовало большинство участников собрания и при этом в собрании участвовало не менее пятидесяти процентов от общего числа участников соответствующего гражданско-правового сообщества. При наличии в повестке дня собрания нескольких вопросов по каждому из них принимается самостоятельное решение, если иное не установлено единогласно участниками собрания. О принятии решения собрания составляется протокол в письменной форме. Протокол подписывается председательствующим на собрании и секретарем собрания.

Согласно п. 1 ст. 181.3 ГК РФ решение собрания недействительно по основаниям, установленным настоящим Кодексом или иными законами, в силу признания его таковым судом (оспоримое решение) или независимо от такого признания (ничтожное решение).

Положениями ст. 181.4 ГК РФ закреплено, что решение собрания может быть признано судом недействительным при нарушении требований закона, в том числе в случае, если: допущено существенное нарушение порядка созыва, подготовки и проведения собрания, влияющее на волеизъявление участников собрания; у лица, выступавшего от имени участника собрания, отсутствовали полномочия; допущено нарушение равенства прав участников собрания при его проведении; допущено существенное нарушение правил составления протокола, в том числе правила о письменной форме протокола (пункт 3 статьи 181.2).

Решение собрания вправе оспорить в суде участник соответствующего гражданско-правового сообщества, не принимавший участия в собрании или голосовавший против принятия оспариваемого решения.

Участник собрания, голосовавший за принятие решения или воздержавшийся от голосования, вправе оспорить в суде решение собрания в случаях, если его волеизъявление при голосовании было нарушено.

В силу ст. 181.5 ГК РФ, если иное не предусмотрено законом, решение собрания ничтожно в случае, если оно: принято по вопросу, не включенному в повестку дня, за исключением случая, если в собрании приняли участие все участники соответствующего гражданско-правового сообщества; принято при отсутствии необходимого кворума; принято по вопросу, не относящемуся к компетенции собрания; противоречит основам правопорядка или нравственности.

Судом установлено, что истец является членом КИГ №23, расположенного по адресу: 

<

...> а также собственником 14 гаражей в пределах единого гаражного кооператива.

28 марта 2017 года состоялось общее собрание членов КИГ № 23, которое оформлено протоколом № 38.

На данном собрании, согласно протоколу, присутствовал 31 член кооператива, общее число членов которого – 61, явка составила – 50,8%.

Таким образом, собрание было правомочно на принятие решений ввиду наличия на нем кворума, что, по сути, не оспаривается. 

Из повестки общего собрания следует, что в неё включены следующие вопросы: 1. отчет председателя КИГ №23 о проделанной работе за отчетный период; 2. отчет ревизионной комиссии; 3. соблюдение Устава кооператива и исключение из членов кооператива ФИО1 и ФИО4; 4. что необходимо предпринять, чтобы некоторые владельцы гаражей не жили за счет КИГ №23; 5. выборы нового состава правления и ревизионной комиссии; 6. разное; 7. утверждение сметы на 2017 год, членских взносов и целевых взносов /л.д. 47/.

Давая правовую оценку фактическим обстоятельствам дела, а также анализируя действующие положения законодательства, суд приходит к следующему.

Согласно подп. 4 п. 3 ст. 22 Федерального закона от 15 апреля 1998 года N 66-ФЗ "О садоводческих, огороднических и дачных некоммерческих объединениях граждан" к компетенции правления садоводческого, огороднического или дачного некоммерческого объединения относятся, в частности, составление приходно-расходных смет и отчетов такого объединения, представление их на утверждение общего собрания его членов (собрания уполномоченных).

Утверждение приходно-расходной сметы такого объединения и принятие решений о ее исполнении относится к исключительной компетенции общего собрания членов садоводческого, огороднического и дачного некоммерческого объединения (подп. 12 п. 1 ст. 21 вышеуказанного Закона).

