Дело № 2-1020/2018

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

15 октября 2018 года город Волгоград

Кировский районный суд г. Волгограда в составе:

председательствующего судьи Наумова Е.В.,

при секретаре судебного заседания ФИО12, 

рассмотрев в открытом судебном заседании 

<

ДАТА> в городе Волгограде гражданское дело по иску ФИО3 к ФИО5 о признании договора дарения недействительным, признании права собственности, взыскании судебных расходов,

с участием в заседании: истицы- ФИО3, лично; представителя истца- ФИО1, действующего на основании доверенности № от 

<

ДАТА> и доверенности б\н от 

<

ДАТА>; представителя истца- ФИО7, допущенной к участию в деле в соответствии с ч. 6 ст. 53 ГПК РФ на основании устного ходатайства; ответчика- ФИО5, лично; представителя ответчика- ФИО2, действующей на основании доверенности № от 

<

ДАТА>, представителя ответчика- адвоката ФИО6, действующей на основании ордера № от 

<

ДАТА>,

УСТАНОВИЛ:

ФИО3(далее ФИО3, Истец) обратилась в Кировский районный суд 

<

адрес> с иском к ФИО5(далее- ФИО5, Ответчик) о признании договора дарения 1/3 доли 

<

адрес> от 

<

ДАТА> недействительным. Признании за ней права собственности на 1/3 доли в праве общей долевой собственности в спорной квартире. Также просит взыскать с Ответчика расходы, понесенные в связи с уплатой государственной пошлины при подаче иска.

В обоснование заявленных требований истец ссылается на то, что она на основании договора приватизации являлась собственником 1/3 доли в праве общей долевой собственности на 

<

адрес>. 

<

ДАТА> она заключила со своей внучкой ФИО5 договор дарения, которым передала в собственность последней, принадлежащую ей 1/3 доли в спорной квартире. Оспаривая договор дарения истица ссылаясь на ст. ст. 178, 179 Гражданского кодекса Российской Федерации(далее ГК РФ) указывает, на то, что она является человеком преклонного возраста, имеет ряд хронических заболеваний, нуждается в постоянном уходе и заблуждалась относительно природы и предмета спорного договора дарения доли квартиры в пользу внучки ФИО5 Также в исковом заявлении Истица указывает, что договор составлен в простой письменной форме, нотариально не удостоверен, правовых последствий договора ей никто не разъяснял и в силу своей безграмотности она заблуждалась относительно природы договора, считая его договором ренты с пожизненным содержанием, и что до ее смерти ее долей распоряжаться никто не сможет. Оформляя договор дарения, она не предполагала, что в результате такой сделки лишается права собственности на свою долю квартиры безвозмездно, без оказания материальной, медицинской и другой необходимой помощи. 

<

ДАТА> она впервые в жизни почувствовала интенсивные давящие боли за грудиной, после чего она была госпитализирована в КБ №, где ей выставлен диагноз острый инфаркт миокарда. Она была направлена в кардиологический центр, где ей была проведена операция по имплантации кардиостимулятора. После выписки ее из больницы, через непродолжительное время ее привезли для дальнейшего проживания в квартиру ее дочери ФИО13 по адресу: 

<

адрес>. О том, что ее сняли с регистрационного учета по адресу: 

<

адрес>, ей ничего известно не было.

Летом 2017 года к ней в гости приехала дочь ФИО7, с которой у нее до этого по семейным обстоятельствам на какое- то время была утрачена связь, и которой она ранее о заключенном договоре дарения доли своей квартиры не сообщала, поскольку не считала его таковым. ФИО7 стала интересоваться у нее, почему она проживает в квартире ФИО13, а не в своей. Поскольку вопрос о принадлежности квартиры ФИО3 ФИО7 периодически озвучивался, то это вызывало негативную реакцию у ФИО13

