Дело № 2-2392/2019

Р Е Ш Е Н И Е

 

именем Российской Федерации

12 ноября 2019 года с.Большое Нагаткино Ульяновская область 

Ульяновский районный суд Ульяновской области

в составе председательствующего судьи Шапаревой И.А., 

при секретаре Абрамян Ж.С., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Управлению муниципальным имуществом и по земельным отношениям администрации МО «***» Ульяновской области о признании приказа об увольнении незаконным, изменении формулировки увольнения, компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к Управлению муниципальным имуществом и по земельным отношениям администрации МО «***» Ульяновской области о признании приказа об увольнении незаконным, изменении формулировки увольнения, компенсации морального вреда. Свои исковые требования мотивировал следующим, что он работал в должности *** Управления Муниципальным имуществом и по земельным отношениям администрации МО « ***» Ульяновской области с 16.01.2014 года.

19.07.2019 года он был уволен приказом ***-к на основании п.п. «а» п.6 ч.1 ст. 81 Трудового Кодекса РФ за прогул.

С данным увольнением он не согласен, считает его незаконным и необоснованным.

На основании приказа УМИЗО МО «***» от 09.07.2019 года №5 в отношении него была проведена служебная проверка с целью установления причины его отсутствия на рабочем месте с 17.06.2019 года по 28.06.2019 года. По данному факту он представил руководству объяснительную записку, где указал, что в указанный период им решались организационные вопросы с подрядчиками в рамках исполнения муниципального контракта от 04.06.2019 года. В период с 24.06.2019 года по 28.06.2019 года он осуществлял контроль за работами подрядчика по ремонту дорог в ***. К объяснительной записке были приложены письма, подтверждающие факт его встреч с представителями подрядчика, что входит в его должностные обязанности.

18.07.2019 года его вызвали на заседание комиссии по результатам проведения служебной проверки по факту его отсутствия на рабочем месте с 17.06.2019 года по 28.06.2019 года. Председателем комиссии были заданы вопросы, на которые он отвечал. В ходе заседания были зачитаны объяснительная начальника ФИО2, объяснительная директора ООО «Ространс» *** где последний сообщил что в период с 24.06.2019 года по 28.06.2019 года он не общался с ФИО1 Однако ранее тот же директор ООО «Ространс» *** самому ФИО3 представил доказательства о том, что в указанный период они общались, ФИО1 осуществлял контроль за строительством дорог. Вместе с тем, *** не был приглашен на заседание комиссии для дачи пояснений.

Письма ИП ФИО4 также не были рассмотрены комиссией, ФИО4 не приглашался на заседание комиссии.

Полагает, что действия комиссии носят предвзятый характер, вопрос о его отсутствии на рабочем месте с 17.06.2019 года по 28.06.2019 года рассмотрен необъективно и однобоко. Полагает, что процедура увольнения была нарушена. Свои трудовые обязанности он выполнял в полном соответствии с требованиями должностной инструкции и ФЗ от 02.03.2007 года №25-ФЗ « О муниципальной службе в РФ», каких- либо конфликтных ситуаций с коллегами и непосредственным руководителем у него не было, жалоб и докладных записок не оформлялось.

Работодатель уволил его в день открытия больничного листа, то есть 19.07.2019 года. При этом он предупредил своего работодателя о том, что 19.07.2019 года в отношении него был открыт больничный лист нетрудоспособности.

В результате незаконного увольнения он остался без средств к существованию, основание увольнения по п.п.ап.6 ст. 81 ТК РФ пагубно отразилось на его репутации муниципального служащего, и ограничивает его возможности трудоустройства. Для ознакомления с приказом он был вызван с больничного листа с высокой температурой, при этом испытал сильный нравственный и моральный стресс. 

Полагает, что в силу ст. 237 ТК РФ ответчик обязан компенсировать причиненные ему нравственные страдания, выплатив ему компенсацию морального вреда в размере 43000 руб.