Также в соответствии с п.п. 14 п.1 указанной статьи к исключительной компетенции общего собрания относится вопрос об утверждении отчетов правления, ревизионной комиссии (ревизора), комиссии по контролю за соблюдением законодательства.

Согласно п. 15.6. Устава общее собрание членов кооператива утверждает приходно-расходную смету, заслушивает, утверждает годовые отчеты правления и акты ревизионной комиссии. 

Правление кооператива индивидуальных гаражей является исполнительным органом кооператива, подотчетным в своей работе общему собранию членов кооператива; составляет приходно-расходную смету, представляет ее на утверждение общего собрания (п. 19, 19.9 Устава).

Из материалов дела усматривается, что решением Псковского городского суда от 4 октября 2016 года решение общего собрания членов КИГ № 23 от 11 февраля 2016 года в части утверждения сметы на 2016 год признано недействительным. Судебный акт вступил в законную силу 12.11.2016.

В последующем внеочередное собрание для утверждения сметы на 2016 год не созывалось.

Таким образом, в 2016 году правление кооператива осуществляло свою деятельность без утвержденной общим собранием членов кооператива сметы доходов и расходов.

Данный факт подтверждается пояснениями представителя ответчика ФИО3, показаниями свидетеля ФИО5

Кроме того, ответчику при принятии решений по вопросам: отчет председателя КИГ №23 о проделанной работе за 2016 год; отчет ревизионной комиссии за 2016 год, бесспорно было известно о признании решения общего собрания от 11.02.2016 в части утверждения сметы на 2016 год недействительной.

Согласно ч. 1 ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В нарушение указанной нормы права ответчиком доказательств принятия общим собранием КИГ № 23 решения об утверждении сметы на 2016 год не представлено.

Таким образом, суд полагает, что принятое решение о признания работы правления КИГ № 23 удовлетворительной является недействительным, отчет ревизионной комиссии незаконным. 

Из содержания протокола также усматривается, что ФИО1 исключен из членов кооператива в связи с наличием задолженности и невыполнением решений общего собрания кооператива. 

В пункте 12.6. Устава предусмотрены основания исключения члена кооператива. Так, член кооператива может быть исключен из него в случаях неподчинения Уставу, невыполнения обязательств, принятых общим собранием, причинения умышленного, существенного материального ущерба кооперативу, нарушения градостроительной дисциплины, неуплаты членских взносов, целевых взносов и оплаты за электроэнергию.

Суд, оценив положения Устава, объяснения сторон по делу, а также представленные доказательства в их совокупности, приходит к выводу о том, что решение собрания по вопросу исключения истца из членов КИГ № 23 противоречит нормам Устава, в связи с чем, является незаконным.

При этом суд исходит из того, что ответчиком не представлены доказательства тех обстоятельств, что истец не уплачивал по неуважительной причине членские взносы более года.

Председатель кооператива не отрицал, что членские взносы истцом уплачивались, однако не в полном объеме и несвоевременно, в связи с чем образовалась задолженность.

Вместе с тем ответчиком не представлены доказательства, свидетельствующие о наличии задолженности по уплате членских и целевых взносов, за электроэнергию, неподчинении Уставу, невыполнении обязательств, принятых общим собранием, причинения умышленного, существенного материального ущерба кооперативу, нарушения градостроительной дисциплины, привлечении к ответственности за неисполнение решений общих собраний; кроме того, в протоколе собрания отсутствуют сведения о размере задолженности, периоде просрочки уплаты. 

Кроме того, при рассмотрении вопроса № 3 повестки общего собрания «соблюдение Устава кооператива…», было принято решение: «Рекомендовать членам КИГ № 23, которые не ходят на собрания, добровольно выйти из членов КИГ № 23. А, кто не выйдет и не придет на собрание 3 и более раз (подряд) без уважительной причины исключать на общих собраниях. Счет вести с собрания от 28.03.2017».

