ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

о возвращении уголовного дела прокурору

г. Дудинка 09 июля 2018 года 

Дудинский районный суд Красноярского края в составе:

председательствующего судьи С.В. Кулага, с участием:

старшего помощника прокурора Таймырского района Гурина Г.Ю., 

представителя потерпевшего – Потерпевший №1,

подсудимых ФИО1, ФИО2, ФИО3,

защитников в лице адвокатов Шапковской А.А., предоставившей удостоверение № 763 и ордер № 634 от 21.05.2018 года, ФИО4 предоставившей удостоверение № 1143 и ордер № 459 от 14.06.2018 года, ФИО5 предоставившей удостоверение № 1146 и ордер № 275 от 05.06.2018 года, ФИО6, предоставившего удостоверение № 1566 и ордер № 1-0039 от 08.06.2018 года,

при секретаре Тарановой М.М., 

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела №1- 54/2018 в отношении:

ФИО1, 

<

данные изъяты> ранее не судимого, 

ФИО2, 

<

данные изъяты>, ранее не судимого, 

ФИО3, 

<

данные изъяты>, ранее не судимого, 

обвиняемых в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, п. «а» ч. 2 ст. 158 Уголовного кодекса Российской Федерации,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1, ФИО3, ФИО2 органами предварительного расследования обвиняются в покушение на кражу, то есть тайном хищении чужого имущества, совершенном группой лиц по предварительному сговору, при следующих обстоятельствах:

Не позднее 11 час. 52 мин. 27.02.2017 года ФИО1, ФИО3 и ФИО2 вступили между собой в предварительный сговор на тайное хищение дизельного топлива марки «Евро класс 4» в количестве 600 литров, стоимостью 23830 руб. 47 коп., принадлежащего ПАО «ГМК «Норильский Никель». 

Реализуя задуманное, 27.02.2017 в 11 час. 52 мин. ФИО3, ФИО2 и ФИО1, имея прямой умысел, направленный на тайное хищение чужого имущества, осознавая противоправность своих действий, предвидя наступление общественно опасных последствий в виде причинения материального ущерба ЗТФ ПАО «ГМК «Норильский никель» и желая их наступления, понимая, что за их действиями никто не наблюдает и помешать им не может, выполнили согласованные действия, направленные на тайное хищение вышеуказанного дизельного топлива следующим образом. ФИО3, управляя АТЗ «Урал» № подъехал задней частью к металлическому контейнеру типа СК-1-5, предназначенного для хранения и транспортировки жидкости, который был скрыт от посторонних в ограждении контейнеров, которыми огорожен периметр территории АТК ЗТФ ПАО «ГМК «Норильский никель», расположенного по адресу: 

<

адрес>. В свою очередь ФИО1, выполняя согласованные действия на тайное хищение дизельного топлива, поднес к указанному контейнеру типа СК-1-5 лестницу и поставил ее около контейнера, с целью облегчения доступа к горловине для залива, расположенной сверху контейнера. Далее ФИО2 взял с АТЗ «Урал» № заправочный шланг, поднялся по лестнице наверх контейнера, где просунул шланг в горловину контейнера. Далее ФИО3 включил на АТЗ «Урал» № заправочное оборудование, при помощи которого, вышеуказанные лица с целью тайного хищения, стали сливать дизельное топливо марки «Евро класс 4» в контейнер типа СК-1-5, которое предназначалось для заправки бульдозера марки «Libherr», гаражный номер АТК 446, принадлежащего ЗТФ. 

В результате вышеуказанных действий, согласно данным оборудования автоматизированной системы мониторинга и диспетчеризации системы Omnicomm Profi 2.0, установленной на АТЗ «Урал» №, в контейнер типа СК-1-5 было слито 217,9 литра дизельного топлива марки «Евро класс 4», после чего действия ФИО3, ФИО2 и ФИО1 были пресечены работниками ПАО «ГМК «Норильский никель» Свидетель №1 и Свидетель №3

Таким образом, ФИО3, ФИО2 и ФИО1 не довели свой преступный умысел до конца по хищению дизельного топлива марки «Евро класс 4» в количестве 600 литров, стоимостью 23830 руб. 47 коп., принадлежащего ЗТФ ПАО «ГМК «Норильский никель». 

В ходе судебного следствия от государственного обвинителя поступило ходатайство о возвращении уголовного дела прокурору, поскольку при составлении обвинительного заключения была допущена техническая ошибка в отношении ФИО2, а именно не описано преступное деяние, в совершении которого он обвиняется. 

Суд, выслушав мнение представителя потерпевшего, поддержавшего заявленного ходатайство, подсудимых и их защитников, не возражавших против его удовлетворения, приходит к следующему выводу. 