<

ДАТА> Истица узнала о том, что спорный договор дарения не содержит условия о ее пожизненном содержании, запрета распоряжаться долей квартиры до ее смерти, а также положения о сохранении за ней права пользования квартирой. Истица также указывает, что ее дочь ФИО13, в чьей квартире она проживает, подала в Советский районный суд Волгограда исковое заявление о выселении ее второй дочери ФИО7, из квартиры ей принадлежащей. Истица считает, что ее права нарушены, поскольку жить одна без помощи ФИО7 она не может. В результате спорной сделки она лишилась не только единственного жилья, но и возможности в дальнейшем обеспечить себе посторонний уход, путем заключения договора пожизненного содержания с иждивением, с лицом готовым оказывает ей помощь. Поскольку договор дарения не содержит условие на постоянное ее проживание в спорной квартире, полагает возможным в скором времени остаться на улице. 

Кроме того, истица считает сделку кабальной, однако ссылаясь при этом на пункт 1 статьи 179 ГК РФ. Указывает, что ответчица зная о ее тяжелых обстоятельствах, воспользовалась этим и вынудила совершить сделку на крайне невыгодных для неё условиях. Несмотря на то, что спорный договор дарения зарегистрирован Управлением Росреестра по Волгоградской области, она на регистрации не присутствовала. О заключении спорного договора дарения, а не договора ренты, ей стало известно только 

<

ДАТА>, после обращения за оказанием юридической помощи, считает, что срок исковой давности ею не пропущен. Кроме того, просит восстановить срок исковой давности.

В ходе рассмотрения гражданского дела, представителем Истца, письменным заявлением от 

<

ДАТА> были уточнены исковые требования, а именно было заявлено, что «подписание истцом договора дарения вследствие не осознавания характера и предмета совершенной сделки в связи с имеющимися хроническими заболеваниями.»(л.д. 77).

В судебном заседании истица настаивала на удовлетворении иска. При этом пояснила, что подписывая спорный договор, она не понимала его значение. Ее привезли в какое- то заведение, где сказали подписать бумагу. Она подписала, при это не знала и не догадывалась о содержании документа.

Представитель истца-ФИО1, действующий на основании нотариально заверенной доверенности № от 

<

ДАТА> и доверенности б/н от 

<

ДАТА> исковые требования поддержал, по доводам, указанным в самом иске и в уточнении к нему. Считает, договор дарения недействительным, так как его доверительница в полной мере не осознавала характер и предмет спорного договора, также пояснив, что она страдает хроническими заболеваниями вследствие чего она в момент подписания договора не осознавала его характер, и последствия его подписания.

Представитель истца- ФИО7, действующая на основании устного ходатайства, поддержала исковые требования. Приведя в обоснование доводы, аналогичные, указанным в иске.

ФИО14 возражает против удовлетворения иска. Представила письменные возражения на исковое заявление. Пояснив суду, что бабушка знала о состоявшейся 

<

ДАТА> сделке, как о договоре дарения. Она подарила ей свою долю в квартире осознанно, прекрасно понимая значение и все последствия сделки. Она находилась в здравом уме и при памяти. Просит применить к спорным отношениям срок исковой давности.

Представитель ответчика- адвокат ФИО6 действующая на основании ордера № от 

<

ДАТА>, возражает против удовлетворения заявленных требований, считает их не обоснованными и надуманными. Кроме того, считает, что истице пропущен срок исковой давности.

Представитель ответчика ФИО2, действующая на основании доверенности № от 

<

ДАТА>, возражает против удовлетворения исковых требований, при этом ссылаясь на доводы, указанные в представленных ответчиком письменных возражениях на иск. Просит применить к спорным отношениям срок исковой давности.

Выслушав мнение лиц, участвующих в деле, исследовав материалы дела и обсудив доводы возражения, представленного ответчиком ФИО5, суд считает заявленные требования, не подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

По сути, в своем иске ФИО3 оспаривает договор дарения от 

<

ДАТА>, которым она безвозмездно передала ФИО5(ФИО9) ФИО8 1\3 доли 

<

адрес>.

