Судья: Мирончук А.А. Дело №44г-21/18

Суд апелляционной инстанции:

Байдаева Л.В., Асташкина О.Г., Беляев Р.В.

Докладчик судья Асташкина О.Г.

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

 № 34

президиума Московского областного суда

г. Красногорск, Московская область 7 февраля 2018 года

Президиум Московского областного суда в составе: 

председательствующего Волошина В.М., 

членов президиума Бокова К.И., Виноградова В.Г., Гаценко О.Н., Лащ С.И., Мязина А.М., Овчинниковой Л.А., Соловьева С.В., Самородова А.А.,

при секретаре Иванове А.В., 

рассмотрел гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о восстановлении срока для принятия наследства, исключении из Единого государственного реестра прав на недвижимое имущество и сделок с ним записи о праве собственности на жилое помещение (квартиру), о признании права собственности в порядке наследования по завещанию на ? долю в праве на наследственное имущество, 

по кассационной жалобе ФИО2 на решение Солнечногорского городского суда Московской области от 31 мая 2017 года и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Московского областного суда от 30 августа 2017 года.

Заслушав доклад судьи Московского областного суда Кондратовой Т.А., объяснения представителя ФИО2 – ФИО3, поддержавшей доводы кассационной жалобы,

У С Т А Н О В И Л :

ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО2 о защите наследственных прав.

В обоснование заявленных требований указал, что его родной брат ФИО4 при жизни оставил завещание, согласно которому завещал в пользу истца все имущество. На основании договора купли-продажи от 27 августа 2003 г. его брат являлся собственником квартиры, расположенной по адресу: 

<

данные изъяты>. 

19 июня 2015 г. ФИО4 умер, его супруга ФИО5 оформила свидетельство о праве на наследство по закону и зарегистрировала право собственности на указанную квартиру на свое имя. После смерти ФИО5 наследником по закону является ее дочь ФИО2 

Поскольку он не знал о смерти своего брата ФИО4 до своего приезда в г. Солнечногорск, а именно до 2 ноября 2016 года, то не имел возможности обратиться к нотариусу с заявлением о принятии наследства в установленные сроки. 

В связи с этим просил суд восстановить ему срок для принятия наследства, открывшегося после смерти ФИО4; исключить из ЕГРП регистрационную запись от 3 февраля 2016 г. о праве собственности ФИО5 на спорную квартиру; признать за ним право собственности в порядке наследования по завещанию на 

<

данные изъяты> долю квартиры.

Решением Солнечногорского городского суда Московской области от 31 мая 2017 года исковые требования удовлетворены.

Апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Московского областного суда от 30 августа 2017 года решение оставлено без изменения.

В кассационной жалобе ФИО2 просит об отмене состоявшихся по настоящему делу судебных постановлений, ссылаясь на их незаконность.

По запросу от 30 ноября 2017 г. дело истребовано для изучения в кассационную инстанцию и определением судьи Московского областного суда Ризиной А.Н. от 23 января 2018 года вместе с кассационной жалобой передано для рассмотрения по существу в президиум Московского областного суда.

Проверив материалы дела, обсудив доводы, изложенные в жалобе, президиум находит, что имеются предусмотренные статьей 387 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основания для отмены в кассационном порядке апелляционного определения судебной коллегии по гражданским делам Московского областного суда от 30 августа 2017 года.

В соответствии со ст. 387 ГПК РФ основаниями для отмены или изменения судебных постановлений в кассационном порядке являются существенные нарушения норм материального или процессуального права, повлиявшие на исход дела, без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов, а также защита охраняемых законом публичных интересов.

Такого характера существенные нарушения норм материального права судебными инстанциями были допущены и выразились в следующем.

Как установлено судом и следует из материалов дела, 20 июля 1985 ФИО4 оставил завещание, которым завещал своему брату ФИО1 все свое имущество, которое окажется ему принадлежащим ко дню смерти, в чем бы таковое ни заключалось и где бы оно ни находилось, в том числе, домовладение №

<

данные изъяты> по ул. 

<

данные изъяты>

Сведения об отмене или изменении данного завещания отсутствуют (л.д.11).

30 января 1988 г. ФИО4 заключил брак с ФИО5 (л.д.83).

В период брака супруги ФИО4 и ФИО5 по договору купли-продажи от 27 августа 2003 г. приобрели квартиру 

<

данные изъяты> в доме 

<

данные изъяты> по ул

<

данные изъяты> (л.д.7). Право собственности на спорную квартиру было зарегистрировано на имя ФИО4 (л.д.87).

ФИО4 умер 19 июня 2015 г.

