Дело № 2-26/2024 УИД № 34RS0018-01-2023-001122-85

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Калач-на-Дону 10 июля 2024 года 

Калачёвский районный суд Волгоградской области в составе:

председательствующего судьи Евдокимовой С.А.,

при секретаре Абрамян Д.П.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о возмещении ущерба, причиненного дорожно-транспортным происшествием,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО2 о возмещении материального ущерба, причинённого дорожно-транспортным происшествием, имевшем место 12 апреля 2023 года на 173 км ФАД Волгоград-Каменск-Шахтинский, между автомобилем Renault Koleos, регистрационный знак №, 2008 года выпуска, принадлежащим ФИО1, под управлением водителя ФИО3, и автомобилем Mazda 3, регистрационный знак №, под управлением и принадлежащим ФИО2

В обоснование иска указано, что 12 апреля 2023 года произошло ДТП, с участием автомобиля Renault Koleos, регистрационный знак № года выпуска, принадлежащего истцу на праве собственности, и автомобиля Mazda 3, регистрационный знак №, принадлежащего ФИО2 Согласно административному материалу, ФИО2 признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч.4 ст.12.15 КоАП РФ, однако постановление судьи было отменено, производство по делу прекращено за истечением срока давности. Ответственность водителя ФИО3 была застрахована в АО «Тинькофф Страхование», водителя ФИО2 – в АО Альфа-Страхование. 3 июля 2023 года истцу страховой компанией выплачено страховое возмещение в размере 400 000 рублей. 

В результате дорожно-транспортного происшествия транспортному средству истца причинены механические повреждения. Согласно заключению, подготовленному «Эксперт ВЛСЭ» ИП ФИО4 24 июля 2023 года, рыночная стоимость автомобиля на дату ДТП составляет 796 100 рублей, стоимость восстановительного ремонта автомобиля, принадлежащего истцу, без учета износа, составляет 2 859 500 рублей (на дату проведения оценки), 2 571 500 рублей (на дату ДТП), стоимость годных остатков на дату оценки – 63 000 рублей. С учетом выплаченного страхового возмещения, истец просит взыскать с ответчика 333 100 рублей (796 100-400 000-63 000)

Расходы на оплату услуг оценщика составили 9 000 рублей. Также настаивает на взыскании с ответчика расходов по эвакуации ТС в размере 18 600 рублей, по оплате услуг представителя в размере 15 000 рублей, по оплате услуг нотариуса в размере 1700 рублей, почтовых расходов в размере 1000 рублей, по уплате госпошлины в размере 6 531 рубль.

Протокольным определением суда в качестве третьих лиц привлечены ФИО3 (водитель автомобиля Renault Koleos, регистрационный знак № 2008 года выпуска) и ФИО5 (водитель и собственник третьего автомобиля- участника ДТП УАЗ Патриот, регистрационный знак №).

В судебном заседании представители истца ФИО6 и ФИО7 исковые требования поддержали, пояснили обстоятельства указанные в иске. Выводов судебной экспертизы не оспаривали.

Представитель ответчика ФИО8 просил в удовлетворении исковых требований ФИО1 отказать, не согласен с выводами экспертов относительно допущенных водителями – участниками ДТП – нарушений пунктов ПДД РФ. Считает, что судебная экспертиза противоречит совокупности собранных по делу доказательств, поскольку именно водитель автомобиля Renault Koleos – ФИО3 создал аварийную ситуацию, при возникновении опасности не принял всех мер к снижению скорости вплоть до остановки ТС, напротив, увеличил скорость, выехал на обочину, выкрутив руль влево, тем самым совершил фактически двойной обгон. По его мнению, автомобиль Renault Koleos не могло занести, поскольку он оборудован системой АВС, предотвращающей блокировку колес ТС при торможении. Водитель ФИО1, совершая обгон, не привлек внимание водителя ФИО2 звуковым или световым сигналом, что предусмотрено пунктами 19,10, 19.11 ПДД РФ. В свою очередь, водитель ФИО2 перед выполнением маневра «обгон» подал сигнал поворота налево, но не видел помеху слева сзади (автомобиль Renault Koleos), поскольку данное ТС находилось в «мертвой зоне» зеркал заднего вида автомобиля Мазда 3, ответчик принял все меры для предотвращения рассматриваемого ДТП, прибег к торможению, не меняя траектории своего движения, при возникновении опасности. Однако эксперт делает противоположные выводы, возлагая всю ответственность за ДТП на его доверителя. Выводы эксперта о контакте кузовных элементов обоих столкнувшихся автомобилей, по его мнению, голословны, сами ТС не осматривались, исследование грунта и повреждений лакокрасочного покрытия не проводилось. Повреждения, образовавшиеся от столкновения автомашин, необходимо отграничивать от повреждений, образовавшихся в результате съезда с дороги и переворачивания. Выводы экспертов ни подкреплены никакими расчетами и формулами, скорость ТС в момент столкновения не определена. Что позволяет признать судебную экспертизу недопустимым доказательством. Вины водителя ФИО2 в рассматриваемом ДТП не имеется.