Первым требованием(как оно указано в иске) Истец просит восстановить ей срок исковой давности и признать договор дарения 1\3 доли 

<

адрес> недействительным, при этом ссылается на статьи 167, 178, 179, 181 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии с пунктом 1 статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица свободны в заключении договора. 

Понуждение к заключению договора не допускается, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена Гражданским кодексом Российской Федерации, законом или добровольно принятым обязательством.

В силу пункта 1 статьи 432 Гражданского кодекса Российской Федерации договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

В соответствии со статьей 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке.

В соответствии с положениями пункта 1 статьи 178 Гражданского кодекса Российской Федерации (в редакции, действовавшей на момент заключения договора дарения 01.08.2011г.) сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение имело место относительно природы сделки, либо тождества или таких качеств ее предмета, которые значительно снижают возможность его использования по назначению. Заблуждение относительно мотивов сделки не имеет существенного значения.

В соответствии с ч. 1 ст. 572 ГК РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

Совершая дарение, даритель должен осознавать прекращение своего права на объект дарения и отсутствие каких-либо притязаний на подаренное имущество. 

В свою очередь, на одаряемом лежит обязанность по фактическому принятию дара, то есть совершению действий, свидетельствующих о вступлении в права владения, пользования и распоряжения подаренным имуществом.

В силу ч. 2 ст. 218 ГК РФ, право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований по иску и возражений против него.

Из материалов дела следует, 

<

ДАТА> между ФИО3(даритель) и ФИО5(ФИО9) ФИО8(одаряемый) заключен договор дарения, в соответствии, с условиями которого даритель подарила одаряемой, а одаряемая приняла в дар 1/3 доли квартиры, находящейся по адресу: 

<

адрес>, дом номер 5, квартира номер 20, общей площадью 58,3 кв.м.

<

ДАТА> переход права собственности зарегистрирован в установленном законом порядке, что подтверждается материалами регистрационного дела.(л.41- 62)

В материалах регистрационного дела имеются заявления от 

<

ДАТА> (входящие:N 01/191/2011-16; 01/191/2011- 17; 01/191/2011- 18), подтверждающее, что ФИО3 самостоятельно обращалась в уполномоченный орган для государственной регистрации перехода права собственности (договора дарения от 

<

ДАТА>).

Таким образом, юридически значимым обстоятельством, подлежащим доказыванию по данному спору, является выяснение вопроса о понимании истицей сущности сделки на момент ее заключения. В этой связи суду необходимо выяснить: сформировалась ли выраженная в сделке воля истицы вследствие заблуждения, на которое она ссылается, и является ли оно существенным применительно к части 1 статьи 178 ГК РФ, в том числе оценке подлежали такие обстоятельства как грамотность истицы, ее возраст, состояние здоровья. 

Из анализа представленных доказательств, а также обстоятельств заключения договора следует, что он подписан сторонами в полном соответствии с их волей. Текст договора содержит сведения о сущности сделки, истец расписалась под словом "даритель", подлинность своей подписи истец не оспаривала.

Из текста договора следует, что он содержит только существенные условия договора дарения, никаких иных условий, в том числе ренты, договор в себе не содержит. Все условия договора изложены понятным языком, никаких двусмысленностей в себе не содержат. Никакие дополнительные соглашения к договору между истцом и ответчиком не заключались.

Доказательств того, что указанная сделка была совершена под влиянием заблуждения и обмана со стороны ответчицы суду представлено не было. 

При таких обстоятельствах, у суда отсутствуют правовые основания для удовлетворения иска.

Заблуждение же относительно последующего поведения одаряемой по отношению к дарителю не предусмотрено законом в качестве основания для признания договора дарения недействительным по ст. 178 ГК РФ.

Обращаясь с настоящим иском, истец ссылается на то обстоятельство, что в действительности она не имела намерений безвозмездно дарить принадлежащие ей на праве собственности 1/3 доли квартиры. При заключении договора полагала, что заключает договор пожизненного содержания с иждивением, поскольку в силу своего возраста и состояния здоровья нуждалась в постороннем уходе, заключая договор, рассчитывала на оказание помощи от внучки в силу своей юридической неграмотности не осознавала природу спорного договора и его последствия, дарить 1\3 доли квартиры не желала, а хотела получить уход.

