Дело № 2-20/2021 

Решение

Именем Российской Федерации

5 марта 2021 года город Барнаул

Барнаульский гарнизонный военный суд

в составе: председательствующего Черемных В.А., при секретаре судебного заседания Юричевой Е.А., с участим ответчика ФИО1 и его представителя ФИО2, рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда гражданское дело по исковому заявлению начальника федерального государственного казенного военного образовательного учреждения высшего образования «Новосибирское высшее военное командное училище» Минобороны России (г. Новосибирск), поданному представителем Орлом С.Н., о привлечении к материальной ответственности бывшего военнослужащего указанного училища майора ФИО1,

установил:

В ходе проведения в мае-июне 2018 года инвентаризации материальных ценностей в 14 роте батальона курсантов федерального государственного казенного военного образовательного учреждения высшего образования «Новосибирское высшее военное командное училище» Минобороны России (г. Новосибирск) (далее – военное училище) была обнаружена недостача имущества службы ракетно-артиллерийского вооружения, а именно выявлено разукомплектование 33 комплектов боевого снаряжения «Стрелок» (далее – КБС 6Б52 «Стрелок»).

Данное обстоятельство послужило поводом для обращения начальника военного училища через своего представителя Орла в суд с иском о привлечении ФИО1, занимавшего на момент обнаружения недостачи должность командира указанной роты, к полной материальной ответственности за утрату составляющих 33 КБС 6Б52 «Стрелок» на сумму 404363 рубля 98 копеек.

В судебном заседании ФИО1 исковые требования не признал и пояснил, что с 2014 года являлся командиром 14 роты батальона курсантов, однако после прибытия с очередного отпуска 4 марта 2017 года по устному приказу начальника военного училища он был отстранен от исполнения обязанностей по занимаемой должности и этим же должностным лицом ему велено передать имущество вверенной роты В., что было им, ответчиком, исполнено. После этого он, ФИО1, фактически проходил службу на должности курсового офицера специального факультета, занимаемую В., а последний исполнял обязанности командира 14 роты курсантов. Имущество роты, в том числе 50 КБС 6Б52 «Стрелок», он, ответчик, передал В. по акту, утвержденному начальником училища, 4 сентября 2017 года, после чего был лишен возможности осуществлять хранение и учет этого имущества, которое под отчет ему, ФИО1, вверено не было.

Представитель ответчика ФИО2, указывая на отсутствие оснований для привлечения ФИО1 к материальной ответственности, пояснил, что на момент обнаружения ущерба ФИО1 обязанности командира роты фактически не исполнял, а материальные ценности подразделения были вверены В., при этом во время нахождения имущества за ответчиком до сентября 2017 года какой-либо недостачи в ходе инвентаризаций выявлено не было. Кроме этого административное разбирательство по факту обнаруженного ущерба проведено командованием с нарушением сроков, а виновное лицо установлено не было.

Начальник военного училища и его представитель Орел, надлежаще извещенные о времени и месте рассмотрения дела, в суд не прибыли, от последнего поступило ходатайство о рассмотрении дела в его отсутствие.

Заслушав ответчика и его представителя, изучив материалы дела, суд приходит к следующим выводам.

Согласно выпискам из приказов начальника военного училища ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ №,№, № и № соответственно ФИО1 проходил военную службу по контракту на должности командира 14 роты батальона курсантов данного училища с 31 октября 2015 года по 1 июля 2018 года.

Вместе с этим, как следует из требования-накладной №, 25 января 2017 года на 14 роту батальона курсантов выдано имущество службы ракетно-артиллерийского вооружения – 50 КБС 6Б52 «Стрелок», которые получил капитан Б..

В соответствии с инвентаризационной описью (сличительной ведомостью) № от 5 июня 2017 года по результатам проверки наличия имущества в 14 роте батальона курсантов военного училища, материально ответственным лицом за которое являлся ФИО1, 50 КБС 6Б52 «Стрелок» были в наличии, какой-либо недостачи этого имущества, в том числе его составляющих, выявлено не было.

Отсутствие недостачи названного имущества по результатам вышеназванной инвентаризации подтверждается также письменными объяснениями подполковника К. от 17 марта 2020 года, участвовавшего в проведении инвентаризации.