В соответствии с нормой ст. 394 ТК РФ в случае признания увольнения незаконным орган, рассматривающий индивидуальный трудовой спор, может по заявлению работника принять решение об изменении формулировки основания увольнения на увольнение по собственному желанию.

Просил суд признать приказ начальника УМИЗО администрации МО «***» Ульяновской области о прекращении (расторжении) трудового договора с работником (увольнении) от 19.07.2019 года №2-к незаконным, изменить формулировку и дату увольнения на увольнение по собственному желанию, взыскать компенсацию морального вреда в размере 43 000 руб.

Определением суда от 17 сентября 2019 года к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований, привлечены администрация МО «Цильнинский район» Ульяновской области, Государственная инспекция труда в Ульяновской области.

Определением суда от 23 октября 2019 года к участию в деле привлечен прокурор.

Определением суда от 08 ноября 2019 года от истца ФИО1 принят отказ от иска в части требований о восстановлении истца в должности заместителя начальника управления начальника отдела УМИЗО администрации МО «***» Ульяновской области, производство по делу в данной части исковых требований прекращено.

В судебном заседании истец ФИО1 поддержал исковые требования в окончательной редакции. Суду пояснил, что работал в должности *** УМИЗО администрации МО «***» с 16 января 2014 года, при этом практически функции в данной должности никогда не исполнял, потому как фактически занимался работой по строительству дорог и контролем за осуществлением дорожной деятельности, полагая, что является заместителем Главы администрации МО «***» Ульяновской области, поскольку должность Главы до недавнего времени исполнял его отец- ФИО5, он был его правой рукой. Однако, после того, как на указанную должность был избран ***, то на него начались гонения. Именно с этим он связывает, всю процедуру его увольнения, которую считает незаконной. Также пояснил, что за все время работы постоянного рабочего места, как работник УМИЗО, он не имел, так как характер его работы был разъездной, периодически он появлялся в кабинете, в котором работала *** При этом он никогда не докладывал о своем отсутствии на рабочем месте кому- либо, так как не считал это необходимым. Кроме того, в период времени с 17 по 28 июня 2019 года с должности начальника УМИЗО был уволен ***, в связи с конфликтом интересов, следовательно докладывать о своих перемещениях было некому. О том, что назначена и.о. начальника УМИЗО МО «***» Ульяновской области *** на период ему известно не было, данный приказ до него не доводили. В период с 17 по 21 июня 2019 года он работал совместно с представителями ИП ФИО4, производил следующие работы: договаривался по вопросам организации питания для работников, парковки транспорта, складирования расходных материалов, в рамках исполнения муниципального контракта. Кроме того, работал с директором ООО «Ространс» ***, осуществлял контроль за производством ремонта дорог в ***, то есть работал в обычном режиме. Для него явилось полной неожиданностью, когда его вызвали на комиссию по выяснению причин его отсутствия на рабочем месте. В день его увольнения 19.07.2019 года он заболел, обратился к врачу *** ГУЗ «***» ФИО6, был на приеме в 14 часов, где ему был выставлен диагноз: ***, испытывал сильные боли, о чем он сообщил своему работодателю, отправив СМС - сообщение в 17 часов 01 минуту на телефон ФИО7. Утверждает, что работодатель знал о его нахождении на больничном листе, соответственно не имел права увольнять его. Просил исковые требования удовлетворить в полном объеме. 