Вместе с тем, отказывая в удовлетворении исковых требований, суд приходит к выводу, что волеизъявление истца на заключение договора дарения 1/3 доли спорной квартиры соответствовало в момент заключения договора ее действительной воле, а действия ФИО3 свидетельствовали о намерении заключить именно договор дарения.

Из материалов дела усматривается, что истец лично участвовала в заключении договора дарения, не только подписав его, но и представив в регистрирующие органы для государственной регистрации перехода права собственности на спорное имущество внучке, выразив тем самым свою волю на переход права собственности на 1\3 доли квартиру к ФИО5(ФИО9) ФИО8 на основании заключенного между ними договора.

Суд исходит из того, что доказательств порока воли, связанного с отчуждением спорной доли квартиры, стороной истца не представлено.

Допрошенная по ходатайству стороны истца, в качестве свидетеля Свидетель №2, показала, что знает ФИО3 около 50 лет. В 2006 году ФИО3 перенесла инсульт. После выписки из больницы состояние здоровья у нее было плохое. Тяжело передвигала ногами, речь была замедленная, за ней ухаживала соседка и ее муж. В 2017 году дочь ФИО10 выгоняла ФИО3 из квартиры, которая расположена на «зеленом кольце» о спорной сделке, ей ничего не известно.

Допрошенная в качестве свидетеля стороны истца, Свидетель №3 показала, что она, является племянницей Истицы, в 2011 году она приезжала в Волгоград на свадьбу к своей дочери. Навещала ФИО3, которая была после инсульта, ее отец привозил ей продукты питания. Про спорный договор дарения она ничего не знает. Какие отношения ФИО2 в семье истицы, пояснить не смогла.

Показания указанных свидетелей суд, признает как доказательства, не относящиеся к предмету спора. Так как никто из допрошенных не только не смог подтвердить либо опровергнуть порок воли истицы при заключении спорного договора дарения. Указанные свидетели даже не знают о существовании спорного договора.

Допрошенная в качестве свидетеля Свидетель №1, показала, что с ФИО3 она знакома более 30 лет, являлись соседями по дому № по 

<

адрес> лет назад ФИО3 рассказала ей, что ездила на сделку дарения. Она всегда говорила, что квартира будет ФИО11. После указанной сделки ФИО3 переехала жить к дочери ФИО10. После того как она переехала жить к дочери, в спорную квартиру приезжала только в гости. На момент дарения квартиры истица была адекватной. Истица всегда много читала. Обслуживала себя сама. 

Допрошенная в качестве свидетеля Свидетель №4 показала, что она знает истицу более 40 лет, ответчицу с самого рождения, так как они жили по соседству. Примерно в 2010- 2012 годах ФИО3 говорила ей, что формила квартиру на Юлю. ФИО3 просила ее сына, чтобы тот перевез ее вещи в квартиру к ее дочери ФИО13 ФИО10. После этого она приезжала на такси к ФИО5 Юле в гости.

Допрошенный в качестве свидетелей по ходатайству стороны ответчика, Свидетель №5, показал что Истица является его бабушкой. Ему известно, что в 2011 году ФИО3 подарила свою долю в квартире по 

<

адрес> его сестре ФИО5 Юле. На момент заключения сделки Истица понимала значение своих действий.

Суд принимает показания указанных свидетелей в качестве доказательств, так как они согласуются между собой и с другими материалами дела. 

Таким образом, представленные сторонами доказательства не опровергают добровольное волеизъявление истца на совершение безвозмездный сделки (дарения 1/3 доли квартиры) ФИО5(ФИО9) Ю.А.

Таким образом, по смыслу пункта 1 ст. 178 ГК РФ сделка считается недействительной, если выраженная в ней воля стороны неправильно сложилась вследствие заблуждения и повлекла иные правовые последствия, нежели те, которые сторона действительно имела в виду. 