Как показал свидетель Ф., командир батальона обеспечения учебного процесса военного училища, до марта 2017 года командиром 14 роты батальона курсантов являлся ФИО1, затем по приказу начальника училища последний был отстранен от исполнения обязанностей по занимаемой должности, а командиром указанного подразделения с обозначенного времени фактически являлся В..

Согласно показаниям свидетеля Я. в период с августа 2014 года по декабрь 2020 года он являлся курсантом 14 роты батальона курсантов военного училища, при этом обязанности командира роты до весны 2017 года исполнял ФИО1. После этого командир батальона Ш. представил нового командира роты – В., который с указанного времени исполнял обязанности командира 14 роты батальона курсантов.

Из акта приема (передачи) 14 роты батальона курсантов, утвержденного начальником военного училища 4 сентября 2017 года, следует, что ФИО1 передал имущество вверенного ему подразделения старшему лейтенанту В., при этом при приеме последним, в том числе 50 КБС 6Б52 «Стрелок», какой-либо недостачи имущества выявлено не было. 

Факты отстранения ФИО1 в 2017 году от исполнения обязанностей командира 14 роты батальона курсантов по устному приказу начальника училища, возложения обязанностей по указанной должности на В. и передачи последнему имущества подразделения установлены в ходе проведенного в училище административного расследования и подтверждаются также рапортами начальника инструкторской группы воздушно-десантной подготовки кафедры разведки от 23 мая 2018 года и заместителя начальника училища по учебной и научной работе от 26 марта 2020 года, а также письменными объяснениями майора Н., капитанов Б. и А..

На данные обстоятельства указывает и представитель истца в своем исковом заявлении.

Из инвентаризационной описи (сличительной ведомости) № от ДД.ММ.ГГГГ, акта от ДД.ММ.ГГГГ, а также справки-расчета видно, что по результатам проведенной в мае-июне 2018 года инвентаризации в 14 роте батальона курсантов военного училища выявлена недостача имущества службы ракетно-артиллерийского вооружения, а именно разукомплектование 33 КБС 6Б52 «Стрелок», на сумму 446795 рублей 98 копеек. При этом указано, что материально ответственным лицом за данное имущество является В..

Согласно рапортам заместителя начальника училища по учебной и научной работе от ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ в ходе проведения административного расследования по факту отсутствия имущества службы ракетно-артиллерийского вооружения в 14 роте батальона курсантов, помимо прочего, установлено трое виновных в утрате одних и тех же материальных ценностей лица, которым это имущество было передано под отчет, подлежащих привлечению к полной материальной ответственности в размере причиненного ущерба (446795 рублей 98 копеек): ФИО1, В. и А..

В соответствии с ч. 1 ст. 28 Федерального закона от 27 мая 1998 года № 76-ФЗ «О статусе военнослужащих» военнослужащий может быть привлечен к материальной ответственности в случаях, предусмотренных федеральными законами.

Согласно ст. 3 Федерального закона от 12 июля 1999 года № 161-ФЗ «О материальной ответственности военнослужащих» (в редакции, действующей на момент спорных правоотношений) военнослужащие несут материальную ответственность только за причиненный по их вине реальный ущерб.

Как видно из ст. 5 этого же Федерального закона (в указанной редакции), военнослужащие несут материальную ответственность в полном размере ущерба в случаях, когда ущерб причинен военнослужащим, которому имущество было передано под отчет для хранения, перевозки, выдачи, пользования и других целей.

В соответствии с п. 1 ст. 7 упомянутого Федерального закона, при обнаружении ущерба командир (начальник) воинской части обязан назначить административное расследование для установления причин ущерба, его размера и виновных лиц. Административное расследование должно быть закончено в месячный срок со дня обнаружения ущерба.

В силу ч. 1 ст. 56 ГПК РФ, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований.

Так, перечисленными требованиями законодательства указан перечень мероприятий, предшествующих принятию решения о привлечении военнослужащих к материальной ответственности. Таковыми, помимо прочего, является проведение административного расследования для установления причин ущерба, его размера и виновных лиц. 

Между тем в ходе проведенного командованием училища административного расследования в качестве виновных лиц, подлежащих в соответствии с положениями ст. 5 Федерального закона «О материальной ответственности военнослужащих» привлечению к полной материальной ответственности, указано трое военнослужащих, что свидетельствует о неустановлении командованием конкретного лица, виновного в утрате переданного ему под отчет имущества, недостача которого выявлена в 14 роте батальона курсантов в мае-июне 2018 года.