В соответствии с пунктом 4 статьи 16 Федерального закона "О садоводческих, огороднических и дачных некоммерческих объединениях граждан" в уставе садоводческого некоммерческого объединения в обязательном порядке указываются основания и порядок исключения из членов такого объединения и применения иных мер воздействия за нарушение устава или правил внутреннего распорядка такого объединения.

Поскольку Устав указанного выше основания для исключения из членов гаражного кооператива не содержит, принятое решение в этой части действующему законодательству не соответствует; при этом решение о внесении изменений в п. 12.6 Устава не принималось.

Анализируя повестку общего собрания, суд находит, что в нарушение процедуры созыва данного собрания, а именно по вопросу, не включенному в его повестку, принято решение об обязании ФИО1 до 1 июля 2017 года демонтировать электрический кабель с гаражей новой площадки и забора.

При таких обстоятельствах решение в указанной части является ничтожным, а требование истца о признании его недействительным подлежащим удовлетворению.

Включение в повестку дня п. 6 "Разное" достоверно не указывает на то, что на этом собрании будет решаться вопрос об обязании ФИО1 до 1 июля 2017 года демонтировать электрический кабель с гаражей новой площадки и забора, и не свидетельствует об оповещении членов кооператива о намерении разрешить названный вопрос на данном собрании, в связи с чем ссылка ответчика на изложенные обстоятельства подлежит отклонению.

Таким образом, из установленных по делу обстоятельств следует, что в силу п. 1 ст. 181.5 Гражданского кодекса РФ имеется основание для признания решения общего собрания КИГ № 23 от 28 марта 2017 года в части обязания ФИО1 до 1 июля 2017 года демонтировать электрический кабель с гаражей новой площадки и забора недействительным, поскольку в данной части оно является ничтожным.

Общим собранием членов гаражного кооператива при рассмотрении вопроса №7 большинством голосов было принято решение об утверждении целевого взноса на кВт в размере 20% для лиц, которые не подключились к главному щиту.

В соответствии со ст. 1 Федерального закона "О садоводческих, огороднических и дачных некоммерческих объединениях граждан" целевые взносы - денежные средства, внесенные членами садоводческого, огороднического или дачного некоммерческого товарищества либо садоводческого, огороднического или дачного некоммерческого партнерства на приобретение (создание) объектов общего пользования; дополнительные взносы - денежные средства, внесенные членами садоводческого, огороднического или дачного потребительского кооператива на покрытие убытков, образовавшихся при осуществлении мероприятий, утвержденных общим собранием членов потребительского кооператива.

Как следует из протокола собрания, а также из пояснений представителя ответчика в судебном заседании увеличение членских взносов и установление целевого взноса было вызвано необходимостью покрытия убытков, возникающих у кооператива в связи с затратами, понесенными на реконструкцию электросетей, установку дополнительно электросчетчиков, электроящиков, автоматических выключателей, а также отсутствием денег в кассе кооператива.

При таких обстоятельствах, а также исходя из названных выше положений закона, суд считает, что указанное повышение стоимости электрической энергии в размере 20% на кВт для лиц, которые не подключились к главному щиту, не может рассматриваться как целевой взнос; фактически является изменением тарифа на электроэнергию для определенного круга лиц. 

Доказательств экономической обоснованности установления в КИГ №23 иного тарифа на электроэнергию представителем КИГ не приведено; кроме того, как установлено выше по тексту решения утвержденной приходно-расходной сметы на 2016 год не имеется.

В силу ст. 123.3 Гражданского кодекса РФ в течение трех месяцев после утверждения ежегодного баланса члены потребительского кооператива обязаны покрыть образовавшиеся убытки путем внесения дополнительных взносов.

В соответствии пп.10-12 п.1 ст.21 Федерального закона "О садоводческих, огороднических и дачных некоммерческих объединениях граждан", к исключительной компетенции общего собрания членов садоводческого, огороднического и дачного некоммерческого объединения (собрания уполномоченных) относятся принятие решений о формировании и об использовании имущества такого объединения, о создании и развитии объектов инфраструктуры, а также установление размеров целевых фондов и соответствующих взносов.

