Судья Зекир С.Г. Материал № 22к-661/2025

Дело № 1-123/2025 

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

14 апреля 2025 года город Смоленск

Смоленский областной суд в составе:

председательствующего судьи Фурман Т.А.,

при помощнике судьи Шкредове Д.Б.,

с участием:

прокурора отдела прокуратуры Смоленской области Прохоренкова А.А., 

подсудимых П. Д.М., Б. И.В., Ф. Е.А., 

адвокатов Гопеева Е.В., Лапиковой О.П., Витько Д.Ю., 

защитника наряду с адвокатом М. Ю.Ю.,

рассмотрел в открытом судебном заседании с использованием систем видео-конференц-связи материал по апелляционным жалобам подсудимых П. Д.М., Б. И.В., Ф. Е.А. с дополнением к ней, адвокатов Гопеева Е.В. с дополнением к ней в защиту интересов подсудимого П. Д.М., Лапиковой О.П. в защиту интересов подсудимого Б. И.В., Витько Д.Ю. в защиту интересов подсудимой Ф. Е.А.

установил:

постановлением Ленинского районного суда г. Смоленска от 28 марта 2025 года в порядке ст. 255 УПК РФ по находящемуся в производстве суда уголовному делу 

П. Д.М., 

<

дата> года рождения, уроженцу 

<

адрес>, обвиняемому в совершении преступлений, предусмотренных ч. 4 ст. 159 УК РФ, п. «б» ч. 4 ст. 174.1 УК РФ,

продлен срок содержания под стражей на 3 месяца, то есть до 2 июля 2025 года,

Б. И.В., 

<

дата> года рождения, уроженцу 

<

адрес>, обвиняемому в совершении преступлений, предусмотренных ч. 4 ст. 159 УК РФ (2 состава), п. «б» ч. 4 ст. 174.1 УК РФ,

продлен срок содержания под стражей на 3 месяца, то есть до 2 июля 2025 года,

Ф. Е.А., 

<

дата> года рождения, уроженке 

<

адрес>, обвиняемой в совершении преступлений, предусмотренных ч. 4 ст. 159 УК РФ (2 состава),

продлен срок содержания под стражей на 3 месяца, то есть до 2 июля 2025 года.

В апелляционной жалобе подсудимый П. Д.М., просит постановление суда отменить, как незаконное, необоснованное и немотивированное, вынесенное с нарушением требований уголовно-процессуального закона, избрать его подзащитному меру пресечения, не связанную с заключением под стражу. Отмечает, что судом не учтены разъяснения Пленума Верховного Суда Российской Федерации, содержащиеся в п. 29 постановления от 19 декабря 2013 года № 41 «О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста, залога и запрета определенных действий». Стороной обвинения не приведено ни одного доказательства обосновывающего необходимость продления меры пресечения в виде заключения под стражу. 

Ссылаясь на изменения, внесенные в ч. 1.1 ст. 108 УПК РФ Федеральным Законом от 28 февраля 2025 года № 13-ФЗ «О внесении изменений в Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации», указывает, что законных оснований для продления срока содержания под стражей, учитывая изменения в законодательстве, не имеется.