Истец ФИО1, ответчик ФИО2, третьи лица ФИО3, ФИО5, АО «Тинькофф Страхование» в судебное заседание не явились, извещались надлежащим образом. Заявлений не представлено.

Суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц, поскольку о месте и времени его проведения были уведомлены надлежащим образом, их явка обязательной не является, судом таковой не признавалась.

Выслушав представителей, экспертов ФИО9 и ФИО10, специалиста ФИО11, исследовав материалы гражданского дела и дела об административном правонарушении, суд приходит к следующему.

В соответствии с пунктом 1 ст.1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда (пункт 2). 

Под убытками в соответствии в пунктом 2 статьи 15 ГК РФ следует понимать расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвел или должен будет произвести для восстановления нарушенного права, утрату или повреждение его имущества ( реальный ущерб). Обязанность возмещения вреда законом может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

Согласно ст.56 ГПК РФ каждая из сторон должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В соответствие в п.1 ст.1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельностью и др.) обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего.

Вместе с тем в соответствии с пунктом 3 этой же статьи вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, возмещается на общих основаниях (статья 1064).

В соответствии с пунктом 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда (пункт 2).

Из приведенных норм права следует, что при взаимодействии источников повышенной опасности их владельцы отвечают друг перед другом на общих основаниях и обязательным условием для возложения ответственности является наличие вины в причинении вреда.

В соответствии со статьей 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Как разъяснено в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

Согласно пункту 13 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 25 от 23 июня 2015 года «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» при разрешении споров, связанных с возмещением убытков, необходимо иметь в виду, что в состав реального ущерба входят не только фактически понесенные соответствующим лицом расходы, но и расходы, которые это лицо должно будет произвести для восстановления нарушенного права (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Если для устранения повреждений имущества истца использовались или будут использованы новые материалы, то за исключением случаев, установленных законом или договором, расходы на такое устранение включаются в состав реального ущерба истца полностью, несмотря на то, что стоимость имущества увеличилась или может увеличиться по сравнению с его стоимостью до повреждения. Размер подлежащего выплате возмещения может быть уменьшен, если ответчиком будет доказано или из обстоятельств дела следует с очевидностью, что существует иной более разумный и распространенный в обороте способ исправления таких повреждений подобного имущества.

Соответственно, пи исчислении размера расходов, необходимых для приведения транспортного средства в состояние, в котором оно находилось до повреждения, и подлежащих возмещению лицом, причинившим вред, должны приниматься во внимание реальные, то есть необходимые, экономически обоснованные, отвечающие требованиям завода-изготовителя, учитывающие условия эксплуатации транспортного средства и достоверно подтвержденные расходы, в том числе расходы на новые комплектующие изделия (детали, узлы и агрегаты).

В силу пункта 2 статьи 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен.

В судебном заседании установлено, что 12 апреля 2023 года на 173 км ФАД Волгоград-Каменск-Шахтинский произошло дорожно-транспортное происшествие, с участием автомобиля Renault Koleos, регистрационный № года выпуска, принадлежащего истцу ФИО1, под управлением водителя ФИО3, и автомобиля Mazda 3, регистрационный знак № под управлением ФИО2 и принадлежащего ответчику.

В результате дорожно-транспортного происшествия автомобилю истца причинены механические повреждения.

В отношении водителя ФИО2 составлен протокол об административном правонарушении, предусмотренном ч.4 ст.12.15 КоАП РФ.

Дело об административном правонарушении в отношении ФИО2 было передано для рассмотрения в Волгоградский гарнизонный военный суд.

Постановлением судьи Волгоградского гарнизонного военного суда от 26 июня 2023 года ФИО2 признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч.4 ст.12.15 КоАП РФ, назначено наказание в виде лишения права управления транспортными средствами на срок 5 месяцев.

На основании решения судьи Южного окружного военного суда от 01 августа 2023 года постановление судьи Волгоградского гарнизонного военного суда от 26 июня 2023 года отменено, дело возвращено на новое рассмотрение.

Постановлением судьи Волгоградского гарнизонного военного суда от 16 октября 2023 года производство по делу в отношении ФИО2 по признакам правонарушения, предусмотренного ч.4 ст.12.15 КоАП РФ, прекращено на основании пункта 6 части 1 статьи 24.5 КоАП РФ, то есть в связи с истечением срока давности привлечения к административной ответственности.

На основании решения судьи Южного окружного военного суда от 11 января 2024 года постановление судьи Волгоградского гарнизонного военного суда от 16 октября 2023 года отменено, производство по делу прекращено на основании пункта 6 части 1 статьи 24.5 КоАП РФ, то есть в связи с истечением срока давности привлечения к административной ответственности.

На момент ДТП гражданская ответственность водителя ФИО3 была застрахована в АО «Тинькофф Страхование», водителя ФИО2 – в АО Альфа-Страхование.