При таких обстоятельствах, исходя из того, что к компетенции общего собрания кооператива утверждение тарифов за потребленную электроэнергию не относится, установление целевого взноса с возникшими убытками по итогам года не связано, принимая во внимание, что убытки должны возмещаться посредством дополнительных взносов, рассчитанных из конкретной суммы, суд признает решение общего собрания в данной части также незаконным.

Разрешая требования истца о признании недействительным решения в части утверждения сметы на 2017 год, суд, исходя из названных выше по тексту решения положений подп. 4 п. 3 ст. 22, подп. 12 п. 1 ст. 21 Федерального закона "О садоводческих, огороднических и дачных некоммерческих объединениях граждан", Устава КИГ № 23, находит их не подлежащими удовлетворению.

В повестку дня собрания вопрос об утверждении приходно-расходной сметы на 2017 год фактически включен в п. 7, что соответствует п. 1 ст. 181.5 Гражданского кодекса РФ, а принятие решения по данному вопросу общим собранием членов кооператива, также не противоречит п. 3 ст. 181.5 Гражданского кодекса РФ.

За утверждение данной сметы проголосовало 31 член, против 0, воздержались 0, таким образом, решением большинства голосов общего собрания КИГ, что составляет более 50% от общего числа членов, была утверждена указанная смета /л.д. 15/.

О принятии решения собрания составлен протокол № 38 в письменной форме, подписанный председательствующим на собрании и секретарем собрания.

Таким образом, порядок принятия и оформления решения собрания, установленный ст. 181.2 Гражданского кодекса РФ, по спорному вопросу ответчиком соблюден.

Учитывая изложенное, суд приходит к выводу, что оснований для признания оспариваемого ФИО1 решения собрания в части утверждения сметы на 2017 год недействительным или ничтожным, перечень которых приведен в статьях 181.4 и 181.5 Гражданского кодекса РФ, не имеется.

Доказательства наличия нарушений, допущенных ответчиком при проведении очного собрания членов КИГ № 23 по спорному вопросу, и процедуры принятия оспариваемого в названной части решения, установленных законом, истцом в силу ст. 56 Гражданского процессуального кодекса РФ не представлены.

Оспаривая акт ревизионной комиссии по проверке финансово-хозяйственной деятельности правления КИГ №23 от 23 марта 2017 года, ФИО1 указывает на то, что он не утверждался общим собранием членов кооператива, в связи с чем нарушены его права как члена кооператива.

Из материалов дела и показаний свидетеля председателя ревизионной комиссии ФИО5 следует, что 23.03.2017 последним составлен акт ревизионной комиссии по проверке хозяйственно-финансовой деятельности правления КИГ № 23, согласно которому нарушений в его деятельности не обнаружено; в том числе в нем указано, что расходы денежных средств соответствовали смете за 2016 год /л.д. 17/. 

Согласно ст. 25 Федерального закона "О садоводческих, огороднических и дачных некоммерческих объединениях граждан" контроль за финансово-хозяйственной деятельностью садоводческого, огороднического или дачного некоммерческого объединения, в том числе за деятельностью его председателя, членов правления и правления, осуществляет ревизионная комиссия (ревизор), избранная из числа членов такого объединения общим собранием его членов в составе одного или не менее чем трех человек на срок два года. Порядок работы ревизионной комиссии (ревизора) и ее полномочия регулируются положением о ревизионной комиссии (ревизоре), утвержденным общим собранием членов такого объединения (собранием уполномоченных).

Ревизионная комиссия (ревизор) садоводческого, огороднического или дачного некоммерческого объединения обязана проверять выполнение правлением такого объединения и председателем правления решений общих собраний членов такого объединения (собраний уполномоченных), законность гражданско-правовых сделок, совершенных органами управления таким объединением, нормативных правовых актов, регулирующих деятельность такого объединения, состояние его имущества; осуществлять ревизии финансово-хозяйственной деятельности такого объединения не реже чем один раз в год, а также по инициативе членов ревизионной комиссии (ревизора), решению общего собрания членов такого объединения (собрания уполномоченных) либо по требованию одной пятой общего числа членов такого объединения или одной трети общего числа членов его правления.