В апелляционной жалобе с дополнением адвокат Гопеев Е.В. в защиту интересов подсудимого П. Д.М. выражает несогласие с постановлением суда как незаконным и необоснованным. Также указывает на отсутствие законных оснований для продления его подзащитному меры пресечения в виде заключения под стражу в связи с изменениями, внесенными в ч. 1.1 ст. 108 УПК РФ Федеральным Законом от 28 февраля 2025 года № 13-ФЗ. Обращает внимание, что из существа предъявленного П. Д.М. обвинения, следует, что последний обвиняется в совершении преступлений, предусмотренных ч. 4 ст. 159 УК РФ, п. «б» ч. 4 ст. 174.1 УК РФ – в связи с осуществлением им полномочий по управлению организацией ООО «Строй Бизнес», директором и единственным учредителем которого он являлся, а также в связи с осуществлением ООО «Строй Бизнес» предпринимательской и экономической деятельности, в рамках которой осуществлялось приобретение муниципальных земельных участков, которые, по мнению органов предварительного следствия, были похищены путем обмана, и в дальнейшем легализованы третьим лицам. В частности, в апелляционном постановлении Смоленского областного суда от 24 ноября 2016 года, которым П. Д.М. была изменена мера пресечения на домашний арест, указано, что из представленных материалов видно, что именно деяние в рамках предпринимательской деятельности послужило основанием для возбуждения уголовного дела в отношении П. Д.М., предполагаемое следствием преступление носит экономический характер, и при решении вопроса об избрании меры пресечения суд должен был учитывать положения ч. 1.1 ст. 108 УПК РФ. 

Отмечает, что обжалуемое постановление не содержит выводов, со ссылкой на конкретные материалы дела, обосновывающие необходимость дальнейшего продления меры пресечения в виде заключения под стражу, не приведено таких доказательств и стороной обвинения. Материалы содержат множество доказательств, исследованных в судебном заседании, свидетельствующих об обратном. Не получили оценки со стороны суда доводы защиты об избрании в отношении П. Д.М. меры пресечения в виде домашнего ареста либо подписки о невыезде и надлежащем поведении.

Просит постановление суда отменить, избрать в отношении его подзащитного меру пресечения в виде домашнего ареста либо подписки о невыезде и надлежащем поведении.

В апелляционной жалобе подсудимый Б. И.В., считает постановление суда незаконным и необоснованным, просит изменить, избрать в отношении него меру пресечения, не связанную с лишением свободы. Ссылаясь на требования законодательства, разъяснения, содержащиеся в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2013 года № 41, а также практику Европейского суда по правам человека, отмечает, что суд при решении вопроса о продлении срока содержания под стражей руководствовался лишь тяжестью предъявленного обвинения, которое не является окончательным и его виновность на данном этапе не установлена.

Принимая решение о необходимости продления срока содержания под стражей, суд не указал конкретных оснований, по которым он пришел к данному выводу, положив в основу голословные доводы государственного обвинителя, не подтвержденные доказательствами по делу. 

В апелляционной жалобе с дополнением адвокат Лапикова О.П. в защиту интересов подсудимого Б. И.В. выражает несогласие с постановлением суда как незаконным и необоснованным, просит постановление суда отменить, избрать ее подзащитному меру пресечения в виде домашнего ареста, запрета определенных действий либо подписки о невыезде и надлежащем поведении. Отмечает, что вывод суда о том, что Б. И.В. может скрыться, осознавая возможность назначения наказания в виде лишения свободы, помешать установлению истины по делу, носит формальный характер, не подтвержден, исследованными судом документами. С момента поступления уголовного дела в суд в 2018 году он осознает возможность назначения наказания в любом виде и размере в пределах санкции статей, вместе с тем не предпринимал попыток скрыться либо воспрепятствовать производству по уголовному делу, и до вынесения приговора 28 декабря 2023 года меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении не нарушал. 

Указывает, что Б. И.В. юридически не судим, за время рассмотрения уголовного дела преступлений не совершал, к административной ответственности не привлекался, характеризуется исключительно положительно, до приговора официально работал, содержал семью, ведет социально-одобряемый образ жизни, на учетах в наркологическом и психоневрологическом диспансерах не состоит.

Полагает, что судом в постановлении не в полной мере отражена невозможность применения в отношении Б. И.В. меры пресечения в виде домашнего ареста, при избрании которой подсудимый подвергается запретам, что также препятствовало бы оказанию давления на свидетелей и воспрепятствованию рассмотрения уголовного дела. Ранее данную меру пресечения в период с 23 августа 2017 года по 14 июня 2018 года он не нарушал, со стороны уголовно-исполнительной инспекции нареканий не имел.