Представитель истца ФИО1- ФИО8 поддержала позицию своего доверителя. Суду пояснила, при проведении комиссии по служебной проверке 18.07.2019 года имелись нарушения, комиссия проведена не объективно, не приглашали и не заслушивали ФИО4, не выясняли, чем фактически был занят ФИО1, поскольку он выполнял свои прямые обязанности заместителя начальника УМИЗО МО «***» Ульяновской области. Считает, что акты об отсутствии на рабочем месте ФИО1 составлены неверно. С нарушениями, составлялись задним числом, ФИО1 своевременно не знакомился с ними. Полагает, что вся процедура увольнения ФИО1 нарушена, в соответствии с п. 23 постановления Пленума ВС РФ от 17.03.2004 года №2 « О применении судами Российской Федерации ТК РФ»…. не допускается увольнение работника в период его временной нетрудоспособности. При этом ФИО1 19.07.2019 года в 14 часов был на приеме у врача *** ГУЗ «***» ФИО6, был оформлен больничный лист, о чем он своевременно уведомил работодателя.

Начальник УМИЗО администрации « Цильнинского района» Ульяновской области ФИО9 исковые требования не признала, суду пояснила, что процедура увольнения ФИО1 не нарушена. По факту отсутствия ФИО1 на рабочем месте в период с 17 по 28 июня 2019 года была проведена тщательная проверка согласно распоряжения от 08 июля 2019 года №107-р, во исполнение служебной проверки была создана комиссия в составе ***, ***, ФИО7 Комиссия установила, что в указанный период времени ФИО1 на рабочем месте отсутствовал, каких- либо документов подтверждающих уважительность причины отсутствия на рабочем месте не представил, что подтверждено протоколом от 18 июля 2019 года. ФИО1 участвовал в заседании комиссии, давал свои пояснения. На основании чего 18.07.2019 года было вынесено Заключение по результатам служебной проверки, в котором установлено, что ФИО1 отсутствовал на рабочем месте в указанный период времени без уважительной причины, тем самым совершив грубое нарушение трудовых обязанностей; рекомендовано применить к нему дисциплинарное взыскание в виде увольнения с муниципальной службы. 19 июля 2019 года № 1-к был издан приказ о применении к ФИО1 дисциплинарного взыскания в виде увольнения и приказ №2-к о прекращении (расторжении) трудового договора с работником (увольнении). При этом пояснила, что 19 июля 2019 года в период времени с 15 час 30 мин. до 16 час 35 мин. ФИО1 находился в здании УМИЗО, где его знакомили с указанными документами, причем он ознакомился с данными документами, произвел фото- видео-копии, категорически отказался от подписи в ознакомлении с настоящими приказами, трудовую книжку не забрал. О своем нахождении на больничном листе нетрудоспособности или наличии каких- либо заболеваний ФИО1 при этом не сообщал, каких- либо документов не представлял, о чем были составлены акты.

Представители УМИЗО администрации ***» Ульяновской области ФИО10 и ФИО11 поддержали позицию ФИО9 Представитель ФИО10 суду пояснил, что сам истец ФИО1 затрудняется ответить суду, где именно находилось его рабочее место в УМИЗО администрации «***» Ульяновской области, при этом поясняет, что по неизвестной причине, будучи муниципальным служащим, вмешивался в осуществление работы коммерческих организаций, исполняющих муниципальный контракт. Также истец не может пояснить, какие именно функциональные обязанности он выполнял. В связи с чем он отсутствовал на рабочем месте в УМИЗО в период с 17 по 28 июня 2019 года он работодателю не сообщал, каких- либо документов, доказывающих уважительность причины его отсутствия на рабочем месте не представил ни в комиссию, ни суду. Свидетель ФИО12 и ФИО14 не подтверждают, в связи с чем он отсутствовал на рабочем месте, командировки у ФИО1 не было. Поставил под сомнение посещение истцом врача 19.07.2019 года в 14 часов, поскольку талон ФИО1 не оформлялся, в регистратуру ГУЗ ***» не обращался, соответственно врача в указанное время не посещал, при этом, как пояснил сам истец, отправил ФИО7 СМС - сообщение о нахождении в больнице лишь в 17 часов 01 минуту, после окончания рабочего времени.

Представители третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований, администрации МО «***» Ульяновской области, Государственной инспекции труда в Ульяновской области в судебное заседание не явились, извещены.

