Судья Клещевникова Ю.Г. Материал № 22-1959/2025

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

10 сентября 2025 года г. Саратов

Саратовский областной суд в составе председательствующего судьи судебной коллегии по уголовным делам ФИО1

при помощнике судьи Чулкове А.В.

с участием:

прокурора Михайлова Д.В.,

защитника – адвоката Корогодина Д.В.

рассмотрел в открытом судебном заседании материал по апелляционной жалобе адвоката Корогодина Д.В. на постановление Балашовского районного суда Саратовской области от 29 августа 2025 года, которым В., 

<

дата> года рождения, уроженке 

<

адрес>, подозреваемой в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч. 6 ст. 171.1 УК РФ, избрана мера пресечения в виде домашнего ареста сроком на 01 месяц 07 суток, то есть по 04 октября 2025 года включительно.

Заслушав выступление защитника Корогодина Д.В., поддержавшего доводы апелляционной жалобы, мнение прокурора Михайлова Д.В., полагавшей необходимым постановление суда изменить, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

Постановлением Балашовского районного суда Саратовской области от 29 августа 2025 года подозреваемой В. была избрана мера пресечения в виде домашнего ареста сроком на 01 месяц 07 суток, то есть по 04 октября 2025 года включительно, с установлением запретов, предусмотренных пунктами 1,3,4,5 ч. 6 ст. 105.1 УПК РФ.

В суде апелляционной инстанции установлено, что 04 сентября 2025 года В. предъявлено обвинение по п. «а,б» ч. 6 ст. 171.1 УК РФ.

В апелляционной жалобе адвокат Корогодин Д.В., действуя в защиту В., выражает несогласие с постановлением суда, считая его незаконным, необоснованным,не отвечающим требованиям ч. 4 ст. 7 УПК РФ. В доводах жалобы указывает, что следователем не представлено в ходатайстве, а судом не приведено в постановлении сведений, которые подтверждались бы реальными доказательствами, о том, что В. может скрыться от следствия или суда, оказать давление на свидетелей, продолжить заниматься преступной деятельностью или иным путем воспрепятствовать производству по уголовному делу. Отмечает, что его подзащитная не препятствовала расследованию уголовного дела, от органов следствия не скрывалась, на вызов следователя всегда приходила, добровольно выдала следователю заграничный паспорт. Полагает, что никаких доказательств причастности В. к преступлению следователем представлено не было. Указывает, что супругу В. - Е. также избрана мера пресечения в виде домашнего ареста, что влечет невозможность исполнения ими своих родительских обязанностей, в частности обеспечение получения детьми общего образования. Так, указывает, что на иждивении В. и Е. находятся совершеннолетний ребенок, который является студентом, и двое несовершеннолетних детей, 

<

данные изъяты> и 

<

данные изъяты> года рождения, которых в силу возраста необходимо сопровождать в школу, что фактически невозможно осуществить, находясь под домашним арестом. Отмечает невозможность осуществления В. предпринимательской деятельности. Просит постановление суда отменить.

Проверив представленный материал, изучив доводы апелляционной жалобы, выслушав участников процесса, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

В соответствии со ст. ст. 389.15, 389.16, 389.17 УПК РФ основанием отмены или изменения судебного решения в апелляционном порядке является несоответствие выводов суда, изложенных в судебном решении, фактическим обстоятельствам дела и существенное нарушение уголовно-процессуального закона.

Согласно ст. 97 УПК РФ мера пресечения избирается при наличии достаточных оснований полагать, что подозреваемый или обвиняемый скроется от предварительного следствия или суда, может продолжать заниматься преступной деятельностью, угрожать свидетелям, иным участникам уголовного судопроизводства, уничтожить доказательства либо иным путем воспрепятствовать производству по уголовному делу.

Вместе с тем в соответствии с ч. 1 ст. 107 УПК РФ домашний арест в качестве меры пресечения применяется по судебному решению в отношении подозреваемого, обвиняемого при невозможности применения иной, более мягкой, меры пресечения.

Как обоснованно указано в постановлении суда, в представленных материалах содержатся достаточные данные о событии преступления, а также подтверждающие обоснованность подозрения В. в причастности к инкриминируемому деянию.

Вместе с тем, в соответствии с вышеуказанными нормами закона, домашний арест не может быть избран в качестве меры пресечения, если отсутствуют предусмотренные ст. 97 УПК РФ основания, а именно: данные о том, что подозреваемый или обвиняемый может скрыться от дознания, предварительного следствия или суда либо продолжать заниматься преступной деятельностью, либо угрожать свидетелю, иным участникам уголовного судопроизводства, либо уничтожить доказательства, либо иным путем воспрепятствовать производству по уголовному делу.

При решении вопроса о необходимости избрания меры пресечения в отношении подозреваемого или обвиняемого в совершении преступления и определения ее вида при наличии вышеуказанных оснований должны учитываться также тяжесть преступления, сведения о личности подозреваемого или обвиняемого, его возраст, состояние здоровья, семейное положение, род занятий и другие обстоятельства.