Под влиянием заблуждения участник сделки помимо своей воли составляет неправильное мнение или остается в неведении относительно тех или иных обстоятельств, имеющих существенное значение, и под их влиянием совершает сделку, которую он не совершил бы, если бы не заблуждался.

В силу пункта 1 статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная под влиянием обмана, насилия, угрозы, злонамеренного соглашения представителя одной стороны с другой стороной, а также сделка, которую лицо было вынуждено совершить вследствие стечения тяжелых обстоятельств на крайне невыгодных для себя условиях, чем другая сторона воспользовалась (кабальная сделка), может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего.

Из материалов регистрационного дела, представленного по запросу суда, следует, что 

<

ДАТА> ФИО3 на основании письменного договора дарения безвозмездно передала своей внучке ФИО5(на тот момент ФИО9) ФИО8 1\3 доли 

<

адрес>. Указанный договор ФИО3(далее также- даритель) подписала, выполнив при этом собственноручную расшифровку фамилии, имени и отчества.(л.д. 49)

При этом, как следует из материалов регистрационного дела Истица собственноручно, с полной расшифровкой своей фамилии, имени и отчества заполнила заявление в Территориальный орган Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по 

<

адрес> в котором просила внести изменения своих паспортных данных и изменение общей площади квартиры.(л.д. 54-55)

Также, в тот же день ФИО3 обратилась в Территориальный орган Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Волгоградской области с собственноручно подписанным заявлением, с расшифровкой фамилии, имени и отчества о регистрации договора дарения 

<

адрес> от 

<

ДАТА>.(л.д. 56-57) 

Из материалов регистрационного дела, также следует, что 

<

ДАТА> истица также обратилась в Территориальный орган Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Волгоградской области с собственноручно подписанным заявлением, с расшифровкой фамилии, имени и Отчества о государственной регистрации перехода права собственности на спорную квартиру к ФИО4.(л.д. 58-59)

Переход права собственности на спорные 1\3 доли квартиры был зарегистрирован в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним 

<

ДАТА>.

Достоверных и допустимых доказательств того, что в момент заключения договора дарения истица не имела воли и желания на его заключение на обозначенных в нем условиях, а также не имела возможности изучить их или отказаться от подписания договора на этих условиях, в нарушение требований ст. 56 ГПК РФ суду не представлено.

В соответствии с ч. 1 ст. 177 ГК РФ сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права и охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

Исходя из изложенного, неспособность дарителя в момент составления договора понимать значение своих действий или руководить ими является основанием для признания сделки недействительной, поскольку соответствующее волеизъявление по распоряжению имуществом отсутствует.

Юридически значимыми обстоятельствами в таком случае являются наличие или отсутствие психического расстройства у дарителя в момент составления договора, степень его тяжести, степень имеющихся нарушений его интеллектуального и (или) волевого уровня.

Ссылка истицы на наличие у нее тяжелых заболеваний и в связи с этим возникших психических расстройств, что могло оказать влияние на ее волеизъявление при заключении сделки, также проверялась судом посредством назначения комплексной судебной психолого- психиатрической экспертизы.

Согласно заключению судебно- психиатрической экспертизы № от 

<

ДАТА>, ФИО3 обнаруживает признаки психического расстройства в форме легкого когнитивного расстройства. Об этом свидетельствуют данные анамнеза и медицинских документов, наличие сосудистых, в том числе, церебральных проявлений, в сочетании с физиологическими возрастными изменениями головного мозга, ослабление памяти, сложность запоминания новой информации, утомляемость при умственной деятельности, трудности концентрации внимания, затруднение логического анализа, повышенная обидчивость, ранимость, с оттенком недовольства окружающими. Учитывая, что ФИО3, врачами- психиатрами в юридически значимый период времени не осматривалась, ее психическое состояние, включая состояние сознания в тот период времени, ориентировки в окружающем и ситуации, полноценность и адекватность контакта, на фоне имеющихся у нее хронических соматических заболеваний не отражено ее лечащими врачами в медицинской документации в ходе динамического за ней наблюдения, в медицинской документации отсутствуют сведения, позволяющие с наибольшей степенью достоверности оценить, какова была на тот период времени степень выраженности ее когнитивных нарушений, а также способность к осмыслению ситуации в целом( или имело место отсутствие данных расстройств в указанный временной период), а потому, только на основании имеющихся у экспертов данных, ретроспективно оценить психическое состояние ФИО3, в юридически значимый период, а в связи с этим безальтернативно и категорично ответить на вопросы: «могла ли ФИО3 по своему психическому состоянию здоровья понимать значение своих действий и руководить ими в период подписания договора дарения 