На момент смерти ФИО4 его пережившая супруга ФИО5 проживала по одному адресу с наследодателем: 

<

данные изъяты> и в установленный законом срок обратилась с заявлением к нотариусу о принятии наследства в виде спорной квартиры (л.д. 79-94).

29 января 2016 г. на имя ФИО5 выдано свидетельство о праве на наследство по закону на спорную квартиру (л.д.23), на основании которого за ФИО5 3 февраля 2016 г. зарегистрировано право собственности в ЕГРП на данное жилое помещение (л.д.12).

18 сентября 2016 г. ФИО5 умерла. 

12 ноября 2016 г. по заявлению наследника ФИО5 – ФИО2 (ответчика по делу) нотариусом к имуществу умершей заведено наследственное дело №212/2016 (л.д.96-104).

Из дела видно, что с настоящим иском ФИО1 обратился в суд 8 декабря 2016 г. (л.д.3).

Разрешая при указанных обстоятельствах возникший спор и удовлетворяя заявленные истцом требования, суд первой инстанции исходил из того, что в силу положений ст. 34 СК РФ на спорную квартиру распространяется режим совместной собственности супругов ФИО5 и ФИО4, в связи с чем в состав наследства после смерти ФИО4 в соответствии с требованиями ст. 1150 ГК РФ подлежит включению 

<

данные изъяты> доля в праве на квартиру.

При этом суд пришел к выводу, что истец пропустил срок для принятия наследства по уважительной причине, т.к. узнал о смерти брата (наследодателя) только после приезда в г. Солнечногорск 2 ноября 2016 г. и в установленный законом шестимесячный срок обратился в суд с заявлением о восстановлении срока для принятия наследства. 

Поскольку при жизни ФИО4 составил завещание в пользу истца, которое не отменено, не оспорено и недействительным не признано, суд признал за ФИО1 право собственности на ? долю в праве на квартиру, с чем согласился суд апелляционной инстанции.

В кассационной жалобе заявитель ссылается на то, что, признавая за истцом права собственности на ? долю наследственного имущества по завещанию, суд оставил без внимания и правовой оценки то обстоятельство, что пережившая супруга наследодателя ФИО5 имела право на обязательную долю, как нетрудоспособная.

Президиум находит данные доводы заслуживающими внимания по следующим основаниям.

В случае смерти гражданина право собственности на принадлежавшее ему имущество переходит по наследству к другим лицам в соответствии с завещанием или законом (п. 2 ст. 218 ГК РФ).

Статьей 1111 ГК РФ предусмотрено, что наследование осуществляется по завещанию и по закону. Наследование по закону имеет место, когда и поскольку оно не изменено завещанием, а также в иных случаях, установленных данным Кодексом.

В силу пункта 1 статьи 1149 Гражданского кодекса Российской Федерации нетрудоспособный супруг наследодателя наследует независимо от содержания завещания.

Из совокупности правовых норм, установленных статьями 1152 - 1155 ГК РФ, для приобретения наследства наследник должен его принять путем подачи заявления нотариусу по месту открытия наследства в течение шести месяцев со дня открытия наследства.

Из анализа вышеуказанных норм в их взаимосвязи следует, что действующим законодательством предусмотрен исчерпывающий перечень оснований наследования (по завещанию и по закону). 

Наследование в порядке ст. 1149 ГК является наследованием по закону. 

В пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2012 года N 9 "О судебной практике по делам о наследовании" дано разъяснение о том, что при разрешении вопросов об осуществлении права на обязательную долю в наследстве необходимо учитывать, что к завещаниям, совершенным до 1 марта 2002 года, применяются правила об обязательной доле, установленные статьей 535 Гражданского кодекса РСФСР.

Из содержания ст. 535 ГК РСФСР следует, что нетрудоспособный супруг наследует, независимо от содержания завещания, не менее двух третей доли, которая причиталась бы каждому из них при наследовании по закону (обязательная доля).

Согласно разъяснениям, содержащимся в пп. «а» п. 31 названного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 9 от 29.05.2012 г., при определении наследственных прав в соответствии со ст. ст. 1148 и 1149 Гражданского кодекса Российской Федерации необходимо иметь в виду, что к нетрудоспособным в указанных случаях относятся (помимо иных) граждане, достигшие возраста, дающего право на установление трудовой пенсии по старости (п. 1 ст. 7 Федерального закона от 17.12.2001 г. N 173-ФЗ "О трудовых пенсиях в Российской Федерации") вне зависимости от назначения им пенсии по старости.

В соответствии с п. 1 ст. 7 Федерального закона о трудовых пенсиях, действовавшего до 01.01.2015 г., право на трудовую пенсию по старости имеют мужчины, достигшие возраста 60 лет, и женщины, достигшие возраста 55 лет.

С 01.01.2015 г. действует Федеральный закон от 28.12.2013 N 400-ФЗ "О страховых пенсиях".

В соответствии с п. 1 ст. 6 ФЗ "О страховых пенсиях" одним из видов страховых пенсий является страховая пенсия по старости.

Согласно ч. 1 ст. 8 ФЗ "О страховых пенсиях" право на страховую пенсию по старости имеют мужчины, достигшие возраста 60 лет, и женщины, достигшие возраста 55 лет.

Из дела видно, что на момент смерти наследодателя пережившая супруга ФИО5 в силу возраста (67 лет) являлась нетрудоспособной, а потому имела право наследования на обязательную долю.

При этом ФИО5 в установленном порядке и в установленный срок обратилась к нотариусу с заявлением о принятии наследства после смерти супруга, получила свидетельство о праве на наследство по закону и зарегистрировала при жизни право собственности на всю спорную квартиру. 

Следовательно, ФИО5 выразила волю на оформление всего объема прав на квартиру, полагавшегося ей после смерти мужа, в том числе и права на обязательную долю.

В п. 34 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.05.2012 N 9 "О судебной практике по делам о наследовании" разъяснено, что наследник, принявший наследство, независимо от времени и способа его принятия считается собственником наследственного имущества, носителем имущественных прав и обязанностей со дня открытия наследства вне зависимости от факта государственной регистрации прав на наследственное имущество и ее момента (если такая регистрация предусмотрена законом).

Таким образом, поскольку в рассматриваемом случае ФИО5 приняла причитающееся ей по закону наследство, к которому законодателем отнесена и обязательная доля, т.е. стала собственником этой доли, постольку к ее наследнику ФИО2 перешло право на наследование этого имущества.

В письменных возражениях на иск ответчик ФИО2 обращала внимание суда, что ее мать ФИО5 реализовала свое право на наследование обязательной доли (л.д.112-113).

Согласно п. 41 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.05.2012 N 9 "О судебной практике по делам о наследовании" в силу п. 1 ст. 1155 Гражданского кодекса Российской Федерации при вынесении решения о восстановлении срока принятия наследства и признании наследника принявшим наследство суд обязан определить доли всех наследников в наследственном имуществе и принять меры по защите прав нового наследника на получение причитающейся ему доли наследства (при необходимости), а также признать недействительными ранее выданные свидетельства о праве на наследство (в соответствующих случаях - лишь в части).

Однако, установив, что ФИО5 в установленном законом порядке приняла наследство, суд первой инстанции признал право собственности истца на наследственное имущество в размере ? доли в праве в порядке наследования по завещанию, то есть без учета и определения обязательной доли пережившей супруги наследодателя – ФИО5 

При этом, в нарушение вышеуказанных разъяснений и требований ч. 3 ст. 196 ГПК РФ, суд первой инстанции не разрешил вопрос о признании недействительным ранее выданного на имя ФИО5 свидетельства о праве на наследство по закону в соответствующей его части.

Допущенные судом первой инстанции нарушения норм материального и процессуального права повлекли нарушение законных прав ФИО2 на наследование обязательной доли ее наследодателя ФИО5

В апелляционной жалобе ФИО2 также ссылалась на то, что при разрешении спора судом первой инстанции не была дана правовая оценка представленным стороной ответчика возражениям на исковое заявление (л.д.132).

Согласно части 1 статьи 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд апелляционной инстанции повторно рассматривает дело в судебном заседании по правилам производства в суде первой инстанции с учетом особенностей, предусмотренных главой 39 данного кодекса.

Повторное рассмотрение дела в суде апелляционной инстанции предполагает проверку и оценку фактических обстоятельств дела и их юридическую квалификацию (пункт 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 июля 2012 г. N 13 "О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регламентирующих производство в суде апелляционной инстанции").

Приведенные выше требования закона и разъяснения Пленума Верховного Суда Российской Федерации судом апелляционной инстанции при рассмотрении настоящего дела выполнены не были, решение суда первой инстанции, принятое с нарушением норм материального и процессуального, оставлено без изменения.

Допущенные нарушения норм материального права являются существенными, повлияли на исход дела, без их устранения невозможны восстановление и защита нарушенных прав и законных интересов заявителя, в связи с чем президиум считает необходимым апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Московского областного суда от 30 августа 2017 года отменить и направить дело на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции.

Руководствуясь ст. 390 ГПК РФ, президиум 

П О С Т А Н О В И Л :

апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Московского областного суда от 30 августа 2017 года отменить, дело направить на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции.

Председательствующий В.М.Волошин