В качестве оснований для избрания меры пресечения в виде домашнего ареста могут быть признаны такие фактические обстоятельства, которые свидетельствуют о реальной возможности совершения обвиняемым, подозреваемым действий, указанных в ст. 97 УПК РФ, и невозможности беспрепятственного осуществления уголовного судопроизводства посредством применения в отношении лица иной меры пресечения.

Кроме того, суд обязан в каждом случае обсуждать возможность применения в отношении лица иной, более мягкой, меры пресечения.

Однако вышеприведенным требованиям закона постановление суда не отвечает.

Так, при вынесении обжалуемого решения суд указал, что В., оставаясь вне изоляции от общества, будет иметь реальную возможность скрыться от органов следствия и суда, иным путем воспрепятствовать производству по уголовному делу, поскольку деятельность органов предварительного следствия, направленная на собирание доказательств, не окончена, продолжить заниматься преступной деятельностью.

Вместе с тем судом в постановлении не приведены конкретные фактические обстоятельства, свидетельствующие о наличии у В. реальной возможности совершить действия, указанные в ст. 97 УПК РФ, не приведены какие-либо достоверные и конкретные доказательства того, что она может продолжить заниматься преступной деятельностью, либо того, что помещение В. под домашний арест оправдано иными исключительными обстоятельствами, необходимостью защиты безопасности свидетелей.

Сведений о том, что, находясь на свободе, В. скрывалась от органов предварительного следствия, продолжила заниматься преступной деятельностью, угрожала участникам уголовного судопроизводства либо иным способом воспрепятствовала производству по делу, стороной обвинения ни суду первой инстанции, ни суду апелляционной инстанции представлено не было. 

Напротив, как следует из представленных материалов, данных, свидетельствующих о предпринятых В. действиях, препятствующих расследованию уголовного дела, не имеется. 

Кроме того, судом первой инстанции при принятии оспариваемого решения об избрании В. меры пресечения в виде домашнего ареста в должной мере не принято во внимание, что забота о детях, их воспитание - равное право и обязанность родителей, что закреплено в ч. 2 ст. 38 Конституции РФ.

Так, на иждивении В., как и ее супруга Е., который находится под домашним арестом по этому же уголовному делу, находятся малолетние дети, 

<

данные изъяты> и 

<

данные изъяты> года рождения, которых в силу возраста необходимо сопровождать до медицинских, образовательных и иных учреждений, чтобы обеспечить право детей на полноценное физическое, психическое, духовное и нравственное развитие, что фактически невозможно осуществить, находясь под домашним арестом.

Из представленных материалов следует, что В. обвиняется в совершении одного ненасильственного тяжкого преступления, имеет на иждивении двух малолетних детей, постоянное место жительства, к уголовной, административной ответственности ранее не привлекалась. 

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что мера пресечения в виде домашнего ареста в отношении В. избрана районным судом без достаточных на то оснований, а гарантией явки В. в следственные органы и в суд, а также ее надлежащего поведения может явиться иная, менее строгая, мера пресечения. 

Исходя из характера и степени общественной опасности инкриминируемого деяния, данных о личности В. и с учетом необходимости исключения возможности ее негативного влияния на ход расследования, суд апелляционной инстанции приходит к выводу об изменении ранее избранной в отношении В. меры пресечения в виде домашнего ареста на запрет определенных действий, с применением в соответствии с ч. 6 ст. 105.1 УПК РФ запретов.

Оснований для отмены судебного решения суд апелляционной инстанции не усматривает. Обоснованность предъявленного В. обвинения, доказанность ее вины, что фактически оспаривается стороной защиты в жалобе, является предметом проверки на стадии судебного разбирательства, решение по итогам которой постанавливается в совещательной комнате, и не может быть оценено судом апелляционной инстанции на данной стадии. 

С учетом изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.15, 389.20, 389.28 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

Апелляционную жалобу удовлетворить.

Постановление Балашовского районного суда Саратовской области от 29 августа 2025 года в отношении В. изменить.

Меру пресечения в виде домашнего ареста В., 

<

дата> года рождения, изменить на запрет определенных действий, с возложением обязанности самостоятельно и своевременно являться по вызовам следователя и суда, а также соблюдать возлагаемые судом запреты.

В соответствии с ч. 6 ст. 105.1 УПК РФ установить В. следующие запреты:

- запретить общаться со свидетелями, подозреваемыми, обвиняемыми, за исключением близкого родственника Е., защитниками подозреваемых, обвиняемых по настоящему уголовному делу;

- отправлять и получать почтово-телеграфные отправления; 

- использовать средства связи и информационно-телекоммуникационную сеть "Интернет", за исключением использования телефонной связи для вызова скорой медицинской помощи, сотрудников правоохранительных органов, аварийно-спасательных служб в случае возникновения чрезвычайной ситуации, а также для общения с контролирующим органом и следователем; о каждом таком звонке обвиняемая должна информировать контролирующий орган.

Контроль за исполнением В. установленных запретов поручить ФКУ УИИ УФСИН России по Саратовской области с правом применения технических средств контроля.

Разъяснить обвиняемой В., что в случае нарушения меры пресечения в виде запрета определенных действий и условий исполнения этой меры пресечения следователь вправе обратиться с ходатайством об изменении данной меры пресечения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в суд кассационной инстанции в порядке главы 47.1 УПК РФ.

Председательствующий: