Дело№2-120/2020

УИД75RS0002 -01 -2019 -002876 -14

Р Е Ш Е Н И Е

именем Российской Федерации

23 января 2020года г. Чита

Ингодинский районный суд г. Читы в составе 

Председательствующего судьи Порошиной Е.В.

при секретаре Доржиевой А.Б.

с участием представителя ответчика ФКУ СИЗО -1 УФСИН России по Забайкальскому краю ФИО1, представителя ответчика Министерства Финансов РФ ФИО2 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО3 к ФКУ СИЗО -1 УФСИН России по Забайкальскому краю, Министерству Финансов РФ о взыскании компенсации морального вреда

У С Т А Н О В И Л

Истец обратился с вышеназванным иском, ссылаясь на то, что в 2014году он находился в ФКУ СИЗО -1 УФСИН России по Забайкальскому краю, будучи осужденным приговором Забайкальского краевого суда от 18.12.2014г. к пожизненному лишению свободы, приговор на тот момент не вступил в законную силу, в камере № 8. В данной камере не имелось электрической розетки, ему не выдавали три раза в день кипяток, камера плохо отапливалась, в ней отсутствовала горячая вода. Также он не был обеспечен предметами первой необходимости, в камере отсутствовал инвентарь, в течение дня -кровать, матрац и другие постельные принадлежности. Не имелось табуретки, стола, санузла –унитаза с крышкой. На помывку в бане отводилось мало времени и всего один раз в неделю, окна в камере не были утеплены, было очень холодно. Также ему отказывали в медицинской помощи, также в камере отсутствовала радиоточка. Ему не было предоставлено краткосрочное свидание с гражданской супругой, не приняли от нее передачу. В камере наблюдалась повышенная влажность, часто отключалось водоснабжение, отсутствовала тара для воды. Санузел не был приватным, истцу не оказывалась психологическая помощь. В его адрес исходили угрозы со стороны начальника Сизо 1. Также в камере было плохое освещение, он содержался на условиях ШИЗО. Просил взыскать в его пользу с ответчика компенсацию морального вреда 350 000 руб. 

В судебном заседании истец, содержащий в исправительной колонии, не участвует. О дате судебного заседания извещен надлежаще.

Представитель ответчика ФКУ СИЗО -1 УФСИН России по Забайкальскому краю ФИО1 исковые требования не признала по основаниям, изложенным в возражениях, суду пояснила, что доказательств, подтверждающих доводы иска, истцом не представлено. Истец содержался в разных камерах в период его содержания в СИЗО -1. Так как ему было назначено пожизненное лишение свободы, с целью содержания его отдельно от иной категории, он был помещен в камеру № 8, которая является одиночной, не в качестве наказания. 

Представитель Министерства Финансов РФ ФИО2 исковые требования не признала по основаниям, изложенным в возражениях, указала, что Министерство финансов РФ является ненадлежащим ответчиком, не представлено доказательств того, что в результате незаконных действий (бездействия) ФКУ СИЗО -1 истцу был причинен моральный вред.

Выслушав участников процесса, исследовав письменные доказательства, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст. 2 Конституции Российской Федерации, человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.

Права и свободы человека и гражданина являются непосредственно действующими. Они определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием.

В Российской Федерации, в силу ст. 17 Конституции РФ, признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с настоящей Конституцией.

В соответствии со ст. 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, подлежит возмещению за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

В соответствии со ст. 1071 ГК РФ в случаях, когда в соответствии с настоящим Кодексом или другими законами причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования, от имени казны выступают соответствующие финансовые органы, если в соответствии с пунктом 3 статьи 125 настоящего Кодекса эта обязанность не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина.

Обеспеченные в соответствии с требованиями закона условия отбывания наказания нельзя рассматривать как бесчеловечные или унижающие достоинство, поскольку они не носят цели нарушить гражданские и иные права истца, а направлены для достижения целей наказания, которыми согласно части второй статьи 43 УК Российской Федерации являются восстановление социальной справедливости, исправление осужденного и предупреждение совершения новых преступлений.

В соответствии со ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.

В связи с указанной нормой права истец должен доказать факт причинения вреда личным неимущественным правам и другим нематериальным благам, наличие причинно-следственной связи между незаконными действиями, бездействием государственного органа и имеющимся у истца моральным вредом. 

Учитывая, что истец находится в местах лишения свободы и, выступая в защиту своих прав, является наименее защищенной стороной спора, по правилам ст. 57 ГПК РФ судом оказано содействие в собирании и истребовании доказательств.

В судебном заседании установлено, что ФИО3 находился в ФКУ СИЗО -1 УФСИН России по Забайкальскому краю с 23.03.2014г. по 05.06.2015 г. Содержался в камерах: № 381, 365,125,113, 8

Истец ссылается на ненадлежащие условия содержания в камере № 8. 

В соответствии с информаций ФКУ СИЗО -1 УФСИН России по Забайкальскому краю, камера № 8 является одиночной, площадью 6,6 кв. м. Она оборудована откидной койкой, закрывается в дневное время на замок, тумбой для сидения со столом, наглухо прикрепленных к полу. На окнах камеры отсутствуют какие- либо полосы, листы, иные предметы, не предусмотренные и препятствующие доступу к окнам со стороны камеры. Установлены все необходимые санитарно – гигиенические устройства, раковина с подводкой ХВС. ГВС отсутствует по причине того, что при проектировании здания не была предусмотрена. Также имеется унитаз, который устроен с условиями приватности. Имеется приточная вентиляция, обеспечивает требуемый температурный режим, средняя температура составляет +20 гр. Сведений о предоставлении ФИО3 свиданий не имеется, поскольку журнал за 2014 г.уничтожен в связи с истечением срока хранения, в 2015г. сведений о предоставлении свиданий не имеется. 