Как указано в п. 24.2 Устава в плановом порядке, но не реже чем 2 раза в год, ревизионная комиссия проверяет хозяйственную и финансовую деятельность правления кооператива и докладывает общему собранию членов кооператива о результатах проведения ревизий, дает заключение по годовому отчету правления.

В силу части 1 ст. 3 ГПК РФ заинтересованное лицо вправе обратиться в суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов в порядке, установленном Кодексом.

Из смысла названной выше нормы Кодекса следует, что предъявление соответствующего требования должно иметь своей целью восстановление нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов обратившегося в суд лица.

Положениями статей 11, 12 Гражданского кодекса РФ определено, что в суде осуществляется защита нарушенных или оспариваемых гражданских прав способами, перечисленными в ст. 12 названного Кодекса, а также иными способами, предусмотренными законом.

Таким образом, истец свободен в выборе способа защиты своего нарушенного права, однако избранный им способ защиты должен соответствовать содержанию нарушенного права и спорного правоотношения, характеру нарушения. В тех случаях, когда закон предусматривает для конкретного правоотношения определенный способ защиты, лицо, обращающееся в суд, должно воспользоваться именно этим способом защиты. При этом процессуальные риски, связанные с ошибочной квалификацией спорного правоотношения и выбором ненадлежащего способа защиты гражданских прав, должно нести лицо, обращающееся за судебной защитой.

В соответствии со ст. 196 ГПК РФ, суд принимает решение по заявленным требованиям.

Суд считает, что в данном случае истцом избран неверный способ защиты своих прав, поскольку признание незаконным оспариваемого акта ревизионной комиссии, составленного в отсутствии утвержденной сметы на 2016 год, не восстановит права истца, которые он полагает нарушенными. Кроме того, с учетом данных обстоятельств, суд пришел к выводу о недействительности решения общего собрания в части признания работы правления КИГ № 23 удовлетворительной.

Так, не являясь локальным нормативным актом, составленный акт ревизионной комиссии не устанавливает правила поведения, не является обязательным для исполнения, в том числе, истцом.

При указанных обстоятельствах, поскольку оспариваемый истцом акт не повлек за собой определенных правовых последствий, не возлагает на последнего какие-либо обязанности, то не может быть оспорен в самостоятельном порядке. Следовательно, оснований для признания указанного документа незаконным не имеется.

Суд, исходя из ст. 98 ГПК РФ, взыскивает с ответчика в пользу истца расходы по оплате государственной пошлины в размере 300 руб. 

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к кооперативу индивидуальных гаражей №23 о признании акта ревизионной комиссии от 23 марта 2017 года и решения общего собрания от 28 марта 2017 года в части недействительными удовлетворить частично.

Признать недействительным решение общего собрания членов кооператива индивидуальных гаражей №23 от 28 марта 2017 года в части признания работы правления кооператива индивидуальных гаражей №23 удовлетворительной, исключения из членов кооператива ФИО1, исключения из членов кооператива лиц, которые не являются на собрания три и более раз подряд без уважительной причины, обязания ФИО1 до 1 июля 2017 года демонтировать электрический кабель с гаражей и забора, утверждения целевого взноса на кВт в размере 20% для лиц, которые не подключились к главному щиту.

В остальной части в удовлетворении исковых требований отказать.

Взыскать с кооператива индивидуальных гаражей № 23 в пользу ФИО1 расходы по оплате государственной пошлины в размере 300 руб.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме в Псковский областной суд через Псковский городской суд.

Судья /подпись/ И.Ю. Пантелеева

Мотивированное решение изготовлено 5 марта 2018 года.