Делая вывод о том, что Б. И.В. может продолжить заниматься преступной деятельностью, суд не учел разъяснения, содержащиеся в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации содержащиеся 19 декабря 2013 года № 41, так как ее подзащитный не судим, данная возможность отсутствует и учитывая специфику вмененного преступления.

Б. И.В. зарегистрирован и проживает в 

<

адрес> с женой и детьми 

<

дата> и 

<

дата> годов рождения, и его длительное нахождение под стражей негативным образом складывается на материальном и моральном положении семьи.

Также указывает на отсутствие законных оснований для продления ее подзащитному меры пресечения в виде заключения под стражу в связи с изменениями, внесенными в ч. 1.1 ст. 108 УПК РФ Федеральным Законом от 28 февраля 2025 года № 13-ФЗ, Б. И.В. является индивидуальным предпринимателем и осуществляет свою деятельность в сфере строительства, повышенной общественной опасности преступления в сфере экономической деятельности и против собственности, по которым обвиняется ее подзащитный, не несут; вреда жизни либо здоровью кому-либо не причинили. Ущерб не причинен ввиду возвращения спорных земельных участков в собственность государства.

Продлив Б. И.В. меру пресечения в виде заключения под стражу, суд фактически руководствовался лишь тяжестью инкриминируемых преступных деяний.

В апелляционной жалобе с дополнением подсудимая Ф. Е.А., выражает несогласие с постановлением суда, считает его незаконным, необоснованным и немотивированным, просит отменить, избрать меру пресечения, не связанную с заключением под стражу. Приводя разъяснения постановлений Пленума Верховного Суда РФ от 10 октября 2003 года № 5 «О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров Российской Федерации», от 27 июня 2013 года № 21 «О применении судами общей юрисдикции Конвенции о защите прав человека и основных свобод от 4 ноября 1950 года и Протоколов к ней», при этом провидя пункты 5, 29 постановления от 19 декабря 2013 года № 41, отмечает, что суд вопреки данным разъяснениям ограничился общими формулировками, не привел конкретных фактических обстоятельств и доказательств их подтверждающих, обосновывающих необходимость продления срока содержания под стражей.

В обжалуемом постановлении не приведены основания, по которым суд пришел к выводу о несостоятельности доводов стороны защиты, что свидетельствует о нарушении ст. 88 УПК РФ при оценке исследованных судом доказательств об их относимости, допустимости и достаточности при принятии решения. Суд формально перечислил исследованные доказательства стороны защиты и не приводя обоснования своих выводов и мотивов их принятия, не ссылаясь ни на одно из доказательств, исключил возможность избрания в отношении нее более мягкой меры пресечения, необоснованно продлив меру пресечения в виде заключения под стражу. Выводы суда не подтверждаются и не соответствуют фактическим обстоятельствам, рассмотренным в судебном заседании, не учтены обстоятельства, которые могли существенно повлиять на выводы суда.

Обращает внимание, что в нарушение ст. 160 УПК РФ судом не разрешено ходатайство, заявленное защитником наряду с адвокатом М. Ю.Ю., о принятии мер в отношении ее матери ДД.ММ.ГГГГ года рождения – инвалида 1 группы, которая оставлена без присмотра и надлежащего ухода. М. Ю.Ю. не заявлялось, что в настоящее время им осуществляется уход за ее матерью.

В апелляционной жалобе адвокат Витько Д.Ю. в защиту интересов подсудимой Ф. Е.А. выражает несогласие с постановлением суда, просит его отменить, избрать его подзащитной меру пресечения в виде домашнего ареста либо подписки о невыезде и надлежащем поведении. Выводы суда, что его подзащитная может скрыться от суда, помешать установлению истины по делу, воспрепятствовать производству по уголовному делу не подтверждаются материалами дела. Отмечает, что решение суда о продлении срока содержания Ф. Е.А. под стражей, нарушает требования ст. 109 УПК РФ и разъяснения п.п. 22 и 29 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19 декабря 2013 года № 41, поскольку в материалах отсутствуют фактические данные, подтверждающие необходимость сохранения меры пресечения, а указанный судом, характеризующий материал в отношении Ф. Е.А., противоречит выводам суда о необходимости продления срока содержания под стражей.

Указывает, что в нарушение ч. 3 ст. 108 УПК РФ, в постановлении суда не указано, какими материалами, подтверждаются предположения о том, что Ф. Е.А. имеет намерения скрыться от суда, а также воспрепятствовать объективному судопроизводству по уголовному делу. Одна лишь тяжесть предъявленного обвинения не может служить единственным основанием для продления срока содержания под стражей. В материалах дела отсутствуют достоверные сведения, подтверждающие обоснованность продления меры пресечения в виде заключения под стражу.

Проверив материалы, доводы апелляционных жалоб, заслушав выступления подсудимых П. Д.М., Б. И.В., Ф. Е.А., адвокатов Гопеева Е.В., Лапиковой О.П., Витько Д.Ю., защитника наряду с адвокатами М. Ю.Ю., в поддержание доводов апелляционных жалоб, мнение прокурора Прохоренкова А.А., просившего постановление суда оставить без изменения, суд апелляционной инстанции находит постановление суда законным и обоснованным, соответствующим требованиям ч. 4 ст. 7 УПК РФ, не подлежащим изменению, отмене.

Согласно ч. 3 ст. 255 УПК РФ суд, в производстве которого находится уголовное дело, по истечении 6 месяцев со дня поступления уголовного дела в суд вправе продлить срок содержания под стражей, при этом срок содержания под стражей допускается только по уголовным делам о тяжких и особо тяжких преступлениях и каждый раз не более чем на 3 месяца.

Из представленных материалов дела следует, что приговором Ленинского районного суда г. Смоленска от 28 декабря 2023 года мера пресечения в отношении П. Д.М., Б. И.В. и Ф. Е.А. в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении изменена на заключение под стражу. Апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Смоленского областного суда от 18 сентября 2024 года приговор от 28 декабря 2023 года отменен, П. Д.М., Б. И.В. и Ф. Е.А. избрана мера пресечения в виде заключения под стражу, срок которой в последующем неоднократно продлевался в установленном законом порядке до 2 апреля 2025 года, однако, к данному сроку рассмотреть уголовное дело не представилось возможным, в связи с чем, обжалуемым постановлением срок содержания их под стражей был продлен до 2 июля 2025 года в соответствии с ч. 3 ст. 255 УПК РФ.

Нарушений требований норм уголовно-процессуального закона при продлении срока содержания под стражей в порядке ст. 255 УПК РФ в отношении П. Д.М., Б. И.В. и Ф. Е.А., влекущих отмену или изменение судебного решения, судом не допущено. 

В силу ст. 99 УПК РФ при решении вопроса о необходимости избрания меры пресечения в отношении обвиняемого в совершении преступления и определении ее вида, при наличии оснований предусмотренных ст. 97 УПК РФ, должны учитываться также тяжесть преступления, сведения о личности обвиняемого, его возраст, состояние здоровья, род занятий и другие обстоятельства. 

Исходя из положений ч. 1 ст. 110 УПК РФ мера пресечения отменяется, когда в ней отпадает необходимость, или изменяется на более строгую или более мягкую, когда изменяются основания для избрания меры пресечения, предусмотренные ст.ст. 97, 99 УПК РФ. 

При принятии решения суд исходил не только из тяжести инкриминируемых П. Д.М., Б. И.В. и Ф. Е.А. преступлений, но и других заслуживающих внимание обстоятельств, предусмотренных ст. 99 УК РФ.

Не были установлены новые обстоятельства, которые могли бы послужить основанием для отмены или изменения меры пресечения в отношении подсудимых. 

Все указанные в законе и установленные обстоятельства были учтены судом. 

Суд, обосновывая вывод о продлении меры пресечения в виде заключения под стражу подсудимому П. Д.М., принял во внимание все сведения о его личности, положительные характеристики, наличие благодарностей, грамот, отсутствие судимости, наличие двоих малолетних детей, и мотивированно указал, что тяжесть инкриминируемых деяний, за которые может быть назначено наказание в виде реального лишения свободы на длительный срок, характер и степень их общественной опасности, обстоятельства при которых они были совершены, обвиняется в совершении тяжкого преступления против собственности группой лиц по предварительному сговору, с использованием своего служебного положения, в особо крупном размере, а также тяжкого преступления в сфере экономической деятельности, дают основания полагать, что оставаясь на свободе, П. Д.М. может скрыться от суда, помешать установлению истины по делу, воспрепятствовать производству по делу. 

Обосновывая вывод о необходимости продления срока содержания под стражей подсудимому Б. И.В. суд принял во внимание данные о его личности, учел положительные характеристики, ряд благодарностей, грамот, наличие на иждивении двоих малолетних детей, отсутствие судимости, но с учетом предъявленного обвинения в совершении тяжких преступлений за которые может быть назначено наказание в виде реального лишения свободы на длительный срок, их характера и степени общественной опасности, обстоятельств их совершения, обвиняется в совершении тяжких преступлений против собственности в особо крупном размере, в том числе одного группой лиц по предварительному сговору, с использованием своего служебного положения, а также тяжкого преступления в сфере экономической деятельности, указал, что при избрании другой меры пресечения не связанной с лишением свободы подсудимый может скрыться от суда, воспрепятствовать производству по уголовному делу. 

При обосновании необходимости продления срока содержания под стражей подсудимой Ф. Е.А. судом были учтены данные о ее личности, по месту жительства и регистрации характеризуется удовлетворительно, по месту работы положительно, ранее не судима, имеет хронические заболевания, несовершеннолетних детей на иждивении нет, при этом суд, с учетом тяжести инкриминируемых преступных деяний, их характера и степени общественно опасности, возможности назначения наказания в виде лишения свободы на длительный срок, обстоятельств их совершения, обвиняется в совершении тяжких преступлений против собственности, группой лиц по предварительному сговору, с использованием своего служебного положения, суд пришел к обоснованному выводу, что подсудимая может скрыться от суда, воспрепятствовать производству по уголовному делу.

Решение суда первой инстанции принято с учетом необходимости обеспечения условий дальнейшего производства по уголовному делу.

У суда имелись основания полагать, что оказавшись на свободе, подсудимые П. Д.М., Б. И.В. и Ф. Е.А. могут воспрепятствовать осуществлению правосудия.

Иная более мягкая мера пресечения, в том числе и домашний арест, о чем ходатайствует сторона защиты, не обеспечит беспрепятственное и эффективное рассмотрение дела.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, исходя их характера предъявленного обвинения, не следует, что П. Д.М. и Б. И.В. обвиняется в совершении преступления в сфере предпринимательской деятельности.

Не свидетельствует об этом и ссылка стороны защиты на апелляционное постановление Смоленского областного суда от 24 ноября 2016 года принятого по результатам рассмотрения ходатайства по мере пресечения в отношении П. Д.М., тогда как обвинение было предъявлено позже, обвинительное заключение утверждено 19 октября 2018 года.

Как следует из предъявленного обвинения, Б. И.В. обвиняется в приобретении права на чужое имущество – земельные участки, путем обмана с предоставлением подложных документов, с причинением муниципальному образованию «Смоленский район» ущерба в особо крупном размере на сумму более 38 000 000 рублей, а также П. Д.М. и Б. И.В. обвиняются в приобретении права на чужое имущество – земельные участки, путем обмана с предоставлением подложных документов, группой лиц по предварительному сговору, с использованием своего служебного положения, с причинением муниципальному образованию «Смоленский район» ущерба в особо крупном размере, П. Д.М. на сумму более 150 000 000 рублей, Б. И.В. – более 8 000 000 рублей

Положения ч. 1.1 ст. 108 УПК РФ (в редакции Федерального Закона № 13-ФЗ от 28 февраля 2025 года) допускают применение меры пресечения в виде заключения под стражу в отношении обвиняемых в совершении преступлений, предусмотренных ч. 4 ст. 159 УК РФ, при невозможности применения иной, более мягкой, меры пресечения. 