Стоит отметить, что оформление материалов административного расследования вплоть до 2020 года противоречит требованиям ст. 7 названного Федерального закона о необходимости его проведения в месячный срок со дня обнаружения ущерба.

Таким образом, суд приходит к выводу о ненадлежащем проведении расследования, результаты которого не отвечают законодательно определенным целям данной процедуры, регламентированным ст. 7 Федерального закона «О материальной ответственности военнослужащих».

При этом оснований для непроведения надлежащего административного расследования согласно п. 2 ст. 7 названного Федерального закона у командования не имелось.

Наряду с этим в материалах дела отсутствуют сведения о наличии в действиях ФИО1 вины в причинении материального ущерба.

Так, порядок приема (сдачи) дел и должности лицами, отвечающими за хозяйственную деятельность, в Вооруженных Силах РФ регламентирован Руководством по войсковому (корабельному) хозяйству, утвержденному приказом Министра обороны РФ от 3 июня 2014 года № 333.

По смыслу п.п. 197 и 203 названого Порядка передача материальных ценностей, а также документов оформляется соответствующим актом, к которому прилагаются материалы инвентаризации, а также объяснения (в случае необходимости) должностных лиц о причинах образования недостач, излишков, обоснования естественной убыли. В случаях, когда сдающий или принимающий дела и должность имеет по акту приема (сдачи) дел и должности возражения или замечания, он излагает их в письменном виде в качестве приложения к акту при его оформлении. Старший командир при утверждении акта приема (сдачи) дел и должности должен рассмотреть имеющиеся возражения и замечания, принять по ним решение, о чем сделать соответствующую запись в каждом экземпляре акта.

Таким образом, недостача, выявленная при передаче материальных ценностей, должна быть отражена в соответствующих документах. Установление данного факта влечет принятие со стороны командования мер реагирования в отношении лица, допустившего утрату материальных ценностей.

Между тем в период исполнения обязанностей командира 14 роты батальона курсантов ФИО1 не допускал утраты имущества подразделения.

Также не выявлено какой-либо недостачи составляющих 50 КБС 6Б52 «Стрелок» при передаче ответчиком этого имущества другому военнослужащему в сентябре 2017 года. Указанный ущерб был обнаружен в ходе инвентаризации лишь в мае-июне 2018 года.

Соответствующий акт приема (передачи) подписан лицом, передавшим имущество, и лицом, его принявшим, а также утвержден начальником училища, в связи с чем сомнений в достоверности изложенных в данном документе сведений, вопреки утверждению истца, у суда не имеется.

Кроме этого в ходе судебного разбирательства установлено, что с 4 марта 2017 года ФИО1 по приказу начальника училища, являющемуся для ответчика в силу ст.ст. 33 и 39 Устава внутренней службы Вооруженных Сил РФ обязательным для исполнения, фактически был отстранен от обязанностей командира 14 роты батальона курсантов, в связи с чем с этого момента не мог быть причастен к утрате имущества данного подразделения.

Поскольку ФИО1 был отстранен от обязанностей командира роты и принял меры к передаче имущества подразделения другому военнослужащему, обязанному сберегать это имущество, то ответчик на момент обнаружения ущерба фактически был лишен возможности не только обеспечить сохранность таких материальных ценностей, но и руководить ротным хозяйством, что свидетельствует об отсутствии какой-либо формы вины ФИО1 в причинении материального ущерба и причинно-следственной связи между его действиями (бездействием) и выявленной недостачей.

При этом нахождение ответчика в период обнаружения ущерба в должности командира 14 роты батальона курсантов само по себе, без учета вышеназванных обстоятельств, не может служить достаточным основанием для привлечения его к материальной ответственности.

При таких обстоятельствах, учитывая непроведение истцом соответствующих закону мероприятий по надлежащему установлению вины ответчика, которая также не установлена в ходе судебного разбирательства, что является обязательным условием для привлечения ФИО1 к материальной ответственности, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения исковых требований начальника военного училища. 

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

В удовлетворении искового заявления начальника федерального государственного казенного военного образовательного учреждения высшего образования «Новосибирское высшее военное командное училище» Минобороны России (г. Новосибирск) о привлечении к материальной ответственности ФИО1 отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке во 2-й Восточный окружной военный суд через Барнаульский гарнизонный военный суд в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Председательствующий по делу В.А. Черемных