Страховая компания АО «Тинькофф Страхование» признала событие страховым случаем и 03 июля 2023 года произвела ФИО1 выплату страхового возмещения в размере 400 000 рублей (л.д.101 оборот том 1).

Не согласившись с размером произведенной АО «Тинькофф Страхование» выплаты, ФИО1 обратилась к независимому эксперту.

Согласно заключению № 1193 от 24 июля 2023 года, выполненному «Эксперт ВЛСЭ» ИП ФИО4, рыночная стоимость автомобиля на дату ДТП составляет 796 100 рублей, стоимость восстановительного ремонта автомобиля, принадлежащего истцу, без учета износа, составляет 2 859 500 рублей (на дату проведения оценки), 2 571 500 рублей (на дату ДТП), стоимость годных остатков на дату оценки – 63 000 рублей.

Расходы на оплату экспертизы составили 9 000 рублей, что подтверждается договором № 1193 от 19 июля 2023 года, актом приема-сдачи заключения от 31 июля 2023 года, кассовым чеком (л.д.72-73).

В ходе рассмотрения дела, в целях проверки доводов представителя ответчика о наличии вины водителя ФИО3 и завышенном размере ущерба, судом была назначена комплексная судебная автотовароведческая и автотехническая экспертиза, производство которой было поручено экспертам Региональный экспертный центр «Альтернатива», 

Из выводов заключения эксперта № 890/08-24 от 06 мая 2024 года следует, что:

- средняя расчетная скорость автомобиля Renault Koleos на участке его движения до начала обгона составляла 102,6 км/ч.

- средняя расчетная скорость автомобиля УАЗ Патриот на участке его движения до момента столкновения составляла 102,6 км/ч;

- средняя расчетная скорость автомобиля Mazda 3 на участке его движения до начала обгона составляла 102,6 км/ч.

- перед столкновением все транспортные средства двигались в попутном направлении по ФАД Волгоград-Каменск-Шахтинский в сторону г. Волгограда со стороны г. Ростов-на-Дону. На данном участке проезжая часть имеет две полосы для движения: по одной для каждого направления. Общая ширина проезжей части: 4 м. Место столкновения, конечное положение ТС после остановки, наличие дорожной разметки и дорожных знаков на месте ДТП зафиксировано на схеме ДТП (иллюстрация №). На момент ДТП было светлое время суток, освещение естественное, пасмурно, дорожное покрытие: сухой асфальт, видимость не ограничена. При просмотре видеозаписи «WhatsApp Video 2024-03-08 at 16.13.14.mp4», представленной в материалах дела, установлено, что на ней запечатлено дорожно-транспортное происшествие с участием трёх легковых автомобилей. На объектах, расположенных в кадре невозможно установить наличие идентификационных признаков, однако так как данная видеозапись приобщена к материалам исследуемого дела, следовательно, запечатлённое дорожно-транспортное происшествие является ДТП, произошедшее 12 апреля 2023 года на 173 км ФАД Волгоград-Каменск-Шахтинский, между автомобилем Renault Koleos, государственный г.р.з. № под управлением ФИО3, автомобилем Mazda 3, г.р.з. № под управлением ФИО2 и автомобилем УАЗ Патриот, г.р.з. № под управлением ФИО5 При многократном просмотре видеозаписи идентифицированы все три участника ДТП по общим признакам: цвет, форма, характер движения согласно административному материалу.

В начале представленной видеозаписи видно, как впереди автомобиля, из которого ведётся запись, на значительном расстоянии движется ТС Renault Koleos г.р.з. № при этом осуществляет движение по полосе, предназначенной для движения со стороны г. Ростов-на-Дону в сторону г. Волгограда (иллюстрация №5).

На таймкоде 00:00:36.303 автомобиль Renault Koleos г.р.з. № пересекает дорожную разметку 1.5., то есть начинает манёвр выезда на полосу встречного движения (иллюстрация №). При многократном просмотре видеозаписи установлено, что данный манёвр выполнялся с целью выполнения манёвра обгона. 

На таймкоде 00:00:38.204 автомобиль Renault Koleos г.р.з. № завершает выезд на полосу встречного движения и продолжает выполнение манёвра обгона. На данном кадре возможно идентифицировать легковой автомобиль белого цвета, являющийся автомобилем Mazda 3, г.р.з. №. Данный автомобиль движется по полосе, предназначенной для движения со стороны г. Ростов-на-Дону в сторону г. Волгограда позади грузового автомобиля (иллюстрация №7).

На таймкоде 00:00:41.008 автомобиль Mazda 3, г.р.з. № смещается влево и пересекает дорожную разметку 1.5, начиная выезд на полосу встречного движения, по которой продолжает двигаться автомобиль Renault Koleos г.р.з. № (иллюстрация №8).

На таймкоде 00:00:41.575 автомобиль Renault Koleos г.р.з. № смещается влево, а автомобиль Mazda 3, г.р.з. № продолжает выезд на полосу встречного движения (иллюстрация №9).

На таймкоде 00:00:41.975 автомобиль Renault Koleos г.р.з. № левыми колёсами совершает съезд на левую по ходу движения обочину, автомобиль Mazda 3, г.р.з. № продолжает выезд на полосу встречного движения, при этом занимая такое положение на полосе встречного движения в поперченном профиле, которое не позволяет одновременно осуществлять движения обоим ТС. Иными словами, в случае, если бы ТС Renault Koleos г.р.з. № не совершило съезд на обочину, на данном моменте произошло бы столкновение транспортных средств (иллюстрация №10).

На таймкоде 00:00:42.408 видно, что автомобиль Renault Koleos г.р.з. № левыми колёсами продолжает движение по левой по ходу движения обочине, автомобиль Mazda 3, г.р.з. № продолжает выезд на полосу встречного движения (иллюстрация №11)

На таймкоде 00:00:42.743 автомобиль Renault Koleos г.р.з. № смещается вправо, совершая выезд с обочины на ранее занимаемую полосу (иллюстрация №12). После этого автомобиль Renault Koleos г.р.з. № продолжает смещаться правее и на таймкоде 00:00:43.243 автомобиль Renault Koleos г.р.з. № совершает столкновение с автомобилем Mazda 3, г.р.з. № (иллюстрация №13). 

После столкновения оба ТС смещаются вправо (иллюстрация №14). Смещение ТС Renault Koleos г.р.з. № вправо обусловлено направлением вектора скорости ТС в момент столкновения (ТС двигалось от левой обочины вправо), а смещение ТС Mazda 3, г.р.з. № обусловлено ударным воздействием со стороны ТС Renault Koleos г.р.з. №. В процессе смещения происходит контакт автомобилей с другим попутным ТС, являющимся автомобилем УАЗ Патриот, г.р.з. №

Продолжая контактировать (находясь в зацеплении), ТС продолжают смещение вправо, совершая выезд на полосу движения, предназначенную для движения в сторону г. Волгоград (иллюстрация №15). Правая часть ТС Mazda 3, г.р.з. № поднимается над поверхностью дорожного полотна, ТС Renault Koleos г.р.з. № заваливается на правую боковую часть. При дальнейшем присмотре видно, что ТС Mazda 3, г.р.з. № продолжает движение по проезжей части с приподнятой правой частью кузова, а ТС Renault Koleos г.р.з. № вместе с ТС УАЗ Патриот, г.р.з. № смещаются вправо в сторону правой обочины (иллюстрация №16). Затем происходит разъезд ТС до их полной остановки.

По результатам исследования видеозаписи установлено, что в данном случае опасность была создана водителем ТС Mazda 3, г.р.з. № водителю ТС Renault Koleos г.р.з. № в момент начала выезда ТС Mazda 3, г.р.з. № на полосу встречного движения. То есть момент возникновения опасности и начало развитие исследуемого ДТП зафиксирован на таймкоде 00:00:41.008 (иллюстрация №8). 

Установить скорости движения ТС в момент возникновения опасности и непосредственно до него невозможно ввиду дальности нахождения объектов от технического средства видеозаписи, и как следствие невозможности привязки расположения автомобилей к стационарным объектам на дороге.

Исследование третьей стадии механизма ДТП – разъезд транспортных средств до полной остановки. Третья стадия механизма ДТП начинается в момент, когда взаимодействие ТС прекращается. На схеме ДТП указано место расположения ТС после полной остановки.

Транспортное средство Renault Koleos г.р.з. № после столкновения переместилось вправо, в результате чего совершило съезд на правую по ходу движения обочину, где совершило разворот (один или несколько). 

Транспортное средство Mazda 3, г.р.з. № после столкновения сместилось вперёд и влево, где совершило съезд на левую по ходу движения обочину.

Транспортное средство УАЗ Патриот, г.р.з. № после столкновения сместилось вперёд и вправо, где совершило съезд на правую по ходу движения обочину и остановилось параллельно границе проезжей части.

На данном этапе механизм происшествия установлен в полной мере, которую позволяют предоставленные материалы дела.

Действия водителя ФИО3, управлявшего автомобилем Renault Koleos г.р.з. № не соответствовали требованиям п. 1.3., 10.1, 10.3 ПДД. При этом несоответствие требованиям п. 1.3., 10.1, 10.3 ПДД не находится в причинно-следственной связи с возникновением дорожно-транспортного происшествия. Соответствие действий водителя требованиям п. 8.1 абз.1, 8.2. по представленным материалам установить невозможно. Однако, в случае несоответствия действий водителя указанным пунктам, это несоответствие не будет находится в причинно-следственной связи с возникновением дорожно-транспортного происшествия.

Действия водителя ФИО2, управлявшего автомобилем Mazda 3, г.р.з. № не соответствовали требованиям п. 1.3, 1.5, 8.1. абз.2., 11.1,11.2. Несоответствие требованиям указанных пунктов находится в причинно-следственной связи с возникновением дорожно-транспортного происшествия и с технической точки зрения, является его причиной.

Действия водителя также не соответствовали требованиям п. 10.1. абз.1, 10.3. Несоответствие действий водителя этим требованиям не находится в причинно-следственной связи с возникновением дорожно-транспортного происшествия.Соответствие действий водителя требованиям 8.1 абз.1, 8.2. по представленным материалам установить невозможно. Однако, в случае несоответствия действий водителя указанным пунктам, это несоответствие не будет находится в причинно-следственной связи с возникновением дорожно-транспортного происшествия.

В действиях водителя ТС УАЗ Патриот, г.р.з. № имеются несоответствия требованиям п. п. 10.1. абз.1, 10.3. Несоответствие действий водителя этим требованиям не находится в причинно-следственной связи с возникновением дорожно-транспортного происшествия

Несоответствий требованиям п. 10.1 абз. 2 не имеется.

В данной дорожной ситуации водитель ТС Renault Koleos г.р.з. № и водитель автомобиля Mazda 3, г.р.з. № должны были руководствоваться следующими пунктами ПДД: 1.3., 1.5., 8.1., 8.2., 10.1., 10.3., 11.1., 11.2., 11.4.

В данной дорожной ситуации водитель ТС УАЗ Патриот, г.р.з. № должен был руководствоваться требованиями п. 10.1 ПДД.

У водителя ТС Renault Koleos г.р.з. № и водителя ТС УАЗ Патриот, г.р.з. № не имелось технической возможности предотвратить столкновения путём применения торможения.

Возможность предотвращения столкновения водителем ТС Mazda 3, г.р.з. № расчётным способом не устанавливается, так как именно водителем ФИО2 была создана опасность для движения. В данном случае предотвращение столкновения зависело от исполнения водителей требований ПДД.

Стоимость восстановительного ремонта повреждений автомобиля Renault Koleos г.р.з. №, полученных в результате исследуемого ДТП составляет без учёта износа (округлённо):

- на дату ДТП: 1 788 800 (один миллион семьсот восемьдесят восемь тысяч восемьсот) рублей;

- на дату исследования: 1 887 800 (один миллион восемьсот восемьдесят семь тысяч восемьсот рублей).

Среднерыночная стоимость автомобиля Renault Koleos г.р.з. № составляет (округлённо):

- на дату ДТП: 717 300 (семьсот семнадцать тысяч триста) рублей;

- на дату исследования: 922 500 (девятьсот двадцать две тысячи пятьсот).

Стоимость годных остатков автомобиля Renault Koleos г.р.з. № составляет (округлённо):

- на дату ДТП: 110 400 (семьсот семнадцать тысяч триста) рублей;

- на дату исследования: 142 000 (сто срок две тысячи).

Непосредственно в момент первоначального контакта с ТС Mazda 3, г.р.з. № ТС Renault Koleos г.р.з. № получило повреждения, выраженные в виде продольных деформаций на следующих элементах:

1) дверь задняя правая;

2) панель боковины задняя правая;

3) диск колеса задний правый;

4) лючок топливного бака;

5) молдинг двери задней правой;

Стоимость ремонта повреждений ТС Renault Koleos г.р.з. №, полученных при первичном контакте с ТС Mazda 3, г.р.з. № составляет без учёта износа (округлённо) :

- на дату ДТП: 196 500 (сто девяносто шесть тысяч пятьсот) рублей;

- на дату исследования: 217 800 (двести семнадцать тысяч восемьсот рублей).

В судебном заседании эксперт ФИО9 подтвердила выводы экспертного заключения, пояснив, что характер повреждений автомобиля марки Renault Koleos г.р.з. № соответствует установленному механизму ДТП. Она исследовала материалы административного дела, схему ДТП, видеозапись на СД-диске, видеозапись стороны ответчика с моделированием рассматриваемого события ДТП. На видеозаписи также четко прослеживаются дорожная разметка и знаки. Выезжать на местность, брать пробы грунта, осматривать сами ТС, у экспертов необходимости не имеется, поскольку об этом не было указано в определении суда. Кроме того, на момент проведения экспертного исследования, дорожная обстановка и состояние автомобилей могли измениться. Подтвердила, что допустила техническую ошибку в указании стоимости годных остатков на дату исследования: вместо 142 000 рублей указано 922 500 рублей. В действиях обоих водителей имелись нарушения ПДД, поэтому уже суд должен определить степень вины каждого, поскольку это относится к юридической оценке. Маневр, который совершил водитель автомобиля Renault Koleos, съехав на обочину, нельзя квалифицировать как обгон транспортного средства, поскольку он уже находился в состоянии, когда для него возникла опасность со стороны водителя автомашины Мазда 3. Данное действие можно расценивать как способствующее или не способствующее столкновению автомобилей. Почему он выехал на обочину, определить невозможно, поскольку причина выезда связана с намерениями непосредственно водителя совершить определенные действия, и не является следствием механизма взаимодействия автомобилей. В свою очередь, оценка намерений водителей и причин совершения ими того или иного действия не входит в компетенцию эксперта-техника. С технической точки зрения, скорость не способствовала столкновению транспортных средств, так как оба автомобиля в момент возникновения опасности находились в непосредственной близости друг к другу и двигались с примерно одинаковыми скоростями, то есть процесс сближения автомобилей зависел не от скорости каждого из них в отдельности. Как работала АБС уже установить невозможно, поскольку невозможно проведение экспертизы по установлению технического состояния автомобиля в целом или его отдельных узлов и агрегатов на момент события в виду возможности изменения состояния с момента ДТП и до момента проведения исследования. Исправность или неисправность АВС не послужило причиной произошедшего ДТП. Указанное в заключении время – 0,6 сек определено экспертом как время с момента возникновения опасности до момента полного выезда автомобиля Мазда 3 на полосу встречного движения, то есть до места в поперечном профиле дороги, на котором находился автомобиль Renault Koleos. Так как если бы автомобиль Renault Koleos не совершил маневр, то именно в этот момент и произошло бы столкновение транспортных средств. Повреждения определялись как парные следы контакта транспортных средств по совпадению их морфологических признаков. Полный комплекс мест контактирования не устанавливался в виду отсутствия технической необходимости, так как факт контакта транспортных средств установлен, при этом характер комплекса повреждений на каждом из автомобилей свидетельствует об их образовании при одном событии.

Эксперт ФИО10 также подтвердил выводы экспертного заключения, в целях разъяснения выводов вышеуказанной экспертизы пояснил, что им были исследованы все представленные материалы, в том числе административный материал, видеозапись на СД-диске, выполненная непосредственно с монитора компьютера. Имеющейся совокупности доказательств было достаточно для установления расчетной скорости транспортных средств до начала обгона. Установить скорость автомобилей в момент возникновения опасности невозможно в виду дальности нахождения объектов от технического средства видеозаписи. Никакие средства измерения, подлежащие поверке, им не использовались при производстве расчета скоростей.

Оснований не доверять выводам судебных экспертов не имеется, поскольку эксперты обладают специальными познаниями в исследуемой области, имеют длительный стаж работы по специальности, предупреждены судом об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ за дачу заведомо ложного заключения.

Заключение содержит подробное описание проведенных исследований со ссылкой на нормативные акты. Экспертное заключение соответствует требованиям, установленным ст. 86 ГПК РФ.

Вопреки доводам, указанным стороной ответчика, со ссылкой на Консультацию специалиста № 10-05/2023 от 10 мая 2023 года, Консультацию специалиста № 19-06/2024 от 19 июня 2024 года, на пояснения допрошенного в качестве специалиста ФИО11, заключение содержит подписи обоих экспертов, подписка о разъяснении положений ст.307 УК РФ отобрана в соответствии с законом, имеются ссылки на нормативно-правовую базу и научно-методическую литературу, на математические расчеты. У эксперта не было необходимости проводить исследование места ДТП, непосредственно транспортных средств – участников ДТП, поскольку в материалах дела уже имелись схема ДТП, выплатное дело, досудебная экспертиза, проведенная истцом, цветные фотографии ТС Мазда 3, приобщенные ответчиком, на которых зафиксировано расположение и размеры механических повреждений обоих автомобилей. Доводы о заинтересованности эксперта ФИО9 заявлены голословно.

Приобщенные представителем ответчика Консультации специалиста не опровергают выводы судебных экспертов, а лишь содержат оценку методики экспертного исследования, являются субъективным мнением лица об оценке действий экспертов и их выводов, не содержит основанных на материалах дела мотивов незаконности и необоснованности вывода экспертов Региональный экспертный центр «Альтернатива» и не могут быть приняты в качестве безусловного и достаточного основания для признания заключения судебной экспертизы недопустимым и недостоверным доказательством.

С учетом исследованных доказательств, признает имеющиеся в материалах дела доказательства достаточными для разрешения заявленных требований по существу. Оснований для признания заключения экспертов недопустимым доказательством, как об этом просит сторона ответчика, не имеется, поскольку противоречий в заключении экспертов не обнаружено, доказательств, ставящих под сомнение правильность и обоснованность заключения не представлено, суд закладывает данное заключение в основу решения. 

Несогласие стороны ответчика с выводами судебной экспертизы само по себе не является основанием для признания выводов экспертов ошибочными, а указанного заключения – недостоверным.

Суд также считает необходимым отметить, что возможное нахождение автомобиля под управлением ФИО3 в слепой зоне для водителя автомобиля под управлением ФИО2 нарушением правил дорожного движения не является, а, наоборот, налагает на ФИО2 обязанность полностью соблюдать требования пункта 10.1 Правил дорожного движения и, в том числе учитывать интенсивность движения, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения.

При указанных обстоятельствах суд приходит к выводу, что дорожно-транспортное происшествие, в результате которого были причинены повреждения автомашине Renault Koleos, регистрационный знак № года выпуска, принадлежащей ФИО1, произошло как по вине водителя ФИО2, так и по вине водителя автомашины Renault Koleos - ФИО3

Правовые основы обеспечения безопасности дорожного движения на территории Российской Федерации определяются Федеральным законом от 10 декабря 1995 года № 196-ФЗ «О безопасности дорожного движения» и Правилами дорожного движения. Данные Правила, принятые в целях обеспечения безопасности дорожного движения, являются составной чатсью правового регулирования отношений, возникающих в сфере дорожного движения, задачами которого являются охрана жизни, здоровья и имущества граждан, защита их прав и законных интересов, а также защита интересов общества и государства путем предупреждения дорожно-транспортных происшествий, снижения тяжести их последствий (статья 1 указанного Федерального закона).

В силу п. 1.5. ПДД РФ Участники дорожного движения должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда.

Запрещается повреждать или загрязнять покрытие дорог, снимать, загораживать, повреждать, самовольно устанавливать дорожные знаки, светофоры и другие технические средства организации движения, оставлять на дороге предметы, создающие помехи для движения. Лицо, создавшее помеху, обязано принять все возможные меры для ее устранения, а если это невозможно, то доступными средствами обеспечить информирование участников движения об опасности и сообщить в полицию.

В силу п. 10.1. ПДД РФ Водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил.

При возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства.

В силу п. 11.1. ПДД РФ Прежде чем начать обгон, водитель обязан убедиться в том, что полоса движения, на которую он собирается выехать, свободна на достаточном для обгона расстоянии и в процессе обгона он не создаст опасности для движения и помех другим участникам дорожного движения.

В силу п. 11.2. ПДД РФ Водителю запрещается выполнять обгон в случаях, если:

- транспортное средство, движущееся впереди, производит обгон или объезд препятствия;

- транспортное средство, движущееся впереди по той же полосе, подало сигнал поворота налево;

- следующее за ним транспортное средство начало обгон;

- по завершении обгона он не сможет, не создавая опасности для движения и помех обгоняемому транспортному средству, вернуться на ранее занимаемую полосу.

Материалами дела подтверждено, что ответчик ФИО2, управляя автомобилем Mazda 3, регистрационный знак №, создал помеху движению автомобилю Renault Koleos, регистрационный знак № под управлением ФИО3, следовавшему позади и находившемуся в процессе обгона, именно ответчик изменил траекторию движения своего транспортного средства, что привело к тому, что траектории движения автомобилей пересеклись. При этом водитель автомобиля Mazda 3, регистрационный знак №, ФИО2 превысил установленный предел допустимой скорости движения на спорном участке дороги (102,6 км/час, вместо допустимой 90 км/час). При выполнении маневра не должны создаваться опасность для движения, а также помехи другим участникам дорожного движения.

В свою очередь водитель ФИО3, двигавшийся с превышением скорости (102,6 км/час, вместо допустимой 90 км/час), при возникновении опасности применил маневр, не предусмотренный ПДД РФ, то есть не принял возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства.

Если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен. Вопрос о том, является ли допущенная потерпевшим неосторожность грубой, в каждом случае должен решаться судом с учетом фактических обстоятельств дела. 

Принимая во внимание, что ущерб имуществу истца причинен в результате взаимодействия источников повышенной опасности, результаты проведенной по делу судебной экспертизы, а также то обстоятельство, что страховщик произвел выплату страхового возмещения в пределах лимита своей ответственности, а также, что дорожно-транспортное происшествие произошло по вине обоих водителей, при этом действия ответчика ФИО2 в наибольшей степени способствовали наступлению неблагоприятных последствий, суд считает возможным установить степень вины ФИО3 в исследуемом дорожно-транспортном происшествии в размере 20%, а степень вины ФИО2 – в размере 80%.

При этом суд исходит из того, что имущественный вред причинен истцу в результате взаимодействия двух источников повышенной опасности. ДТП произошло при смешанной ответственности обоих водителей – участников ДТП, а действия ФИО2 в большей степени способствовали наступлению ДТП. Первичными в цепи событий дорожно-транспортного происшествия являлись действия водителя ФИО2, создавшего помеху движения двигавшемуся позади под управлением водителя ФИО3 автомобилю Renault Koleos, регистрационный знак №, тогда как действия водителя ФИО3, не принявшего всех мер к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства, являлись вторичными.

Определяя размер подлежащего взысканию материального ущерба, суд считает необходимым взять за основу расчета расценки ущерба на дату проведения исследования, и приходит к выводу о частичном удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО2 в размере 80% от заявленных требований, соответственно с ФИО2 в пользу ФИО1 взыскать материальный ущерб в размере 304 400 рублей (922 500 (рыночная стоимость) – 142 000 (стоимость годных остатков) – 400 000 (страховая выплата)/80% (степень вины) =304 400 рублей, отказав в требованиях в размере 28 700 рублей.

Вопреки доводам представителя ответчика все повреждения на ТС Renault Koleos являются результатом одного события, а именно ДТП произошедшего 12 апреля 2023 года на ФАД Волгоград-Каменск-Шахтинский, поэтому стоимость устранения повреждений, полученных после столкновения автомобилей в результате дальнейшего перемещения и переворачивания, нельзя выделять из общей стоимости ущерба, причиненного истцу. 

В соответствии со ст. 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

В силу статьи 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Истец ФИО1 понес расходы, связанные с оплатой независимой оценки в размере 9 000 рублей, что подтверждается договором от 19 июля 2023 года № 1193 и кассовым чеком (л.д.72-73 том 1); расходы связанные с эвакуацией автомобиля в размере 18 600 рублей, что подтверждается квитанцией об оплате и кассовым чеком (л.д.21 том 1); расходы по оформлению нотариальной удостоверенной доверенности в размере 1700 рублей (л.д.77 том 1); почтовые расходы (в материалы дела приобщены почтовые квитанции на общую сумму 504 рубля 43 коп., а не на сумму 1000 рублей, как указано в иске); расходы на оказание юридической помощи в размере 15 000 рублей, что подтверждается договором об оказании юридических услуг от 24 августа 2023 года, квитанцией и кассовым чеком (л.д.74-76 том 1).

Суд полагает возможным взыскать в пользу истца с ответчика ФИО2 расходы по оплате независимой оценки в размере 9 000 рублей, связанные с эвакуацией автомобиля в размере 18 600 рублей, по оформлению нотариальной удостоверенной доверенности в размере 1700 рублей, поскольку они подтверждены соответствующими доказательствами и были объективно необходимы для обращения с настоящим иском в суд.

Расходы на почтовые отправления подлежат частичному удовлетворению в размере 504 рубля 43 коп., поскольку подтверждены квитанциями только на указанную сумму, в остальной части следует отказать.

В силу положений статьи 100 ГПК РФ Стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

По смыслу указанной нормы суд может ограничить взыскиваемую в возмещение соответствующих расходов сумму, если сочтет ее чрезмерной с учетом конкретных обстоятельств, используя критерий разумность понесенных расходов.

В силу пунктов 12,13 постановления Пленума 12 Верховного Суда РФ № 1 от 21 января 2016 года «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах (часть 1 статья 100 ГПК РФ). Разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства. Разумность судебных издержек на оплату услуг представителя не может быть обоснована известностью представителя лица, участвующего в деле.

Анализируя требования законодательства о применении принципа разумности в отношении взыскиваемых судебных расходов, обстоятельств гражданского дела, сложность и продолжительность спора, объем проделанной работы, количества затраченного исполнителем времени и правового содержания фактически оказанных услуг, наличие указанных доказательств, суд полагает необходимым взыскать в пользу истца с ответчика в счет расходов по оплате услуг представителя 10 000 рублей, в удовлетворении остальной части расходов на представителя в размере 5 000 рублей следует отказать. Сам по себе факт оплаты стоимости услуг представителя стороной по делу в размере 15 000 рублей не влечет полного взыскания с другой стороны указанных затрат, так как при заключении договора об оказании юридических услуг стороны свободны в определении их стоимости.

Кроме того, суд считает необходимым, в соответствии со ст. 98 ГПК РФ взыскать с ответчика ФИО2 в пользу истца оплаченную при подаче искового заявления сумму государственной пошлины, пропорционально удовлетворенным требованиям, в размере 6 244 рубля, отказав в остальной части – 288 рублей.

Как следует из материалов дела, оплата расходов на производство судебной экспертизы, назначенной судом и проведённой Региональный экспертный центр «Альтернатива», не произведена. Стоимость экспертизы составляет 65 000 рублей. В связи с чем, в соответствии со ст.94 ГПК РФ, поскольку требования истца удовлетворены частично на 80%, суд считает необходимым распределить пропорционально расходы на проведение экспертизы между сторонами, то есть взыскать в пользу экспертного учреждения с ответчика ФИО2 - 52 000 рублей, с истца ФИО1 – 13 000 рублей.

Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковое заявление ФИО1 к ФИО2 о возмещении ущерба, причиненного дорожно-транспортным происшествием – удовлетворить частично. 

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 сумму материального ущерба в размере 304 400 рублей, расходы по эвакуации в размере 18 600 рублей, расходы по оплате независимого заключения в размере 9 000 рублей, расходы по оплате услуг представителя в сумме 10 000 рублей, почтовые расходы в размере 504 рубля 43 коп., нотариальные расходы в размере 1 700 рублей, расходы по уплате госпошлины в размере 6 244 рубля, а всего 350 448 (триста пятьдесят тысяч четыреста сорок восемь) рублей 43 коп., в удовлетворении остальной части требований – отказать. 

Взыскать с ФИО2 в пользу Региональный экспертный центр «Альтернатива» 52 000 (пятьдесят две тысячи) рублей в счет проведения судебной экспертизы.

Взыскать с ФИО1 в пользу Региональный экспертный центр «Альтернатива» 13 000 (тринадцать тысяч) рублей в счет проведения судебной экспертизы.

На решение суда может быть подана апелляционная жалоба в Волгоградский областной суд в течение месяца, через Калачёвский районный суд, со времени изготовления решения суда в окончательной форме.

Председательствующий судья С.А. Евдокимова