Выслушав явившиеся стороны, свидетелей, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

В соответствии со статьей 21 Трудового кодекса Российской Федерации работник обязан добросовестно исполнять свои трудовые обязанности, возложенные на него трудовым договором, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, соблюдать трудовую дисциплину.

Согласно статье 189 Трудового кодекса Российской Федерации дисциплина труда - обязательное для всех работников подчинение правилам поведения, определенным в соответствии с настоящим Кодексом, иными федеральными законами, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором.

Статьей 192 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что за совершение дисциплинарного проступка, то есть неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей, работодатель имеет право применить следующие дисциплинарные взыскания: 1) замечание; 2) выговор; 3) увольнение по соответствующим основаниям.

При наложении дисциплинарного взыскания должны учитываться тяжесть совершенного проступка и обстоятельства, при которых он был совершен.

Порядок применения дисциплинарных взысканий регламентирован статьей 193 Трудового кодекса Российской Федерации, в соответствии с которой до применения дисциплинарного взыскания работодатель должен затребовать от работника письменное объяснение. Если по истечении двух рабочих дней указанное объяснение работником не представлено, то составляется соответствующий акт. Дисциплинарное взыскание применяется не позднее одного месяца со дня обнаружения проступка, не считая времени болезни работника, пребывания его в отпуске, а также времени, необходимого на учет мнения представительного органа работников. Дисциплинарное взыскание не может быть применено позднее шести месяцев со дня совершения проступка, а по результатам ревизии, проверки финансово-хозяйственной деятельности или аудиторской проверки - позднее двух лет со дня его совершения. В указанные сроки не включается время производства по уголовному делу.

Согласно разъяснениям, содержащимся в подпункте "б" пункта 34 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", днем обнаружения проступка, с которого начинается течение месячного срока, считается день, когда лицу, которому по работе (службе) подчинен работник, стало известно о совершении проступка, независимо от того, наделено ли оно правом наложения дисциплинарных взысканий.

В соответствии с частью 3 статьи 192 Трудового кодекса Российской Федерации за совершение дисциплинарного проступка, то есть неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей, работодатель имеет право применить дисциплинарное взыскание в виде увольнения по соответствующим основаниям.

Согласно подпункту "а" пункта 6 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор может быть расторгнут работодателем в случае однократного грубого нарушения работником трудовых обязанностей - прогула, то есть отсутствия на рабочем месте без уважительных причин в течение всего рабочего дня (смены), независимо от его (ее) продолжительности, а также отсутствия на рабочем месте без уважительных причин более четырех часов подряд в течение рабочего дня (смены).

В пункте 23 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" разъяснено, что при рассмотрении дела о восстановлении на работе лица, трудовой договор с которым расторгнут по инициативе работодателя, обязанность доказать наличие законного основания увольнения и соблюдение установленного порядка увольнения возлагается на работодателя.

В соответствии с частью 1 статьи 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон.

В силу части 2 статьи 56 ГПК РФ суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались.

Как следует из материалов дела, приказом начальника УМИЗО МО «***» Ульяновской области от 16 января 2014 года №1-к ФИО1 в порядке перевода назначен на должность муниципальной службы *** УМИЗО администрации МО « ***» Ульяновской области с 16.01.2014 года. 

Согласно трудового договора о прохождении муниципальной службы Российской Федерации и замещении должности муниципальной службы Российской Федерации от 16 января 2014 года № 01, заключенного между ФИО1 и работодателем муниципальный служащий обязан соблюдать правила внутреннего трудового распорядка.

Приказом начальника УМИЗО МО «***» Ульяновской области от 27 декабря 2017 года №4-к ФИО1 переведен на должность *** Управления муниципальным имуществом и по земельным отношениям администрации МО «***» Ульяновской области. 27 декабря 2017 года к трудовому договору от 16.01.2014 года сторонами составлено и подписано дополнительное соглашение от 27 декабря 2017 года.