Кроме того, проектной документацией электрическая розетка в камере № 8 не предусмотрена, в связи с этим на основании графика по требованию осужденных в камеру выдается удлинитель, подключенный к стационарной сети с напряжением 220 В. и частотой 50 ГЦ. для использования в бытовых целях. Кипяток в данную камеру выдается в соответствии с распорядком дня, в период выдачи горячей пищи, выдача кипятка осуществляется в неограниченном количестве по необходимой потребности. Ежедневно при проведении технических осмотров камер, сотрудниками проверяется исправность камерного оборудования, исправность и изолированность электрических светильников, персоналом медико –санитарной части -санитарное состояние камеры, наличие насекомых и грибка на стенах. Не реже одного раза в неделю подозреваемые и обвиняемые проходят санитарную обработку, им предоставляется возможность помывки в душе продолжительностью не менее 15 мин. Подозреваемые и обвиняемые пользуются ежедневной прогулкой продолжительностью не менее одного часа. Согласно журналов учета применения физической силы и специальных средств, журнала учета регистрации, информации о происшествиях в отношении ФИО3, применения специальных средств не имеется, в отделе режима служебные проверки не проводились.

В соответствии со ст. 150 ГК РФ жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

В п. 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" разъяснено, что степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий.

Из приведенных правовых норм и акта их толкования следует, что сами по себе нарушения личных неимущественных прав потерпевшего или посягательство на нематериальные блага не являются безусловными основаниями для удовлетворения требований о компенсации морального вреда. Обязательным условием удовлетворения названных требований является факт причинения потерпевшему физических и нравственных страданий.

Таким образом, доказательств факта причинения вреда личным неимущественным правам и другим нематериальным благам истцав связи с его нахождением в ненадлежащих условиях содержания в СИЗО -1, суду не представлено, не представлено доказательств самих ненадлежащих условий содержания в период пребывания в СИЗО -1 истца. 

Процесс содержания лица под стражей или отбывания им наказания законодательно урегулирован, осуществляется на основании нормативно-правовых актов и соответствующих актов Министерства юстиции Российской Федерации, которыми регламентированы условия содержания, права и обязанности лиц, содержащихся под стражей или отбывающих наказание, а также права и обязанности лиц, ответственных за их содержание.

Содержание на законных основаниях лица под стражей или отбывание им наказания в местах, соответствующих установленным государством нормативам, заведомо не может причинить физические и нравственные страдания, поскольку такие нормативы создавались именно с целью обеспечить не только содержание в местах лишения свободы или под стражей, но и обеспечить при этом соблюдение прав лиц, оказавшихся в них вследствие реализации механизма государственного принуждения.

При таких обстоятельствах само по себе содержание лица под стражей или отбывание им наказания в местах лишения свободы, осуществляемые на законных основаниях, не порождают у него право на компенсацию морального вреда.

Согласно разъяснению, содержащемуся в п. 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если стороны на них не ссылались (ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Из приведенных правовых норм и акта их толкования следует, что в случае очевидного отклонения действий участников гражданского оборота от добросовестного поведения, в том числе путем предъявления надуманных исковых требований, суд обязан дать надлежащую правовую оценку таким действиям и при необходимости вынести этот вопрос на обсуждение сторон.

Исковое заявление ФИО3, датированное 11.11.2019 г., поступило в суд 27.11.2019 г., по истечении пяти лет после событий, с которыми истец связывает причинение ему нравственных страданий, влекущих взыскание компенсации морального вреда.

Достоверных доказательств, подтверждающих факт причинения вреда истцу, нарушение его прав со стороны ответчика, размер причиненного вреда, степень физических и нравственных страданий, причинно-следственную связь между причинением вреда и наступившими физическими или нравственными страданиями, последствиями, указанными в иске, не приведено, не представлено. 

Схема расположения имущества в камере, составленная ФИО3 акт осмотра камеры, составленный также ФИО3, объяснения ФИО4, составленные истцом ФИО3, не могут признаваться достоверными доказательствами, поскольку они не соответствуют требованиям ст. 71 ГПК РФ, предъявляемым к письменным доказательствами и ст. 70 ГПК РФ, предъявляемым к показаниям свидетелей.

Кроме того, иск заявлен через длительный промежуток времени после пребывания истца в СИЗО -1, что ставит под сомнения факт действительного нарушения его прав.

Учитывая все вышеизложенное, суд находит исковые требования необоснованными и не подлежащими удовлетворению. Руководствуясь статьями 194-198 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л 

Исковые требования ФИО3 к ФКУ СИЗО -1 УФСИН России по Забайкальскому краю, Министерству Финансов РФ о взыскании компенсации морального вреда оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в Забайкальский краевой суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме, путем подачи апелляционной жалобы через Ингодинский районный суд г. Читы.

Судья Порошина Е.В.

Решение в окончательной форме изготовлено 30 января 2020г. 

Решение в законную силу не вступило