<

ДАТА>», не представляется возможным.

Также ответить на вопросы «имелись ли у ФИО3 эмоционально- волевые нарушения, которые могли бы оказать существенное влияние на ее способность учитывать объем информации и осознавать последствия своего решения по заключению договора дарения от 

<

ДАТА> «какова степень самостоятельности волеизъявления и осознания собственных действий ФИО3, при заключении договора дарения от 

<

ДАТА> «имеются ли у ФИО3 индивидуальные особенности личности, которые могли существенно повлиять на ее поведение, волеизъявление при совершении сделки 

<

ДАТА> не представляется возможным, в связи с отсутствием в материалах гражданского дела и предоставленной медицинской документации сведений, позволяющих сделать вывод об интеллектуальном уровне ФИО3 и ее индивидуально- психологических особенностях на момент заключения договора дарения от 

<

ДАТА>.

Доказательства, на которые ссылается истец, с учетом заключения психолого- психиатрической экспертизы, достаточными с точки зрения части 3 статьи 67 Гражданского процессуального кодекса, для констатации факта, что истица в момент совершения сделки не была способна понимать значение своих действий или руководить ими, не являются.

Отказывая в удовлетворении второго требования(как оно указано в иске) о признании права собственности на спорную 1/3 доли 

<

адрес>, суд исходит из того, что иск о признании права относится к общим способам защиты (абз. 2 ст. 12 ГК РФ)

Применяемый непосредственно в сфере защиты права собственности, этот иск относится к вещно-правовым. 

Иск о признании права собственности не направлен на изъятие имущества у кого бы то ни было.Характеристика этого иска, как иска,- о признании права, но не о присуждении. Исходя из изложенного, фактически иск о признании права собственности может быть удовлетворен только в том случае, если его предъявляет истец-собственник, который владеет своим имуществом, к ответчику, который не признает права собственности истца.

Статья 8 ГК РФ определяет основания возникновения гражданских прав. 

Права и обязанности возникают из договоров и иных сделок, предусмотренных законом, а также из договоров и иных сделок, хотя и не предусмотренных законом, но не противоречащих ему, из актов государственных органов и органов местного самоуправления, которые предусмотрены законом в качестве основания возникновения гражданских права и обязанностей, из судебного решения, установившего гражданские права и обязанности.

Совместный Пленум Верховного суда РФ ВАС РФ в Постановлении N 10/22 от 

<

ДАТА> "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав" разъяснил судам, что если иное не предусмотрено законом, иск о признании права подлежит удовлетворению в случае предоставления истцом доказательств возникновения у него соответствующего права. 

Доказательств того, что у Истицы возникло на законных основаниях право собственности на 1/3 доли спорной квартиры, после её отчуждения Ответчику, суду не представлено. Следовательно, и требования о признании права собственности на 1/ 3 доли 

<

адрес> подлежат отклонению, как необоснованные. 

Кроме того, ответчиком заявлено о пропуске истцом срока исковой давности.

Согласно ч. 1 ст. 200 ГК РФ если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

С настоящим иском о признании договора дарения от 

<

ДАТА> недействительным ФИО3 обратилась в Кировский районный суд города Волгограда 

<

ДАТА>. 

В соответствии с пунктом 2 статьи 181 ГК РФ, срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. 

Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Истицей заявлено требование о восстановлении срока исковой давности. Вместе с тем, суд, установив вышеизложенное, не находит уважительных причин, по которым истицей пропущен установленный законом срок для обращения в суд для защиты нарушенного права, предусмотренных законом оснований (ст. 205 Гражданского кодекса Российской Федерации) для восстановления срока судом не установлено. 

В связи с чем, суд считает необходимым в удовлетворении иска, в том числе на основании пункта 2 статьи 199 ГК РФ, отказать в полном объеме.

Доводы истицы о том, что ее дочь ФИО13 обращалась в суд с иском, о признании утратившим права пользования 

<

адрес> представителя истицы- ФИО7, правового значения для разрешения настоящего спора не имеет.

Также не имеет значение для разрешения настоящего спора и предположения истицы о том, что она может остаться на улице без жилья.

Судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела (часть 1 статьи 88 ГПК РФ).

К издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся, в том числе и суммы, подлежащие выплате экспертам (абзац второй статьи 94 ГПК РФ).

Согласно части 1 статьи 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью 2 статьи 96 указанного кодекса. 

В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в данной статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

В соответствии с ч. 3 ст. 96 ГПК РФ суд может освободить гражданина с учетом его имущественного положения от уплаты расходов, предусмотренных частью первой настоящей статьи, или уменьшить их размер. 

В этом случае расходы возмещаются за счет средств соответствующего бюджета.

Указанной правовой нормой предусмотрено право, но не обязанность суда освободить сторону или уменьшить размер подлежащих возмещению расходов, затраченных на проведение экспертизы, с учетом имущественного положения гражданина.

Истицей заявлено ходатайство об освобождении ее от оплаты проведения экспертизы.

Отказывая в удовлетворении указанного ходатайства, суд, прежде всего, исходит из содержания нормы ст. 14 Международного пакта о гражданских и политических правах, согласно которой, лицо само определяет объем своих прав и обязанностей в гражданском процессе. 

Поэтому лицо, определив свои права, реализует их по своему усмотрению. Распоряжение своими правами по усмотрению лица является одним из основополагающих принципов судопроизводства.

Определенной гарантией для участников процесса от произвольного усмотрения суда при разрешении спора является предоставление лицам, участвующим в деле, тех прав, которыми обеспечивается состязательность процесса. 

Так, согласно ст. 35 ГПК РФ таким лицам гарантируется право знакомиться с материалами дела, делать выписки из них, снимать копии, заявлять отводы, представлять доказательства и участвовать в их исследовании, задавать вопросы другим лицам, участвующим в деле, свидетелям, экспертам и специалистам; заявлять ходатайства, в том числе об истребовании доказательств, высказывать свои доводы и соображения, давать объяснения по всем возникающим в ходе рассмотрения дела вопросам, связанным с представлением доказательств. 

При этом лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

Таким образом, заявляя исковые требования и ходатайство о проведении судебной психиатрической экспертизы, истица должна была осознавать, что в случае отказа в удовлетворении исковых требований бремя несения судебных расходов может быть возложено на неё.

Кроме того, доказательств, подтверждающих тяжелое материальное положение, не позволяющего нести расходы, по оплате экспертизы, истцом не представлено.

Принимая во внимание вышеизложенное, руководствуясь ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО3 к ФИО5 о признании договора дарения недействительным, признании права собственности, взыскании судебных расходов- отказать.

В удовлетворении ходатайства ФИО3 об освобождении от уплаты расходов на проведение экспертизы - отказать.

Взыскать с ФИО3 в пользу Государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Волгоградской областной клинической психиатрической больницы № 2» 10 700(десять тысяч семьсот) рублей 00 копеек за проведение комплексной психолого- психиатрической экспертизы.

Решение может быть обжаловано в Волгоградский областной суд в течение месяца через Кировский районный суд г. Волгограда, по правилам главы 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Полный текст решения изготовлен 19 октября 2018 года.

Судья - Е.В. Наумов