Согласно должностной инструкции *** УМИЗО МО «***» Ульяновской области его должностные обязанности следующие: создает условия для обеспечения предприятий транспорта и дорожной деятельности; осуществляет подготовку проектов распоряжений и постановлений администрации МО «***» в пределах своей компетенции; разрабатывает предложения по развитию территорий района, развитию предприятий транспорта и дорожной деятельности; осуществляет контроль за ходом составления и выполнения перспективных планов развития территорий района, предприятий транспорта и дорожной деятельности в селах района в пределах своей компетенции; разрабатывает проекты программ развития территорий района; участвует в работе комиссий по вопросам развития территорий района и др. Заместитель начальника УМИЗО несет ответственность в случае совершения дисциплинарного проступка, несет ответственность за соблюдение дисциплины ( отсутствия прогулов и опозданий).

08 июля 2019 года Главой администрации МО «***» *** вынесено распоряжение ***-р о проведении служебной проверки по факту отсутствия ФИО1 на рабочем месте.

09 июля 2019 года Начальником УМИЗО МО «***» *** издан приказ № 5 о проведении служебной проверки в отношении ФИО1 по факту отсутствия на рабочем месте; для проведения проверки создана комиссия.

Доказательством отсутствия истца на рабочем месте явился табель учета рабочего времени по УМИЗО администрации МО « ***» Ульяновской области с отметкой «п- прогулы» с 17 июня по 28 июня 2019 года, а также акты об отсутствии ФИО1 на рабочем месте в указанной период.

Согласно акта от 09.07.2019 года истцу предложено представить письменное объяснение об обстоятельствах допущенного нарушения, на что истец ответил отказом. Отказ зафиксирован комиссией.

11.07.2019 года истец ФИО1 представил объяснение, в соответствии с которым в период с 17-28 июня 2019 года он находился на объектах: ***

Вместе с тем судом установлено, что его рабочее место находилось в помещении УМИЗО администрации МО «***» Ульяновской области, распорядок дня с 8.00 час до 17.00 час. с перерывом на обед с 12.00 час до 13.00 час.

15.07.2019 года Главой администрации МО «***» *** продлен срок проведения проверки продлен до 18 июля 2019 года, о чем ФИО1 был уведомлен, при этом от подписи отказался.

*** состоялось рассмотрение результатов служебной проверки, о чем был составлен протокол. В данном заседании принимал участие ФИО1, давал пояснения по факту своего отсутствия на рабочем месте, при этом с выявленным нарушением не согласился, пояснил, что выполнял свои функции, контролировал строительство дорог в населенных пунктах *** Ульяновской области.

По итогам заседания комиссия приняла решение: установить, что ФИО1-*** УМИЗО администрации МО «***» с 17 июня 2019 года по 28 июня 2019 года отсутствовал на рабочем месте без уважительной причины, тем самым совершив грубое нарушение трудовых обязанностей; рекомендовать применить к нему дисциплинарное взыскание в виде увольнения с муниципальной службы. Аналогичные выводы были отражены в заключении по результатам служебной проверки. 

19 июля 2019 года начальником УМИЗО администрации МО «***» Ульяновской области был издан приказ №1-к о применении к ФИО1 дисциплинарного взыскания в виде увольнения и приказ №2-к о прекращении (расторжении) трудового договора с работником (увольнении). Актом от 19 июля 2019 года зафиксирован отказ ФИО1 в ознакомлении с указанными приказами. 

Из акта от 19.07.2019 года, составленного в 16 час 58 мин. следует, что в период времени с 15 час 30 мин. до 16 час 35 мин. ФИО1 находился в здании УМИЗО МО «***» Ульяновской области, где его знакомили с указанными документами, причем он ознакомился с данными документами, с применением фото- видео-фиксации и категорически отказался от подписи в ознакомлении с настоящими приказами, трудовую книжку не забрал. О своем нахождении на больничном листе нетрудоспособности или о наличии каких- либо заболеваний ФИО1 при этом не сообщал, каких- либо документов не представлял, о чем и были составлены вышеуказанные акты.

По факту отсутствия ФИО1 в указанный период времени в судебном заседании были допрошены свидетели ФИО13 и ФИО14, ФИО15, ФИО16, ФИО5, ФИО7 

Так свидетель ФИО13 пояснил, в период с 17 июня по 28 июня 2019 года он лично с ФИО1 не встречался, об общении с ФИО1 по производственным вопросам ему стало известно от его заместителя ФИО14 Письменные ответы о занятости ФИО1 готовились им также со слов ФИО14

Свидетель ФИО14 суду пояснил, что в период времени с 17 июня по 28 июня 2019 года он встречался с ФИО1 как с представителем администрации МО «***», они решали вопросы по поставке более дешевого песка и щебня для строительства дорог в рамках исполнения муниципального контракта. При этом ему известно, что ФИО1 не является стороной контракта, его должность ему также не известна, он полагал, что ФИО1 уполномочен для решения данных вопросов. Полную занятость ФИО1 в течение всего рабочего дня в указанный период он подтвердить не может.

Свидетель ФИО15 в судебном заседании пояснил, что с ФИО1 он знаком давно. Совместно с ним они решали вопрос о поставках дешевого сырья для строительства дорог в ***, разрабатывалась идея использования песчаного карьера на территории района. При этом не смог пояснить, в какой период времени они работали над данным проектом, пояснил, что велись обсуждения давно. 

Свидетель ФИО5 суду пояснил, что его сын ФИО1 действительно работал заместителем начальника УМИЗО администрации МО «***» Ульяновской области, фактически занимался строительством и контролем строительства дорог, так как данное направление всегда считалось приоритетным. Полагает, что о своем отсутствии на рабочем месте сын не должен был сообщать никому. 

В связи с изложенным суд проверил позицию истца о том, что в период времени с 17 июня по 28 июня 2019 года ФИО1 занимался своими прямыми обязанностями, позиция изложенная истцом не нашла своего подтверждения в судебном заседании. Данные доводы истца не подтвердили и свидетели, представленные стороной истца.

Обстоятельством, имеющим значение для правильного рассмотрения дел об оспаривании дисциплинарного взыскания или о восстановлении на работе и подлежащим доказыванию работодателем, является соблюдение им при применении к работнику дисциплинарного взыскания вытекающих из статей 1, 2, 15, 17, 18, 19, 54 и 55 Конституции Российской Федерации и признаваемых Российской Федерацией как правовым государством общих принципов юридической, а следовательно, и дисциплинарной ответственности, таких как справедливость, равенство, соразмерность, законность, вина, гуманизм. В этих целях работодателю необходимо представить доказательства, свидетельствующие не только о том, что работник совершил дисциплинарный проступок, но и о том, что при наложении взыскания учитывались тяжесть этого проступка и обстоятельства, при которых он был совершен (часть пятая статьи 192 Трудового кодекса Российской Федерации), а также предшествующее поведение работника, его отношение к труду. 

Работодателем в судебном заседании представлены доказательства, свидетельствующие о том, что при принятии работодателем в отношении ФИО1 решения о наложении на него дисциплинарного взыскания в виде увольнения с занимаемой должности (приказ от 19 июля 2019 г. N 2-к) учитывались тяжесть вменяемых ему в вину дисциплинарных проступков и обстоятельства, при которых они были совершены, а именно его отсутствие на рабочем месте в течение всего рабочего дня в период с 17 июня по 28 июня 2019 года, а также предшествующее поведение ФИО1, его отношение к труду.

При этом доводы истца со ссылкой на ранее данные пояснения ФИО17 и ФИО4 о том, что у него был разъездной характер работы являются несостоятельными, поскольку были предметом рассмотрения суда и не нашли своего подтверждения, опровергаются отсутствием приказа о направлении истца в какую- либо командировку в рамках трудовых обязанностей истца, отчетом о выполненной работе, при этом доказательств в порядке ст. 56 ГПК РФ опровергающих выводы суда, истцом суду представлено не было.

Оценивая тяжесть допущенного проступка, суд отмечает, что в соответствии со ст. ст. 81, 192 ТК РФ прогул является самостоятельным и достаточным основанием для увольнения работника. Кроме того, истец допустил неоднократное нарушение трудовой дисциплины, занимал должность заместителя начальника управления, начальника отдела УМИЗО администрации МО «***» Ульяновской области, а эффективное выполнение указанных функций предъявляет повышенные требования к его профессиональным, деловым качествам и соблюдению последним правил внутреннего распорядка.

Доводы истца о нахождении на больничном листе в момент издания приказа об его увольнении-19.07.2019 года, также не нашли своего подтверждения в судебном заседании.

Свидетель ФИО6 суду пояснил, что работает в ГУЗ «***» в должности врача- отоларинголога.19 июля 2019 года в пятницу он вел прием в первой половине дня, то есть с 8-00 до 14 часов. В 14 часов к нему пришел пациент ФИО1, который обратился к нему в кабинет напрямую, миную регистратуру, без талона на руках, несмотря на данные обстоятельства, он был принят, выставлен диагноз- ***, а также затем был оформлен больничный лист. Каких- либо нарушений в этом он не видит, так как он выполнял свои обязанности.

Согласно листка нетрудоспособности №327 217 157 217 от 19.07.2019 года ФИО1 освобожден от работы с 19.07.2019 года.

Из первоначальных пояснений самого ФИО1 в судебном заседании следует, что он заболел еще с 16 июля 2019 года, чувствовал себя не очень хорошо, к врачу решил обратиться 19 июля 2019 года. Минуя регистратуру и запись, в 14 часов 19.07.2019 года обратился непосредственно к врачу ГУЗ « *** ФИО6. После посещения врача отправился на работу в УМИЗО администрации МО «***» Ульяновской области примерно в 15 час 30 мин- 16 часов, где его ознакомили с приказами об увольнении, он сделал фотокопии, причем не стал расписываться в документах. После чего почувствовав ухудшение здоровья снова выехал в ГУЗ «***», откуда в 17 час. 01 мин. отправил СМС- сообщение на сотовый телефон ФИО7 следующего содержания «Людмила Егоровна, я в больнице». Суду пояснил, что в какой именно момент ему был оформлен больничный лист, точно не помнит, 19 июля 2019 года больничный лист не предъявлял ни *** ни кому- либо, о нахождении на больничном листе не сообщал кому - либо из работников УМИЗО администрации «***», полагая, что все они знают о его состоянии здоровья, соответственно, какие- либо дополнительные уведомления об этом, считал излишними.

Проверяя доводы истца о его увольнении в период временной нетрудоспособности судом установлено, что согласно представленного в материалы дела листку нетрудоспособности, истец был временно нетрудоспособен в период с 19.07.2019 по 06.08.2019 года соответственно.

В судебном заседании установлено, что ФИО1 19.07.2019 года в регистратуру ГУЗ «Большенагаткинская РБ» не обращался, талон на прием к врачу - отоларингологу не был выдан; 19.07.2019 года выдан больничный лист, время выдачи больничного листа не фиксируется.

Из ответа главного врача ГУЗ «***» *** в адрес суда следует, что согласно п. 3.2.1 Приложения 3 к приказу Министерства здравоохранения Ульяновской области от 10.12.2011 года №1025 «Об организации записи к врачу в медицинских организациях государственной системы здравоохранения, оказывающих первичную медико- санитарную помощь в амбулаторных условиях, в том числе с использованием автоматизированной системы «Электронная регистратура» не предусмотрена возможность приема пациентов врачом поликлиники без выдачи талона амбулаторного пациента.