В соответствии с ч. 1 ст. 220 УПК РФ в обвинительном заключении следователь указывает: фамилии, имена и отчества обвиняемых; данные о личности каждого из них; существо обвинения, место и время совершения преступления, его способы, мотивы, цели, последствия и другие обстоятельства, имеющие значение для данного уголовного дела; формулировку предъявленного обвинения с указанием пункта, части, статьи Уголовного кодекса Российской Федерации, предусматривающих ответственность за данное преступление; перечень доказательств, подтверждающих обвинение, и краткое изложение их содержания; перечень доказательств, на которые ссылается сторона защиты, и краткое изложение их содержания; обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание; данные о потерпевшем, характере и размере вреда, причиненного ему преступлением; данные о гражданском истце и гражданском ответчике.

Как усматривается из материалов данного уголовного дела обвинительное заключение составлено следователем с нарушением положений ст. 220 УПК РФ, а именно в отношении ФИО2 не указаны существо обвинения, место и время совершения преступления, его способы, мотивы, цели, последствия и другие обстоятельства, имеющие значение для данного уголовного дела (т. 3 л.д. 132). В соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ судья по ходатайству стороны или по собственной инициативе возвращает уголовное дело прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом в случаях, если обвинительное заключение составлено с нарушением требований настоящего Кодекса, что исключает возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе данного заключения. 

Отсутствие в обвинительном заключении указания на существо обвинения, место и время совершения преступления, его способы, мотивы, цели, последствия и другие обстоятельства, имеющие значение для данного уголовного дела в отношении ФИО2 препятствует суду в его рассмотрении и исключает возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе данного обвинительного заключения.

Согласно правовой позиции Конституционного суда РФ, выраженной в Постановлении от 08.12.2003 № 18-П «По делу о проверке конституционности положений ст. 125, 219, 227, 229, 236, 237, 239, 246, 254, 271, 378, 405 и 408, а также глав 35 и 39 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с запросами судов общей юрисдикции и жалобами граждан» из ст. 215, 220, 221, 225 и 226 УПК Российской Федерации, в соответствии с которыми обвинительное заключение или обвинительный акт как итоговые документы следствия или дознания, выносимые по их окончании, составляются, когда следственные действия по уголовному делу произведены, а собранные доказательства достаточны для составления указанных документов, вытекает, что если на досудебных стадиях производства по уголовному делу имели место нарушения норм уголовно-процессуального закона, то ни обвинительное заключение, ни обвинительный акт не могут считаться составленными в соответствии с требованиями данного Кодекса.

По смыслу п. 1 ч.1 ст. 237 УПК РФ во взаимосвязи с пунктами 2 - 5 части первой той же статьи, а также со ст.ст. 215, 220, 221, 225 и 226 УПК Российской Федерации, возвращение дела прокурору в случае нарушения требований данного Кодекса при составлении обвинительного заключения или обвинительного акта может иметь место по ходатайству стороны или инициативе самого суда, если это необходимо для защиты прав и законных интересов участников уголовного судопроизводства, при подтверждении сделанного в судебном заседании заявления обвиняемого или потерпевшего, а также их представителей о допущенных на досудебных стадиях нарушениях, которые невозможно устранить в ходе судебного разбирательства. При этом основанием для возвращения дела прокурору во всяком случае являются существенные нарушения уголовно-процессуального закона, совершенные дознавателем, следователем или прокурором, в силу которых исключается возможность постановления судом приговора или иного решения. Подобные нарушения в досудебном производстве требований Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, которые не могут быть устранены в судебном заседании и исключают принятие по делу судебного решения, отвечающего требованиям справедливости, всегда свидетельствуют в том числе о несоответствии обвинительного заключения или обвинительного акта требованиям данного Кодекса.

Таким образом, положения ч.1 ст. 237 УПК Российской Федерации не исключают - по своему конституционно-правовому смыслу в их взаимосвязи - правомочие суда по ходатайству стороны или по собственной инициативе возвратить дело прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом в случаях существенных нарушений уголовно-процессуального закона, не устранимых в судебном производстве, если возвращение дела прокурору не связано с восполнением неполноты произведенного дознания или предварительного следствия.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу, что заявленное государственным обвинителем ходатайство о возвращении уголовного дела прокурору подлежит удовлетворению. 

На основании изложенного, руководствуясь ст. п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ, суд

ПОСТАНОВИЛ:

Возвратить уголовное дело по обвинению ФИО1, ФИО3, ФИО2 в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30 п. «а» ч. 2 ст. 158 УК РФ прокурору Таймырского Долгано – Ненецкого района для устранения препятствий его рассмотрения судом. 

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию по уголовным делам Красноярского краевого суда в течение 10 дней с момента его вынесения через Дудинский районный суд Красноярского края. 

Судья Кулага С.В.