Доказанность вины подсудимых, правильность квалификации действий по предъявленному им обвинению, допустимость доказательств, не являются предметом рассмотрения при решении вопроса о мере пресечения, поскольку составляют содержание уголовного дела и подлежат оценке при рассмотрении дела судом первой инстанции, по существу.

Судебное решение по мере пресечения в отношении П. Д.М., Б. И.В. и Ф. Е.А. основано на объективных данных, содержащихся в материалах уголовного дела, является обоснованным и согласуется с положениями ст. 255 УПК РФ.

Сама по себе длительность содержания под стражей подсудимых П. Д.М., Б. И.В. и Ф. Е.А., на что обращено внимание суда стороной защиты, не является безусловным основанием для изменения меры пресечения и обусловлена сложностью уголовного дела. 

Исходя из протокола и аудиозаписи судебного заседания, прослушанной в судебном заседании суда апелляционной инстанции, не установлено, что судья до принятия решения по мере пресечения высказалась о продлении срока содержания под стражей в отношении подсудимых, о чем было заявлено суду апелляционной инстанции защитником наряду с адвокатом М. Ю.Ю. в интересах Ф. Е.А.

Обсуждение судом вопроса о возможности участия в судебных заседаниях адвокатов в назначенные последующие дни после 28 марта 2025 года и пояснение судьи на вопрос адвоката, что конвой не доставит к 14 час. 00 мин., не свидетельствует о высказанной им позиции по мере пресечения.

Не является основанием к отмене судебного решения и изменению меры пресечения доводы жалобы стороны защиты Ф. Е.А., о непринятии мер попечения в отношении матери Ф. Е.А., нуждающейся в постороннем уходе.

Суд первый инстанции обсуждал данный вопрос и мотивировал свой вывод. 

Замечания на протокол судебного заседания защитник наряду с адвокатом М. Ю.Ю., указавший суду апелляционной инстанции, что суд первой инстанции неверно изложил его пояснения, что он не осуществляет уход за Ф. А.М., являющейся его бабушкой, не подавал. 

Суду не были представлены данные, исходя из положений ст. 160 УПК РФ, что мать Ф. Е.А. нуждается в постоянном постороннем уходе, осталась без присмотра и есть необходимость ее передачи на попечение близких родственников, родственников или других лиц, либо помещении в соответствующее социальное учреждение. 

Защитник наряду с адвокатом М. Ю.Ю. уточнил, что подсудимая Ф. Е.А. его мать, кто осуществлял уход за его бабушкой в период нахождения матери под стражей ему не известно. В то же время, не ставился указанный вопрос ранее в судебных заседаниях при рассмотрении уголовного дела, также как и не представлено данных о невозможности обратиться в органы опеки и попечительства с указанным вопросом защитником наряду с адвокатом М. Ю.Ю.. 

Данные о наличии у П. Д.М., Б. И.В. и Ф. Е.А. заболеваний, препятствующих их содержанию в условиях следственного изолятора, не установлены, не представлены они и при подаче апелляционных жалоб. 

С учетом изложенного и руководствуясь ст.ст. 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции 

постановил:

постановление Ленинского районного суда г. Смоленска от 28 марта 2025 года в отношении П. Д.М., Б. И.В. и Ф. Е.А. оставить без изменения, а апелляционные жалобы адвокатов и подсудимых – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано во Второй кассационный суд общей юрисдикции в кассационном порядке, установленном гл. 47.1 УПК РФ.

Председательствующий Т.А. Фурман