Как пояснила в судебном заседании свидетель ФИО7, поскольку истец ФИО1 отсутствовал на рабочем месте в помещении УМИЗО администрации МО «***» Ульяновской области с 17 июня по 28 июня 2019 года, ею как ответственным лицом был заполнен табель учета рабочего времени с отметкой «прогул». Также суду пояснила, что 19 июля 2017 года ФИО1 был в УМИЗО администрации МО «***», где примерно в период времени с 15 час 30 мин до 16 час 35 мин. знакомился с документами, при этом подписывать их отказался и удалился с работы. Никаких жалоб на свое здоровье он не предъявлял, о посещении врача не сообщал. Впоследствии 19 июля 2019 года в 17 час 06 мин на ее сотовый телефон пришло сообщение от ФИО1, о том, что он находится в больнице. 

Разрешая спор и принимая решение об отказе в удовлетворении исковых требований ФИО1, суд исходит из того, что факт отсутствия ФИО1 на рабочем месте в период с 17 июня по 28 июня 2019 года без уважительных причин нашел подтверждение при рассмотрении дела, в связи с чем суд приходит к выводу о том, что у ответчика имелись основания для увольнения истца по подпункту "а" пункта 6 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации. При этом суд, указывая на разъяснения пункта 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", приходит к выводу о том, что ФИО1 допустил злоупотребление своим правом, выразившееся в непредоставлении им работодателю сведений о своей временной нетрудоспособности и наличии листка нетрудоспособности.

Учитывая изложенные обстоятельства, а также то, что согласно акту от 19.07.2019 г. с приказом об увольнении истец был ознакомлен 19.07.2019 года г. в период времени с 15 час. 30 мин. до 16.час 35 мин., документов о своей временной нетрудоспособности работодателю в указанный день не представил, суд приходит к выводу об отсутствии нарушения прав истца со стороны работодателя при его увольнении 19.07.2019 г., злоупотреблении правом работника, а также использования впоследствии листка нетрудоспособности как аргумента в обоснование незаконности произведенного работодателем увольнения.

Также истец ФИО1 суду пояснил, что с заявлением об увольнении по собственному желанию к работодателю он не обращался. 

Доводы представителя ответчика ФИО10 о необходимости прекращения производства по делу, в связи с неоднократными изменениями исковых требований истцом не являются состоятельными, поскольку указанные процессуальные права истца предусмотрены ст.39 ГПК РФ.

На основании изложенного, суд полагает необходимым в удовлетворении исковых требований истца ФИО1 к Управлению муниципальным имуществом и по земельным отношениям администрации МО «***» Ульяновской области о признании приказа о прекращении (расторжении) трудового договора с работником (увольнении) от 19.07.2019 года №2-к незаконным, а соответственно изменении формулировки и даты увольнения на увольнение по собственному желанию, отказать, поскольку каких- либо правовых оснований для удовлетворения заявленных исковых требований не имеется. 

Также суд не находит оснований для удовлетворения исковых требований в части компенсации морального вреда в размере 43 000 руб., так как нарушений прав истца, и доказательств причинения ему нравственного или морального вреда со стороны ответчика в судебном заседании не представлено. 

Руководствуясь ст. ст. 194-198 ГПК РФ,

Р Е Ш И Л :

В удовлетворении исковых требований истца ФИО1 к Управлению муниципальным имуществом и по земельным отношениям администрации МО «***» Ульяновской области о признании приказа о прекращении (расторжении) трудового договора с работником (увольнении) от 19.07.2019 года №2-к незаконным, изменении формулировки и даты увольнения на увольнение по собственному желанию, компенсации морального вреда в размере 43 000 руб., отказать. 

Решение может быть обжаловано в Ульяновский областной суд путем подачи жалобы в Ульяновский районный суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья Шапарева И.А.